Ринат Камильевич Назипов - Барон Серж де Сангре #1 [СИ]

Барон Серж де Сангре #1 [СИ] 3M, 833 с.   (скачать) - Ринат Камильевич Назипов


Пролог.

На вершине одного из голых холмов, что плавно переходят в отроги Каргаломского Кряжа, надежно защищающего Срединную Империю от Проклятых Земель, расположилась дворянская усадьба – одна из тех, что местные дикие горцы высокопарно именуют Замками и в которых издревле находят себе пристанище в трудную годину.

Пять шестиугольных башен, увенчанные остроконечными крышами, соединенные между собой высокой каменной стеной, замыкали небольшое пространство, в центре которого расположилось просторное сооружение, состоящее из двух круглых башен с конусовидными крышами, с обоих концов замыкающих трехэтажное здание, над одной из труб которого, тонкой струйкой вьется жиденький дымок.

Редкий путник, издалека увидев Замок, поднимавший в небо над зарослями шиповника и вереска свои островерхие крыши, счел бы его непреступной твердыней и вполне достойным прибежищем для небогатого дворянского Рода. Но если бы он решил подойти поближе, то сразу же изменил бы свое мнение.

Когда-то могучие каменные стены уже порядком обветшали, и, хотя местами еще проглядывали недавние попытки их починить, особой крепости им это, явно, не придало. Черный мох и сорные травы покрыли стены толстым ковром, постепенно разрушая камень. Кованые ворота уже давно вросли в землю и лишь небольшая калитка чуть в стороне, указывала, что что замок не совсем заброшен и есть еще бедолаги, что в нем живут. Мощная колея, сейчас наполненная дождевой водой и заросшая травой, свидетельствует, что некогда здесь частенько проезжали экипажи, кареты и крестьянские телеги, однако, невозмутимость квакш, облюбовавших для своего жительства старую колею, показывает, что те времена уже давно прошли и они давно не видели помех для своей жизни. Склоны холма. Когда-то старательно очищенные от деревьев и кустарника, уже вновь начали покрываться хиленькими, перекрученными и изуродованными ростками, некоторые из которых уже насчитывали несколько лет.

Если бы, каким-то чудом, неведомый путник пренебрег витающей над Замком аурой безысходности, боли и нищеты, и прошел во внутренний двор, то его взору предстала бы еще более удручающая картина.

Почерневшая, изъеденная плесенью черепица на башнях уже давно расползлась в разные стороны, массивные стропила уже порядком прогнили, а старые флюгера заржавели и указывают кто-куда. Сквозь узкие амбразуры башен виднеются горы щебня. Широкие, фасадные окна третьего, хозяйского этажа здания забиты кривыми гниющими досками, а парочка, еще сохранивших свинцовый переплет со вставленными в него разноцветными стеклами, дребезжат под, даже самым слабым, порывом ветра. Промежутки между окнами уже давно лишились всей своей штукатурки, осыпавшейся мелкими чешуйками, чем-то напоминавших пораженную Проклятьем кожу. Оголившиеся кирпичи, разошлись, а ветра и дожди вымыли скрепляющий их раствор. Весь двор зарос сорной травой и только пара узеньких тропинок говорит о том, что кто-то живой в Замке все-таки есть. Единственная, более-менее целая деталь наружного интерьера, это входная дверь, обрамленная каменными наличниками с, пока еще, четко видимым орнаментом, и венчающий ее дворянский герб. Золотой Единорог, поражающий неведомого монстра, на фоне низкой, массивной, баронской Башни.

Чуть сбоку расположилась большая конюшня, когда-то могущая вместить пару десятков лошадей, а сейчас занятая всего одной полуживой клячей, меланхолично жующей жидкую охапку травы, кем-то брошенной в кормушку. Крыша, стоящего рядом, каретного сарая провалилась, а о назначении этого здания говорит только развалившийся остов кареты, да покоящийся на одном колесе легкий экипаж, на которых так любят кататься молоденькие девушки.

Двор, унылый, пустой и холодный, обнесенный высокими стенами, на которых дожди оставили длинные черные подтеки. В углах, среди щебня и грязи пробиваются кусты терновника, с длинными острыми шипами, с которых, кажется, капает яд. В глубине, небольшой террасой поднимается сад. Который мало-помалу, превращается в самую настоящую чащу. Давно не подстригаемые деревья, стоят раскинув перекручены ветви, подобно ожившим мертвецам, норовя ухватить зазевавшегося путника своими корягами. Когда-то поражающая своей красотой, живая изгородь превратилась в заросли колючего кустарника, способные остановить любого рыцаря. Колючие ветви терновника переплелись посреди дорожек, выложенных розовым мрамором, вцепляясь в любого проходящего и не пуская его дальше, преграждая ему путь в этот заповедник скорби и страдания. Но если бы нашелся отважный путешественник, не побоявшийся колючих кустов и деревьев, то в самом конце центральной аллеи, он уперся бы в небольшой искусственный грот, на входе в который стояла, некогда прекрасная статуя обнаженной эльфийки, державшей в руках букет чудесных цветов. Сейчас же, это произведение искусства, могло только напугать, лишившееся носа прекрасное лицо превратилось в маску Старухи Смерти, а сама статуя, кажется отравленной, ее тело, когда-то белое и прекрасное, покрылось язвами и приобрело синюшно-гнилостный цвет, а чудесный букет больше напоминает пучок ядовитых поганок.

Не без труда открывшаяся дверь, ужа давно не видевшая масла на своих петлях, открывает доступ в самую старую часть Замка. Когда-то величественный портал со стрельчатым сводом, разделенный на шесть частей голубоватого, с золотистыми прожилками гранита и ключевым камнем в точке их пересечения, на котором повторяется, сохранившийся, чуть лучше, чем над входной дверью герб, встречает гостя полумраком и всепроникающей сыростью. На верхний этаж Замка, ведет широкая каменная лестница с точеными деревянными перилами. По стенам вдоль нее еще видны останки родовых портретов владельца Замка. Некоторые из них уже давно лишились своих рам, другие пока еще висят в обрамлении почерневших, пропитанных плесенью конструкций. Из-за выцветших и пожухлых красок древние воины и рыцари, строгие матроны и прекрасные девушки, сейчас напоминают вампиров и ламий, пугая бледностью своей кожи и яркими сочными, красными губами, больше напоминающими оскалы вурдалаков, чем улыбки. Некоторые портреты из-за покрывавшей их плесени, приобрели окраску разлагающейся плоти, делая их еще более жуткими и зловещими на вид. На третьем этаже, парадная лестница плавно переходит в широкий коридор, посреди которого возвышаются высокие, перекошенные двери, ведущие в и большую залу, которая, вероятно, в стародавние времена выполняла роль столовой. Но было это так давно, что даже они сами не помнят, когда их открывали в последний раз. От столовой, в обе стороны, расходится ряд дверей поменьше, господские и гостевые комнаты. Так же уже давно не распахивающихся, чтобы принять гостей или дать отдых своим хозяевам. Только из-под самых дальних, скорее всего, когда-то ведущих в комнату прислуги, выбиваются неровные отблески горящего камина, неспособного обогреть даже эту небольшую комнату.

В углу комнаты, на широкой кровати, с колонками и парчовыми занавесками, застеленной старым и грязным постельным бельем, лежит худой и истощённый мальчик. Его застывшая под покрывалом фигура, заостренный нос, костлявые скулы, сложенные руки и вытянутые ноги, делали его похожим на скульптуру на крышках гробниц. Хотя, скорее, все же юноша, лет пятнадцати, может шестнадцати. Тонкий пушок уже покрыл его верхнюю губу и вьется на подбородке и впалых щеках. Дыхание юноши, редкое и какое-то поверхностное, под тонкими веками не заметно никакого движения глазных яблок. Тонкие руки и ноги, впалая грудь, могут служить подтверждением того, что юноша уже несколько лет не встает со своего скорбного одра. Тусклый свет, проникающий через одно из не заколоченных фасадных окон, превращал комнату в зловещую обитель, где вечным сном спит заколдованная принцесса, а в нашем случае, юный принц.

Рядом с кроватью, на стуле, опустив голову на когда-то могучие руки, пристроился крупный мужчина. Если бы не иногда мелькающие в его глазах искорки, можно было бы подумать, что он умалишённый, настолько грязным и опустившимся он кажется. Седые длинные лохмы, давно не стриженые усы и борода, почти полностью скрывают его лицо. Редкие отблески пламени изредка освещали его лицо, которое было выдублено временем, солнцем, ветром и непогодой, став грубее и темнее чем у Закатных орков. Мужчина изредка поправляет покрывало, заботливо подтыкая его под истощённое тело юноши и иногда прикладывается к большой глиняной кружке, над которой вьется парок, пытаясь согреться. На первый взгляд, мужчина стар, очень стар, лет семьдесят, а то и все восемьдесят, но если приглядеться, то становится видно, что вряд ли он перешагнул сорокалетний рубеж. А его морщины и выцветшие глаза свидетельствуют только о том, что этому человеку пришлось слишком много пережить, слишком много вынести на своих широких плечах и жить дальше у него просто не осталось никаких сил, а держит его на этом Свете только Долг и… и жажда мщенья. Страх и ненависть поселились в его душе, они и не дают ему покинуть этот Мир, хотя сил жить уже и не осталось.

Чахлый огонь камина, желтыми языками лизал немногочисленные поленья, время от времени доставая бока небольшого чугунного котелка, нацепленного на крюк. Свет вечернего зарева, проникающий через широкую трубу, заставлял языки пламени светиться мрачным кровавым светом, заставляя его, как будто, коченеть в этом холодном камине. Постепенно нагреваясь, варево в котелке наконец забурлила и котелок закашлял, захрипел, как человек страдающий одышкой. Мужчина, сидевший на стуле, тяжело и грузно поднялся. Подбросил в камин несколько корявых поленьев, от чего огонь весело взвился вверх под красочную перестрелку искр, мужчина снял котелок с крюка и с кряхтением начал наполнять отваром, сначала высокий чеканный кубок, вылив, затем, остатки в свою кружку. Приподняв голову юноши, мужчина начал буквально по капле вливать ему в рот отвар из кубка, от чего лицо молодого человека на короткий срок приобретало слегка розоватый оттенок, но эффект от зелья был очень кратковременным и особого результата не приносил. Мужчина обреченно вздохнул и занял свой пост на стуле, опустив голову на скрещенные руки и казалось, забылся беспокойным сном.

Тем временем ночь уже надвинулась на Ойкумену и густые тени скопились в углах комнаты. Последние искры из камина, раздувал шквалистый ветер, бросая мрачные блики на обитателей комнаты. От семьи, некогда могущественной и богатой остались только эти два ее представителя, молодой старик и юный труп. На какое-то время мужчина встрепенулся, разжег масляный светильник и опять погрузился в свое обычное состояние угрюмой меланхолии.

От царившей в Замке сырости, огонек светильника потрескивал, то вспыхивая, то почти затухая. За стенами Замка начала разыгрываться непогода, ветер гудел в пустых коридорах как орган, наполняя пустые комнаты жуткими шорохами и скрипами. Погода совсем испортилась. Дождевые капли барабанили по окнам, а от шквалистого ветра те дребезжали и казалось вот-вот вылетят. Но старый владелец этого Замка, привыкший за долгие годы к подобной музыке, не обращал на нее никакого внимания, а молодой наследник, давно уже ни на что не обращал внимания.

Неожиданно, несколько сильных ударов с промежутками сотрясли входную дверь и стоном отозвались в пустом Замке. Мужчина вскинулся, удивленно прислушиваясь. Кто мог в столь поздний час нарушить одиночество обитателей Замка? Какой незадачливый путник мог постучать в двери, давно уже не открывающиеся навстречу посетителям? Кто еще мог искать приюта в этой цитадели страха и горя, кто еще мог покуситься на это убежище боли и скорби? Разве что отмороженный искатель, или контрабандист, но и они уже давно знают, что лучше умереть, чем переночевать в Замке Сангре.

Прикрывая одной рукой лампадку от ветра, мужчина спустился вниз. Вытянул толстый болт, удерживающий дверь и приоткрыв ее, мужчина оказался лицом к лицу с каким-то незнакомцем. Приподняв лампадку, он осветил нежданного посетителя. Из темноты выступила довольно странная физиономия. Костистый череп обтягивала абсолютно лысая кожа, в неверном свете лампадки отсвечивающая жирным масляным цветом, дождевые капли, сбиваясь в ручейки текли по голове, но казалось не оставляют на ней не малейшего следа. Густая, окладистая борода была абсолютно суха. Между слегка раскосыми, разноцветными глазками пристроился сизый нос, больше всего напоминающий своим видом перезревшую сливу. Тонкий, почти безгубый рот, выглядевший бездонным провалом, с трудом проскрежетал:

- Мессир, не откажите одинокому страннику в приюте и ночлеге, в эту безрадостную ночь.

- Приятель, это Замок Сангре. Ты и на самом деле хочешь остаться здесь на ночь?

- Проклятый Замок Сангре?! Значит я добрался! А вы, значит, барон Харви де Сангре?

- Да, но я тебя не знаю. – в голосе мужчины послышались стальные нотки. – Кто ты и что тебе нужно?!

- Я всего лишь скромный маг-целитель, иду в Проклятые Земли, в надежде обрести богатство, свободу, знания и уважение. В благодарность за тепло и приют, я мог бы осмотреть вашего сына. Может быть, мне удастся ему помочь…

Смех, больше похожий на скрежет мельничных жерновов, был ему ответом.

- Маг, лучшие лекари Империи не смогли помочь моему сыну! Что можешь сделать ты?

- Мессир, я не лекарь, я целитель, я врачую души, а не тела. – смех моментально смолк.

- Менталист, значит. Маг – изгой, маг – преступник, маг – объявленный вне закона! Ну что же, проходи, маг-целитель, пусть на эту ночь, мой дом станет твоим домом. – барон де Сангре посторонился, давая пройти незнакомцу. – Вот только кроме крыши над головой, мне предложить тебе нечего.

- Поверьте, барон, в такую ночь как сегодня, и это очень немало. Да, немало.

Через некоторое дело двое мужчин сидели возле горящего камина и тихо разговаривали. Казалось, что барон даже помолодел, так задорно блестели его глаза, пропала старческая сгорбленость и въедливость, вот что делает с человеком самое обычное общение с себе подобным. В какой-то момент, гость вдруг задал, казалось бы. Самый простой вопрос.

- Барон, а почему вы на меня так смотрите?

- Хм, тебе как, правду сказать или сам что-нибудь придумаешь?

- Давайте уж правду.

- Первый раз вижу такого уродливого мага.

- А, это. А вы думаете, барон, что сорок лет в подвалах гильдии магов похожи на необременительный отдых в Эльфийском Лесу?

- Сорок лет?!

- Да, сорок лет… ну чуть больше, но это уже не имеет никакого значения. Теперь я свободен.

- Свободен? Маги выпустили из своих цепких лапок мага-менталиста?! Может быть я и живу на самом краю Света, может быть я и выгляжу ничуть не лучше, чем столичные побирушки, но я все же барон и не идиот! Ты беглец, маг! Ты сбежал из подвалов Гильдии, и поэтому идешь в Проклятые земли!

- Ну и что? Это что-то меняет? Для вас, барон, это так важно? Да, я один из немногих, кто сумел вырваться из жадных лап магов, да я сбежал, да мой путь к Свободе оказался усеян трупами магов и не магов, но не я в этом виноват! Я всего лишь хотел жить, дышать чистым воздухом, а не миазмами подземелий, хотел есть свежий хлеб и пить молодое вино, по ночам любоваться на Звезды, встречать Рассвет и провожать Закат, наслаждаться любовью женщин и детским смехом! Хотел жить в своем доме, может быть помогать людям, а может быть я бы даже стал жрецом Единого! А меня схватили, надели ошейник, заковали в кандалы и бросили в самую дальнюю и глубокую темницу, настолько глубокую, что даже стражники туда ленились спускаться, а поэтому очень часто «забывали» даже покормить и напоить своего пленника! Так что, какая мне разница где жить? Проклятые Земли, не Проклятые, что есть большие различия? Там монстры и мутанты, здесь люди и маги. Там могут схарчить в любой момент, а здесь могут схватить и продержать в темноте, на хлебе и воде полжизни. Там, кто сильнее, тот и прав, так и тут то же самое. А иногда и монстры, и нелюди, могут быть честнее, добрее и благороднее многих людей. Вам ли не знать, барон.

- Да… может быть ты и прав. Маг, ты обещал посмотреть моего сына?

- Обещал и сдержал свое обещание. Разве на кровати не ваш сын? Не злитесь, барон, я и на самом деле уже все что надо было, увидал. Вы лучше расскажите мне о вашем Замке.

- А что тут рассказывать, Замок как Замок тут в округе таких много, разве что этот один из первых, так не велика честь. Вы же не хуже меня знаете, кто первым приходит на пустые земли, кто первым строит там Замки и кто начинает называть себя Лордом, графом, маркизом или даже герцогом. Мои предки были намного скромнее, поэтому и стали баронами, поэтому и существует до сих пор баронство Сангре и бароны де Сангре. А где все эти графы и герцоги, маркизы и конунги?

- Да нет, я не об этом! Неужели с вашим Замком не связано никакой легенды?

- Не знаю, не слышал, хотя… говорят, что Замок стоит на месте старых развалин, вроде как когда-то, задолго до того, как сюда пришли люди, здесь уже была то ли башня какого-то мага, то ли Замок, то ли целый город. Некоторые даже утверждают, что этот мифический город располагался на всех окрестных холмах. Раньше крестьяне и на самом деле иногда откапывали что-то такое, то кувшин, то горсть монет, то посох архимага, то еще какой артефакт. Что можно было, то пристраивали в хозяйстве, а что нельзя было, то продавали в городе, или заезжим магам, а то и в Академию, как тот же посох. А почему ты об этом спрашиваешь?

- Да потому, барон, что я привык держать свое слово. И скажу тебе сразу, помочь твоему сыну можно, это невероятно сложно, но возможно. И помочь в этом может твой Замок. Дело в том, барон, что твой Замок… живой. У него есть душа, очень слабая, но она есть и именно она не дает твоему сыну умереть. Прежде чем взяться помогать твоему сыну, я должен знать, что с ним произошло. Знать правду, а не то, что знают все. Расскажите мне все, барон. В любом случае, утром я уйду, не завтра утром, так послезавтра, уйду в Проклятые земли. Вместе со мной уйдет и ваша тайна.

- Да нет тут никакой тайны! Только страх и стыд. Маг, мне сорок восемь лет, моему сыну, сейчас уже должно быть семнадцать. Жене, когда она его родила было двадцать восемь, а женился я в шестнадцать. Я привез Алику из Проклятых Земель, в нашем роду, все мальчики и мужчины, достигнув четырнадцати лет, начинают ходить в Проклятые Земли, сначала в сопровождении отца и старших братьев, потом с друзьями и надежными воинами, а потом и в одиночку. Я начал туда ходить в одиночестве, когда мне только-только исполнилось пятнадцать, так что, к шестнадцати годам я уже был довольно опытным искателем. Алике было тринадцать, когда я ее встретил. Она ничего не знала и не помнила, я подобрал ее на останках растерзанного монстрами каравана. Она лежала там, вся израненная, в крови, но живая. Я привез ее в Замок, матери она сразу понравилась, да и отцу. Через год она стала моей женой. Почти пятнадцать лет мы пытались зачать ребенка, мне нужен был сын, наследник, следующий барон де Сангре. Мы перепробовали все, маги, лекари, все побывали в этом Замке и все безрезультатно, все они только разводили руками. Когда мы уже устали надеяться, а я начал серьезно задумываться, не завести ли мне бастарда, в Замок пришла ОНА. Простая селянка. Она сказала, что может помочь нашему горю. Я не знаю, что она сделала с Аликой, но она изменилась, перестала смеяться, даже улыбка пропала с ее лица. Она потребовала, чтобы я выделил ей отдельную комнату и комнату для той селянки. Не велика задача, хотя мы всегда до этого, спали вместе. А через три месяца Алика понесла. Моему счастью не было предела, я готов был носить свою жену на руках, а селянку осыпал золотом, она стала почти что членом нашей семьи. В положенный срок родился Сергар. Роды были очень тяжелыми, ребенок шел вперед ногами, но Малария, так звали ту селянку, справилась, приняла ребенка и стала его нянькой. Мальчик рос очень слабеньким, пугливым, только титул баронета защищал его от обид и побоев сверстников. Вокруг нас же одни крестьяне, да семьи резких искателей и воинов, что ходят в Проклятые Земли. Когда Сергару исполнилось девять, Алика как будто сошла с ума, она знала, что через пять лет сын вместе со мной пойдет в Проклятые Земли и этого никто не может изменить или отменить. Алика превратилась в одержимую, она задалась целью дать нашему сыну великую силу. В ход пошло все и магия, и нечестивая волшба. И вот, в день десятилетия, Алика решилась провести какой-то ритуал, как она говорила, «наделить нашего сына Ангелом-Хранителем». Я пытался ее отговорить, но куда там. Я виноват в том что случилось, я слишком сильно любил свою жену. Вдвоем с Маларией, Алика провела ритуал, но что-то пошло не так. Не появился у Сергара никакой Ангел-Хранитель, а сам он впал в странный сон. Не живой и не мертвый. Не ест, не пьет, а растет. Вот только все вокруг начало умирать, первыми были псы, коты сбежали из Замка. Потом начали умирать слуги, пришлось отпустить их всех по домам, но это не помогло, прошло всего пару месяцев и люди начали умирать уже и там. Через полгода баронство полностью опустело. Остались только я, Алика и Малария. Однажды, в такую же, как и сегодняшняя ночь, мне не спалось, Алика ушла в свою комнату, и я решил ее навестить. Пройти в комнату жены, можно было только через комнату ее служанки – Маларии. Чтобы не разбудить женщину, я практически крался по Замку, даже светильника с собой не взял. В комнате служанки никого не оказалась, я тихо приоткрыл дверь в комнату жены… над телом моего сына стояли два монстра, две ламии. Я убил их обеих.

- Куда вы дели тела?!

- Тело Маларии я сжег, а тело Алики… там, за этим гобеленом, когда-то была дверь в спальню моей жены. Она там. Я собственными руками замуровал изрубленное на куски тело. Я надеялся, что все изменится, что со смертью монстров все пройдет, все наладится, но ничего не изменилось, только я… перестал стареть. Сегодня ночью, Сергару исполнилось бы семнадцать лет.

- Ламии осознают себя только после двадцати одного года, а в полную силу входят к тридцати.

- Я этого не знал. Маг, ты знаешь, как помочь моему сыну?!

- Да, я знаю как можно было бы помочь вашему сыну, барон. А теперь… боюсь, что теперь уже поздно. Скажите, барон, вы знаете, что такое «Ангел-Хранитель»? Нет? Я вам попробую объяснить. Достаточно сильный маг, может захватить неприкаянную Душу и заставить ее себе служить. Но эти души слабы и практически ничего не могут. Ламии… они могут «слепить» из сотен Душ, одну. Именно такую Душу, ваша жена и называла «Ангелом-Хранителем» для вашего сына. Насколько я понимаю, эта Малария, смогла обмануть вашу жену и каким-то образом умудрилась выгнать из тела вашего сына его Душу, а вот посадить в него другую, у нее сил уже не хватило. Ни вы, ни ваша жена, ни тем более ваш сын к смертям окружающих вас людей не имеют никакого отношения. Душа вашего сына, где-то тут рядом, но она не может вернуться в тело самостоятельно, для этого ей нужен «проводник», другая Душа. Ваша жена ждет, что кто-нибудь это сделает, это она поддерживает жизнь в теле вашего сына, постепенно вытягивая энергию из Души из вашего Замка. Не удивляйтесь, в Империи несколько десятков живых Замков и даже есть парочка живых Крепостей. Души у этих Замков и Крепостей неразумны, они как маленькие щенки, зато энергия у них просто огромна, по сравнению с человеческими.

- Маг, ты можешь спасти моего сына?

- Я могу только попробовать. Три года, это слишком большой срок. Душа проводник может оказаться слишком сильной, она может оказаться, даже просто сильной и Душа вашего сыне не сможет с ней справиться, ведь она уже заметно ослабла. Есть еще одна опасность. Сейчас Душа вашего сына привязана к телу, а с появлением Души-проводника, эта связь разорвется и тогда она может просто не захотеть возвращаться, ведь все это время Душа мучается и страдает, она может захотеть покоя.

- И что тогда?

- Тогда ее место займет Душа-проводник, а от вашего сына останется только тело, его знания и опыт, которые сольются со знаниями и опытом Души-проводника.

- А если ничего не делать, что тогда?

- Душа вашего Замка погибнет полностью, ваша жена больше не сможет подпитывать энергией тело и Душу вашего сына, и их связь прервется уже навсегда. Ваш сын окончательно умрет, если конечно не погибнет раньше под рухнувшими сводами Замка.

- Значит выбор у меня не велик, или окончательная смерть сына, или жить будет только его маленькая частичка и тело, или мой сын будет жив и здоров?

- Вы все правильно поняли.

- Что тебе потребуется?

- Помощь вашей жены.

- Она мертва, мертва уже три года как!

- Мессир, вы забываете, что я маг-Менталист, мне потребуется помощь души вашей жены, а она все еще там, ведь вы не уничтожили ее тело, а у ламий связь души и тела очень и очень сильная. Так что, здесь она, здесь и ее помощь в этом деле будет неоценимой.

- Делай, маг, делай. Хуже уже не будет. Пусть все это закончится как можно скорее.

- Придется разобрать вашу кладку. А вам, мессир, лучше будет покинуть на время замок.

- Нет, я останусь!

- Это опасно, барон. Для вас опасно в первую очередь. Три года, три года Душа вашей жены была заточена в темнице, она зла, голодна и жаждет мести. Когда все закончится, я освобожу Душу вашей жены, отправлю ее на покой.

- Нет! Маг, ты не понимаешь. Я устал от всей этой неопределенности, я устал от жизни. Меня мучает совесть, чтобы ты не говорил, но во всех этих смертях виноват я и никто больше. Ты говоришь, что душе моего сына нужен будет Проводник, так чем я не подхожу на эту роль? Если моя смерть поможет прекратить весь этот кошмар, то пусть будет так.

- Это ваш выбор, барон. Если вы твердо решили остаться, то будете мне помогать, это немного повысит наши шансы на успех.

- Как я смогу вам помочь? Я не владею ментальной магией, я и обычной-то не владею, я самый заурядный человек, у меня в роду не было ни одного одаренного.

- Барон, а почему вы столько лет сидите возле постели полумертвого-полуживого сына? Ведь вы богаты, очень богаты, в Империи ходят легенды о вашей сокровищнице. Вы вполне могли бы жить и в Столице. Почему вы не прервали жизнь своего сына, вы еще достаточно крепкий мужчина, да и на вид вам не больше тридцати пяти-сорока лет, вполне могли бы найти себе новую жену, молодую, красивую, которая принесла бы вам нового сына и наследника. Поверьте, стоило бы вам только появиться в «обществе» и желающих прыгнуть в вашу постель было бы хоть отбавляй.

- Я знаю. В первое время я выслушивал такие советы по пять раз в седмицу. Даже были прямые предложения, в том числе и «помочь» мне с сыном, раз я по каким-то причинам не могу этого сделать сам.

- И что, почему вы остались?

- Я… я не знаю!

- Вот то-то и оно. Люди считают, что они властны над собой, а на самом деле всеми их поступками управляет их Душа. Души ведь тоже бывают разные, у одного она просто огромная и сияет как Солнце, а у другого мелкая и невзрачная и ее света не видно даже в пламени свечи. Ваша Душа, барон, относится к первым, поэтому вы и изводите себя, вы приняли состояние своего сына как некую кару, лично вам. Вот и тянете этот воз. Так что, вы, точнее ваша Душа, может мне очень сильно помочь, помочь удержать Душу вашего сын в этом Мире, не дать ей скользнуть «за грань», когда ее связь с телом прервется. Жаль, что не получится использовать вашу Душу как Проводника, зато она может стать Посредником между Душой вашего сына и Проводником, может стать Стражем, при Душе вашего сына, ее Защитником и Помощником.

- Маг, а зачем тебе тогда нужна Душа Алики?

- Чтобы не допустить в тело вашего сына то, что создала Малария. Я даже боюсь себе представить, что приготовила ламия для тела вашего сына. Так что, Душа вашей жены станет Щитом для вашего сына на пути этого создания.

- Я понял тебя, маг. Что мне делать?

- Для начала помогите мне все приготовить, и, если не вас это не затруднит, надо получше осветить эту комнату, а потом вскрыть комнату, что стала гробницей для тела и Души вашей Алики.

Барон соглашаясь кивнул и вышел из комнаты, делая вид, что полностью принял все слова этого залетного мага за истину. Не первую сотню лет по всей Империи ходят слухи о магах-менталистах, об их способностях и их возможностях, а тут беглец из гильдейской тюрьмы, целенаправленно идущий именно к нему, точнее к телу его сына. Только глупец может принять на веру, что Душа ламии станет кого-то защищать, скорее уж совсем наоборот, она станет не Щитом, а Копьем. Да и оговорка мага, о сокровищнице рода де Сангре, его богатстве и былом влиянии, тоже чего-то стоит. Но как же хочется поверить, что его сын откроет наконец-то глаза, что весь этот кошмар прекратится, что родовое гнездо прекратит разрушаться, что снова зазвенит в старом Замке веселый смех и наполнится он людьми, исчезнет наконец-то эта аура смерти, боли, страданий и безысходности.

Поход барона выдался совсем недолгим, в конюшне он нашел заржавевшую мотыгу, а в полуразвалившейся кузне старое и такое же ржавое зубило, по пути наверх, он еще заглянул в свою старую комнату и прихватил там свою шпагу, свою гордость, гномий клинок, выкованный подгорными мастерами и прошедший обработку в мастерских Светлого Леса, у лучших мастеров-оружейников, после чего клинок обзавелся тонким слоем серебра и стал смертельно опасен для любой нечисти. Скорее всего, если бы с бароном, в этот момент кто-нибудь оказался бы рядом и поинтересовался бы, зачем ему шпага, то ответить он бы не смог, какое-то иррациональное чувство подспудной опасности заставило его проделать немаленький крюк по Замку и вооружиться столь экзотическим и смертоносным оружием.

В бывшей комнате служанки жены маг тоже не сидел без дела. Вернувшись барон обнаружил довольно странные приготовления. Маг разместил по всей комнате несколько десятков факелов и собрал из соседних комнат все подсвечники, а еще он вытащил из комнаты практически все, даже кровать, на которой столько лет пролежал сын барона, сам юноша находился на полу, полностью обнаженный, а вокруг его тела маг собственной кровью наносил, прямо на плиты пола, какие-то знаки. Мешать барон не стал, он все ещё продолжал надеяться на лучшее, но шпагу разместил поудобнее, теперь уже мысль вооружиться, не казалась ему такой уж глупой, а странный маг-менталист начал пробуждать не надежду, а тревогу. Все эти годы барон не прекращал попыток излечения сына, поэтому в родовом Замке за это время побывало огромное количество всевозможных лекарей и магов, от Магистров Магии Жизни из Светлого Леса, до магов Смерти из Валузии. Барон ничуть не сомневается, что все они вполне искренне пытались ему помочь, но первоочередной их целью была сокровищница Замка, о которой, тут приблудившийся изгой, абсолютно прав, еще недавно слагали легенды. Но сейчас сокровищница пуста, хотя «на черный день», барон кое-что и припрятал, совсем немного, но это может помочь восстановить Замок, или начать новую жизнь его сыну. Сам барон уже давно для себя все решил, когда сын встанет на ноги, он уйдет в Проклятые Земли, он должен, нет, обязан, найти родственников своей жены и отдаться на их Суд.

Именно это и стало причиной настороженности барона, в некоторых пиктограммах он без труда разобрал некромантические знаки, а чуть погодя и пиктограммы магов Крови, что не очень-то сочетается с магией ментальной. А маг между тем продолжал свою работу, вычерчивая какие-то знаки и пятная комнату своей кровью. Как последний штрих, маг установил в изголовье юноши огромный багровый кристалл и довольно улыбнулся.

- Ну что, господин барон, начнем?

- А комнату вскрывать не будем?

- Нет, я смогу защитить Душу вашего сына сам. Все же, Душа ламии, это Душа ламии и не стоит рисковать. Ну так что, приступим?

- Да, маг, начинай.

Казалось бы, маг только этого и дожидался, от небрежного взмаха руки вспыхнули факелы, а пламя свечей засветилось каким-то гнилостно-зеленым светом. Маг положил свои руки на лоб и сердце юноши и затянул какую-то выворачивающую душу мелодию. У барона по спине побежали струйки пота, а во рту заныли зубы. Сначала барон не понял, показалось ему или нет, но из-за заложенной двери послышался какой-то звук, как будто чье-то тяжелое тело со всего размаха врезалось в стену. Но когда этот звук повторился, барон уже не сомневался, его давно убитая им же жена рвется на свободу, тем более, что теперь звуку удара вторил длинный заунывный вой. Маг победно улыбался, а барон покрепче стиснул эфес шпаги. Теперь уже обреченный вой, казалось бы шел со всех сторон. Громкий звук треснувшего стропила на ненадолго привел барона в чувства. Тело его сына тряслось мелкой дрожью, руки и ноги начали изгибаться под невозможным углом. В комнате стало чуть темнее, стало заметно, что некоторые свечи, до этого горевшие зеленым пламенем погасли. Вот погасла еще одна, а от нее отделилось какое-то едва заметное облачко и направилось к соседней, но замерло на полпути, подчиняясь повелительному взмаху руки мага. Облачко забилось, как будто попало в сети, но маг держал его крепко. Будь барон чуть послабее духом, от того что произошло сразу за этим, он мог бы и сойти с ума. Из стен комнаты начали выходить странные существа, одни были едва заметны и были больше похожи на струйку тумана, вторые были намного массивнее и уже имели определенные очертания, чем-то напоминающие человеческие. Последней каплей стало появление давно почившего отца барона и его матери. Всю свою жизнь барон знал, что духи и приведения умерших людей не несут живым ничего хорошего, но ведь это был его отец, человек воспитавший, научивший его всему что он знал и его мать, женщина, давшая ему жизнь, не спавшая ночами возле его колыбели, его опора и защита в далеком детстве. Барон сам не заметил, как фамильный клинок оказался в его руке, лезвия светилось ярким белым светом, сигнализируя о присутствии вблизи нечисти. Такой родной и близкий голос неожиданно рявкнул:

- Руби! Руби его!

Барон перевел взгляд на мага. Того всего трясло, тонкие пальцы превратились в длинные паучьи лапы с огромными черными когтями на концах, неопрятная борода шевелилась сотнями тонких белесых щупалец, тонкие губы исчезли, желтые кривые зубы превратились в длинные острые иглы.

- Руби его!

Подчиняясь привычному голосу и команде, барон рванулся вперед, шаг, второй, и буквально в паре шагов от мага, или от того что магом прикидывалось, барон понял, что больше не может сделать ни шагу. Торжествующая ухмылка на лице существа предала ему немного сил, и барон как копьем ударил шпагой прямо в сердце неведомой твари. На несколько мгновений сила, остановившая барона, пропала, клинок в руке вспыхнул белым пламенем, освещая самые дальние углы комнаты, маленькое облачко, бившееся в сетях мага, рванулось к барону, и казалось, окутало его руку, подчиняя ее себе. Шпага взлетела ввысь и с размаху опустилась на тонкую шею существа, перерубая ее. Какой-то миг, голова еще держалась на месте, барону даже показалось, что она сейчас прирастет обратно и он рубанул второй раз, на этот раз не по шее, а по этой омерзительной личине. Со стуком на пол упали две половинки головы, рассечённой почти на равные части. Еще какое-то время шевелились щупальца на одной из них, клацали зубы-иглы, сверкали глаза, как бы обещая и грозя барону всеми карами.

- Немедленно сожги ЭТО! – опять раздался голос отца.

Барон непослушными руками собрал, так заботливо подготовленные тварью, факелы и свалил их кучей на останки. Несколько секунд ничего не происходило, а потом факелы ярко вспыхнули и через пару секунд только пепел и противный запах напоминал о том, что здесь произошло. Барон перевел взгляд на Дух своего отца. Он уже успел взять себя в руки и прекрасно осознавал, что если бы он хотел, то уже давно причинил бы ему вред. А значит можно и немного поговорить.

- Отец?

- Что не узнал?

- Тебя тяжело не узнать. Спасибо за помощь.

- У нас мало времени. Душа Алики отдала нам всю свою силу, чтобы мы спасли тебя и нашего внука. Так что, благодари не нас, а ее, она пошла на полное развоплощение ради твоей жизни.

- Что будет с Сергаром?

- Возьми кристалл твари, положи его на лоб сына и молись.

- Что это такое было?

- Сагди, пожиратель Душ, самое мерзкое порождение Ада. Они не имеют своих тел, поэтому используют чужие, перед этим пожирая Душу. Человеческие тела не могут долго выносить в себе присутствие Души Сагди и начинают трансформироваться. Если до момента окончания трансформации Сагди не находит себе нового тела, то его Душа возвращается в Ад на перерождение и служение более высшим существам, только в качестве вознаграждения Сагди сможет опять вернуться в Мир живых. Все, наше время вышло. Позаботься о нашем внуке и Замке, их Души сильно изранены. Я не знаю, что успела сделать эта Тварь, поэтому будь снисходителен к сыну. – в этот момент от распростертого на полу тела раздался тихий стон, а за ним вопль полный боли. Тело выгнулось дугой, да так, что барон с огромным трудом смог удержать кристалл на лбу сына. Прошло всего одно мгновение, тело юноши расслабилось, а веки дрогнули и начали приподниматься. Из-под них появился ослепительный свет, казалось, что на месте глаз горят два Солнца. Но длилось это совсем не долго, пять-шесть ударов сердца и свет исчез. – Ладно, пусть будет так. – расслышал барон тихий шепот Духа. – Береги сына и прощай.


1 Глава.

Кто сказал, что утро может быть добрым? Не верьте, утро добрым не бывает, особенно если перед этим не спал почти сутки, а с утра пораньше тебя будит настойчивый, нет не стук, долбеж в дверь. В принципе, не надо быть гением сыска, чтобы понять, кто посмел так бесцеремонно поднять меня с кровати, Андрюха, больше некому. Опять с какой-нибудь сумасшедшей идеей приперся, вечно у него все ни как у людей, то он Могилу Чингисхана ищет, то Янтарную Комнату, а за пару месяцев до моей очередной вахты, появилась у него навязчивая идея, мол есть где-то на Памире пещера, даже можно сказать целый пещерный комплекс, который ведет прямиков в Китай и Индию. Где уж он подобную глупость подхватил, я сказать не могу, но с тех пор Андрюха этой пещерой буквально бредит. Так что, особо гадать не приходится, будет меня сейчас соблазнять отправиться с ним на Памир. Ну оно-то и понятно, последние лет пять, я у него за штатного спонсора. Нет, я совсем даже не миллиардер, и даже не миллионер. Нефтяник я, работаю по полгода вахтовым способом, помбура, так что, зарплата у меня очень даже не плохая, со всеми накрутками под полторы сотни в месяц выходит, так что к очередному и более чем заслуженному трехмесячному отпуску, скапливается вполне приличная сумма, дающая почувствовать себя пару недель настоящим миллионером, ну а потом как «масть пойдет». Но в этот раз Андрюха опоздал, я уже больше месяца как вернулся, первые денечки, когда «гуляй рванина, от рубля и выше» уже закончились, а через пару недель, я уже и сам на подсосе окажусь, только-только до отъезда хватит. Хотя чувствую, придется мне проставляться, ладно, пару суток в сауне с коньячком и девочками мой бюджет еще выдержит, а дальше… а дальше уже Андрюха не выдержит. Слаб он на это дело, как впрочем и на «то». Но тут уже он сам виноват, как говорится, «кто на что учился». Я-то всю жизнь раздолбаем был, и учился через пень колоду, и в Армию потом, почитай, единственный из нашего класса загремел, хотя, если сказать честно, то ни капельки не жалею. Можно сказать, без лишней скромности, что Армия сделала из меня мужчину, хотя все остальные для этих целей, предпочли женскую общагу. Ну и флаг им в руки, и барабан на шею. Ладно, делать нечего, то что я дома Андрюха прекрасно знает, так что не успокоится и не угомонится, будет стоять и долбиться до посинения.

Через секунду ко мне в квартиру ворвался торнадо средней мощности.

- Серега, ты чего еще спишь!? Там уже все собрались, только тебя ждем!

- Кто собрался? Зачем ждут? – сказать, что я был растерян, это значит ничего не сказать, я был в шоке.

- Ну как же, мы же еще пять дней назад договорились, что едим на Памир! – возмущению Андрюхи нет предела, а я постепенно начинаю соображать, что же произошло. Магические слова «пять дней назад» прозвучали и сорвали пелену с моей памяти. Пять дней назад я был в Питере, на Васильевском Острове, там, как всегда в это время, устроили свои игрища толкиенисты, к которым и я присоседился, по старой памяти, тем более, что подросло уже новое поколение «эльфиек», с которыми я не был знаком, но был совсем не против «навести мосты». Вот как раз в этот самый момент перехода знакомства, из вертикального положения в горизонтальное, с очередной «маэлью» Андрюха и позвонил. Отвлекаться мне не хотелось, как, впрочем, и обижать друга, поэтому я просто отложил трубу чуть в сторону, все равно, если Андрей начал вещать, то полчаса у меня точно есть, должен успеть. Ну а потом, когда я наконец-то взял мобилу в руки. То единственное что смог сказать: «нет проблем, брателло»! За что теперь и приходится отдуваться. Тем более, что на мои робкие попытки отмазаться, этот торнадо абсолютно не отреагировал, особенно после того, как его взгляд уткнулся в необъятный рюкзак, который я по многолетней привычке подготовил уже для следующей вахты. Лучше это делать заранее, пока деньги есть и еще в силах.

- Что, прощался с очередной пассией и почти не спал? – участливо поинтересовался друг, - Ладно, хватай вещи, в самолете доспишь, лететь нам долго. – подхватив мой рюкзак, это недоразумения скрылось из квартиры, а я в панике заметался по ней же. А потом просто махнул рукой. Андрей что-то сказал насчет самолета, значит он еще и вояк умудрился к этой авантюре подписать, да и говорил он что меня «все ждут», значит в этот раз не я один окажусь в идиотах, поведшихся на красноречие Андрюхи. Быстро и привычно переодевшись в «энцефалитку», затянув шнурки на берцах, я мячиком скатился по лестнице на улицу и слегка завис. Возле стоящего во дворе микроавтобуса «Мерседес», расположились четверо серьёзных мужиков, которым мой дружок что-то втирал. Мать моя женщина, это с кем же Андрюха на этот раз связался, хотя мужики именно серьезные, а не отмороженные, но нехорошие предчувствия, от них никуда не денешься.

До аэропорта ехать около часа. Все это время я старательно делал вид, что дремлю, а сам прислушивался к разговорам и медленно выпадал в осадок. Мало того, что эта дружная компашка уже один раз успела смотаться на Памир, так они оказывается там что-то реально нашли, но как они все согласны, ненадлежащая подготовка и начавшаяся зима, заставила их сворачивать, в первый раз, удочки. Да и парни оказались совсем не страшными, все из нашего городского «Клуба экстремальных видов спорта», скалолазы и альпинисты, короче. Как уж на них вышел Андрюха, о том история умалчивает, но по их к нему отношению, он у них что-то вроде «гуру» и непререкаемого авторитета. Ладно, в самолете мне этот «Индиана Джонс» доморощенный все расскажет, или отправится домой с парочкой переломов, будет ему и «поиск», и «экспедиция», и «открытие века».

Микроавтобус доставил нас прямо к аппарели транспортного ИЛ-76, у меня даже мелькнула было мысль, что мы так вот, вместе с мерседесом и отправимся за границу, но оказалось, что нет, путешествие автомобиля не предусмотрено, зато предусмотрено использование не выспавшегося и потому злого помбура в качестве грузчика. Ладно, хрен с тобой «золотая рыбка», для себя в конце концов стараюсь, но еще один «плюсик» напротив строчки «Андрей», появился. Перегрузка многочисленных баулов, мешков и узлов закончилась довольно быстро, особенно если учитывать посильную помощь, как минимум, отделения солдатиков.

Я немного опасался, что в самолете мне не удастся поговорить с Андрюхой, помешают его новые друзья, но они оказывается исповедуют старый армейский принцип, «солдат спит, служба идет», поэтому сразу после взлета все завалились баиньки, а я наехал на Андрея. Сопротивлялся тот совсем недолго, но свой рассказ, как обычно, начал издалека, чуть-ли не со времен Потопа.

- Серый, вот скажи мне, где искать клад? Наверно там, где его можно спрятать. Где же прятали клады? Ну, с морем всё ясно. Пираты, затонувшие корабли. А вот, если на суше? Карты сокровищ. Легенды о сокровищах. Хоть раз в жизни надо попытаться их найти. Да, возможно, деньги и драгоценности были когда-то нажиты нечестным путем. Но сегодня они просто сокровища, хотя нет, это - настоящие сокровища, и поиск их - благородное и экзотическое занятие. Ты же знаешь, легенды о несметных сокровищах мрачных подземелий всегда будили моё воображение, будоражили и звали в дорогу, к новым приключениям и открытиям. Последней каплей послужили рассказы знакомых альпинистов о труднодоступной и легендарной пещере Мататаш, что в Восточном Памире. Несмотря на скромные размеры, Мататаш является одной из самых известных пещер Средней Азии. Редко, какой рассказ или книга о Памире обходится без упоминания о легендарной пещере возле озера Ранг-куль. Одна легенда о расположенной в середине отвесной скалы, высотой около пятисот метров и находящейся на высоте свыше четырех с половиной тысяч метров, пещере, насчитывает уже несколько столетий. В этой легенде говорится, что лет триста тому назад, зимой, в Рангкульской котловине на высоте свыше четырех тысяч, метров китайские войска, совершившие удачный набег на богатые города Бухару и Самарканд и захватившие богатую добычу, спрятали огромные сокровища. Слушай, я расскажу тебе эту легенду. «Найдя хорошие пастбища по берегу озера Ранг-куль, китайцы решили здесь и зазимовать, разбив лагерь возле скалы с пещерой. Но вскоре выпал такой глубокий снег, что лошади не смогли добывать из-под него корм и начали погибать. Постепенно кончилось и продовольствие. Начался бунт. Самые отчаянные из солдат ночью взяли лошадей, часть награбленных драгоценностей и бежали из лагеря. Для того, чтобы за ними не было погони, они перерезали жилы на ногах всем оставшимся лошадям. К утру лошади погибли, а китайские войска оказались в беспомощном положении, занесенные снегом, без лошадей и продуктов. Чувствуя неминуемую гибель, китайские солдаты решили спасти хотя бы своё богатство. Выбирая место для тайника, они обратили внимание на пещеру, видневшуюся высоко в скале. Оставалось только найти способ добраться до неё. Солдаты разрезали трупы лошадей на куски и прикладывали их к отвесной скалы. Куски крепко примерзали к скале, - таким образом, получилась длинная вертикальная лестница. Сложив в пещеру все награбленные сокровища, китайцы поселились в другой пещере, поблизости. Но вскоре все погибли от холода и голода. С наступлением весны куски мяса оттаяли и упали, пещера снова стала неприступной». На этом легенда, а может быть и самая настоящая история не заканчивается. «Много с тех пор было смельчаков, пытавшихся добраться до сокровищ легендарной пещеры, но безуспешно. И тогда люди решили, что сокровища охраняет нечистая сила. Лет сто пятьдесят тому назад один из местных жителей воспользовался суровой зимой и, перерезав весь свой скот, решил повторить описываемую в легенде историю, сделав такую же кровавую лестницу, какую сделали китайцы. Он добрался до пещеры, но, лишь только заглянул в нее, как услышал страшные звуки, он так испугался, что упал вниз с двухсотметровой высоты и разбился. Потом, через много лет появился в тех местах человек, который отважился подняться по отвесной скале, цепляясь за ее выступы и неровности. Считается, что, добравшись до пещеры, он увидел сложенные в ней ятаганы, сундуки и разные тюки, но между ними сидел страшный черный зверь. Таджик его испугался и тоже упал со скалы, разбившись насмерть. После этого уже никто из местных жителей не отваживался влезть в пещеру. Тем временем сокровища время от времени напоминали о себе. То парчовый халат из пещеры выдует ветром, то выпадет оттуда серебряное ведерко... Рассказывают, что последний раз выпадали разные вещи из пещеры лет 40 тому назад. И все, кто слышал эту легенду, проезжая по дороге возле скалы, с завистью посматривают на пещеру сокровищ. До легендарной пещеры на протяжении последних пятидесяти лет неоднократно пытались добраться и альпинисты, и спелеологи из Ташкента, Питера, Красноярска, Москвы, Одессы. Но, подобравшись по отвесной стене почти к самой пещере, альпинисты каждый раз были вынуждены отступать из-за нависающих перед входом плохо скрепленных между собой каменных плит. Все попытки проникнуть в пещеру сверху также оказались тщетными. Над пещерой нависал мощный скальный карниз, который не позволял спускавшемуся на тросе альпинисту закачнуться в пещеру.

Визуальный осмотр с расстояния в несколько метров видимой части пещеры тоже ничего не дает. Никаких тюков или сундуков с сокровищами не видно – лишь нагромождение камней, да уходящий вглубь скалы ход… Снизу хорошо видны какие -то похожие на тюки белые предметы, в то время, как породы, слагающие скалу – серого цвета. А в пещере, как и гласит легенда, действительно живут несколько громадных белоголовых сипов. Название пещеры, по всей вероятности также связано с якобы спрятанными в ней сокровищами. Слово «Мата» означает - тонкая белая материя местного производства, а «Таш» - камень». Именно упоминание о видимом длинном проходе, уходящем в глубину пещеры эта история меня и заинтересовала. Ведь есть еще одна легенда и я тебе ее уже рассказывал, легенда о пещере Сыйкырдуу-ункюр. Она гласит, что в пещере есть подземный ход, который ведет в Китай, Афганистан и Индию, причём такой большой, что по нему можно даже провести караван. Если первой легенде всего чуть больше трехсот лет, то второй намного больше, в разы, больше. Вот я и подумал, а что если в этих двух легендах идет речь об одной и той же пещере, тем более, что обе названные пещеры находятся совсем недалеко друг от друга. Могла же более поздняя легенда затмить блеском золота и драгоценных камней более раннюю, с ее длинным проходом. Три месяца назад я и несколько моих единомышленников из Клуба, организовали первую экспедицию. У подножья огромной скальной стены хребта Чаракташ, возвышающейся над долиной и озером на добрых полкилометра, примерно посередине совершенно отвесной скалы виднеется темное, продолговатое отверстие входа в таинственную пещеру Мататаш. Но перед нами стояла совсем иная первоочередная задача - отыскать пещеру, где погибли китайцы. По описаниям, она расположена в ущелье на склоне Чаракташа с противоположной от Мататаша стороны. Лагерь мы поставили на высоте четыре тысячи метров у подножья очень крутой каменистой осыпи. Почти в самой верхней её части, под самым гребнем, на высоте почти пяти тысяч метров, виднеется вход в нужную нам пещеру. Добирались до неё - не меньше часа, осыпь очень крута, а снаряжения слишком много. Неизвестно, что нас ожидало внутри, поэтому решили сделать первый выход в пещеру разведочным. Подъём, даже налегке, занял почти сорок минут – слишком крута осыпь, и камни приходят в движение от каждого неосторожного шага, вызывая настоящий камнепад. Поэтому шли кучно, серпантином, стараясь не находиться друг под другом. После небольшого отдыха у входа, мы с замирающим сердцем вступаем под своды таинственной пещеры. Ведь с этой пещерой тоже связана очень любопытная, и даже трагическая легенда. Однажды, как гласит легенда, несколько местных жителей полезли к пещере в надежде найти проход, соединяющий пещеры и попытаться добраться до сокровищ. Войдя в пещеру, они нашли много золы от костра и груду человеческих костей. Потом пошли по длинному и узкому коридору, где было много громадных летучих мышей, часто задувавших светильники. Шли они этим коридором около трёх дней и, наконец, наткнулись на громадный человеческий череп. Люди испугались и вернулись обратно. Были и другие попытки пройти этим коридором, но все, кто пытался это сделать, всё равно возвращались. Одни видели какого-то сидящего человека, другие страшного черного зверя. И всё это, как гласит легенда, убедило суеверных искателей кладов, что сокровища в пещере действительно есть, но крепко охраняется шайтаном. Пещеру назвали "Сыйкырдуу-ункюр", что в переводе значит "Заколдованная пещера". Было и еще несколько попыток пройти к сокровищам Мататаша подземными коридорами этой пещеры, но все они кончались неудачно. Рассказывают, что когда-то давно один местный, знал дорогу к спрятанным под землей сокровищам и даже выносил оттуда золото, но тайну этого пути хранил до самой смерти и не открыл её никому. Незадолго до нашей экспедиции в этой пещере побывали спелеологи из Москвы. Они нашли несколько новых узких тупиковых ходов и сделали заключение, что пещера небольшая и никаких галерей в сторону Мататаша здесь нет. А вот мы не поверили и решили попробовать. Попытка - не пытка. И, тщательно обследовав всю пещеру, наткнулись в одном из ее дальних уголков на мощный завал из больших каменных глыб. Из промежутков между камнями чувствовалась сильная тяга воздуха! Воодушевленные этим обстоятельством, мы начали яростно разбирать завал. Как только образовалось отверстие, куда можно было протиснуться, сразу стало понятно, что продолжение пещеры найдено! Через несколько метров узкий коридор расширялся и круто обрывается пятиметровым колодцем. Здесь мы и поставили первый подземный лагерь. Для этой цели нам почти идеально подошел зал у входа, в котором жили погибшие впоследствии китайцы, – их кости находили здесь те, кто приходил в пещеру до нас. Такое решение приняли не случайно. Много времени займет непосредственное прохождение, и обследование неизвестной части пещеры, составление ее подробного топографического плана. Кроме того, при исследовании пещер на большой высоте, с длительными подходами и сложной подземной конфигурацией и лабиринтом ходов, спелеологи, как правило, по несколько суток находятся под землей, не выходя на поверхность. Нормальный жизненный ритм нарушается, так как под землей нет ощущения времени и смены суток. Как выяснилось впоследствии, исследование пещеры было очень тяжелым не только потому, что она трудно проходима, но и из-за очень низкой температуры внутри, и низкой влажности воздуха, что при длительном нахождении под землей переносилось крайне тяжело. Ведь, чтобы спуститься до самой дальней точки, необходимо было затратить больше суток, и столько же, чтобы выйти обратно. Поэтому во время исследования пещеры приходится устанавливать несколько подземных лагерей. Новая часть пещеры преподнесла нам свои сюрпризы, один за другим. Узкие лазы чередуются с такими же узкими вертикальными или наклонными колодцами. И, в конце концов, обрываются десятиметровым уступом в громадный зал, он наклонно уходит куда-то в кромешную тьму… Луч фонаря теряется в ней, так и не достигнув конца пещеры. Но самая удивительная находка ждала нас именно во время спуска в этот зал. За выступ стены, на глубине примерно в полторы сотни метров, была закреплена, и спускалась с уступа, самодельная, очень старая веревка, сплетенная из шерсти яка! Это подтверждает то, что в пещеру очень давно спускались люди. Значит рассказы о том, что кто-то ходил этим подземным лабиринтом - не вымысел! Сообщение в лагерь, о находке веревки вызвало всеобщее ликование и новый прилов энтузиазма. Не зря приехали, не зря поверили в легенду! Одна штурмовая группа за другой, меняя друг друга, с новыми силами, мы продолжили спуск и обследование ходов пещеры, которая уступами уходила все глубже и глубже. Во все стороны уходят большие и маленькие ходы, но все они - тупиковые, а на их обследование уходило много времени. Удивительно, - в пещере совсем нет никаких натечных образований - ни сталактитов, ни сталагмитов. Зато постоянно происходят обвалы потолка. На полу - толстый слой очень мелкой пыли. Очень холодно. Стоит только присесть отдохнуть, как моментально начинаем замерзать, даже, не смотря на теплые свитера и комбинезоны! Вот уже триста метров от поверхности, четыреста… Скоро пещера опустилась на уровень дна ущелья, где стоит наш лагерь. С одной стороны, это может подтвердить легенду о том, что подземный лабиринт ведет в Китай, и по нему действительно ходили контрабандисты! А с другой стороны - до сих пор не найдены подземные галереи, ведущие в сторону пещеры Мататаш…

Правда, при обследовании одного из залов, были обнаружены многочисленные следы обвалов и крупных свежих трещин в стенах и на потолке, а также явные следы смещения породы. Все это свидетельствовало о явных следах мощных землетрясений, которые довольно часты в этих местах. А это значит, что, если ход в сторону Мататаша и существовал когда-либо, то он мог быть и завален во время очередного землетрясения. И все же пройти до конца пещеру нам в первый раз, так и не удалось. На глубине почти пятьсот метров пришлось остановиться перед очередным колодцем примерно тридцатиметровой глубины. Дальше спускаться не хватило ни снаряжения, ни сил, ни времени. Добраться до пещеры Мататаш не удалось, а вот найти тот «длинный коридор» в пещере Сыйкырдуу-ункюр, о котором рассказывала легенда, и в которую мы все поверили, мы смогли. В этот раз мы подготовились намного лучше, да и спонсор у нас появился, реальный спонсор и самый настоящий энтузиаст. Так что, в этот раз мы планируем дойти до конца. Не в Китай, конечно, и не в Афганистан или Индию, но легенду мы или подтвердим, или опровергнем окончательно.

Честно говоря, от всего услышанного я был в шоке и с завистью глядел на моего старого друга. Живут же люди, что-то ищут, исследуют, совершают открытия! А я? А я, как в кино, «украл, выпил, в тюрьму», а точнее, полгода провкалывал, как Папа Карло, пропился, накувыркался с податливыми, на деньги, девочками, протрезвел и опять на полгода в тайгу, вкалывать. Еще лет десять в таком режиме и что имеем в итоге, ни семьи, ни детей и в сорок уже не мужик, а развалина, зато буду всем говорить: «зато я пожил, а вы все только существовали». Так кто, на самом деле, живет, а кто существует?!

На какое-то время я выпал из реальности, а когда очнулся, самолет уже заходил на посадку. Мы прибыли. Потом был длинный путь на старом, дребезжащем ЗИЛке, по горным дорогам, когда даже выглянуть из кузова было страшно, казалось, что машина едет буквально по самому краю пропасти.

На место прошлого лагеря мы прибыли когда уже смеркалось. Водитель с нами ночевать отказался, поэтому нам пришлось в темпе разгружать все свои пожитки и отпускать его с миром. Но на прощанье он поведал нам еще одну легенду, связанную с этими местами.

В незапамятные времена хитрый и жадный бай спрятал в одной из пещер свои сокровища. А охранять их приставил огромную змею. У бая была дочь-красавица. Когда к ней приходили свататься, бай требовал сначала богатых подарков, а потом, чтобы проверить храбрость женихов, отправлял их в пещеру принести драгоценный меч. Даже те, кому удавалось добраться до пещеры, при виде змеи падали замертво. Немало смельчаков сложили здесь головы, увеличивая состояние бая. Со временем пещеру забыли, но змея, мол, продолжает там жить, сторожа богатство. И по-прежнему, здесь без следа пропадают люди, молва приписывает это гигантскому пещерному змею. Он, дескать, столь огромен, что одним своим появлением заставляет светиться само небо.

Но легенды легендами, а мы готовились к главному делу - спуску в пещеру. Тем более, что нам всем смертельно хотелось спать. После целого дня езды над самой пропастью меж каменных каньонов, глаза слипались сами собой. Но едва веки смыкались, могучая сила подбрасывала нас на ноги. Этой силой был страх. Да-да, самый настоящий, проникающий во все клеточки тела страх.

Разбив лагерь, приступили к тренировкам. Даже хорошо подготовленному спортсмену непросто по нескольку раз в день подниматься на почти отвесную полукилометровую скалу. Еще сложнее совершить многокилометровые марш-броски с тяжелеными рюкзаками под раскаленным солнцем. Но все стоически переносили трудности. Впереди была главная цель - пещера. Я смотрел на моих новых товарищей и никак не мог понять, что заставляет их, коммерсанта, преподавателя ВУЗа, лаборанта и инструктора по фитнесу, после одиннадцати месяцев напряженного труда пренебрегать морем, солнцем, пляжем и уезжать за тысячи километров в каменную пустыню, чтобы потратить отпуск и отпускные на рискованные спуски в мрачные подземелья? Тому, кто привык при знакомстве спрашивать: "Кем работаете? Сколько получаете?" - не понять этих людей. У них разные характеры и привычки, возраст и образование, но объединяет их одно - высокая спортивная подготовка, страстная любовь к природе, и прежде всего к пещерам. Меня опять кольнуло острое чувство зависти.

Первый спуск был, пожалуй, самым ответственным. Задача на него была поставлена так: "Прочистить колодцы, ведущие на нижний этаж, навесить снаряжение, оборудовать систему связи. Совершить пробный спуск, оценить состояние пещеры, ее размеры и дать приблизительную оценку ее содержимому". Базовый лагерь покинули с рассветом. Совершили затяжной полукилометровый подъем по каменной стене и через час с небольшим были на месте. Нашему взору предстала удивительно красивая и уютная пещерка. Площадка перед входом, как навесом, прикрывалась большой треугольной плитой. Чуть выше ее виднелось небольшое отверстие, самой природой предназначенное для дымохода. А в дальнем конце зала зияло широкое отверстие высотой чуть больше метра. Сгибаясь пополам, ударяясь касками о камень, мы втиснулись в него, поднимая с пола тучи мельчайшей пыли. Через несколько метров потолок резко поднялся, можно было встать в рост. Осторожно, чтобы не пылить, мы двинулись по просторному коридору, заворачивающему влево.

Мы оживленно обсуждали последовательность работ, пытались представить, что нас ждет на нижнем этаже, как вдруг со свечами случилось нечто странное. Обыкновенные, парафиновые, они затрещали пулеметными очередями, пламя запрыгало, а одна свеча и вовсе погасла. Мы бросились к ним и увидели неприятное зрелище. Серая, грязная пыль волнами ползла к свечам, обтекала каждую со всех сторон и поднималась к пламени. Плотными рядами на огонь ползли бесчисленные полчища полупрозрачных, грязно-серых клопов-клещей! Я в горах совсем не новичок, да и в армии дали неплохую подготовку, хотя и до нее не раз и не два выезжал с друзьями и на Кавказ, и на Урал, но о подобном только слышал от более опытных товарищей.

Итак, первый наш спуск. На нижний этаж пещеры ведут два колодца. Первый - ближе ко входу - более прямой и широкий. Но он забит пылью и "живыми", то есть едва держащимися, камнями. При глубине метров семьдесят-восемьдесят, даже маленький камешек, сорвавшийся сверху, вызовет настоящий камнепад. Второй колодец намного чище, но одновременно и намного уже. Он напоминает гирлянду бутылок - широкий проход, потом узкое горлышко, опять проход и так далее. Решили, что первый будет использован для подъема находок, заинтересовавших нас, а второй - для спуска и подъема людей.

Навешены веревки, страховка, гибкая металлическая лестница. Первым опускается Алексей Изотов, самый опытный из нас. Он пройдет по большому колодцу, очистит его и опустит вниз оборудование связи. Под каской Алексея - радио гарнитура: он будет рассказывать обо всем, что увидит по дороге. Лицо прикрывает респиратор, на лбу горит специальный фонарь. Блестящий комбинезон, со множеством различных приспособлений, связывает с поверхностью страховка. На ногах – специальные горные ботинки, моя давнишняя мечта. Фантастическая картина, вызывающая улыбку, Алексей напоминает одновременно и водолаза, и космонавта. Но, пора, я иду вторым. За мной Андрюха, а потом Макс, еще один Сергей и Руслан. Через минуту, под визг верхонок, я уже был внизу, где удостоился осуждающего взгляда Алексея. Есть за что, спорить не буду, я ведь, как в цирке, зажав в брезентухах основной линь, буквально за секунды, спустился с высоты девятиэтажного дома, блеснул мастерством, что называется, а точнее мальчишеством.

Пока Алексей готовил «плацдарм» для остальных, принимал вещи и оборудование, я решил немного прогуляться по пещере и определиться с ее размерами.

Впереди на толстом слое пыли показалось вдруг огромное черное пятно шириной почти во весь коридор. Через несколько шагов стало ясно - передо мной провал. Захотелось подойти поближе, чтобы разглядеть ею получше. Шаг, другой...

- Стоп! – слышу истошный крик Алексея, но уже поздно. Всего один лишний шаг и, казалось бы, такой прочный каменный пол, уходит у меня из-под ног. Единственной мысль, мелькнувшей у меня в голове, было: «Как глупо! В самом начале пути и так подставиться!». А ведь я прекрасно знаю о таких вот ловушках, за долгие века, а может быть и тысячелетия, мельчайшая пыль, как самый высококачественный цемент спекается и образует над провалами и колодцами карниз. На вид он прочный и неопасный, но стоит даже самому мелкому камешку попасть на него, как все эти тонны пыли обрушиваются вниз, увлекая все за собой. Если камешек не большой, то он может просто пробить «карниз», лишь немного увеличив видимый провал, а если на него встанет человек… Одно только не понятно, почему, если мужики уже здесь были, то не обнесли провал леерами, не обозначили опасность. А может они его в первый свой спуск просто не заметили, или просто, уходя сняли ограждения? Но нет, так ни у спелеологов, ни у альпинистов не принято. Нашел ловушку, обезопась ее, дай тем, кто придет после тебя, лишний шанс выжить.

Не скажу точно, сколько я так летел, в клубах пыли, считая телом все неровности, сознание я потерял уже, наверное, на втором ударе. Очнулся я под толстым слоем пыли и мелких камешков, на какой-то мягкой, ну после камня мягкой, поверхности. Налобный фонарь, как не странно, еще продолжал светить, из этого я смог сделать вывод, что без сознания я провалялся не так уж и долго. Попробовал связаться с парнями по радиостанции, и о Чудо! Пусть очень плохо, с шумами и постоянными прерываниями, но я услышал своих, а они меня. Оказывается, мне в очередной раз дико повезло, провал этот не был вертикальным, а походил на спиралевидный спуск, как в аквапарках, только намного длиннее. Уяснив, что я жив и относительно здоров, мне настоятельно посоветовали больше никуда не лезть, и оставаться на месте. Операция по моему спасению уже началась, но скоро мне спасателей ждать не следует. Во-первых, спуск предстоит долгий, а во-вторых, эта «спираль» оказывается не единственная и имеет множество ответвлений, и в какое из них меня затянуло, сейчас никто не знает. Заверив, что никуда я не уйду, я принялся ждать. Конечно я еще выслушал о себе массу «ласковых» слов, но и получил благодарность за новое открытие. Договорились, что будем связываться через каждый час, в целях экономии заряда батарей раций.

Лежать на куче пыли мне совсем не улыбалось, поэтому я с кряхтением начал спускаться на относительно ровный пол пещеры. Судя по боля в боку, пара ребер у меня точно сломана, да и левая рука что-то слишком уж болит, похоже и там без перелома, в лучшем случае, трещины не обошлось. В общем, закончилась наша экспедиция. И все из-за меня, из-за моей неосторожности и невнимательности. Ладно, хоть жив остался.

От нечего делать, я начал осматриваться, пытаясь понять, куда же меня занесло.

Прямо надо мной огромный купол. Высота - метров двадцать. На темно-красном, пожалуй, даже темно-пурпурном фоне я отчетливо увидел цветной рисунок, очень похожий на фреску.

Перед раскрытой книгой по-восточному опустился на колени старик с длинной бородой. Он приподнял перед собой руки – в странном жесте, как будто что-то рисует руками в воздухе. Старик сидит на каком-то возвышении, а ниже - длинный узорчатый ряд витого кабалистического орнамента. Впечатление захватывающее! Свет налобного фонаря только-только достает до купола, некоторые детали неясны. Но когда поворачиваешь голову, изображение "играет", кажется, что старик движется! Но вот что странно: я совершенно не вижу следов копоти. Если тут раньше жгли факелы, костры, или еще какие светильники, то они должны быть. Да и само изображение стрика чем-то мне не нравится, есть что-то в нем неправильное. Внимательное изучение фрески не дало мне ответа на сигналы подсознания. Я раз за разом возвращался к изображению, но никак не мог понять, что же с ним «не так». В конце концов, когда у меня даже голова разболелась, от плохого освещения и постоянного вглядывания в выцветшие краски, мне в глаза бросились, сначала уши, а потом глаза, изображенного на потолке старика. Мало того, что уши этого индивидуума оказались намного больше чем обычные человеческие, больше напоминая заячьи, так у него еще и имеют радужку светло голубого цвета, хотя на картине это и может быть следствием изменения красок. А потом несоответствия полились рекой. Это и слишком длинные и тонкие кисти рук, больше подходящие молодой девушке, и слишком маленькие ступни, для мужчины, и какая-то несуразность в одежде и еще целая куча мелочей. Которые, в принципе, можно списать на некую упрощенность при рисовании и ошибки самого художника. И самое главное. Эта фреска находится в мусульманской стране, а Кораном запрещено изображать «божьих тварей», то есть, или эта фреска появилась здесь много раньше, чем в эти земли пришел Ислам, или здесь обитали какие-то сектанты от Ислама. О том, что каким-то образом в эти горы пробрались христиане и изобразили какого-то старого «эльфа» в труднодоступной пещере, я не верю.

Вдоволь налюбовавшись на фреску, я занялся осмотром остальной части пещерного зала. Кое-как, с кряхтением и частыми перерывами, я обошел всю пещеру, обнаружил несколько галерей, уходящих довольно далеко, но до конца пока не пошел. В одной нашел засохшую змею. Довольно большая, свернулась, как канат на палубе. Определить породу не смог, что-то совсем экзотическое и незнакомое. Кстати, в той стене пещеры, что рядом с пылевым курганом, на который я и приземлился, нашел еще одну змею. Половина ее вросла в сталактит, половина - снаружи. Видно, когда-то капала вода, вот она и загипсовалась. Микроклимат пещеры превратил ее в мумию, кожа при этом прекрасно сохранилась, черная, с какими-то молнееподобными росчерками, то ли белого, то ли серого цвета. Ни о чем подобном я тоже никогда не слыхал.

Уставший я вернулся поближе к пылевой куче, надеясь заметить отблески фонарей, если мои товарищи выбрали правильный путь. Для этой цели, я даже отключил свой фонарь, оставшись в полной темноте. Усталость и отсутствие света быстро погрузили меня в беспокойный сон, вывела меня из которого надрывающаяся криками рация. Оказывается, что проспал я не так уж и много, но сеанс связи пропустил, чем не на шутку встревожил всех остальных. Кое-как оправдавшись, я заверил товарищей, что никуда уходить не собираюсь, а просто немного задремал. На что получил очередной втык от Изотова и полную свою характеристику, заключающуюся в том, что только полный идиот будет спать в холоде, да еще и с травмами, неизвестной тяжести. На что я резонно заметил, что в пещере, где я оказался, довольно тепло, по крайней мере, точно выше плюс десяти, чем немало удивил профессионалов. После чего получил от них краткий отчет, что ими уже обследованы три ответвления, одно закончилось подземным озером, а два оказались короткими и тупиковыми, если не считать наличия в них очередных колодцев, куда они не стали спускаться, оставив на потом. В общем наиболее крупные «склизы» уже исследованы и проверены, теперь они принимаются за те, что поменьше, но в которые, пусть и с трудом, мог бы протиснуться человек моей комплекции. А я поведал о своей находке, что вызвало ажиотаж и еще одно, очередное, требование никуда не соваться и ждать спасателей на месте.

Время ожидания я отмерял по сеансам радиосвязи. Примерно через сутки батарея рации приказала долго жить и села. За это время я успел отдохнуть, подъесть свои невеликие запасы, что обнаружились в комбинезоне и допить последние капли воды из фляги. Передо мной замаячил призрак голода и жажды. Суток трое я еще выдержу, а потом все, амба. Да и из последнего разговора я понял, что мое спасение очень сильно затягивается. Мужики напоролись на какое-то невообразимое переплетение туннелей и исследовать их все, в какие-то приемлемые временные рамки не представляется возможным. Андрюха уже умотал за помощью, но, когда ее ждать и в каком количестве, никто сказать не может. Так что, на мое заявление, что я пойду самостоятельно искать выход, отреагировали, хоть и бурно, но с пониманием. Сидеть и загибаться от голода и жажды я не собираюсь. Правда пообещал оставлять метки на перекрестках, чтобы, если повезет, меня могли быстро найти.

Откладывать свой поход «на потом», я не стал, поэтому уже через час ковылял по одному из отнорков. И скажу честно, с каждым шагом надежда моя крепла, а настроение повышалось. Да и было от чего. Во-первых, на стенах начали появляться влажные пятна, что свидетельствует о том, что где-то рядом есть вода. По крайней мере теперь смерть от жажды мне не грозит. Пить захочешь, так и камни лизать начнешь. А, во-вторых, с каждым шагом становится светлее. И пусть свет этот, какой-то красноватый, как будто пропущенный через светофильтр, но он есть.

Не смотря на уже накопившуюся усталость, я продолжал идти на свет и почему-то мне становилось все легче, под ногами перестали попадаться мелкие камни, пол стал заметно ровнее и обзавелся небольшим наклоном, свод прохода тоже заметно поднялся и не знаю, кажется мне или нет, но стены явно носят следы выравнивания, как будто по ним кто-то прошелся огромной «шарошкой», даже начали попадаться небольшие ниши, примерно пятьдесят на пятьдесят сантиметров и в глубину сантиметров двадцать. Когда-то давно я читал, что древнеегипетские храмы освещались с помощью зеркал, так вот, эти ниши были бы идеальны для этого, расположены не низко и не высоко и почти через равные промежутки. Когда я это осознал, то в искусственности этого прохода уже не сомневался, поэтому после очередного поворота, оказавшись на узкой лестнице, уже ничему не удивлялся и принял это, как само-собой разумеющееся.

Спустившись на десяток ступеней, я оказался перед искусно обработанным арочным проходом, метров пяти длинной, в конце которого просматривалось помещение, залитое багровым светом. Я еще уговаривал сам себя, что это просто так причудливо преломляется солнечный свет, проходя через что-то мне неизвестное, но в душе понимал, что свет этот абсолютно искусственный и к солнечному не имеет никакого отношения. Глядя на этот пятиметровый проход, у меня возникло двоякое чувство, что-то толкало меня вперед, и в то же самое время, что-то вопило: «остановись, вернись назад, тут тебе нечего делать!». Как несложно догадаться, назад я не пошел, а сделал шаг вперед. Мне показалось, что даже воздух уплотнился, не желая меня пропускать, но я, сам не знаю почему, наверное, из врожденного упрямства и глупости, продолжал ломиться через эту преграду, пока не вывалился с той стороны прохода.

Когда перестали мелькать звездочки в глазах и я, утерев пот, огляделся, то буквально обомлел. Я оказался на небольшой площадке, по обе стороны которой расположились лестницы, настолько широкие, что парочка КАМАЗов вполне свободно на них разъехались бы, ведущие куда-то вниз, где все было заполнено багрово-красным сиянием. Сквозь сияние просматривались огромные стрельчатые ворота, которыми заканчивались лестницы. Где-то высоко-высоко над моей головой простирался куполообразный свод, а, внизу, возвышался… Храм, никак иначе это сооружение я назвать не могу. Не могу сказать откуда, но я почему-то знаю, что нельзя просто так взять и спуститься, надо выбрать лестницу, именно ту, которая мне нужна, хотя и ведут они обе, казалось бы, в одно и то же место. Выбор лестницы, это выбор своей Судьбы.

Размышлял я не долго, уверенно повернув на лево, я начал спуск. Чтобы добраться до ворот, мне потребовалось больше трех часов, но я совершенно не устал. Было такое ощущение, что с каждым шагом в меня вливается все больше и больше сил, даже ребра и рука перестали болеть. Воздух тут был свеж и находился в постоянном движении, с каждым шагом принося все новые и новые ощущения. То это был запах морского побережья, то аромат цветущей степи, то прохлада горных вершин, то зной раскаленной пустыни. У ворот я немного задержался, а потом наклонив голову, как бы принимая уготованное мне, шагнул под стрельчатый свод ворот. В голове раздался звон серебряных колокольчиков, по всему телу пробежала какая-то волна, вдохнувшая в меня еще больше сил. Три шага, и я окунулся в багровое сияние.

Можно ли назвать залом, то помещение куда я попал? Слова, обозначающие творения рук человеческих, кажутся здесь пустыми и никчемными, жалкими и бессильными. Нигде, не в храмах Ватикана, ни в мечетях Стамбула, ни в египетских пирамидах, нигде не ощущается такого простора и величия, такой титанической мощи и сладостного покоя. Это был Храм Истинного Бога, или всех Богов сразу. Святилище – единственное и неповторимое! И зал, лежащий сейчас передо мной служит вместилищем Мира. Нет, многих Миров, верхнего и нижнего, подземного и астрального, пределы его охватывают всю Вселенную, в которой обитают и люди, и Боги, и еще сотни и тысячи разумных рас.

В какой-то момент, почувствовав, что у меня начинает кружиться голова, я отвел свой взгляд от леса стройных колонн, за которым скрывается источник сияния. Теперь я старался смотреть только вперед, сосредоточившись на источнике Света и незнакомой мне Силы, что овевала мое тело.

С каждым шагом источник Сияния приближался все ближе и ближе, постепенно обретая видимые черты. Огромный многогранный кристалл, парил в воздухе над какой-то металлической плитой, покрытой непонятными знаками, которые были в постоянном движении, переплетаясь между собой, наплывая друг на друга, проходя друг через друга, но в тоже время и создающими стройную картину. Кристалл парил в воздухе, словно восходящее Солнце, его окутывала радужная дымка, струящаяся по всему залу, проникающая за колоннаду, нитями разноцветных лучей, стремясь к выходу. Цвета переливались, переходили друг в друга, при этом не смешиваясь и не теряя свою чистоту. Пурпурный, плавно переходил в золотисто-оранжевый, тот в свою очередь в цвет раскаленного Солнца, плавно меняющийся на нежно зеленый, цвет молодой травы, а потом в небесно-голубой, сменяющийся темно-синим цветом морских глубин и заканчивалась эта игра света, насыщенным фиолетовым – цветом заката. Позади кристалла, багрово-красном фоном, колыхалась и подрагивала туманная завеса, от которой и исходило всепроникающее багровое сияние, приведшее меня сюда.

- Ну вот, я пришёл. И что дальше? – сами собой вырвались у меня слова. А в ответ тишина, только за моей спиной маячат чудовищные колонны, белоснежные столпы, подпирающие далекий купол свода, парящий в вышине, скрытый пурпурной дымкой. Багровая завеса слегка трепыхается, будто потревоженная дыханием исполина. Безмолвие и блеск, лишь воздух начал наполняться запахом прелой листвы, вкусом перегретого ковыля, запахом моря и цветущих полей., свежестью горных снегов, ледяных вершин и грозового леса.

С чего я решил, что меня сюда что-то вело? Не знаю, но таких совпадений не бывает. Я уже начал разворачиваться, чтобы идти назад, когда в глубинах кристалла начала зарождаться яркая точка. Потом она вспыхнула ослепительным светом, заставив меня на мгновение зажмуриться. Я еще успел заметить беззвучную синеватую молнию, метнувшуюся прямо к моей голове и подумать:

- Все, конец. Сейчас это огненное копье пронзит мою голову, испепелит мой мозг. Сам виноват, никто меня сюда не звал.

А через ничтожный миг я понял, что все еще жив и приоткрыл глаза. Все вокруг разительно изменилось. Исчез гигантский кристалл, исчезло багровое сияние и игра света, пропали колонны, пропало чувство умиротворения и насыщенности силой. Вместо этого в ноздри ударил запах горелой плоти, тело отказывалось подчиняться и ощущалось как нечто донельзя слабое, истощенное и беспомощное. Под лопатками чувствуются каменные плиты, сияние сменилось тусклым светом свечей, а вокруг меня просматриваются какие-то туманные силуэты, на смену которым приходит какой-то бомж, он что-то мне говорит, и безбожно трясет, а из его глаз капают слезы. Но я его не понимаю и не могу разобрать что он от меня хочет. И в этот миг дикая боль пронзила голову, затопив все в каком-то жемчужном сиянии, после чего наступило благодатное умиротворение, от которого я потерял сознание.

Очнулся я от слабого ветерка, щебетания птиц и пристального взгляда. Открыв глаза, я увидал молоденького паренька, лет пятнадцати, в странной одежде, чем-то похожей на камзолы из исторических фильмов о временах мушкетеров. А потом мой взгляд зацепился за шпагу, висящую у него на перевези и мне стало смешно.

- Эй, малец, здесь что, кино снимают?

- Кино? А что такое «кино»? – говорил пацан на каком-то странном, совершенно мне незнакомом языке, но я его прекрасно понимал, как и он меня, хотя я говорил на чистом русском.

- Пацан, а где мы вообще-то? И как я сюда попал? Где мои товарищи?

- Твоим товарищам еще рано, поэтому их здесь и нет. А находимся мы… ну чтобы ты понял, то ты называешь это место «Чистилищем». Здесь нет ни времени, ни расстояния. Здесь Души отдыхают и решают куда им дальше идти.

- Чистилище? Души? Пацан, а с тобой все нормально? Где твои родители?

- Отец в Замке, а мама давно умерла. – с какой-то грустью сказал юноша. – Ты сейчас многого не понимаешь, но скоро разберешься. Я здесь уже давно и всегда один. Вот теперь ты пришёл и у меня к тебе просьба… я не знаю, какая магия выдернула твою Душу из твоего тела и как она забросила ее в мое тело… но это только к лучшему. Я устал, я очень сильно устал и не хочу возвращаться. А ты сильный, наверное, в своем Мире ты был рыцарем? Помоги мне, я же вижу, что ты не хочешь покидать Мир живых, а я не хочу в него возвращаться… раз уж ты каким-то образом попал в мое тело, так может останешься?

- А в свое я никак вернуться не могу? – все еще не веря пацану со смехом сказал я.

- Можешь… если найдешь его. Ты знаешь в каком из миллионов Миров оно осталось? Ты мне не веришь! Хорошо смотри! – и с этими словами пацан выхватил шпагу и по самый эфес вонзил мне ее в грудь. Я дернулся в сторону и… клинок прошел сквозь меня, чтобы уже через мгновение оказаться в ножнах. Я с недоверием ощупывал себя, но мои пальцы проходили сквозь мое тело, при этом вызывая его некоторое дрожание и как бы смазывались.

- Так я что, приведение? Я реально умер?!

- А я о чем тебе толкую.

- Нет, я не хочу!

- Ну и славно! Прощай и запомни, теперь ты сын барона да Сангре, Сергар де Сангре. – и парень начал истаивать, только изумрудно-зеленые глаза еще долго смотрели на меня с какой-то благодарностью. А потом неведомая сила скрутила меня и потащила куда-то вниз, а может быть вверх. Я уже ничего не соображал, дикая боль заполнила мое сознание, накрыв его алой волной.


2 Глава.

Удар, удар, еще удар, он на полу и ему не хорошо! Именно так начался мой «выпускной экзамен» из Школы настоящего аристократа имени бароне де Сангре. Год, уже целый год, как я обитаю в теле сына барона. Иногда мне кажется, что он все прекрасно знает, или, по крайней мере, догадывается, что тело его сына ныне принадлежит уже не ему. Знает, но молчит, не заостряет на этом внимания, а может быть просто боится услышать правду. Не знаю, но иногда я ловлю на себе его задумчивый взгляд, проникающий, кажется, в самую Душу. Что он хочет увидеть? Может быть, пытается понять кто я такой и откуда взялся? Несколько раз я порывался рассказать ему все, но каждый раз меня что-то останавливало, хотя я прекрасно понимаю, что «разговора по душам», нам не избежать. Понимаю это я, понимает и барон. Слишком уж я отличаюсь от его сына, все же, вселив Душу взрослого мужика в тело подростка, скрыть это практически невозможно. И пусть в моем распоряжении вся память Сергара, его навыки и умения, но и мои знания никуда не делись, а они так и прут из меня, так и прут. Нет, искричества я тут не изобрел, новых способов выплавки стали тоже, даже радио повсеместно внедрять не стал, просто занялся своим новым телом, а через полгода вполне уверенно навалял какому-то наемнику, качественно так навалял, с парой переломов и долгим лечением, да и в работе с ножом, или другим коротким клинком, я тут пока себе особых соперников не вижу. Вот с мечом или шпагой, тут да, тут проблемы, но и они вполне легко устранимы и исправимы, просто надо больше заниматься. Да и мой цинизм никуда не делся, а уж про «бородатые» земные анекдоты я вообще молчу, они тут рассматриваются как откровения свыше и собирают огромную, по здешним меркам аудиторию. Если кто-то думает, что этот год прошел для меня «» с шутками да прибаутками, то глубоко заблуждается. Мне было тяжело, очень тяжело. Для начала надо отметить, что тело мне досталось откровенно слабое и болезненное, да и несколько лет лежания на кровати, пользы ему не принесло. А я как-то не привык быть мальчиком для битья, поэтому изнуряющие тренировки утром, днем и вечером, стали неотъемлемой частью моего дневного распорядка на долгие месяцы. Постепенно к ним начали добавляться занятия по бою с оружием и без оного, езда верхом и не только на лошадях, геральдика и этикет, танцы и стихосложения, игра на музыкальных инструментах, чтение и письмо, основы математики и зазубривание глоссария по местной нечистой силе, которая оказалась весьма реальной и многочисленной и еще многое, многое другое. В общем, скучать мне не приходилось. И вот сегодня «отец» решил проверить чему я обучился за прошедший год, ведь мне недавно стукнуло восемнадцать и пришла пора выводить меня «в свет».

Мой «экзамен» начался еще до восхода солнца. Задание в принципе было простое, выследить и завалить горного волка, животину, надо прямо сказать, мелкую, противную и чем-то напоминающую нашу гиену. Поначалу никаких проблем я не видел, в окрестных горах этого добра больше чем камней. Но барон тоже многому у меня научился, поэтому и каверз приготовил достаточно, вот именно с одной из них я только что и справился, уложив дюжего наемника на полянке, «нюхать цветы», а за мной по пятам идет еще как минимум десяток таких же как он. Делать нечего, придется отрываться, вспомнив все чему меня учили на срочной и чему я успел научиться уже здесь. Благо, что за этот год я успел подтянуть кондиции своего нового тела до вполне приемлемого уровня и уже не вишу «протухшей сосиской» на турнике и не падаю в изнеможении после пары километров марш-броска. Тело мое заметно вытянулось, и я уже на пяток сантиметров выше барона, да и на костях наросли мышцы, подкову пока еще не сломаю, но сантиметрового диаметра железяку, в узел завяжу и даже не вспотею. В общем, барон моими успехами вполне доволен, ну а про меня и говорить нечего, я теперь совсем даже не «немощь бледная», а «хлопец удалой». Ладно, хватит растекаться мысль по древу. Ноги мои ноги, уносите мою ж…, так, стоп, пора становиться истинным аристократом, так что, уносите вы ноги мою голову и побыстрее.

К вечеру у меня появилось чувство неправильности всего происходящего. Во-первых, количество наемников, задействованных для противодействия, оказалось значительно больше чем я изначально предполагал. Во-вторых, сдерживать себя, в коротких схватках со мной, они и не собираются и «работают» на поражение. Ну и в-третьих, меня планомерно и вполне грамотно отжимают на Проклятые Земли. Ладно, с первым пунктом я вполне могу согласиться, со вторым, ну тут с натяжкой, вполне вероятно, что у «бравых ребят», просто «снесло крышу» и они превратили игру в настоящую войну. Но вот третий пункт, уже ни в какие ворота не лезет. Не мог барон дать такое распоряжение! Пусть он подозревает, что я не совсем его сын, хотя и относится ко мне как к родному, хотя о чем это я, тело-то родное. Но и в этом случае, загонять меня в чертовски опасные места он бы не стал, просто прирезал бы ночью, сонного и «дело в шляпе» и на недешевых наемников тратиться не надо, тем более, что с и финансами у нас не очень, даже несмотря на то, что и Замок постепенно оживает, и жители в баронские деревни вернулись, да и искатели и исследователи Проклятых Земель, вернулись на привычные тропы и стали частыми гостями в Замке. Нет, я уже не раз побывал в тех Землях, и с отцом, и с искателями, даже пару раз сам водил группы в «поиск» и даже кое-что притаскивал, но в одиночку, да еще с «хвостом», в те края и самоубийца не полезет, лучше уж с сотней наемников схлестнуться, чем соваться туда в гордом одиночестве. Одиночке в Проклятых Землях и пары часов не выжить. Так что, что-то тут не так, и мне, тупо не хватает информации. А где ее добыть? Правильно, нужно брать «языка» и хорошенько его разговорить. Не хочется конечно, но придется немного вернуться назад, пока окончательно стемнеет, ждать нельзя, я не сова, в темноте не вижу, да и сейчас еще можно выследить одиночку, а ночью это уже будет не реально, все возможные тропы мне перекроют, тем более, что загнали меня достаточно далеко от земель де Сангре и эту местность наемники знают получше меня, да и умыкнуть человека из охраняемого лагеря вблизи Проклятых Земель… это даже не смешно, тут сначала стрелой или арбалетным болтом приголубят, а потом уже будут смотреть, кого пристрелили, да и то, только утром, когда расцветет. И пусть здесь нет ПНВ и электронных систем контроля периметра, но и я здесь совсем не сержант ДРГ, да и верховые животные наемников обязательно поднимут тревогу, зачуяв чужого. Так что, иного выбора у меня нет и работать я буду пока еще светло.

Даже и не знаю, повезло мне или нет, но до темноты я не успел. Сначала путал следы, потом возвращался, а тут и стемнело. Как я и предполагал, все возможные тропы оказались перекрыты, оставляя мне только одно направление – в Проклятые Земли. Я обползал все посты, нигде меньше чем втроем наемники не дежурили и наплевательски относиться к рутинной процедуре не собирались, сразу видно, тертые волчары, такие если вцепятся, то уже не отстанут. Зато я нашел их лагерь и посмотрел на их командира, вот после этого большая часть головоломки и сложилась.

В лагере наемников, возле которого я обосновался, меня привлек какой-то визгливый голосок, сыпавший оскорблениями, угрозами и требованиями. Прервался он после звучной оплеухи и сменился тихим скулежом. Как бы не было это опасно, но любопытство взяло свое и я в лучших традициях диверсантов, прижимаясь пузом к земле, в течении часа подползал к бивуаку наемников. Там мне предстала занятная картина. Пятерка стражников пыталась успокоить какого-то юнца, вытирая ему слезы и сопли, а заодно и размазывая кровавую юшку по лицу. Причем к наемникам они не имели никакого отношения. Я было подумал, что к ним попали какие-то «левые» путешественники, но последующий разговор родовые цвета, все расставили на свои места. Юнец оказался сынком одного из наших соседей, который уже давненько зарится на Замок и земли де Сангре, более того, он что-то вроде нашего кровника, и уже не первое поколение. Стражники, хоть и приставлены папашей этого придурка для его защиты и охраны, но связываться с наемниками, категорически не пожелали. И я их прекрасно понимаю, если учитывать, что большая часть из них носит герб клана Брэган де Эрт, клана наемников и наемных убийц. В Империи даже существует мнение, что если одному из аристократов, в ходе его разборок с соседом, удалось нанять этот клан, то второму остается только повеситься, шансов победить, даже если его тихо не прирежут ночью, у него нет. Говорят, даже Император боится связываться с этим кланом, ходят слухи, что все они поголовно продались местному аналогу Дьявола и все сплошь маги, и колдуны. Хотя барон отзывался о них не совсем лицеприятно, не отрицая при этом их высочайшую подготовку и навыки. Да, если на меня открыл охоту клан Брэган де Эрт, то тут по неволи задумаешься, может быть и на самом деле стоит попытать счастья в Проклятых Землях. Ну а сынок маркиза… я думаю его песенка спета, раз уж получил по морде, то после завершения контракта весь клан начнёт на него охоту, тут уже никакие папашкины связи и деньги не помогут. Нет, говорят, что пару раз кому-то удалось избежать мести клана, но после этого эти аристократические семейства исчезли. Все знают, где «штаб-квартира» клана и если хочешь вымолить прощение, то должен приползти к ним на коленях, причем в буквальном смысле этого слова, да и заодно, со своей казной распрощайся. У соседа таких «сыночков», четверо, так что, из-за одного он так поступать не станет. Раз уж Бог не дал ума, то это лечится только гильотиной, правда я не знаю, додумались ли здесь до такого изобретения, или по старинке, рубят головы топором. Но мне от этого ничуть не легче, в любом случае, сначала клан расправится со мной, а потом уже будет мстить маркизу и его сыну.

Ну что же, то что мне надо было, я узнал. Теперь остается только правильно распорядиться своими знаниями. Хотя, если честно, то выбор у меня совсем не большой и, к сожалению, перекупить наемников не получится. И денег у барона маловато, да и добраться до него еще надо. Так что, если не считать абсолютно фантастические варианты, что я весь такой из себя замечательный нападу на полсотни профессиональных бойцов и выйду победителем, или что мне удастся обмануть, все те же полсотни человек, и каким-то образом ускользнуть от них назад, в Замок, то остается у меня только один выход, Проклятые Земли, и одна надежда, что туда они за мной не пойдут. Хотя даже это не факт, наемники маркиза могут и не пойти, да что там могу, не пойдут, а вот убийцы из клана Брэган де Эрт еще как пойдут, деваться им просто некуда. Да и насчитал я их почти два десятка, по крайней мере, именно столько из них носят Герб клана, так что, все шансы, если не лезть далеко, то у них, пусть и не у всех, есть все шансы выполнить свой контракт и вернуться. А у меня, у меня эти шансы есть? Как говорил мой ротный старшина, из любого положения есть два выхода, даже если тебя съели, можно встать «костью в горле» и тебя выплюнут, или выйти, как и положено, со «стулом». Жаль, конечно, что на второе у меня шансы просто ограмадные, но и быть зарезанным как овца, мне тоже очень не хочется. А значит буду трепыхаться, а по сему, путь мой лежит в Проклятые Земли, посмотрим, кто из нас более «проклят».

Второй день как я перешел границу Проклятых Земель и второй день, как за мной, уже в открытую, идут наёмники из клана Брэган де Эрт. У нас уже было несколько стычек с их авангардом, и я могу, без ложной скромности, сказать, что «не так уж страшен черт, как его малюют», за моей спиной осталось пять трупов, пять трупов после четырех схваток, и еще, как минимум, двое раненых. Это хорошо, раненые замедляют погоню, отвлекают и заставляют ДУМАТЬ, думать, что лучше мне под шпагу не подставляться. Эх, было бы их хотя бы на десяток поменьше, то у меня были бы все шансы, если не перебить поодиночке, то хотя бы оторваться, но, видать не судьба. Там, в лагере я просчитался, наемников оказалось не восемнадцать, а двадцать один, семь полноценных троек. Они гонят меня как бешеного зверя, не давая ни минуты передохнуть, постоянно сменяясь, не останавливаясь не днем, не ночью. Вот и сейчас, в вечерних сумерках, я вижу их, три тройки идут по моему следу. Я вижу их размытые тени, снующие меж черными стволами, вставшими как солдаты какой-то заколдованной армии, тысяч мохнатых елей. В сгущающемся мраке беззвучно накрапывает мелкий, противный дождь, оставляя на земле серебристые лужи, которые в сгущающейся тьме превращаются в черные провалы. Это и раньше-то, был темный, молчаливый и мрачный мир даже в разгаре лета и солнечным днем, а сейчас, по мере того, как тусклый свет исчезал с наступлением сумерек, этот мир казался еще более жутким, чем обычно.

Первый раз наемники меня нагнали, когда я решил, что достаточно уже оторвался и решил немного передохнуть и вздремнуть пару часиков. Спасло меня только чудо и неумение одного из убийц ходить по лесу. Мертвую тишину леса, тогда нарушил звук сломавшегося под ногой сучка. Для меня он прозвучал подобно выстрелу и разбудил. Результатом той схватки стал образовавшийся среди наемников труп и один легкораненый, а я обзавелся небольшим порезом на ребрах. Тогда мне удалось улизнуть, но уже через пару часов я наткнулся на очередную убийцу, который решил чуток отойти в сторонку. Не думаю, что он успел понять, что умирает. Следующая стычка была самой трудной, не знаю, каким Макаром наемникам удалось меня обогнать, но вывалился я прямо на них. И опять мне повезло. Моего появления они не ждали и развалившись отдыхали под деревом, передавая друг другу флягу с кислым вином. Не скажу, что я был готов к этой встрече, но среагировал быстрее. Доставать шпагу, времени уже не было, поэтому пришлось работать кинжалом. Результат, еще один труп и подранок. Третий предпочел не связываться с озверевшим юнцом и слинял за подмогой. А я лишился кинжала и обзавелся колотой раной в левом предплечье. Последний раз меня догнали сегодня в полдень, на перекатах ледяной речки, бегущей с гор. Я сражался с двумя наемниками на скользких камнях как сумасшедший размахивая шпагой. Наверное, там бы я и остался, если бы нога у меня не подвернулась и поток ледяной воды не смыл бы меня с камней.

Стуча зубами от холода, я выполз на берег, но уже на другой стороне реки. Оставив беснующихся наемников позади, а шпагу в водах реки, весь день я бежал на юг, через холмы, поросшие кривыми, чахлыми деревьями, полуголые, полумертвые. И сейчас убийцы настигли меня снова.

Холодный лесной воздух горит в моих напряженных легких, каждый вдох как порыв ветра из какой-то адовой печи. Ничего не чувствующие ноги, словно налитые свинцом, двигаются, как у автомата. С каждым шагом мои сапоги погружаются в напитанную водой землю и вырываются оттуда с чавкающими звуками. Я знаю, что с голыми руками у меня мало шансов выстоять против

дюжины убийц. Поэтому я бегу, не останавливаясь.

Опять пошел дождь. Частые капли падают со слабым, но отчетливо слышным стуком, покрывая влажную черную землю и возвышающиеся ели мириадами сияющих капель. Там и тут огромные валуны высовываются из земли, покрытой ковром игл, местность становится все более гористой, похоже, что в своем двухсуточном марафоне, я сделал огромную дугу и теперь вновь приближаюсь к скалам и границе Проклятых Земель. Здесь появляется мой единственный шанс выжить. Я могу попробовать затеряться в этом нагромождении камней, в крайнем случае, встать спиной к скале и драться с наемниками, как только они будут подходить ко мне. Конечно же это всего лишь жест отчаянья, я прекрасно знаю уровень их подготовки, но лучше все равно ничего нет.

По мере того, как склон становился круче, лес редел, и я побежал к массивной скале, которая выступала вперед как парадные ворота в похороненный временем Замок. Как только я это сделал, убийцы выскочили из-за границы толстых деревьев и помчались за мной, завывая как Души Проклятых, когда демоны тащат их в Ад. Между нами было метров пятьсот, когда я нырнул в нагромождение камней в надежде затеряться и хоть чуть-чуть передохнуть.

Блуждая меж камней, сквозь потоки льющейся с небес воды, неожиданно для себя, я вдруг разглядел чернеющий провал в теле скалы. Практически не раздумывая я бросился к нему, в надежде найти укрытие. Наемники бегут практически по пятам и мне кажется, что я слышу их дыхание. Я как раз успел протиснуться в узкую щель, когда из-за ближайшего валуна появился первый убийца. Меня он не заметил и промчался куда-то дальше, а я облегченно вздохнул, теперь можно перевести дух и заняться своими ранами, но для начала надо осмотреться.

В свете неясных сумерек, пробивающихся через узкий вход в пещеру, пригибаясь и стараясь не издавать ни звука, ощупывая шершавый камень перед собой, я начал исследования места куда попал. На полу пещеры были навалены горы мусора, занесенного сюда ветром и животными. Сухие листья, еловые иголки, какие-то мелкие косточки, камешки и веточки. Остановившись, я принюхался, животным, по крайней мере крупным, не пахнет. Уже более спокойно я продолжил свои изыскания. Я еще надеялся найти хоть что-то способное сойти за оружие, толстый сук, или массивную кость, но в том хламе, что скопился в пещерке, ничего подходящего так и не нашел. Прекратив бесполезные поиски на полу, я принялся за стены, рассчитывая, если мне очень сильно повезет, то обнаружить проход в следующую пещеру. Начал я с противоположной от входа, который выделялся неровной серой кляксой на фоне черных скал, стены. И уже через несколько секунд поиска обнаружил искомое. Узкая щель, в которую я едва смог протиснуться дала мне надежду. Молясь все известным мне Богам, я начал протискиваться в нее и уже через пару метров облегченно выдохнул. Стены лаза раздались в стороны, да так, что я уже мог почти свободно идти вперед.

Сложно сказать, сколько именно я так прошел. Согласитесь, в полной темноте время идет как-то не так. Оно то замедляется, то начинает бежать со скоростью гоночного болида. Да и ощупывание стен, рола и потолка перед каждым шагом, совсем не добавляют резвости передвижения. А разжигать огонь я пока опасаюсь, его свет может привлечь нежелательных «гостей», а оно мне не нужно, поэтому и приходится продвигаться в полной темноте и буквально наощупь. Сначала я еще пытался считать шаги, но уже на втором десятке сбился и бросил это дело. В какой-то момент, даже полностью раскинув руки, я перестал касаться обеих стен одновременно, да и потолок ушел заметно вверх, а пол под ногами стал почти ровным, как будто его кто-то долго и старательно стесывал. Боясь потерять направление, я уже практически ни на миг не терял контакта со стеной и продвигался вперед, плотно прижавшись к ней правым боком, наверное, поэтому я и не обратил внимания на явные следы долота, пока моя рука, вытянутая вперед и шарившая там, не наткнулась на камень.

Короткое обследование, неожиданно возникшей преграды, меня и напугало, и дало надежду. Передо мной явно искусственная кладка, причем камни не такие уж и большие, максимум в два наших кирпича. На каждом камне вырезаны какие-то знаки, но определить, что они значат, на еще и ощупь, я не могу, да и не интересно мне это. После трех или четырех осторожных шагов вдоль преградившей мне путь стены, мои руки провалились в пустоту. Передо мной самый обычный дверной проем, разве что чуть шире, да немного ниже чем я привык дома, хотя для моего сегодняшнего роста вполне, даже особо пригибаться не придется.

Набрав воздуха, как будто собрался нырять, я сделал шаг вперед и сразу же остановился, настороженно прислушиваясь. Хотя тишина, царившая в подземелье и абсолютной, какое-то чувство предупреждает что в этой комнате я не один. Я ничего не вижу, не слышу, не чувствую никакого запаха, но есть чувство присутствия, не похожее ни на что другое. Мой слух, слышащий эхо, подсказывает мне, что внутренняя комната намного больше, чем внешняя. Место пахнет древней пылью и летучими мышами. Мои шаркающие по полу ноги обнаружили какие-то предметы, разбросанные на полу. Я не могу видеть, что это за предметы, но они не кажутся мне лесной подстилкой, укрывшей ковром самую первую пещерку. Это вещи, сделаны руками человека.

Быстрыми шагами я прошел вдоль стены и наткнулся на один из таких предметов. Я почувствовал, как под моим весом эта вещь с треском раскололась. Сучок поломанного дерева оцарапал кожу, добавив еще один порез к тем, которые остались от иголок елей и клинков наемников. Ругаясь, я в темноте нащупал вещь, которую сломал. Это оказался стул, дерево, из которого он был сделан, сгнило, и поэтому он легко поломался под моим весом. Я продолжил более внимательно свои исследования. Мои ощупывающие руки наткнулись на другой, больший предмет, который я, с трудом, но определил, как телегу, или что-то подобное ей. Колеса были разрушены, спицы сгнили, так что сама телега и ее груз, лежали на полу среди кусков спиц и обода. Эта находка подала мне хорошую, хотя и рискованную, мысль. Собрав небольшую кучку древесной трухи, какие-то тряпки и мелкие щепочки, я достал огниво.

А через несколько минут у меня уже появился маленький, дымящий и шипящий огонек, в который я начал подбрасывать сломанные перекладины стула и куски колес колесницы. Теперь я мог расслабиться, отдохнуть от ужасного бега через дождливый лес и согреть окоченевшее тело. От огня шло тепло, желтый свет танцевал на стенах из грубого камня. Я начал осматриваться. Комната была квадратной и даже большей, чем она мне показалась в начале. Высокий потолок терялся в густых тенях и был покрыт паутиной. Еще несколько стульев были расставлены вперемешку вдоль стены, вместе с какими-то развалившимися ящиками, полутораметровыми, пузатыми кувшинами и изящными амфорами. Рядом со мной покоится остов боевой колесницы, странно-черные, металлические, длинной около метра серпы, валяются рядом. На колеснице тоже покоятся ящики, или правильно будет сказать «сундуки», из темного, от времени, дерева, густо окованные металлическими полосами. Все это живо мне напомнило когда-то виденные кадры погребальных камер египетских фараонов. Так что, скорее всего, где-то здесь есть хорошо замаскированная дверь и в саму усыпальницу. Но прежде чем начать поиски, я все же решил хоть чем-то вооружиться. Выбор мой пал на серпы от колесницы, длинна вполне подходящая, да и, прикинув один из них в руке, я удивился его легкости, как будто сделан серп, из алюминия. Вот только, бритвенно-острая двухсторонняя заточка, намекает, что к «летающему металлу», материал, из которого он изготовлен, не имеет никакого отношения.

Вооружившись, я почувствовал себя намного увереннее. Настолько, что даже возникло желание пошариться по сундукам и кувшинам. С трудом преодолев зародившееся желание немедленно заняться мародерством, я начал внимательно осматривать стены помещения, в надежде обнаружить потайную дверь и через собственно «погребальную камеру», выбраться наружу. При свете кое-как изготовленного факела, я пошел вдоль стен. Полный обход, занял у меня минут двадцать, но оказался абсолютно безрезультативным. Чтобы не дать отчаянию завладеть собой, я принялся изучать пол помещения и уже через несколько минут наткнулся на искомое. Почти в самом центре обнаружилась большая квадратная плита, с ребром почти в два метра, что в четверо превышает размеры всех остальных плит. Все мои попытки как-то ее поднять, сдвинуть или провернуть, не увенчались успехом. Пришлось включать мозги. Еще минут через пять я обратил внимание на три совсем небольших плитки, каждая сантиметров в двадцать. Вот только располагаются они точно посредине трех сторон входной плиты. Попробовал на них нажимать и хоть с трудом, но мне это удалось. Вот только что-то мне подсказывает, что нажимать их надо все вместе. Плохо будет если еще и одновременно. Притащив от колесницы пару подходящих по размеру сундучков, которые оказались неожиданно тяжелыми, я умастил их на двух противоположных плитках, а сам встал на третью. С отчетливо слышимым скрежетом и скрипом, плита сначала опустилась метра на полтора, а потом скользнула куда-то в сторону, а моему взору открылась лестница, ведущая вниз. Соорудив еще один факел, я начал спуск. Уже на третьей ступеньке я заметил, что параллельно лестнице, по обеим стенам идет какая-то канавка, в точности повторяющая рельеф самой лестницы, наполовину наполненная каким-то то ли лишайником, то ли мхом. Одно неосторожное движение и с шипящего факела на этот «мох» прилетело несколько искр, а через секунду на лестнице стало светло как днем. Нет, сам «мох» не загорелся, горел, кажется, воздух над ним. Причем горел как-то неправильно, ровным синим огнем, при этом ни тепла, ни дыма не было. Я проводил взглядом светящуюся полосу, которая рекой уходит вниз, теряясь где-то там, в глубине. Зря я поджог «мох» и со второй стороны. Потому что всякое желание спускаться дальше у меня тут же пропало, потому как две огненные реки, где-то там внизу слились в одну, показывая, что спускаться мне придется долго, очень долго, и шансы на то, что там будет выход, минимальны. Строить вторую такую же лестницу никто не станет, да и просто прорубить в скале шахту такой длинны, занятие очень нелегкое. Я с тоской посмотрел на открытый выход, вздохнул и… и начал спускаться. Не знаю, что уж так тянет меня туда, то ли любопытство, то ли желание разобраться, кому и зачем понадобилось все это строить, то ли простое нежелание выходить наружу, под проливной дождь и клинки убийц и я просто таким образом оттягиваю неизбежное.

Ступени были широкими и удобными, поэтому особого труда идти по ним нет и никакого чувства опасности они у меня не вызывают. Вот это-то мнимое чувство безопасности и сыграло со мной злую шутку. Я уже прошел, примерно, половину пути, когда очередная ступенька плавно опустилась под моим весом, а наг головой раздался знакомые скрип и скрежет. Не надо быть «семи пядей во лбу», чтобы сообразить, что входная плита встала на место. Напрасно я минут пять скакал и прыгал на подлой ступени, выход наружу так и не открылся. Матеря и себя, и свой авантюризм, я поплелся дальше, надеясь, что это не примитивная ловушка для грабителей гробниц и там, в конце пути будет или выход, или механизм, который позволит мне открыть люк снова. Я даже пожертвовал полусгоревшим факелом, отметив, так легко подловившую меня ступеньку.

В конце лестницы мне пришлось согнуться почти вдвое и развернуться боком, чтобы пробраться в небольшой дверной проем, больше подходящий для крупной собаки, а не для человека, но за ним я смог снова распрямиться в полный рост и непроизвольно ахнул. Огромное помещение, размером с пару футбольных полей, по всему периметру освещённое синеватым огнем, открылось передо мной. Идеально гладкий пол, сильно контрастировал с практически необработанными стенами и потолком, на которых лишь кое-где были заметны грубые следы долота и кувалды, которыми посбивали наиболее крупные камни. Свод пещеры оказался сравнительно низким, метра три, максимум, поэтому сразу же возникло ощущение давящей тяжести. Было и еще кое-что, огромная пещера пахла смертью. Смертью десятков, если не сотен человек. И наглядное тому подтверждение валялось у меня буквально под ногами. Почти весь пол, что я видел от входа, был усеян человеческими костями, переломанными, раздавленными, порубленными костями, меж которых валялись мечи, булавы, шестоперы и еще кучи самого разнообразного оружия. На некоторых костяках еще сохранились доспехи, причем изрядно порубленные, а на некоторых абсолютно целые, вот только рядом с такими «счастливчиками» не наблюдается черепов. К сожалению, я не знаток местной истории и определить, как давно произошла здесь трагедия не могу, хотя, если судить по некоторым образцам оружия, особенно мечей, то не так уж и давно, потому что мечи эти больше похожи на тяжелые шпаги, острые и заточенные, а не на те «колуны», что предназначены проламывать тяжелую броню. Да и доспехи выглядят вполне по-современному, кольчуги тонкого плетения, лишь кое-где усиленные пластинами. От нехороших предчувствий у меня даже ладони вспотели, ведь сколько я не приглядывался, так и не обнаружил следов, что все эти люди сражались между собой, так что, на посмертную тризну это побоище мало походит. А значит, всех их кто-то убил и бросил. Даже не ограбив и не собрав трофеи, на пальцах скелетов видны дорогие перстни, на руках болтаются браслеты, то там, то там, сверкают золотые монеты, цепочки и бляхи. Да и само, валяющееся здесь оружие, стоит совсем немало, как, впрочем, и сохранившиеся доспехи, и кольчуги.

Чем дальше я шел по пещере, тем больше становилось останков и тем более древними они выглядели. На некоторых костях я с ужасом заметил следы зубов, а некоторые кости были размозжены и разгрызены, как будто кто-то пытался добраться до сладкого костного мозга.

Скажу честно, будь у меня надежда вернуться тем же путем, что я сюда попал, то бежал бы я отсюда, быстрее собственного визга. Но так уж получилось, что я сам себя загнал в ловушку и кроме как идти вперед, другого выбора у меня нет. Постепенно обходя гигантскую пещеру, я оказался в противоположной от входа стороне, где обнаружил, как бы глупо это не звучало, очередной дверной проем. С первой пещере к моим услугам были огромные сокровища, я не сомневаюсь, что большая часть сундуков и ящиков была заполнена золотом и драгоценными камнями, во второй пещере мне наглядно показали, что меня ждет в дальнейшем, если я не одумаюсь и продолжу свой путь. По идее, в третьей пещере меня должно поджидать нечто, что прервет мой жизненный путь, или… или нечто намного более ценное, чем все, что собрано в предыдущих двух пещерах. Согласен, мои выводы во многом притянуты за уши, возможно все те, кто нашел свой конец в этой пещере, думали точно так же, но какой у меня выбор…

Этот вход был высокий, почти под самый потолок, и достаточно широкий, чтобы я смог легко в него пройти. Сразу за входом я увидал уже знакомый мне «мох» все в той же канавке. Пара секунд и очередная пещера осветилась мертвенно-бледным синим светом. Большая комната была круглой. В одном ее конце находились большие бронзовые створки гигантской двери. Перед ними, на возвышении у стены к которому вели широкие закругленные, похожие на стеклянные, ступени, стоял трон из меди, и когда я смог разглядеть, что сидит на нем, волосы на моей голове встали дыбом, и меня начала бить крупная дрожь. Это была гигантская змея, очевидно, высеченная из какого-то желто-зеленого материала. Каждая чешуйка на ней была словно настоящая, переливающие всеми цветами радуги в бледно-синем свете. Большая клинообразная голова была наполовину скрыта в кольцах ее туловища; ни челюстей, ни глаз не видно. Смущает только одно, пара тонких, изящных мечей, что спокойно лежат на небольшом постаменте перед самой мордой статуей. Я совсем не чужд чувству прекрасного, меня восхитило мастерство, с которым неизвестный мастер изваял этого чешуйчатого монстра. Я потянулся к нему и дотронулся любопытной рукой до твари. Когда я сделал это, мое сердце чуть не остановилось. Ледяной холод остановил кровь в венах и поднял волосы дыбом на голове. Под моей рукой была не гладкая хрупкая поверхность из стекла, камня или метала, а пружинистая жилистая масса живого существа. Я почувствовал, как холодная вялая жизнь течет под моими пальцами. Моя рука инстинктивно отдернулась назад. Зажатый в руке серп от колесницы серп затрясся, ужас, отвращение и страх почти задушили меня и я бросился назад, вниз по стеклянным ступенькам с болезненным беспокойством, наблюдая, с благоговейным трепетом, за созданием, спящим на медном троне. Оно не шевелилось. Хотя кровь застыла у меня в жилах и волосы на макушке стояли торчком, я яростно затряс головой. И проклиная кошмары, о шагнул, на негнущихся ногах через склеп, чтобы ближе рассмотреть спящее существо.

Но в этот момент мой взгляд упал на парные клинки, спокойно лежащие перед Змеем. О, Боже, что за мечи! С ними я стану непобедим! Что мне пара дюжин, или пара сотен наемников, я пройду сквозь них как горячий нож сквозь масло. Мои руки, сами, потянулись к рукоятям мечей. Я даже не обратил внимания на приподнявшуюся голову твари и на злобное шипение, вырвавшееся из ее пасти. Повисший, на самодельном, темляке серп, зазвенел по постаменту, вернув меня в реальность. Как будто какой-то морок спал с моих глаз и в тот же миг удар чудовищного хвоста отбросил меня в сторону. Не знаю, от боли ли, или еще от чего, но наваждение окончательно покинуло меня и я смог разглядеть проснувшееся существо во всей его омерзительной сущности. Змей?! Нет, это не змей, это чудовищная помесь человека и змеи! Из-под колец змеиного тела появилась пара рук, вполне человеческих, да и голова теперь мало чем напоминает змеиную, хотя она и осталась клиновидной, но вполне человеческие глаза, разве что, с вертикальными зрачками, пародия на нос и пасть, полная акульих зубов. Стоило мне только встретиться взглядом с этим существом, как меня начала охватывать странная вялость, захотелось прилечь, расслабиться. В чувство меня опять привел серп, который начал мелко вибрировать, издавая едва слышный звон. Человеко-змей издал страшное шипение и попытался опять ударить меня своим хвостом. Серп сам-собой прыгнул мне в руку и встретил эту атаку монстра. В самый последний момент существо дико изогнулось, подтверждая, что все же с рептилиями у него намного больше общего чем с гуманоидами, и отпрянуло, одновременно с этим схватив мечи с постамента.

Дальнейшее могло повергнуть в ужас любого, и я не исключение. В свете синего, неясного света, я увидел голову и гигантские плечи, вырастающие из сумеречного облака, накрывшего монстра. Не было слышно никаких звуков, но большая расплывчатая форма становилась все более отчетливой, пока я не признал в ней фигуру мужчины. Он был одет в странные сапоги, постепенно переходящие в штаны, те, в свою очередь, превращались в рубашку и широкий кожаный пояс. Его ровно подстриженные волосы были перетянуты золотой полоской. Я смотрел на размах плеч, на ширину вздымающейся груди, на бугры мышц на торсе, на руках, на ногах. На его лице не было ни слабости, ни милосердия. Глаза были шарами темного огня. Я, откуда-то, знал, что это древнейшее создание вышло из первобытного хаоса.

Ни одного слова не было сказано. Слова были не нужны. Существо протянул свои огромные руки. Я проскользнул под ними, ударив в гигантский живот. Затем гигант отскочил назад с глазами, горящими от удивления. Острый край зазвенел о могучее тело, как об наковальню, и отскочил, но перед этим оставил глубокий порез. Существо впало в ярость и стало нависать надо мной непреодолимой волной, но старательно избегая клинка из черного металла. Затем был сокрушительный толчок, напряжение тел и переплетение конечностей. Я отпрыгнул, дрожа каждым мускулом от неистовых усилий; кровь текла там, где пальцы монстра разорвали мою кожу. В это мгновение контакта я осознал, что ушибся не о живую плоть, а об движущийся и чувствующий метал; мне противостоит тело из живого железа.

Существо нависает надо мной в полумраке пещеры. Если позволить этим огромным пальцам однажды сомкнуться, они не отпустят, пока человеческое тело не повиснет безжизненно в их объятиях. В этой тускло освещенной комнате у меня создавалось впечатление, что я дерусь с монстром из ночного кошмара.

Монстр возвышался надо мной, его руки поднялись словно кувалды, но когда лезвие серпа сверкнуло в тусклом свете, гигант неожиданно отпрянул, чтобы уже через мгновение ринуться на меня в смертоносной атаке. Мой клинок опять сам, без моего участия метнулся на встречу парным мечам гиганта и с легкостью парировал их выпад. Мне показалось, что монстр в ужасе бросился бежать, выронив свои мечи. Но кровь уже заиграла в моих жилах, я понял, что могу выйти победителем из этой схватки и бросился за ним, размахивая лезвием. И оно не меня не подвело. Мой клинок вошёл в тусклый метал тела существа, как входит обыкновенная сталь в человеческую плоть. Из глубокой раны потекла странная сукровица и монстр закричал, его крик звенел словно погребальный колокол. Его ужасные руки рухнули вниз, но я оказался чуточку быстрее и уклонился, нанеся еще один удар, а потом еще один. Существо закружилось на месте и пошатнулось, его крики страшно стало слушать, словно метал заговорил от боли, словно железо закричало и заревело под пыткой.

Затем, развернувшись, он шатаясь побежал в соседнюю пещеру, в ту, что стала местом упокоения сотен людей. Он шел неверной походкой, словно продираясь сквозь неведомую преграду. С трудом протиснувшись через проем, монстр развернулся, и рассекая воздух отчаянными ударами, пошел в очередную атаку. Ног в меня уже как будто вселился какой-то берсерк и на этот раз не стал уклоняться от них. Как пантера атакует затравленного лося, так и я бросился под сокрушающие руки и всадил длинное лезвие по рукоятку в то место, где у человека было бы сердце.

Существо крутанулось на месте и упало. Когда он крутился, то имел еще форму человека, но на землю уже упало нечто, на человека совсем непохожее. Там, где должно было быть подобие человеческого лица, лица не было вообще, какой-то непонятный кисель, постоянно меняющий форму, то появлялись человеческие черты, то место занимала змеиная морда. Его конечности размягчились и утратили свою форму, на месте ног начал отрастать чешуйчатый хвост. Торс начал удлиняться и покрываться изумрудной чешуёй. Не вынеся подобного зрелища, я почти не глядя, отвернув свои глаза при виде этого ужасного превращения, нанес еще один завершающий удар, отделив уже почти полностью сформировавшуюся змеиную голову от остального тела. Тело рептилии забилось в агонии, в ней монстр снова стал той субстанцией, которой являлся изначально. Зажав от отвращения рот, я отвернулся от этого омерзительного зрелища.

Какое-то время я еще приходил в себя. Невыносимо болели все мышцы, тело казалось избитым и переломанным, но как известно, «на победителях раны заживают быстро». Поэтому, более-менее придя в себя и вновь обретя способность мыслить логически, я понял, что своей победой так ничего и не добился. Ну, завалил я непонятного монстра, неизвестно сколько времени, собирающего свою кровавую жатву в этих пещерах. А что дальше? После этой схватки, меня и «куры лапами загребут», что уж говорить об оставшихся наверху наемниках. Переждать? Чего и сколько? Пищи у меня нет, воды тоже, а пить уже хочется так, что хоть вешайся. Появившаяся мысль поискать продукты и воду у тех, кто сейчас покоится под моими ногами, вызвала только снисходительную улыбку. Остались еще конечно те, огромные бронзовые двери, перед которыми сидел монстр, но что-то мне совсем не хочется заглядывать за них, еще одной встречи с чем-то подобным я не переживу.

Подобрав с пола небольшой голубой камешек, чем-то похожий на топаз, почему именно на топаз я и сам не знаю, никогда раньше, ничего кроме жемчуга и янтаря, я не видел, механически закинул его в рот. Я еще с армии знаю, что если очень сильно хочется пить, то надо пососать камешек, или пуговицу, станет полегче. Каково же было мое удивление, когда через пару минут этой процедуры, жажда отступила и возникло чувство, что я только что выпил пару стаканов чистейшей ключевой воды. Выплюнув камешек на ладонь, я с интересом его начал разглядывать. Небольшой, с пол фаланги мизинца, голубого цвета с четкой серебристой паутинкой, обволакивающей его и какой-то едва заметной искоркой внутри. Пораженный странным эффектом от, казалось бы, самого простого камня, я уже с куда большим интересом осмотрелся вокруг, заметив еще парочку подобных камней и несколько десятков других, не менее интересных, хотя и бесполезных, по крайней мере пока, пока я не смогу выяснить х свойства, если они конечно у них есть. Были тут и зеленые камешки и желтые, были черные и прозрачные как слеза, были розовые и кроваво-красные, даже парочка тигровых попалась. На какое-то время я отвлекся от невеселых дум, бродя по огромной пещере и разыскивая среди костей такие интересные безделушки. Постепенно горка камней росла и они уже перестали помещаться у меня в кармане, только после этого я смог остановиться, с тоской глядя на девять десятых пещеры, которые так и не осмотрел. А про себя решил, что не стоит кому бы то ни было рассказывать об этих пещерах, оставлю этот Клондайк для своего единоличного использования, если конечно мои находки имеют хоть какую-то ценность, ну и, если все же смогу отсюда выбраться.

Постепенно мои мысли опять обратились к пещере монстра, а точнее к бронзовым дверям, которые, я в этом не сомневаюсь, он охранял, не допуская туда посторонних. Наконец, набравшись смелости, я посильнее сжал рукоятку своего импровизированного меча и шагнул в дверной проем. Мой взгляд сразу упал на бронзовый трон, в тайне я боялся, что монстр опять окажется там, целый и невредимый. Но трон оказался пуст, если не считать пластинчатого пояса, на котором болтаются пара ножен. Только сейчас я вспомнил, о брошенных существом клинках. Найти их не составило особого труда, в неярком свете, они отчетливо выделялись на темном полу пещеры, привлекая своим льдистым сиянием. Забрав с трона пояс с ножнами я направился к мечам. Я конечно же опасался, что опять попаду под их воздействие, но нет, ничего подобного не произошло. Мечи как мечи, конечно красивые, даже можно сказать прекрасные, но для моей руки несколько великоваты, раза этак в два, а ведь изначально я этого не заметил, да и ножны вполне нормального размера. Странно. Но все же я не утерпел и поднял один из клинков, а потом и второй. Сначала ничего необычного я не заметил и уже хотел было положить их обратно на постамент, великоваты, да и тяжеловаты для меня, как мечи, словно услышав мои мысли, начали стремительно меняться. Прошла всего пара секунд, а я уже держу в руках прекрасную шпагу, разве что чуть шире обычной и дагу, всего на пяток сантиметров длиннее мне привычной. Не знаю, сколько я простоял с открытым ртом, но когда мой взгляд упал на ножны, я имел честь убедиться, что трансформация и их не обошла стороной, теперь они в точности соответствовали оружию, для которого и были предназначены. Вот в этот-то момент я и понял, что отныни клинки мои и только мои и я их уже никому и никогда не отдам и в тот же миг я ощутил чью-то радость и обожание и почувствовал уверенность, что отныне никакой соперник мне не страшен. Клинки не предадут меня, не сломаются и не затупятся, предупредят в случае опасности, защитят и помогут. А через минуту удивил меня и пояс, который превратился в одно целое, едва я накинул его, при этом, мне так кажется, постарался подстроиться под меня, так, чтобы мне было удобно выхватить любой из клинков, или оба сразу. А стоило мне с сожалением подумать о серпе, из черного металла, и пожалеть, что для него у меня нет ножен, как под правой рукой выросли идеально подходящие для него ножны, внешней отделкой почти ничем не отличающиеся от уже имеющихся. Нет, я конечно же понимаю, что неведомые Силы забросили мое Сознание и мою Душу в магический Мир, но не до такой же степени. Да и не магия это уже, это высочайшие технологии с функцией мысленного управления, или ментального, как любят писать и говорить наши земные авторы.

Вот с такими мыслями я и подошел к дверям, отделявшим очередную пещеру. Наличие столь необычного оружия вызвало у меня определенный оптимизм и уверенность в своих силах, поэтому я не сомневаясь, толкнул двери. Створки с легким сопротивление открылись и я шагнул вперед. В этом помещении уже не было привычного мха, зато в полутьме отчетливо проглядывали массивные подсвечники, развешанные по стенам. Первое впечатление было, что я попал в какой-то будуар. Задрапированные стены, толстые, пушистые ковры на полу, тяжелые бронзовые подсвечники и огромная кровать прямо по центру помещения. Можно было бы подумать, что хозяин, или хозяйка недавно вышла и вот-вот вернется, но время и тлен уже оставили здесь свои следы. Гобелены на стенах покрыты пятнами плесени, в складках скопилась многолетняя пыль. Бронза подсвечников потемнела и покралась патиной. Ворс ковров приобрел грязно-серый оттенок, свалялся и вызывает легкое чувство брезгливости. Когда-то изящная мебель сгнила и превратилась в труху, и только огромная кровать под балдахином все еще сопротивляется времени, как бы бросая вызов Вечности, но и она уже начинает сдавать свои позиции. Позолота начала трескаться и осыпается, балдахин зияет дырами, ножки, выполненные в форме львиных лап, тоже покрылись паутиной трещин. В общем, все помещение вызывает острое чувство заброшенности и безысходности. Но не это меня привлекло. В дальнем углу помещения я разглядел винтовую лестницу, уходящую куда-то вверх и дарящую мне надежду на освобождение из пещерного плена.

Не знаю почему, но я не посчитал в этой комнате ничего для себя интересным и сразу направился к лестнице, прихватив по пути один из подсвечников, на котором громоздятся толстые длинные свечи. Не успел я поставить ногу на первую ступеньку, как от кровати раздался какой-то шорох, как будто легкий ветерок поколебал ткань балдахина. Шум скорее угадывался, нежели реально существовал, но я остановился и замер, боясь даже вздохнуть. Несколько минут я простоял, почти не шевелясь и не дыша и уже совсем было решил, что мне показалось, когда шорох повторился и ткань балдахина слегка пошевелилась. У меня возникло чувство, что я безнадежно опаздываю. Рывком преодолев разделяющее меня и кровать расстояние, я откинул балдахин. Откинул только лишь для того, чтобы замереть в восхищении и ужасе. На когда-то белоснежной, а сейчас на грязно-серой постели лежит женщина. Даже толстый слой грязи и пергаментная кожа, обтягивающая череп не могут скрыть былой красоты. Сто удивительно, мумия выглядит как живая, как будто женщина только-только прилегла отдохнуть. Шикарное платье уже давно превратилось в труху и осыпалось мелкой пылью, открыв моему нескромному взгляду совершенные формы, когда-то, прекрасного тела. Многочисленные кольца и браслеты, изящное ожерелье на длинной шее и замысловатая диадема в густых черных волосах, только усиливают это ощущение.

Внезапно ноздри тонкого носа дрогнули, словно принюхиваясь. Тонкие пальцы на руке заскребли по постели, а черные ногти легко прорезали ветхую ткань. Веки на лице женщины дрогнули и начали приоткрываться, высвобождая два иссиня-черных омута, в которых клубится самая натуральная Тьма. Тонкие иссохшиеся губы приоткрылись, демонстрируя ослепительно белые зубы с длинными клыками. Еще одна земная сказка обрела право на жизнь. Я стою и смотрю в глаза Ночному Кошмару, в глаза вампира. Мои руки сами упали на рукояти клинков. И в ту же секунду полупрозрачное покрывало, укутывающее женщину, превратилось в огромные крылья, взметнувшие ее под самый потолок. Все очарование погибшей красоты моментально улетучилось. Передо мной очередной монстр, намного сильнее и опаснее чем предыдущий. Опаснее своим разумом и своими инстинктами. Откуда я это знаю? Не спрашивайте, я все равно не смогу ответить, просто знаю и все тут. Я даже откуда-то знаю, что черный серп не в силах причинить ей вред, зато клинки убитого мною монстра прямо-таки поют в моих руках от предвкушения. Подчиняясь моему мысленному приказу, дага уже давно превратилась в точную копию своей напарницы, когда-то у меня очень неплохо получалось работать с двумя клинками, вот и посмотрим, не растерял-ли я свои умения. Замерев в стойке, я не отрываясь наблюдал за вампиршей, ожидая атаки. Но стоило мне только моргнуть, как она превратившись в черную молнию, метнулась куда-то мне за спину. Только опадающие на пол останки гобелена указали мне куда именно. У меня за спиной, скрытая до времени, оказалась небольшая дверка, за которой вампирша и скрылась. Скрылась, чтобы уже через несколько минут появиться вновь. Но в каком виде! От былой мумии не осталось и следа, куда делась пергаментная кожа, иссохшиеся руки и ноги, пустой, полный голода и ярости взгляд! Передо мной предстала истинная королева и шикарная женщина. Длинные стройные ноги, плоский живот, вызывающе торчащие груди, гладкая упругая кожа, чувственные губы, тонкий прямой нос и огромные миндалевидные глаза. Белое обтягивающее фигуру, как резиновая перчатка, платье выгодно подчеркивает слегка смуглую кожу и черные волосы, а глаза, глаза манят и зовут. Весь вид портит только тоненькая струйка чего-то, подозрительно напоминающего кровь, стекающая по подбородку.

- Смертный, ты или до неприличия смел, или до безобразия глуп. Как ты прошел моего стража?! Сотни моих подданных не смогли преодолеть это демоническое порождение! А ты прошел, прошел и разбудил меня от тысячелетнего сна. У тебя в руках Клинки Убийцы, они принадлежат Стражу… ты смог с ним справиться? Он мертв?! Какую награду ты хочешь получить? Вечную жизнь? Неограниченную власть? Сокровища Королей Древности? А может быть ты ищешь абсолютного Знания? Или… или ты хочешь обладать моим телом? Занять место рядом со мной на троне? Хочешь стать Повелителем Мира? Я могу все это предложить тебе!

- Нет. Все что мне нужно, я беру сам.

- А ты самонадеян и глуп. Хотя… да, кровь Королей! Странная смесь, ламии и люди… но ты еще слишком молод и не вошел в полную Силу, хотя и есть в тебе что-то необычное. Что же, тем лучше. – и опять сверкнула черная молния, а я ощутил неимоверную силу, сжавшую меня в своих объятьях и острые клыки на своей шее. Всего пару мгновений длилось это ощущение, а потом что-то тяжелое начало клонить мои руки к земле. Я опустил взгляд вниз и увидал, что вампирша как бабочка напоролась на мои клинки. И кажется, что мечи вытягивают из нее ее жизнь… ну или ее подобие. Прямо на моих глазах совершенная женщина опять превращалась, хоть и в прекрасную, но мумию. Но и на этом метаморфозы не прекратились. С тихим шорохом плоть женщины начала превращаться в песок, который, не долетая до пола, развеивается тончайшей пылью. Вот передо мной уже лежит только лишь скелет, но и кости осыпаются, превращаются в ничто, только меж остатков ребер горит багровым пламенем огромный рубин, да сияют осыпавшиеся украшения. Наконец мечи перестали дрожать, мне даже показалось, что они удовлетворенно и сыто урчат, как пара маленьких котят, а меня обдало волной благодарности и обожания.

Чисто механически я вложил клинки в ножны, подобрал Рубин и направился к потайной дверце. Интересно же посмотреть, что там хранила вампирша. Скажу честно, «кладовочка» меня разочаровала. Малюсенькое помещение три на три метра, низкие потолки, я даже непроизвольно пригибаюсь, чтобы не упираться в потолок, хотя до него еще сантиметров двадцать. Пара старых сундуков, небольшой шкаф, с десятком ветхих книг, и пара десятков странных сосудов, вроде как из хрусталя, в серебряной оплетке. Содержимое этих «фляжек» я определил сразу и безошибочно - кровь. Вот только я не представляю, как она могла столько времени сохраниться, может все дело в этих странных бутылках, а может быть и в самом помещении. Кто их разберет, этих магов и сказочных монстров. В одном из сундуков я нашел какую-то сумку, похожую на те, что носят почтальоны, а под ней золотые монеты, кольца цепи и прочую бижутерию. Во втором сундуке оказалось оружие. Пара мечей и кинжалов из черного металла, как и мой серп, несколько метательных звездочек, по типу сюрикенов и удивительно легкая кольчуга, все из того же металла.

Вспомнив о набитых камнями карманах, я прихватил сумку, переложив в нее их содержимое, туда же пошли и кинжалы, и звездочки, Рубин и драгоценности с вампирши, и еще пара горстей всяких безделушек из первого сундука. Когда по моим подсчетам сумка уже должна была быть полна, я с удивлением заметил, что она практически не изменилась, оставаясь все такой же тощей и легкой. Ради интереса я попытался засунуть туда и мечи, которые раза в три больше ее и к моему немалому удивлению и восторгу мне это без труда удалось. Кажется, что сумка поистине безразмерная и туда можно запихать все что угодно. Сами собой на ум пришли слова, «сумка путешественника». Что же, не самый плохой трофей. После этого в нее пошли и книги, и кольчуга и еще все что оставалось в первом сундуке, а также пара «фляжек» с кровью. Кровь конечно можно было бы и вылить, но я поостерегся это делать, кто знает, как это может отразиться на моем здоровье. Вдруг вампирша и из пыли может восстать, если на нее попадет хоть капля крови. Но самая интересная и многообещающая находка ждала меня в углу. Самый обыкновенный рычаг, за который я и потянул. Где-то вдалеке что-то заскрипело, застучало и загрохотало, а у меня вновь проснулась надежда, что я нашел «ключ», открывающий мне путь на верх и ломанулся к винтовой лестнице.

Почти час я поднимался по лестнице, а в конце пути меня ждало огромное разочарование. Лестница закончилась тупиком, точнее еще одной комнатой, заставленной всяким барахлом. Опять сундуки, шкафы, ящики. Я невесело усмехнулся. Похоже, что я уподоблюсь тому древнему греческому Царю, что своим прикосновением, все превращал в золото и умру от голода на груде золотых монет. Единственное, что я захватил из этой комнаты, это большую книгу, на удивление, прекрасно сохранившуюся. Пришло время пройти по своим следам и еще раз попытать счастья с закрывшимся люком, вдруг повезет, и тот рычаг открыл именно его.

Спускаться всегда легче чем подниматься, поэтому обратный путь по винтовой лестнице занял у меня намного меньше времени чем подъем, да и в комнате вампирши я задерживаться не стал, оставив ее доскональное изучение на потом. Что-то мне подсказывает, что если мне суждено отсюда выбраться, то в этом пещерном комплексе я стану частым гостем. Только в «зале костей», я немного задержался, да и то, только потому, что дал волю своему земноводному и не смог пройти мимо попадающихся камешков и наиболее интересных образцов оружия и пары, похожих на серебряные, кольчуг. Но и здесь я ничего не выискивал специально, собирал только то, что попалось под руку и бросилось в глаза. А вот подъем по длинной лестнице дался мне очень тяжело. К отмеченной мною ступеньке я уже практически выбился из сил и переставлял ноги чисто механически, постоянно опираясь на бортик светящейся канавки. Но едва она появилась на виду, в меня как будто влили водопад энергии и последние метры я буквально пролетел. И было почему, ступенька стала заметно выше, а это значит, что она вернулась на место. Проход открыт!

Боясь даже лишний раз вдохнуть, на цыпочках, преодолел я «подлую ступеньку» и что было сил рванул наверх, да так, что остановился только уже в «погребальной камере». Вопрос закрывать или не закрывать люк не стоит. Здесь кроме золота да прочей ерунды, ничего ценного нет, а вот внизу, что-то мне подсказывает, еще осталось очень много всего интересного. Поэтому провозился я здесь еще пару часов. Во-первых, собрал все серпы от колесницы, вместе с моим их получилось восемь. Затем освободил ключ-камни от сундучков, а их самих от их содержимого. Прошелся по всем сундукам и ящикам, выискивая наиболее ценные и красивые, на мой взгляд, предметы. Все это я упаковал в свою новую сумку, на которую все никак не могу нарадоваться. Не забыл я и о том, что на поверхности вполне вероятна встреча с наемниками, поэтому постарался по максимуму себя обезопасить, вытащил из сумки черную кольчугу и надел ее под свою куртку. Если встреча состоится, то для убийц она станет неприятным сюрпризом.

Ну вот вроде бы и все. Попрыгали. Вперед! Поверхность встретила меня ясным солнечным днем. Мелкие лужицы парили под жарким солнцем, не успевая впитываться в каменистую почву. Очень долго я наблюдал за округой, приглядываясь и прислушиваясь, но ничего, ни одного звука не привлекло моего внимания, ни одна «неправильность» не бросилась в глаза. Неужели наемники ушли? Нет, такое на клан Брэган де Эрт совсем не похоже. Значит что-то заставило их отсюда уйти. Теперь надо бы разобраться что именно. Крадучись, от одного укрытия к другому, я начал выбираться из завала камней, где пролежал столько времени. За спиной осталась скала, принесшая мне так много переживаний, я уже входил под сень леса, когда мое внимание привлекло ржание лошади. Ага, а вот и преследователи. Не спеша, я направился на призывный голос животного. Минут через пять я наткнулся на небольшую полянку, на которой расположились наемники. Они все были тут, все шестнадцать остававшихся в живых убийц, даже подранки и те были здесь, а с ними и сынок маркиза. Вот только ключевое слово здесь «были». Нет, они как и прежде все на поляне, вот только в каком виде. Разорванные, растерзанные тела, раздавленные и переломанные конечности, как будто люди попали под горную лавину или селевой поток. Сломанное оружие, разорванные доспехи и то, что большая часть наемников лежала кучей, может свидетельствовать о том, что неизвестную угрозу они не проспали и успели подготовиться, вот только немного переоценили свои силы и вместо того, чтобы бежать без оглядки приняли бой, в котором все и полегли. Выходить на поляну и обследовать место боя, я категорически не захотел, поэтому обойдя полянку по краю леса, так же тихо и незаметно скрылся в нем. Мне предстоит совсем не близкий путь домой, в Замок, а где-то чуть в стороне ржет лошадь. Согласитесь, даже плохо ехать, всегда намного лучше, чем хорошо идти. А ведь в переметных сумках может быть и что-нибудь съестное. Вот с этой мыслью и направился ловить себе «транспортное средство».


3 Глава.

Башни Замка Сангре я увидал только на рассвете. Конечно, я мог бы добраться до дома и значительно раньше, но сначала я поехал не в том направлении, потом, когда покинул Проклятые Земли, устроил себе полноценный отдых, с обильной трапезой и парой стаканчиков неплохого вина. В общем туда-сюда и полдня прошло, а заявляться в Замок, который возможно, находится под осадой, я не посчитал нужным.

Флаги над Замком, поведали мне, что в своих пессимистических прогнозах я был прав. И пусть под стенами моего дома нет вражеской армии, пусть никто не штурмует Цитадель, но развивающийся над донжоном флаг «интенстине», отчетливо показывает, что не все ладно «в датском королевстве».

Мое приближение заметили издали и почти сразу объявили тревогу. Не знаю, чем уж так опасен может быть одинокий всадник, но Замок встретил меня закрытыми воротами и поднятым мостом, а на стенах чего-то ожидают наемники барона при «полной боевой». Минут двадцать я совершенно напрасно взывал к благоразумию, угрожал всеми возможными карами и ругался. И только неожиданно раздавшийся детский голосок положил этому недоразумению конец.

- Да это же молодой господин! Молодой господин вернулся! – через минуту ворота открылись, а мост начал опускаться, хотя наемники и редкие стражники не потеряли бдительности. В воротах меня встретил ряд длинных копий и с десяток направленных на меня арбалетных болтов. Только с появлением на мосту моего отца, барона де Сангре, боевую готовность перевели из состояния «полная» в «повышенная».

Едва я спрыгнул с лошади, как барон порывисто меня обнял, а на в его глазах блеснули слезы.

- Ну что встали, дармоеды, не видите, мой сын вернулся! Быстро собирайте на стол. У нас сегодня праздник.

- Ваша милость, надо бы проверить. – выступил вперед один из наемников, - В наших краях оно всяко бывает. Может быть, что ваш сын, вовсе и не ваш и не сын. Вы не подумайте чего, но так уж заведено. Он же из Проклятых Земель вернулся. Да что я вам тут рассказываю, вы, ваша милость, и сами все прекрасно знаете. Так что, надо бы проверить.

Пока старый наемник все это говорил, нас с отцом медленно окружали. Я с легкостью читал на чужих и незнакомых лицах какое-то облегчение, но в то же время и прямо-таки сквозящие, от собравшихся, настороженность и опасение. Все тот же наемник, как великую ценность, вынул из колчана стрелу с черным наконечником и уже обращаясь ко мне, сказал.

- Не гневайтесь, ваша милость, но порядок он и есть порядок. Больно не будет, вы главное не шевелитесь и не бойтесь.

- Отец, а что это такое? Раньше вроде бы такого не было.

- Раньше ты никогда не ходил в Проклятые Земли в одиночку. Раньше всегда рядом с тобой кто-то был. А это стрела с наконечником из «железа мёртвых». На обычных людей он действует точно так же, как и честная сталь, а на нежить, нечисть и перевертышей… даже самая маленькая царапина становится смертельной. – не знаю, показалось мне или нет, но в голосе барона послышался какой-то страх и обреченность.

- Хм… «железо мертвых», говорите. Такое что-ли? – и я вытащил из ножен свой серп от колесницы. Ну что сказать… вы можете себе представить появление Королевы Великобритании в деревне «Новые Писюки», Голожопинского уезда, да еще и с просьбой подсказать, как добраться до Лондона? Нет? А жаль. Примерно такой эффект вызвал и мой клинок. Какое-то время во дворе замка царила мертвая тишина, а потом она взорвалась восторженными воплями. Все орали, потрясали оружием, стучали в щиты и почему-то считали своим священным долгом прикоснуться к клинку или похлопать меня по плечу. Барон цвел и пах, казалось, что его сейчас просто разорвет от счастья и радости. Тогда я, чтобы покрасоваться, еще и куртку свою снял, демонстрируя окружающим свою кольчугу. Ну, что сказать, если бы в этот момент стадо бешеных гиппопотамов пошло на штурм Замка, то они бы оглохли от восторженного рева и в панике удалились. Только барон внезапно побледнел и как-то испуганно на меня посмотрел. Хотя, надо отдать ему должное, он очень быстро, не только смог взять себя и свои эмоции в руки, но и каким-то образом, всего парой фраз, умудрился навести порядок во дворе Замка.

- А ну прекратили этот базар! Гарипол, ты что вообще на старости лет все мозги пропил, никогда черной бронзы не видел? Так вспомни молодость, прогуляйся в Проклятые Земли, там этого добра навалом. Давай, делай свое дело и все по местам, забыли, что у нас тут вроде как война образовалась. А тебе, сын, должно быть стыдно, разве можно так шутить. Давайте заканчивайте здесь и иди, отдыхай, приводи себя в порядок, а потом я жду тебя в своем кабинете.

Не знаю, как всех остальных, но старого наемника и пару, столь же опытных искателей, похоже, слова барона не убедили, слишком уж они близко стоят, да и похоже, что понимают они в происходящем, намного больше чем я. Тем более, что Гарипол уже успел несильно ткнуть меня своей стрелой в рукав кольчуги и сейчас стоит расплывшись в довольной улыбке. Эту мою догадку и подтвердил барон, спустя всего несколько секунд.

- Да, Гарипол, Веселый, Лаэрт, вас я тоже жду в кабинете, надо обсудить, что делать дальше. И вина захватите побольше, чую оно нам понадобится, хорошее и много.

Распоряжение отдыхать и приводить себя в порядок, вовсе не подразумевает, что я могу завалиться спать, или идти любоваться на звезды. Это означает, что бочка с водой во дворе, по-быстрому умылся, переоделся, перехватил, если успел, что пожевать и бегом к отцу. А в том, что четыре зубра походов по Проклятым Землям вытрясут из мен все что им будет надо, я ничуть не сомневаюсь. Если надо будет, то и «допрос с пристрастием» проведут, так что, лишний раз их злить не стоит, а вот взять инициативу в предстоящем разговоре на себя, вполне можно попробовать. И самое главное, о своих приключениях в пещерах, да и о них самих, молчать как партизан. Сумку придется взять с собой, искатели уже определили, что она совсем не простая, так что, наиболее вызывающие трофеи надо убрать подальше, надеюсь, что обыскивать мою комнату никто не станет. Первым делом я освободил сумку от всего что взял в комнате вампирши, от всех книг, украшений и оружия. Потом пришла очередь серпов с колесницы и камушков из «пещеры костей». И если первые я выложил все, то со вторыми решил немного погодить, оставив с пару десятков, как говорится «каждой твари по паре», надо же понять, что они из себя представляют и имеют-ли хоть какую-то ценность. Также я поступил и с оружием и доспехами, что насобирал меж костей. Кое-что оставил, а кое-что заныкал, до лучших времен. А вот с золотом и прочими драгоценным ломом решил не заморачиваться, казна Замка пуста, а речь вроде как шла о войне. Так что в этом вопросе я решил положиться на Наполеона, ведь не даром он говорил, что «для войны нужны три вещи, деньги, деньги и еще раз деньги». Да и наемники с искателями, узнав, что барону есть чем с ними рассчитаться, будут более надежными. В общем, не прошло и получаса, а я уже стучался в двери кабинета барона, из-за которых доносились возбужденные голоса, впрочем, моментально стихшие, стоило мне появиться. Открывшаяся предо мной картина, невольно вызвала улыбку. А неплохо устроились «пенсионеры», десяток кувшинов с вином и огромное блюдо с мясом и сыром, на которое я сразу же и набросился. Никто мне не препятствовал и не отвлекал, все присутствующие стойко ждали, пока я наемся. Чтобы не отвлекаться, я предложил барону поведать, что происходило в мое отсутствие. Понимая, что с набитым ртом я говорить не смогу, он со вздохом начал свой рассказ.

- В тот день, когда ты ушел на «охоту», после полудня к Замку прискакал всадник. Он передал нам вот это, - с этими словами барон выложил на стол кинжал из дрянного железа, даже домохозяйки не стали бы таким пользоваться, - На нем герб клана и означает это послание, что клан Брэган де Эрт принял на себя контракт, против нас. Больше суток нас потом никто не беспокоил, а потом прискакал стражник нашего соседа, маркиза де Ванилио, он принес вот это, - на столе оказалась моя потерянная в реке шпага, - А еще он передал мне послание от своего господина, в котором меня извещали, что Род мой прервался и мой единственный сын погиб от руки четвертого сына маркиза. Никто, ни я, ни мои друзья, ни, даже челядь в Замке, не поверили. Этого сынка знают все, если он когда и брался за эфес шпаги, то этого никто не видел. Настораживало только одно, то, что в этом деле оказались замешаны наемники. Двое следопытов ушли из замка по твоим следам и через сутки вернулись. Они сообщили нам, что ты убил нескольких из преследующих тебя наемников, а потом упал в реку. Больше они никаких следов не нашли. Еще через сутки, к Замку опять прискакал представитель клана, на этот раз он принес вот это, - барон указал на стоящее в углу его кабинета, небольшое копье, хотя, скорее дротик. Медное острие, красное древко, ничего необычного, кроме расцветки. – Клан объявил нас своими кровниками. После этого известия я не знал, что мне делать, радоваться или плакать. С одной стороны, это явный сигнал, что ты жив и сдаваться не собираешься, а с другой, иметь во врагах столь могущественный клан, не совсем приятно. Хотя, в наших местах де Эрт особой силы и не имеет, но пакостей может устроить много. В общем мы сели в осаду. Это было вчера вечером, а сегодня поутру и ты объявился, да еще и с такими трофеями. Приехал ты спокойно, никакой погони за тобой нет и не было, значит тех, кого клан отправил за твоей головой больше нет среди живых. Вот мы и хотим послушать, где тебя демоны носили больше четырех дней, куда делись наемники клана и чего нам ждать.

- А еще, где ты взял кольчугу Королевы Проклятых, что за оглоблю их «железа мёртвых» ты приволок, где ее раздобыл и есть-ли там еще. – влез Гарипол и я с благодарностью посмотрел на него. Теперь я не буду отвечать на вопросы, теперь я буду рассказывать. А что и как, это уже мое дело.

Вовремя вспомнив слова классика, что «краткость – сестра таланта», постарался сделать мой рассказ предельно лаконичным. Во-первых, меньше шансов запутаться и завраться, а во-вторых, очень уж хотелось спать и нормально поесть, на что этим «извергам» совершенно наплевать, как и на мой, все еще, растущий организм. В общем, до моего падения в реку, я придерживался «правды, только правды и ничего кроме правды», да и потом, только лишь слегка изменил направление своего бегства, «пройдя» мимо скалы и углубившись в лес. Последующий мой рассказ оказался сух и неинтересен. Бежал по лесу, петлял как заяц, даже не устраивал засады на преследователей, я же был безоружен. Ну а вчера утром наткнулся в лесу на небольшую полянку. Вот тут-то я уже включил свое воображение на полную, совершенно не опасаясь, что впоследствии что-нибудь напутаю. Я поведал, как под сенью величественных сосен и елей наткнулся на древний бивуак неизвестных мне существ. Почему неизвестных? Да потому, что хотя их скелеты и идентичных человеческим, кости оказались довольно хрупкими, а самое главное их черепа, а точнее зубы. Я в самых мельчайших подробностях описал вампирские клыки, в надежде, что опытные искатели смогут определить кому они принадлежат и не ошибся. Первым подал голос Лаэрт:

- Вампиры!? Дети Ночи в Проклятых Землях? Давненько я не слыхал о подобных «экскурсиях», почитай уже лет двадцать. Наверное, совсем у них дела, на их островах, плохие, раз они снова вспомнили о древних легендах. Ладно, рассказывай дальше.

- А что дальше-то? Время у меня было, а вот оружия и снаряжения, нет. Поэтому я и обследовал полянку со всей аккуратностью, ну и собрал все что нашел. С этими словами начал выкладывать свою «добычу» на стол. Ахов и охов было много, даже очень много и в основном вокруг оружия и моих «камешков». Золото и драгоценности удостоились только одобрительного «кхм» и похлопывания по плечу, да ехидного замечания Гарипола:

- Ваша милость, а ведь теперь вы, почитай, стали богаче чем когда-либо. Вы теперь этого маркизика, самого купить можете, вместе со всем его семейством. А за один из мифриловых мечей, Император вам и графский титул с землями, любой, на ваш выбор, предложит.

- Ага, или упрячет на всю оставшуюся жизнь в подвалах Гильдии магов. И это если еще повезет. Сергар, а что случилось с наемниками?

- Отец, если честно, то я не знаю. На их стоянку я вышел вчера, ближе к вечеру. Устал я бегать, решил нагнать на них страху, или погибнуть сражаясь, если не повезет. Но никого живого я там не нашел. Все тела были растерзаны, крови по колено. Причем я так и не понял, кто именно на них напал. Они ведь пытались защищаться, даже в оборонительный круг встали, но им это не помогло. Все они там остались, я даже ничего собирать не стал, поспешил оттуда побыстрее убраться. А недалеко нашел лошадь, запутавшуюся уздечкой в кустах. Ехал всю ночь, устал зверски, - кинул я небольшой намек, - а на рассвете выехал к Замку.

- Сколько там осталось тел, ты конечно же не знаешь?

- Почему не знаю? Знаю! Шестнадцать наемников, все кто к тому времени еще были живы, а с ними и сынок маркиза.

- Ясно. Дорогу показать сможешь?

- Смогу.

- Вот и хорошо. Лаэрт, завтра с рассветом, возьмешь с собой Веселого, пару вьючных лошадей, отправитесь на ту поляну, соберете там все, не забудьте клановые кулоны, да и тела… надо бы их похоронить, пока еще не поздно. Не приведи демоны, восстанут, только таких «подарков» нам тут и не хватает. – оба искателя согласно кивнули. Барон посмотрел на меня. – Сын, я тобой горжусь! А теперь иди, отдыхай.

- А что за древние легенды вампиров и что это за камешки? – не утерпел я.

- «Камешки» эти, очень ценные, а некоторые, так и вообще… бесценные. Например, вот этот вот, - барон показал на ярко-алый, с серебряными звездочками. – Это камень жизни, может залечить любую рану, оставленную нечистью. А вот этот вот, черный с прожилками, не даст на своего обладателя наложить никакое заклятие или проклятие. А этот, палец барона указал на уже знакомый мне камень, - не даст умереть от жажды, даже в центре пустыни. Зеленый отпугивает хищников, а серенький с голубыми прожилками, дает возможность общаться с животными. Не со всеми конечно, а только с теми, у кого есть хоть немного разума, лошади, собаки, кошки, большие птицы. Вот этот вот, синий, даст тебе способность находиться под водой несколько часов, их особенно ценят моряки и ныряльщики. Вот этот, похожий на изумруд, не даст сбиться с пути, караванщики буквально молятся на них. Вот этот вот, прозрачный как слеза, позволяет видеть далеко и четко, даже ночью, их охотно покупают Магистратуры крупных городов на границе со Степью, для своих стражников. А вон тот вот, багрово-красный, лучше сразу выкинуть, это камень крови, своего рода «сухой паек» вампиров, превращает обычную воду в кровь. Кровососы за ними охотятся и не хотел бы я, чтобы они узнали, что у меня есть такой «камешек», если повезет, то попытаются купить, а если нет, то сразу убьют. Давненько я не видал такой «коллекции». Повезло тебе Сергар. Ладно, все, иди отдыхать, а вампирские сказки тебе, вон, Веселый завтра расскажет, он в свое время, когда был молодой и глупый, буквально бредил ими.

Разочарованно вздохнув, я встал и направился к выходу.

- Сергар, камешки-то свои забери. Нам они ни к чему, а тебе, чую, пригодятся и очень скоро.

Только оказавшись в своей комнате, сбросив пропыленную и пропитанную потом одежду, я понял, насколько вымотался за эти дни. Сил, даже чтобы помыться уже не осталось, и я отрубился, едва моя голова коснулась подушки.

Проснулся я посреди ночи от какого-то неопрятного чувства и назойливого, чуть слышного дребезжания. Подчиняясь внезапно проснувшейся интуиции, я быстренько оделся, вооружился и только после этого заметил, что один из камешков, оставленных вчера на столе, слегка светится и издает какой-то звук, на самой грани слышимости. Прихватив свое «сокровище» я вышел из комнаты и направился на огораживающую Замок стену. В лунном свете были отчетливо видны фигуры часовых, но что-то мне сразу не понравилось в их позах. Понаблюдав за некоторыми из них несколько минут, я понял, что именно – они не шевелятся, как будто окаменели. Через мгновение я уже был возле одного из них. Абсолютно холодная кожа, остекленевший взгляд и каменная неподвижность заставили меня содрогнуться. Напрасно я тряс и избивал стражника, хотя он и жив, но никаких эмоций я от него не добился. Такое ощущение, что я трясу живую куклу. Вспомнив вчерашний рассказ отца, я быстро выбрал нужный камень и сквозь него начал разглядывать окружающую Замок местность.

Ничего опасного я не заметил. Ну не считать же за опасность парочку, притаившихся возле ворот, человек. Как оказалось, я очень сильно заблуждался. Чуть слышно дзинкнула тетива арбалета, а через секунду я услыхал, как скребет по камню крюк, заброшенной на стену, «кошки». Непонятный азарт охватил меня, и я бесшумно прошмыгнул к «месту проникновения», в моей руке сама собой оказалась дага. Которой я и встретил первого «посетителя», вогнав ее точно под подбородок ночному гостю, когда он уже переваливался через парапет. Появившегося, через минуту, второго «гостя», я приголубил камнем по затылку, не сильно, а так, чтобы не трепыхался. После чего полностью раздел его и связал как «куколку», благо, верёвкой, тонкой и прочной, сами жулики меня и снабдили. Внимательно разглядев ночных «посетителей», я только хмыкнул, тоже мне, ниндзя недоделанные, черная одежда, ничего блестящего, даже морды лица и то измазали какой-то черной гадостью. А вот вещи, незадачливых воров, заставили меня уже по-другому на них посмотреть. На шее у каждого болтается неприметный медальон с гербом клана Брэган де Эрт, из оружия, только длинные тонкие стилеты, заточенные до бритвенной остроты и, если я не ошибаюсь, то вороненные, да-да, именно вороненые, а не зачерненные. А ведь это уже совсем другой уровень технологий и знаний, совсем не соответствующий всему тому, что я вижу в этом Мире. В вещах второго, еще пока живого, налетчика, мое внимание привлек небольшой булыжник, на вид совсем неприметный, серый, с чуть заметными прожилками и крапинками. Такие камни в изобилии лежат по берегам рек, самая обычная речная галька, если бы он не вибрировал и от него не исходил какой-то странный звук, чем-то напоминающий шёпот. Еще раз осмотрев тела, я нашел у них маленькие невзрачные колечки, с точно такими же камешками, только значительно меньшего размера, чуть больше спичечной головки. Стоило мне только стянуть эти кольца с пальцев, как вибрация большого камня и идущий от него шёпот прекратились, а через пару минут по всей стене раздался грохот. Это стражники падали как подрубленные, а еще через минуту, то там, то там раздались маты и проклятья. У меня отлегло от сердца, все часовые оказались живы.

Начальник стражи хотел подать сигнал тревоги, но я его остановил. Возникла у меня одна идея и ее надо обмозговать с более опытными «товарищами», поэтому один из стражников убежал будить барона, а я присел на подвернувшийся камень, приготовленный для отражения штурма, и задумался.

Вырисовывающаяся картина особого оптимизма не внушает. «Сладкая парочка», проникнувшая ночью в Замок, на обычных воришек мало похожа. Клановые медальоны, кровная вражда, объявленная нам кланом, явно магическое «оборудование» и полная бессмыслица такого вот «проникновения» в Замок всего двух человек навевают нехорошие подозрения. Конечно можно предположить, что эти двое собирались вырезать все население Замка, пока оно находится в бессознательном состоянии, но не стоит забывать, что я нахожусь в магическом Мире, а как известно, на любую магию, есть своя контрмагия, ведь не даром убийцы действовали так осторожно, значит чего-то опасались и рассчитывать на удачное завершение своего дела они не могли. Значит что? Значит нам стоит ждать полномасштабной атаки и значительными силами, а эти двое выполняли функции ДРГ, снять часовых, открыть ворота, в общем, подготовить все для быстрого и беспроблемного захвата Замка.

Скорее всего, поняв, что их план провалился, наемники отступят, а значит попытки еще будут и далеко не факт, что нам и в следующий раз так повезет, мало-ли что у клана находится в закромах, вполне может быть, что на их очередной «финт», противоядия у нас не найдется. А значит надо решать эту проблему сразу и навсегда. Ну пусть и не навсегда, но выбить присутствующие в Приграничье силы клана нам вполне по силам, а там… а там посмотрим, может быть все еще само собой утрясется. Как говорится, «или шах помрет, или ишак сдохнет». Не дожидаясь барона, я начал действовать и в первую очередь убрал со стен всех часовых, приказав никому во дворе Замка не появляться, печей на кухне не разжигать. Та же самая участь постигла и кузницу, и вообще, распорядился всем убраться со двора, затаиться и не отсвечивать, сидеть тихо и не издавать шума, Замок должен выглядеть как вымерший.

Какое-то время спустя появившийся барон, воспринял мои приказы «в штыки», ну не укладывается в его средневековой голове, что можно в ожидании штурма убрать всех наблюдателей и загнать стражников в казармы. Пришлось нудно объяснять ему ход моих мыслей и причины почему надо сделать именно так. К счастью, «отец» меня не разочаровал и очень быстро врубился в мои задумки, после чего продемонстрировал мне мастер-класс по организации масштабной засады в пределах одного, отдельно взятого Замка. Для начала, он загнал наблюдателя с моим камнем на чердак донжона. Потом он разогнал всех стражников, причем каждому обозначил его место, заставив всех вооружиться еще и арбалетами и нарезав им сектора обстрела. Минут через десять, когда всякое движение в Замке замерло, барон сделал свой следующий ход. По его приказу, со страшным скрипом опустился подъемный мост, ворота открыли нараспашку, а привратную решетку подняли, быстро отсоединив цепи и заменив их на старый канат, возле которого барон и остался. Его мысль я понял сразу, увидав практически беззащитный Замок, никто не станет заморачиваться с вдумчивой разведкой, тем более ожидая чего-то подобного, а сразу же ворвется во внутренний двор, торопясь занять стены и башни. Одного движения топором будет достаточно, чтобы решётка рухнула, превратив двор Замка в одну большую мышеловку. Тут уже и я немного подыграл, выловив пару то ли конюхов, то ли плотников, подходящей комплекции и заставил их переодеться в костюмчики ночных гостей, еще и рожи сажей измазал, будут «подсадными утками». Все, что могли мы сделали, даже знамя спустили и убрали, так на всякий случай, теперь остается только ждать и надеяться, что наши выкладки верны и мы ничего не упустили. Тем более, что ждать осталось совсем не долго, на горизонте уже заалела заря. К сожалению, мой «язык» все еще в отключке, так что узнать у него что-либо пока невозможно, а потом, я думаю, будет поздно.

Долго ждать нам не пришлось, солнце только-только осветило синие верхушки сосен, как наблюдатель просигналил, что видит большой отряд всадников. В ту же минуту один из «подсадных» поднялся на стену, а второй демонстративно появился в проеме ворот. Наши ожидания оказались не напрасными, вот только меня прошил озноб, когда я разглядел, что к Замку приближается почти сотня всадников и это при том, что защитников у нас насчитывается едва-ли три десятка. Но барон, рядом с которым я и устроился, выглядит абсолютно спокойным, на его лице даже появилась улыбка, боле похожая на звериный оскал, которая не предвещает врагам ничего хорошего.

Прибывшие нас не разочаровали и в полной мере оправдали все наши надежды. Я не стану гадать, что именно послужило тому причиной, то ли наши «артисты» прекрасно справились со своей ролью, то ли свою роль сыграла кажущаяся беззащитность Замка, но кавалькада всадников, даже не снижая скорости, галопом влетела во внутренний двор Замка. Арьергард еще толком не осадил своих коней, а первые бойцы клана уже бежали к надвратной башне, к донжону и казармам стражи. Именно оттуда и раздались первые недоуменные возгласы, которые пошли распространяться как степной пожар, от дверей донжона, от надвратной башни, от конюшни. Недоуменный ропот все нарастал, когда с грохотом рухнула решетка, отрезая всех прибывших от свободы и обрекая их на неминуемую смерть. Как подтверждение этого, на стенах, в окнах хозяйственных построек, в окнах донжона и казармы, подобно теням начали подниматься защитники Замка. Каждый держал в руках заряженный арбалет. Три десятка арбалетных болтов, да еще и почти в упор, это тот самый аргумент, которым нельзя пренебрегать, понял это и главарь клановой шайки, понял это и барон. Скорее всего мысль предотвратить бессмысленное кровопролитие пришла им в голову абсолютно одновременно, и тот и другой дружно подняли правую руку вверх, призывая к вниманию. И если у барона этот жест мог стать обрекающим, то предводитель бойцов клана Брэган де Эрт в этом положении мог только уповать на наше снисхождение. Суетящиеся по двору бойцы замерли, не желая провоцировать арбалетчиков на расправу, а в том, что она будет скорой, никто не сомневается. Минута, две максимум и весь двор будет усеян трупами. Над Замком раздался зычный голос молодого мужчины.

- Я Анри, легат Главы клана Брэган де Эрт, я хочу говорить с бароном де Сангре.

Ответил ему, как не странно, Гарипол.

- Его милость барон де Сангре считает бесчестным для себя, разговаривать с вожаком шайки ночных воров и убийц.

Даже на верху башни было слышно, как легат заскрежетал зубами. Но тут ему «на выручку» пришел какой-то франт, разодетый как павлин, с высокомерной рожей.

- Да как ты смеешь, смерд, разговаривать таким тоном с легатом Главы клана! – тут уже и я посчитал для себя возможным вмешаться.

- Это что там за шавка такая, без роду и племени, а тявкает? Что за быдло смеет разевать свой рот без разрешения?

- Я граф Гастон де Мот и никто не смеет разговаривать со мной в таком тоне!

- Как это никто и не смеет? А я что тогда делаю?

- Назовись, и если ты достоин, то скрести со мной клинок, как и подобает воину!

- Какой высокий слог, сколько экспрессии! Я сын барона де Сангре, Серж де Сангре и не тебе, мразь, говорить о достоинстве, да и на воина ты не тянешь, разве что постельного, и скорее всего, не один раз битого, а так, самый обыкновенный ночной вор и убийца. Ты и графский титул украл?

- Ваша милость, зря вы так, Род графа ненамного моложе вашего, в его предках были и короли, и герцоги, да и ваш сосед, маркиз де Ванилио, приходится ему родственником. Так что, в его благородном происхождении сомневаться не приходится. – а вот это уже интересно. – И еще, может быть мы в ваших глазах уже и трупы, но не стоит оскорблять весь клан.

- А я и не оскорбляю. Я констатирую факт. Пришли ночью, значит воры и убийцы, да и разве это не ваш девиз: «Предай всех – останься верен себе»? Что молчишь, Анри?

- Да вот думаю, может быть граф прав и мне тоже стоит вызвать вас на поединок.

- Ну ладно граф, а ты-то каким тут боком? Ты, братец, рылом не вышел, барона на поединок вызывать. Так что, уж извини. Арбалетчики, слушать меня, в графа не стрелять, этот сучёныш – мой! – дружный смех и заверения в полной моей поддержке, стали мне ответом.

- Серж, может быть вы тогда ответите мне на один вопрос, раз уж не считаете меня достойным поединка. Что стало с нашими людьми. Которые шли за вами?

- Отвечу, почему нет. Пятерых я просто зарезал, как бойцы они были никакие и это было совсем не трудно. А остальные, остальные встали на ночевку не в том месте и не в то время. Они не учли, что Проклятые Земли это не дома богатых вдовушек и там иногда бывает опасно, смертельно опасно. Так что, можете их не ждать.

- Вы уверены, Серж?

- Ну, как их убивали я не видел, а вот что от них осталось, разглядел хорошо. Так что, да, уверен. Все шестнадцать, там, на поляне в лесу и с ними сынок родственника вашего графа. Должен признать, что погибли ваши люди с оружием в руках, чего не скажешь о сыне маркиза. – после моего спича лицо легата окаменело и он медленно повернулся к графу.

- Это ложь! – заверещал граф. – Весь Род де Сангре лжецы! Это он, он похитил моего племянника! Похитил, а потом убил! – но легат его уже не слушал.

- Барон де Сангре, я прошу оставить одного из моих людей в живых. Пусть ваш сын покажет ему место гибели наших товарищей. Глава должен знать, где и как они погибли. В обмен на эту любезность, я передам вам знак, что кровная вражда между нашим кланом и вашим Родом завершена. Вам ничто более не будет угрожать. Свидетельство моего человека будет тому порукой!

Если честно, то я ничего не понял. Зато, кажется, понял отец. За все время нашего разговора он не проронил ни слова, а сейчас решил высказаться.

- Легат, прикажите вашим людям бросить оружие. Все оружие. Конюшня пуста. Пусть ваши люди безоружными заходят в нее. Вы сами отправитесь с моим сыном к месту гибели ваших товарищей и сами во всем убедитесь. Пока вы не вернетесь, вашим людям ничего не угрожает. Мое слово – тому порукой. А насчет графа, вызов прозвучал, мой сын его принял. Вы можете быть секундантом графа, если хотите. Уверяю вас, много времени это не займет.

- Благодарю вас, барон. – и уже обращаясь к своим бойцам, добавил, - Выполняйте распоряжение нашего гостеприимного хозяина. – со звоном и мне даже показалось, что с облегчением, клинки посыпались на плиты Замка. Ну оно и понятно, помирать за просто так, даже без призрачного шанса на победу, никому не хочется.

Барон оказался прав. Много времени дуэль не заняла. Да ее вообще как таковой не было. И причиной тому совсем не то, что я такой «великий фехтовальщик» и не то, что граф оказался откровенно слабым соперником. Все дело в страхе, страх разъедал его изнутри, не давая сосредоточиться и начать думать. И что самое интересное, боялся он не мене, или кого-то из присутствующих, страх его был направлен куда-то во вне. К сожалению, выяснить чего же так боится граф нам было не суждено. Едва прозвучала команда секундантов, граф размахивая шпагой, как полоумный, кинулся ко мне, прервать эту его атаку оказалось не сложнее, чем напиться, шаг в сторону, короткий подшаг вперед, зажатой в правой руке шпагой отвожу клинок противника, даже врагом называть его не хочется, в сторону и уже отработанным движением бью дагой под подбородок. Все, финита ля комедия, тело графа рушится на плиты. Мне даже показалось, что в его глазах мелькнула благодарность. И вообще, что-то в последнее время мне много что кажется, может начать креститься, так не поймут, туземцы необразованные.

А уже через полчаса мы вчетвером выехали за ворота Замка. Мы вчетвером, это, как и планировалось, я с Лаэртом и Веселым, и Анри, легат Главы клана Брэган де Эрт. Дорогу я помнил смутно. Так что, поплутали мы не мало, но все же были на месте еще до сумерек. За прошедшее время на поляне ничего не изменилось, даже животные еще не добрались до останков, что само по себе удивительно, как будто они обходят стороной это место. Мои спутники порывались незамедлительно начать выполнять распоряжения барона, но я их немного притормозил, давая легату возможность изучить все, что его может заинтересовать. Осмотр «места происшествия» много времени не занял, Анри хватило всего полчаса. Какой-то пришибленный и напуганный, он подошел ко мне.

- Серж, - легат упорно не желает называть меня бароном или вашей милостью, - кто мог сотворить такое? Я так понимаю, что вы не осматривали тела?

- Нет, не осматривал. Были у меня в то время, знаете-ли совсем другие проблемы. А насчет того, кто, или что это сделал, я могу вам ответить только одно, мы в Проклятых Землях. Пусть и не так далеко от границы, но здесь уже действуют совсем иные правила и законы. Здесь нельзя полагаться только на оружие и нельзя доверять никому, здесь все и всегда, немного не так как кажется. Сам я небольшой знаток этих земель, но у меня были очень хорошие учителя, да и хаживал я тут уже, не один конечно, но кое-какой опыт все же приобрел. Поэтому и смог уйти от ваших «загонщиков», они же, в свою очередь, ломились по Проклятым Землям как по дорогам Империи, считая, что раз на них цвета клана, то все должны в панике убираться с их пути. Вот и получили небольшой урок. Сначала от меня, а потом и от самих Земель.

Пока мы стояли и переговаривались, искатели делали свою работу, раздевая тела практически до гола, снимая и собирая не только все представляющее хоть какую-то ценность, а вообще все, даже окровавленное и разодранное в клочья белье. Я не понимаю этих действий, но предпочитаю не вмешиваться, им виднее. Но надо отдать им должное, работали искатели быстро и уже через час семнадцать совершенно голых тел было сложено в центре поляны, все ценности, оружие и доспехи были упакованы и приторочены на лошадей, туда же пошла и более-менее целая одежда, а все тряпье сложили отдельной кучей. Теперь предстоит самая тяжелая работа, выкопать яму для захоронения семнадцати тел погибших. Я с недоумением посмотрел на своих спутников, ведь никто из нас не догадался прихватить с собой не то что лопаты, а даже примитивного заступа. Неужели они собираются копать яму своими шпагами? Но нет, все оказалось намного проще и интереснее. Лаэрт достал из-за пазухи маленький мешочек и выудил оттуда маленький, чуть меньше ногтя мизинца камешек, положил его на землю рядом с трупами и чиркнул себя по пальцу кинжалом. После чего обильно полил кровью камень и очень быстро отбежал в сторону. Я с интересом наблюдал за происходящим. От камешка побежали небольшие волны. Или это так ветер шевелит траву? Нет, всё же волны, повеяло сыростью, появился какой-то болотный запах, в радиусе пары метров трава начала стремительно меняться, превращаясь из лесной в болотную. Через несколько минут посреди лесной поляны появилось совсем маленькое болотце, точнее болотный омут. Вот в него-то и начали Лаэрт с Веселым опускать тела убитых. С каждым вновь погребенным телом размер омута немного уменьшался и через полчаса, последнее тело, сына нашего соседа, маркиза, они уже буквально пропихивали в совсем небольшую лужицу. Едва голова маркиза скрылась под водой, с сытым чавканьем закрылся и омут, поляна вновь приобрела свой обычный и привычный вид. Затолкав рванье в пару, ничуть не лучше выглядевших, мешков и подхватив их на седло, мы спешно покинули поляну и направились обратно в Замок.

Всю обратную дорогу легат молчал, только задумчиво поглядывал на моих провожатых. Оказывается, не меня одного поразило хладнокровие, с которым эти два далеко уже немолодых человека раздевали и обыскивали изуродованные тела, а потом еще и скрыли все следы их присутствия на поляне. Обратный путь занял у нас несравненно меньше времени, пара искателей безошибочно вывела нас прямо на земли баронства де Сангре. Стены Замка показались, когда уже наступила ночь, но двигались мы по хорошо утоптанной дороге, поэтому постоянно пришпоривали лошадей, не боясь переломать им ноги.

- Серж, я могу попросить вас о небольшой услуге?

- Говорите, Анри, если смогу, то помогу.

- Я бы хотел выкупить у вас клановые кулоны. Особой ценности они не представляют, но в руках наших врагов могут причинить много вреда, да и принято так в клане.

- Я ничего не имею против, но договариваться вам придется с отцом. Он почему-то особо заострил наше внимание именно на них. Вполне может быть, что он и сам планирует предложить клану их выкупить. Анри, а теперь услуга за услугу, развейте мои сомнения. Вот хоть убейте, но не похожи вы на простого наемника и наемного убийцу, от вас за версту несет благородным происхождением и длинной чередой предков. Кто вы, Анри, легат Главы клана Брэган де Эрт?

- Не обижайтесь, Серж. Вы все правильно поняли, я дворянин и из достаточно древнего Рода. Пожалуй, даже, мой Род ничуть не уступает древностью вашему, но знание моего истинного имени ничего вам не даст, а для меня может создать огромные проблемы, если оно станет известно еще кому-нибудь. Поэтому давайте пока оставим этот вопрос. Может быть, когда-нибудь мы с вами станем друзьями, и будем настолько доверять друг другу, что сочтем вполне возможным поделиться своими тайнами. А пока, еще раз извините, барон.

Ну что же, на нет и суда нет. Но сам того не подозревая, Анри рассказал мне намного больше чем хотел. И меня все больше и больше начинает интересовать этот клан, есть в нем что-то неправильное, отличное от общепринятого мнения. Есть у меня чувство, что вся эта шумиха с наемными убийцами, непревзойденными наемниками и ловкими ворами, не более чем прикрытие, легенда, под которой скрывается второе дно, а скорее всего и третье, и четвертое. Ладно, придет время разберемся и с этим, а пока, нас уже встречают и надо выглядеть на все сто, вон как мои спутники подобрались, как будто и не было этого почти суточного забега и переживаний.

А на утро бойцы клана, во главе с Анри, покинули наш Замок. Легат не соврал и честно выкупил медальоны за назначенную бароном сумму. Он еще настаивал на выкупе и за жизни, но отец только отмахнулся и указал ему за окно, где наши стражники и искатели уже во всю бражничали с его людьми, среди которых обнаружилось, довольно много, старых знакомцев наших людей, с которыми они не один раз сражались плечом к плечу, ходили в «поиск» на Проклятые Земли, а кое-кто даже встретил родственников. Так что, ни о каком выкупе речи быть не может, просто барона его собственные люди не поймут. При прощании Анри усердно зазывал меня в гости, обещая устроить мне в столице, поистине королевский прием. Я обещал подумать. В столицу я конечно собираюсь, но пока еще я здесь не все дела завершил, да и тянет меня что-то погулять по Проклятым Землям, есть какие-то предчувствия, что пока мое место здесь, на Приграничье.

А вечером, когда все дневные дела были переделаны, страхи улетучились, а люди подались на заслуженный отдых, меня ждал «концерт по заявкам». Барон не забыл о своем обещании рассказа о Королеве Проклятых, не забыл об этом его поручении и Веселый. Послушать старого искателя собралась добрая половина обитателей Замка, что, если честно, мне не понравилось, я-то надеялся просто поговорить, уточнить детали, в общем рассчитывал на серьёзный разговор, а ожидается «сказка на ночь». Ладно, послушаю, а там видно будет. Начал свой рассказ Веселый, очень из далека.

- когда Мир еще был очень молод, когда Боги ходили по земле, все разумные обитатели Мира жили в дружбе и согласии. И люди, и гномы, и эльфы, нечего было им делить и не знали они оружия и смертоубийства, а каждый почивший провожался к Богам под пляски и песни, потому как считалось, что уходит он к своим предкам, прожив честно и праведно, отпущенный ему срок, а придет время и возродится он в своих потомках. В те благословленные времена на месте Проклятых Земель жили и не тужили в своем Королевстве под названием Шардене, лесные эльфы. Хотя, в те времена все они были «лесные» и еще не разделились на «снежных» и «темных». Правил ими Король Лиасиль с Королевой Алианой. И было у них трое детей, два сына и красавица дочь. Родители в своей младшенькой души не чаяли, но они так боялись потерять юную принцессу, что не старалась исправить ее недостатки. Восхитительная девушка знала, что красотой больше походит на богиню, чем на смертную женщину, знала, что ей предстоит носить корону; она упивалась своей расцветающей прелестью и возгордилась так, что стала всех презирать. Ласки и потачки королевы-матери еще больше убеждали дочь, что на свете нет жениха ее достойного. Что ни день принцессу наряжали Палладой или Дианой, а первые дамы королевства сопровождали ее в костюме нимф. Наконец, чтобы совсем уже вскружить голову принцессе, король нарекла ее «Красавицей». Он приказал самым искусным придворным художникам написать портрет дочери, а потом разослал эти портреты королям, с которыми поддерживал дружбу. Увидав портрет принцессы, ни один из них не мог устоять против ее всепобеждающих чар — иные заболели от любви, иные лишились рассудка, а те, кому повезло больше, в добром здравии явились к его двору. Но, едва бедные государи увидели принцессу, они сделались ее рабами. В те времена, не было на свете королевского двора более изысканного и учтивого. Двадцать венценосцев, соперничая друг с другом, пытались заслужить благосклонность принцессы. Если, потратив три или даже четыре миллионов золотом на один только бал, они слышали из ее уст небрежное: «Очень мило», они почитали себя счастливыми. Король и Королева были в восторге от того, что ее дочь окружена таким поклонением. Не проходило дня, чтобы ко двору не прислали семь или восемь тысяч сонетов и столько же элегий, мадригалов и песенок, сочиненных поэтами со всех концов света. И воспевали прозаики и поэты того времени только одну Красавицу. Даже праздничные фейерверки устраивали в ту пору из стихотворений: они сверкали и горели лучше всяких дров. Принцессе уже исполнилось пятнадцать лет, но никто не смел просить ее руки, хотя каждый мечтал о чести стать ее супругом. Но как тронуть подобное сердце? Хоть пытайся из-за нее удавиться несколько раз на дню, она сочтет это безделицей. Вздыхатели роптали на жестокость принцессы, а ее родители, которым не терпелось выдать дочь замуж, не знали, как взяться за дело. «Ну, пожалуйста, — просила иногда королева свою дочь, — смирите хоть немного невыносимую гордыню. Это она внушает вам презрение ко всем королям, что съезжаются к нашему двору. Я мечтаю выдать вас за одного из них, а вы не хотите мне угодить». «Я счастлива и так, — отвечала Красавица. — Позвольте же мне, матушка, сохранить мое душевное спокойствие. По-моему, вам следовало бы огорчаться, если бы я его утратила». — «Нет, — возражала королева, — я огорчилась бы, если бы вы полюбили того, кто вас не достоин, но взгляните на тех, кто просит вашей руки. Поверьте мне: никто на свете не может с ними сравниться». И это была чистая правда. Но принцесса, уверенная в собственных достоинствах, полагала, что сама она превосходит всех. Упорно отказываясь выходить замуж, она мало-помалу так раздосадовала своих венценосных родителей, что те стали раскаиваться, да поздно, в том, что слишком потакали дочери. Однажды, гуляя в Дворцовом Саду, повстречала принцесса старую, сгорбленную и сморщенную старуху, срок жизни которой уже подходил к концу. Из своего привычного высокомерия, юная принцесса наорала на старушку и прогнала ее прочь, надсмехаясь над ее старостью и уродством. Старуха-же в ответ только посмеялась и сказа: «Я тоже когда-то была юна и прекрасна, я была настолько хороша собой, что ты по сравнению со мной, просто замарашка. Десятки королей и принцев обивали мой порог, предлагая все свои богатства только за один мой благосклонный взгляд. Но я была слишком хороша для них, слишком прекрасна, горда и изыскана. Все они получили один и тот же ответ – НЕТ. Шли годы, все меньше и меньше просителей моей руки и сердца оказывалось у моего порога, но я этого не замечала. Не замечала до тех пор, пока, однажды выйдя на крыльцо, не обнаружила там никого. Мое изумление было так сильно, что я в слезах бросилась к Фее Пустыни, жаловаться на свою горькую долю и мужское непостоянство. В ответ мне Фея ничего не сказала, а только подвела к зеркальной глади пруда и указала не нее пальцем. Я взглянула туда и отпрянула. Из озера на меня смотрела высокомерная и злая женщина, давно уже не красавица, с изборожденным морщинами лицом, седыми волосами, отвисшими грудями. Не сразу я поняла, что вижу свое отражение, а когда поняла, то взмолилась Фее, чтобы она вернула мне мою былую молодость и красоту. Я клялась и божилась, что хочу выйти замуж, любить мужа, рожать ему детей. Тогда Фея опять взяла меня за руку и отвела в свою хижину, там посреди комнаты стояла огромная ванна, до самых краев наполненная какой-то красной жидкостью. «Купайся в этой ванне каждый день и молодость с красотой вернутся к тебе.» - сказала она мне и ушла. С радостью я скинула свои одежды и уже совсем было залезла в эту ванну, как вдруг увидала, что она до краев наполнена кровью. Я только и успела, что опустить в нее одну ногу до колена, а потом бежала оттуда что было сил, не в состоянии пережить то, что увидела. Смотри!», - и с этими словами старуха задрала подол своего платья. Принцесса увидала изящную ножку молодой девушки, и была та нога настолько прекрасна, что принцесса устыдилась безобразия своих, доселе божественных, ног. Старуха ушла, громко хохоча и постоянно повторяя, что если бы она тогда рискнула и переборола себя, то и сейчас никто о Красавице-Принцессе и не думал бы, а все мужчины мечтали бы только о ней. Когда принцесса все это увидела и услышала, она впала в такую тоску, что весь двор удивился и стал беспокоиться. Больше всех волновалась королева: снова и снова расспрашивала она дочь, что с ней такое случилось, — но та упорно скрывала от матери свое приключение. А через несколько дней, на Королевство опустилась Тьма. Из десятков домов, в одну ночь исчезли красивые и молодые девушки и так стало повторяться каждую ночь, люди, эльфы, гномы, у всех пропадали их дочери и сестры. Королевская стража сбилась с ног, пытаясь разгадать загадочные исчезновения. Королевский Совет заседал беспрерывно, мудрейшие мужи старались найти выход из этого положения. А потом начали пропадать молодые и красивые юноши. Длилось все это не один год, а много лет. Народ начал уходить из Королевства, говоря, что оно проклято, отцы спасали своих дочерей и сыновей, братья увозили сестер подальше от Дворца и Королевства и сами уходили вместе с ними. По всем землям пополз слух, что всему виной Принцесса, что Боги разгневались на нее за ее скверный характер. И вот однажды, из леса вышла одна из пропавших девушек. Она была сильно изможденна, голодная и больная. Она-то и поведала что с ней приключилось и где она была все это время. Оказывается, ее похитили, похитили прямо из родительского дома. Кто ее похитил, она сказать не смогла, но описала где ее держали. Это оказалась какая-то пещера, очень глубоко под землей. Кроме нее там были еще и девушки, и юноши, всех их держали в клетках и в цепях. Каждый день их кровью наполняли огромную черную ванну, в которой плескалась их Принцесса. Разгневанный народ, под предводительством этой девушки и убитых горем родителей, пропавших, пришли к Королю в поисках справедливости. Но Король им не поверил и приказал своим стражникам разогнать пришедших. В тот день, впервые, человек обратил оружие против человека и впервые УБИЛ. Говоря человек, я не делаю разницы между людьми и эльфами, или гномами, потому как и с той стороны и с другой, были и первые, и вторые, и тритии. Не прошло и месяца, как Королевство полностью обезлюдило. Никто не хотел жить там, где их детям угрожает опасность, а Король не хочет слушать своих подданных. Только два брата, два Принца, поверили той девушки и уговорили ее показать то место где ее держали. Девушка привела их к одинокой черной скале посреди дикого леса, вздымающей свою вершину выше самых высоких деревьев, выше самых высоких гор. Там показала она им тайные двери, через которые можно было войти в пещеру. Братья долго не думали, оба они были прекрасными воинами и великими магами. Вооружившись и воззвав к Богам, братья ушли в скалу, которая закрылась за их спиной навечно.

- А дальше? Что было дальше? – неслось со всех сторон.

- Что было дальше с братьями, никто не знает. Но есть еще одна легенда, она совсем короткая и я ее вам расскажу. Прошло много лет, Королевство Шардене полностью обезлюдило, города и деревни пришли в упадок и разрушились, а на их месте вырос лес, который заселили твари из Преисподней. Все разумные начали обходить эти земли стороной, потому что стало на них очень небезопасно. Постепенно семена вражды и ненависти, брошенные Принцессой и Королем, дали свои всходы, эльфы начали воевать с гномами, а люди и с теми и с другими, все вдруг и сразу вспомнили прошлые обиды, почти все которые были или мнимыми, ли вымышленными. Мир скатился в пучину войн и бедствий. Но однажды, одинокая скала в Темном Лесу вновь раскрылась и из нее вышли сотни и сотни людей и эльфов, сопровождаемых стаей летучих мышей. Вели их два эльфа, но один из них был абсолютно белый, и цветом кожи и цветов волос, часть вышедших пошла за ним. Другой почти ничем не отличался от обычных и привычных нам лесных эльфов, вот только кожа его была немного темнее, да волосы, цвета воронова крыла. Вторая часть вышедших пошла за ним. Так в нашем Мире появились «снежные эльфы» и «темные», или, дроу, как стали они себя называть. А летучие мыши, покинувшие подземелье, стали вампирами. Еще поговаривают, что когда братья спустились в логово своей сестры, то и они, как и все мужчины не смогли устоять перед ее красотой и изяществом. А вампиры — это плод их греховной связи, ведь и братья были подстать своей сестре, тоже красавцы, да еще и сильные, ловкие воины. А еще говорят, что братья все же смогли преодолеть свою страсть к сестре и заточили ее в том подземелье, приставив к ней Вечного Стража. Убить они ее не смогли, но запереть сумели. И вот, с тех самых пор вампиры разбрелись по всему Свету. Часть их осела на Западе, на островах в Океане, а часть разошлась по городам и весям. От братьев им досталась сила, скорость и ловкость, а еще огромная магическая сила, а от сестры вечная жажда крови. А еще есть у вампиров пророчество, что когда-нибудь, Вечный Страж будет убит великим воином и если он не сможет справиться со своей тягой к Принцессе, то весь Мир превратится в ее пиршественный стол. А если справится и сможет убить Принцессу, то тем самым освободит весь народ вампиров. Правда вот, неизвестно, от чего освободит и в чем эта свобода будет заключаться. Все, на этом на сегодня все. Я уже не молод и изрядно устал за этот день. Всем спокойной ночи.

Веселый ушел, разошлись и все, кто собрался его послушать, а я еще долго сидел перед горящим камином, тянул вино и пытался осмыслить услышанное. Нет, я конечно не поверил всему рассказанному Веселым, безоговорочно, но кое-какие реалии в его рассказе были. И это наводит на мысли, что я еще далеко не все пещеры осмотрел и волей-неволей, но заглянуть еще раз в «логово Принцессы», мне придется. Хотя, есть в этом рассказе и очень странные моменты. Предположим, что основная канва рассказа правдива, тогда возникает вопрос, а как Принцесса умудрялась каждый день ходить в эту пещеру и возвращаться во дворец, да еще и так, чтобы ее никто не увидел? Откуда взялись толпы людей, выведенные братьями из пещеры? Можно конечно предположить, что будет более верным, что и сами братцы совсем недалеко ушли от своей сестрицы и гребли под себя все что шевелится, а если в пещерах томилось хотя бы с сотню девушек, то через пару десятков лет эта сотня вполне могла превратиться и в тысячу, а если им еще и «похищенные» парни помогали, то и больше. А ведь были еще и похитители, не сама же Принцесса по ночам лазила по домам и тырила понравившихся ей девчонок. А «погребальная камера», что-то не похоже все это на результаты разбоя и грабежа, скорее именно на погребальные подношения. Или это уже потом, «благодарные потомки» натащили. Эх, жаль, что нельзя спросить у того же Веселого об этих сокровищах. А вот об местонахождении столицы этого забытого Королевства и Королевского Дворца, вполне можно. Даже нужно. И смотреться это будет вполне нормально, ну решил молодой барон наведаться в какие-то развалины, надеется, видать, там неплохо поживиться. Ладно, вот завтра и спрошу, а то может быть и карта какая есть. Точных сведений на ней конечно же не будет, но основное направление поисков, вполне задать сможет. Все. Теперь спать.


4 Глава.

Проснулся я от требовательного стука в дверь. Ну что поделаешь, привык я запираться на ночь, хотя здесь это и не принято. Пришлось вставать и открывать дверь. За ней меня приветствовали барон, злой и слегка расстроенный и немало смущающийся Веселый. Моментально припомнив свои вчерашние мысли, я подумал, «во, на ловца и зверь бежит». Барон без разрешения вошел в мою комнату, и уселся в кресло, за ним, как тень, проскользнул и искатель. Глядя на барона, я понял, что он хочет что-тог сказать, но то ли стесняется, что уже само по себе невероятно, то ли не знает как начать. Поэтому я решил ему немного помочь.

- Отец, что-то случилось?

- Что? А нет, ничего, все хорошо, хотя… да, случилось. Этот недоумок рассказал вчера сказочку, красивую такую, приглаженную и прилизанную. А сегодня еще и похваляется, как все его слушали разинув рот, дескать, даже молодой барон настолько расчувствовался, что чуть ли не плакал, сочувствуя красавице-принцессе.

- Отец, вы слишком плохо обо мне думаете.

- Да? А разве у тебя не возникла мысль узнать об этом мифическом Королевстве побольше, пораспрашивать, порыться в библиотеке, поискать карты и ориентиры?

- Не стану скрывать, такие мысли вчера вечером меня посетили. Но я и сейчас не вижу в них ничего плохого. Да, Веселый рассказал хорошую, добрую и поучающую сказку для детей, в которой зло было наказано, добро восторжествовало, ну, почти. Но я-то не ребенок, меня сказочками не проймешь, именно поэтому я и хотел сегодня поговорить с Веселым, с Лаэртом, с Гариполом и с вами, отец, чтобы составить более-менее правдоподобную картину. Я собираюсь не раз и не два посетить Проклятые Земли и очень хотелось бы иметь, хотя бы приблизительное, представление о том, что там может меня ожидать. Вы ведь не станете утверждать, что и в глубине этой территории творится то же самое, что и в Приграничье, как с этой, так и с той стороны?

- Дальше пяти-семи миль в глубь Проклятых Земель никто не ходит. По крайней мере, я о таких смельчаках ничего не знаю. Ходят слухи, что и там живут люди, эльфы, гномы и еще какие-то расы разумных, но верится в это с трудом. А если и живут, то они уже и сами, не очень-то отличаются от нечисти. Так что, нечего тебе там делать. Лучше бы подумал о женитьбе, пора уже. Ну а если захочешь узнать правду, что там было в стародавние времена на самом деле, то тебе надо в Столицу, в Блистательную Арну, там в библиотеке Университета и Академии, говорят, собрано много древних книг, может быть что-нибудь интересное и найдешь. – а вот это неожиданно. Про Академию в столице Империи я уже знаю, а про Университет слышу впервые. Надо будет попозже выяснить, что это за «альма матер» такая, чему там и как учат. Но это потом, сейчас есть темы для разговоров поинтересней и надо возвращать разговор в нужное мне русло.

- Отец, тогда хотя бы подробно расскажите о том, что знаете. Не хотелось бы, знаете-ли, попасть на зуб какой-нибудь твари, только из-за того, что понятия не имеешь о том, что все знают.

- Я вижу, что тебя не переубедить. Что ты хочешь найти в Проклятых Землях? Что тебя туда так тянет?

- Хочу найти столицу этого вашего Шардене, хочу посмотреть и на другие города этого сгинувшего Королевства. Хочу узнать тайну Королевы Проклятых и ее братьев. Хочу найти несметные сокровища и редкие артефакты. Раньше, когда я бывал с вами в «поиске», я не замечал, но побывав в Проклятых Землях в одиночку, почувствовал, что там и дышится легче, и трава зеленее, и солнце ярче, и кровь там бурлит, а не лениво бежит по венам. – барон с Веселым как-то загадочно переглянулись и искатель только пожал плечами, как бы говоря, «ну а что я говорил». Барон минут двадцать просто сидел и молчал, что-то обдумывая. Наконец, он похоже принял решение.

- Хорошо. Веселый расскажет тебе все что знает, что слышал и что думает. Я отпущу тебя в Проклятые земли… один раз, но по возвращению… ты должен мне пообещать, что выберешь себе жену. Я хочу успеть увидеть внуков. Подходящие кандидатуры на титул «баронессы де Сангре», я подберу. Договорились, сын? – я поморщился.

- Отец, все эти высокородные баронессы, графини, маркизы и прочие… Я конечно все понимаю, но может не станем торопиться, вдруг я и сам найду себе подходящую жену. Отец, поймите, мне не нужна просто жена, мне нужна подруга, друг и товарищ, мне нужна женщина, которой я смогу доверить свою спину.

- А других в Приграничье и нет. Я скал. Ты услышал. Так что, решать тебе. Или Проклятые Земли и женитьба, или Арна и учеба в Университете. – я попытался использовать последний аргумент.

- Отец, а много отыщется в Приграничье лордов, что согласятся отдать свою дочь за нищего? Ни для кого ведь не секрет, что казна наша пуста, деревни давно обезлюдили, хотя селяне и начали возвращаться. – барон в голос с Веселым засмеялись, да так заразительно, что я и сам не удержался и улыбнулся.

- Веселый, нет ты это слышал, «нищий», «казна пустая», ха-ха-ха! Сергар, сынок, да того, что ты недавно принес, хватит, чтобы купить Герцогство, а не просто найти невесту молодому, сильному и красивому дворянину! Да стоит только пройти слуху, что ты вытащил из Проклятых Земель, как в замке будет не протолкнуться от желающих породниться! Ладно, я тебя понял. Даю тебе три года, в этот срок ты можешь делать все что угодно, что не противоречит дворянской чести, но ты должен найти себе соответствующую жену, или я ее найду для тебя сам. – с этими словами барон вышел, а Веселый остался, чтобы исполнить распоряжение барона и рассказать мне уже не детскую сказочку, а реальную историю Проклятых Земель. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

В ожидании начала рассказа, я еще успел умыться и привести себя в порядок, потом молоденькая служанка, не так давно приставленная ко мне бароном, принесла пару кувшинов вина и огромное блюдо с мясом. Только после второго стаканчика старый искатель наконец-то начал свой неторопливый рассказ.

- Вы, ваша милость, правильно сказали, сказочка и для детишек. Правда она намного прозаичней и страшней. Хотя добрая половина этой сказки, сущая правда. И Королевство Шардене, да и не только оно, и Принцесса-Красавица, когда-то очень давно существовали на территории, что сейчас занимают Проклятые Земли. И люди, и гномы там до сих пор живут, сам видел и разговаривал. Вот про эльфов, ничего сказать не могу, их я там не встречал. В Империи принято считать, или так приказано, что Проклятые Земли - это совсем небольшой пяточек земли, на котором любому разумному угрожает немедленная смерть, смерть в страшных муках. А я скажу так, там, за Великой Пущей, землицы-то будет поболее, чем в Империи и всех известных государствах, вместе с островами вампиров. Есть там свои Королевства и не одно и даже не десять. Вот только не такие они как у нас. Там Королевства магов, настоящих, а не тех что таковыми зовутся у нас. Это в наших краях ваши камешки, ваша милость, огромное сокровище, там даже самый бедный крестьянин ходит с такими артефактами, что и Император позавидует. Нет не их изяществу, не количеству драгоценных камней или весу золота, их мощи, надежности, совершенству их исполнения. А может быть я и не прав, может быть те земли вовсе и не проклятые, но святош там нет, а то что мы считаем Проклятыми Землями, всего лишь узкая полоска… в сотни лиг шириной, Великая Пуща, появившаяся на месте нескольких Королевств. Я больше чем уверен, что тамошние искатели, точно так же как и мы ходят туда на поиски древних тайн и артефактов.

- Откуда ты это знаешь?

- Встретился я разок с одним таким. – нехотя ответил Веселый. – Они о нас знают, даже иногда выходят в наши города и села, что-то продают, что-то покупают.

- А что у них ценится больше всего?

- А все то же самое. Золото, серебро, драгоценные камни, артефакты, книги по магии. Но ищут они все, это их фетиш, Кровь Дракона. Что это такое, как выглядит, никто из них не знает. Но мне говорили, что даже самая маленькая склянка с этой жидкостью стоит огромных денег, столько, что можно будет купить себе небольшое Королевство. Так что, ваша милость, если встретите дракона и убьете его, то вы уж постарайтесь набрать этой гадости побольше. – вроде как со смехом добавил искатель. – Ладно, что-то я отвлекся. Так вот, насчет древней истории… то, что мы сегодня именуем Проклятыми Землями, стало плодом человеческой алчности и глупости. В те времена Королевства были не больше современного графства, а то и баронства, но все гордо именовались Королевствами. Шардене было совсем не таким, это было полноценное Королевство, с несколькими Герцогствами, и десятками маркизатов, графств и баронств. На многие сотни лиг вокруг, не было никого, кто мог бы сравниться с ним. Королевство было богатое и процветающее. Скорее всего, так бы оно длилось и до сегодняшних дней, пожалуй, Шардене только увеличивалось бы, за счёт соседних «карликов», если бы в один прекрасный день, на его территории не обнаружили россыпи, а потом и жилу, богатую жилу, «Радужного Камня». Почему этот камень назвали «Радужным», никто не знает, но ценился он, не только за свою небесную красоту, он считался магическим. Ходило поверье, будто тот, кто пьет из кубка, изготовленного из этого камня, неподвластен болезням; женщина, носящая «Радужное ожерелье», обязательно будет счастлива в любви и замужестве; кинжал с рукоятью, отделанной пластинами этого камня, всегда приносит удачу воину, хранит его в бою... Каждый мечтал иметь какую-нибудь вещь — на худой конец, просто пластинку — из голубого с прожилками камня. Но больше всех, ценили его маги. Шардене начало богатеть не по дням, а по часам. Король даже налоги отменил, заменив их «Королевскими Работами», теперь каждый мужчина от пятнадцати до пятидесяти лет, был обязан отработать один день в году на Королевской шахте, добывая ценный камень. Подданные восприняли это новшество с огромным энтузиазмом, ведь для бедных это был способ избавиться от налогов, да еще и прилично заработать, подменяя собой аристократов и просто богатых людей. Такая жизнь в Королевстве длилась несколько десятилетий, пока соседи не договорились между собой и не начали против Шардене войну. Даже повод нашли, молодая принцесса-красавица, несколько десятков «женихов» одновременно съехались в столицу Королевства, с предложением «руки и сердца». Король и Королева быстро поняли, что выбрать одного из них, значит оскорбить всех остальных, а отказать всем и сразу… да то же самое. А «женихи» наглели все больше и больше, дошло до того, что самодержец с женой, уже не чувствовали себя в безопасности в собственном дворце. Король объявил о сборе Армии, но оказалось поздно. «Женихов» удалось выгнать из дворца, даже из столицы, а чуть позже и из Королевства, но было уже поздно. На Королевство со всех сторон набросились армии соседей и многочисленные отряды наемников. Захватчики, как огонь, пожирали и уничтожали все, до чего могли дотянуться, Армия Шардене с боями отступала к столице, тая на глазах. Тогда Король, видя неминуемую гибель своей страны, призвал на помощь магов, но не простых, а демонологов и некромантов. Вы, ваша милость, знаете поговорку, что стоит опасаться своих желаний? Маги призвали могущественного демона, тот запросил за свою помощь огромную цены – принцессу. Дочь была младшим и любимым ребенком, но деваться было некуда и Король с Королевой согласились. Тогда демон спросил, чего они хотят. Король, не задумываясь ответил – «пусть враги мои и враги моего Королевства исчезнут навеки». «Да будет так» - ответил демон. И вскипели реки, и пролился огненный дождь на землю и стала камнем земля и болотом камень, смешалось небо и твердь земная, вода и огонь, разверзлась земля и канули в Бездну все враги Короля и Королевства, а вместе с ними и Шардене. Свои желания надо формулировать очень точно и скрупулезно. Ведь враги уже захватили почти все Королевство, только столица все еще сопротивлялась. Но и в ней нашлось достаточно тех, кто ненавидел Короля, из зависти-ли, или из злобы, или тех, кто считая себя более достойным править. Как там и что было на самом деле, теперь уже никто не знает, но ходят слухи, что принцесса, видя гибель Королевства, смерть своих родителей и подданных, отдала себя Смерти, поклявшись ей в вечном служении. Ни демону, пусть и самому могучему тягаться с Богиней, которой боятся все Боги. Смерть, прельстившись таким даром, остановила демона и отправила его обратно, туда, откуда его призвали маги. А на месте Шардене и окружающих его государств, вырос лес, вырос за один день, оградив таким образом территорию Богов, от территории Богини Смерти. Но и демоны Ада не смирились, наслав в те края полчища мелких демонов и нежити, выпустив их из нижних планов бытия. Спустя несколько лет, братья принцессы попытались освободить сестру из-под власти Смерти, но не смогли. Тогда они вступили в сговор с униженным демоном и поставили Стража, который не позволяет ей выйти на свободу, но и к ней, не пропускает никого. Ну а дальше все согласно вчерашней сказке.

- Расскажи мне о Великой Пуще.

- А что о ней рассказывать… Этот туманный лес протянулся на полторы тысячи лиг вдоль закатного побережья материка, от устья Кровавой реки до самых границ холодного Нордлинга, земли, покрытой Вечными Льдами, и земель ванов. Непролазные дебри, прореженные вересковыми пустошами и озерами, являют собой своеобразный остров посреди земли - от равнин Империи, ее отделяет Каргаломский Кряж, со стороны заката полудня он омывается Великим океаном, на полуночи же воздвигаются почти непреодолимые скалы дальних отрогов Алипийский гор.

Испокон веков кажущееся необитаемым и диким пространство меж Океаном и Кровавой рекой именовалось Пущей. А чаще - Великой Пущей, или Галиярской, по названию немногочисленных племен дикарей, заселивших леса на Закате еще во времена легендарной Рарии. Впечатление необитаемости Пущи, однако, обманчиво. Галл и Рар, странные народы, обитающие в Пуще, отличающиеся необычным сероватым цветом кожи, вовсе не столь уж немногочисленны. Некоторые полагают, что эти таинственные дебри могут населять до тысячи тысяч варваров, а то и больше...

- Веселый, ты говорил, что встречался с выходцами с ТОЙ стороны… значит проходы все же существуют и их можно найти?

- Да, существуют. Но там, где может пройти одиночка, или небольшая группа, Армия не пройдет. Слишком уж велика Пуща - если бы великий Император, Славосвет Завоеватель, присоединил эти земли к своей Империи, то ее пределы расширились бы не менее, чем в полтора раза. Но войско, отправленное Славосветом за Каргаломский Кряж на покорение дикарских племен и очистку Пустоши от нежити, исчезло бесследно, и его судьба осталась неизвестной: ни один имперец из Пущи не возвратился...

Славосвет был умным правителем, и понял, что нет смысла растрачивать силы ради завоевания бесплодных лесных пространств — у Империи и без дикарей, в те времена, было достаточно врагов. По приказу Императора за Каргаломским Кряжем были воздвигнуты несколько десятков сторожевых фортов, и на том неутомимый Славосвет успокоился, посчитав, что владеет и без того достаточно большим государством, лишь немногим уступающим по площади огромной и легендарной Стране Аталов. Многие правители Империи и соседних государств пытались заполучить в свои руки сокровища погибших городов и древних Храмов, а пуще того, найти шахты, где добывали Радужный Камень… вот только их кости давно уже превратились в прах, а Пуща все так же хранит свои тайны и секреты.

- А зачем вампиры ищут обитель Королевы Проклятых? Они надеются ее освободить?

- Освободить? Ха! Зачем она им? Они хотят заполучить «Скрижаль Мертвых», или, ее еще называют «Книгой Крови». Что в ней написано, о чем она, никто, даже сами вампиры не знают, но ищут они ее рьяно. Говорят, что через несколько десятков лет, после того как вампиры вышли из Пустоши и осели на островах, они два или три раза посылали сильные отряды, надеясь добраться до «Скрижали»… но никто из них не вернулся. А потом, последние свидетели и те, кто еще знал Путь, отправились на Серые Равнины и указать дорогу стало некому. Хотя вампиры не бросают это дело, периодически посылая разведчиков и небольшие отряды, но теперь уже на поиски не «Книги Крови», а места ее нахождения. Единственный ориентир, что им известен, это огромная черная скала, но таких скал в Кряже более чем достаточно. Хотя, если судить по твоим находкам, то какой-то группе повезло и что-то они нашли. Нашли, но эту весть до Островов донести не смогли, став жертвой демонов и нежити. Вот и все, что я знаю, ваша милость. Может быть вы еще что-то хотите узнать? Вы спрашивайте. Если знаю, то отвечу.

- Я бы хотел побольше узнать о тех камнях что у меня есть. Откуда они, для чего предназначены и как ими правильно пользоваться.

- Тут я не знаток. Вам лучше с этим подойти к Лаэрту, вот кто уж точно сможет ответить на все ваши вопросы насчет ваших камушков.

- Ну а что ты можешь сказать насчет оружия и доспехов, что я принес?

- То, что вы отдали господину барону, ваша милость, в основном изготовлено из серебра и мифрила. С первым и так все понятно, для нормального боя не пригодно. А вот насчет мифрилового оружия… тверже стали, намного гибче, практически не нуждается в заточке. Смертельно опасно для демонов и нежити, даже незначительная рана, на первый взгляд, приводит к смерти и разовоплощению. Очень дорогое, на рынке идет как один к ста весом к золоту, но в продаже практически не встречается. Секрет изготовления мифрила уже давно утерян, даже мой знакомец с ТОЙ стороны ничего об этом не слыхал. Говорят, что Первым людям этот металл послали Боги с небес, а ковали его Титаны-Полубоги в адском пламени. А вот про тот дрын и кольчугу, из черного металла, я ничего сказать не могу, но говорят, что этот меч из этого метала может убить саму Старуху-Смерть. Внешне очень похож на черную бронзу, но та хрупкая и годна только для топоров и молотов. Стоимость даже того, что вы называете «серпом» даже определить невозможно, не говоря уже о кольчуге.

- Ну что же, спасибо тебе, Веселый. Кстати, откуда такое имя, или это прозвище?

- Прозвище, ваша милость. А имени я своего уже и сам не помню. А насчет откуда оно, так это история длинная и вам совсем не интересная. Прицепилось оно ко мне еще в детстве, так и идет со мной по жизни.

- Ну и ладно спасибо тебе еще раз и… если вдруг, еще что вспомнишь, то не смущайся, заходи и рассказывай. Может заодно и «вспомнишь» есть ли карта Проклятых Земель.

- Хорошо, ваша милость, если что вспомню, то непременно загляну. Разрешите идти?

- Иди, Веселый, иди. Хотя… подожди, ответь мне на один вопрос, тебе нигде не встречались такие блестящие черные камни… они еще горят.

- Ну почему не встречались… в округе их полно. Только они хрупкие, строить из них ничего не получается, а горят они плохо. Наши кузнецы пытались использовать их вместо древесного угля, да ничего не вышло. – а вот это уже интересная новость. Если здесь есть каменный уголь, то можно все же попробовать перековать серп в нормальный меч. А насчет того, что у местных кузнецов ничего не вышло, так это и не мудрено, тут совсем другая конструкция печи нужна. Попробую немного позаниматься прогрессорством. Сам я конечно в кузнечном деле специалист не великий, но что и как надо делать, знаю, видел и не один раз. Но это уже потом, тем более, что есть у меня нормальные мечи из черного металла, есть. Но они пусть пока полежат, почему-то клинкам, взятым «с тела» неведомого монстра я доверяю больше.

Что бы я не говорил барону и Веселому, а потом и Лаэрту, когда он несколько часов просидел в моей комнате, дотошливо разглядывая мою «коллекцию камней», а потом очень подробно рассказывал для чего тот или иной нужен и как ими правильно пользоваться, даже приводил примеры использования, хотя несколько штук он так и не определил, но пока углубляться в Проклятые Земли, или Пущу, я не собираюсь. Моя ближайшая цель, это еще раз навестить пещеры вампирши и досконально там все исследовать. Ну и собрать там все, представляющее ценность, на этот раз вдумчиво и со знанием дела. Мелькала конечно у меня мысль захватить с собой и искателей, но я ее вовремя отбросил. Огромное количество собранных в одном месте ценностей, может сказаться на их отношении ко мне. Нет, я привык думать о людях хорошо, по крайней мере до тех пор, пока они не докажут обратного, но как говорится, «не вводи в искушение». Вторая цель, которую я перед собой поставил, на этот пробный выход, это проведение разведки и рекогносцировки в ближайших окрестностях, потому как все мои расспросы ничего, кроме пары десятков наиболее заметных ориентиров не дали, а карта так и осталась недостижимой мечтой.

В этот раз я собирался вдумчиво и не спеша, благо, что моя сумка может вместить огромное количество припасов, при этом оставаясь почти невесомой и незаметной. Помимо продуктов, воды и вина, которых, даже если я буду угощать каждого встречного-поперечного, мне с лихвой хватит на пару недель, я подготовил и комплект камушков, которого, на мой взгляд, должно оказаться вполне достаточно для любого, самого невероятного случая. Из оружия я взял только свои клинки, да пару кинжалов из черного металла. Обзавелся я и небольшим арбалетом, но это уже изделие из замковой кузни, также, как и пяток метательных ножей. На пятый день сборов я посчитал что практически готов и объявил об этом барону, назначив свой отъезд на утро. Каково же было мое удивление и возмущение, когда проснувшись, я обнаружил, что Гарипол и Лаэрт уже дожидаются меня в седлах. К счастью недоразумение достаточно быстро разрешилось. Искатели будут сопровождать меня только до леса и уже к вечеру вернутся в Замок.

Ума не приложу, как местные умудряются ориентироваться в Пуще. Еще до полудня я расстался со своими спутниками. Они пожелали мне удачи и направились обратно в Замок, а я поспешил к виднеющейся вдалеке черной скале. Вот уже почти сутки как я пытаюсь добраться до пещерного комплекса, но что-то как будто водит меня кругами. Готов поспорить, что за все это время я не приблизился к своей цели даже на метр. Пуща не пускает меня к скале, такое ощущение, что даже река и та, постоянно выбрасывает все новые и новые петли, заставляя меня искать обходные пути и возможность переправиться. Видать не даром кто-то из искателей заикнулся, что Пуща, она дескать живая и сама решает кого и куда пропустить, а кого и завернуть, или вообще закружить и погубить.

Я уже порядком устал, когда, наконец, уже поздним вечером, увидел зловещий силуэт, перстом указывающий в темнеющее небо. Эта каменная башня выпрыгнула мне навстречу как чертик из коробочки. Несколько раз я обошел вокруг, массивные, грубо обработанные каменные блоки, на их фоне совершенно теряется небольшая, невзрачная дверца, расположившаяся чуть выше метра от земли. Практически не раздумывая, я толкнул дверь, которая с трудом, но поддалась, немилосердно скрепя давно не смазанными петлями. Еще немного усилий и дверь открылась полностью, не раздумывая, я перелез через высокий порог и попытался осмотреться. В свете недавно привезенного бароном магического светильника я разглядел широкую винтовую лестницу, уходящую своими ступенями куда-то вниз и вверх. И если вверх она поднималась совсем немного, метров на пять, оканчиваясь провалом и давным-давно разрушенной крышей, то ведущие вниз витки ступенек терялись где-то во мраке. Пытаясь разглядеть, что же там внизу, я заметил какую-то неопрятную кучу, в которой что-то время от времени поблескивало и от которой шел немного приторный, сладковатый запах гниющей плоти. Не надо быть гением сыска, чтобы понять, что внизу лежит уже почти разложившееся тело человека. Спустившись почти на два десятка метров вниз по лестнице, я тщательно и почти профессионально обыскал труп, но кроме довольно тощего кошелька на поясе ничего ценного в одежде не нашел. Зато на полуоторванной правой руке обнаружился интересный серебряный перстень с очень тонким ободком и массивной круглой печаткой. Я попытался его снять, чтобы получше разглядеть, но палец мертвеца сильно распух. Тогда, вынув кинжал я попросту отрезал этот палец. На печатке обнаружился непонятный рисунок, какая-то неправильная фигура, состоящая из множества тонких линий, причудливо переплетенных между собой. Засунув печатку в кошель, я занялся поясом трупа. Тут мне повезло значительно больше. Кажется, что весь пояс состоит из множества небольших кармашков. В каждом из которых что-то лежит. В одном, это драгоценный камень в странной оправе, в другом серенький и невзрачный голыш, в третьем короткая нитка, к концам которой привязаны небольшие щепочки, в другом кармашке покоится невзрачное медное колечке, покрытое с двух сторон замысловатой вязью. Да и еще много всякого-разного лежало в кармашках пояса, хотя, на мой взгляд, девяносто девять и девять десятых их этого откровенный хлам и мусор. Но ведь зачем-то этот человек таскал с собой все это, так что не раздумывая, я отправил пояс со всем его содержимым в свою сумку. Туда же пошли и два длинных ножа, мечами это назвать никак нельзя, из неплохой стали и тоже сплошь покрытые какой-то вязью и тощий кошелек покойника. Больше ничего интересного я не нашел, хотя и сам по себе труп был довольно примечательный. Опустившись на одно колено, я внимательно изучил труп. Лежащее передо мной тело несомненно принадлежало мужчине, причем не человеку, точнее не совсем человеку, это был эльф, по крайней мере именно об этом говорят его удлиненные и чуть заостренные сверху уши, да и общее строение тела на это как бы намекают, слишком уж оно изящное и даже можно сказать, утонченное. Однако, что заставило его забраться так далеко на Полдень от территории где издревле живут ушастые, в необитаемые районы Великой Пустоши, где человек мог выжить только при очень большой удаче? Второй вопрос, который возник у меня при осмотре тела и, честно говоря, мучил меня гораздо сильнее, относился к причине смерти несчастного. Убило его вовсе не падение, жажда, голод или меч. И даже не укус ядовитой змеи, которых в Пустоши великое множество. Эльфа попросту искромсали на куски, причем когтями, которые, судя по ранам, были длиной не меньше человеческого локтя и на удивление острыми. После чего убийца сожрал печень и сердце несчастного, а затем, разгрыз череп, и полакомился мозгом.

Глядя на тело эльфа, я не испытываю особого желания оставаться в этой башне на ночь. Но еще меньше мне хочется провести ночь рядом с ней или где-то в чаще леса. Здесь я по крайней мере знаю откуда может прийти опасность, а значит буду готов ее встретить. Но, «разведка наше – все!», поэтому я для начала поднялся сколько мог вверх по лестнице, чтобы убедиться, что бесшумно никто не сможет подойти с той стороны, а потом наполовину успокоенный двинулся вниз. Оказалось, что неслабо так ошибся с оценкой высоты уходящий в недра земли башни, или все же правильно будет сказать «шахты». По моим оценкам я спустился метров на двести, пока не достиг самого нижнего этажа. Но и это еще оказался не конец. Из помещения, в котором обрывалась лестница, куда-то в сторону идет длинный проход. Прямой как стрела, высотой под три метра, арочный коридор привел меня в небольшую комнатку, на противоположной от входа стене которой закреплена какая-то плита, похоже, что гранитная, толщиной с полметра, правильной шестиугольной формы. Все остальные стены комнатки расписаны какими-то рисунками и надо заметить, не очень приятными, как будто кто-то постарался разместить тут иллюстрации к «Девяти кругам Ада» Данте. Хотя, надо признать, что фрески уже давно выцвели и потеряли большую часть своего, надо думать, ужасного воздействия. Теперь это были просто бледные картинки, изображающие всякие ужасы и они мне ничуть не мешают, а разглядывать я их не собираюсь. Эта комната ничуть не хуже и ничуть не лучше любой другой в этой башне, а тащиться наверх, чтобы утром опять спускаться вниз, ну не могу же я уйти из башни не обследовав ее, да и что-то мне подсказывает, что уйти я все равно не смогу, так и буду бродить вокруг нее. Ведь недаром я к ней вышел, хотя ни в одном из рассказов искателей ничего похожего и близко не было. В общем, ночевать я решил здесь. А что, тепло, сухо и мухи не кусают.

Провошкался я, наверное, часа два-три. Когда ложился, то казалось, что стоит мне только принять горизонтальное положение, как я мгновенно отключусь. А получилось… Какие-то шорохи, скрипы, постоянно привлекают внимание, слышится то тихий плач, то грозный рев, а то и завывания. Свет падающий от моего светильника на стены комнаты заставляет картинки на них шевелиться, превращая их в живые, и вызывая не совсем приятные ассоциации. Какой уж тут сон?

Поняв, что спокойного отдыха мне не видать, я решил не терять времени зря и исследовать каменную плиту, которая ничем иным, кроме как дверью быть не может.

Плита ничем меня не удивила, здоровенный и очень качественно обработанный и отшлифованный кусок гранита, покрытый множеством тонких линий, переплетающихся в какую-то геометрическую паутину. На все мои попытки сдвинуть ее, поднять или притопить, она совершенно не реагировала. Тогда я занялся изучением выцветших фресок. Если честно, то я мало что из них понял, похоже, что на них изображена жизнь какого-то человека, ну или не совсем человека, от рождения и до самой смерти, а за плитой находится его склеп. Заинтересовала меня только самое последнее изображение, на котором группа из пяти монахов, а может быть каких жрецов, закупоривают могилу плитой, используя для этого кольцо, очень похожее на то, что я снял с трупа мертвого эльфа. Я опять вернулся к плите, на этот раз я уже примерно знал, что и где искать, поэтому быстро нашел в переплетении линий небольшой кружочек, с очень тонким, едва заметным рисунком в нем. Проверив как выходят из ножен шпага и дага, я набрал в легкие побольше воздуха и вставил печатку в отведенное для нее место. Несколько секунд ничего не происходило, а потом от кольца по всей плите побежали тонкие светящиеся линии. Минута и вся эта паутина начала меняться. Передо мной был какой-то текст, вот только язык и письменность мне были совершенно не знакомы. Минут десять текс еще светился на плите, а потом она почти бесшумно начала сдвигаться влево и вверх. Передо мной открылся узкий, треугольный проход, стены и пол которого кажутся выложенными из огромных, немного мутноватых, плит из черного с прожилками вулканического стекла. Я даже присвистнул от удивления, это какую же работу надо было проделать, чтобы притащить сюда такую гору высокосортного обсидиана, а потом еще его и так мастерски его обработать, что и лезвие кинжала между плит не вставить.

Проход оказался не очень длинным, всего два десятка шагов, это игра света и отражения в стеклянных плитах света моего «факела» делали его практически бесконечным. Перед дверным проемом я остановился и с интересом его разглядел. По обоим, чуть выступающим вперед ребрам «треугольника», на меня скалятся очень искусно сделанные черепа, не хватает только надписи: «оставь надежду, всяк сюда входящий». К сожалению, у меня особого выбора нет, надо идти дальше. Обнажив, на всякий случай, шпагу, я шагнул вперед.

В этом помещении оказалось гораздо светлее, наверное, потому, что стены, пол и потолок здесь оказались грязно-белого цвета, с чуть заметной желтизной, состоявшие из небольших, около полуметра или чуть меньше, веток, так я вначале подумал и только приглядевшись, понял, что это кости, самые настоящие кости. Нехорошее предчувствие заставило меня остановиться и оглядеться более внимательно. На дальней стене я заметил знакомый уже треугольный проем и не знаю, кажется мне или нет, но в нем вроде как, слегка мерцает неприятная серая завеса, которую, я больше чем уверен, мне не преодолеть, а если попытаюсь, то и мои косточки найдут свое место в этом помещении.

Неожиданно мое внимание привлекли два странных красных огонька, постепенно разгорающихся при моем приближении. И только оказавшись метрах в трех от этих огоньков, я понял, ЧТО это такое. Посреди помещения, практически сливаясь с его стенами и полом, возвышается костяной Трон, а на нем сидит огромный скелет, в пустых глазницах огромного черепа и разгорается красное пламя, привлекшее мое внимание. Ожерелье из необработанных золотых самородков висело у него на шее, неогранённые драгоценные камни, покрытые толстым слоем пыли, мерцали на золотых кольцах, надетых на его когтистые руки, все еще сжимающие странный посох, больше похожий на оружие.

Шпага в моей руке задрожала и зазвенела в предвкушении и в то же время с некой брезгливостью. Костяк начал подниматься со своего кресла, наводя на меня навершие посоха. Сам собой в руку прыгнул один из кинжалов из черного металла, а уже через мгновение он летел прямо в полыхающую красным пламенем глазницу. А через секунду прыгнул вперед и я, стремясь не дать этому скелету подняться, торопясь нанести ему как можно больше повреждений, пока он полностью и окончательно не проснулся от своего колдовского сна. Почти одновременно кинжал и шпага попали в свою цель, правда мое вмешательство уже почти не потребовалось. Влетевший в глазницу кинжал что-то там замкнул и в тот момент, когда моя шпага обрушилась на кости, сжимающие посох, раздался страшный грохот и череп скелета разлетелся пылью. Еще какое-то время над шейными позвонками бушевало красное пламя, но с каждым мигом оно становилось все меньше и меньше, все слабее и слабее, пока полностью не исчезло. С его исчезновением разрушились и чары, дающие этому костяному гиганту подобие жизни, его слепо шарящая рука безвольно упала, а через несколько секунд и весь костяк рассыпался мелким крошевом.

- И совсем это было не трудно. – чуть слышно прохрипел я.

После посещения пещер вампирши, я уяснил для себя одну простую вещь: в этом Мире все, абсолютно все имеет свою ценность и сбор трофеев, это святое. К сожалению, во всем этом огромном помещении ничего не оказалось, поэтому порывшись в груде костей, я собрал все кольца, ожерелье, подобрал посох и все это забросил в свою сумку. Я уже сделал пару шагов в сторону мерцающей преграды, когда заметил тусклый блеск чуть в стороне. Это была тоненькая цепочка, сделанная их голубоватого металла, который местные называют мифрилом, а на ней длинный кристалл насыщенного синего цвета.

Что делать с этой висюлькой и для чего она предназначена, я определил моментально, стоило мне только подойти к проходу, скрытому завесой. Чуть ниже моих глаз располагается обычная замочная скважина, идеально повторяющая форму кристалла, куда я его, не задумываясь и вставил, слегка надавив. Чувство опасности, исходящее от завесы, пропало, а сама она, несколько раз мигнув, исчезла. В качестве эксперимента я вынул кристалл, потянув его за цепочку. Он послушно вывалился мне в подставленную руку, а в проходе вновь появилась завеса.

- Блин, «вкл-выкл» какой-то. – недовольно произнес я и вставил кристалл на место. Дождался отключения завесы и шагнул в новый треугольный проход, в конце которого меня поджидает очередной дверной проем, на сей раз «украшенный» какими-то злобными мордами, когтистыми лапами и акульими улыбками.

Я быстро нырнул в проём и оказался в огромном зале, построенном, впрочем, все из того же обсидиана. Никаких украшений, статуй, колонн или саркофагов. Только огромный бассейн с невысоким парапетом прямо по центру, наполненный какой-то маслянистой жидкостью радикально черного цвета. Ну ясно, очередное испытание, очередной «квест», что-то все это начинает напоминать мне плохую компьютерную игрушку. Что, на этот раз мне предлагают схлестнуться с неизвестным монстром в бассейне? Я что, похож на идиота?!

Внезапно в бассейне громко булькнуло, и у меня создалось впечатление, что в нем плеснула хвостом здоровенная рыбина. Нет, лезть в бассейн мне не пришлось. Из его центра вдруг ударил высокий фонтан и на парапете появилась… Появилась обычная женщина. Впрочем, далеко не обычная! Сказать, что она была ослепительно красива, значит ничего не сказать. У меня даже рот раскрылся от удивления и внезапно стали слишком малы штаны. Похоже, что барон прав и мне на самом деле пора жениться, вон как реагирую на незнакомых красоток. А реагировать было на что.

Женщина уселась на парапете, величаво закинув ногу на ногу, и томно зевнула, деликатно прикрыв рот ладошкой. О Боги! Какие ноги — длиннющие и стройные... Незнакомка являла собой идеал красоты, ей наверняка и Афродита позавидовала бы, а Елена Троянская, удавилась бы от зависти! Какая фигура! Какая грудь! Большая, упругая, с аккуратными сосочками... А эта шея! А эти волосы! Золотистый водопад до... до... Стоп, туда лучше не смотреть. Держись, Серега, держись... Лучше смотри ей в лицо... Женщина на парапете была великолепна. В ней невозможно было найти хоть малейший изъян. Настоящая богиня во плоти. И кроме того, от незнакомки исходили такие волны ничем не скрываемого вожделения, что я уже практически ничего не соображая, сделал шаг к ней, потом еще один и еще. Раздался веселый звонкий смех, и женщина поманила меня изящным пальчиком, томно облизав пухлые губки.

- Ну иди же ко мне, мой герой! Иди, насладись моим прекрасным телом, ты вполне это заслужил.

Невыносимая боль прострелила мои виски и с силой кувалды ударила по затылку. Выпавшая из руки шпага звенела об стеклянный пол подобно набатному колоколу. На какое-то время боль привела меня в чувство, и я остановился, пытаясь понять, что со мной происходит. С трудом отведя взгляд от манящего женского тела, я попытался его еще и расфокусировать, как учили в армии. К удивлению, у меня это получилось достаточно легко. Боковым зрением я посмотрел на женщину и содрогнулся. Какая там женщина!? На парапете сидело чудовище! Я увидел настолько странное существо, что сначала даже не понял, что оно такое. Круглая безносая и безухая голова с красными горящими глазами и широкой лягушачьей пастью полной длинных, тонких зубов росла прямо из неимоверно худого, почти прозрачного торса. Зато руки были потолще моих ног и раза в три длиннее моих. Это если не считать когтей, длинных, неимоверно острых и сочащихся ядом. Почему ядом? А чем еще может быть черная субстанция, капающая с них. Ног у существа не было, торс заканчивался пучком шевелящихся щупалец, с присосками как у осьминога. Вот только было их раза в три побольше, и ног, и присосок.

Практически не глядя, многократно отработанным движением, я метнул в существо черный кинжал. Раздался противный звон и по обсидиановому полу покатился кинжал. Тварь оказалась быстрой, очень быстрой, молниеносно отбив летевший в нее клинок.

Существо, скинув свою маску, угрожающе зашипело, оскалилось и подняло руки, слегка шевеля пальцами с огромными когтями. Выхватив дагу, которая в моей руке превратилась в меч, так же как и шпага, я атаковал тварь. Яростно, но не безрассудно, помня о длине конечностей непонятного существа. Ложное движение вправо, а затем резко метнуться влево. Рубанул клинком. Тварь поймалась на уловку и дернулась, но каким-то непостижимым образом сумела парировать мой удар. А затем уже мне пришлось отбить два очень быстрых, размашистых удара. Я едва успел отпрыгнуть на безопасное расстояние. Однако, удивительному чудищу удалось слегка зацепить меня по кожаной куртке, прикрывающей кольчугу. Качество порезов заставило поежиться — когти были острее самого лучшего кинжала, хотя повредить кольчугу и не смогли. Кроме того, тварь работала руками со сверхъестественной скоростью, успевая отреагировать на мои удары, кажется, еще до того, как я их наношу. Стало понятно, что лезть на рожон глупо, в скорости я с тварью не сравнюсь, а надеяться на крепость кольчуги и свои клинки… голова и ноги-то у меня не прикрыты. А без думалки, я жить точно не смогу, да и без ходительных конечностей из башни, а тем паче из Пущи мне точно не выбраться. Я начал медленно обходить существо по кругу, стараясь не пересекать незримую черту, за которой тварь атакует. Это «нечто» неотрывно следило за мной и злобно шипело, но пределов узкого парапета не покидала, всегда оставаясь частично в этой нефтеподобной жидкости.

Так, стоп! О чем это я сейчас подумал? «Нефтеподобная жидкость»? Неужели все так просто?! Я с интересом поглядел на тварь и ехидно усмехнулся.

- Как насчет немного огонька? Не хочешь поджариться? – тварь, мне показалось, протестующе завизжала и замахала своими конечностями, причем и верхними, и нижними, как бы предлагая оставить мне мои мысли при себе и сойтись в честном поединке. Ага, счаз, нашла дурака за четыре сольдо! Порывшись в своей сумке, я вынул оттуда небольшой алый камешек, кольнул палец кинжалом и обильно измазал камень своей кровью, после чего зашвырнул его в бассейн.

Истерично визжавшая тварь попыталась отбить мой подарок в сторону, но камушек еще в самом начале своего полета превратился в огненный болит, который с поразительной легкостью прожег плоть существа и упал в бассейн. Через мгновение передо мной встала гудящая стена огня. От нестерпимого жара и визга сгорающей заживо твари, я скрылся в треугольном проходе, дожидаясь, пока буйство огня поутихнет.

Прошло не меньше часа, прежде чем я смог вернуться в комнату с бассейном. Жирная копоть на стенах и потолке, а также полное отсутствие какого-либо движения в бассейне, дали мне понять, что моя задумка вполне себе удалась. Пожалуй, единственное место, которое осталось в своём первоначальном виде, это уже привычный треугольный проход позади бассейна, перекрытый блестящей черной пленкой. Теперь я уже знаю что делать, поэтому принялся искать очередной ключ, надеясь, что огонь его пощадил. Мои поиски оказались недолгими. На дне бассейна я заметил знакомую цепочку, а на ней темно-синий кристалл. Там же валялись и два матово-черных когтя твари, длинные, почти по пол метра каждый. Недолго думая, я засунул их в сумку, авось пригодятся.

В конце очередного стеклянного прохода меня поджидал дверной проем, абсолютно гладкий, без каких-либо намеков на барельефы или еще что, только в верхнем углу красуется ветвистая молния. Что это? Намек? Предупреждение? А может быть угроза? Ладно, поживем – увидим. Отступить я всегда сумею. Вперед!

За дверным проемом оказался очередной квадратный зал. Только на этот раз он не пустовал — по углам стояли огромные, высотой метра по четыре, каменные статуи, изображавшие воинов в полном латном доспехе, но без шлемов. Двое опирались на зазубренные двуручные мечи, а еще двое держали на локте шипастые булавы. Злобно оскаленные бородатые физиономии воинов вызывали омерзение. Проследив за направлением их взглядов, я понял, что все они смотрят на большой обсидиановый склеп, двери которого опутаны толстыми бронзовыми цепями и начинаясь точно в центре зала, он упирается своими стенами в противоположную стену помещения, занимая в длину, добрую его половину и около трети в ширину. Пред входом в склеп застыли четыре, на первый взгляд, каменные фигуры с парными клинками в руках, в искусно изготовленной броне и с глухими шлемами на головах, по типу древнегреческих. Что-то мне подсказывает, что стоит мне сделать хоть шаг вперед, и я горько об этом пожалею. Достав из сумки камушек, я начал через него разглядывать помещение и начал я с каменных великанов.

На их изучение у меня ушло минут двадцать. Ну что же, с этой стороны, скорее всего, опасности нет. Статую каменные и очень древние, их уже покрывает сеть мелких и крупных трещин. Ноги их представляют собой одно целое с каменным полом, как бы вырастая из него, как, впрочем, и их оружия, являющиеся, по сути, еще одной, дополнительной точкой опоры, призванной уменьшить давление на ноги-колонны и более правильно распределить вес самой статуи. А вот четверо у склепа, мне не понравились. Не знаю, может быть мне и мерещится, но есть у меня ощущение, что они живые. Вот и сейчас, мне показалось, что грудь одного из воинов приподнялась, как будто он сделал вдох.

Я с сожалением понимаю, что иного пути, кроме как пройти через склеп, у меня нет. Если и есть выход из этого лабиринта, то он скрывается именно в нем. Но кто бы знал, как мне не хочется отрывать спину от такой надежной каменной стены, как мне не охота делать шаг вперед. А может вернуться? Ага, и потом бродить кругами вокруг этой проклятой башни до скончания века!? Нет уж! Лучше уж я здесь погибну сражаясь, чем сдохну от истощения, нарезая круги как слабоумный.

Порывшись в своей сумке, я достал из нее два «разрыв-камня», как обозвал их Лаэрт, говоря, что капли крови будет достаточно, чтобы эти камушки раскололи скалу. Потом, по моему желанию один из мечей преобразился в клевец. Посчитав на этом свои приготовления законченными, набрав в грудь побольше воздуха я прыгнул вперед.

Едва мои лопатки перестали касаться надежной тверди камня, как статуи у входа вспыхнули резким белым светом и загудели так, что заглушили все остальные звуки и я, на какой-то момент перестал слышать. Грудь статуй начал вздыматься всё быстрее, как в микроскоп, я уже видел, что их хватка на эфесах клинков становится все тверже и твёрже, а головы начинают подниматься. Но я все же успел! Голова в шлеме скатилась с плеч с такой легкостью, как будто воины были из глины, меч совершенно не встретил сопротивления. Со второй статуей мне повезло меньше, напрасно я взял в левую руку клевец, как выяснилось, все их доспехи для моего меча, что бумага, а вот то, что было под этими доспехами с успехом задержало острое, изогнутое жало клевца, на какой-то момент затормозив мои движения. Хотя, второго воина это ничуть не спасло, и он с грохотом и звоном завалился рядом со своим напарником. Но это, к сожалению, дало второй паре пару лишних мгновений, и они успели меня атаковать. От этой атаки я ушел легко, движения статуй были сильно заторможены и какие-то вялые. Воспользовавшись этим, я напал на одного из них, спеша и его вывести из боя, потому как совсем даже не был уверен, что смогу справиться и с одним-то, не говоря уже о паре. С каждым мгновением движения бойцов становились все быстрее и расчетливее, но мне опять повезло, оба воина видели, с каким оружием я вступил в бой, поэтому для атакованного мной, стало большим сюрпризом, когда вместо удара клевцом, он напоролся на колющий удар в сердце. Мои клинки построились под мои нужды прямо в ходе схватки и теперь я работал уже двумя мечами. Звон и грохот сообщили мне, что теперь силы стали равны, один на один. Мои мечи оказались немного длиннее клинков противника, да к тому же, они как будто сами прыгают навстречу его мечам, блокируя все его удары. Постепенно я приноровился к тактике моего соперника и понял, что вполне в состоянии его победить. Его тяжелые и короткие мечи предназначены в первую очередь для тяжелых, раскалывающих любые доспехи ударов, я же, имея навыки фехтовальщика, легко ухожу от этих сокрушающих ударов, при этом постоянно угрожая нанесением колющего удара, от которого, как мы оба уже успели убедиться, доспехи моего противника совсем не являются преградой.

Не знаю, понимает ли это мой противник, но работает он как заведенный, как автомат. Я уже начал выстраивать в голове схему боя, чтобы закончить его побыстрее, но в этот момент моя нога наступила на что-то влажное и скользкое. Нелепо взмахнув руками, я начал заваливаться на спину, с ужасом наблюдая, как статуя, прямо с места, оттолкнувшись обеими ногами прыгнула на меня, занося свои мечи. Какие-то доли секунды отделяли меня от уничтожающего удара, но в этот момент мой меч в правой руке волшебным образом преобразился, превратившись в длинное, тонкое копье, на которое мой противник и насадился, словно бабочка на иголку, а мою голову разорвал страшный удар.

Очнулся я от ноющей боли в правой руке. И с немалым удивлением констатировал, что все еще жив и даже относительно здоров. А причиной потери сознания стало одно из тел статуй, об которое я со всего размаха долбанулся затылком. Рука, все еще продолжающая сжимать копье, с наколотым на него, как жук на булавку, воином, затекла и болела, будучи неестественно вывернутой. Подчиняясь моим желаниям, копье опять преобразилось в шпагу, а второй меч в дагу. С кряхтением я поднялся на ноги. Во рту ощущается легкий привкус крови, спина и голова болят, слегка тошнит. Все признаки сотрясения мозга. Хотя, чему там сотрясаться-то, одна сплошная кость. Ладно, выбираться отсюда все равно надо, а значит мой путь лежи в склеп.

Рисковать и рубить тяжеленые цепи мечом я не стал, густо измазав «разрыв-камень» в собственной крови, которой немало натекло из разбитой головы, я засунул его между звеньев цепи, блокирующих дверь. Хорошо еще, что догадался зайти за угол. Рвануло так, что тротил и пластид нервно курят в сторонке, а входную дверь в склеп, так вообще разнесло на куски.

К моему огромному разочарованию, внутри склепа не оказалось сундуков с сокровищами, груды золота или волшебного оружия. Только большой обсидиановый гроб, весь покрытый неизвестными письменами.

Крышка гроба поддалась неожиданно легко. Стоило мне чуть ее сдвинуть, как меня обдало такой волной злобы и ненависти, что я с трудом устоял на ногах, почувствовав, эмоции, исходящие из гроба, физически. А потом, мои глаза встретился глазами с человеком, лежащим в гробу... И глаза его были открыты и они смотрели на меня с бешеной злобой.

За последнее время я столько всего пережил, что пронять меня игрой в «гляделки», стало сложновато.

- Ну и что мне с тобой делать? Освободить? – задал я риторический вопрос, опутанному серебряными цепями мужчине. Ответа от него я не ждал, да и не нужен он мне был, я ждал, прислушиваясь к себе, ждал, что мне скажет Пуща. Но она молчала. – Или убить? – и опять тишина, только мужик в гробу вращал глазами, обещая мне все «кары небесные». – Наверное, все же убить. – и с этими словами я взмахнул мечом, отсекая голову заживо погребенному.

В этот момент я впервые «услышал» победную песню своих клинков и их радостный и довольный «смех».

Из Башни и ее подземелья я выбрался довольно быстро. Не знаю, кажется мне или нет, но вроде, как и трава стала зеленее и ели с соснами не такие мрачные, да и вроде как птички где-то там поют. Я устало присел прямо там, где стоял.

- Это что же получается, ты выбрала, или выбрал, меня своим «лесником» и «ассенизатором»? – сказал я вслух, обращаясь к Пуще. Я почему-то ни капельки не сомневаюсь, что она живая и разумная. – Нет, подруга, так не пойдет. Любой труд должен оплачиваться и желательно хорошо оплачиваться. А я от этого «приключения», кроме никому ненужного хлама и пары никчемных когтей, ничего не получил. Так что, я, в принципе, не против, но за все нужно платить. Да и работать в темную, я как-то не привык и не хочу привыкать. – Кажется мне или нет, но вроде как по моему лицу прошелся легкий, теплый ветерок, да и деревья вокруг чего-то как-то странно зашелестели. – Давай договоримся, «ты мне, я тебе», но одно условие, - невыполнимых задач не ставить. Я еще пожить хочу, да и жениться я отцу обещал, дать возможность понянчиться с внуками. – как бы в ответ на мои претензии, у моих ног появилась едва заметная тропка. Вот по ней я и направился и уже через пару часов имел счастье наблюдать такую знакомую черную скалу. Похоже, что мы договорились.


5 Глава.

В Замок я вернулся только через две недели, проведя все это время в пещерном комплексе под черной скалой. Я, можно сказать, вполне неплохо обжился в бывших апартаментах «Королевы Проклятых» и даже начал подумывать, о превращении этих пещер и помещений в своеобразный «личный схрон», кажется мне, что может он мне понадобиться и причем в самое ближайшее время.

За эти две недели я перетаскал все, представляющее хоть маломальскую ценность, из погребальной камеры в «зал костей», перед этим тщательно его очистив от древних останков, собрав все оружие, доспехи, регулярно попадающиеся камушки, деньги и драгоценности. Даже несколько комплектов одежды, на которой, как не странно, совершенно не отразилось время. Магия, что поделаешь. Для освещения я использовал магические светильники, которыми, так великодушно, обеспечил меня барон. В общем на эти пару недель я превратился из сына барона в носильщика и уборщика, но ничуть об этом не жалею. В итоге у меня получилась приличная такая куча ценностей, которую, в одиночку, мне нипочем не перетащить в Замок, даже используя мою почти безразмерную сумку, предел ее вместительности я уже выяснил.

Единственное место, куда я так и не осмелился войти вновь, это будуар вампирши, с ее потайной комнатой и комнатой-лабораторией, или чем она там была в свое время, в которую ведет винтовая лестница. Ну а все остальное было мной очень тщательно осмотрено, изучено и исследовано. И да, я нашел еще одно подтверждение сказке, рассказанной Веселым. Я нашел каменную плиту, перекрывающую проход, вот только открыть ее я пока не смог, а применять «разрыв-камень», слегка опасаюсь. В конце концов, ходила ведь как-то через нее вампирша, а значит нужно просто подумать и еще раз, два, ну или двадцать два раза все очень внимательно осмотреть. Я очень сомневаюсь, что проход открывается из «будуара», или тайной комнаты, тайный ключик должен быть где-то рядом с плитой и в следующий раз я его обязательно найду.

Замок встретил меня какой-то нездоровой суматохой и явным облегчением от моего возвращения. Причина «тихой паники» оказалась до невозможности простой и банальной – барон, а вместе с ним и я приглашены на какой-то там турнир в качестве личных гостей местного Герцога. Если честно, то для меня это ничего не значит, а вот для барона, очень значимое событие, это свидетельство моего признания высшей знатью Империи и возвращение самого барона к активной жизни. А я-то думал, что мой отец, этакий «сыч», безвылазно сидевший в своем Замке и выбирающийся из него только для того, чтобы прогуляться по краю Великой Пущи, завалить какого-нибудь монстра, да приволочь пару магических артефактов из Проклятых Земель. Оказывается, нет, раньше его жизнь была вполне обычной для местного аристократа, он с женой, моей матерью, регулярно посещал такие вот мероприятия, вроде турниров, балов и других «вечеринок». Короче, в самом ближайшем будущем мне предстоит окунуться в болото местного бомонда и довольно интересное путешествие в столицу герцогства, подготовка к которому длится уже не первый день. Эта «лихорадка» затронула даже замковых стражей и немногочисленных наемников, ведь кто-то из них обязательно поедет с нами, путешествовать в одиночку, барону и его сыну, просто невместно. Так что, мое возвращение оказалось, как никогда своевременным, а когда барон и его ближайшие сподвижники узнали, что я в этот раз явился не пустой, а опять нагруженный как мул, то их счастью не было предела. Меня сразу же утащили в библиотеку, как наиболее просторное помещение Замка, где я и начал выкладывать свои трофеи, попутно рассказывая о своих похождениях. Скрывать историю с башней, я не стал, тем более, что под нее идеально подходило наличие у меня новых, ценных трофеев и немаленького количества денег в виде золотых монет и драгоценных камней. Мой рассказ и изучение трофеев заняло время до самого вечера, правда, виноват в этом не я, а постоянные и настоятельные просьбы повторить тот или иной эпизод, рассказать о своих ощущениях, чувствах и прочем, а еще постоянные вызовы служанки с новой порцией вина и мяса. Ну а когда дошла очередь и до всего того, что я приволок, вот тут-то и началось самое интересное. Ахи, охи и вздохи, но относились они не к золоту или драгоценностям и даже не к десятку мифриловых кольчуг и мечей, а к двум комплектам одежды, что я прихватил с собой. Я так и не понял причин, по которым самые обыкновенные кожаные штаны и куртки вызвали такой ажиотаж, пока мне все не разъяснили. Сама одежка-то оказалась вполне обычной и привычной, вот только кожа, из которой она была изготовлена, оказывается принадлежала какому-то там мифическому существу – виверне. Что это такое и как оно выглядит, мне никто так толком объяснить и не смог, а в моей голове сложилась картинка странной помеси птицы, кошки и акулы, причем чего и от кого было в ней больше, я так и понял. Стало мне ясно только одно, что на обладателя такой одежды не действует магия. Но это не гарантирует его абсолютную безопасность, если на самого человека магия и не подействует, то вот на окружающих его людей, или предметы, вполне. Мои камешки, например, сработают идеально, ведь они не оказывают абсолютно никакого воздействия на объект, они влияют на окружающее его пространство. Так что, восторги по этому поводу мне не понятны, ну да и ладно, местным виднее.

В конце концов восторги немного улеглись и разговор перешел в конструктивное русло. Решали кто поедет, какие подарки герцогу, его жене и детям везти, сколько сопровождающих нам с отцом необходимо, стоит-ли этих сопровождающих экипировать по высшему классу, или и так сойдет. В итоге пришли к общему мнению, что таким бравым рубакам, как мы с бароном, большая толпа в сопровождение не нужна, поэтому ограничились минимумом, Лаэрт и трое наемников. А вот на подарках и экипировке решили не экономить. Как говорится, «жизнь – ничто, понты –все». Хотя надо было видеть, какими глазами смотрели на своего более удачливого, в их понимании, соратника Гарипол с Веселым…

Через два дня мы покинули Замок. Провожали нас всем «табором», а с какой гордостью, сопровождавшие нас наемники, сидели в седлах, поблескивая мифриловыми кольчугами и картинно хватаясь за рукояти таких же мечей. Хотя, в принципе, они во всем подражают барону, вот уж где истинный аристократ в надцатом поколении, я на его фоне, в длинном кожаном плаще, с капюшоном на голове, смотрюсь «бедным родственником». Точно такие же плащи есть у всех, но они посчитали кощунством прятать под ними мифриловое оружие и броню. Да и со мной тоже не все так просто, смотрюсь я конечно невзрачно, но это если конечно не знать, что на мне костюм из кожи виверны, а под ним кольчуга из «металла мертвых». Отец еще настаивал, чтобы я и меч взял такой же, пришлось его убеждать, что, хотя оружейники и поработали с серпом от колесницы, но все равно, если для боя он теперь вполне подходит, то вот для представления Герцогу… как-то не очень, да и незачем пробуждать во власть имущих зависть. Дескать мне и с моей шпагой совсем не плохо. Знал бы барон, что у меня за клинки, так, наверное, и с катушек бы слетел.

Когда Замок скрылся из глаз, наша кавалькада заметно снизила скорость. Понты – понтами, но и лошадок надо поберечь, путь нам предстоит совсем не близкий, барон говорит почти неделю будем добираться до столицы герцогства и большая часть нашего пути пролегает в предгорьях, на краю Великой Пущи. Можно было бы и сократить путь, но тогда придется пару дневных переходов совершить по Проклятым Землям, так что это предложение все отмели, дескать не стоит рисковать лишний раз и без особой на то причины. Я, если честно, был несколько иного мнения, но тут меня уже слушать не стали, только Гарипол, этак многозначительно проговорил, что дескать, «смелость и отвага дело хорошее, но иногда надо еще и мозги включать, конечно тем, у кого они есть». В общем я настроил себя на длинное, нудное и монотонное путешествие и оказался прав.

Едва заметная тропка, петляющая среди нагромождения камней, которую местные гордо именуют дорогой, казалось никогда не закончится. Давно уже были пересказаны все истории и анекдоты, давно перепеты все песни, получены от барона все наставления и указания, как себя вести при дворе герцога, с кем разговаривать, а кого по возможности сразу прирезать, шучу конечно, отец мне даже советовал, воздерживаться от дуэлей. В общем, скука. Наемники еще умудряются дремать прямо в седлах, а вот мне такая роскошь не доступна, боюсь, что навернусь с седла, а мне совсем не улыбается сломать себе шею из-за такой малости. Поэтому в нашем маленьком отряде, я, пожалуй, был единственный, кто постоянно бодрствует, ну, зато меня по ночам в караул не ставят, хотя даже барон этой участи не избег. Именно это мое постоянное «дневное дежурство» и стало причиной того, что открывшийся, за очередным поворотом, трактир, я заметил первым, о чем и поспешил сообщить своим спутником, выводя их из полудремы тихим свистом.

- Что-то я не помню, чтобы на этой дороге когда-нибудь было что-то подобное. Лаэрт, может быть я что пропустил за последние годы?

- Нет, ваша милость, вы правы. Я проезжал этой дорогой пару лет назад… если мне не изменяет память, то на том месте, где стоит трактир, раньше росла чахлая рощица и бил родник. Заедем?

- А почему бы и нет. Передай парням, пусть будут наготове, но сами, первыми, чтоб не задирались.

Чем ближе мы подъезжали к трактиру, тем мрачнее и мрачнее становились барон с Лаэртом, да и наемники, как-то излишне нервно теребят рукояти мечей. Что-то спрашивать я посчитал лишним, попробую сам во всем разобраться. Итак, что мы имеем? На малоезжей дороге стоит сараеобразное строение, бревна и доски потемнели от времени, а нижние венцы, кажется, успели врасти в землю и это при том, что Лаэрт утверждает, что всего пару лет назад никакого сарая тут не был, а росла роща. Но, похоже, данный факт моих спутников ничуть не смущает. А ну да, бревна в горах редкость, так что старый вид трактира еще ни о чем не говорит, могли купить где-то на равнине и сюда привезти в разобранном состоянии, тоже вариант. Так что же их так напрягает? И тут меня как обухом по голове! Забор! Трактир стоит совершенно открыто, нет ни забора, ни даже меленького рва! И это в полулиге от Проклятых Земель! Это может говорить только об одном, или хозяин трактира глуп как пробка, или он не боится возможных «гостей» из Пустоши, не боится нечисть и нежить, потому что… потому, что и сам таковой является. Я инстинктивно потянул шпагу из ножен. И в этот момент мне на руку, сжимающую эфес, опустилась тяжелая ладонь.

- Не надо, ваша милость. Нам здесь абсолютно ничего не угрожает. Если конечно мы будем вести себя подобающим образом. Посмотрите на вывеску.

Ну и что на нее смотреть? Вывеска как вывеска, вроде как, по зеленому полю скачет единорог, солнышко светит, вдали лес. Да, картинка конечно красивая и написана талантливо, но как это может нас обезопасить? Додумать я не успел. На крыльцо вышла… ну пусть будет женщина, хотя воображение моментально дорисовало ей кольчугу, рогатый шлем и боевой топор в руки. Видел я как-то где-то, то ли в кино, то ли в какой книге, этакий экземпляр викинга в юбке. Высокая, мощная, сразу видно и слона на скаку остановит и хобот ему узлом завяжет, длинная, толстая, русая коса перекинута на грудь. Смотрит спокойно, но нет-нет, а предостерегающий огонек в глазах мелькнет. Настоящая такая, русская баба… с милитаристским уклоном. Пока я с нескрываемым интересом разглядывал это «чудо природы», мы уже почти вплотную подъехали к трактиру. Барон молчал, молчат и наемники, только глупо пялятся на женщину, первым заговорил Лаэрт.

- Хозяйка, позволишь-ли усталым путникам покинуть седла и насладиться твоим гостеприимством?

- А с чего это вы усталые? Солнце вон, еще даже не в зените, да и кони сухие.

- Ну, так не даром же ты поставила свой трактир именно здесь.

- Догадливый. Ладно уж, милости прошу, лошадей сами к коновязи ведите, у меня тут слуг нету.

В ответ на это все облегченно выдохнули и начали спешиваться, хотя в трактир заходить и не спешат, все чего-то ждут. Даже Лаэрт с бароном, как-то по-детски переглядываются, не решаясь ступить на ступени крыльца. Ладно, раз уж все такие стеснительные, побуду немного и я «первопроходцем». Не раздумывая я начал подниматься на высокое крыльцо, потом спокойно открыл дверь и скрылся в трактире. За мной гурьбой ломанулись и все остальные.

Ха! Трактир! Зал, метров сорок квадратных, пара столов, с горками фруктов, да по кувшину воды на каждом. Вот тебе и весь трактир. С таким меню эта хозяйка быстро помиру пойдет.

- Хозяйка, а что, ни хлеба, ни мяса? Как-то нехлебосольно ты гостей встречаешь. Да и пары кувшинчиков вина, совсем бы не помешало.

- Глупый ты, твое величество. Радуйся, что сама пригласила, а потом, может быть, еще и отпущу.

- Ого, а ты я посмотрю, отважная дивчина, шести здоровым мужикам такое заявлять. А не боишься, что мы тебе тут «красного петуха» подпустим?

- Нет, не боюсь. У нас же с тобой договор. – вот после этого рот открылся не только у меня, но и у моих спутников.

- Какой-такой договор? Ни о чем я с тобой не договаривался… а если и было что, то я, наверное, сильно пьяный был. Так что, не с счет.

- Не помнишь значит, ну-ну, ничего время придет, вспомнишь. Ладно, садитесь за стол, подкрепитесь маленько, да и езжайте себе дальше. Вот только броньки, да мечи оставьте, да и денежки, если что есть с собой, тоже. Вам уже ни к чему, а мне глядишь и пригодятся.

Да что тут такое творится-то!? Одинокая баба угрожает шести мужикам! Да какая бы она не была нечистью, мы же ее в капусту порубим, она и ойкнуть не успеет. Я начал заводиться, а спутники мои побледнели, стали белее мела и даже, кажется, готовы послушно разоружиться. Я выхватил шпагу и тут же последовал сильный удар по руке. Клинок я не выронил, но на пару ближайших минут, полноценно работать правой рукой я не смогу. Я в ярости развернулся к ударившему. Это был Лаэрт. Уже готовые сорваться с моего языка проклятья так и повисли у меня на языке, стоило мне только увидеть суровый взгляд барона и то, как от отрицательно крутит головой.

- Хозяйка, может поведаешь, что нас ждет? Не за себя волнуюсь, за людей мне преданных, да за сына, глупого.

- Если дальше пойдете, то в лиге отсюда… пятерых из вас ждет смерть. Только Великий Король жив останется.

- Смерть? Что там? Нежить? Нечисть? Или враги?

- Нечисть, да еще какая. Людьми называется. Засада вас там ждет. Два десятка арбалетчиков и полсотни мечников с копейщиками.

- В Злом Ущелье? – влез в разговор барона с трактирщицей, Лаэрт.

- Там, воин, там.

- А если мы назад повернем?

- На входе в Каньон Погибшего Мага, там вас тоже встретят.

- Через Великую Пущу нам не пройти. – с какой-то тоской сказал барон.

- Ну почему не пройти, если тот кому суждено стать Великим Королем, все же вспомнит наш уговор, то пройдете. Возможно не все, но пройдете.

- Хозяйка, ты это видишь? Корону?

- Да. Как и то, что он сможет совершить то, что не смог Славосвет Завоеватель. Но мочь и сделать, две большие разницы. И это уже будет зависеть от твоего сына. – все взгляды скрестились на мне. А я стоял в некой прострации и пытался осмыслить происходящее. Странная трактирщица совсем недвусмысленно намекает, что когда-нибудь я стану Королем, ладно хоть не Императором, и на том спасибо. Причем все остальные ей безоговорочно верят и, похоже, считают это событие уже практически свершившимся. Следующее, ее странные обмолвки насчет какого-то там договора, которой я никогда и ни с кем не заключал. Стоп! Заключал, еще как заключал, и пусть я всего лишь шутил, но похоже, что Пуща приняла мои слова на веру и теперь выполняет его как может. Так кто же она, эта трактирщица, посланница Пущи, еще одна, кто когда-то заключил подобный договор? Ладно, со временем разберемся. А сейчас надо уточнить один вопрос.

- Женщина, а если мы никуда не пойдем, если останемся здесь. Что тогда будет?

- Через три дня засада уйдет и путь будет свободен.

- Три дня! Если мы задержимся на три дня, то опоздаем. А мы этого, ПОКА, позволить себе не можем! У нас в запасе максимум сутки, слишком долгими получились сборы, слишком неожиданным оказалось приглашение. – вскинулся барон.

- Нет, отец, мы не опоздаем. Мы с тобой не опоздаем.

- Нет! Я пойду с вами! – Лаэрт разобрался в моей задумке на удивление быстро.

- Нет. Мы пойдем вдвоем. Ты останешься за старшего. Когда засада уйдет, поскачете что есть сил в Гард, там нас и найдете. Мы как всегда остановимся у одноглазого Пита, если он конечно еще жив.

- Два года назад был жив-здоров и хорошо упитан. – мрачно сказал Лаэрт.

- Ну вот и хорошо. И запомните, вы все запомните, о том, что вы тут услыхали, о том, что тут произошло, никому и никогда ни слова. А если вдруг надумаете проболтаться, лучше заранее выройте себе могилу. Себе и всей своей родне. Я, барон де Сангре, сказал! – многоголосые заверения в преданности и честности барон слушать не стал. – Ну что, сын, по коням! Нас ждет Великая Пуща.

На крыльцо, провожать нас, вышли все, в том числе и трактирщица. Она как будто о чем-то размышляла, пока мы подтягивали ослабленные подпруги и перекладывали припасы и подарки герцогу. Наконец, видимо решилась.

- Сергей, на вот возьми. – женщина протянула мне грязно-серо-зеленую ленточку. – Может пригодится. Вдруг где встретишься с одной из моих сестер.

И тут на меня нашло просветление.

- Ты дриада, дриада из Великой Пущи! – ответом мне стал веселый смех и извиняющийся голос барона.

- Прости его, Хозяйка. Ты правильно сказала, он еще молод и глуп. Прости и прощай и спасибо за угощение. – наемники во главе с Лаэртом тоже скалятся, паразиты. Нет чтобы объяснить все по-человечески.

Мы с бароном успели отъехать всего на пару десятков, когда за нашими спинами раздался какой-то шум, звуки падения и многоголосый мат. Барон только усмехнулся, а я не удержался и оглянулся. Картина была достойная великих живописцев. На небольшой полянке посреди чахлой рощицы, вповалку валялись четыре взрослых мужика и матерились. Трактир исчез, кони наемников оказались привязаны к сухой ветке одного из окружающих поляну деревьев. Я тоже не сдержал улыбку. Но все же смог перебороть себя и спросил у барона.

- Отец, а кто это был и почему вы смеялись, когда я назвал ее «дриадой»?

- Дриады, это духи деревьев, очень старых деревьев. А это была Лесная Дева. Дух, Душа, если хочешь Великой Пустоши. И почему ты ничего не говорил, что заключил с ней какой-то договор?

- Да я… ляпнул и забыл. – немного смущаясь ответил я.

- «Забыл» он, а вот она не забыла и спасла наши жизни. Так что и тебе пришло время вспомнить, нам еще через Пущу пробираться. Пусть и не много, и не глубоко, глядишь к полуночи и выйдем, но о своем договоре вспоминай, иначе мы там и сгинем, этот участок Проклятых Земель, пожалуй, один из самых опасных в округе, поэтому дорога в обход его и идет. Если пройдем без задержки, то выиграем больше суток. – сказал и пришпорил коня, двигаясь дальше по тропинке.

Вот только зря он это сказал, про сутки форы. Я в отличии от барона на тропинку еще не выехал, поэтому прекрасно видел, как та на мгновение мигнула, после его слов, как будто в компьютерной программе прошел небольшой сбой, и немного, всего чуть-чуть, изменила свое направление. С тяжким вздохом я начал нагонять своего отца, понимая, что раз уж договор заключен, то надо его исполнять, а мне помнится, что я ставил условие, «невыполнимых задач не ставить», значит выйти из предстоящей передряги живыми, ну или живым, у меня, есть. Отговаривать барона бесполезно, так же, как и объяснять ему, куда нас может привести эта тропка. Так что, лучше подготовиться.

Пару часов мы скакали не снижая темпа, в барона как будто «бес вселился». Сначала я еле успевал уворачиваться от нависающих над тропой ветвей, но постепенно тропка начала все дальше углубляться в горы и у меня появилась новая проблема, смотреть, чтобы конь не переломал себе на камнях ноги. Внезапно барон резко осадил своего коня и дальше мы поехали шагом. Тропа привела нас в небольшую котловину, со всех сторон окружённую невысокими скалами и с маленьким, круглым озерцом почти в самом центре. У подножия одной из скал, недалеко от линии воды виднелось темное пятно пещеры с нависающим каменным монолитом, в темном зеве которой и терялась тропа. Берега озера были покрыты россыпями камней, поэтому ехать нам пришлось осторожно. Подъезжая к пещере, я вдруг понял, что как-то незаметно мы оказались в совершенно безмолвной зоне — ни птичий свист, ни шуршание ящериц в траве, ни шелест стрекозиных крыл не оживляли мрачную ауру этого места. Насторожившись, барон спешился, я последовал его примеру, мы привязали коней к стволу молодой сосны и бесшумно подошли к пещере.

- Сергар, какой договор ты заключил с Лесной Девой?

- Я помогаю ей, она помогает мне. Но невыполнимых заданий не дает. – поспешил я добавить. – Отец, тропа привела нас к этой пещере. Я думаю, что мне стоит пойти одному.

- Нет. Пойдем вместе. Благосклонность Души Великой Пущи мне еще пригодится.

Найдя подходящую сосенку, мы быстро изготовили несколько факелов и зашли под свод пещеры. По мере того, как мы уходил от выхода и слабел дневной свет, глаза постепенно привыкали к темноте, и небольшой толики света от сырого факела вполне хватало, чтобы ориентироваться в темноте. Пещера оказалось не очень разветвленной, я старался запоминать все развилки, а барон каждый раз выбирал левый коридор с тем, чтобы правая рука со шпагой не была стеснена в движениях. Пока пещера ничем не отличалась от многих других, где мне приходилось бывать, и на земле, и в этом Мире. Метров через пятьдесят коридор вдруг резко пошел под уклон, а вскоре оборвался вниз отвесной стеной, метров двух высотой, и мы оказались в довольно большом подземном зале, куда выходило десятка полтора тоннелей. Пытаясь запомнить вход в «свой» коридор, я обнаружил, что это совсем нетрудно — на каменных стенах были ясно видны нанесенные нашими предшественниками опознавательные знаки - следы копоти от факелов и глубокие выбоины, сделанные каким-то тяжелым инструментом. Подземный зал беспорядочно был перекрыт сталактитами и сталагмитами, часть которых была выломана и расколота. Что создает картину неумелых действий каких-то искателей сокровищ. И вдруг, обходящий зал сталактитов по периметру, барон, позвал меня. Я увидел странную картину - в провале каменной стены, как в нише, лежали десятки человеческих черепов, сложенных аккуратной пирамидой. Края ниши были образованы каменными монолитами, поверхность которых представляла собой наплывы расплавленной каменной массы.

Не знаю, что толкнуло барона, но он с каким-то остервенением начал выгребать из ниши черепа, ничуть не заботясь об их сохранности. Постепенно барон все больше и больше скрывался в толще скалы, до меня доносился только сухой звук бьющихся костей и невнятные бормотания барона, больше всего похожие на проклятья. Неожиданно раздался его голос.

- Сергар, лезь сюда.

Я заглянул в нишу. Черепов в ней уже не было, а свет факела барона отодвинулся метров на двадцать и продолжал неспешно отдаляться. Ниша оказалась низким и узким проходом, ведущим куда-то дальше. И похоже, что барон если и не знает куда именно, то догадывается. Что мне оставалось делать? Бросить, пусть и номинального, но отца здесь одного, а самому спасаться, даже не зная от чего. Перехватив шпагу поудобнее, я полез у проход. Барон пер как трактор, поэтому, когда внезапно исчез свет его факела, я слегка запаниковал. Благо, что через несколько секунд я вновь увидал его отблески. Оказывается, барон просто достиг конца прохода и вывалился на той стороне.

Выход оказался значительно выше входа, точнее пол следующего зала был ниже, чем в предыдущем, ненамного, метра на полтора, но ниже. В мерцающем свете факела я с трудом рассмотрел окружающую нас обстановку. Этот зал был заметно меньше предыдущего и здесь было ощутимо теплее, чем во всех остальных местах пещеры. Глухая стена делала зал тупиковым, другого выхода не было, но не это в первую очередь обратило на себя мое внимание.

Две мощные колонны, выступающие из стены, образовывают обрамление каменного арки, перед которой возвышается самый настоящий алтарь. Алтарь какого бога? Есть у меня предчувствие, что никто не смог бы дать ответ на этот вопрос. Но первое впечатление именно такое – алтарь. Гладкая каменная плита в основании имеет слишком правильную форму с вполне узнаваемым углублением по всей длине – чуть заглублённый контур человека, с несколькими кровотоками, сходящимися в одну большую каменную чашу у подножия алтаря.

- И что мы должны сделать? Разрушить алтарь? У меня есть «разрыв-камень», но что-то мне подсказывает, что это гиблая затея и из нее ничего не выйдет.

- Нет, Сергар, мы должны пройти туда и забрать Щит Агибала. – барон указал рукой на пространство за алтарем. Я только сейчас сообразил, что то, что я принял за тень между колоннами, на самом деле представляет собой клубящуюся Тьму. Я непроизвольно поежился.

- Отец, а ты уверен?

- Да. Об этом месте уже тысячи лет ходят легенды. Все сходится. И озеро в центре котловины, окруженное скалами и пещера, и горы черепов, которыми так любил украшать себя Тзота, и его алтарь, и портал, соединяющий сердце Великой Пущи с пещерой. Все сходится.

- Кто такой Тзота, кто такой Агибал, что это за Щит и что ждет нас по ту сторону портала?

- Тзота, это древний Бог аталов. Кое-кто считает, что Сагди его новое воплощение. Бог смерти, мучений и Зла. Агибал, это древний герой, один из первых настоящих людей, он осмелился бросить вызов Тзоте, а его Щит, это подарок ему от самого Творцом, он защитил Агибала от чар Тзоты и позволил ему победить. Правда сам Агибал был так сильно изранен, что не смог выбраться назад и умер на теле поверженного им Бога. Что нас может ждать по ту сторону портала, я не знаю. Ходят слухи, что в сердце Великой Пущи скрываются выродившиеся аталы, потомки жрецов Тзоты, те, кто бежал тысячи лет назад, из страха перед людьми, в непроходимую чащу, потомки тех, кто пережил час падения Империи Аталов, те, кто поклялись возродить своего темного Бога и отомстить всем людям.

- Если Щит находится в сердце Пущи, то почему Лесная Дева сама не заберет этот Щит? Зачем ей мы?

- Щит не в Пуще, Щит в Храме Тзоты, в его истинном Храме. Туда нет хода никому даже Деве. Есть мнение, что этот Храм, единственное место, где Тзота все еще силен и где он обретает плоть и кровь. Это настоящий Дом Бога. Ладно, хватит разговоров. Мы идем вперед, или отступим и нарушим твой договор с Лесной Девой?

- Боюсь, что особого выбора у нас нет. Дева ведь ясно сказала, если я вспомню о своем договоре, то мы выйдем, а если нет…

- Значит не отставай! – и барон шагнул в тьму портала. Досчитав до десяти, я шагнул за ним.

После темноты пещеры, резанувший по глазам дневной свет был неприятен. Мы оказались на пригорке и смогли оглядеться. Прямо под нашими ногами начинается болото и простирается оно на многие лиги во все стороны. Приглядевшись, я сообразил, что болото это необычное, вся его поверхность, практически лишенная иной растительности кроме мха, бугрится и топорщится, словно поле, облюбованное сотнями кротов. Вся местность изрезана складками, точно исполинское зеленое покрывало, откинутое великанской рукой, и на ней равномерно рассеянны камни, если бы не их правильный облик и четкие, хотя и полустертые временем грани, я решил бы, что раньше здесь была гора, разобранная неведомыми каменотесами на отдельные глыбы.

Однако я не сомневаюсь, что перед нами мертвый город. Руины, некогда огромного поселения дышат древней силой и тайной. Если честно, то я не чувствую в ней враждебности, но все же портал привел нас именно сюда и именно здесь Лесной Деве требуется наша, или моя, помощь. Мой взгляд поневоле все время возвращается к одному и тому же месту, где среди развалин и остатков фундаментов громоздится непонятное сооружение в виде огромного каменого кольца, опоясанного цепью каменных колонн, наполовину разрушенных и поваленных, но все еще сохраняющих былое величие циклопической колоннады. В самом ее центре находится небольшая четырехгранная пирамида, с крохотным глазком чернеющего входа в подземелье. Именно оттуда так и тянет угрозой и могильным холодом, чувствующимся даже на расстоянии.

Мы с бароном внимательно разглядывали развалины древнего города, но никакого движения в нем так и не заметили. Жди не жди, а идти надо. Где ползком, где короткими перебежками, мы постепенно приблизились к колоннаде и вступили под ее мрачные своды. А через полсотни шагов оказались возле убегающих куда-то вниз лестничных ступеней. К нашему удивлению, внутри подземелья оказалось просторно и сухо. Болотная грязь, еще покрывала верхнюю часть лестницы, но чем глубже она уходила под землю, тем становилась суше и чище. Высокие потолки, идеально ровные, гладкие стены и полы из плотно пригнанных друг к другу плит, между которыми почти не различаются швы кладки, строго выдержанные прямые линии и углы — творения рук неизвестных строителей, все это вызывает какие-то неопределенные ассоциации и ощущение нереальности происходящего. С каждым пройденным шагом, с каждой ступенькой, ведущей вниз, с каждым новым подземным залом, становится все холодней вокруг, и это вовсе не походит на зимнюю стужу. В морозном воздухе подземелья слились могильный холод и леденящее кровь чувство чего-то потустороннего, абсолютно враждебного всему живому, что давно покинуло этот мир, превратившись в частицу вечности. Каменный лабиринт дышит ужасом, заставляя учащенней стучать сердца и будоражит воображение немыслимыми кошмарами. Мрак клубится по углам величественных залов, на серых стенах танцуют замысловатые, зыбкие тени, словно ожившие чудовища подземных недр, как бы предупреждая: «Встреча с неведомым, притаившимся где-то там, в глубине, под сенью гнетущих сводов, не сулит для смертных ничего хорошего».

Наш путь по бесконечному лабиринту коридоров и переходов, чередовавшихся с залами и лестничными маршами, этого Храма, был долог. Нам встретилось огромное множество помещений, различных кладовых и складов, забитых припасами до потолка, совсем недавно и многие сотни лет назад, молелен со статуями звероподобных богов, давно исчезнувших из памяти людей, крохотных жреческих келий, где мы могли с трудом развернуться. Я видел, каким огнем горят глаза барона, когда мы проходили мимо золотых статуй какого-то многорукого Бога со связками черепов на шее, я видел, какими глазами смотрел барон на мифриловые подсвечники, украшенные огромными драгоценными камнями, но нигде и ни разу барон не замедлил шага, он продолжал все так же целеустремленно идти вперед, хотя и было заметно его сожаление, что он сейчас не может предаться грабежу. Так длилось до тех пор, пока мы не оказались в оружейной. По крайней мере я именно так оценил это помещение. Оказавшись в совсем немаленьком зале и только бросив взгляд по сторонам, барон застыл как вкопанный и уже никакая сила не смогла бы его сдвинуть с места. Стало ясно, что здесь мы задержимся и задержимся надолго. Барон с огромным изумлением рассматривал диковинное, искусно сделанное оружие неведомых мастеров. Он брал в руки то один меч, то другой, перебирал в руках почти невесомые кольчуги и примерял себе по руке шестоперы. Его не интересовали богато, даже чересчур богато отделанные ножны, или чьи-то парадные доспехи, целиком изготовленные из золота и усеянные огромными рубинами и сапфирами, его буквально заворожила смертоносная красота и совершенство боевых клинков. Беря в руки очередной меч или иное орудие смертоубийства, он баюкал его как ребенка, а потом со вздохом клал, или вешал на место, но только для того, чтобы взять соседний. Несколько раз мне казалось, что сейчас барон расплачется как дитя, или откажется идти дальше и если честно, то я его прекрасно понимаю, просто в отличии от него, я оказался несколько лучше подготовлен к чему-то подобному, ведь я уже столкнулся с подобным, пройдя пещеры вампирши. В конце концов, барон сумел взять себя в руки, но его взгляд красноречиво говорит, что он сюда еще вернется и вот тогда…

Последний наш факел уже почти догорел и светил едва ли на пару шагов, та что, если бы не какое-то звериное чувство направления барона, то бродить бы нам по подземелью до конца своих дней. Но ветерок удачи, а может быть помощь свыше, привел к огромной мифриловой двери, можно даже сказать, воротам, из-за которых доносится нестройное пение и тянет отвратительным запахом горелого мяса. Чуть приоткрыв двери, мы осторожно заглянули внутрь. В небольшом зале висел тяжелый смрад от тысячи сальных горелок, сквозь копоть с трудом угадывалась противоположная стена со множеством низеньких и узких проходов. В дальнем конце располагался невысокий помост с десятком каменных монолитов вокруг него, по форме и высоте, все это похоже на усыпальницу древних царей. Но, стоило приглядеться, стало ясно, что это впечатление обманчиво. На каменных глыбах распростерлись человеческие тела. Давно высохшие мумии и пара довольно «свежих» тел, ничем не отличаются друг от друга, не считая аккуратных шрамов на горле убитых и алых пятен крови, у еще недавно живых людей, залившей монолиты и тонкими струйками стекающей по желобкам. Зал был битком набит жрецами, но барон с бешеной ненавистью смотрел лишь на одного, того, что, скрестив на груди обнаженные руки, стоял позади алтаря и, казалось, не принимал никакого участия в кровавом обряде. Но именно он являлся вожаком всей этой своры. Да, он был самым обычным человеком, широкоплечим, мускулистым, ни тебе серого оттенка кожи, ни маленького роста, довольно высокий, с каким-то порочно-брезгливым выражением лица. Обнаженный до пояса, лишь в невесомом коротком плаще-накидке и со связкой человеческих черепов на шее, человек кажется живым воплощением бога, которому он и служит. Неподвижно застывший взгляд глубоких, неопределенного цвета глаз, устремленный поверх голов жрецов, кажется, пронзает немыслимые дали. Голову его венчает обруч с невероятных размеров рубином, пульсирующим на лбу человека, словно живое сердце.

- Так вот откуда у мерзавца столько сил! – барон пинком распахнул настежь дверь и ворвался в жертвенный зал. Рукоятью меча он свалил ближайшего жреца и остановился над поверженным телом, грозный и страшный, будто сам бог войны. Пение оборвалось на полуслове, глаза присутствующих с удивлением и ужасом уставились на нас. На лице человека мелькнула тень досады.

— Убейте их! Я должен закончить, или опять придется ждать четверть века…

В руках верховного жреца сверкнуло лезвие кривого кинжала, и тело, еще секунду назад, живой жертвы забилось в предсмертных судорогах. С яростным криком я ринулся в самую гущу врагов, хмелея в предвкушении битвы. Перекошенные злобой лица жрецов закружились перед моими глазами, клинки, разящие направо и налево, поют в экстазе, а я едва успеваю выхватывать из завывающей толпы испуганные и ненавидящие взгляды, чтобы тут же гасить в них всякий блеск сознания.

В себя я пришел только от дикого хохота, я даже не заметил, как рядом со мной остановился, тяжело дышащий, барон. Смеялся человек, выполняющий роль верховного жреца.

- Благодарю вас, глупцы, своей непомерной жестокостью вы помогли завершить мне Ритуал! Скоро, очень скоро мой господин и повелитель восстанет! Он займет подобающее ему место и достойно наградит своего верного слугу! Все вы, жалкие людишки, будете трепетать только от одного упоминания имени маркиза де Ванилио! Жалкие черви, я стану купаться в вашей крови! – мужик еще что-то там вещал, а я уже поставил ему свой диагноз – полный неадекват.

- А вот это вряд ли. – чуть слышно проговорил барон и в его руке мелькнул клинок.

Но и тут маркизу повезло. Как раз в этот момент он в очередной раз разразился своим припадочным смехом и дернул головой. Кинжал из черного метала только скользнул по золотому обручу, сбив его с головы маркиза и слегка поранил его голову. От этого движения, брызги крови попали на стену позади сумасшедшего и с ней стали происходить странные метаморфозы. Камень «потек», практически сразу испаряясь, а за ним начали проступать очертания еще одного помещения. Дикий крик маркиза разорвал повисшую тишину.

- Нееет! Глупцы, идиоты! Тзота еще не готов прийти в наш Мир! Он голоден, он жаждет крови!

Маркиз кинулся бежать, но для этого ему надо было пройти мимо нас. Ничего не соображающий «Повелитель Мира» ринулся прямо на барона. Который его и встретил со всем прилежанием, насадив на меч как на вертел. Стряхнув бездыханное тело с клинка, барон весело проговорил:

- Ну что, сын, похоже, что Лесная Дева немного ошиблась… ну, или мы перестарались. Как насчет сразиться с восставшим бессмертным Богом?

- Бессмертие - это сказка для детей. Все и всё в этом Мире смертно и нам предстоит это доказать, отец. Ты пока не вмешивайся, вот когда поймешь, что ВСЁ, тогда уже не будет никакой разницы. – ответил я и шагнул вперед, к почти полностью истаявшей стене.

В глубине открывшегося помещения стоял трон, на котором неподвижно сидел высокий человек в шитых золотом одеяниях, ниспадающих до самых стоп. Лицо скрывает искусно вырезанная золоченая маска в виде ужасного монстра, в глазницах которой полыхает багровое пламя, на шее вольготно разместилось ожерелье из человеческих черепов, обнаженные кисти, высохших мумифицировавшихся, ШЕСТИ рук, унизанные дорогими перстнями сжимают клинки из «металла мертвых». Можно ли убить Бога? Именно на этот вопрос мне сейчас и предстоит ответить. Уже ничуть не стесняясь и не опасаясь барона, я отдал своим клинкам команду на трансформацию. Практически моментально шпага и дага превратились в привычные мне две спаты, прямые и узкие мечи. Мои мечи дрожат и звенят, теперь я уже не сомневаюсь, что они наделены каким-то подобием разума, диким, нерациональным, но разумом. Как такое возможно, я не заморачиваюсь, знаю и все тут. Клинки ритмично пульсируют, и ярко светясь, мигают в такт бьющейся внутри них энергии. Заключенные в мече колдовские чары проявлялись теперь так отчетливо, что даже я, человек, совершенно не искушенный в волшебстве, ясно ощущаю присутствие потусторонних сил. Но это сейчас совсем неважно. Сейчас важно только одно, поднимающаяся со своего трона Тварь, которую я должен убить. И я сделаю это, в противном случае, она убьет меня. Меня, барона и всех людей кого я знаю, к кому успел привязаться за эти годы, потому как я отчетливо вижу в багровом пламене пустых глазниц маски, тысячелетний голод и это чудовище не утолит его, пока планета полностью не обезлюдит.

Из глубины помещения раздалось громкое утробное ворчание. Звук оборвался также неожиданно, как и возник, но эхо еще несколько минут перекатывалось под сводами зала. Зал жертвоприношений трясся теперь непрерывно, с потолка сыпались камни и пыль. Рев повторился вновь. Жутковатый звук превосходил по силе раскаты самого оглушительного грома. Мы с бароном взглянули сквозь едва заметную пелену, и вдруг, прямо от трона, вспыхнула полоса серебристого света. Она стрелой протянулась от одного гигантского зала до другого, на многие сотни метров, а мне почему-то кажется, что и на многие сотни километров, разрезая темноту надвое. А потом полоска начала медленно расширяться. Свечение становилось все ярче, и вот уже оба зала ярко осветились. В следующее мгновение, чудовищная маска резко приблизилась, посреди моря серебристого света стали отчетливо различимы два громадных, отсвечивающих багрянцем, круга. Огромные черные веки разошлись еще больше в стороны, и безбрежный кроваво-красный зрачок уставился на мою Душу с величественным презрением. Я попытался отвести взгляд, но не смог. Громадные глаза Бога, начали засасывать меня в себя, поглощая мою Душу и мою Сущность. Я тонул в них, тонул и даже не замечал этого. Моё Я постепенно разрушалось, превращаясь в ничто, а я переставал быть. По моим щекам заструились бессильные слезы, яркий серебристый свет резал глаза, но ни закрыть, ни отвести их в сторону я не мог. Я смотрел в глаза Богу, и окружающий мир постепенно расплывался, покрываясь дымкой тумана. Все, что прежде меня беспокоило, злило, раздражало и выводило из себя, уплыло куда-то в бесконечность. Теперь ничто не имеет значения. Ничто не имеет абсолютно никакого значения. Надо только слушать этот беззвучный, раздающийся прямо у тебя в голове голос и делать все, что он велит. Тут так уютно, так тепло и безопасно! Никакие тревоги больше не коснутся тебя. Надо лишь во всем исполнять волю Бога, и тогда ты освободишься от мирской суеты и будешь счастлив. А для этого и требуется-то всего лишь забыть о долге и каких-то там обязанностях, забыть о родных, близких и друзьях, забыть о своих желаниях и чаяньях.

Чистый, серебряный звон заставил меня очнуться. Клинки в моих безвольно опущенных руках вибрировали и именно они издавали этот звук, заставивший меня очнуться. Волна ярости, стыда и ненависти зародилась у меня где-то в груди и выплеснулась наружу, смывая последние следы наваждения. Мое горло издало рев, немногим уступающий тому утробному звуку, что огласил эти стены чуть раньше. Как два пса, мы смотрели в глаза друг другу, я и древний, давно умерший Бог, забытой всеми Богами Вселенной расы. Смотрели и рычали друг на друга, не решаясь напасть первым.

И все же, Тзота сделал свой первый шаг. С каким-то зеркальным звоном рухнула, отделяющая его Мир от нашего, последняя преграда и Забытый Бог шагнул в этот Мир.

Дикий вой откуда-то со стороны, всего на мгновение отвлек меня, и я не успел с реагировать. Существо, мало напоминающее в этот миг человека, вылетело у меня из-за спины и атаковало Тзоту. Его движения были настолько стремительны, что я видел только лишь одно смазанное движение. Барон, с пылающими ненавистью глазами и звериным оскалом атаковал Бога. Кажется, что он забыл обо всем, что я ему говорил. Мифриловый меч в его руках порхает как бабочка, завораживая и подавляя. Результат этой самоубийственной атаки навсегда запечатлелся в моей памяти. Два резких и неуловимых росчерка мечом, дикий рев и отлетающее изломанной куклой тело моего отца. А ревущий Бог лишается двух из своих шести рук. И в тот же миг десятки, нет, сотни толстых корней проломили каменный пол зал, оплели Тзоту, спеленав его как куколку. Лесная Дева не упустила представившегося ей момента и использовала его на все сто.

- Поторопись, я не смогу долго его удерживать! – прошелестело у меня в голове. И как будто в подтверждение этого несколько огромных корневищ, лопнули, подобно струнам. Оставшиеся попытались сжаться еще сильнее, но чудовищные силы бога оказались им неподвластны. Со звоном, один за другим, корни начали лопаться.

Медлить было больше нельзя. Одним движением я оказался возле Тзоты, и молясь всем Богам, чтобы мечи не застряли в переплетении корней, выбросил оба клинка вперед. Не знаю, показалось мне или нет, но в момент удара, корни разошлись, оголяя такую сладкую и нежную плоть восставшего Бога. Как горячий нож в масло клинки вонзились в тело, один туда, где должно быть сердце, а второй в район печени. Корни тут же сжались с такой силой, что из-под них брызнули кровавые струи.

Вы когда-нибудь убивали Бога? Видели, как гаснут его глаза, а плоть осыпается мелкой пылью? Нет? А мне вот довелось и скажу честно, испытать во второй раз нечто подобное, я бы очень не хотел. Пропустить через себя, через свое сознание такое количество энергии и остаться после этого в живых, уже это одно, можно считать чудом, поэтому совсем немудрено, что я отключился.

Пришел я в себя от тряски и каких-то заунывных причитаний. Огромного труда стоило сосредоточиться и вычленить из какофонии звуков, кто же и о чем там причитает.

- Сынок, очнись. Сергар, не оставляй меня, очнись. – и так без остановки. Причем слова сопровождаются энергичными встряхиваниями и болезненными оплеухами. Чтобы хоть как-то прекратить эти издевательства, я негромко застонал. А может быть именно мой стон и стал причиной этого тормашения, не знаю. Еще толком не придя в себя, я задался вопросом, а кто это меня там сыном-то называет, доселе, вроде как, таковых, кроме барона не было, а он, ну никак ничего говорить не может, ведь я прекрасно видел, как он отлетал от удара Бога. После таких ударов выжить невозможно, у него, наверное, ни одной целой косточки не осталось, а вот подиж ты, кто-то присвоил себе его право. С трудом разлепив веки, я разглядел склонившегося надо мной барона и какую-то мутную фигуру за его спиной, периодически исчезающая и появляющаяся чуть в стороне. Я даже подумал, что это какой-то глюк, но когда барон, обернувшись к этой «тени» радостно провозгласил:

- Он жив, он очнулся! – я осознал, что в подземелье мы не одни.

Размытая фигура склонилась надо мной, с ее рук слетели какие-то изумрудные капли и как из душа окатили меня. Через секунду мое зрение пришло в норму, резкая боль во всем теле сменилась слегка ноющей, и я наконец-то смог разглядеть и отца, и его спутника, точнее, спутницу – очень миловидную девушку, с роскошными и почему-то зелеными волосами и такими же глазами. Единственное, что выбивается из облика «молодой очаровашки», это несколько тяжеловатый «низ» и грубые, почти мужские руки. Да и с лицом, как оказалось, не все в порядке, слишком уж близко расположены ее глаза, губы постоянно складываются, хотя и видно, что она пытается улыбаться, в какую-то гримасу. А само лицо неестественно бледное и острое, как лезвие топора, да еще при всем при этом, постоянно меняющееся. В общем, очень неоднозначное впечатление производит эта девушка, и есть еще один вопрос, откуда она тут взялась. Барона я разглядывал с куда большим интересом, но намного меньше по времени. Заметно, что двигаться ему тяжело, он постоянно бережет свой правый бок, лицо и открытые участки тела покрыты кровавой коростой.

- Отец, ты жив? Как тебе это удалось? – не спросил, прокаркал я, ибо, горло мое сейчас больше напоминает пески Кара-Кумов, такое же сухое и шершавое.

- Как выжил, как выжил? Да я и не выжил… ну почти. Еще пара мгновений и меня можно было бы нести на погребальный костер. Спасибо твоей подружке, спасла, хотя и чую, далось ей это очень нелегко. На вот, лучше попей. – мне в губы уткнулось горлышко фляги.

Пил я жадно, взахлеб и с трудом смог оторваться от тонкого ручейка живительной влаги. Никогда я еще не пил ничего столь вкусного и освежающего. Только после того, как барон отнял флягу от моего рта, я смог проговорить.

- Отец, кто она? Я ее не знаю!

- Знаешь, знаешь! Просто ты ее не признал, она чуток изменилась, с момента нашей последней встречи. А с нашей помощью, надеюсь, скоро и совсем изменится. Это Лесная Дева, Дух Великой Пущи. Ведь Зло и Тьма оставляет свои следы не только на Пуще, но и на ее Душе. Мы помогли ей, немного почистили Великую Пущу, а значит и ее Дух. Так что, сын, у нас впереди много работы, а Дева нам поможет, в пределах своих сил, конечно. Так как помогла и в этот раз. И ты уж меня прости, но я полностью подтвердил твой с ней договор, заодно и на себя его распространил. Знаешь-ли, тяжело жить, когда не к чему стремиться, а теперь у меня есть Цель! Я даже помолодел немного… в душе. Ладно, хватит разговоров. Если можешь, то вставай, надеюсь, ты не забыл, что нас ждут в Гарде, на турнире?

С кряхтением, как столетний дед, я кое-как воздвиг себя на ноги.

- Отец, а может… ну его этот турнир? Здесь столько всего! Выносить и не переносить!

- дева обещала, что до нашего возвращения она все это сбережёт. Так что, не беспокойся, никуда твои трофеи не денутся, она мне уже рассказала, как трепетно ты к ним относишься. Кстати, на эту тему у нас еще будет разговор, очень серьёзный разговор. А теперь давай шевелись, нам еще на поверхность выбираться.

К счастью, проделывать весь обратный путь нам не пришлось. Дух Пущи, видя мое состояние, а может просто в благодарность за «ассенизаторскую работу», или считая себя нам обязанной, открыла портал прямо из зала к тому пригорку, посреди болота. А уже через час мы, нахлестывая лошадей мчались по Пуще к столице герцогства, а деревья словно убирались с нашего пути.


6 Глава.

В столицу герцогства, в Гард, мы въехали на третий день бешеной скачки. Кони под нами шатались от усталости, да и мы выглядели ничуть не лучше. Куда так гнал барон, я так и не понял, по всем моим расчетам, мы прибыли даже на пару-тройку дней раньше, чем планировали. А ведь у нас и тогда, от назначенного срока, были сутки в запасе. Если он беспокоится за Лаэрта и оставшихся с ним людей, то они только-только должны были тронуться в путь, хотя и это не факт. Старый искатель человек опытный и наверняка, пока все не проверит и не перепроверит, пока не убедится, что засада ушла, с места не сдвинется, а это еще как минимум сутки. Барон же, на все мои претензии и вопросы всю дорогу отвечал одним и тем же образом, нахлестывал коня, выжимая из него все соки. Даже на редких и кратковременных остановках мы всего лишь ослабляли подпруги, не расседлывая своих скакунов. Но в отличии от людей, лошадям нужен был полноценный отдых, поэтому пару раз мы все же останавливали, часа на четыре, но и это время, в отличии от лошадей, мы не отдыхали. После короткого перекуса барон вынимал шпагу и вставал в позицию. Мое обучение не останавливается ни на минуту. К чему так торопится подготовить меня отец, я понимаю, но не понимаю смысла этого. Те движения, стойки, выпады и прочее, что он мне показывает последнее время, в реальном бою практически бесполезны и больше похожи на «танцы с саблями», со всеми этими расшаркиваниями, поклонами и полупоклонами. Неужели барон считает, что моих навыков бойца может оказаться для элементарной дуэли «до первой крови»? Как оказалось, да, считает. Сегодня утром он все же соизволил ответить мне на вопрос, к чему все эти «трулля-ля».

- Сергар, избежать дуэлей, тебе не удастся… А убивать на них нельзя ни в коем случае, иначе тебя ждет, в лучшем случае эшафот, а в худшем, каторга. Законы Империи на этот счет очень строги. Там, в Храме Тзоты, я вдруг понял, что ты не умеешь вовремя остановиться, для тебя не существует противников, для тебя они все – враги. Рано или поздно, но это выяснят и тогда тебя просто подставят, подставят под какого-нибудь графчика или маркизика, который никогда не был в бою, зато слывет «непобедимым бойцом». Ты его убьешь, тебя попытаются арестовать, ты опять убьешь, вмешаюсь я… и тогда на нашем Роде можно будет ставить крест. Даже если мы успеем добраться до Замка, собрать всех верных людей и подготовиться к осаде и штурму… есть конечно вариант уйти в Пущу, туда никто не сунется… Но это значит лишиться всего, перестать быть человеком в глазах всей Империи. На нас будут охотиться как на диких зверей, как на очередных монстров Проклятых Земель. Допустить этого я не могу. Лесная Дева предупредила меня о подобной возможности и посоветовала наложить на тебя, на время, магические кандалы. Они не дадут тебе никого убить. Так что, за выигранное нами время, я собираюсь найти в Гарде мага, который согласится провести ритуал. Ты будешь ждать меня у Одноглазого Пита. Я запрещаю тебе покидать нашу комнату, еду тебе будут носить. Надеюсь ты меня не подведешь, сын.

И вот теперь результат. Я уже второй день безвылазно сижу в убогой комнатенке. Еду и вино мне приносит мрачный мужик, лет сорока пяти. Не говоря ни слова ставит поднос на стол и уходит, забирая предыдущий. Скука, просто убивает. Хоть бы какую-нибудь молоденькую служаночку приставили, можно было бы немного пофлиртовать, или еще чего… так нет же. Барона я последний раз видел, когда мы заносили свои вещи в «номер». Потом он махнул мне на прощанье рукой и испарился, а я сиди тут и изнывай от тоски. Кроме как есть и спать, делать нечего. Второе в меня уже не лезет, такое ощущение, что я выспался на месяц вперед. Ладно хоть кормят хорошо и в вине не ограничивают, хотя, какое там вино, у меня бабушка компот крепче варила, а это так, слегка перебродивший сок. Зато в своей голове, я сделал еще одну зарубочку - осчастливить местных самогонным аппаратом. В общем, второй день я занимаюсь всякой ерундой, строю прожекты и тупо маюсь от безделья. Даже в окно не посмотреть, потому как здесь вместо оного, лишь небольшое вентиляционное отверстие, с два кулака размером. В общем, самая настоящая камера, а не комната. Не знаю, умышлено ли барон поселил меня именно здесь, или просто не объяснил толком своему приятелю кто я такой и что тут делаю. Знаю я только одно, после многословной и довольно эмоциональной встречи, барон буркнул Одноглазому: «мне надо отлучиться, присмотри тут за ним», и кивнул в мою сторону, «не надо, чтобы его кто-то видел и разговаривал с ним». Трактирщик сразу подобрался, неодобрительно покачал головой, заострив свое внимание на моих клинках и отвел меня в эту, с позволения будет сказать комнату. А барон исчез за дверью и вот уже второй день не дает о себе знать. В конце концов я решил, что если сегодня к вечеру барон не появится, то сидеть здесь и дальше я не будут, хватит. Я ведь первый раз в городе, тем более в столице герцогства, так что совсем не странно, что мне «вдруг» захотелось прогуляться. Своего, то ли телохранителя, то ли тюремщика, я ничуть не опасаюсь, не думаю, что он встанет грудью на моем пути к свободе, хотя задержать попытается, но только для проформы и очистки совести. Ну а пара золотых, сделают его еще более сговорчивым и менее решительным.

И вот, в тот самый момент, когда я принял это судьбоносное решение, в дверь кто-то постучал.

- Войдите, тут не заперто. – дверь моей камеры приоткрылась и в ней нарисовался мой тюремщик. Без смеха глядеть на этого, в принципе, неплохого человека, просто невозможно. Он стоит в дверях и мнется, как студентка-первокурсница на первом свидании. Наконец Пит смог разродиться.

- Ваша милость, господин барон, не держите зла, я ведь не знал, я не со зла. Я же думал, что как обычно, подержать пару-тройку дней да отпустить. Господин барон, конечно, в таких делах никогда не участвовал, но мало-ли, кровник какой, или совсем уж прижало… Я же не знал, что вы сын его кровный, наследник и продолжатель Рода. Не гневайтесь, ваша милость, на коленях прошу! – ага, на коленях, что-то я коленопреклонённой позы у этого старого разбойника не наблюдаю.

- Ладно, Пит, забыли. А что изменилось-то?

- Так ведь весточку от вашего батюшки принесли! А там, а там… вот.

Беру листок бумаги, читаю: «Пит, передай моему сыну, что все хорошо. Жду вас обоих сегодня, как зайдет солнце, у Ворот Предателей. Барон де Сангре». Да, вроде все правильно, все верно, вот только что-то мне не нравится. Решаюсь проверить свои впечатления.

- Ясно. Пит, ты же давно знаешь моего отца… как тебе все это? – трактирщик мнется, но в конце концов отвечает.

- Не чисто тут что-то. Я ведь грамоте не обучен, и господин барон это прекрасно знает, сам сколько раз пытался, когда я еще стражником в вашем Замке был… да все бес толку, не дается мне сия премудрость. Раньше, если ему что надо было, он мальчишку присылал, тот мне все и пересказывал. А тут записка. Я полдня по рынку бегал, чтобы мне ее прочли. И еще… по столице ходят слухи, что барон приехал к герцогу с богатыми подарками, дескать хочет обменять свое баронство на что-нибудь поспокойнее и побогаче, он, говорят, для этого всю свою казну выгреб. И еще, недалеко от Ворот Предателей находится здание Магической Гильдии, а у них старый зуб на барона. Вот я и думаю…

- Пит, у тебя же трактир, не очень-то спросом пользуется… за последние два дня чужих много появилось?

- Есть парочка… говорят искатели, мол пришли из Пограничья. Да только не похожи они, уж я-то насмотрелся на НАСТОЯЩИХ. Вот вы, ваша милость, из этой породы и батюшка ваш. А эти двое… скользкие они какие-то, глазки бегают, почти не пьют, только вид делают, к чужим разговорам прислушиваются, драк не затевают и не участвуют, даже в кости и то, не играют.

- Они сейчас внизу?

- Да, ваша милость.

- Ты вот что, Пит, найди пару пацанов, дай им по серебряной монете и накажи, чтобы за этими двумя проследили. А сам, сделай так, чтобы они чижики услыхали, что ты мол с гостем, после заката по делам уйдешь. Понял?

- А что же тут не понять! Дело знакомое. – сразу заулыбался Одноглазый, а уж когда получил от меня горсть серебра, так и вообще расплылся от удовольствия. – Все сделаю в лучшем виде, ваша милость, не извольте сомневаться.

Ну что же, «вечер перестает быть томным», если мои предчувствия и подозрения Пита оправдаются, если кто-то посмел причинить вред барону, или попытается надавить на него, используя меня, то очень скоро Гард содрогнется в ужасе.

Часа полтора я метался по комнате как раненый зверь, строил планы как буду разбираться с обидчиками, как пройдусь со своими клинками по городу, как буду резать и убивать. Ходивший до этого по комнате в простых штанах и рубахе, я начал лихорадочно одеваться и вооружаться. И стоило мне только застегнуть куртку, кровавые картинки начали блекнуть и развеиваться. А потом, в моей голове как будто что-то щелкнуло, и я моментально успокоился. И сразу же пришла первая здравая мысль: «А ведь это не мое! Ну не мои это мысли о резне. Чужие они!». Что там говорили в Замке о моем костюмчике? Ограждает от направленной на его владельца магии? И когда это со мной началось? Когда-когда, да когда записку прочитал. Так и где она? Ага, вон на столе валяется. Так, ну как, в огонь ее, посмотрим, что будет.

Интуиция меня не подвела и на этот раз. Сначала бумажка долго не хотела загораться, минуты две я держал ее в пламени свечи, а потом, чернила покраснели, и записка вспыхнула каким-то черным пламенем, моментально осыпавшись пеплом. Ну что же, все ясно. Тот, кто прислал эту записку прекрасно все продумал, вот только он никак не мог предположить наличие у меня костюма из кожи мифического животного, о котором только из сказок и известно. Интересно, и что же этому «доброжелателю» надо? Начинают сбываться пророчества барона? И где он сам, что с ним? Замешан ли во всем этом Одноглазый Пит? В общем вопросов море, а ответы на них я могу получить только в одном месте, там, куда меня так ловко пытаются заманить.

Примерно через час вернулся Пит, с детальным отчетом о парочке предполагаемых шпиков. Мальчишки проследили обоих до входа в Гильдию Магов. Ну вот, хоть что-то начало проясняться. Похоже, что за семейством де Сангре устроили охоту местные маги. Неприятно, конечно, но вполне терпимо, по крайней мере на этот раз обойдемся без монстров и прочей сверхъестественной нечисти. С людьми всегда проще договориться, только-ли добрым словом, то ли добрым словом и парой клинков, во всяком случае, я очень на это надеюсь.

В назначенное время явился Пит, вооружённый до зубов и с парой широких плащей с капюшонами. Я уже к этому времени был полностью готов, совершенно спокоен и перестал забивать себе голову вопросами, на которые пока нет ответов. Оценив плащ, который для меня принес трактирщик, я похвалил его за предусмотрительность, под этим «одеялом» и мой совсем немаленький арсенал стал незаметен. Ну а шпага… так какой же уважающий себя дворянин выйдет из дома без этого орудия смертоубийства.

Уже через десяток шагов Одноглазый начал нервничать, а потом чуть слышно проговорил:

- Ваша милость, следят за нами. Я уже троих заметил, но это простые наемники, а где-то еще и маги должны быть, да и парочку арбалетчиков, я бы, на их месте, на всякий случай послал.

- Следят? Так это же хорошо. Значит немедленного нападения не будет. Значит им что-то от нас нужно, а вот что именно, мы и должны выяснить. И еще, мой тебе совет. Когда придем на место и если тебя отпустят, не торопись уходить. Свидетелей в таких делах не оставляют. – в ответ трактирщик только хмыкнул, мол «не учи ученого, пацан». Ну и ладно, мое дело предупредить, я ему не нянька, мужик взрослый, тертый, сам все должен понимать.

С последним лучом солнца мы были у Ворот Предателей. Там нас уже ждали. Здоровенный детина, в таком же плаще как и на нас, презрительно сплюнул и сказал:

- Двигайте за мной. Мы прошли всего пару десятков шагов, как нас сопровождающий нырнул в подворотню, а потом зашел в какую-то полуразвалившуюся лачугу. Мы с Питом последовали за ним, причем трактирщик вполне профессионально прикрывал мне спину.

Пройдя через темную прихожую, мы вышли к обвалившейся лестнице, ведущей куда-то в подвал.

- Ну что, барончик, штанишки еще сухие?

- А у тебя, убогий? – злобный скрежет зубов был мне ответом.

Запалив факел, громила начал осторожно спускаться по остаткам лестницы. Со вздохом я последовал за ним. Опять подвалы, опять подземелья и опять кокая-то гадость. Спуск оказался недолгим, пара десятков обвалившихся ступеней и мы оказались перед массивной стальной дверью.

- Идите прямо по проходу, там вас встретят. – проговорил детина и уставился на нас.

- Чего вылупился?! Я что, сам двери открывать буду?! – начал я картинно заводиться, надо же проверить степень своей свободы. Если этот «сопровождающий» сейчас меня пошлет, то все плохо, а если все же откроет дверь, значит еще не все потеряно, и я им нужен более-менее лояльный и желательно целый, и невредимый. Опять знакомый зубовный скрежет, и навалившись на дверь громила начал ее с трудом открывать, процедив сквозь зубы:

- Ничего, блааагородный, мы с тобой еще встретимся, специально попрошу Мастера, чтобы он мне тебя отдал. До твоего папаши не добрался, так с тобой позабавлюсь. Не он, так ты, мне за все ответите.

- Ха, а я ведь тебя узнал! Как там тебя…Громила Фудс? Это не тебя-ли барон, в свое время, из Замка выгнал? За воровство, вроде как. – влез Пит.

- Заткнись, Одноглазый! А то, про тебя мне никаких инструкций не давали. Пришибу ненароком.

- Ты видать что-то попутал, родимый, я ведь не беззащитная селянка, кишки выпущу, и пикнуть не успеешь, холоп. – от слов трактирщика Громила как-то весь сжался и даже вроде стал меньше ростом, но все так же продолжал бросать на нас злобные взгляды. – вы, ваша милость, на него внимания не обращайте. Трус он, и подлец, каких мало. В честном бою полный ноль, правда вот, ночью, из-под тишка, воткнуть нож в спину, тут он мастер. Ну или бабу какую подкараулить, или у своих что украсть. Падаль, одним словом, а не человек. Как видите, его даже новые хозяева, дальше прихожей никуда не пускают. Пойдемте, господин барон, мне к рассвету еще вернуться в трактир надо, селяне продукты привезут, так что, принять, проверить, рассчитаться… сами понимаете. – и уже не обращая внимания на этого Фудса шагнул вперед. Я за ним, а за нашими спинами раздался звук закрывающейся двери и мерзкий смешок Громилы .

Редкие факелы освещают длиннющий коридор, сложенный из массивных каменных блоков и уходящий куда-то вперед, с заметным уклоном. Никаких опасений этот каменный спуск у меня не вызывает, а вот мой попутчик с каждым шагом все больше и больше бледнее и шепчет какие-то молитвы, хотя и продолжает упрямо идти вперед. Руки его, мне это прекрасно видно, мелко дрожат и постоянно хватаются за эфес кавалерийского палаша. По вискам текут крупные капли пота. Пит очень нервно реагирует на каждый едва заметный шорох. Через полчаса такого спуска, я не вытерпел и объявил привал. Пришло время расспросить трактирщика, чего же он так боится.

Когда до Пита дошло, что я ему говорю, то он с радостью остановился, и вроде как, даже слегка покрылся румянцем. Фляга слабенького вина, да кусок копченого мяса, что еще надо двум несильно голодным мужчинам, чтобы поговорить по душам. Когда мясо было съедено, а фляга в третий раз перешла из рук в руки, я наконец-то задал мучающий меня вопрос.

- Пит, ты храбрый и верный человек… но ты до одури боишься этого места. Может быть ты расскажешь мне о том, где мы оказались. Если тут есть какая-то опасность, то лучше встречать ее подготовленным.

- Да, ваша милость, тут вы правы. Вот только никто не знает, что нас может тут ждать. Все дело в сказках, легендах и старинных приданиях. В Гарде уже давно ходят слухи, что когда-то очень и очень давно, на месте нашего города стоял то ли город, то ли Храм. Не знаю за что, но Боги разгневались на его жителей, или жрецов и опустили его под землю, навечно скрыв от людей. Кто жил в том городе, или кто правил службы в Храме, никто не знает, но поговаривают, что это были не люди, ну, или не совсем люди. Есть предание, что под Гардом живут демоны, и то был их город, или Храм. И я очень боюсь, ваша милость, что именно туда мы сейчас и спускаемся.

- Ага, ясно. Значит, очередная легенда о нечисти. Пит, ты забыл, что нам сказал твой знакомец – нас там ждут. А это значит, что пока бояться абсолютно нечего. Я не думаю, что тот, кто нас сюда заманил станет обустраиваться в опасном месте. Так что, скорее всего этот проход абсолютно безопасен, поэтому перестань так бурно на него реагировать. А там посмотрим, «не так страшен Черт, как его малюют». Но оружие на всякий случай приготовь.

Несколько ободренный трактирщик уже более спокойно занял место у меня позади, и мы направились дальше.

Не знаю, сколько мы так шли, счет времени я уже давно потерял. Может час, а может и десять. Ноги уже давно переставляются чисто механически, голова пустая, как колокол и только время от времени появляющаяся в руках фляга с вином не дает забыть, что ты еще жив и куда-то идешь. Я настолько привык к пологому спуску, что далеко не сразу сообразил, что мы уже некоторое время идем по ровной поверхности и только слабый блеск металла где-то впереди вернул меня в чувства. Очередная стальная дверь, покрытая барельефами, изображающими какие-то зверские морды, встала у нас на пути. Не думая, я толкнул дверь и она легко подалась, а из-за нее послышался старческий недовольный голос.

- Ну наконец-то! Вы заставляете себя ждать, барон.

- Ничего, я не напрашивался. – ответил я входя в уютненькое помещение, с десятком человек внутри. Сразу видно, что обставлялась эта небольшая комнатка совсем недавно. Пара диванов, несколько кресел и столов, большой сундук, от них не веет древностью, да и выглядят они вполне обычно, я бы даже сказал, буднично.

- Молодой, а наглый. – с сарказмом заметил кто-то из присутствующих. – ладно, и не таких обламывали. Заходи барон, мы хотим задать тебе пару вопросов.

- Да мне, в принципе, плевать на ваши вопросы и ваши хотелки. Где мой отец?

- И об этом мы тоже поговорим, когда придет время. А сейчас ты должен нам ответить…

- Я никому и ничего не должен. Спрашиваю в последний раз, где, мой, отец!

- А если мы не станем отвечать?

- Тогда я начну вас убивать. Кто-нибудь да ответит. А кто это будет… мне без разницы.

- Сразу видна порода, весь в своего папашу, наглый, самоуверенный и глупый. Замри!

- Это еще вопрос, кто тут глупый и самоуверенный. – сказал я и потянул шпагу из ножен. – Так что. Мне начинать, или здесь появится «птица Говорун, отличающаяся умом и сообразительностью»?

Ответом мне была звенящая тишина, присутствующие глядели на меня и не могли поверить… Интересно во что? В то, что я не замер, так с какого перепугу? Десяток невзрачных мужичков, большей частью престарелого возраста, никакой опасности для меня не представляют. И тут я заметил, что Пит как-то странно стоит. Он явно собрался сделать очередной шаг, но так и замер с поднятой ногой.

- А, так вы, господа, маги! Спешу вас расстроить, на меня ваши штучки не действуют, вот такой вот я урод.

- Напрасно вы так, господин барон. Да, признаю, мой коллега несколько погорячился, но кто же мог предполагать, что в каком-то зачуханном баронстве, на самом краю цивилизованных земель, может оказаться два таких артефакта, как костюм из кожи виверны. Ладно, давайте к делу. Не так давно ваш отец обратился к нам с несколько необычной просьбой, ему потребовался специфический артефакт, в просторечье именуемый «магические оковы». Барон де Сангре далеко не первый из дворян Пограничья, кто обращается к нам с такой просьбой, поэтому особых проблем с этим нет. Проблема встала в оплате. Золото и драгоценные камни нас интересуют постольку-поскольку. Истинную ценность имеют только знания и артефакты Древних Магов. Из знаний вашему отцу оказалось нечего нам предложить, зато артефактами он оказался увешан с ног до головы, но почему-то категорически отказался ими с нами делиться. Тогда мы предложили ему отработать наши услуги и объяснили в чем суть дела. Он согласился. Мы обеспечили его всем необходимым, даже немного растрясли сокровищницу Гильдии. А потом что-то пошло не так. Ваш отец ушел в катакомбы и не вернулся, хотя мы знаем, что он жив и здоров. Мы даже можем сказать где он находится, но вот уже почти сутки, как он недвижим. Стоит на одном месте и никуда не идет. В силу некоторых обстоятельств, мы не можем сами узнать в чем дело. Вот нам и пришла в голову мысль, что любящий сын не оставит своего отца, а заодно и поможет ему выполнить работу, на которую он подрядился. Надеюсь вы, барон, нас не разочаруете.

- Может быть, может быть. Но для принятия решения мне нужна вся, повторяю, вся информация. Что, кто, где и когда.

- Я расскажу то, что мы знаем. Когда-то, многие тысячи лет назад, на месте столицы герцогства стоял прекрасный дворец, не город, или Храм, как утверждают глупцы, а дворец. Летняя резиденция тогдашних правителей. В те времена, править могли только маги и могущество их было поистине невообразимо. Это в полной мере относится и к правителю этих земель. Он был маг огромной силы и знаний. Все ближние и дальние владыки и маги трепетали перед его мощью. А черпал он свои знания из еще более древнего манускрипта. Многие века этот дворец внушал всем ужас и страх, а Род Правителя имел самую зловещую репутацию. Чем и пользовался, обложив всех огромной данью. Но на любую силу, всегда найдется еще большая сила. В гордыне своей, последний Правитель бросил вызов Богам. За что и был наказан. И он сам, и все его родственники, все слуги и стражники, в одно мгновение были погребены под землей вместе с дворцом. В древних свитках это описывается так: «Огромный купол звездного пламени накрыл дворец и всех его обитателей. Земля, камни и песок плавились и текли подобно рекам. За десять ударов сердца дворец погрузился в огромную яму, на глубину в тысячу локтей. А потом стены ямы рухнули, навеки скрыв Обитель Зла и Скорби от взора людского». На этом можно было бы этот вопрос и закрыть, если бы не так давно, в библиотеке Гильдии, случайно, не нашелся еще один свиток. В нем описывается продолжение этой истории. Оказывается, обитатели дворца не погибли, они остались живы и даже построили выход на поверхность и еще долго, очень долго ходили через него. Но жизнь под землей стала их судьбой, Боги позаботились об этом. Постепенно солнечный свет стал для обитателей дворца невыносим, он убивал их, и они навсегда ушли под землю, при этом перестав быть людьми, превратившись в неведомых монстров. Как вы понимаете, барон, нам удалось отыскать этот древний туннель, и вы по нему совсем недавно прошли. К сожалению древний летописец… или не знал, или не посчитал это существенным, но ни один маг не может проникнуть во дворец. За несколько секунд все маги или погибают, или превращаются в монстров и исчезают в катакомбах. Мы слишком поздно выяснили эту особенность и потеряли нескольких наших коллег. Оказывается, очень тяжело найти человека, без малейших признаков магических сил. В той или иной степени, ими обладают все. Но даже если в человеке едва теплится искорка магии, он обречен, хотя мы таких людей и считаем напрочь лишенными Силы. Именно поэтому встреча с бароном де Сангре, а теперь и с вами, его сыном, стала для нас очень приятной неожиданностью.

- Я так понимаю, что вы отправили моего отца за этим самым манускриптом?

- Да.

- Он ушел и не вернулся. И теперь вы хотите, чтобы туда же ушел и я? Помог отцу, а заодно и принес вам то, зачем ушел он?

- Да.

- А зачем это надо мне? Только не говорите мне о спасении жизни отца. Почему вы считаете, что я стану таскать для вас «каштаны из огня»? с отцом все ясно, он считает, что заботится обо мне и таким образом защищает и оберегает, хотя я и не вижу в этом никакой необходимости и считаю, что вполне могу контролировать свое поведение и свои поступки. Поэтому еще раз спрашиваю, зачем это надо мне? Зачем мне надо приносить вам этот манускрипт? – растерянные взгляды были мне ответом. Первым сориентировался все тот же старик.

- Что вы хотите, барон, за свою услугу?

- это зависит от того, что вы можете мне предложить. По большому счету, у меня все есть, по крайней мере то, что мне нужно. В деньгах я тоже не нуждаюсь, а если возникнет такая потребность, то всегда можно наведаться в Проклятые Земли и неплохо заработать. Так что вы можете мне предложить?

- Свободный доступ в библиотеку Гильдии и все, что вы найдете во дворце, кроме манускрипта, ваше. Даже то, что принадлежит Гильдии.

- Хорошо, принимается. Но добавьте к этому, магическую клятву не причинения зла Роду де Сангре. Скажем так, в любой ситуации, мы и вы находимся в состоянии нейтралитета.

- Мы не можем принять такое решение за всех магов Империи, но за магов герцогства, я ручаюсь. – на недоуменные взгляды своих товарищей, старик не обратил никакого внимания.

В принципе, мне эти клятвы до лампочки, но надо ведь хоть что-то с них стрясти, а за бароном я в любом случае пойду. Даже если эти, встанут стеной и попытаются меня не пустить. Вот только есть одна проблема, сумку свою я не взял, как трофеи-то выносить буду. Что я моментально и озвучил. Маги уже поняли, что мы договорились и в их глазах, я полный лох, а они отделались малой кровью, так что, нечто подобное моей сумке оказалось у меня уже через секунду. А старик торжественно мне вручил небольшую золотую пластинку, на которой явственно проступают какие-то линии, большая часть которых, идет в никуда. На мой недоуменный взгляд, маг пояснил.

- У вашего отца, барон, есть небольшой артефакт, который магическим образом связан с этой пластиной. Здесь вы сейчас видите весь путь, пройденный бароном де Сангре. А вот эта небольшая звездочка, обозначает его место пребывания. Вот вам такой же артефакт, не беспокойтесь, следящие артефакты дешевы. Видите, на пластине появилась еще одна звездочка? Это вы. – ну ни фига себе, до чего магическая наука дошла, магический GPS – навигатор! Хорошая штука, надо будет ее себе «заиграть» и выяснить как она работает. А заодно тщательно проверяться в будущем, чтобы и ко мне кто-нибудь ничего подобного не прицепил.

Когда все наставления были даны, все необходимое передано, маги наконец-то вспомнили и о Пите. Но я сразу отмел вариант брать его с собой, о чем и сообщил присутствующим. Пусть здесь нас с бароном дожидается. Маги всецело одобрили мое решение и пообещали, что как только я уйду, он «отомрет». Тот что помоложе, откинул в сторону гобелен и моему взору предстала еще одна дверь, теперь уже ведущая, как я понял, во дворец. Старик сделал какой-то пас руками и дверь медленно открылась и сразу же по глазам ударил яркий свет, но не дневной, не солнечный, а какой-то неправильный, как будто сразу за дверью бушует закат. Маги отпрянули от дверного проема подальше, а я переступил низкий порожек. Дверь сразу же закрылась, а я смог осмотреться.

Маги немного ошиблись. Я оказался не во дворце, а в лесу, хотя, скорее парке. Мертвом парке, окаменевшем. Вокруг меня возвышаются деревья и кусты, абсолютно целые, каждая веточка, каждый листочек, лепесточек и цветок. Вот только все это серое, окаменевшее. Для интереса я попытался сорвать листик, у меня в руке оказалось самое настоящее произведение искусства, каменный лист, почти прозрачный, с четко видимыми прожилками. А на соседнем листе сидит каменный муравей и кажется, что он вот-вот пошевелит своими стяжками и поползет по своим муравьиным делам. За стеной каменных изваяний просматривается и дворец. К нему-то я и направился.

Если бы я не знал, где именно нахожусь, и что все вокруг абсолютно реально, то подумал бы, что это мираж. Это были стены, окружающие дворец. Вот только их размер… высота их составляла метров пятнадцать — двадцать, по крайней мере, так показалось мне издали, а в каждую из сторон стены тянулись примерно на четверть километра. Башни тут тоже были, они поднимались высокими белыми колоннами от стен, точно иглы, вонзались в самое небо. Вообще дворец, поражает своим величием. Даже дворцовый парк стал меняться. По обе стороны высятся окаменевшие пальмы, виднеются останки какой-то другой растительности, также превращённой в камень. «Должно быть, некогда это был весьма впечатляющий подъезд к главным воротам, хотя он и сейчас смотрится не менее величественно», — подумал я.

Я подошел к воротам. Они оказались не менее десяти метров в высоту и заперты не были, хотя открыть их было непросто: масло в петлях давно окаменело. Однако мне все же не пришлось их открывать, одна из створок оказалась приоткрыта на несколько десятков сантиметров, вполне можно пройти. Ворота украшает искусный рисунок из кованого металла, который, судя по всему, кроме изображения растений содержит и какие-то знаки, надписи, что они означают и как переводятся я не знаю. Но чем-то недобрым от них веет, какой-то опасностью.

Я пошагал дальше, и сразу попал в тоннель, достаточно большой, чтобы по нему мог проехать грузовик. В конце тоннеля оказались еще одни железные ворота. Эти в нижней части заканчиваются грозными остриями, каждый с полметра длинной и все еще поблескивающими полированным металлом. Каждый мой шаг отдается звучным эхом.

Вскоре я вышел из тоннеля и оказался в огромном внутреннем дворе перед самим дворцом. Несколько акров земли, покрытой все тем же окаменевшим парком, только деревья здесь другие, кроны их зонтикообразные и похожи на сосны-бонсай. Впереди ряд широких ступеней, а за ними возвышается огромный дворец из бледно-желтого камня в несколько этажей, увенчанный наверху куполом. Купола такой формы обычно ассоциировались у меня с мечетью, это не шпили католических соборов и не маковки православных церквей, это почти идеальная полусфера. Я довольно быстро сориентировался и определил, что передо мной центральное здание дворцового комплекса. Были в этом комплексе и другие здания, дома для слуг и прочее, хозяйственные постройки, все они прячутся в тени этого здания с куполом. Глянув на пластину, переданную мне магом, я лишний раз убедился, что мне именно сюда.

Пройдя через роскошную колоннаду, я взлетел по ступенькам и на миг остановился перед массивными деревянными дверьми. Задержал дыхание, толкнул створки дверей, открывшихся неожиданно легко и совершенно бесшумно, шагнул внутрь.

Это помещение было круглым, в виде атриума. Лесенки и перила, когда-то выточенные из дерева, сейчас представляют собой удивительную по красоте каменную резьбу и тянулись вдоль стен. Здесь находятся десятки дверей, которые поднимаются по спирали, несколько раз опоясывая все помещение. В центре потолка находилось большое окно из цветного стекла. Просачивающийся сквозь него свет переливающегося купола, отбрасывает бледно-пурпурные отблески на все, что находится внизу.

Магический навигатор стабильно указывает направление, барон пересек это помещение по прямой и зашел в точно такие же двери что и на входе. Ну, значит и мне туда. Оказалось, что этот путь ведёт насквозь, через весь первый этаж дворца, я вновь оказался под «открытым», вечно пылающим небом. Пройдя под очередной колоннадой, тени которой образовывают на полу подобие зигзагообразного узора, я расправил внезапно пропотевший ворот рубашки, чтобы не прилегал так тесно к шее, и в этот момент мне показалось, что сзади ощущается чье-то дыхание, а потом послышался низкий хрипловатый звук. Я резко развернулся, сжимая в руках клинки, готовый нападать и защищаться, но не увидел позади ничего, кроме ровного строя колонн, озаренных золотисто-розовыми отблесками горящего купола. Рубашка под кольчугой и курткой моментально пропиталась от высыхающего пота. Я чувствую на себе чей-то взгляд. За мной следят. Взгляд абсолютно холодный, безэмоциональный, так, наверное, могла бы смотреть ожившая статуя или разумная гора. Так человек смотрит на проползающего муравья.

В этот момент на периферии зрения метнулась какая-то тень, огромное черное пятно вынырнуло из-за колонны и исчезло за другой, уже чуть ближе ко мне. Пятясь, я постепенно продвигаюсь к небольшому зданию, что виднеется за рядами окаменевших деревьев, чем-то похожих на эвкалипты, под окаменевшим плющом с такими же цветками прячется приземистое строение. Оно походит на большой мавзолей, сложенный из того же желтоватого камня, что и сам дворец. Тропка, протоптанная отцом, упрямо ведет меня прямо к нему.

Узкая, по сравнению с дверями дворца, дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной. Я в изнеможении облокотился на нее спиной и облегченно выдохнул. Нет, я не боюсь, просто чертовски действует на нервы этот безразличный взгляд и неясная тень, преследовавшая меня от колонны к колонне. Здание, в котором я оказался, совершенно пустое, только в самом центре расположена широкая, я бы сказал, парадная, лестница, если бы она, плавно загибаясь, не вела куда-то вниз. Опять лезть под землю! Я как-то уже привык к сумраку вечного заката и мне очень не охота спускаться, но звездочка на пластине упорно показывает, что мне именно туда, вниз по этой лестнице.

Спустившись вниз на пару десятков метров и пройдя через очередные массивные двери, я просто остолбенел, от навалившихся на меня эмоций. А я ведь считал, что, то здание, на верху и есть дворец. Глупец! Вот они настоящие хоромы! Вот он подлинный дворец всемогущих Магов-Императоров. Что Версаль, что Лувр, Букингемский дворец или Московский Кремль по сравнению с этим чудом! Грязные лачуги! Белоснежный мрамор, позолота, серебро и изумруды, величественные колонны и изящные портики, многолетняя работа лучших резчиков по камню, ювелиров и строителей, талантливейших скульпторов и каменотесов подавляют и в то же время возносят на небывалую высоту красотой законченных линий, изяществом и совершенством. Все такое воздушное, полупрозрачное и в то же время несокрушимое и нетленное, что просто дух захватывает. Только одно портит все впечатление, абсолютная, полная тишина. Или это я просто оглох от восхищения. Теперь понятен становится такой непредсказуемый маршрут барона. Я как и он не смог удержаться, чтобы не заглянуть в каждые двери, в каждый альков, комнату, в каждое доступное помещение. Передо мной открывались то величественные залы, то королевские спальни, то Зимний Сад из окаменевших деревьев и чудесных цветов, то скромные будуары, то огромные библиотеки, то уютные кабинеты, анфилада комнат и залов кажется бесконечной и настолько же разнообразной. Сколько я так ходил, час, два, три, а может сутки… не знаю, но постепенно я приблизился к той комнате, которая была отмечена на пластине, как местонахождение барона. Я уже примерно представлял, что увижу, замершего в восхищении человека, потерявшего счет не только минутам и часам, но годам.

Дверь подалась легко и в тот же миг все очарование куда-то улетучилось. Тяжелый смрадный запах давно не мытого тела, сырости, разложения и каких-то выделений просто сносит с ног. Нет, стоять очарованным в такой вони просто невозможно. Моментально в моих руках появились два меча. Я тенью скользнул в дверь и притаился сразу на входе. В этом помещении, как и во всем подземном дворце светло, светятся кажется сами стены и потолки, но свет этот какой-то бледный, даже можно сказать, мертвенный, холодный. Внимательно осматриваюсь, пытаясь разглядеть фигуру барона, но его тут нет. Неужели он просто обронил часть артефакта и теперь безуспешно пытается найти выход из этого подземного великолепия?

Совершенно случайно мой взгляд поднялся к потолку… и я обомлел. На высоте десятка метров, плотно облепленный какой-то гадостью, распростершись лежал барон. Рядом с ним еще около десятка подобных ловушек, из одних уже торчат кости и не всегда человеческие, из других полуразложившиеся, обглоданные конечности. Похоже, что я забрел в «кладовочку» какого-то очередного монстра, а может быть и не одного, если верить словам мага. Обойдя все помещение по периметру, я искал что-нибудь, что позволит мне подняться к барону и освободить его. Но ничего так и не нашел, пустое помещение, если не считать кусков окаменевшего дерева и полуистлевших кусков ткани, когда-то возможно, бывших великолепными коврами и гобеленами. Ничего не найдя, я решил поискать в других комнатах. Открыв дверь, я тут же был отброшен назад тяжелой волной вони, вдруг окутавшей неведомую тварь, как облако чернил окутывает осьминога. За вонью последовал вполне физический удар в грудь, который я лишь с огромным трудом смог перевести в скользящий, но и этого мне хватило, чтобы отлететь на несколько метров.

Поднявшись на ноги, я смог разглядеть атаковавшего меня монстра. Существо было горбатым, пальцы соединялись перепонками, от локтя до бедра шла тонкая кожаная пленка, напоминавшая крыло летучей мыши. На спине у твари набухали и пульсировали две большие красные шишки размером с кулак взрослого мужчины. Существо издало звук, напомнивший полустон-полувсхлип, шишки на спине запульсировали. Хрустнули кости в конечностях, а сами конечности изогнулись и стали еще меньше похожи на человеческие. Тварь выплюнула молочно-белую жидкость, и она повисла нитями по краям кошмарного подобия рта, мраморный пол, куда она попала зашипел, как будто на него плеснули сильнейшей кислотой. С громким треском спина разошлась на две части, из образовавшейся щели брызнула кровь, и показались какие-то угловатые жерди. Тварь резко присела, изогнулась и превратилась в нечто паукообразное. Внезапно тварь повернула голову и уставилась на меня своими незрячими глазами. Лицевые мышцы напряглись, и зияющая щель на месте рта растянулась, в жалком подобии ухмылки, и из нее наружу вылезли щелкающие жвала.

Я медленно начал обходить тварь по кругу, когда она неожиданно прыгнула. Тварь прыгнула, и я юркнул в сторону. Чудовище с громким треском врезалось в стену. Удар оказался таким сильным, что в мраморе образовалась вмятина. Я остановился, после первого нападения монстра, болела, казалось, каждая косточка, но я все же успел переместиться на другую сторону комнаты.

Тварь была вдвое крупнее обычного человека. Передвигалась она, попеременно поднимая шипастые хитиновые передние и задние конечности, с невероятной скоростью. Вот она развернулась, сориентировалась и снова бросилась в атаку. Пол заходил ходуном.

Я выжидал до последнего мгновения, а потом опять отскочил в сторону, но теперь все же успел ударить обоими клинками по спине чудовища. Как бы в отместку кошмарный шип саданул меня по левой руке. Меч со звоном покатился по мрамору пола. Раздосадованное чудовище заревело от ярости и закрутилось на месте, пытаясь отыскать меня, а я превозмогая боль в руке и груди пытался не попасться ему на глаза. Когда твари все же это удалось, я уже стоял у противоположной стены, как можно дальше от нее.

Тварь снова напала, однако в этот раз, я, вместо того чтобы отпрыгнуть в сторону, нырнул под передние лапы и в одно мгновение оказался под мягким брюхом монстра. Клинок в правой руке что было сил полоснул тварь. И на удивление легко распорол ей брюхо. Меня обдало волной непонятной слизи и чем-то шевелящимся и кажется даже повизгивающим. В следующую секунду я уже выбрался из-под твари и, спотыкаясь, кинулся к дальней стенке. Но далеко я уйти не успел. Тварь ухватила меня за ногу, легко, как куклу, подняла в воздух и бросила. К счастью, до стены, я не долетел, иначе, после такого удара, я даже не сумел бы и шевельнуться. И все равно, я едва мог дышать – таким сильным оказался удар. Но это было еще не самое худшее, похоже, что своим клинком я вызвал «преждевременные роды». С десяток мелких подобий твари громко пища, атаковали меня, норовя оторвать от меня кусок плоти. Я предполагал, что чудовище снова атакует, но ошибся. Оно приближалось неторопливо и с любопытством разглядывало меня. За ним тянулся длинный шлейф крови, слизи и каких-то внутренностей. Я же, в свою очередь, с нарастающим ужасом ожидал новой атаки, пока, не обращая внимания на ее «выкидышей», с этой мелочью можно будет разобраться и потом и остается уповать только на то, что такая тварь здесь только одна.

Тварь опять нависла надо мной и замахнулась своей чудовищной лапой. Жестоко ударить у нее не получилось, внезапно передние ноги твари подкосились, и приготовленная для удара лапа-клешня врубилась в пол, раздробив мрамор. Мелкие твари как будто только этого и ждали. Они толпой набросили на тело монстра, пожирая его прямо на глазах. И все бы ничего, если бы при этом они стремительно не росли. Еще минуту назад они были не больше кошки, а уже размеров с мелкую собаку и не собираются на этом останавливаться. Еще совсем недавно мягкие и безопасные, они быстро обзавелись броней на спине и боках, все больше и больше превращаясь в, пока еще уменьшенные, копии своей родительницы. Медлить и дальше уже было нельзя, еще пара минут и я останусь один на один со стаей мерзких тварей. Я атаковал их пока еще было время. На бегу подхватив второй меч я с силой опустил его на первый подвернувшийся хребет. С громким треском хитиновая броня лопнула, а меч рассек тварь на две неравные половины. Та же участь постигла и второго монстра.

К счастью, ни одна из тварей никак не отреагировала на смерть своих товарок, только ближайшая к ним, бросив грызть панцирь старшей твари, набросилась на останки, стремясь как можно быстрее нажраться. Я воспользовался моментом на все сто. Мои руки с зажатыми в них клинками двигались со скоростью пропеллера, кровь, ошметки тел летели во все стороны, я превратился в мясника на бойне, и то, я едва успел. Последнюю тварь я уже рубил держа меч двумя руками и только с третьего или четвертого удара смог прорубить ее панцирь. Зарубил, и рухнул где стоял, прямо в эту мешанину крови, слизи, костей и внутренностей. Рухнул и кажется лишился чувств.

Придя в себя, я первым делом осмотрел клинки, напрасно выискивая на них щербатость и зазубрены. В этот раз клинки молчали и мне даже показалось, что как-то виновато. Потом я еще долго ходил по залам и комнатам, уже совершенно не обращая внимания на все красоты, настолько я оказался измотан и устал. Я искал лестницу, или что-то подходящее, что позволило бы мне добраться до барона. В итоге я занялся детской игрой под названием «построй лестницу». Для этого я притащил в комнату несколько столов и стульев, построил из них пирамиду и наконец добрался до тела барона. Осталось его только освободить и как-то спустить вниз, при этом не уронив. Ног тут мне уже помогла та гадость, которой барон был опутан. Широкие полосы, не понять чего, оказались очень прочными и гибкими. Кое как срезав несколько из них в тех местах где они крепились к потолку, на оставшихся я смог опустить тело практически до самого пола, где и перерезал остальные. Беглый осмотр завершился вполне обнадеживающе, по всему выходит, что барон просто спит, правда не понятно, когда он проснется, но это уже дело десятое. Я вытащил тело в соседнюю комнату, уложил его на низкую тахту, а сам отправился собирать трофеи. Уходить из этого дворца с пустыми руками я не собираюсь. Все это время мне не давали покоя слова старого мага, что некоторые из его коллег превратились в монстров, но за все то время, что я бродил по комнатам, я так никого и не встретил. Вероятно, не такими уж они оказались страшными монстрами, раз пошли на обед к тому чудовищу, что я смог убить.

Сумка, подаренная мне магом, даже если он об это и не подозревает, наполнилась быстро. Когда есть что брать, то процесс этот происходит практически моментально. В который уже раз я пожалел, что у меня нет никаких магических способностей. Если верить старым и опытным искателям, то магия видна, даже для тем, кто ей не обучен. Мне же остается только собирать драгметаллы и камни, хотя я прекрасно знаю, что некоторые артефакты, которые здесь наверняка есть, идут по десятикратному весу, относительно того же «презренного металла».

К моменту моего возвращения в комнату, где я оставил барона, его сон перешел в иную стадию, по крайней мере, положение тела он изменил, раскинувшись на тахте. Значит можно попробовать его разбудить. Чем я занялся. Испытанный трюк с ушами не подкачал и здесь, уже через минуту барон завошкался, лениво от меня отмахиваясь, а еще через одну раскрыл глаза.

Думаю, нет никакого смысла описывать нашу встречу. Слез не было, а вот соплей и слюней, предостаточно. В результате короткого обмена информацией, мы уже вдвоем занялись мародеркой, тем более, что и барон смог вытребовать у магов сумку, аналогичную моей, и уже успел заполнить ее почти на половину. То-то я смотрю, что кое-где драгоценные камни выковыряны. Да и до манускрипта он добраться уже успел. И нам не придется еще и его искать, ведь в отличии от меня, барону маги дали кое-какие наводки, что, где и как именно искать. Правда есть одна маленькая такая проблема. Барон нашел не один манускрипт, а три огромных фолианта и еще какой-то свиток. И теперь нам предстоит решить, что из этого отдавать магам, барон хотел было предложить им на выбор, но я сразу забраковал эту идею, вполне резонно полагая, что маги постараются наложить свои руки на все находки, а не ограничатся только чем-то одним. В итоге, пришли к соглашению, что отдавать будем только свиток, он больше всего подходит под определение «манускрипт», а книги, оставляем себе. К сожалению, ни то, что написано в книгах, ни то, что написано на свитке, мы разобрать не можем. Во-первых, язык нам совершенно не знакомый, а во-вторых, есть у меня подозрения, что и то и другое зашифровано. В общем, кому надо, тот пусть и разбирается. Мы свое дело сделали и на этом «умываем руки».

Обратный путь дался, что мне, что барону, намного тяжелее чем дорога во дворец. И то, что теперь нам пришлось не спускаться, а подниматься, играет в этом самую незначительную роль. Признаюсь, все дело в нашей, ладно, пусть будет, в моей жадности. Вокруг нас столько диковинок, столько всего ценного, раритетного и артефактного, что просто так пройти мимо очередной безделушки, или какого-нибудь меча, я не могу. Поэтому каждый раз, когда мне что-то попадалось на глаза, начинался разбор собранного ранее. Со спорами, увещеваниями и уговорами. В конце концов барон не выдержал и просто на просто запретил мне отклоняться с маршрута, уповая на то, что этот путь мы уже проделали, оба, а значит ничего особо ценного тут не осталось. Всего один раз я нарушил это его распоряжение, забежав в один из будуаров, ссылаясь на то, что мне показалось, будто бы туда только что что-то, или кто-то заскочил. Мою неуклюжую лож барон раскусил, когда я появился из дверей, таща в руках великолепный сундучок, инкрустированный драгоценными камнями и оббитый по углам золотом. Сундучок оказался совсем небольшим, правда довольно тяжелым, поэтому барон, как мне кажется со злорадством, разрешил его забрать. Уже через десять минут я об этом пожалел, но отступать мне некуда, поэтому продолжал тащить эту тяжесть в руках, сумки уже давно полные. Зато и я отыгрался на отце, и довольно скоро, он не смог пройти мимо изящного меча, почти полутораметровой длинны, но узкого и легкого, богатый эфес, и зеленоватый клинок, по которому струится «морозный» узор. Когда он взял его в руки и выполнил несколько выпадов, после чего посмотрел на меня обиженным и каким-то просящим взглядом, мы не утерпели оба и громко расхохотались. После этой находки мы уже никуда не сворачивая, целеустремленно понеслись к выходу из дворцового комплекса, где нас дожидаются маги.

Я не стану рассказывать сказки, о том, как тепло и ласково нас встретили маги. По той простой причине, что, по большому счету, мы с бароном их мало интересуем, для них главное, смогли-ли мы принести им их манускрипт. Обмен свитка на пару тоненьких золотых браслетов состоялся очень быстро и как-то буднично. Магам уже было не до нас, они с головой погрузились в изучение бумажки. Поэтому для меня стали сюрпризом слова старого мага:

- А вам, молодой человек, я бы больше не советовал лезть в подобные места. Это может закончиться для вас очень и очень неприятно. – интересно, что маг хотел этим сказать.


7 Глава.

Ночные казни, происходившие за стенами дворца герцога, вовсе не были тайными. Самое большее, что можно сказать, – это то, что на них не допускалась широкая публика. За исключением нескольких несчастных, чьи имена ведомы только приближенным герцога, да ему самому, сложивших голову без суда и по секретному приказу самого герцога да с ведома Императора, все остальные преступники ложились на плаху по приговору суда и с соблюдением всех необходимых формальностей, Мэрия и Магистр сурово за этим следили, а сориться со всемогущей Гильдией Магов, не станет никто, даже герцог. Внутренний двор Басры, так называется дворец, был таким же признанным и законным местом казни, как и Лобное Место. Однако, привилегией приводить приговор в исполнение во дворце, обладает только Гильдия Магов, каждый раз назначая для этого нового исполнителя .

Высокие стены дворца Басра, стали объектом ненависти толпы – ненависти вполне, надо заметить, оправданной, но чернь ставит им в вину, прежде всего то, что стены ее мешают вдоволь полюбоваться зрелищем насильственной смерти, которое тем интереснее, что казнят там обычно людей благородного сословия. Сегодня вечером высоким стенам Басры предстояло укрыть от людских глаз агонию убийцы младшего сына графа де Полей, осужденного Багряной палатой. Но не все было потеряно, прошел слух, что «висельник» хочет покаяться, а публичное покаяние у могилы жертвы и отсеченная рука убийцы, тоже кое-чего стоят и, по крайней мере, это можно было увидеть. Чернь столицы, хоть и жаждала кровавых зрелищ, но в то же время и жалела молодого барона из Пограничья, который, как рассказывают очевидцы, зарезал графа, всем известного забияку и бретера, как каплуна, тот даже пикнуть не успел, да и ходят слухи, что убил он его не просто так, а из-за женщины.

Тягучий звук похоронных труб привел в необыкновенное волнение все простонародные кварталы города. Новости в городе, да и во всем герцогстве, передаются из уст в уста, но именно поэтому все устремились к месту событий, дабы судить о них по собственному разумению. В одно мгновение толпа запрудила все подступы ко дворцу. Когда зловещий кортеж, выйдя из ворот Басры, двинулся по улице Мертвых, по обеим сторонам ее уже расположилось не меньше десяти тысяч зевак. Никто из них не знал барона Сержа де Сангре, но это никому ничуть не мешало. Обычно среди любого сборища находятся люди, могущие назвать по имени осужденного, сегодня же все пребывали в полном неведении. Однако в подобных случаях неведение нисколько не мешает толкам, напротив, оно порождает множество самых разнообразных предположений. Вместо одного неизвестного имени возникает сотня имен. Всего за несколько минут на де Сангре взвалили самые известные политические, равно как и прочие, преступления последних лет, и толпа с жаром обвиняла во всех грехах этого красавца, который шел со связанными руками в окружении четырех гвардейцев герцога с обнаженными шпагами. Рядом с ним выступал маг, с бледным лицом и пылающим взором, он нес перед собой посох, размахивая им наподобие меча. Открывали и замыкали шествие конные арбалетчики.

Зрители не рисковали забегать далеко вперед, поскольку не знали, куда именно направляется кортеж. Арбалетчики и гвардейцы хранили на сей счет многозначительное молчание. Во все времена этим славным служителям закона доставляло несказанное наслаждение мучить толпу, изнывающую в неведении. Пока не миновали рыночную площадь с ее Лобным Местом, опытные люди утверждали, что осужденного поведут к Могиле Невинного Младенца, где был установлен позорный столб. Однако рыночная площадь вскоре осталась позади. Кортеж, проследовав по улице далее, свернул на широкую улицу Маг-Улар, упирающуюся в кладбище. Передние зрители увидели тогда два факела, зажженные у ворот кладбища и это обстоятельство вызвало множество новых догадок и предположений. Но даже знатоки умолкли, когда случилось неожиданное происшествие, Магистр Гильдии Магов приказал доставить осужденного в парадную залу здания Гильдии, расположенное по соседству с оградой кладбища. Конвой скрылся во внутреннем дворе, а толпа, заняв позиции на улице, приготовилась к ожиданию, непрерывно увеличиваясь, потому как народ все подходил и подходил, постепенно заполоняя все соседние улицы.

Прошло два часа с того момента, как процессия с осужденным скрылась во внутреннем дворе Гильдии. Непроглядная темень царила на улице, поэтому можно было прекрасно видеть, через ярко освещенные окна парадной залы, что там происходит. И толпа с каким-то ненормальным интересом наблюдала за этим и глухо при этом роптала.

Внезапно толпа сначала подалась вперёд, а потом отшатнулась в ужасе, оставив перед воротами Гильдии шестерых вооруженных людей, скрывающих свои лица, под низко опущенными капюшонами дорожных плащей.

Реакция толпы была вполне понятна и оправдана. Сначала она была привлечена невероятным событием, самый обычный барон с Пограничья наседал на Магистра Гильдии Мага, а тот пятился от него и что-то пытался лепетать. Слов конечно же слышно не было, но жесты, мимика, движения, все говорит именно за это. А потом произошло и вовсе невероятное. Какой-то маг принес в парадную залу сверток. Осужденный быстро его схватил и начал одеваться. Кожаный костюм, кольчуга, дорожный плащ и как завершение всего этого в руках его сверкнули два клинка. Только теперь толпа разглядела, что помимо магов в зале был и еще кое-кто, а именно сам герцог со своими телохранителями, и еще трое незнакомых мужчин, в цветах клана Брэган де Эрт. Само по себе присутствие этих людей в одном месте уже является нонсенсом, а уж то, что приговоренный к смертной казни, судя по всему, осмеливается ставить всем этим людям условия и, они их, что вообще невероятно, приняли. Ведь не даром же «смертнику» вернули его оружие. А через несколько секунд впереди послышались стремительные шаги и на крыльцо налетел вихрь.

Да это и был настоящий вихрь!

Ожидавшие барона шестеро мужчин кинулись было к нему, но застыли через пару шагов, уперевшись в два сверкающих в ночной темноте клинка.

- Сергар! Это мы! Не время объяснять, кони уже ждут! Быстрее! Аврору похитили! Они увозят ее в имение графа. Если мы их не нагоним, то потеряем навсегда!

Народ, толпившийся на пред зданием Гильдии и на всем протяжении смертного пути, понял, что жертвоприношения не будет, герцог и Магистр помиловали осужденного. Зрители разошлись по прилегающим улицам, и только несколько кумушек все еще продолжали судачить о небывалом событии и с завистью вздыхать, вспоминая, что речь все-таки шла о женщине и представляли себя на ее месте, при этом зачаровано наблюдая, как, уже, семеро мужчин скорым шагом зашли за угол и выметнулись оттуда на лошадях, держа путь к городским воротам.


* * * *



Сегодня двери трактира Одноглазого Пита практически не закрываются. И тому есть причина. Уже весь Гард знает, что в нем обосновался барон де Сангре и ему нужны люди на службы в Пограничье. Но всякое отребье его не интересует, хотя именно из подобных личностей предпочитают иные бароны Пограничья набирать себе поисковые отряды. И обходится подобный найм гораздо дешевле, да и не жалко их, в огромном городе таких полно, убьют одного, на его место уже десяток просится. Этот же барон берет людей только по рекомендациям, да еще и опытных искателей, следопытов, охотников и воинов. Первые пару дней во всех тавернах и забегаловках Гарда только и обсуждали эту новость, посмеиваясь, а иногда и в открытую издеваясь над зазнавшимся баронишкой. Даже герцогу обходится неимоверно дорого содержать отряд в полсотни опытных людей, так откуда же такие деньги у барона с окраины Империи!

Но ехидные замечания и подколки моментально стихли, когда от Одноглазого вернулись первые нанятые счастливчики. То, что они рассказывали, заставило многих призадуматься, а так-ли они хороши, как о себе думают, а не стоит-ли сменить место службы, а не попробовать-ли свою удачу не службе у этого барона. И хотя все прекрасно понимают, что эти счастливчики не кто иные, как «засланные казачки», но золото-то вот оно, звенит в карманах давно знакомых соратников, с кем не раз и не два хаживали в Проклятые Земли, с кем охраняли купеческие караваны, или несли службу на стенах дворянских Замков. И народ потянулся в трактир к Одноглазому. Кто-то испытать удачу, а кто-то просто посмотреть на барона и его сына, который сам проверяет боевые умения всех желающих. И длилось это паломничество еще целые сутки, пока барон не объявил через Пита, что полсотни людей он уже нанял и больше ему никто не нужен. Напрасно опоздавшие, или просто тугодумы стучались в закрытые двери, напрасно совали трактирщику монеты, только за то, чтобы он впустил их в трактир. Одноглазый был непреклонен и отказывался и от серебра и даже, о чудо, от золота. Правда разгадка этой тайны нашлась очень быстро, Одноглазый и сам подрядился к барону на службу, оказывается они уже давно знакомы и сегодня истекает крайний срок, который барон дал всем принятым на службу, чтобы утрясти свои дела. Рассчитаться с долгами, попрощаться с родными и близкими, теми, кто не захочет последовать за своим отцом, братом, мужем на границу Проклятых Земель, или собрать своих домочадцев в дальнюю дорогу, коли они не захотят расставаться со своим кормильцем. Так что, еще с раннего утра двор начал заполняться телегами, возками и кибитками, а по трактиру начали бегать дети, чего его стены никогда не видели, и хозяйничать разбитные молодухи, да степенные матроны, которых еще декаду назад увидеть в этих стенах было невозможно. А общий зал начал заполняться суровыми мужиками, которые не понаслышке знают с какой стороны браться за меч, шпагу, или рукоять булавы. Компанию им составляют ловкие и гибкие охотники, мастера обращаться с луком или арбалетом, попадающие белке в глаз, или способные прочитать следы, оставленные в голубом небе стрижом. На сегодня назначена «отвальная», так что повара сбились с ног, торговцы, подсчитывают свои барыши, потирая от радости руки, ведь надо не только снабдить почти три сотни человек всем необходимым для путешествия, но еще и барон закупает все подряд, начиная от женских прялок и заканчивая стальными кольчугами, винами и посевным зерном. А уж гуртовщики, те аж сияют от радости, барон закупил огромное количество скота, которое им предстоит перегнать и если возникнет желание, поселиться на землях барона, благо, что пустых деревень и пашен у него хватает. И барон только посмеивается, когда Пит ему сообщает, что во двор прибыла очередная крестьянская семья, решившая попытать счастья у барона, тем более, что земли он обещает столько, сколько смогут обработать и налоги пять лет не собирать. Но эти уже едут за свой счет, барон гарантирует только защиту в пути и обустройство на месте. Даже скотину обещает выделить, а в его слове никто не сомневается, всякий может увидеть стада и табуны, что, частью уже выдвинулись к его землям, а частью еще пасутся на пригородных лугах. В общем намечается если и не «переселение народов», то «орда при перекочевке», это точно. А уже под вечер, все присутствующие могли наблюдать еще одну занимательную картину. К трактиру подкатило с десяток добротных возков, из тех, что десятками и сотнями снуют по городу и из них вылезли Главы Ремесленных Гильдий. Этим уважаемым людям Пит уже отказать не смог и пошел к барону, который как раз в это время открывал первый кувшин с вином, предстояла грандиозная пьянка и никто этого не скрывал. На известие о прибывших, барон только отмахнулся, а вот его сын не на шутку заинтересовался и уединился с Главами в комнате самого Пита. Уже через час Главы чуть-ли не бегом разошлись по своим возкам и возчики, нахлестывая своих лошадок, погнали их в ремесленные кварталы, а юный барон подсел к отцу и протянул ему бумажку. Барон с удивление прочитал: «Оружейники – два мастера и пять подмастерьев. Кузнецы – три мастера и шесть подмастерьев. Бронники – два подмастерья. Кожевенники – мастер и три подмастерья. Ткачи, гончары – по пять мастеров со своими подмастерьями. Ювелир – один мастер. Все с семьями и скарбом», а молодой барон, полушёпотом добавил: «К утру все будут здесь. Многие с семьями, так что, еще на сотню человек наш караван увеличится». Барон прочитал, послушал и со вздохом ответил:

- Сергар, ты уверен, что у нас на все что ты задумал хватит денег?

- Мало будет, еще добудем. Отец, ты же сам все эти слухи слышал! Все в один голос твердят, что быть скорой войне. Империя трещит по швам, каждый удельный барон мнит себя чуть-ли не Императором, а уж про всех этих герцогов, князей и королей и говорить нечего. Быть скорой резне. В таких условиях наше баронство может стать «Землей Обетованной», новым центром, уж не знаю, новой-ли Империи, или независимого королевства. Я думаю, что завтра, край послезавтра в полдень, на открытии Турнира, герцог сам всем об этом объявит. Нам надо успеть собрать самые «сливки», вывести людей, скот, припасы. Золото – навоз! Сегодня нет – завтра воз. Не стоит его экономить.

- Ладно, ты все это затеял, тебе и разбираться.

А потом понеслась гулянка. Сначала все старались соблюдать меру и больше ели, чем пили. Но постепенно отменное вино сделало свое дело. Языки и пояса начали распускаться. Послышался смех, люди расслабились и вино потекло рекой. Общий зал трактира наполнился громкой речью, криками и здравницами, наверное, именно поэтому никто и не услыхал тихого и осторожного стука в двери. Да и не прислушивался уже никто, поэтому и последовавший за тем мощный удар в двери, вырвавший с корнем массивный запор, раздался как гром с ясного неба. Взоры всех присутствующих непроизвольно скрестились на четверых воинах, зашедших в зал. В трактире моментально повисла напряженно-изумленная тишина, прерываемая только завистливыми вздохами и тихими, восхищёнными ругательствами.

Если честно, то есть от чего впасть в прострацию. На пороге трактира стоят четверо воинов, на мифриловых кольчугах которых наблюдается замысловатая игра света от многочисленных ламп и лампадок. «Позеры», -подумал я, наблюдая с каким, ничем не прикрытым превосходством разглядывают Лаэрт и четверо стражников собравшихся, при этом еще и поигрывая мифриловыми клинками так, что отблески падают прямо в глаза присутствующим. В отличии от всех остальных, мы с бароном уже не один раз видели эту картину, поэтому на раздавшийся со двора сдавленный женский вскрик, отреагировали практически синхронно. И дело тут не в человеколюбии, там, во дворе трактира, собрались люди, которые доварились нам, а в здешнем Мире это не просто слова, эти люди вручили нам свою безопасность, которую мы и обязаны им обеспечить. И чего мы будем стоить как сюзерены, если не в состоянии защитить своих подданных даже в центре большого города. Поэтому я почти одновременно с бароном потянул клинки из ножен и кинулся к дверям.

Эту картину я не забуду никогда. Лаэрт с вытаращенными глазами отлетает с моего пути, ничего не понимая и, наверное, думая, что оба барона сошли с ума.

Пройдет еще очень немало времени, когда воины начнут ассоциировать себя с простым народом, с чернью, как тут говорят. Вот никогда не поверю, что, идя к воротам трактира, ни Лаэрт, ни стражники, не обратили внимания на творящиеся здесь безобразия. Просто для воинов, все эти крестьяне, бабы и мужи, всего лишь досадная необходимость, а значит с ними можно поступать так, как заблагорассудится, тем более благородным, а выбиться и получить звание «рыцаря», мечтает каждый из них, иначе не взяли бы в руки оружие.

Скажу честно, не знаю, что повлияло на меня сильнее. То ли нагло шарящие в телегах крестьян с десяток упитанных молодчиков, с шутками и прибаутками лапающих крестьянок и их дочерей, то ли отрешенные глаза мужиков, дескать «Христос терпел и нам велел», хотя об этой личности тут никто ни сном, ни духом, то ли широко раскрытые глаза молодой девушки и ее беззвучный крик, к которой один из этих молодчиков уже успел залезть в разрез платья и мерзко хохоча лапал. Скорее всего, любой другой дворянин на моем месте просто сплюнул бы от досады, ну подумаешь, какой-то аристократ с товарищами немного пощупают и поваляют крестьянских девок, порода только улучшится, но я-то вырос совсем в других условиях и мне с самого раннего детства вдалбливали, что есть хорошо и что есть плохо. Поэтому мои дальнейшие действия оказались совершенно неожиданными и для барона, и для ломанувшегося за нами Лаэрта со стражниками и для Пита и уж тем более для всей остальной толпы, высыпавшей из трактира. Нет, я не стал размахивать оружием, я просто хорошенько прицелился и саданул окованным носком сапога, точно по копчику любителя полапать женщин. Тот, кто хоть раз испытывал это ощущение, поймет, что испытал мой визави. Но и я на этом не остановился. Это ведь только глупец считает, что крестьяне тупые и ничего не испытывают, испытывают и еще как, просто не могут продемонстрировать свои чувство и желания, как говорится, «по рангу не положено». А если будет прямая команда сюзерена? Ведь его приказ, это, по сути, прямая индульгенция! Поэтому, мои слова:

- Схватить, связать и каждому по пятьдесят ударов кнутом. – были выполнены практически моментально. Что такое десяток расслабленных дворян, против полусотни рассвирепевших крестьян. Правда, уже на десятом ударе, экзекуцию пришлось прервать. Семеро успели к этому времени лишиться чувств, а еще трое были на самой грани. – Раздеть, извалять в дегте, обсыпать пухом и перьями, и выгнать за ворота. – вот в этой потехе приняли участие уже все. И крестьяне, и их семьи и даже набранные отцом люди. Только барон посмотрел на меня неодобрительно, ну оно и ясно, «классовая солидарность» и «честь мундира», вот только для меня, эти дворянчики потеряли свою честь в тот самый момент, когда решили поглумиться над беззащитными. С этого момента они стали для меня ниже чем самый опустившийся нищий, чем самый горький пропойца, чем вор, грабитель, детоубийца и даже казнокрад. Не знаю, существовал-ли здесь до этого такой способ выражения «общественного порицания», но мою идею приняли «на ура», правда за неимением под рукой дегтя, обмазали насильников маслом и воском, а в остальном выполнили все «точно и в срок». Избитых, измазанных и извалянных в перьях дворян, буквально выкинули за ворота трактира, а на меня уставились пара сот обожающих глаз. Похоже, что в глазах крестьян, я сравнялся с Творцом. Ну и хрен с ним!

Если честно, то я, наивный, считал, что на этом все и закончилось. Ну надо же быть реалистом, залез ты в чужой огород, огребся там по полной, отделался «малой кровью» и избитой задницей, так сиди на ней ровно и больше не шали. Так нет, не прошло и пары часов, как эта компания заявилась снова. Уже чистенькие, вылеченные и злые до невозможности. Хорошо хоть, что у них хватило ума не срывать свою злость на крестьянах, видать поняли, что в следующий раз так легко они уже не отделаются и решили начать с первоисточника всех их неприятностей, то есть с меня.

Видит Бог, я не хотел и не собирался убивать этого хлыща, тем более, помня предостережения барона. Когда этот недоумок, после того как я отверг все его требования о компенсации, извинениях и выдаче ему какой-то крестьянки, вызвал меня на дуэль, я собирался всего лишь проучить зарвавшегося юнца, но к сожалению, я забыл об одной маленькой особенности… нахожусь-то я в магическом Мире, и для меня, выросшего на книгах Дюма, Сабатини и Мериме, стало огромной неожиданностью, что понятие «честная дуэль», здесь несколько отличается от моих представлений. Графенок оказался магом, слабеньким, хиленьким, но магом, чем и попытался воспользоваться. К его сожалению, с закономерным концом. Мой костюмчик развеял все его заклинания, направленные на меня, а заодно и воздействие «магических оков», зато я, рассвирепевший и уже ничем не сдерживаемый, проявил себя во всей красе, буквально нашинковав графского сыночка на ломтики.

Когда кровавая пелена ярости отступила, и я немного пришел в себя, до меня дошло, что я сотворил, но было уже поздно. Был, конечно, вариант с поспешным бегством, но это значило подставить под удар всех остальных, поэтому я решил понадеяться на суд и на то, что мне удастся на нем оправдаться. В конце концов, бежать никогда не поздно, а барон, я в этом уверен, скорее объявит герцогу «рокош», чем позволит меня казнить, ну а каторга не так меня и страшит, с нее всегда можно сбежать, особенно, если есть верные люди, которые в этом помогут. Да и дальнейшие события полностью подтвердили мою правоту.

В гробовой тишине все присутствующие во дворе трактира начали опускаться на колени. Скажу честно, для меня это стало шоком, но я быстро разобрался в происходящем. Крестьяне прекрасно поняли, что я сделал и почему и никак иначе выразить мне свое уважение и преданность они не могли. Забитые и бесправные, они увидели во мне сеньора, который не остановится ни перед чем, чтобы их защитить. С одной стороны, они правы, а с другой… «мы в ответе за тех, кого приручили». Так мог ли я поступить иначе? Ведь оскорбление крестьянина, это оскорбление его сюзерена, то есть меня, так что, защищая их, я в первую очередь защищал себя. Хотя об этом я никому говорить не стал.

А потом из толпы вышла та женщина, или девушка, что и стала, в принципе, первопричиной всего произошедшего. Она долго и как-то оценивающе смотрела на меня, а потом, как и все, встала на колени и неожиданно произнесла:

- Барон Серж де Сангре, я, графиня Аврора де Невер, вручаю вам свою жизнь и свою честь. – при звуках этого имени Лаэрт как-то непроизвольно дернулся, а барон заинтересованно посмотрел на девушку и молнией метнулся к ней, пытаясь поднять ее с колен.

- Миледи, одно ваше присутствие уже честь для нас!

- Нет, барон, это для меня честь, познакомиться с вами. Но я жду решения вашего сына. – несмотря на все старания барона, девушка все еще продолжала стоять на коленях, с недоумением глядя на меня, а я как последний болван пялился на нее и не знал, что мне делать. К счастью, барон быстро сообразил в чем тут дело и поспешил мне на помощь.

- Миледи, мой сын… как бы это сказать, не большой знаток церемониалов и этикета. Он прекрасный воин, но в куртуазности ничего не понимает. Признаю, это моя вина, мое упущение в его образовании, но вы должны его простить, мы, бароны Пограничья, больше полагаемся на крепость своих рук и надежность стали, чем на законы и этикет. К тому же, ваша красота, она способна лишить дара речи, не только нас, провинциалов, но и особ королевской крови. Прошу вас, графиня, встаньте! Поверьте, жизнь и честь Рода де Сангре принадлежит вам!

То ли повинуясь какому-то внутреннему порыву, то ли под воздействием этих ярко-изумрудных глаз, а может по велению чего-то, или кого-то свыше, я неожиданно, даже для самого себя, рухнул перед девушкой на правое колено и чуть слышно прошептал:

- Аврора, я ваш слуга.

- Мне не нужны слуги, барон! Мне нужны друзья. – так же, почти неслышно ответила графиня. И в этот момент я понял, что ПОПАЛ, на этот раз я попал по-настоящему, а все, что было до этого, всего лишь небольшая разминка. Я тону в этих глазах и у меня нет никакого желания этому сопротивляться. Вы верите в любовь с первого взгляда? А вот я, теперь верю. И если бы это было в моей власти, если бы я мог оживить этого графского ублюдка, то я бы оживлял его и убивал сотню, тысячу, нет, миллион раз и плевать мне на всякие там законы Империи, плевать на возможную казнь или каторгу. Все это не стоит и одного-единственного взгляда этих божественно-прекрасных глаз! Я готов убить любого, за один только косой взгляд, да что там за взгляд, я готов убить только за то, что кто-то осмеливается смотреть на нее!

А на следующий день, в полдень, за мной пришли. Не было никаких стражников, не было озлобленной толпы или еще чего. Маленький, сморщенный дедок в синей хламиде мага, просто зашел в трактир и передал мне, что не позже чем через час, я должен явиться на суд, во дворец Басра, по обвинению в убийстве дворянина, сына графа де Полей. К этому времени огромный караван уже покинул не только двор трактира, но и город, со мной остались барон, Лаэрт, Пит и трое стражников, пришедших из Замка. Аврора тоже отказалась уехать вместе с караваном, сообщив нам, что отныне ее место рядом со мной и она примет свою судьбу, какой бы она не была. Напрасно барон уговаривал ее отправиться, в Замок. Девушка оказалась непреклонной в своем решении, просто заявила, что все будет хорошо.

В отличии от девушки, я не был столь в этом уверен. Ночью, мне хватило всего десяти минут, чтобы понять, что вляпались мы по моей вине, если не в политические разборки, то как минимум стали пешкой в какой-то игре. На мой вопрос, кто такая эта графиня де Невер, что и барон и Лаэрт, готовы, буквально, выполнить любое ее желание, последовал ответ:

- Сергар, как называется наша Империя?

- Империя она и есть Империя. А, вспомнил, «Срединная».

- Ну да, Срединная Империя. А официально, «Империя Невер», Аврора де Невер, племянница правящего Императора. Вот только не понятно, что она делает в герцогстве, почему пряталась среди крестьян, почему решилась раскрыться и случайно-ли граф со своими подельниками забрел именно сюда. Про папашу этого недоноска, уже давно бродят слухи, что он балуется Черной Магией и даже ходят слухи, что он был замешан в исчезновении пары молодых дворянок, но никто ничего доказать не смог, даже специальный дознаватель из Гильдии Магов, ничего не смог установить. Хотя слухи ходят и один страшнее другого, говорят, что граф даже человеческими жертвоприношениями не брезгует. Вот и поди, разберись тут, то ли все это случайность, то ли совсем даже наоборот.

- Принести племянницу Императора в жертву! А это не слишком?

- Чем благороднее и древнее кровь жертвы, тем больше Силы получает маг, принесший жертву. Это каждый мальчишка знает. Ты думаешь, что традиция всегда и везде появляться с охраной и сопровождением у дворян появилась просто так? В Старых Книгах написано, что были времена, когда дворяне были вынуждены прятаться от Охотников по лесам, их тогда резали на Алтарях все, кому не лень. Отсюда и укрепленные Замки, и стража, это уже потом, когда Рода окрепли, а ужасы первых лет забылись, все перевернулось. И совсем немаловажную роль во всем этом сыграл Первый Император. Он прижал всех этих «темных» к ногтю, не сам правда, а с помощью жрецов и магов, но объединил всех именно он. Да, в принципе, именно с графства Невер и пошла Империя. Правда до сих пор так никто и не смог определить, где же именно располагалось это графство и было-ли оно вообще. В общем, все это предания старины глубокой и к дню сегодняшнему имеют самое отдаленное отношение. Давай лучше вернемся к нашим проблемам. Надеюсь, ты помнишь, о чем я тебе говорил? Как видишь, все так и вышло. Сергар, тебе надо бежать!

- Нет, сбежать, значит подставить всех вас. Посмотрим, что будет, но бежать я не стану. – вот так вот я оказался в тюрьме дворца Басра, а потом и перед судом. Хотя назвать это судом было сложно. Пара «замученных службой» охранников привели меня в небольшую каморку, где мне пришлось оставить свое оружие, кольчугу и те немногие деньги, что я взял с собой. Алчные взгляды моих сопровождающих, бросаемых ими на кольчугу и мой кошелек, красноречиво свидетельствовали о том, что я уже навряд ли выйду отсюда, но я почему-то был абсолютно уверен в обратном. Невзрачный клерк зачитал поступивший на меня донос, спросил все-ли верно в нем написано, осведомился, желаю-ли я обратиться к герцогу с просьбой о помиловании и принести «всенародное покаяние». Барон достаточно подробно меня проинструктировал, что и как мне говорить. Поэтому я от всего отказался и заявил, что как дворянин требую «Суда Равных». Этот «Суд Равных», довольно занятная штука, я сначала подумал, что это что-то вроде нашего «Дворянского Собрания», но мне быстро разъяснили, что это всего лишь суд, в котором решение принимается… как бы это правильно сказать, двумя ветвями власти коллегиально. Короче, судить меня должны герцог и маги совместно, да еще при этом привлечь к разбирательству третью, полностью постороннюю сторону, а это или священнослужители, или представители Магистрата, или какой-нибудь имперский клан. Причем, решение, «за» или «против», принимается банальным голосованием. Дворяне обычно этим правом не пользуются, потому как герцог еще никогда не высказывался за сохранение жизни преступника, а на милость Магистрата, аристократам вообще уповать не стоит, да и маги, в основном придерживаются тех же взглядов. И есть еще один нюанс, после решения этого суда, нельзя воспользоваться правом на «всенародное покаяние», которое заключается в том, что подозреваемый прилюдно кается на могиле убитого, после чего ему отсекают руку. Согласитесь, что лучше остаться одноруким калекой, особенно если твой Род сильный и богатый, чем прогуляться на эшафот. Хотя, стоит признать, что настоящие аристократы, очень редко прибегают к подобному. Как говорится, «не комильфо».

В общем, мое заявление вызвало определенное оживление, а судебный клерк даже улыбнулся. После чего меня отвели в убогую комнатенку и там забыли почти до самой ночи. «Вспомнили» обо мне когда на небе уже появились первые звезды и «торжественным маршем» повели к зданию Гильдии Магов. Как оказалось, именно там и будет проходить «Суд Равных».

Если честно, то оказавшись в Парадном Зале Гильдии и увидав тех, кто будет принимать решение, я неслабо так струхнул. Ладно герцог, это как говорится «зло известное» и как с ним бороться, мы знаем, тем более, учитывая его всем известную, паталогическую жадность барон уже должен был наведаться к своему «сюзерену», с подобающими подарками, ну и заодно намекнуть, что «благодарность, за некое понимание, Роде де Сангре, может быть намного больше и ценнее». А вот присутствие здесь же Магистра Гильдии и трех представителей клана Брэган де Эрт… Со вторыми все ясно, я у них числюсь врагом, что бы там мой знакомец Анри не говорил, клан смерть своих людей не прощает. А вот с магами вообще одни сплошные непонятки, они вроде как обещались не вредить нашему Роду, но суд, это ведь не вредительство, это всего лишь справедливость, ну как они ее видят. Поэтому сначала я вел себя достаточно осторожно, отвечал на вопросы взвешено и по возможности правдиво, а потом опять сорвался и высказал всем что я о них думаю, и магам и представителям клана, разве что герцога сильно задевать не стал, хотя и прошелся насчет глупых и даже вредных законов. Как не странно, но на этот мой спич, первым отреагировал именно Глава Гильдии.

- Барон, а почему вы считаете, что запрет на смертоубийство на дуэлях, является вредным и даже глупым?

- Безнаказанность! Возьмем мой случай, предположим я не стал бы убивать этого графенка, хотя я и не собирался этого делать, сам виноват, нечего было магичить, коль ничего в этом толком не соображаешь. Предположим, я бы его просто слегка подрезал, что в результате? А в результате, час времени, энная сумма в золотых переходит Гильдии и этот ублюдок опять жив и здоров, но при этом озлоблен и жаждет мести. При этом он прекрасно понимает, что в честной дуэли у него шансов нет. Значит что? Значит кровная вражда! Результат? Результат вполне предсказуемый, Род графов де Полей перестает существовать! Причем весь, я обид не прощаю. Сколько при этом еще погибнет людей, никого уже не волнует. Получается что? Получается, что на дуэли убивать нельзя, а из засады, при штурме Замка, пожалуйста. Ладно, предположим граф не стал бы мстить и мы разошлись бы «краями». Эта детская дуэль его чему-нибудь научила бы? Нет, подумаешь десяток золотых за лечение, он уже через пару часов бы продолжил свои бесчинства. Этим своим законом, Император превратил дуэль, из средства наказать наглеца, в детскую забаву и повод для войны между Родами. Сохраняя одну никчемную жизнь, закон обрекает на смерть десятки людей, куда более достойных. Ну не глупо-ли?!

Герцог во время этого моего монолога молчал, лишь изредка морщился, клановые сидели и кажется ни на что не обращали внимания, как будто им все равно, только Магистр периодически кивал, в такт моим словам и ободряюще улыбался. Ага, также, как щука, улыбается карасю. А я даже и не заметил, как в какой-то момент перешёл от защиты к облечению и даже начал повышать голос, как бы требуя ответа на свои незаданные вопросы. В конце концов мне надоело «метать бисер перед свиньями», если эта компашка так и не поняла, что именно я хотел сказать, то это уже их проблемы, и замолчал. Как говорится, «на этом прения сторон закончились», пришло время выносить приговор. Вот тут-то и прилетело, «откуда не ждали». Герцог зло бросил:

- Виновен смерти!

- Мои помощники всесторонне изучили это дело и пришли к выводу, что во время дуэли граф применил запретную магию. Поэтому мое слово – невиновен! – Магистр меня приятно удивил. Все посмотрели на представителей клана.

- Клан Брэган де Эрт, ценит и уважает честных и смелых людей. Барон Серж де Сангре один из них и кроме того, по повелению Патриарха, является «другом клана». Невиновен!

- Герцог, распорядитесь, чтобы ваши люди немедленно вернули барону его имущество! – как-то даже хмуро сказал Магистр.

Герцог весело усмехнулся, а меня прошибла мысль: «Вот ведь гады, и на хрена я тут распинался, что-то говорил, они же все решили заранее. И герцог хитрец, вроде как и законы Империи не нарушил, не пощадил, но в то же время и против чести, а может быть против своей мошны, не пошел». Через несколько минут принесли мои вещи. Не все конечно, кошелек «загадочным образом» исчез, но это уже такие мелочи, что и обращать внимание не стоит. Уже в дверях меня настиг голос герцога:

- Барон, будьте осторожны, вполне возможно, что во дворе вас ждут. – а Магистр добавил:

- Снимите браслеты, они вам могут помешать. – именно поэтому на крыльцо я вышел с клинками наголо, а когда ко мне, сквозь толпу ломанулись сразу шестеро, то встретил я их, как полагается. И хвала всем святым и не очень, что вовремя услышал голос барона:

- Сергар! Это мы! Не время объяснять, кони уже ждут! Быстрее! Аврору похитили! Они увозят ее в имение графа. Если мы их не нагоним, то потеряем навсегда!


* * * * *

Мы гнали лошадей так, что наш с бароном забег от Великой Пущи до Гарда, показался мне лёгкой прогулкой. Все прекрасно понимали, что мы опаздываем, безнадежно отстаем, похитители опережают нас почти на десять часов, но все равно нахлестывали лошадей. В паре лиг от имения графа де Полей, нас перехватили друзья Пита, два опытных следопыта, по оставленными ими следам мы и шли. Оказывается, похитители не поехали в имение, а свернули к древним развалинам, что в десятке лиг отсюда. Что уж им там надо, никто не знает, но нехорошие предчувствия сдавили мне грудь. Барон пытался меня немного приободрить, говорил, что мы почти нагнали похитителей, нас разделяют всего два-три часа, но и он, и я, да и все остальные, прекрасно понимают, что в таком деле, даже полчаса опоздания непростительная роскошь. Тем более, что в самое ближайшее время этот разрыв еще больше увеличится, наши кони уже еле стоят на ногах и еще десять лиг они не осилят, а значит нам придется добираться до места пешком, а потом, я почему-то в этом абсолютно уверен, еще и искать вход в древние катакомбы.

Все вышло как я и предполагал, разве что лошади смогли пройти на пару лиг больше, наверное, сказался недолгий отдых, что мы им дали, пока беседовали со следопытами. Так что пешком мы прошли всего ничего, лиги полторы, но и это стоило нам еще почти часа отставания. А вот с поиском входа в катакомбы мы практически не возились, хорошо утоптанная дорожка показала нам нужное направление. Проблемы начались, когда мы уже спустились под землю. Если бы я не знал, что нахожусь в средневековом Мире, который никогда не поднимался в своем развитии выше чем шестнадцатый-семнадцатый век, если сравнивать его с земной цивилизацией, то решил бы, что мы попали в какую-то канализационную систему. Об этом явно свидетельствуют все эти коридоры, сточные канавы, вертикальные колодцы и огромные отстойники, которые выглядят сейчас как залы. Но в одном нам повезло, сотни, а может быть и тысячи лет бездействия всей этой системы уже давно выветрили все запахи, и если они здесь были, удалили все нечистоты. Идеально прямые, сухие коридоры разбегаются во все стороны и где здесь искать Аврору и ее похитителей мы не имеем ни малейшего понятия. Пришлось разделиться. Барон с одним из стражников пошел по центральному проходу, Пит и Лаэрт, со своими сопровождающими по идущим параллельно центральному, ну а я, в гордом одиночестве, спустился на следующий ярус. Только не спрашивайте меня почему именно так и именно сюда, сам не знаю, может интуиция, а может и просто от безысходности. По крайней мере, в правильности выбранного пути, я имел удовольствие убедиться уже минут через двадцать, мне попался еще тлеющий огарок факела.

Я уже несколько часов блуждал по подземельям, по крайней мере мне так кажется, которые постепенно начал считать проклятыми. Все началось примерно через полчаса, как я нашел прогоревший факел. В какой-то момент я заметил, что факел в моих руках начал давать неожиданно много света, а чуть погодя я понял, что это не факел светит ярче, а сам воздух катакомб начинает постепенно светиться, одновременно затрудняя дыхание. Прошло еще минут десять, я уже с трудом разбирал дорогу, глаза слезились, в горле першило, и я ежеминутно загибался в приступах кашля. Так же неожиданно как все и началось, так же внезапно все и закончилось. Свечение факела вернулось на прежний уровень, воздух вновь стал чист, я бы даже сказал, свеж. И я двинулся дальше, но уже не убирая рук с эфесов клинков. Это-тот и спасло мне жизнь. Неожиданно факел вспыхнул невероятно ярким светом, буквально ослепив меня на несколько мгновений, а через миг на меня, прямо из стен набросились с десяток тварей, которым впору было прислуживать самому Сатане. Каждая в полтора человеческих роста, покрытые по всему телу плотно состыкованными черными пластинами, с довольно длинными конечностями, заканчивающихся острейшими когтями. На невероятно подвижных головах горели ярко зеленые глаза. Мои клинки сами выпрыгнули из ножен, навстречу этим созданиям Ада. Это нападение было кратким, но от этого ничуть не менее напряженным. Исчезли твари столь же внезапно, как и появились. Несколько секунд я просто стоял, опустив мечи, обескураженный произошедшим и уже в какой раз возносил благодарности неведомым мастерам, изготовившим мою кольчугу и отковавшим мои клинки. Что интересно, я могу поручиться чем угодно, что три-четыре твари никак не смогли избежать разящих ударов, но пол и стены коридора остались так же девственно чисты, как и перед этим нападением, никаких следов стычки. Такое ощущение, что все это мне привиделось, что все это было миражом, мороком, какой-то голограммой.

С еще большей осторожностью, а значит и с заметно меньшей скоростью я продолжил свой путь. Минут через десять я наткнулся на еще один колодец, старые, проржавевшие скобы в его стенах ведут куда-то вниз, еще глубже. Присев на корточки, я начал внимательно изучать скобы, чтобы определить, как давно по ним кто-нибудь спускался. К сожалению, недостаток света и расположение самой верхней скобы, находящейся почти на метр ниже уровня пола, не позволили мне этого сделать. И тогда я попытался достать скобу острием клинка. Стоило только голубоватому металлу пересечь какую-то незримую черту, как колодец исчез, а на его месте расположилась ветхая каменная лестница, уходящая куда-то под землю. Вот только очертания лестницы не совсем обычные, как будто смотришь на что-то через толстый слой воды. По лестнице то и дело пробегает рябь, а если приглядеться, то можно заменить какую-то серебристую пленку на камнях, от чего их контуры постоянно меняются, «плывут», хотя общие очертания и сохраняются.

Удушливый смрад затхлости и тлена, заставил меня морщиться и поспешно обмотать лицо тряпкой, предварительно смочив ее водой из фляги, едва я сошел с «призрачной» лестницы. Впереди я смог разглядеть какой-то узкий проход, в конце которого играют сполохи огня и откуда доносится тихий, заунывный, на одной ноте, то ли вой, то ли гул. Протиснувшись через проход, я смог заглянуть за угол… и сразу же отпрянул назад, хотя заметить меня никто и не мог. Я оказался на небольшом балкончике, метрах в десяти над большим залом, прекрасно освещенным стеной огня справа от меня. Прямо передо мной расположилось человек двадцать, а ближе к исполинскому костру еще трое, стоящие за спиной какого-то мрачного типа в серой хламиде, стоящего перед большой чёрной плитой, на которой лежит тело связанного молодого мужчины. Вдруг жуткий крик разорвал тишину и тут же оборвался, острый нож рассек грудь мужчины. Человек в сером вырезал еще трепещущее сердце и отложил в сторону. Ловко орудуя ножом, он стал извлекать и другие внутренности.

- Торил, долг еще ждать?! – раздался откуда-то снизу истеричный мужской голос.

- Давайте следующего. Священное Пламя надо сначала накормить. – глухим голосом ответил человек в хламиде.

- Это уже пятый! Сколько можно! Раньше ты управлялся быстрее и обходился меньшим количеством жертв.

- Вы, ваше сиятельство, нашли никчемных рабов. Их Силы не хватает даже для того, чтобы послать весть моему Господину. Давайте следующего!

На моих глазах, с той же бесстрастностью жрец зарезал и вытащил внутренности еще у троих. После чего, как бы неуверенно, осмотрел образовавшуюся гору человеческих внутренних органов. Потом щелкнул пальцами. Стоявшие позади него люди, моментально подскочили к нему и споро рассортировали результаты кровавого труда по огромным каменным чашам перед огнем, и так же быстро вернулись на свое место. Серый начал что-то говорить, но я не понимаю ни слова. Неожиданно из его рук ударили струи огня, а органы в чашах вспыхнули. Языки пламени из пяти чаш потянулись вверх и через несколько секунд соединились в одной точке, образовав что-то вроде огненной арки. Сразу после этого, все та же троица, повинуясь команде мага, начала смещать две, стоящие ближе к центру чаши, к тем, что были по краям. Вместе с чашами начали смещаться и струи огня, как бы раздвигая огненный занавес. Через несколько минут в сплошной стене огня образовалась, разделенная пополам арка.

- Быстро! Ломайте стену! – отдал команду все тот же истеричный голосок. Толпа людей кинулась к открывшейся стене. По залу разнеслись звуки ударов метала о камень, а через пару минут самый настоящий грохот, как будто рухнула кирпичная стена. Я опять выглянул, чтобы посмотреть, что там происходит.

- Теперь все изменится. – вещал тот, кого называли «вашей светлостью», - Скоро все будут ползать в пыли и лизать мои сапоги! Торил, бери эту сучку и иди за мной.

- Да, ваша светлость. Все вон отсюда!

В поле моего зрения появился высокий мужчина в дворянской одежде, который почти бегом кинулся в пролом. А все остальные, кроме жреца в сером, тащившего за волосы Аврору, кинулись в противоположную сторону, где оказывается был еще один выход. Через минуту зал опустел, и я как полоумный начал спускаться со своего балкончика вниз. Не знаю, наверное, это было чудом, что я не сорвался с десятиметровой высоты, а смог спуститься почти до половины, когда мои пальцы все же сорвались и я рухнул вниз. В последний момент мне все же удалось слегка оттолкнуться ногами от стены и приземлился я уже вполне самостоятельно, даже смог неуклюжим перекатом погасить инерцию, ничего себе при этом не сломав. Подорвавшись на ноги, я бросился к медленно затухающей арке. Огненные жгуты истаивали прямо на глазах, н я успел. С легким хлопком, прямо за моей спиной, проход закрылся, и огненная стена опалила мне затылок.

В тот же миг я почувствовал сильный удар в грудь. В глазах все еще продолжают летать сполохи, а руки сами выхватили клинки. Вслед за первым ударом последовало еще несколько, но я уже успел проморгаться и пусть неуклюже, но смог их отбить. Прямо передо мной стоял тот самый дворянин, что командовал всем этим мерзким действом. Я оказался в небольшой комнатке, в центре которой возвышается самый настоящий алтарь, на котором лежит Аврора. Мужик в хламиде уже занес над ней нож, но продолжает что-то напевать, раскачиваясь из стороны в сторону как змея, нас разделяют какие-то метров пять, но между им и мною стоит человек со шпагой из черного металла, слегка растерянный, но судя по всему не собирается меня пропускать. Следует еще один выпад, который я пропускаю мимо себя, тороплюсь ударить в ответ, но проваливаюсь. Дворянин оказывается превосходным фехтовальщиком, а я допускаю детские ошибки, раз за разом, торопясь проложить себе путь к Авроре, к алтарю. Тороплюсь добраться до жреца, который уже не напевает, а выкрикивает какую-то белиберду, не раскачивается, а извивается под немыслимыми для нормального человека углами, кажется, что у него нет ног, вместо них толстый гибкий хвост, на котором он и стоит.

От отчаяния, что не успеваю, я практически забыл о защите, из-за чего получил еще два рубящих удара по ребрам, но кольчуга выдержала, зато мне удалось сократить расстояние до противника до минимума. Не задумываясь, бью эфесом в лицо. Такого «подлог» действия мой визави явно не ожидал, поэтому отшатывается, давая мне несколько мгновений. Чем я и воспользовался. Дага вылетает из моей руки, чтобы через мгновение погрузиться в затылок жреца. Еще какое-то время он продолжает раскачиваться, даже, вроде, что-то шептать. Рука с ножом идет вниз… но это уже не сознанное действие. Мертвое тело заваливается на алтарь, а дворянин, вдруг, бросает в меня свою шпагу и в ужасе замирает. Но мне на него уже плевать, я подлетаю к алтарю, одним движением скидываю, неожиданно тяжелое тело жреца, по пути выдергивая из раны свой клинок.

Аврора без сознания, но никаких видимых повреждений на ней нет. Начинаю, зачем-то, развязывать веревки, которыми она связана, но по какому-то наитию, вдруг резко смещаюсь вправо, одновременно сдергивая с алтаря тело девушки. Там, где я стоял еще мгновение назад, как будто падает огромный молот. А вместо бездыханного трупа жреца возвышается омерзительное существо. Обезьянья головка с огромными клыками покоится на огромном теле, перевитом гипертрофированными мышцами, маленькие злобные глазки горят красными огнями из-под выступающих надбровных дуг. Существо двигается медленно, но я знаю, что еще несколько минут, а может и секунд, и оно очнется, тогда за ним не успеет и пуля. Используя алтарь как своеобразный трамплин, боясь не успеть, взлетаю в верх. Шпага в моей руке превращается в секиру на короткой ручке, и я бью по этой отвратительной голове. Существо все же успело подставить лапу, которую секира с легкостью и перерубила, но силы удара уже не хватило, чтобы снести и голову. Существо успело отпрянуть, а я рухнул ему под ноги. Как при замедленной съемке вижу, как поднимается огромная лапа, чтобы размазать меня по каменному полу. Наши взгляды встретились. Руки вдруг налились тяжестью, но я все же еще успеваю слабенько отмахнуться секирой. Чудесный металл не подвел и на этот раз, легко смахнув чудовищную лапу почти по колено. Поток какой-то темной, почти черной крови обдал меня, приводя в чувства. Не давая чудовищу прийти в себя бью еще раз, на этот раз уже по второй ноге и с ужасом вижу, как на месте отрубленной лапы уже начинает вырастать новая, пока еще вполне человеческая рука, но стремительно меняющаяся, превращающаяся в чудовищную лапу, еще более могучую, чем совсем недавно отсеченная.

На меня вдруг накатил такой ужас, что следующие несколько минут полностью вылетели у меня из головы. Мне казалось, что некто, могучий и неудержимый овладел моим телом. Эти моменты всемогущества, странно чередовались с моментами полной беспомощности. Очнулся я так же внезапно, как и отключился. Первое, что я увидел, это полные ужаса глаза Авроры. А потом я вспомнил, что тот дворянин, что пытался перекрыть мне дорогу к алтарю все еще жив. Его скорченную фигуру я разглядел в самом дальнем углу. Совершенно потухший взгляд, тонкая ниточка слюны, вытекающая из угла рта, не оставили сомнений, человек сошел с ума. Только теперь я огляделся. Комната больше напоминает бойню, где порезвились с десяток сумасшедших мясников. Десятки отрубленных конечностей, одна здоровее другой, лужи черной крови и как итог всего этого безумства обезображенная туша чудовища с расколотой головой. Отвлек меня от созерцания всего этого испуганный голос девушки:

- Барон, ваши глаза… они светятся!


8 Глава.

В отряде наемников, Сулейка был шпионом, а по совместительству и правой рукой Рамзуса, их командира, салитарца по происхождению. Большими воинскими талантами Сулейка никогда не отличался. Он предпочитал притворяться, обманывать, сыпать яды и бить в спину своим любимым стилетом. Родившись двадцать пять лет назад в пригороде столицы Кафирского Королевства, Сулейка был младшим сыном одного не очень богатого дворянина, который уже около много лет находился при смерти. Но перед тем как дойти до столь плачевного состояния, папаша умудрился настрогать десяток сыновей и пяток дочерей. Соблюсти местную традицию и прирезать всех братцев младший не смог, ввиду их количества, и отправился искать себе богатства, приключений и славы. Семейство настолько обрадовалось грядущему бескровному устранению одного из претендентов на титул, и родовые земли, что обеспечило его немалыми подорожными. За десяток лет своих странствий, Судейка умудрился побывать почти во всех странах Заката и Полудня, не раз наведаться и в Великую Пущу. Он успел побывать гребцом и бардом, выдавал себя за дипломата и купца, успел примерить на себя рабские кандалы, а в результате стал наемником в отряде салитарца.

Отряд Рамзуса занимался тем, что выполнял неординарные поручения, исходившие от лиц, откройся имена которых, весь Полдень немало бы удивился. Задания бывали двух типов: магические и незаконные. Сулейка предпочитал именно вторые. Благодаря своей внешности и кое-каким магическим способностям, он мог втереться в доверие к кому угодно. Дамы приглашали его в свою постель, благородные господа к столу, а стражники внутрь охраняемых ими помещений. Чтобы ни было его целью: секретный план крепости, подвески любовницы или чья-то жизнь, Сулейка всегда добивался успеха. Остальные члены отряда лишь оказывали ему посильную помощь. Кафирец вполне резонно полагал, что мог бы обойтись и без них, но это, по его мнению, было бы слишком скучно.

Магией в отряде занимался сам Рамзус. Будучи самоучкой, а по слухам, его просто выгнали из Академии за несносный характер и нежелание подчиняться правилам, этого уважаемого заведения. Он никогда не входил ни в одну из магических гильдий, а потому вести частную магическую практику считал делом небезопасным, да и не таким выгодным. Салитарец предпочитал воровать артефакты, устранять всякого рода магических тварей, а также магов-одиночек, но не всех, а только тех, с кого можно было неплохо поживиться. Не смотря на все это, не в пример большинству выходцев своей страны, Рамзус имел репутацию честного и порядочного человека, хотя и не рекомендовалось поворачиваться к нему спиной. Было у салитарца и трое учеников, практикующих магию школы Порядка, хотя особыми достижениями и выдающейся Силой им хвастаться не приходилось. Остальные семеро наемников отряда, были простыми рубаками, хотя по выучке, опыту и мастерству, каждый из них стоил, как минимум, двух Бессмертных Драконов из числа императорской гвардии. В общем, отряд был хоть и небольшой, но неплохо подобранный, прекрасно сработавшийся, а поэтому без заказов, а значит и без денег не сидел. Наемники только-только вернулись с очередного «дела», поэтому особой необходимости в срочном заказе у них не было. Второй день они пропивали честно заработанные деньги в трактирах и кабаках Барсалайны и еще, как минимум, пару недель, прерывать это занятия не собирались, когда в трактир завалились королевские стражники.

Теперь уже совсем неважно, что послужило причиной ссоры, а потом и драки, в результате которой один из стражников получил нож в спину. Важно, что наемник уже третьи сутки пытается оторваться от преследующей его погони. Ссоры с королевской стражей вполне обычное и привычное дело, но в этот раз за них взялись по-настоящему. Двоих мечников убили в тот самый момент, когда они пытались прорваться через городские ворота. Намагиченные арбалетные болты, буквально разорвали пополам неудачников, даже выставленные учениками Рамзуса щиты и те не помогли. Уйти пешими от конных шансов было мало, поэтому салитарец повел сократившийся отряд в сторону Великой Пущи, до которой и было-то всего пара лиг по прямой, надеясь, что уж туда-то стражники не сунутся. Стражники и не сунулись, зато вот Королевские Егеря, проводящие в пуще большую часть своей жизни и непонятно откуда взявшиеся, вцепились в наемников как псы и гнали их все эти трое суток, не давая ни минуты отдыха и постепенно убивая их одного за другим. В первый день наемники потеряли еще двоих, мага, который умудрился попасть в силки к прухту и мечника, сдуру, кинувшегося его спасать. Ни один, ни второй от ядовитых зубов хищника не ушли. На второй день свою смерть нашли сразу четверо, трое мечников и еще один молодой маг. Они остались прикрывать отход остальных, вполне обосновано надеясь, что воинское умение мечников и магические способности ученика Рамзуса дают им хорошие шансы на успех. Но, судя по тому, что Егеря задержались всего на час, а потом опять взяли след, храбрецы несколько переоценили свои силы. К сегодняшнему утру от всего отряда оставалось всего четыре человека, а после полудня, Сулейка остался в одиночестве. Остальные его соратники стали жертвами монстров Пущи. Ни мастерское владение клинком, ни магические умения не уберегли их от мрачной участи. Да и Сулейка выжил только потому, что побежал. В сумраке Пущи у них не было шансов. Он не знал, последовали ли остальные его примеру. Судя по звукам, нет. Сулейка бежал так, как не бегал никогда в жизни. Сзади доносились звуки схватки. Раздавались крики товарищей. Рядом с ним мелькали гибкие тела монстров, пару раз он почувствовал, как лапа тварей рассекает воздух рядом с ним. Внезапно стало тяжело дышать, а звуки вокруг стихли, но Сулейка не останавливался до тех пор, пока не потерял сознание, ударившись головой об одно из деревьев, вставшее у него на пути.

Очнулся он уже в сумерках, хотя в Пуще никогда не поймешь, то ли день, то ли вечер, под огромными деревьями всегда царит полумрак, разве что по крикам и вою, можно еще хоть как-то сориентироваться, по крайней мере рев ррарха, ночного хищника, одного из самых страшных обитателей этой части Пущи невозможно спутать ни с чем, а именно его рев Сулейка и услышал. Значит ррарх уже вышел на охоту и надо уносить ноги. И наемник опять побежал, побежал тупо, не разбирая дороги, только бы оказаться подальше от этого рева, от которого холодеет кровь в жилах, а ноги и руки становятся ватными и непослушными.

Парень бежал, бежал не глядя. Падал, вставал и опять бежал, а рев хищника, кажется ничуть не отдалялся, а наоборот приближался. К счастью, летние ночи коротки и удача улыбнулась ему, а может быть преследующий его вой ему только мерещился, кто знает, но до рассвета Сулейка дожил. Почти одновременно с утреней зарей он, почти обессиленный, вывалился на огромную поляну, заваленную огромными каменными блоками. Сам того не ожидая, молодой наемник исполнил мечту сотен, тысяч искателей и егерей, он нашел Древний Город, сулящий его первооткрывателю огромные богатства. И куда только подевалась усталость и мучающая жажда. Как заворожённый ходил парень среди полуразрушенных домов и дворцов, среди храмов и колоннад. Алчность давала ему силы, грезы о будущем богатстве заменили ему пищу, сон, отдых и воду.

Блуждания среди развалин привели Сулейку к абсолютно целому зданию. В центре небольшой площади возвышалось довольно странное сооружение. Большой, мрачный куб, без единого шва, как будто вытесанный из одного огромного камня. Только зияющее отверстие входа говорило о том, что это не просто еще один гигантский каменный блок, а все же строение. Наемник несколько раз обошел вокруг своей находки. Стены странного здания, кажутся неподвластными времени. Гладкие, ровные, только над входом какое-то непонятное изображение, вроде как несколько колец, вложенных друг в друга и никаких признаков дверей или окон, только зияющий провал входа, за которым, скорее угадывается, широкая каменная лестница, ведущая куда-то вниз.

Зуд кладоискательства не давал парню спокойно думать, видения полных сундуков золота и драгоценных камней застлали глаза. Вооружившись наспех сделанным факелом, Сулейка устремился вниз по лестнице. Короткий спуск привел его в огромный круглый зал, все стены которого были покрыты странными барельефами, в виде арок с изображенными в них неизвестными существами. Где-то четко видно изображение огромной змеиной головы, украшенной длинным перекрученным рогом, где-то физиономия отвратительного монстра, с нижними клыками, почти достающими до носа, где-то, мерзкого вида, почти человеческая голова, с отвисшими ушами и носом, а где-то морда чудовищной обезьяны. Сулейка ходил вдоль стены и разглядывал барельефы, пытаясь понять, что это, зачем и кто это построил. Некоторые изображения он узнавал, так он узнал «Двуликого Ярса» - Бога жизни и смерти, узнал изображение Торса – Бога мореплавателей, Аскару – Богиню врачевания и еще нескольких. Глупым Сулейка никогда не был, поэтому постепенно он начал понимать, что и все остальные барельефы изображают каких-то богов, давно забытых и мертвых. Странный пантеон пугал, но в то же время и привлекал своей необычностью и какой-то тайной. Наемник присел на невысокую каменную плиту, расположенную прямо по центру зала и со всех сторон покрытой точно такими же барельефами, что и стены зала, только верхняя ее часть была абсолютно гладкой, с небольшим углублением в центре, и задумался. Факел уже практически прогорел, но выход на лестницу просматривался четко, дневное солнце ярко освещало площадь, на которой расположилось непонятное здание, поэтому Сулейка не опасался остаться под землей навсегда.

Из состояния задумчивости его вывел смутно знакомый, скрежещущий звук, как будто кто-то медленно, с силой проводит одной зазубренной костью о другую. Парень вскочил… но было уже поздно. Огромный паук практически бесшумно опустился с потолка за его спиной. Своим резким движением Сулейка только ускорил свою смерть. Огромные жвала щелкнули, перерубая человеческую шею. Восемь мощных, покрытых отвратительными черными волосами, лап сноровисто подхватили обезглавленное тело и потащили его куда-то наверх. Поток крови из перерубленной шеи брызнул на каменную плиту, а безвольная рука шлепнула по боковой поверхности плиты, как раз в том месте, где виднелось изображение обезьяньей головы.

Кровь, натекшая на плиту, с каким-то чавкающим звуком, почти моментально, впиталась в нее, чтобы через несколько минут вновь появиться, но теперь уже плита не была гладкой, ее поверхность покрылась кровавой паутиной, а в углублении, кровь пульсировала, то набухая в виде шара, то опадая. Изображение обезьяны, случайно задетое мертвой, окровавленной рукой, сыто чавкнуло и пришло в движение, как бы провалившись в глубь плиты, а арка, с изображением обезьяньей морды, слегка вздрогнула, по ней как будто проскочила молния и она покрылась серебристой зеркальной пленкой.


* * * * *


Признаюсь честно, хотя неожиданная реплика Авроры меня и вывела из некой задумчивости, но кроме раздражения ничего не вызвала, ну разве что мелькнула мысль, что и девушка, от всего пережитого, слегка «тронулась», хотя ее состояние и можно списать на стресс и шок. Намного больше меня сейчас заботит вопрос, как нам выбраться из этой западни, в которой мы оказались. Ведь никаких дверей, проходов, лестниц или еще чего подобного я что-то не наблюдаю. Даже тщательное исследование всех стен, пола и высокого потолка, не дал никаких результатов, мы оказались в каменном мешке, в котором, кроме нас и большой каменной плиты, ничего нет.

Когда я уже, наверное, по третьему разу начал изучать ту стену, через которую мы сюда прошли, даже занялся ее простукиванием и безуспешными попытками расчистить швы между каменными блоками, меня в очередной раз отвлек голос графини.

- Барон, это бессмысленно. Попасть сюда можно, вы уже видели как, а вот выйти, практически невозможно.

- Аврора, вы маг? Скажите что я прав, обрадуйте меня.

- Нет, Серж, я не маг, хотя кое-какая Сила у меня есть, но на большее чем пара бытовых заклинаний, ее не хватит. Я – архивариус! В моем распоряжении была Императорская библиотека, которую я очень неплохо изучила.

- Вы хотите сказать, что знаете где мы оказались?

- Чисто теоретически. Как вы понимаете, сама я никогда в подобных местах не бывала. Хотя и читала о чем-то подобном.

- Не просветите и меня?

- Вам как, только факты, или и предысторию рассказать?

- Желательно конечно только факты, но как я понимаю, торопиться нам некуда, так что, давайте подробно и с самого начала. Вы пока рассказывайте, а я попробую немного здесь убраться. От крови избавиться не получиться, а вот от всего этого мяса, вполне.

- И каким же образом вы хотите это сделать? Возвращаю вам ваш вопрос: барон, вы маг?

- Нет, скажу вам даже больше, если верить главе нашей Магической Гильдии, то Силы во мне нет вообще, абсолютно. Просто у меня есть несколько очень интересных камешков, вот одним из них я хочу воспользоваться. – ответил я, капаясь в кармашках своего пояса.

- А, «Камни Имиргана», очень редкие и ценные артефакты. Секрет их изготовления утерян тысячи лет назад. Вы полны сюрпризов, барон.

- Вы даже не представляете насколько, графиня. – возвращение Авроры к уже знакомому мне иронично-саркастическому тону, свалило с моей души камень. Девушка пришла в себя и беспокоиться о ее душевном состоянии не приходится. Так что, я с чистой душой занялся перетаскиванием останков неизвестного существа в один угол. – Но вы, кажется, обещали кое-что рассказать…

- Ну хорошо, слушайте. Я конечно не гарантирую абсолютную правдивость и точность, но что знаю, то и расскажу. Хотя эти знания и не приветствуются, ни Имперским Советом, ни Советом Магов, скажу даже больше, подобные знания могут привести вас к печальным последствиям…

- Что, последствия могут оказаться даже хуже, чем то положение в котором мы оказались?

- Тут вы правы, барон, хуже уже некуда. Ладно. Для вас, Серж, наверное, станет неожиданностью, но этот Мир не всегда принадлежал людям, скажу даже больше, люди и все остальные расы, гости в этом Мире, хотя и невольные. Наши далекие предки, так же как и предки эльфов и гномов и еще нескольких, уже исчезнувших, или влекущих жалкое существование на задворках цивилизации, рас попали в этот Мир в качестве рабов и мяса для кровавых жертвоприношений. Мне даже встречались сведения, что наши далекие предки попали в этот Мир не из какого-то одного, а из нескольких, очень сильно отличающихся друг от друга Миров. Хотя никакого подтверждения этой информации я и не нашла. Истинных хозяев этого Мира принято считать демонами, но это очень далеко от истинны. Скорее, истинные Бои этого Мира были демонами, а те, кто им служил, прост очень сильно отличались от нас. Кстати, с одним из них вы совсем недавно имели «удовольствие» познакомиться. Да-да, не удивляйтесь, это существо, что вы с таким остервенением руби своими, над заметить, очень интересными клинками, не имеет к Роду Человеческому, никакого отношения. Считается, что все эти существа были уничтожены, кстати, не без помощи «Камней Имиргана», многие и многие тысячелетия назад. Если мы каким-то чудом сможем отсюда выбраться, то для Совета Магов это станет сильнейшим ударом и проблемой. Если верить попавшим в ми руки летописям, то наш Мир населяли десятки самых разных рас, все ни были необыкновенно сильными магами, черпающими свои силы от самих Богов. Ежедневно на алтарях умирали десятки тысяч существ, и все только для того, чтобы несколько самых могучих магов получили еще одну толику божественной силы. Коренные обитатели этого Мира беспощадно уничтожали сами себя, пока не поняли, что очень скор весь Мир превратится в пустыню, в которой останется несколько сот, а может и десятков почти равных в своей мощи Богам, магов. Вот тогда-то, эти маги и озаботились поиском для себя новых источников жертв. На какое-то время в Мире воцарился мир, сильнейшие маги всех населяющих его рас объединились и создали межмировые порталы, через которые сюда хлынули тысячи новых рабов, тысячи новых жертв. Наверное, так бы длилось и по сей день, если бы однажды, маги одной из рас, не открыли портал в странный и пугающий Мир. В древних летописях указано, что тот Мир не имел ни тверди земной, ни неба, ни морей, ни гор, а люди, эльфы и гномы жили в огромном железном доме и было их в нем сотни тысяч. И опять маги всех рас объединились, создали огромный портал и перетащили этот «дом» в свой Мир. Вот только они об этом очень быстро пожалели. Все Миры, куда до этого магам удавалось открыть порталы, были густо населены, но их обитатели практически не владели магией, а новые «рабы», как оказалось, почти ничем не уступали магам этого Мира, только магия у них была совсем другая. Они владели магией Стихий, повелевали огнем и воздухом, землей и водой. Разразилась война. Магам удалось уничтожить «Железный Дом», многие тысячи «рабов» погибли, и они посчитали, что справились, но ошиблись. Сотни маленьких железных домов обрушились на планету и в каждом было несколько десятков, а то и сотен магов. Война не прекратилась, на лишь немного изменилась. Вместе с магами людей, эльфов и гномов, в Мир пришли «Стальные Голлемы», которые сжигали целые города и страны. Но и они не смогли победить, вновь объединившихся, магов этого Мира. Магия этого Мира оказалась сильнее огня и стали. В Мире установилась шаткое равновесие и те, и другие замерли в ожидании. Ни войны, ни мира, так длилось несколько столетий, все понимали, что рано или поздно решающая битва состоится и упорно к ней готовились. И Битва грянула. Десятки летающих железных домов людей поднялись в воздух и обрушили на горда и деревни хозяев Мира сталь и огонь. Пришлые маги обманули местных. «Железные дома» уничтожили все деревни, все мелкие поселения, если верить летописям, т ни гонялись даже за отдельными представителями коренного населения, безжалостно их уничтожая. Маги, живущие, в основном, в крупных городах и столицах, смогли отбить вялую атаку на свои города, но никто из них не обратил внимания на сотни тысяч маленьких камушков, что вместе с огнем упали на землю. Это и были «Камни Имиргана». Когда маги уже праздновали победу, Камни активировались. Десятки городов ушли под землю, десятки сгорели в адском огне. Плодородные поля превратились в болота, камень и земля стали подобны воде, а вода подобна камню и тогда пришлые маги нанесли свой последний удар, десятки сохранившихся «стальных голлемов», тысячи неуязвимых воинов, вышли в свой последний поход. Мир накрыла «Вечная Тьма» и длилась она больше трех стен лет. Из миллионов населяющих к тому времени Мир разумных выжили лишь несколько тысяч. И это были совсем не аборигены, это были предки людей, эльфов и гномов. Одичавшие, утратившие все свои магические знания, но живые, в отличии от десятков разумных рас, населявших этот Мир до того, как их предков выдернули из привычного им Мира. Считается, что все представители коренных рас вымерли, или были уничтожены десятки тысяч лет назад, оказывается это заблуждение. Мало того, аборигены научились принимать облик людей, скрываться среди нас, и никто не знает, насколько они опасны. Теперь этот Мир принадлежит нам и так просто мы его никому не отдадим. А значит грядет новая война и никто об этом не знает. Наш долг перед памятью предков, выбраться отсюда и предупредить Императора!

- История конечно очень интересная и довольно поучительная, но я так и не услышал о том, куда же мы попали и какие есть возможности отсюда выбраться.

- Да, барон, извините, я немного увлеклась. К сожалению культ Богов Древних Магов не исчез, не раз и не два его пытались возродить, причем пытались сделать это и люди, и эльфы. Последний раз, насколько мне это известно, такая попытка была всего несколько тысяч лет назад в одном из, забытых уже королевств, как раз на территории Великой Пущи, еще до того, как там появились Проклятые Земли. Некоторые исследователи даже считают, появление расы вампиров как-то с этим связано. В отличии от магов, правители редко когда поддерживали сторонников этого культа, поэтому им приходилось прятаться и скрываться, строя вот такие вот «тайные алтари». Всего на территории Империи удалось обнаружить три таких сооружения и то, только потому, что были они сильно разрушены в результате мощных подземных взрывов и землетрясений. Все три известные алтаря были хорошо спрятаны и находились глубоко под землей, в толще гор, а вели к ним, как считают маги, «пространственные аномалии», или магические порталы. Что, в принципе, подтверждается тем, как мы сюда попали.

- Значит выбраться от сюда, если мы не маги, у нас не получится?

- Боюсь, что да.

- Но ведь маги этих ваших аборигенов, они как-то покидали эти места…

- Скорее всего тоже через портал.

- Да… недолго музыка играла.

- Серж, я прошу вас простить меня за то, что стала невольной причиной всего произошедшего.

- Не надо, Аврора, я должен был сам подумать и предпринять соответствующие меры. Это я прошу у вас прощения, что так и не смог спасти.

Нестерпимо долго тянулись дни нашего заточения. Спасибо предусмотрительности барона и Лаэрта, запасов пищи и легкого вина в моей сумке оказалось более чем достаточно, поэтому муки голода и жажды нас не терзали. Мы даже привыкли к постоянному хихиканью сошедшего с ума дворянина. Примерно, где-то, на четвертый день, я осмелился задать Авроре давно мучающий меня вопрос.

- Аврора, вы не поделитесь со мной… как и почему племянница Императора оказалась в наших краях?

- Так вы знаете!

- Да, отец меня просветил.

- Никакой тайны здесь нет. Граф де Полей, - тут девушка кивнула в сторону нашего юродивого, - мой наставник и воспитатель. Мало того, со временем я должна была стать женой его сына.

- Ну, это еще не повод, чтобы тащиться сюда через пол Империи. Тем более, что обстановка в самой Империи этому совсем не способствует. – девушка немного помялась, а потом внезапно спросила.

- Серж, вот вы живете на самом краю Проклятых Земель, или еще их называют Великой Пущей… а что вы о них знаете?

- Ну, достаточно много, чтобы периодически посещать те края. – уклончиво ответил я.

- В Империи, да и не только в ней, принято считать, что все обитаемые земли, это такой своеобразный остров, между океаном и Проклятыми Землями. А если я вам скажу, что все с точностью до наоборот и это Великая Пуща всего лишь остров посреди обжитых людьми земель. Что если я вам скажу, что там, за сотнями лиг непроходимых лесов, пустынь и полчищ нечисти, скрывается точно такая же, обжитая людьми и другими расами земля, что там есть свои королевства, княжества и герцогства, что там есть и дворяне, и крестьяне, и маги, и торговцы? Что, если я вам скажу, что существуют даже карты тех земель?

- Я скажу, что вы необычайно образованная девушка и только позавидую вам, что у вас есть доступ к тем картам. Аврора, пока еще вы не сказали для меня ничего нового. Это знает любой житель Пограничья. К сожалению карт земель, что находятся с той стороны Великой Пущи у нас нет, но и нам кое-что известно.

- Так вы об этом знаете?!

- Конечно. Я даже знаю людей, который несколько раз встречались с пришельцами с той стороны. И я абсолютно уверен, что в Империи проживает немалое их количество.

- Но как, откуда?!

- Я же вам говорю, мы, жители Пограничья совсем нередко встречаемся с искателями и рейнджерами из государств из-за Великой Пущи. Кое-кто даже приторговывает с ними. Я, например, знаю, что самое близкое к нам государство, за Проклятыми Землями, носит название Кафирское Королевство, за ним расположено Герцогство Салитар. На этом, к сожалению, мои познания заканчиваются, хотя если напрячь память, то я, пожалуй, смогу назвать ещё пяток тамошних государств. И я точно знаю, что там существуют свои Империи, по крайней мере, одна точно. К сожалению, ее название мне неизвестно.

- Империя носит название Неверской. – чуть слышно прошептала Аврора. – Есть еще Аккадская и Зусулийская. Последняя на самом юге., а Аккадская на севере. Неверскую Империю иногда называют Полуденной.

- Вы графине де Невер, с той стороны Неверская Империя… вы хотели найти проход на ту сторону?

- Да… граф обещал мне в этом помочь, намекал, что у него есть связи на той стороне и возможность туда попасть. Серж, ну вы же сами сказали, что обстановка в Империи очень напряженная. Дядя стар, прямых наследников у него нет, мой отец давно погиб, я последняя из Рода де Невер. Но я не имею на Трон никаких прав… Я рассчитывала найти на той стороне поддержку и законного отпрыска нашего Рода.

- Что бы выйти за него замуж?

- Нет, чтобы дядя смог назвать его своим наследником и предотвратить гражданскую войну! Мне достаточно той власти, которой я уже владею, так же, как и земель.

- Так что же пошло не так? Граф вас обманул?

- Да… обманул. Ему нужна была моя кровь на этом алтаре и больше ничего. Я не знаю зачем ему это было надо, но Род графа де Полей ближайшие родственники Рода де Невер. Может быть он хотел таким образом занять Императорский Трон, а может быть просто рассчитывал обрести поддержку в грядущей гражданской войне. Я не знаю. Он заманил меня в свое поместье. Благодаря чистой случайности я узнала о его планах… его сынок, тот которого вы убили на дуэли проболтался, когда… когда пытался взять меня силой. Я отбилась и убежала. Несколько недель скрывалась в Гарде, пока по городу не прошёл слух, что вы набираете людей. Это был мой единственный шанс оказаться вне зоны влияния графа и его Семьи. Я под видом крестьянки пришла на двор трактира. Дальше вы и сами все знаете.

Ну что же, ответы на свои вопросы я получил, хотя что-то мне в них и не нравится, вот только понять, что именно я пока не могу. Да и ненужно это мне сейчас, точно также, как и выяснение отношений. Мой взгляд, в какой уже раз, упал на по-идиотски хихикающего графа. Мелькнула мысль, что, наверное, хватит его уже кормить, пора начинать экономить, но осознание того факта, что Аврора начнет отдавать ему часть своей порции, заставило меня, опять, смириться с присутствием сумасшедшего, тем более, что кажется он совершенно безобидным и неопасным. Хотя я прекрасно понимаю, что в самом ближайшем будущем нам всем грозит смерть от голода, а еще раньше от жажды, мы и так уже начали экономить.

Сколько времени мы провели в подземелье, я сказать не могу. Может быть неделю, а может и месяц. Смены дня и ночи здесь, как сами понимаете, нету. Ориентироваться по приемам пищи, тоже не получится, едим-то мы по необходимости, как проголодаемся, та же беда и со сном. Да и спим мы последнее время как-то урывками, больше дремлем, забываясь на ненадолго и вновь просыпаясь.

В этот раз я проснулся не сам. Из забытья меня вывел какой-то посторонний шум, слабое потрескивание, шуршание, вроде как песок пересыпается и какое-то радостное хихиканье-поскуливание. Даже вроде как света в нашей комнатенке добавилось.

С источником хихиканья я определился практически сразу, странные звуки издавал наш «квартирант», замерший перед стеной, через которую мы когда-то сюда и прошли. А вот источником света оказалась противоположная ей стена, в настоящий момент скрытая от меня массивной каменой плитой, или алтарем, как ее предпочитает называть Аврора, да и остальные звуки доносились именно с той стороны.

Я аккуратно разбудил девушку, стараясь не высовываться из-за плиты. Аврора сразу заметила изменение освещения, да и звуки не оставили ее равнодушной. Убедившись, что девушка полностью проснулась, я слегка высунулся из-за плиты… чтобы тут же спрятаться и сквозь зубы выругаться. Почти вся стена за алтарем переливалась, по ее поверхности проскакивали небольшие электрические разряды, а сама она стала похожа на стеклянную, только грязную и стекло неровное, а как бы многократно искривлённое. Аврора тоже последовала моему примеру, но отнеслась ко всему происходящему не в пример спокойнее. Уже через пару мгновений она спокойна встала в полный рост. В очередной раз обматерив женскую непосредственность, я встал рядом с ней.

- Графиня, вы что-нибудь понимаете?

- Да, Серж. Кто-то пытается открыть сюда портал. Но делает это неправильно, или просто пока еще не довел этот процесс до конца.

- Значит мы сможем покинуть это место?

- Скорее всего нет. Ритуал прерван и маг, пытающийся его провести мертв. – ответила девушка, что-то внимательно разглядывая через мутное стекло портала.

- Откуда вы знаете?

- Приглядитесь. Видите, там почти такой-же алтарь, как и здесь, а теперь посмотрите внизу, у самого основания.

- Голова?! Человеческая голова!

- Да. Кто-то прервал ритуал и убил мага.

Я вышел из-за алтаря и подошел поближе к порталу, пытаясь рассмотреть через его пленку «ту сторону». Аврора осталась стоять на месте, упершись на плиту обеими руками. Ну в принципе все правильно, мужчина пошел на разведку, а женщина осталась в наиболее безопасном месте, имея возможность в любой момент, в случае опасности, вновь спрятаться за плитой алтаря.

Я так увлекся изучением помещения с той стороны портала, что даже не сразу отреагировал на звуки у меня за спиной. А потом сразу несколько событий слились в одно. Сначала от порт ала раздался болезненный вскрик, прерванный утробным рычанием, затем портал дернулся, по нему пробежал мощный разряд, и он покрылся ровной зеркальной пленкой, а потом какая-то стремительная тень сбила меня с ног и прыгнула прямо в это появившееся зеркало.

Первое, что я увидел, вскочив на ноги, это распростершееся на алтаре тело Авроры и торчащий из ее спины обсидиановый клинок.

Девушка была мертва. Сколько времени я просидел с холодным трупом на руках не скажет никто. Моих сил хватало только на т, чтобы баюкать на руках бездыханное тело и выть, выть как раненый зверь, ничего человеческого в этот момент в моем голосе не было и не могло быть. Голова была совершенно пуста, ни желаний, ни эмоций, только одна всепожирающая боль в сердце и ощущение огромной потери. Но постепенно во мне начала разгораться ярость, нестерпимое желание найти суку-графа и заставить его жрать собственные кишки, заставило меня встать на ноги. Не выпуская тело Авроры из рук я шагнул через пленку портала. Оставить тело девушки в этой комнате я не мог. Когда-то мои предки устраивали тризны по погибшим, ну что же, Род де Полей станет прекрасной жертвой на погребальном костре Авроры де Невер. Закапывать ее в землю, чтобы ее жрали черви, я не стану.

На мгновение мое тело пронзил лютый холод, за ним пришел, почти невыносимый зной, а потом, так же резко, как и началось, все закончилось. Я стою в огромном круглом зале, свод которого теряется где-т высоко-высок над головой. Позади меня, ограниченный аркой зеркалом замер портал, а прямо под моими ногами, на толстом слое пыли, виднеются отчётливые следы сапог, а между ними отпечатки человеческих ладоней. Эта сука так и не встала на ноги, а пересекла весь огромный зал как бешеный зверь, на четырех конечностях. Ну что же, так даже лучше, легче будет выследить, да и далеко человек таким образом не убежит, просто свалится от изнеможения. Не спеша я направился к виднеющейся впереди лестнице, на которую падает солнечный свет. Там выход наружу.

Через четверть часа я уже стоял перед входом в огромный куб, а передо мной раскинулась площадь, обрамленная развалинами древнего города, за которыми, скорее угадывается, чем просматривается вечнозеленый лес. Ну что же, судя по всему, мне предстоит совсем не близкий путь к обжитым местам. Что-то я не верю, что подобные развалины могут находиться рядом с человеческим жильем. Люди, если не приспособили бы полуразрушенные дома под жилье, то уже давно бы растащили гранитные блоки для своих нужд, примеров тому, даже в нашем герцогстве более чем предостаточно. Перехватив тело девушки поудобнее, я замер в нерешительности, раздумывая куда, в какую сторону мне идти. Ведь если развалины находятся в Великой Пуще, то выбрав неправильное направление я могу блуждать в чаще годами, да и не уйду я далеко с телом на руках, и девушку как положено не похороню и сам сгину, будучи не способным защититься.

Я оглянулся на зияющий спуск к порталу, но меня аж передернуло, от того, что мне придется туда вновь спускаться. Нет, возвращаться я не стану. Неся тело на руках, я направился по широкой дороге с площади, усиленно вертя головой по сторонам, выискивая подходящее место. И уже через несколько минут такое место нашлось. За развалившимся забором одного из домов я заметил небольшую группу деревьев. Вероятно, когда-то это был маленький сад, н теперь он разросся и одичал. Шпага уже привычно превратилась в топор и принялся за работу, готовить погребальный костер.

Закончил я уже при свете звезд, выложив из нарубленных деревьев двухметровую площадку, на которую и положил тело Авроры. Первый и последний раз я поцеловал ее губы, прошептал вечное: «Прости» и добавил: «Клянусь, если есть Загробный Мир, то весь Род твоего убийцы будет там твоими рабами». Еще раз провел рукой по милому лицу и кинул на поленницу «огненный камень», обильно смочив его своей кровью. Огромный шар плазменного огня поднялся над древним городом. Мои волосы и брови трещали от жара, открытые участки тела покрылись волдырями ожогов, но я стоял и ничего не чувствовал, наблюдая сквозь моментально испаряющиеся слезы, как огонь забирает тело моей первой настоящей любви и частичку моей Души.

Огонь бушевал недолго, пару минут, максимум, но ни от целой горы дров, ни от тела девушки за это время ничего не осталось, даже каменные плиты двора, на которых я устроил маленький Армагеддон оплавились. Так я и простоял почти до самого утра, ничего не соображая и ничего не чувствуя. Пришел я в себя от нестерпимой боли, мое обожжённое тело дало о себе знать. Пришло время заняться и самолечением, благо, что в моем поясе есть «камни» почти на любой случай. Обугленными пальцами я вытащил заветный камешек, черная корка на обожжённых руках лопнула, пятная камень моей кровью, все тел прострелило, скрутила судорога, и я потерял сознание.

Очнулся я совершенно здоровым, правда до нельзя ослабленным. Желудок выводит рулады и кажется, что уже начинает грызть ребра. С трудом дотянулся до своей сумки и за несколько минут добил все оставшиеся запасы продуктов, которых мне, по моим подсчетам, должно было хватить, как минимум, на пару дней. Когда голодные спазмы немного улеглись, я начал ревизию своего имущества. Ничего не пропало, если не считать «лечебного камня» и дорожного плаща, практически полностью уничтоженного жаром погребального костра. Камушек конечно жалко, а насчет плаща, хотел бы я посмотреть на человека, который сунется в лес в таком вот прикиде. В общем, кроме проблем с продуктами, в ближайшее время, мне ничто не грозит, н на этот случай у меня в сумке есть арбалет, да и охоту еще никто не отменял, так что, проживем. Сейчас главное выйти к людям и по возможности, выследить графа. Хотя я не верю, что он сможет выбраться из Пущи, скорее всего его косточки уже где-то белеют, тщательно обглоданные, поэтому о нем можно забыть и, по необходимости, сосредоточиться на первой проблеме.

Если вам кто-т будет говорить, что выжить в лесу легко, что лес, дескать, всегда прокормит, не верьте. Нет, споров нет, если лес знакомый, если вы выросли рядом с ним и знаете каждый куст, каждое дерев, то особых проблем у вас не возникнет. А если лес чужой, да еще и очень опасный, если вы ничего о нем не знаете? Тогда самым лучшим вариантом, для вас, будет в него даже и не соваться. К сожалению, это не мой случай, вот поэтому я уже третьи сутки и пробираюсь через Пущу и если в первые два дня я все больше и больше начинал задумываться, а правильно-ли я выбрал направление, т теперь уже такой вопрос передо мной не стоит. Хотя, если честно, то я и не выбирал, а просто пошел по отчетливым следам сумасшедшего графа. Если уж любое направление, которое я мог бы выбрать совсем не гарантирует мне скорый выход к людям, то я решил совместить «приятное с полезным», если не выберусь, так хоть эту суку выслежу. К сожалению, моя погоня длилась совсем не долго, уже к полудню я набрел на то, что осталось от де Полей. А осталось, надо заметить, ничтожно мало, раздробленная голова, обрывки одежды и обглоданные кости. Я оказался совершенно прав, далеко он уйти не смог. Рядом с останками я насчитал следы как минимум пары десятков каких-то не очень больших животных, но встречаться с ними мне категорически не хотелось, поэтому-то я резко и изменил направление движение. И как оказалось совсем не зря. Сегодня днем я случайно напоролся на первые следы человека. Судя по всему, неизвестный от кого-то убегал, причем убегал, не разбирая дороги и оставляя на кустах куски своей одежды и кровавые следы. Вот и мне теперь приходится идти через дебри, из опасения потерять этот след. Одна у меня надежда, что человек не мог бежать по чаще слишком долго и далеко, а значит в самое ближайшее время я должен выйти или к какому-то населённому пункту, или на дорогу, к нему ведущую.

Как оказалось, я сильно недооценил силу страха и ужаса, гнавшего моего неизвестного по чаще. Только к вечеру я набрел на место, откуда он начал свой «марафонский забег». Небольшая полянка раскрыла мне еще одну трагедию Великой Пущи. Здесь свой конец нашли сразу несколько человек, по моим наблюдениям, трое или четверо и первое вероятней всего. Образовавшаяся в последнее время привычка, сбирать трофеи, заставила меня внимательно обследовать все близлежащие кусты, в результате я стал обладателем трех прекрасных клинков, серебряной фляги с неплохим вином, десятка колец и амулетов и слегка потертого кожаного плаща со множеством внутренних карманов, заполненных золотыми и серебряными монетами, небольшими драгоценными камушками и какими-то склянками с синей жидкостью. Все это нашло свое место в моей сумке. Но не это был главным, все в том же плаще я нашел старую мятую бумажку, нечто вроде договора, или контракта на убийство какого-то мага. Так я выяснил, чем занималась эта «теплая компания», а заодно и местность в которой я оказался. Контракт был выдан Кафирской Гильдией Наемников, некоему Рамзусу, в городе Барсалайна, столице того самого королевства. Вот так вот, нежданно нагадано, я перенесся через Проклятые Земли и оказался именно в тех местах, поход в которые с некоторых пор обдумывал. В свете последней находки еще раз перевернул все найденное, но ничего компрометирующего больше не нашел, правда на всякий случай всё же выкинул один перстенек, очень уж он похож на печатку, так что, от греха подальше – в кусты. Не хватало мне только за чужие грехи рассчитываться, своих хватает. Следующую находку я обнаружил только через сутки неспешного пути. Здесь все уже был намного проще. Четыре трупа, кое-как присыпанные землицей, раздетые и ограбленные. Не знаю почему, но я подумал, что эти четверо из той же компании, что и предыдущая троица. Правда и нападавшие не обошлись без потерь, там же я нашел самую натуральную могилу, но разрывать ее, само-собой не стал. Дальнейший мой путь стал походить на вполне обычное путешествие, два десятка человек оставили прекрасную тропу, которая еще не успела зарасти, вот по ней я и направился дальше, чтобы к вечеру следующего дня выйти, наконец-то, на опушку Великой Пущи.

Пуща окончилась резко, как будто кто-то прочертил по земле линию, за которую ни деревья, ни кусты не смеют заходить. Примерно где-то в лиге от меня раскинулись обработанные поля, чуть поближе пасется стадо коров, а на горизонте вздымаются к небу слегка розоватые городские стены.


9 Глава.

Солнце уже давно было в зените, когда двери в известном трактире «Женские слезы», что находится неподалеку от ворот Барсалайны, резко распахнулись и на нового посетите уставилось несколько десятков внимательных и настороженных глаз. Хозяин меланхолично протирал кружки за стойкой, время от времени бросая взгляды в общий зал, в ожидании очередного заказа, поэтому появление нового клиента стало для него приятной, а может и нет, неожиданностью, трактирщик еще не определился. Зато он моментально определил, что клиент более чем платежеспособный, явно неместный и слишком молодой. Трактирщик усмехнулся, уже вполне четко представляя дальнейшее развитие событий, тем более что вполне отчетливо уловил не один заинтересованный взгляд, направленный на новичка.

Наверное, стоит немного поподробнее остановиться на самом трактире, его хозяине и его постоянных клиентах. Большую часть публики, заполнявшей по вечерам «Женские слезы», составляли те, кого так боялись купцы, знать и просто честные люди, - воры, разбойники, наемники-головорезы, городские попрошайки, проститутки и оборванцы. Вдобавок ко всему тут постоянно околачивались странствующие фокусники, именующие себя великими магами и волшебниками, продавцы чудодейственных снадобий, знахари, лекари - в общем, шарлатаны всех мастей. Но основную и самую прибыльную, для хозяина трактира, часть постоянной клиентуры, составляли искатели и рейнджеры, выбравшие местом своего заработка Великую Пущу. Но, несмотря на то, что встреча со всеми этими людьми никому не сулила ничего хорошего, в «женские слезы» без страха заходили законопослушные жители городских предместий и даже горожане - пропустить кружечку-другую дешевого вина, отведать тушеного «по-зусулийски» мяса и поболтать о том, что творится в Кафире, в Барсалайны, Империи, да и на всем белом свете.

Этим же объяснялась и настороженность посетителей к каждому вновь пришедшему. Когда прочная дубовая дверь распахивалась - звякал бронзовый колокольчик, и сидевшие за деревянными столами трактира оборачивались, чтобы посмотреть, кто перешагнет через порог. Взгляды были настороженные и одновременно любопытные. Но настороженность исчезала, когда, оглядев новых гостей с головы до ног, люди убеждались, что это не городская стража пожаловала с облавой и не состоящие на службе у той же стражи переодетые доносчики, которых здесь моментально распознавали, под кого бы те ни вырядились. Правда, подобных посетителей редко заносило в «Женские слезы», разместившийся за городскими стенами неподалеку от Закатных ворот города. Лишь суровый приказ или огромная награда, назначенная за поимку какого-нибудь особо отличившегося разбойника, могли выгнать стражников за городские ворота. А из доносчиков только молодой и неопытный, чересчур отчаянный или уж совсем глупый и самонадеянный отваживался войти в этот трактир, о чем, если оставался в живых, жалел до конца своих дней. Так что, обернувшись на звук колокольчика к предусмотрительно освещенному факелами входу, посетители, как правило, сразу же успокаивались и убирали ладони с рукоятей мечей, шпаг и кинжалов. И в глазах их оставалось одно любопытство. Если не признавали в вошедшем завсегдатая этих мест, которого обычно приветствовали радостными возгласами и зазывали к какому-нибудь столу, тогда внимательно и спокойно разглядывали незнакомца: кто ж ты такой будешь и что с тебя можно поиметь?

Так что, новичок был подвергся внимательному, хоть и ненавязчивому изучению, был признан неопасным, но «жирным», чего стоил только его щегольской дорожный плащ из кожи акулы, с глубоким капюшоном, сейчас полностью скрывающим лицо незнакомца.

Юноша задержался на несколько секунд в дверях, осматриваясь, а потом уверенно направился к стойке.

- Чего желает молодой господин? – трактирщик расплылся в профессиональной улыбке.

- Для начала, поесть и напиться.

- К сожалению, кашку у нас тут не варят, а вода во дворе, там есть колодец. – ехидно сообщил хозяин трактира, а может быть он просто решил помочь молодому парню остаться в живых. Но уже через мгновение улыбка сползла с его лица, а само лицо покрылось мелкими капельками пота. Из-под закрывавших пол-лица косм на трактирщика, из-под капюшона плаща, взглянули горящие странным, каким-то сумасшедшим огнем глаза.

- Я сказал «напиться», а не помыться, - по столу покатилась золотая монета, тут же исчезнувшая под рукой перепуганного трактирщика. – Мяса давай и побольше и вина. Только не этой кислятины, что ты поишь всех остальных. Тащи что покрепче и… побольше.

- Молодой господин изволит гулять, или…

- Или.

- Есть нукерийский арак. Ничего более крепкого и забористого не бывает. Но, дорого это. – сверкнула еще одна золотая монета, а за ней и еще одна.

- Неси и подготовь комнату, я у тебя тут немного задержусь. – все, слова были сказаны и трактирщик тяжело вздохнул. Блеск золота видели многие и теперь даже Боги не скажут, чем все это закончится, но в то, что этот по сути, совсем еще мальчишка, окажется легкой добычей, трактирщик уже не верил и своим обострившимся за многие годы жизни, чутьем, чувствовал, что те, кто попытаются отнять у юноши его имущество и жизнь, очень не долго будут наслаждаться этой самой жизнью. А значит спокойной и размеренной жизни приходит конец.

- Господин, у нас тут «чистого» зала нету… - Попытался сделать еще одну попытку избавиться от неудобного клиента, трактирщик.

- Стол и стул найдешь? Да? Ну а почему я тогда все еще стою голодный и с пересохшим горлом? – обреченно вздыхая трактирщик молнией метнулся в зал.


* * * * *


Казалось бы, что должен сделать нормальный человек, несколько суток проплутавший в лесу и наконец-то выбравшийся к людям? Бежать с криком «мама, я вернулся» и расцеловывать каждого встречного-поперечного, делясь со всеми перипетиями своих приключений и плакаться, как же тяжело и страшно быть одному в чащобе? Ну, не знаю, кто-нибудь, наверное, и поступил бы именно так, меня же на подобное что-то не тянет. Не зная реалий местной жизни, а вдруг тут документы на каждом шагу спрашивают, соваться в город, тем более в достаточно крупный, даже по моим меркам, не выяснив что там может меня ожидать, я просто-напросто посчитал глупым, тем более, делать это на ночь глядя. Не стал я рисковать и с деревенскими, кто знает, это они при свете дня вполне мирные скотоводы и землепашцы, а чуть светило скроется за горизонтом, и они вполне могут сменить соху на кистень, а топор дровосека на боевой. Подмешают чего в еду, а потом «бритвой по горлу и в колодец». Идти в деревню и там ничего не есть, не пить? А какой тогда смысл ноги бить, я вполне могу с тем же успехом и пустым желудком переночевать в ближайшем стогу, или прямо тут, под ближайшим деревом. В общем, никуда я на ночь глядя не поперся, а просто зарылся в стог свежескошенной травы и впервые за несколько дней расслабился, полностью отдавшись во власть Морфея.

До городских стен я добрался только к полудню м опять не рискнул идти в город, хотя ничего особенного за полчаса наблюдений за стражниками и прибывающими в город я не заметил, все тот-же ленивый досмотр телеги повозок, небольшая плата за вход и на этом все. Пешие вообще ограничивались только мздой страже. Трактир совсем недалеко от ворот я заметил практически сразу, да и тяжело не заметить двухэтажное здание, обнесенное высоким забором, вот там-то я и решил посмотреть реакцию местных на свое присутствие и немного понаблюдать за ними в обычной обстановке.

То, что я несколько ошибся со своим выбором, я понял сразу, как только над моей головой раздался мелодичный звон медных колокольчиков. Когда-то давно, еще в прежней жизни, на Земле, я читал, сейчас уже и не вспомню что, но там фигурировала одна таверна, находилась она вроде как вне обычного времени и пространства и собирались там не вполне обычные личности. На первый взгляд этот трактир показался мне чем-то подобным. Стоило мне перешагнуть порог, как в меня уперлись десятки любопытных глаз, десятки рук опустились на эфесы клинков. Мне показалось, что в мгновение ока меня осмотрели и оценили. В этом трактире собрались личности, конечно же, не столь благородные и героические, как в таверне, о которой я что-то смутно помню, но и на явных отморозков собравшиеся не походят, но и доверять им свой кошелек и жизнь я бы не стал. А ведь сейчас всего лишь полдень, кто же тут соберется к вечеру? Да и сам трактирщик встретил меня не ласково, даже, можно сказать, презрительно и пренебрежительно. Просто так сносить грубость я не стал, но и с ходу нарываться на конфликт, тоже не стоит, поэтому я постарался придать своему лицу максимум суровости. Как не странно, но поведение «работника общепита» разительно изменилось, кажется, что он даже немного перепугался м постарался приложить максимум усилий чтобы выпроводить меня вон. Но тут уже «нашла коса на камень», трусливо бежать поджав хвост, это не по мне. Понял это и трактирщик, метнувшийся к дальнему столу, чтобы вытереть его. Его выбор мне понравился, столик располагался в самом дальнем углу, был явно предназначен для одного и позволял держать в поле зрения весь зал трактира, причем со спины меня прикрывали массивные стены самого строения. За сообразительность трактирщик стал обладателем еще одной монеты, а я заняв свое место приготовился ждать заказ. Странно, но всех своих многочисленных посетителей трактирщик обслуживает самостоятельно, хотя женщин в трактире хватает, правда «боевая раскраска», минимум одежды и оценивающий взгляд, которым они окидывают посетителей, совсем не двусмысленно свидетельствуют о их профессии. Вот только их сильно потасканный вид, нездоровый цвет лица и явно больные зубы, ничего кроме отвращения у меня не вызывают.

Хозяин трактира вполне оправдал мои надежды, уже через несколько минут передо мной стояла огромная тарелка с тушеным мясом и кувшин со слегка кисловатым вином. На мою вопросительно поднятую бровь, трактирщик отреагировал правильно, и шепотом сообщил, что обещанный мне, какой-то, нукерийский арак, будет с минуты на минуту. Ладно, будет и ладно, я с жадностью накинулся на мясо. Перед грандиозной пьянкой будет совсем нелишним плотно перекусить.

От поглощения прекрасно приготовленного мяса меня оторвала внезапно повисшая в трактире тишина. А через мгновение намой столик опустился серебряный поднос, на котором гордо стояла… мензурка с чем-то прозрачным и малюсенькая, серебряная же стопочка. Пребывая в растерянности от такого андеграунда, я тупо поинтересовался.

- Милейший, а это что?

- Нукерийский арак, господин, как вы и заказывали. – с придыханием ответил трактирщик.

Я поднял мензурку, принюхался. Водка как водка, разве что слегка приправлена какими-то травами. Все еще ожидая подвоха, опрокинул мензурку себе в рот. И точно, водка, да еще и немного разбавленная. Жидкость прокатилась по пищеводу, а по телу разлилось блаженное тепло. Я опять в недоумении уставился на трактирщика.

- Ладно, могло быть и хуже. Что смотришь? Тащи еще, я же сказал, покрепче и побольше! И пару стаканов захвати.

Скорости передвижения этого совсем немаленького человека мог бы позавидовать любой. Уже через минуту на моем столе стояла самая натуральная литровая бутыль и пара деревянных стаканов, грамм так по триста. Налив в оба стакана, примерно по половине, я отломил от лепешки кусок и аккуратно положил его на один из них, а второй опрокинул себе в рот. По залу пронесся восторженно-удивлённый ропот. На какое-то время я отвлекся, вспоминая милое лицо Авроры, ее, немного наивную, но такую заразительную улыбку и бездонные глаза. Из этого состояния меня вывел какой-то, немного скрипучий и глухой голос.

- Мальчик, а повторить сможешь?

- Надо будет – повторю и не один раз. Ты чего-то хотел?

- Да вообще-то, нет. Просто первый раз вижу, чтобы это нукерийское пойло хлестали стаканами. Ты кого-то ждешь? – мужик кивнул на второй стакан.

- Нет, я никого не жду. Вообще никого. Я ясно выражаюсь.

- А мальчик-то умеет показывать зубки. Не боишься, что их вышибут, причем вместе с головой?

- Нет, не боюсь.

- Ты меня оскорбил. Я требую поединка.

- Завтра, сегодня я пью и никого убивать не хочу.

Мужик еще что-то хотел сказать, но тут ему на плечо опустилась рука и спокойный голос произнес:

- Трайл, тебе же сказали, что завтра. Не видишь, что молодой человек заливает горе. Так что потерпи, завтра он тебя убьет и наш Мир станет немного чище.

Тот которого назвали Трайлом, как-то стушевался и наградив меня на прощанье злым взглядом затерялся в зале, открыв моему взору невысокого человека, стоящего у него за спиной. Не спрашивая разрешения, он пододвинул стул и уселся напротив меня.

- Зря вы так, юноша. Народ здесь собирается не самый законопослушный и очень легко хватающийся за рукояти ножей. Я Алкил и у меня к вам есть пара вопросов.

- А до завтра эти вопросы подождать не могут?

- Боюсь, что нет. Серьезные люди только начинают собираться, поэтому боюсь, что эти вопросы вам захотят задать очень многие и не все из этих желающих будут столь вежливы и терпеливы. Поверьте, обвинение в краже у своих, в этих стенах разбирается очень быстро и как правило, только одна из сторон остается при этом в живых.

- Я украл ваш арак?! – с притворным ужасом спросил я.

- Не ерничайте, молодой человек, я прожил на этом свете намного больше вас и уяснил одну простую вещь, - не все на самом деле так, как выглядит. Так вы ответите на мои вопросы?

- Спрашивайте, а там посмотрим.

- Как ваше имя?

- Серж.

- Хм, не врете, что уже редкость в наших местах, но недоговариваете. Серж…

- Серж де Сангре. – нехотя ответил я.

- Де Сангре, де Сангре… нет, такого Рода я в нашем королевстве что-то не припомню. Хотя и звучит вроде бы как знакомо. Да, однозначно, я уже где-то слышал это имя. Ладно, это не столь и важно. Теперь второй вопрос, Серж, и самый важный. Где вы взяли этот плащ?

- Снял с того, что осталось от его предыдущего владельца.

- Значит вы, молодой человек, убили Рамзуса, мага и очень приличного воина?

- Разве я сказал, что я его убил? Я сказал, что снял его с того, что осталось от него. Кто-то успел подкрепиться вашим знакомым до того, как я его нашел.

- И опять не врете, хотя многие присвоили бы себе сей подвиг. Не расскажете мне, как погиб мой.. знакомый?

- Судя по следам, его и его людей гнал небольшой отряд прекрасных воинов, но умер он от зубов и когтей каких-то не очень больших тварей, в трёх днях пути отсюда, в глубь Великой Пущи.

- Так вы – Искатель, Серж?!

- Можно сказать и так. В Пуще я бывал и не один раз.

- Скажите, Серж, а среди вашего «наследства», случайно, вам не попадалось, такое вот колечко? – Алкил продемонстрировал мне кольцо, похожее на печатку.

- Я не совсем уверен, но нечто похожее было.

- И где оно сейчас?! – Алкил всем телом подался ко мне, при этом рука его сама собой оказалась на эфесе шпаги.

- Если честно, то я его выкинул. Не понравилось оно мне.

- Вы говорите правду, Серж… И это очень плохо. Мне нужно это кольцо, очень нужно. Боюсь, что вам придется проводить меня на то место, где вы его выкинули.

- Боюсь, Алкил, что я не смогу удовлетворить эту вашу просьбу.

- А если я буду очень сильно настаивать?

- Ваша настойчивость только убедит меня в правильности своего решения. В ближайшее время я не планирую возвращаться в Проклятые Земли.

- Это вы так Великую Пущу обозвали? Да, подходящее название и я его уже где-то слышал. Вы, Серж, видать совсем издалека?

- Да, в вашем королевстве я гость, но на долго здесь задерживаться не собираюсь. Немного отдохну и двинусь дальше.

- И куда же, если не секрет?

- А вот этого я еще и сам не знаю.

- А как насчет услугу за услугу?

- Что вам нужно от меня я уже знаю, а вот что вы можете мне предложить в замен…

- Поговорим об этом завтра, если вы останетесь живы. А сейчас, я должен представить вас нашему сообществу. В наши дни не так часто появляются новые искатели, рискующие путешествовать по Великой Пуще. Да еще и в одиночестве. – с этими словами мой собеседник поднялся и двинулся к барной стойке, над которой висит небольшой гонг. Вытащив из ножен кинжал, Алкил легонько стукнул рукоятью по этому гонгу. По залу разнёсся чистый серебристый звон. – Друзья, в нашем полку прибыло! Прошу любить и жаловать, Серж – искатель, только что вернувшийся из Великой Пущи! Хральд, - обратился Алкил к трактирщику, - Всем вина, наш молодой друг угощает. Появление нового искателя, прекрасный повод чтобы хорошенько выпить. И пусть наш молодой коллега не обучался в Академии, но он выживает и возвращается с трофеями оттуда, где девяносто девять человек из ста находят свою смерть. За нового Искателя!

Посетители трактира встретили спич Алкила довольным ревом. Ко мне потянулись самые разные люди и не совсем люди, каждый норовил хлопнуть меня по плечу, пожать руку, а некоторые, так и сдавить в своих медвежьих объятьях.

Такое внимание конечно лестно, вот только я рассчитывал спокойно посидеть, помянуть Аврору и просто залить свою утрату. А вместо этого мне пришлось перезнакомиться с несколькими десятками разумных, выслушать не меньше десятка предложений на совместный поход и отвечать на сотни вопросов. В общем тихо посидеть и поплакаться мне не удалось. Постепенно знакомство переросло в грандиозную пьянку, в ходе которой большая часть присутствующих ранее в трактире народу куда-то испарилась, зато ей на смену все подходили и подходили новые лица. Чем-то кардинально, но неуловимо отличающиеся от предыдущих. Может быть, некой основательностью и при этом большей бесшабашностью, да и явно богаче предыдущих. По крайней мере, то там, то там мелькали клинки их мифрила, а кое-где и их «Железа Мертвых». Короче, ближе к ночи в трактире собрались люди и нелюди далеко не бедные, много повидавшие, еще больше испытавшие и они, кажется приняли меня в свои ряды. По крайней мере никто не смеялся над моим возрастом, не пытался ограбить или убить, вызвав на поединок. Даже Трайл куда-то исчез и больше не появлялся. А я допустил одну ошибку, огромную ошибку. Я расслабился, потерял контроль и напился в стельку.

На утро голова просто раскалывалась, во рту, как будто сотня кошек устроила себе туалет, а руки тряслись как у паралитика. А еще я вспомнил, что у меня сегодня, и скорее всего, с самого утра предстоит поединок. Холодный пот выступил на спине, унеся с собой большую часть похмелья, но от этого мне ничуть не стало хуже. Хотя, делать нечего, надо спускаться в общий зал и надеяться, что и Трайл вчера себя ни в чем не ограничивал и возможно, мы будем с ним на равных.

Обеденный зал трактира встретил меня тишиной, прерываемой редким храпом из-под столов, вымученной улыбкой Хральда, трактирщика и небольшой компанией, оккупировавшей один из столов в темном углу зала. Кивнув трактирщику, я направился к «своему» столу, все же не теряя надежды, что меня кто-нибудь да обслужит. К счастью я не ошибся. Через несколько минут ко мне подошла женщина, мало чем уступающая в габаритах Трайлу, молча поставила передо мной поднос, и так же молча исчезла за стойкой.

Похоже, что интернациональный ритуал «опохмелиться» тут не известен, да я и сам не любитель пить на «старые дрожжи», поэтому на подносе ни вина, ни вчерашнего арака не было. Зато был двухлитровый, запотевший кувшин с рассолом, к которому я и присосался. Жизнь сразу перестала казаться черной, Мир засиял красками, а набатный бой в голове утих, чтобы через несколько минут полностью исчезнуть, и я с жадностью накинулся на жареное мясо.

Я как раз прожевывал последний кусок, когда ко мне за столик подсел Алкил.

- Да, Серж, ну ты вчера и выдал! Давненько в «Слезах» не было ничего подобного.

- Привет, Алкил. – поздоровался я, вытирая руки, - Не расскажешь, что я вчера учудил, а то как-то все урывками, в тумане. Надеюсь я никого не убил?

- Ну как тебе сказать… Убить не убил, но кое-кого покалечил. Ничего, они уже у лекаря, так что, скоро заявятся.

- Что, будут проблемы?

- Проблемы? Нет, сами виноваты, нечего было лезть. Так ты что, ничего не помнишь?

- Ну, кое-что помню… только смутно.

- А о нашем вчерашнем уговоре помнишь?! А то я уже и племянницу с друзьями позвал, вон они сидят, тебя дожидаются!

- Алкил, не помню. Что за уговор? Хотя нет, начинай с самого начала. Рассказывай, что тут вчера было.

- Ладно, с самого начала, так с самого начала. Ною, позволь мне сделать тебе одно замечание, Серж, нукерийский арак пьют малыми дозами и по малу, а не как ты стаканами и бутылками. С Хральдом-то все ясно, он вчера на тебе просто нереально поднялся, почитай полсотни золотых только за арак, а еще за вино и мясо.

- Ага, начинаю догадываться, похоже я вчера нехило набрался. А что ты там про искалеченных говорил?

- Тут ты был в своем праве, и никто тебе и слова не скажет. Ближе к полуночи, на звуки царившего здесь веселья, забрели тут трое, любителей азартных игр, а тут ты, уже почти чуть живой, ну и затащили они тебя на игру. Сначала вроде как все нормально было, ну ходила пара серебрушек туда-сюда. А ты возьми и ляпни, что мол, так не интересно и пора повышать ставки до золотого. Ну а тем ухарям только того и надо, сразу согласились…

- И?

- Что, и? Проигрались они в пух и перья. Как уж так получилось, не знаю, но ты умудрился обыграть трех профессиональных шулеров, да еще и магов, правда слабеньких. В общем эти, схватились за ножи, ну и ты их…

- Ты же говорил, что я никого не убил!

- Так ты и не убил, ты их голыми руками чуть на погребальный костер не загнал. Еле успели до лекаря дотащить. Ну а потом началось, кто уж предложил меряться силой на кулачках, я тебе не скажу, но из всех поединков ты вышел безоговорочным победителем. Я, если честно, то никогда не видел, чтобы человек дрался как эльф и как гном одновременно. В общем, после сегодняшней ночи у тебя появилась масса поклонников и почитателей твоего бойцовского таланта.

- Ну а чем все закончилось?

- О! потом ты заявил, что один на один не интересно и предложил драться с тобой втроем. Короче, минуты через две тебя все же завалили и Хральд уже совсем было собрался объявить о твоем поражении, когда все услышали твой храп. Ты не представляешь, сколько смеха было в зале, несчастных братьев, что вышли против тебя, буквально загнали под лавку. Каждый норовил у них поинтересоваться, тяжело ли им было запинать втроем, одного спящего. Тебя отнесли в твою комнату, ты, кстати, так и не проснулся, ну а мы продолжили веселье. Есть правда, и не такие веселые новости. Трайл, тот человек, что вызвал тебя на поединок, его нашли с перерезанным горлом. Спокойно! Никто на тебя не думает, тем более, после твоего выступления, все понимают, что он тебе был не противник.

- Ну ладно хоть так. Но ты там что-то говорил насчет какого-то уговора? Только не говори, что я согласился вести тебя к этому проклятому кольцу. Не поверю!

- Ну, насчет кольца мы с тобой тоже договорились, правда несколько по-другому.

- Ладно, давай выкладывай, не тяни кота за яй…, за хвост.

- Я по пьяной лавочке поделился с тобой одной проблемой, и ты сказал. Что она и «яйца выведенного не стоит», дескать, это не проблема, а всего лишь легкая прогулка…

- Да говори же ты уже наконец!

- У меня был брат, он погиб, а его жена умерла при родах. Его дочь, моя племянница, это вся родня что у меня есть. Девочке сейчас восемнадцать лет, она закончила второй курс Магической Академии. В общем, чтобы перейти на третий и не платить десять тысяч золотых, которых, как ты понимаешь, ни у нее, ни у меня нет, ей нужно совершить открытие. Или найти и принести в Академию настоящий артефакт древних, или исследовать какой-нибудь покинутый город. В общем, стоимость ее открытия или находки, должна многократно перевешивать стоимость ее обучения. Когда я с тобой поделился этой проблемой, то ты заявил, что знаешь, где есть покинутый город древних, как ты выразился, «даже очень древних». Я был ненамного трезвее тебя, поэтому сразу связался с племянницей и сказал ей, что есть человек, который готов ей помочь и довести до этого города. Извини, Серж. – добавил мой собутыльник поникнув. – Я понимаю, что все это был пьяный треп… но может быть ты сможешь что-нибудь подсказать.

- Что подсказать? Давай зови свою племянницу. – настроение у меня стремительно испортилось. Нет, можно конечно сказать, что все это бред по пьяни, но как-то так получилось, что за прожитые в этом Мире годы, я привык держать свое слово. А тут я явно проговорился, поэтому, хоть я и был во невменяемом состоянии, придется вести девчонку в Проклятые Земли. Да еще и не одну, а в компании с такими же недорослями. Тут я усмехнулся, ну да, недорослями, а сам, что, намного старше. Ну и чтобы хоть немного отомстить Алкилу, добавил. – А ты тоже, даже и не надейся, что я взвалю на себя все проблемы твоей племянницы и ее друзей. Ты с нами пойдешь. Тем более, что тебе будет вполне по пути, ты ведь за своим ненаглядным кольцом собрался.

- Так это был не пьяный треп?! Ты действительно знаешь где находится город древних?!

- Знаю, вот только далеко не факт, что о нем уже не известно. Тут всего ничего идти-то. Думаю, что дней за пять доберемся.

- Пять дней по Великой Пуще?! Да никто дальше десятка лиг никогда не ходил, а если и ходил, то только в составе сильного отряда и по известным маршрутам. Королевские Егеря, они конечно могут и дальше заходить, но только если кого преследуют, им не до поисков всяких развалин. Так я зову племянницу?

- Зови-зови.

Через несколько секунд возле моего столика уже толпилось пятеро молодых… ну скажем так, людей. Хотя если быть абсолютно точным, то людей среди подошедших, было только двое, молодая девушка и парень, девушка, я так понимаю, и есть пресловутая племянница. Еще подошли две эльфийки и эльф. Так, стоп, уточнение, одна эльфийка с эльфом, причем похожие друг на друга как две капли воды, а вот третья девушка, ее расовую принадлежность я так и не смог определить, пока она сама мне ее не сообщила.

- Ну что, давайте знакомиться и расскажите мне немного о себе. Вы должны понимать, нам с вами предстоит, хоть и не длинное, но достаточно опасное путешествие в великую Пущу. Тайны ваши мне не нужны, а вот понять, что вы можете, на что мы все можем рассчитывать, я должен. Я Серж, как вы видите, человек. Искатель, говорят не самый плохой боец. Не маг, причем, от слова «совсем», магией не владею и даже ее не вижу.

- Я Вайлет, нагатана. Маг Крови и Хаоса, окончила Магическую Школу и три курса Академии. В Пуще ни разу не была. – потупилась та самая, непонятная девушка. – Но я не подвиду! С оружием меня учил обращаться мой отец, он Мастер Клинка. Горы мне конечно привычней, но и в чащобе не пропаду, по крайней мере, сразу. – ну что же, вполне самокритично и реалистично.

- Завр, человек. Вырос на границе со Степью. Третий курс Академии. Ментальный маг, правда довольно слабый, специализируюсь на артефакторике. Неплохо владею кнутом, луком. Оружие для Леса, конечно, не совсем подходящее, но уж что есть.

- Я Раонель, а это моя сестра Раонелия. Мы эльфы, как вы, тоже видите. Оба маги Жизни. Перешли на четвертый курс Академии, до поступления окончили Магическую Школу. Сестра довольно сильный маг, но у меня чуть больше запас энергии. Оба хорошо владеем луком и неплохо шпагой. К Лесу привычны, но… не к Великой Пуще.

- А почему сестра молчит?

- Так вы же человек, а я в нашем Роду, из присутствующих, старший. – с недоумением ответил эльф.

- Если мы все же рискнем и отправимся в путешествие, то старший в отряде будет только один, и это Я. Это вы у себя на Родине, или в станах Академии будете считаться старшинством. В отряде все равны, хотя кое-кто и немного ровнее. Ясно?

- Да, ясно. – зазвенел колокольчиками голос эльфийки. – А вы правда можете нам помочь?

- Пока еще не знаю. Я в этих краях недавно и не имею представления, что вам тут известно, а что нет.

- В Великой Пуще известны только два древних Храма, да и те построены были всего пару тысяч лет назад, когда люди пытались очистить ее от нечисти. – сообщил мне Раонель.

- Ну значит мы с вами станем первооткрывателями Затерянного Города. Ну а что же молчит виновница нашего торжества?

- Я Агнес, человек. Закончила второй курс Академии. Специализация - Стихия Воздуха. Оружием владею только в рамках подготовки в Академии. Могу создать воздушный щит пятого порядка и удерживать его в течении семи минут. Ни в лесу, ни в горах, ни вообще нигде кроме обжитых мест не была. - уже почти шёпотом закончила девушка.

- Так, ну с молодым поколением все ясно. Алкил, твоя очередь. Представься «обчеству», пожалуйста.

- Я, Алкил, дядя Агнес. Искатель, слабый Видящий. Владею всеми видами оружия. Хотя подозреваю. Что если Сержа даже связать, то он будет намного опасней меня. В Пуще был, несколько раз, но дальше одного дневного перехода не ходил. Так что, обузой не буду.

- Ну вот и познакомились. Теперь давайте перейдем к нашему делу. Для начала, ответьте мне на пару вопросов. Вы всегда ходите в этих балахонах, или у вас есть что-то более подходящее для путешествия? И второй вопрос, как у вас обстоят дела с экипировкой, вооружением и средствами на приобретение всего необходимого? Раонель, тебе как старшему и отвечать.

- В пределах академии и города, мы обязаны ходить в мантиях студентов. Для путешествий у нас есть более подходящая одежда, ничем не уступающая вашей. – на эти слова я только усмехнулся. – Оружие у нас свое и неплохое, изготовлено нашими мастерами. Я не понял насчет экипировки, что вы имеете в виду?

- В первую очередь защита, потом всякие там, амулеты, артефакты и тому подобное. Как вы. Например, станете разводить огонь, в чем готовить пищу, из чего есть и пить. Всевозможные веревки, сумки, рюкзаки, палатки и спальные мешки. В общем всякие необходимые мелочи м не только.

- Все есть. Чего нет то закупим. Деньги… немного, но имеются.

- Вайлет?

- Все необходимое есть, чего нет, куплю.

- Завр? – парень замялся.

- Оружие есть, одежду тоже найду. Денег практически нет, но я что-нибудь придумаю. – а парень мне нравится, спокойный, рассудительный и явно не из богатеньких. Надо будет к нему присмотреться.

- Алкил, тебя не спрашиваю. Подготовка племянницы тоже на тебе. Пойдете за покупками, прихвати парня с собой. На подготовку вам трое суток. Через три дня жду вас в этом трактире, полностью собранными и готовыми. Посмотрим, как вы подготовились. Если все будет нормально, то на четвертый день отправимся в дорогу. Алкил, зайди ко мне, разговор есть. Ну вот пока и все. До встречи через три дня.

Эльфы и Вайлет быстро попрощались и почти бегом убежали, а я с искателем поднялся к себе в комнату.

- Ну спасибо тебе, Алкил!

- За что?

- За этот детский сад. Ладно, давай к делу. Во сколько, примерно, обойдется подготовка человека к нашему походу?

- Если по минимуму, то десять-двенадцать золотых. Если по максимуму, то пять-шесть тысяч. Если как положено, то в районе пятидесяти монет. Но это не считая магической составляющей. Всяких там эликсиров, свитков и тому подобного. Нам это не нужно, пятерка, не самых слабых, магов вполне способны обеспечить нас всем необходимым.

- Как у тебя с финансами? Ты чего не подумай, просто было бы глупо откинуть ноги из-за того, что не хватило пары десятков золотых на нормальную подготовку.

- Серж, я все-таки искатель, пару сотен монет найду.

- Вот и хорошо. – я протянул Алкилу кошель, - Здесь еще сотня. Позаботься о парне, а то его «найду», может нам всем выйти боком. И не говори ему, пусть думает. Что это ты его спонсируешь.

- Спонс… что?

- Ну, что это ты ему деньги даешь.

- А, понятно.

- Может поищешь еще пару знающих людей?

- Ты знаешь, Серж, я думаю не стоит. Если у нас все получится, то я ни за кого не поручусь. Сам должен понимать, блеск золота может застлать глаза любому.

- И тебе?

- Честно? И мне. Но я в отличии от всех остальных прекрасно понимаю, что без тебя никто из нас оттуда не вернется.

- Понимаешь?

- Знаю.

- Откуда?

- Я вспомнил, где и от кого я слыхал слова «Проклятые Земли», да и имя твоего Рода я тоже слышал там же. Серж, я знаю, что ты пришел «с той стороны». Я не стану утверждать, что ты проделал весь этот путь через Великую Пущу. Скорее всего, ты оказался здесь случайно и виной тому какой-нибудь портал древних, или амулет, или артефакт, как это, в свое время, произошло со мной. Веселый все еще жив?

- А что ему сделается.

- Вернёшься домой, передавай ему привет.

- Всенепременно. Так значит никакого прохода на ту сторону нет и всему виной какой-то артефакт?

- Да, я несколько приукрасил реальность, когда встретился с Веселым. Я был молодой и хотелось как-то выделиться, вот и наплел сказок о Искателях и торговцах. Хотел произвести впечатление.

- Ты его произвел. Веселый говорит о здешних землях с восторгом и придыханием до сих пор.

- Я очень старался.

- Ладно, еще один вопрос. Кто такие «нагатаны»?

- Ну ты и вопросы задаешь! Над ответом на этот вопрос, вот уже вторую тысячу лет, бьются все маги. Они появились из ниоткуда. Несколько тысяч разумных существ, почти полная копия человека, хотя эльфы утверждают, что они их копия. Прирожденные воины и маги, хотя особой силой, последние, не выделяются, уверенные середнячки, они прошли огнем и мечом по границам сразу двух Империй, отвоевав себе Восходные горы и прилегающие равнины. Все попытки выбить их с занятой территории окончились весьма плачевно. Каждый нагатан сильнее и быстрее человека и эльфа, вплотную приближаясь по этим характеристикам к вампирам и ламиям, да еще плюс ко всему, великолепные воины и ремесленники. На какое-то время попытки отбить захваченные нагатанами территории прекратились, а потом как-то все устаканилось, пришельцы на большее не претендовали и люди смирились, а со временем даже и привыкли к соседям. Тем более, что они стали надежным щитом от вторжения с востока, раз за разом принимая и отражая все попытки нечисти с восхода проникнуть на земли людей и эльфов. Хотя, не буду скрывать, есть версия, что нагатаны, одна из рас Изначальных, тех, кто жил в этом Мире, еще до появления людей и эльфов, да и гномов тоже, хотя те и считают себя истинными хозяевами этого Мира. Серж, поверь, наличие в отряде даже одного нагатана, это уже удача, а если он еще и маг, то удача двойная. Среди наемников, нагатаны самые дорогие и самые востребованные. Они пройдут там, где обычный человек спасует, они неприхотливы и сильны, быстры и смертоносны и в то же время надежные товарищи. Еще никто и никогда не мог сказать, что нагатан нарушил данное им слово. Достаточно сказать, что в личные покои Императора, только нагатаны имеют свободный доступ, все остальные гвардейцы и телохранители не заходят за Алых Пикинеров. Хотя, я забыл, что ты в наших реалиях еще новичок и тебе все эти наши заморочки до одного места. В общем, нет более надежного друга чем нагатан и нет более страшного врага, чем нагатан. Даже вампира можно подкупить, или уговорить, нагатана – невозможно.

- Спасибо за информацию, Алкил. Я буду иметь это в виду.

Три дня, отведенные мною молодёжи для сборов и подготовки, пролетели практически незаметно. В трактир я возвращался только переночевать, все остальное время проводя в городе, шатаясь по его улицам и площадям, по нескольку часов в день стоя перед величественным зданием магической Академии. Пару раз я видел Алкила, который в сопровождении всей пятерки, а не только племянницы и Завра что-то выискивал в торговых рядах. Но я к ним не подходил, а они, скорее всего, меня не замечали. Я тоже прогуливался не просто так, а потихоньку закупал все необходимое для длительного и опасного путешествия. В конце концов, здесь я оказался совершенно случайно и само-собой, что ни к чему подобному не готовился, тем более, что в погоню за графом я сорвался, буквально из тюремной камеры и все что со мной оказалось, это или то, с чем я в последнее время никогда не расставался, или то, что упаковали в мою сумку барон с Лаэртом. Так что, закупить мне необходимо было многое, начиная с запасного белья.

Сегодня вечером истекая назначенный мною срок. Я в последний раз пришел полюбоваться на Академию и уже совсем было собрался уходить, когда открылась неприметная калитка и из Академии, целенаправленно двигаясь в мою сторону вышел немолодой мужчина в хламиде мага. Насколько я понял, мага Земли, ведь именно они носят нечто на подобии рясы коричневого цвета.

- Господин Серж, если не ошибаясь?

- Да. С кем имею честь?

- Мое имя Эрд, я преподаватель Академии. С вами хочет поговорить наш ректор. Если вас это не затруднит, не могли бы вы проследовать со мной?

- Сам ректор?

- Да.

- А разве посторонним можно находиться на территории Академии? – на эти мои слова, признаю, глупые и наивные, маг только улыбнулся. – Хорошо, ведите.

Не знаю, вполне возможно, что весь мой путь до апартаментов ректора был усеян чудесами и волшебством. Я очень хочу на это надеяться. Но к моему сожалению, я так ничего и не увидел. Сразу за высоченной стеной раскинулся шикарный парк, покрытый сеткой узеньких тропинок, посыпанных белым песком. Некоторые из тропок вели к изящным беседкам, некоторые теряются в зарослях незнакомых мне растений. Часть упирается в небольшой пруд, наполненный кристально чистой водой, а часть ныряет куда-то под землю. Эрд привел меня к небольшому симпатичному домику, утопающему в цветах. Слегка стукнув в двери, маг поспешил распрощаться и покинул меня прямо на крыльце. Через некоторое время широкие резные двери распахнулись, из них дохнуло свежестью и прохладой, что надо признать, было очень приятно, в такой знойный день. Едва я перешагнул через порог, как по стенам побежали огоньки и вспыхнуло с десяток светильников, освещая мне дорогу и не давая с нее сбиться. Недлинный коридор привел меня в обширный холл, который, на мой взгляд, один больше всего дома. В холле я насчитал восемь дверей, одна из которых, сразу же, при моем появлении, открылась. Расценив это как приглашение, я шагнул вперед.

Стоило мне переступить через порог, как мое лицо обдал порыв свежего, морозного воздуха, а под ногами заскрипел самый настоящий снег, которого в этом Мире я еще ни разу не видел. Безотчетно наклонившись, я зачерпнул полные горсти снега, после чего слепил самый обыкновенный снежок, запустив его в сторону высоко висящего солнца. На моем лице сама собой появилась улыбка, а на душу снизошло какое-то умиротворение. Я стоял на вершине какой-то скалы, далеко внизу проплывали облака, а я просто стоял и дышал полной грудью, наслаждаясь тишиной и первозданной красотой этого места.

- Я смотрю вам здесь нравится, Серж, если не ошибаюсь. – раздался тихий голос у меня за спиной.

- Да. Мне здесь нравится. Это место напомнило мне мою далекую Родину. Извините, не имею чести знать ваше имя.

- Все называют меня просто Ректор, но вы можете звать меня Сваргон. Вы ведь не мой студент.

- Хорошо, господин Сваргон. Вы хотели о чем-то со мной поговорить?

- Да, хотел. Но сейчас вижу. Что это не имеет никакого смысла.

- Почему же? Я с удовольствием с вами пообщаюсь.

- Серж, вы ведь разрешите мне так вас называть? Учитывая нашу разницу в возрасте, я думаю, что имею на это право.

- Да, конечно.

- Признаться, сначала, когда я узнал о вас, я посчитал, что вы просто авантюрист и мошенник, пытающийся, зачем-то, затащить группу моих студентов в Великую Пущу. Я даже подумал о жертвоприношении. Но потом я узнал, что вашим спутником будет ближайший и единственный родственник одной из студенток. Злость на вас прошла, а вот интерес остался. Я даже предположил, что вы говорите правду, но никак не мог понять, зачем вы решили поделиться такой ценной информацией, всего лишь со студентами. Ведь знания о покинутом городе древних, это как минимум герцогская корона, благоволение Короля и Императора, любовь женщин и огромное количество золота. Я терялся в догадках, пока не увидел вас лично. Я вам не сказал, я маг-менталист, очень сильный, менталист. Каюсь, как только вы здесь оказались, я попытался взять вас под свой контроль и можете представить, насколько я был поражен, что мне, архимагу, это не удалось. Все мои усилия, вся моя сила, как будто обтекала вас. Не прикасаясь к вашей ауре. Скажите, Серж, в вашем Роду были ламии? Если не хотите отвечать, то не отвечайте. А ложь я почувствую.

- Я не уверен, но ходят слухи, что моя мать была представительницей этой расы.

- А ваш отец, он – маг?

- К сожалению нет. В этом отношении я пошел в него. Я как и он полностью лишён магических способностей. Даже если я окажусь в самом эпицентре магической бури, то и тогда не замечу ее. С одной стороны это доставляет массу неудобств, а с другой, гарантирует некую неуязвимость от прямых магических атак. По крайней мере, направленных персонально на меня.

- Тут вы немного не правы. Магия на вас действует так же как и на любого другого. Правда не всякая. Например, если я сейчас запущу в вас файербол, то он доставит вам массу неопрятных ощущений, или скажем «Ледяной Дождь», или «Воздушный Кулак». Другое дело, что все это лишь внешнее проявление магической силы, а вот сама ее Суть… тут вы правы, в ближайшие годы вы ее не почувствуете и не заметите. Но пригласил я вас по другой причине. Если честно, то я хотел убедить вас отказаться от вашей экспедиции, но вижу, что это практически невозможно.

- Почему вы так решили?

- Серж, я прожил на этом свете больше четырех сотен лет и все это время неустанно развивал свои способности. Сомневаюсь, что в этом Мире есть еще один маг-менталист, способный сравняться со мной. О любом человеке, или любом другом разумном можно узнать все, достаточно только посмотреть на его ауру. У вас же, вместо ауры, бушующий огонь, я не могу даже посмотреть на нее, чтобы это не вызвало сильнейшей боли. Скорее всего, это как-то связано с тайной вашего рождения. Не обижайтесь, но мне кажется, что своим зачатием вы обязаны не своему отцу, а магической Силе, равной божественной. Вам предстоят великие свершения. Однажды давши слово, вы, даже если сами захотите этого, не сможете его нарушить. И совсем не важно, кому вы его дали и при каких обстоятельствах. Поэтому я даже не стану пытаться вас отговорить. Я верю, нет, я знаю, что вы сдержите свое обещание и приведете детей в Затерянный Город. Более того, вы сделаете все, чтобы они добрались до него в целости и сохранности.

- Да, я сделаю это.

- Вот поэтому у меня и будет к вам просьба, точнее сразу две. Дайте мне слово, что вы приложите все силы, чтобы они так же и смогли вернуться оттуда.

- Великая Пуща не место для прогулок… но я даю вам слово, что приложу все силы, чтобы ваши студенты вернулись оттуда живыми и по возможности здоровыми. А какая у вас вторая просьба.

- Тут вашего слова я просить не стану. Понимаете, Серж, любая информация о Древних, даже самая малая, имеет огромное значение. Не только для магов, но и для всех разумных. Конечно, я мог бы обратиться с этой просьбой к любому из своих студентов, что отправятся с вами и они ее бы выполнили. Но именно вы первооткрыватель, поэтому я обращаюсь к вам. Я дам вам один артефакт. Он соединен с другим, точно таким же. Между ними есть связь и при определенных условиях эта связь позволяет открыть портал. Небольшой и довольно кратковременный. Этот портал даст нам возможность изучить ваш Город, узнать что-то новое о разумных его населяющих, о давно прошедших временах и событиях. Академия даже готова заплатить вам за это. В моей власти предоставить вам свободный доступ в ее библиотеку и сокровищницу. В свою очередь могу вам гарантировать, что все, что мы сможем найти в Городе, пойдет на благо всех людей и не людей, населяющих Империю. За свою тысячелетнею историю Академия скопила немало богатств и все они будут в вашем распоряжении. Вы ни в чем не будете знать нужды, а когда ваш Дар и ваша Сила пробудятся и раскроются, Академия распахнет перед вами свои двери и вам даже не придется задумываться о «презренном металле».

- Уважаемый господин Сваргон, вы несколько заблуждаетесь относительно того места, куда я планирую привести ваших студентов. Тот город, куда вы так стремитесь попасть, представляет собой жалкие развалины, разве что центр сохранился более-менее нормально, да и то. И еще даже в таком виде, город представляет собой огромную опасность, его развалины облюбовала нечисть. Для того, чтобы начать там раскопки, или какую научно-исследовательскую работу, вам потребуется целая армия, чтобы только обезопасить периметр. Да и то, стаи демонов и иной нежити будут постоянно на вас нападать. Не пройдет и двух-трех дней, как эта ваша армия разбежится.

- В нашей академии больше пяти тысяч студентов и это не считая первых двух курсов. Я уверен, что они вполне в силах обезопасить место работы. В конце концов, мы можем использовать стационарные артефакты и полностью изолировать развалины от окружающего мира.

- Этот ваш артефакт, он одноразовый, или им можно пользоваться несколько раз?

- Все зависит от расстояния, на которое требуется открыть портал. Но в любом случае, на два-три раза его хватит. Вы говорили, что Город находится в трех-пяти днях пути, значит это от тридцати, до ста лиг отсюда. На такое расстояние артефакт откроет портал несколько десятков раз. Нам же будет достаточно и одного раза. Первый кто шагнет из академии в Город, принесет с собой более мощный артефакт, который позволит нам держать портал постоянно открытым.

- Вы знаете, господин Сваргон, а я, пожалуй соглашусь. Только при одном условии, вы научите меня им пользоваться. В конце концов иметь запасной путь для отступления никогда не лишнее.

- Я знал, я надеялся, что вы согласитесь. А использовать артефакт довольно просто. Достаточно только капнуть на него кровью и представить место, куда необходимо открыть портал. Артефакт сам найдет своего «собрата», свяжется с ним и откроет портал. Я лично покажу вам портальный зал Академии и вы сможете хорошенько его запомнить.

- Скажите, господин Сваргон, а существуют артефакты, позволяющие открывать порталы в одну сторону, без второго артефакта?

- Да. Такие артефакты есть. Но в данном случае требуется представить то место куда вы стремитесь попасть в мельчайших деталях. Такие артефакты очень дороги, но если он вам нужен, то мы создадим его для вас. К вашему возвращению все будет готово. Процесс создания такого артефакта очень сложный и трудоемкий, и требуется участие в работе по его созданию, как минимум трех магов, уровнем не ниже магистра. Самое сложное найти такого мага, чтобы он практиковал магию Пространства м при этом был достаточно сильным. К счастью, у нас в Академии есть такой специалист.

- Прекрасно, господин Ректор, просто прекрасно! И я надеюсь, вы не забудете о своих обещаниях. Сильно грабить Академию я не стану, но вот на небольшой домик в столице я вас раскулачу.

- Извините, Серж, что сделаете?

- Позаимствую из вашей казны деньги на покупку небольшого домика.

- Да за ради всех Богов. Если хотите, мы выстроим для вас дом где вы захотите, даже на территории Академии.

- А это возможно?

- Для меценатов и спонсоров Академии нет ничего невозможного. К сожалению ни тех, ни других у академии нет. Вы будете первым и единственным.

- По рукам, господин Сваргон!

- По рукам, Серж. Ну а теперь, если вы в полной мере насладились горами и чистым воздухом, то прошу вас составить мне компанию за ужином. Наш договор стоит хорошенько отметить. А о ваших спутниках можете не беспокоиться, их экипировкой немедленно займутся наши мастера. Гарантирую, что еще никогда не было и скорее всего, никогда не будет отряда, подготовленного лучше, чем ваш.


10 Глава.

За легким ужином, поданным нам прямо в кабинет ректора, Сваргон вдруг у меня спросил, не хотел бы я осмотреть Академию. Что интересно, буквально за минуту до этого я обдумывал, как бы напроситься на такую экскурсию. Поэтому с радостью согласился. Мелькнула у меня, правда, мысль, что ректор слишком много времени мне уделяет и скорее всего у него просто уже накопилось немало дел, да и со мной он все вопросы уже порешал, так что, сбагрит меня сейчас паре студентов, дескать покажите тут нашему гостю все что можно, а в том, что студентам, пусть и самым лучшим, почти выпускникам, доступ есть далеко не везде, я ничуть не сомневаюсь. Да, в принципе, оно и правильно, кто такой я и кто такой Ректор Магической Академии, он с местным королем на ты разговаривает, тот ему даже приказать ничего не может, только попросить, а я, непонятный приблуда, вроде как и благородных кровей, пусть и обладающий кое-какой полезной информацией, но ведь все уже решено, цена за все озвучена и надо признать, весьма высокая цена, так чего еще-то со мной возиться, пора спускать «по инстанции». Ан нет, ректор лично провел для меня всю экскурсию. Конечно вполне возможно, что кое-куда он меня сознательно не повел, я даже в этом уверен, ну так и мне надо было сформулировать свои желания посетить то или это. А что я мог попросить мне показать? Только то, о чем знаю. А что я знаю и откуда? Так из редких разговоров, обмолвок и прочитанных еще на Земле фентазийных книг. Вот и повел меня Сваргон к студенческому общежитию, по кафедрам факультетов, коих тут оказалось заметно больше, чем я думал, на те же полигоны, дуэльную площадку, показал студенческую столовую, учебные аудитории и лабораторные помещения. Предложил провести меня в сокровищницу, но я отказался. Какой смысл, ну покажут мне гору артефактов, и всяких непонятных штук, а что дальше? Все равно я ничего не пойму и толком не увижу, так стоит ли терять время. А вот побывать в библиотеке, оценить, так сказать, объем магических знаний…

К этой моей просьбе ректор отнесся вполне доброжелательно и сам выполнял роль гида и архивариуса. Признаюсь, я ожидал увидеть что-то вроде наших библиотек, обшарпанные стены, покоцаные столы и убитые стулья и ничем не перебиваемый запах типографской краски и бумаги. Каково же было мое удивление, когда я попал в самый настоящий музей. Высоченные потолки, кругом фрески и картины, статуи и полки, сотни тысячи книжных полок, заставленных ровными рядами книг.

С молчаливого согласия ректора я брал в руки ту или иную книгу, пытался читать, но большая часть прочитанного ускользает от моего понимания. Со вздохом я ставил книгу на место, но только для того, тут же взять в руки следующую. В какой-то момент ректор у меня спросил:

- Серж, вы ищите что-то определенное?

- Господин Сваргон, а где у вас справочная литература?

- Справочная?

- Ну, скажем книга, в которой описываются наиболее известные и распространенные артефакты, способы их определения и назначение. Этакий справочник для начинающих искателей, магов, рейнджеров?

- Интересная постановка вопроса… интересная и очень полезная. Поразительно! И почему никто до сих пор не додумался до столь простой мысли!? Объединить все наши знания об артефактах в одной книге! По истине, гениально. К сожалению, Серж, такой книги у нас нет. Но, вы подали великолепную идею, и мы обязательно претворим ее в жизнь.

- Вы ошибаетесь, господин ректор. Такая книга у нас есть. – раздался голос из-за соседней полки. И к нам вышел невысокий старичок в белой хламиде.

- Серж, позвольте вам представить, наш архивариус и летописец Академии, магистр магии Порядка, глубокоуважаемый Годен. Господин Годен, вы говорите, что такая книга есть? А почему я о ней ничего не знаю?

- Потому что, такая книга существует только водном-единственном экземпляре и ей уже больше трехсот лет. Ее составлением занимался мой предшественник, высокочтимый магистр Альб. Этой книги нет в учебных планах, ее нет и в планах нашего отдела переписчиков. Она даже не проходит по нашим каталогам, ведь это личная инициатива магистра Альба, он составлял ее многие годы, выискивая в библиотеке крупицы знаний и сносил их все в один том. В этой книге нет схем плетений, там только описание, рисунки, принцип действия и назначение того или иного артефакта.

- Уважаемый магистр Годен, а можно ли посмотреть на эту книгу? – не вытерпел я.

- Если только господин ректор не будет против.

- Нет-нет, я не против, мне и самому очень интересно.

- Тогда прошу вас проследовать за мной.

А через несколько минут я уже сидел за столом и переворачивал страницы совсем немаленького фолианта. Сотни артефактов, среди которых то и дело попадаются те, что я уже держал в руках и просто отбрасывал в сторону как бесполезный мусор. Не на каждый артефакт было изображение, большая часть имеет только описание, но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы вырвать из меня горестный стон. В какой-то момент я заметил, что подчерк составителя книги изменился.

- Уважаемый магистр Годен, последние несколько десятков листов написаны другим человеком…

- Да, я в меру своих сил продолжил Дело моего предшественника и надеюсь, что следующий архивариус, продолжит его точно так же как и я. – увидав, что я уже совсем было открыл рот, чтобы что-то сказать, архивариус замахал на меня руками. – Нет-нет, молодой человек, даже и не просите! Книгу я вам не отдам. Если хотите и господин ректор вам разрешит, то можете изучать ее в нашей библиотеке, но за ее стены она не выйдет!

- Извините, Серж, но эта книга не принадлежит Академии и тут даже я бессилен. Но я обещаю, что к следующему вашему посещению нашей Академии мы подготовим для вас один экземпляр. Переписывание книг очень длительный и трудоемкий процесс. Пройдет не один год, прежде чем мы сможем обеспечить наших студентов, этим поистине бесценным томом.

- Не один год? Переписывание книг? Вы что, до сих пор переписываете книги вручную?!

- А вы знаете другой способ?

- Конечно знаю и не один! Вы же тут все маги, неужели вы до сих пор не умеете книги печатать?

- Серж, пойдемте в зал переписчиков, вы там сами во всем убедитесь. Господин Годен, вы нас не проводите?

- С большим удовольствием, господин ректор. Только вам придется переодеться, сами понимаете, таковы правила.

Экскурсия в то место, где несколько десятков человек переписывала книги, произвела на меня удручающее состояние. Большой, полутемный зал, над каждым фолиантом трудится пара человек, один с помощью своей магии создает что-то вроде увеличительного стекла, а второй старательно выводит каждую букву, в точности повторяя все завитушки и финтифлюшки. На мой вопрос, а что, разве нельзя осветить зал получше, последовал ответ, что многие из переписываемых книг очень древние и яркий свет может им навредить.

- Ну что, молодой человек, вы все еще уверены, что можете предложить способ копирования книг лучше? – с небольшой долей сарказма спросил меня архивариус.

- Да, могу. Но ответьте мне пожалуйста, точное повторение каждой буквы и каждой грамматической ошибки, это необходимо?

- Для магических книг, да. Но их мы не переписываем. Каждый маг, при написании своей книги вливает в нее толику своей Силы, поэтому, даже если повторить ее в точности, то пользы от нее практически нет. А для всех остальных книг, это служит, всего лишь, для облегчения нелегкого труда переписчиков. Вы же сами понимаете, люди не големы, они устают, а значит им требуется отдых, они отвлекаются. А в точности повторяя написанное, им намного легче не сбиться.

- Ага, значит размер шрифта, и его внешний вид, особого значения не имеют…

- Серж, что вы придумали?

- Я ничего не придумывал, просто я пытаюсь вспомнить тот процесс, что используется у меня на Родине. Господин Сваргон, а какие маги у вас работают с металлами, например, со свинцом?

- Маги Земли.

- У вас тут есть помещение, где я мог бы поработать с парочкой ваших магов Земли, можно даже со студентами. И еще, мне нужно будет пара стоунов свинца, немного ваших чернил и какая-нибудь книга. Для начала будет достаточно одной страницы.

- Можно на время занять лабораторию кафедры Стихийной магии. Сейчас каникулы и она свободна, да и студентов найдем. Вы не будете против, если я поприсутствую при ваших экспериментах?

- И я, если можно!

- Конечно не буду.

А уже через час я стал свидетелем работы самой настоящей магии, хотя, на мой взгляд, это совсем и не магия, а просто технология, если конечно не принимать во внимание, что по желанию человека, прямо из воздуха, формируется полутораметровая линза, или на совершенно холодном, отполированном мраморе плавится свинец, превращаясь в идеально ровный прямоугольник, подходящего размера. Или как на моментально остывшей свинцовой пластине проступают буквы, постепенно складывающиеся в слова. Я смотрел на все это действо со смешанным чувством зависти и восхищения.

Когда на свинце проявилась почти вся страница из книги, предоставленной мне для опытов, архивариус, ехидно поинтересовался у меня, а представляю-ли я общее количество книг в библиотеке и потребное для их «печатанья» свинца, если все их страницы будут так копироваться, да и вообще, кто из людей сможет поднять такую «книгу». Тут уже и я немного не сдержался, заявив, что таким способом откопированную книгу, сможет носить в своем кармане даже ребенок. Чем вызвал искреннее удивление, а скорее, подозрения в моем душевном здоровье.

И вот наконец-то я держу в своих руках свинцовую страницу какой-то книги. Да, магия ничем не уступит компьютерным технологиям, по крайней мере в точности нанесения гравировки. Все строчки идеально ровные, все буковки одна к другой. Интересно, почему книги переписывают вручную, а не используют для этого магию, ведь так будет и быстрее и точнее? Все оказалось просто, бумага не выдерживает магического воздействия, пытались и не один раз. Ладно, начнем священнодействовать дальше.

- Серж, позвольте мне? Я уже, кажется все понял, и на самом деле все очень просто. – ректор принял у меня свинцовую страницу и с помощью какой-то магии покрыл ее тонким слоем чернил, после чего архивариус, по его сигналу, аккуратно положил на нее лист бумаги.

- Надо чем-нибудь прокатать бумагу. – заметил я, и почти сразу же над бумагой образовался валик сжатого воздуха, несколько раз прокатившийся по ней туда-сюда.

Стоило только «валику» развеяться, как архивариус, никого не спросив, схватил лист. Несколько секунд он в него пристально всматривался, а потом разочаровано проговорил:

- Нет, читать ЭТО невозможно. Вы ошиблись, молодой человек.

Свежеотпечатанный лист пошел по рукам, когда он наконец-то попал ко мне, я убедился в истинности суждений магистра, да, это читать невозможно, по листу бумаги бежали ровные строчки каких-то кракозябр. Неприятно осознавать свое поражение, хотя я никак не мог понять в чем дело, может быть в магии?

- Надо наносить на свинец текст в зеркальном отображении, как на кольцах-печатках. – раздался за нашими спинами тонкий девичий голосок.

Я заметил, как маги переглянулись, а потом помещение лаборатории заполнил сумасшедший хохот, которому вторил испуганный писк студентки-магички, только сейчас сообразившей, к кому она лезет со своими советами.

- Ты кто, дитя? – просмеявшись спросил ректор.

- Я Алия, закончила второй курс, факультет стихийной магии, маг Воздуха. Вот, подрабатываю в лаборатории, чтобы собрать денег на дорогу домой, господин ректор. Прошу прошения за свою наглость. – но тут уже я влез в разговор.

- Алия, это ведь ты создала ту линзу?

- Да, я, господин.

- А насколько хорошо ты можешь ей управлять?

- Очень хорошо, господин. – уже с некоторым вызовом ответила девочка, хотя нет, уже, судя по всему, девушка и при этом очень миленькая.

- А писать с помощью своей линзы ты сможешь?

- Как это писать с помощью «Щита Воздуха»?

- Господин Сваргон, а можно как-нибудь сделать так, чтобы сюда попадал свет солнца?

- Можно, а зачем?

- Если вас не затруднит, а я вам продемонстрирую. – через секунду потолок над нами разошёлся и помещение залили солнечные лучи.

- Жаль, конечно, что солнце уже заходит. Алия создай свой этот «Щит воздуха», но сделай его в виде двояковыпуклой линзы. Так, молодец, а теперь немного поиграй с высотой и углом наклона, попытайся поймать солнечный луч… так молодец, видишь на полу яркое пятно света? Изменяя высоту и угол наклона своего «щита», сведи пятно в точку. Прекрасно! Господа маги, вас не затруднит, изготовить еще одну свинцовую пластину, точно такую же. Огромное спасибо. Алия, наведи точку на пластину и постарайся нагреть свинец. Замечательно, просто великолепно! – вскликнул я, увидав, как под действием «солнечного зайчика» начал плавится свинец. Моя безумная затея удалась, я прекрасно понимаю, что от линзы, свинец не может расплавиться, но ведь здесь замешана магия, так что все возможно. – Алия, а теперь управляя «щитом», постарайся воспроизвести на этой свинцовой пластине то, что ты видишь на этой.

Яркая точка забегала по свинцу выплавляя на нем новый, теперь уже перевернутый текст. Через пять минут все было законченно. В зале повисло удивленное молчание.

- Ой, а нам никто не говорил, что «Щит Воздуха» можно использовать как оружие!

- А об этом никто и не знал, милая девочка. – потрясенно ответил ректор.

- Сто лет живи – сто лет учись! – несколько самодовольно ответил я, - Господин магистр, не желаете повторить свой опыт? – Ну, это я мог бы и не говорить, магистр Годен уже распылил чернила над новым оттиском и прикладывал к нему чистый лист бумаги. Минута и он в слух читает отрывок из какой-то книги. Глаза его сияют, а голос прямо-таки звенит от возбуждения.

Пока все восторженно разглядывали только что отпечатанную страницу учебника, я посмотрел на девчушку. На ее лице читалась усиленная работа мысли.

- О чем вы задумались, прелестное создание?

- Господин, - смущаясь ответила девушка, - Я подумала, что господин архивариус прав, слишком много свинца потребуется для «перепечатывания» всех книг библиотеки. Можно конечно использовать одну и ту же пластину, но тогда каждый раз придется «писать» текс заново. А что если изготовить набор букв, и просто устанавливать его в специальные места, тогда можно будет многократно увеличить скорость печати…

- Такие буквы называются литерами. Господин ректор, позвольте вас поздравить, только-что, в стенах вашей Академии родился первый в Мире книгопечатник. Эта девушка сходу придумала способ. Как очень сильно увеличить скорость печати книг, при этом сведя затраты к минимуму и к тому же, без использования магии. – сказал я и указал на девушку, которая моментально покраснела от смущения.

- Извините, Серж, я, находясь в некотором возбуждении от только что увиденного, пропустил ваш разговор. Не могли бы вы ввести меня в курс дела?

- Девушка предложила использовать «наборный шрифт», это когда текст набирается из отдельных букв, или литер, а потом отпечатывается. Преимущества такого способа печати в том, что маги тут практически не нужны, разве что только на самом первом этапе, да и то, можно обойтись без них, достаточно найти хорошего и грамотного ремесленника, способного отлить большое количество литер.

Ректор посмотрел на меня, потом на Алию, чему-то улыбнулся и перейдя на официальный тон, заявил.

- Госпожа Алия, я как ректор Магической Академии, принимая во внимание ваши выдающиеся заслуги в развитии академии, предлагаю вам продолжить свое обучение в стенах нашей Академии, до тех пор, пока вы сами не решите, что дальнейшее обучение вам не нужно, или пока Академии нечего вам будет больше дать. А вам, серж. Я еще раз повторяю, двери нашей академии всегда для вас открыты. Сегодня я узнал больше, чем за последние сто лет и все благодаря вам. Некоторым нашим преподавателям и студентам, будет очень полезно узнать, что человек, совершенно не владеющий магией, но зато имеющий острый и пытливый ум, смог открыть для нас новые пути развития магического искусства.

Если для меня ничего сверхъестественного и не произошло, то вот на Алию было страшно, страшно смешно, смотреть. Она буквально светилась от счастья и, такое ощущение, была готова целовать ноги, что мне, что ректору. Всю эту «пастораль» разрушил ректор.

- Серж, если вы сможете перенести начало своего путешествия на пару дней, то я обещаю вам, что так заинтересовавшая вас книга, будет, специально для вас, отпечатана по изобретенному госпожой Алией способу.

- Господин Сваргон, к сожалению, отложить выход я не могу, но в ближайшие три дня, вы сможете нас найти на опушке великой Пущи. Нашей экспедиции еще потребуется немного времени для подготовки, которую лучше всего провести в условиях, «максимально приближенных к боевым». – с этими словами я поспешил покинуть «Высокое Собрание» оставив магов и их учеников играться с новой игрушкой, напоследок краем глаза заметив, как студентку Алию окружили серьёзные мужчины в алых и небесного-голубых рясах, что-то у нее выпытывая. Принимая во внимание, что и сама она ходит в светло-голубой хламиде, то мужики в синем, это преподаватели с ее факультета, а в алом, или маги Огня, или, как принято говорить в земной литературе, «боевики».

Блин, как же плохо, что ничего не понимаю в магии, потому как чую, что вот таких вот «магических» открытий, о которых на земле знает каждый второклассник, я мог бы вывалить еще с десяток, и это сразу, сходу, особо не задумываясь. В конце концов, что стоит магу Воздуха создать две области, низкого и высокого давления, вот вам и молния и «климатическое оружие», или что для мага Земли выделить из бокситов алюминий, который здесь встречается крайне редко и по стоимости многократно превосходит и серебро, и золото. А электричество, которое могут получать и маги Воздуха, и маги Воды… Эх, что же мне так не повезло-то?! Хотя ректор что-то там и говорил, насчет очень насыщенной ауры и предрекал мне появление совсем неслабых магических способностей. Ладно, поживем увидим.

Спал я в эту ночь просто отвратительно. Полночи мне снились всякие кошмары, а потом я мучился от духоты, малюсенькое окошечко совсем не способствует проникновению в комнату свежего ночного воздуха. Так что, встретил я на утро членов своей «экспедиции» в отвратном настроении, что и не замедлил им продемонстрировать, устроив марш-бросок в полной выкладке до самой опушки Великой пущи. Я ведь совсем не шутил, когда говорил, что прийти они должны полностью готовыми к путешествию, вот и проверим, как они подготовились. В конце концов, если они что-то не учли, что-то забыли, то лучше это выяснить сейчас, а не когда мы окажемся в самой чаще.

От трактира до опушки Пущи, около двух лиг, по земному, что-то около пяти километров, ну, на мой взгляд по крайней мере, так что, забег должен получиться неплохой. Посмотрим на физподготовку местных магов, а потом уже будем думать.

Окончание нашей «легкой пробежки» я отметил трясущимися ногами, тошнотой и неимоверным желание лечь и не двигаться. Я вот молодежь была свежа и полна сил, по-моему, они даже не вспотели. Скажу честно, я был в шоке, хотя сам виноват, ведь темп задавал я и бежал я на пределе своих сил. Это что же получается, физически я намного слабее девчонки, никогда не покидающей черту города?! Есть о чем задуматься, не правда-ли?

Видя мое понурое состояние, ко мне подошел Алкил, который выглядел ненамного лучше меня.

- Что командир, не понимаешь как так и почему ты еле стоишь на ногах, а они как будто никуда и не бежали?

- Да, Алкил, не понимаю! Я же вижу, что я сильнее и выносливее любого из них, а вот факты говорят об обратном!

- Серж, они маги!

- Ну и что!

- Как это ну и что? Да основам магии Жизни учат в первую очередь! Ты посмотри на их магический резерв! Они же сейчас и от курицы не отобьются, они почти полностью пустые, только эльф и нагатана еще что-то могут, но это так, слезы!

- Алкил, я не вижу магию! И их магический резерв для меня «темный лес»!

- А как же ты ходишь по Пуще?!

- Вот так и хожу, слушаю свою «пятую точку», сиречь интуицию. Так что, давай, рассказывай, что там с их резервом и какое это имеет отношение к нашей экспедиции.

- Всю дорогу они поддерживали себя с помощью магии, поэтому и добежали, но теперь они как маги, полный ноль и будут оставаться такими еще как минимум часов пять, пока не пополнят свой резерв. Так что, не расстраивайся. Ты-то еще пару лиг пробежал бы, не в таком темпе, конечно, а они все, они пустые!

- Твою же мать! Ну я им сейчас устрою. Так, отряд, слушай мою команду, - К Бою! Агнес, воздушный щит на полдень, нас атакует стая нежити. Завр, твоя задача постоянное сканирование округи в поисках враждебных существ, Вайлет, с тебя самое твое убойное заклинание, работающее по площадям, Раонель, Раонелия, с вас подпитка нашей основной ударной и оборонительной силы. Действуйте! Ну и чего встали, чего глазками лупаем?! Стая уже напала, я и Алкил деремся как можем, оба уже ранены, а вы все стоите! Все, нечисть нас разорвала на куски, принялась за вас. Вайлет стала первой жертвой. Что стоим, кого ждем?! Агнес сожрали живьем! Слышите как она визжит? И Завру пришел конец, Раонель, твоей сестрой только что перекусила стая монстров Пущи. Все, и тебя сожрали! Итак, господа маги, примерно через сутки, вы выйдете из монстров в качестве де…, отходов жизнедеятельности. Вы как, из такого состояния возродиться сможете? Что молчим? Нет?! А почему? Кто мне три дня назад говорил, что не подведет, справится и все такое? И подвели, и не справились! Кто мне ответит, почему так получилось?

- Мы пустые, мы потратили на бег все свои магические силы. – нашел в себе смелость признать Завр.

- Так, а почему так получилось?

- Слишком большая дистанция и слишком быстрый темп вы задали, командир. – это уже Вайлет. – Мы не могли его выдержать, не тратя сил своего магического резерва.

- А язык у вас на что? Темп и расстояние передвижения отряда рассчитывается из возможностей самого слабого. В пуще нет безопасных мест, на вас в любой момент может напасть какой-нибудь монстр, или их стая, да и просто хищное животное. Даже в открытом поле, на стоянках и привалах, вы всегда должны быть готовы отразить нападение. Совсем не страшно выказать свою слабость, страшно оказаться бесполезным и обузой для других, страшно стать причиной смерти своих боевых товарищей, а мы все ими станем, стоит нам только сделать первый шаг в дебри Великой Пущи. Раонель, ты кажется говорил, что вы с сестрой неплохие лучники, так где ваши луки? В сумках? Так удобнее бежать? Ну, так и помирать, так тоже удобнее. Вайлет, где твое оружие? Тоже в сумке? Молодец, из тебя получится прекрасный обед для какой-нибудь твари. Завр, а где твое оружие? А где мое и Алкила? Ладно, все с вами ясно, «дети цивилизации», будем тренироваться и как говорил один умный человек на моей Родине: «тяжело в ученье – легко в бою». Раонель, Завр, на вас подготовить лагерь, Раонелия, Агнес, на вас обед. Алкил, Вайлет, вы идете со мной, проведем маленькую разведку. Из виду друг друга не терять, при малейшей опасности давать сигнал, мои команды выполнять беспрекословно. Все, всем за дело.

Как оказалось, когда я говорил ректору, что мы задержимся на опушке дня на три, я был неисправимым оптимистом. Две недели! Две недели мы провели в этим «пионерском лагере» и единственное чего я добился, так это что теперь молодые маги могут пробежать где-то с поллиги без использования магии и после этого не упасть прямо там, где остановились и не «метать фарш». Хотя нет, вру, еще наша эльфийки с Агнес научились неплохо готовить, а эльф с Завром разбивать лагерь минут за десять. А вот с Вайлет все плохо. Нет, не совсем конечно, но для того, чтобы выбить из нее инстинкты горянки, двух недель явно маловато, боюсь, что тут и парой лет не обойдешься. Дело в том, что при сигнале «опасность», она сначала замирает, а потом резко приседает. Я прекрасно понимаю, что в горах иначе нельзя, там любое резкое движение может привести к смерти и я даже согласен смириться с ее ступором, но вот то, что она вместо того чтобы оценить опасность и шагнуть в сторону, пусть даже и приседая одновременно, резко почти падает, превращая себя тем самым в жертву, в добычу для лесных хищников, обыкновенных и не очень, это плохо. Да и разведчик из нее никакой, девушка никак не может привыкнуть к лесу, к его игре тенями, многообразию форм и контуров. В этом отношении брат с сестрой намного лучше ее, да и меня, если честно, и Алкила. По лесу они передвигаются плавно, практически бесшумно и почти моментально определяют наличие засады. Разведчики из них просто идеальные, а вот бойцы откровенно слабые. Если Раонель еще туда-сюда, то его сестренка – полный ноль, если конечно не с луком. Вот в обращении с луком Раонелия и братцу форы даст. В общем все сложно и запутано.

Но есть и приятные результаты нашего «сидения на опушке», вечером второго дня к нам в лагерь заявилась целая делегация. Когда метрах в пятидесяти от лагеря засеребрилась зеркало портала, все мои маги переполошились и все бросив, столпились перед ним. А уж когда из портала показался ректор, да еще в сопровождении десятка преподавателей академии и архивариуса, то чуть не разбежались в панике, только мой окрик и грозный рык Алкила остановил паническое бегство. Среди прибывших, я разглядел и ту догадливую девчушку, Алию, прижимающую к себе, как великое сокровище, какой-то сверток.

- Добрый день, Серж, - начал разговор ректор, - вот как и обещал, решил навестить вас лично. Как у вас дела?

- Здравствуйте, господин Сваргон, добрый день, господа маги, привет, Алия. Дела наши, если честно, плохи.

- Что случилось, Серж?

- Я поражен физической слабостью ваших студентов, господин ректор. Магия, это конечно очень хорошо, но по исчерпанию своего резерва магических сил, ваши студенты и от кошки отбиться не смогут. А резерв этот у них, сами понимаете, еще очень мал.

- Да, тут вы опять полностью правы, Серж. Я, кстати, именно по этому поводу и пришел. К моему удивлению, никто из этих молодых дарований не воспользовался помощью Академии в своих сборах, как мы с вами договорились. Вы им что, не сообщили о нашей договоренности?

- Если честно, то нет. Я думал, что вы сами их поставите в известность, они же всё-таки ваши ученики.

- Ладно, не беда. Я почему-то так и подумал, поэтому и пригласил с собой преподавателей, у которых ваши спутники проходят обучение. Мы сами, сообща собрали все необходимое. В том числе позаботились и о пополнении их магического резерва. Да и для вас у нас есть подарок, точнее есть подарок у Алии. Девочка, подойди сюда, не стесняйся.

Девушка, немного стесняясь, подошла и как-то неуверенно протянула мне свой сверток. Что в нем, я уже понял, - обещанная ректором книга с описанием всевозможных артефактов и магических предметов.

- А вот за это огромное спасибо!

- Это вам спасибо, Серж. Сейчас половина Академии занята только тем, что изготавливает эти ваши «литеры», набирает из них тексты и печатает всевозможные книги и учебники. А почти все маги Воздуха и Земли, заняты тем, что с помощью придуманного вами «Солнечного Луча», копируют те же книги и учебники на латунные пластины. Как оказалось, Алия немного смухлевала в первый раз и одновременно с усовершенствованным вами «Щитом Воздуха», применила одно интересное заклинание из школы Земли. Очень талантливая девочка. Мы на педсовете приняли решение, что стоит перенести всю библиотеку Академии на эти пластины, во избежание, так сказать, невосполнимой утраты. А то, мало-ли что может случиться. Ладно, Серж, я смотрю вам не терпится ознакомиться с подарком Алии, пойду я, пообщаюсь со своими студентами, а вы наслаждайтесь своей новой игрушкой.

Ректор отошел, а я просидел за изучением книги в одиночестве совсем недолго. Уже минут через десять ко мне присоединился Алкил. Подошел-то он только для того, чтобы похвастаться, как оказалось, ректор и про него не забыл, так что, теперь Алкил стал счастливым обладателем палаша, с изрядной примесью серебра и, как он мне поведал по секрету, с основой из мифрила, да еще и с кучей очень полезных заклинаний, наложенных на клинок. Не забыл ректор и про защиту, снабдив искателя эльфийской кольчугой, очень легкой и прочной, ну и еще так по мелочи, какие-то там амулеты, артефакты и прочие безделушки.

Вот только похвастаться у Алкила не получилось, сначала он начал с упоением мне рассказывать, обладателем каких сокровищ он стал, но длилось это ровно до того момента, пока его взгляд не зацепился за строчки в изучаемой мною книге. Моментально, нижняя челюсть искателя оказалась где-то на уровне пояса, а в глазах появилось выражение обиженного ребенка, которого поманили конфеткой и обманули.

- Серж, откуда у тебя это чудо?!

- Подарок ректора и вооон той девушки.

- Серж, что ты хочешь за эту книгу?! Нет, я неправильно сказал, я прекрасно понимаю, что она бесценна, что ты хочешь за то, чтобы дать ее переписать. В нашей Гильдии есть пара хороших переписчиков. Серж, Гильдия заплатит любые деньги!

- Алкил, не суетись под клиентом. Просто подойди и поговори с ректором. Я думаю, что он не откажет, да и возьмет немного.

- Академия никогда и никому не дает своих книг. Даже королевские и императорские маги, могут изучать их только в стенах Академии.

- Алкил, поверь, очень скоро все изменится. Я тебе еще раз повторяю, просто подойди и поговори. Только не обещай золотые горы, просто спроси, сколько будет стоить для тебя такая же книга. Ну а если не договоритесь, то обещаю, после возвращения я дам тебе переписать эту книгу и, может быть, даже совершенно бесплатно.

Искатель, недоверчиво посмотрев на меня, все же отправился на переговоры с ректором Академии. То, что Алкил до смерти боится его, было видно невооруженным взглядом, но он все же нашел в себе силы. Через несколько минут к их беседе присоединились Алия и архивариус. Было ясно видно, что там идет совсем нешуточный торг, но в конце концов «высокие договаривающиеся стороны» пришли к какому-то соглашению, причем, судя по довольным физиономиям, к обоюдной выгоде. Мне даже стало интересно, на что маги смогли развести искателя.

Но выяснять мне это не пришлось, счастливый Алкил сам мне все рассказал. Оказывается, в Гильдии Искателей и Рейнджеров, тоже есть своя, пусть и совсем небольшая, библиотека. Академия уже давно положила на нее глаз, но Гильдия категорически отказалась ее продавать. А вот теперь пришли к соглашению, что Академия передает Гильдии полсотни таких же книг как у меня, а Гильдия в свою очередь, сдает в «аренду» на один месяц свою библиотеку. Пораскинув мозгами, я пришел к выводу, что ректор в наглую кинул Гильдию, но глядя на счастливые глаза искателя, я не стал ему об этом говорить. Меня заинтересовало другое, как это обычный искатель, распоряжается библиотекой всей Гильдии. Но тут меня Алкил слегка ошарашил.

- Серж, так я ведь не просто искатель, я член совета Гильдии, можно сказать, что третье лицо в ее управлении. Просто наша Гильдия одна из самых малочисленных, нас всего-то около сотни. Именно поэтому тебя и приняли с таким восторгом, особенно после того, как об этом объявил я, лично.

- А Трайла, ты лично кончил, или кто из твоих друзей?

- Давно догадался?

- Нет, только сейчас.

- Я, сам. Пока ты валял по полу всех желающих. Он был не из наших, наемник, убийца, но упорно хотел пролезть в Гильдию. Так что, не расстраивайся, дело тут было вовсе не в тебе. Ты лишь послужил причиной, для обоснования моего поступка перед Советом Гильдии.

- Так ты что, обо всем доложил?

- Конечно. Это у тебя могут быть секреты, а вот у меня… Кстати, ректор сказал, что ты отдашь Город Академии для изучения?

- Да, было такое дело. Что не надо было этого делать?

- Да нет, все нормально. Ты когда планируешь выступать?

- Алкил, ну ты же сам все видишь! Куда с этим «мясом» идти, да мы с тобой уже на следующий день начнем их хоронить!

- Значит еще задержимся. Серж, мне бы завтра, хотя можно и сегодня, смотаться в город, надо предупредить Гильдию, что скоро у нас будет море работы. Я ведь с ректором договорился, что члены Гильдии пойдут по твоему порталу вместе с магами Академии. И в качестве защиты, и в качестве консультантов, и в качестве помощников. Это будет самая грандиозная экспедиция в нашей истории. И самая прибыльная. Боюсь, что после нее большая часть ветеранов отойдет от дел, а вторая часть ринется в Пущу и уже не пять-десять лиг вглубь, а начнут собираться в сильные отряды и прочесывать ее на несколько дневных переходов. Жертв, конечно, будет море, но и навар соответствующий.

- Ясно. Не вопрос. Можешь сходить и сегодня, и завтра. А мы пока побегаем. Много, побегаем.

Я не ставил своей задачей превратить пятерку молодых магов в марафонцев. И я прекрасно понимаю, что бегать в чаще невозможно, а очень часто и просто опасно, причем смертельно. Но иногда, когда нет другого выхода, лучше всего именно убежать. Да и повысить хоть чуть-чуть выносливость молодежи, совсем не помешает. Именно поэтому я и заставлял магов выкладываться полностью, а еще при этом и не использовать свой магический резерв. Была конечно и еще одна цель, а именно сделать так, чтобы мне не пришлось никого тащить на себе, да и может же так случиться, что кто-нибудь из них, девушки, например, откажутся от экспедиции.

Как выяснилось, первого я более-менее добился, а вот второго нет, даже наоборот. Дня через три к нам пришла Алия и попросила взять ее с собой. Но тут я уже встал на дыбы и заявил, что если она добежит от лагеря до города и обратно, не используя магию, то я подумаю. К моему счастью девушка реально оценила свои силы и отказалась от задуманного. Тем более, что и особой потребности у нее в этом не было.

В общем, когда маги после забега на лигу перестали падать без чувств, когда после целого дня тренировок они не валились где стояли и не засыпали голодными, а начали посиживать у костра и даже пытаться что-то рассказывать, я понял, что и дальше откладывать выход уже будет смотреться как-то ни так, тем более, что и ректор еще пару раз нас навестил, с тонкими намеками. Что, дескать пора бы уж, пора. Короче, я устроил день отдыха, в который все мы отсыпались, отъедались, проверяли и подгоняли амуницию, распределяли грузы, хотя что их распределять-то, у каждого мага и даже у Алкила, оказались свои «сумки путешественника», не такие вместительные как у меня, но вполне исправно выполняющие свои функции, так что, внешне мы выглядели как стайка молодежи, под присмотром опытного дядьки, отправившаяся на небольшой пикник. Хотя в реальности мы тащили столько всего, что и рота не утащит. А на утро, уже по разведанным и не один раз хоженым тропам, мы углубились в Великую Пущу.

В первый день мы прошли немного, но и этого мне вполне хватило, чтобы всю дорогу бледнеть и покрываться потом. Я в полной мере прочувствовал свою ущербность в этом Мире.

На этот переход я ставил минимальные задачи. Выйти на тропу, протоптанную отрядом Рамзуса и преследовавших их людей, а поэтому, задав первоначальное направление, я всецело положился на Алкила, как более опытного и знающего окрестности человека. Уже через пару часов мы вышли на чуть виднеющуюся тропу и пошли по ней. Еще в первый свой поход, я очень сильно удивлялся, что следы, оставленные людьми, выписывают самые замысловатые кренделя и петли, но свалил это на попытки, неведомого мне Рамзуса, запутать следы, все же оказалось намного проще и сложнее, одновременно. Извилистый путь был обязан своему появлению вовсе не попыткам сбросить «хвост», а всевозможным аномалиям и гиблым местам, куда человеку лучше не соваться. Искатель безошибочно определял магические ловушки, ареалы обитания каких-то хищников, обычных и магических и еще многое, и многое другое. После его разъяснений, я уже не мог понять, как я вообще добрался до обжитых мест и почему не сгинул в этой чаще.

Лагерем мы встали там, где остановился искатель, заявив, что дальше, ни он, никто другой не ходил, хотя едва заметная тропка и скрывалась среди деревьев и кустов. Ну что же, для первого дня вполне достаточно, хотя мои спутники еще и выглядят вполне нормально и, пожалуй, могли бы идти и дальше. Я распорядился обустраивать лагерь. Пока молодежь занималась своими делами, ко мне подошел Алкил.

- Серж, на тебе лица нет. Что случилось?

- Да вот, смотрю на пройденное нами расстояние и думаю, как я вообще тут выжил-то. Я ведь не шел точно по тропе, я срезал дорогу! А ведь мы прошли всего-ничего, что же будет дальше?

- Ты ведь прошел? Значит и мы пройдем, а вернемся уже порталом. Серж, я догадываюсь, по чьим следам мы идем, так что, не беспокойся. Я так думаю, что самым тяжелым, будет последний переход, ну или два. Но к тому времени наши маги уже втянутся и все будет нормально.. хотя, я бы тебе дал совет…

- Слушаю.

- Ты ведь планируешь использовать эльфов в качестве разведки?

- Они лучше всех нас знают и чувствуют лес. Так что, да.

- Вот я бы и хотел тебе подсказать. Их лучше будет разделить. Пусть Завр, как ментальный маг идет с девушкой, а я пойду с эльфом. Ушастики, конечно, в лесу хороши, но они маги Жизни, а это немного не то. Завр намного раньше засечет направленный на нас поток внимания, а эльфы смогут определить только присутствие живых существ, да и то, только тогда, когда они будут уже достаточно близко. Сколько нам, по твоим прикидкам, идти по тропе?

- Такими темпами, дня три.

- А до города?

- Еще дней пять.

- Далеко же ты забрался!

- Это не я забрался.

- Ясно, значит еще два-три дневных перехода в относительной безопасности, а потом начнутся приключения. Будет чудом, если мы все доберемся. Ладно, там посмотрим. У меня будет к тебе просьба. Если я не дойду, то передай этот кристалл в Гильдию. – Алкил вытащил из кармана невзрачный камешек, в моей «коллекции» таких с десяток. – Это запоминающий камень, он фиксирует наш путь. Гильдия должна знать где мы прошли и что повстречали по пути.

- Пользоваться научишь?

- был бы ты магом, даже самым слабым, а так… извини.

- Ясно. Передам, но лучше уж, сделай это сам.

- Ну, по этому вопросу я с тобой полностью согласен. - со смехом ответил искатель.

Вопреки всем моим ожиданиям, до того места, где люди Рамзуса немного повоевали со своими преследователями, мы дошли почти без приключений. Ну не считать же за таковые нападение какой-то кошки на Вайлет, которую та вполне профессионально приняла на клинок, распоров ей брюхо и вокруг тела которой полчаса танцевал весь наш табор. Оказывается, шкура этой зверюги необыкновенно ценная, дескать под ней в жару прохладно, а в стужу тепло. Пришлось объявить небольшой привал и дать возможность девушке воспользоваться своим трофеем. Снять эту самую шкуру, короче. Потом за нами увязалась небольшая стая каких-то тварей, но Завр вовремя их засек и наши эльфы уполовинили ее за каких-то пару минут, после чего нечисть решила, что мы ей не по зубам и пустилась наутек. Да и дошли мы сравнительно быстро, уже к обеду, на третий день пути, мы были на месте.

По моим расчетам, в одиночку я уже добрался бы до развалин города, а так, нам еще как минимум дня три шкандыбать. Ну и ладно, зато всю дорогу я помаленьку учусь у Алкила находить и определять природные артефакты и магические аномалии. Первых нам, правда попалось всего пару штук, это какая-то травка, на которую сразу сделали стойку наши эльфы, правда в качестве кого они так возбудились, как эльфы, или как маги Жизни, я не понял. А вторым оказался уже знакомый мне камушек, превращающий все в бездонное болото. И что интересно, ни Алкил, ни маги, никак не отреагировали на мою находку. Пришлось им объяснять, что это такое и «с чем это едят». Даже продемонстрировать свою «коллекцию». Как говорится, «шок — это по-нашему». Ладно хоть продемонстрировать камни в действии не попросили, на слово поверили.

На этой небольшой полянке мы задержались еще на пару дней, благо, хоть с останками погибших тут, местное зверье уже разобралось. Но и эти дни мы провели не просто так, а занялись разведкой местности, не уходя правда далеко от нашего временного лагеря. Кстати, Алкилу это очень понравилось, оказывается, такой вот «челночный» способ перемещения по опасной территории тут неизвестен. Хотя я подозреваю, что искатель смотрит на это дело, несколько по-другому, расценивая такие вот небольшие разведвыходы как еще один способ досконального исследования местности в поисках артефактов. В общем, всю дорогу мы учились друг у дружки и нисколько об этом не жалели.

Первый наш переход после кратковременного отдыха выдался на удивление спокойным. За весь день нас никто не побеспокоил, и я даже начал думать, вся эта авантюра, с походом к развалинам древнего города, закончится вполне благополучно.

На привал мы расположились на крохотной поляке, едва-едва способной вместить маленькую палатку, которую мы разбиваем для девушек и костер, на котором Агнес готовила на ужин, а утром и завтрак. Но был у этой полянки и существенный плюс. Буквально в нескольких метрах от нее бьет родник. Так что, Алкил сказал, что лучшего места нам до наступления темноты уже не найти, и я и все остальные были с ним полностью согласны, хотя наши эльфы и сказали, что что-то их здесь тревожит. Но, внятно объяснить, что же им не нравится, не смогли. На всякий случай я решил, что «нести караул» этой ночью мы будем не по двое, как раньше, а втроем. Поспим конечно поменьше, зато так будет спокойнее. Первая смена досталась мне, Вайлет и Завру, потом нас сменят Алкил и брат с сестрой, они же и разбудят Агнес, чтобы она успела приготовить завтрак.

После ужина, умаявшиеся за день молодые маги почти сразу отрубились. Завр тоже начал клевать носом, но я его не беспокоил, пусть парнишка подремлет, в его способности просыпаться сразу, моментально переходить из состояния крепкого сна в «активный режим» я уже имел возможность убедиться. Да и Вайлет установила вокруг полянки какие-то артефакты. Молодежь в один голос меня убеждала, что подобраться к нам незамеченным никто не сможет. Им вторил и Алкил, с завистью поглядывая на небольшие, заостренные металлические прутки, сплошь покрытые какими-то знаками и увенчанные невзрачными, при свете дня, серыми камнями, которые ночью, в темноте, испускают легкое, бледное сияние. До описания этих артефактов в своей книге я еще не дошёл, а выискивать его специально, мне было просто лень. Так что, в этом вопросе я всецело положился на знания и опыт своих спутников.

Завр дремал, Вайлет, по своей привычке, тихонько полировала клинки своих устрашающих ножей, а я, расположившись поближе к огню, лениво перелистывал страницы книги. Да знаю я, знаю, что смотреть ночью в сторону огня нельзя, потом в случае чего первые несколько секунд вообще ничего видеть не будешь. Но, во-первых, в густой тени чащи и так ничего не видно и полагаться нам приходится только на слух, а во-вторых, мои спутники все же маги, хоть и студенты, Раонелия напоила меня какой-то эльфийской гадостью и теперь мои глаза, практически моментально, перестраиваются с яркого света на полную мглу. Я даже на солнце могу смотреть не щурясь. Правда она честно меня предупредила, что явление это временное, и продержится всего несколько часов. А мне больше и не надо.

Не знаю, что заставило меня насторожиться. Может быть внезапно прекратившееся тихое шуршание кусочка кожи, которым Вайлет наводила блеск на своем оружие, может быть легкие шаги за моей спиной, сопровождающиеся тихим дуновение ветерка и чуть слышным хлопком, а может быть мгновенный зуд где-то под темечком, от которого по всему телу пробежали мелкие мурашки. Я оторвал глаза от книги и посмотрел на девушку.

Широко открытые глаза невидяще смотрят куда-то мимо меня. Безвольно опущенные руки, из которых медленно выпадают клинок и бархотка. Вайлет как-то неестественно поднялась на ноги и деревянной походкой направилась, кажется, прямо на меня. Ее не остановил даже горящий костер, через который она прошла, не обращая на него никакого внимания. В ноздри сразу ударил запах тлеющей ткани и паленой шерсти. Девушка прошла от меня в нескольких миллиметрах, мне даже показалось, что сиди я чуть в стороне, то она просто наступила бы на меня, ну или уперлась бы как игрушечная машинка в диван, и бессмысленно перебирала бы ногами буксуя на месте.

Резко уйдя перекатом в сторону, по пути толкнув Завра, который как сидел, так и завалился, совершенно не реагируя на происходящее, я замер в низкой стойке с клинками в руках, пораженный увиденным. Под пологом ветвей находилось нечто. Клубок какой-то пульсирующей тьмы. Этого не может быть, но я видел ЭТО собственными глазами. Больше всего это походило на порождение чьего-то больного воображения. Что-то бесформенное, плывущее, постоянно меняющее свои очертания. Мне показалось, что я смотрю на облако жидкой тьмы. И это облако постепенно разрастается, оно уже вышло из-под деревьев и начало наползать на нашу полянку. Чувство неописуемой скверны скрутило мои внутренности. А Вайлет шла прямо к этому НЕЧТО, шла как кукла, как робот, вперив в ЭТО взгляд и ни на что не реагируя.

Сначала я даже не заметил, что на поляне стало заметно светлее и только тогда, когда я понял, что свободно вижу не только в двух-трех метрах от себя, а намного дальше, я увидал, что мои клинки светятся каким-то неестественным огнем, равномерно освещая круг диаметром метров десять. Чисто инстинктивно я метнул дагу, но не в это НЕЧТО, а под ноги Вайлет. Девушка споткнулась о клинок, ее ноги запутались, и она плашмя, как подрубленное дерево рухнула на землю. В тот же миг моя голова разорвалась от дикого крика, даже скорее визга, почти моментально перешедшего в ультразвук.

Не знаю, скорее всего я на какой-то миг потерял сознание. По крайней мере очнулся я от сильнейшего удара по ребрам, поднявшего меня в воздух и отбросившего метра на полтора. Из облака тьмы выметнулось какое-то существо, на голову выше меня, с мерзкой, плоской обезьяньей мордой, из раскрытой пасти которой торчали два здоровенных клыка. Верхние конечности этого существа оказались короткими и тонкими, зато на каждой из них красуются, чем-то напоминающие птичьи лапы, только с намного более длинными загнутыми по примеру персидских сабель, по три когтя. Два круглых, багровых глаза уставились, кажется в самую мою душу. Я попытался вскочить, но из-за сильной боли в ребрах мой рывок больше был похож на неуверенные движения паралитика, хотя встать на ноги мне всё же удалось.

Клинок, который я каким-то чудом все еще сжимал в руке уже не просто светился, он полыхал с мощью плазменной горелки, буквально выжигая вокруг меня всю тьму. Существо опять ринулось на меня. Я неуклюже отмахнулся шпагой, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы это «нечто», в ужасе отшатнулось. Понимание того, что долго, да что там долго, даже несколько минут боя я не вынесу, похоже, что у меня половина ребер справа сломано и скорее всего повреждено легкое, иначе откуда этот привкус крови во рту, я поставил все на один единственный удар. Но для этого мне надо отвлечь чудовище хоть на миг. И эта возможность мне представилась. Вайлет, наконец-то разобралась со своими перепутанными ногами и поднялась, чтобы продолжить свое механическое движение к существу.

Скособочившись, я начал обходить монстра по кругу, стараясь, чтобы девушка оказалась между нами. Через десяток шагов мне это вполне удалось. Существо продолжало таращить на меня свои огромные глаза, ожидая атаки, но, видать, и оно не ожидало от меня такой подлости. Сжав зубы я прыгнул вперед, но не к монстру, а к девушке, всем своим весом придавая ей импульс в сторону чудовища. К моему удивлению, Вайлет оказалась очень легкой, килограмм сорок, максимум, а на вид выглядит заметно тяжелее. Монстр принял тело нагатаны на свои когти, отбрасывая ее от себя, но мне хватило этой мгновенной задержки. Толкнув девушку на существо я и сам не остановился, а продолжил движение и уже в падении воткнул шпагу туда, где у нормального человека должно быть сердце.

Горящий клинок вошел в плоть как нож в масло, прожигая в груди чудовища огромную дыру, в которую я мог бы засунуть голову. А потом сразу несколько событий произошли одновременно. Чудовище издало свой ультразвуковой визг, вскочил на ноги Завр, из палатки появились Раонелия и Агнес, а из-за палатки Раонель и Алкил. Спустя мгновение после визга монстра раздался еще один крик, крик боли, крик смертельно раненного человека. Это Вайлет пришла в себя. Затухающим сознанием я успел увидеть, как мелкой пылью оседает на землю то, что я видел как облако тьмы из которого и появилось это загадочное существо.


11 Глава.

Не скажу, что возвращение в сознание было приятным, но и особых неудобств, или неприятных ощущений я, при этом, не испытал. Даже дышалось вполне легко и без каких-либо неприятных ощущений. Ребра не болели и вообще, чувствую я себя вполне себе ничего. Для проверки попытался сесть. Прекрасно, нигде ничего не болит, движения не стеснены.

Оценив свое состояние, как очень хорошее, я огляделся. Ну, тут никаких сюрпризов, матерчатый полог над головой говорит о том, что я в палатке. Моя одежда и кольчуга тут же, рядом, причем все почищенное и аккуратно сложенное. Ну что же, по крайней мере, особого зла на меня не держат, а ведь, по идее, должны бы. В конце концов, я очень грубо подставил их подругу под чудовище и еще не известно, чем это для нее закончилось. Вполне возможно, что она и не выжила.

Пока я осваивался и раздумывал, о последствиях своих поступков, с улицы послышались голоса. Вполне бодрые, никакой особой скорби я в них не услышал. Вот что-то спросила Агнес, ей ответил Завр. Вот Алкил поинтересовался где наши эльфы и… Ура! Ему ответил спокойный голос Вайлет. Блин, совсем без меня тут расслабились, брат и сестра ушли куда-то в Пущу, они видите-ли нашли там какое-то интересное растение и отправились его изучать. Алкил вполне разделил мое возмущение, по крайней мере, именно так я смог интерпретировать его матерную руладу. Ладно, самое необходимое я узнал, так что можно смело выходить, немедленная обструкция мне вроде как не грозит, а там посмотрим.

Устроенная мне моими спутниками встреча, кардинально отличалась от той, что я себе представлял, хотя и просматривалось в их поведении какое-то опасение и настороженность, радость от моего появления все же преобладала. По-моему, только Вайлет меня не боялась, а даже наоборот, она первая подскочила ко мне, стоило мне только вылезти из палатки, принялась обнимать и даже попыталась чмокнуть в щеку, но я от этого, вполне успешно, увернулся. Все равно, серьёзного разговора не избежать, так что, проявление чувств радости и благодарности, пока оставим на потом, если конечно нагатана не передумает, и совсем наоборот, не воспылает жаждой мести.

Солнце уже к этому времени давно перевалило за полдень, так что, до уже ставшего, чем-то вроде традиции, совместного ужина времени осталось немного. Правда я все же отвел Алкила в сторону и отчитал его, за то, что он отпустил наших эльфов одних в Пущу.

- Серж, ты знаешь, КОГО, ты завалил той ночью?

- Да какая разница?! Стой, что значит «той ночью», сколько я провалялся? И как Вайлет?

- Разница большая, но на эту тему мы тебя просветим, когда все соберутся, тем более, что у нас у каждого есть что тебе сказать. Насчет Вайлет. Когда мы все очнулись, а ты повалился чуть живой, то Раонелия занялась тобой, как более опытный целитель, а ее брат занялся Вайлет. С ней он закончил очень быстро, тем более, что девушка сознание не теряла, чудовище лишь вскользь ее задело, да и эльфийская кольчуга, подарок от ректора Академии, прилично помогла. В общем, ничего страшного с нагатаной не произошло, раны конечно страшные, были, но Раонель их быстро залечил, даже рубцы убирать не стал, так что, теперь Вайлет носит на своем теле шикарное украшение и по возвращению домой, у нее отбоя от женихов не будет.

- С каких это пор, шрамы стали украшать женщин?

- Ах, да, я и забыл, что тебе ничего о нагатанах не известно. У них несколько необычные, в нашем с тобой понимании, отношения между полами. Короче, у них царит матриархат, а их мужчины, в отличии от женщин, мелкие и слабые. Это она ведь только выглядит как человек, а на самом деле, если не знать кто это такая и встретить ее где-нибудь в горах, или предгорьях…В общем потом не одну ночь будешь в ужасе просыпаться. Есть мнение, что нагатаны, это одна из туземных рас. Их женщины, в отличии от мужчин, магические существа, они все маги и очень приличные. И еще, ходят слухи, что после спаривания и рождения детей, отца убивают.

- Ладно хоть не съедают!

- Раньше, говорят так и было. У них же не один ребенок рождается, а бывает и до десятка за раз. Нагатаны не живородящие, они яйца откладывают, как змеи, родственниками коих они и являются. Так что будь поосторожнее с Вайлет. Положит на тебя глаз, цапнет ночью, завернет в одеяло и утащит к себе в горы. Укус у них не ядовитый, но на пару часов точно парализует. Да не бойся, ты, щучу это я так.

- Ладно, если Вайлет уже через пару часов скакала как коза, то я-то почему неделю провалялся. У меня же вроде ничего страшного не было, ну сломана была пара ребер, наверное, легкое зацепило, и все.

- А вот на эту тему тебе лучше с эльфами поговорить. Они тебе все подробно расскажут. Извини, но я… мы все им это пообещали. Похоже, что у них к тебе целая куча вопросов. Я тебе только намекну… Серж, ты человек?

- Ну, почти.

- У нас есть мнение, что почти «нет».

Когда солнце уже почти полностью скрылось за горизонтом, а над поляной распространился одуряющий запах тушеного мяса, появились и наши эльфы. Судя по виду. Уставшие, но довольные выше крыши. Увидав меня, они слегка смутились, но быстро пришли в себя. Раонелия сходу направилась ко мне, с таким выражением на своем кукольном личике, будто собирается меня высечь и поставить в угол. Надо было срочно брать нить разговора в свои руки, а то, знаю я этих «докторов», сейчас затянут свою песню, что мол «мне никто не разрешал вставать, что мне прописан постельный режим» и все такое в том же духе.

- Раонель, а с каких это пор, мои распоряжения игнорируются? Вы что, забыли, что находитесь не в парке Академии, а в Великой Пуще?

- Серж. Командир, давай мы сейчас сядем, поедим и спокойно поговорим. Далеко мы не уходили, да и еще, как минимум, пару недель в округе на пару дневных переходов будет тихо и безопасно. Благодаря тебе, кстати.

- Ладно, тут ты прав, поесть точно не помешает. А потом я вас выслушаю. Всех.

После умопомрачительно вкусного и обильного ужина, я так подозреваю, что праздничного. Пришло время разговоров. И начал его Алкил.

- Серж, то существо. Что ты каким-то неимоверным способом смог убить, вот уже тысячи лет считается вымершим. О нем сохранились только скупые строчки в летописях, да и то, они больше напоминают рассказы о войне с могучим противником, а не о противостоянии одному, редко двум монстрам. В летописях Гильдии, это чудовище имеет много названий, но самое распространенное, это «Демон Смерти». Ни в одной летописи нет свидетельств, что людям когда-либо удавалось уничтожить это существо. Отогнать, ценой огромных жертв, да, а вот уничтожить нет. Именно поэтому, предгорья еще до сих пор очень слабо заселены, люди боятся, что чудовища могут вернуться.

- Мой народ называет этих монстров «Тотенхопер», но и мы уже тысячи лет ничего о них не слыхали. – поддержала Алкила Вайлет. - Знаем только, что они не чувствительны к магии и их не берет простое оружие, даже мифрил и «железо мертвых» ему не страшны, хотя последнее и способно наносить ему раны. Эти существа не обычные монстры или безмозглые демоны, они вполне разумны. В глубокой древности мой народ считал их Богами и приносил им жертвы. На восточных склонах гор до сих пор остались обширные пещеры, где, по преданиям, они и жили.

- Наш народ называет их «Урукх-Тоиель», «Смерть из Тени». Мы тоже считали. Что эта раса давно вымерла. В Хрониках написано, что в наши Леса они пришли с востока и путь их был отмечен десятками мертвых деревень и сел. В те годы количество эльфов сократилось почти в два раза и только с помощью Духов Леса и нескольких «стальных големов», оставшихся в сокровищнице тогдашнего Князя, их удалось выгнать с нашей земли. Никаких подробностей об этих существах нам неизвестны, может быть в наших Хрониках что-нибудь и есть еще, но мне это неизвестно. – закончил с нами делиться своей информацией Раонель.

- А почему ты сказал, что нам в ближайшее время ничего не угрожает?

- Эти существа убивают все живое, там, где поселятся. Наши друиды считали, что они ментальные маги необыкновенной силы. Ни одно животное, никакая нечисть или нежить никогда не зайдет на территорию, которую облюбовали Урукх-Тоиель. Серж, тело этого монстра принадлежит тебе, я от имени Лесного Княжества, от имени всех эльфов и Князя лично, прошу тебя отдать нам его. Мы хорошо тебе заплатим, очень хорошо.

- Э-э, молодёжь, у ну осади! Серж член нашей Гильдии и именно мы имеем первоочередное право на выкуп его трофея!

- Серж, я понимаю, что мой народ не может предложить тебе столько, сколько эльфы или Гильдия Искателей, но мы соберем все что у нас есть, наш народ станет твоими слугами, если ты согласишься отдать нам тело.

- А ну всем тихо! Устроили тут базар. Для начала, куда вы дели само тело?

- Агнес наложила на него «Заклинание Нетления» и мы упаковали его в твою сумку. К нам оно не влезло.

- Ясно. Завр, а ты почему молчишь?

- Мне нечего сказать. В Степях это существо никогда не появлялось. Богатых родственников у меня нет, а говорить от лица всего своего народа я не могу. Поэтому просить у тебя тело, я не стану. Да и нет у нас настолько сильных магов. Чтобы изучить твой трофей.

- Тогда у меня к вам всем еще несколько вопросов и начну я с самого, на мой взгляд, напрашивающегося. Как эти гады размножаются? Почкованием? Почему вы решили, что там, где было одно такое существо, не может быть второго, третьего, десятого? Ну, я жду ответа!

- Во всех наших Летописях, всегда говорилось о парах этих монстров, а если даже об одном, то потом оно соединялось с другим.

- Тотенхоперы жили семьями. Два-три существа.

- Урукх-Таиели, пришедшие на наши земли всегда шли парами.

- сегодня ночью, когда была моя очередь дежурить, я несколько раз чуть не заснул. А вы ведь знаете, что это почти невозможно.

На моих компаньонов было страшно смотреть, бледные лица, трясущиеся руки и глаза полные мольбы.

- Ага, вижу дошло. Молодцы, быстро соображаете. Ну и что будем делать, «племя младое»?

- Серж, если ты смог убить одного, то ты ведь сможешь убить и второго? – высказала общую мысль Вайлет.

- Девочка моя, тебе что, не терпится опять попасть под когти этого чудовища? Ты ведь не все знаешь. Прости меня, но я сознательно и специально толкнул тебя к нему.

- Я знаю. Мы все это знаем. Я не управляла своим телом, не могла говорить, но я все чувствовала и все видела. И я тебе безгранично за это благодарна. Поступи ты по-другому, и мы все были бы уже мертвы. Я счастлива, что ты признал меня достойной стать твоим оружием в этой битве и если надо будет, то ты даже можешь скормить меня этому чудовищу!

- Серж, сейчас нет таких магов как в древности, нет «стальных големов» эльфов, нет героев, способных выйти на битвы с этим монстром. Да, у людей есть многотысячные армии, но что они могут сделать неуязвимому демону, одно появление которого уже несет смерть? Или ты думаешь, что его смогут остановить эльфийские лучники, или кавалерия степняков?

- Вы что, хотите сказать, что между этим гадом и всем человечеством стоим только мы?

- Нет, не МЫ, а только ТЫ! Мы можем только помочь тебе в этой битве, сыграть роль наживки, приманки, расходного материала.

- Значит варианта с немедленным бегством вы не рассматриваете? Я могу открыть портал в Академию.

- Мы это знаем. Поэтому я хочу предложить тебе, сделать это, а с той стороны привести сюда всех искателей и боевых магов, отправив домой молодняк.

- Нет! – был единодушный ответ магов-студентов.

- Дядя, вся ваша гильдия не сможет ничего сделать, вся наша Академия будет бессильна перед этим существом, если все что я здесь о нем узнала, это правда.

- Так, все, давайте без криков и ругани. Я уже все понял, «никто кроме нас», знакомо. Значит будем думать.

А что тут думать, все мы «смертники». Даже если я сейчас открою портал и уйду, то эти сумасшедшие останутся и никуда не двинутся. А ведь мне и первого монстра удалось укотрапупить только благодаря чуду и совершенно случайно. Как говорится. Недооценка противника, его возможностей и его вооружения, и переоценка своих возможностей. Если тут поблизости есть второй монстр, то уже наученный горьким опытом, такой ошибки он не допустит. А с его скоростью, мне и чудесные клинки не помогут. Так, а что может помочь? То, что будет способно затормозить эту тварь, снизит ее скорость. Помнится, Агнес что-то там с гордостью говорила про какой-то «Щит Воздуха». Надо узнать.

- Кто-нибудь, ответьте мне, на этого вашего Урукхая, магия вообще не действует?

- Непосредственно на него, нет.

Непосредственно, непосредственно, что-то мне это напоминает.

- Еще один вопрос, такое название как «виверна», вам знакомо?

- Нет, а что это такое?

- Да так, еще одна тварь, на которую не действует магия. Ладно, слушайте, что я тут надумал. Раонель, Раонелия, в нашей предстоящей с чудовищем битве, вам отводится главная роль.

Эльфы обменялись взглядами, после чего Раонелия порывисто обняла брата.

- Я люблю тебя, Раонель. Если выживешь, передай родителям, что я их очень сильно люблю и сделала это для них.

- Серж, а может я один?!

- Нет, вы нужны будете мне оба. Стоп! Вы что подумали?! Гады вы ушастые! Вы что, решили, что я вас в качестве жертвы использовать буду?! Раонель, вернемся в Академию, я тебе все зубы пересчитаю, ты у меня всю жизнь на врачей работать будешь, я… я… я тебе глаз, на пятку натяну! Вы мне как лучники нужны! Надеюсь с десяти шагов попасть сможете? Так, остальные тоже без дела не останутся. Алкил, у тебя как с метанием ножей? Нормально, в цель попадешь? Вот и прекрасно. – я достал из сумки кинжал почившего графа. – На вот, пока потренируйся, баланс там проверь, да что я тебя учить буду. Агнес, на тебе по моей команде создать этот твой Воздушный Щит. Максимально прочный. Твоя цель хоть на один миг затормозить тварь. Поняла? Прекрасно. Теперь ты Завр. Я не знаю, может эта тварь ходить по болоту, или нет, но твоя задача, как только Агнес создаст Щит, сразу же набросать вот этих вот камней перед тварью. У меня их всего три штуки, так что, поэкономнее. Как пользоваться помнишь? Хорошо. Так, теперь возвращаемся к вам, «ушастики, вы мои неверующие», вот два «огненных камня». Надеюсь, что Щит Агнессы и камни Завра, чудовище задержат. У вас будет миг, может чуть побольше. Что делать поняли? Молодцы. Ну а я встречу его своим клинком. Первой твари он очень не понравился, будем надеяться, что и второй он придется не по вкусу. Диспозиция ясна? И еще, запомните, ваша цель не убить, не отогнать, ваша цель даже не остановить! Вы должны дать мне время на удар, всего один удар. А потом я надеюсь на вашу магию и рассчитываю, что вы меня вытащите с Того Света. На всякий случай, вот артефакт Портала, что дал мне ваш ректор. Надеюсь, что он не пригодится, но мало-ли. Пользоваться умеете? Вот и хорошо. И еще, сегодня дежурим по одному, точнее дежурю только я. Но и вам не спать! Если сегодня гостей не будет, то с утра выдвигаемся.

Я хорохорюсь, ставлю задачи, нарезаю участки ответственности, а сам в душе трясусь от страха и надеюсь, что все эти приготовления нам не понадобятся, что монстр был один, последний и таких больше нет и никогда не будет. Первый раз мне предстоит бой, о котором я знаю, и которого я могу легко избежать. Могу, но… не могу. Даже если я прямо сейчас сбегу, то вот эти вот мальчишки и девчонки останутся, не отступят и старый искатель их не бросит, а значит и я не могу и не стану. В конце концов. Один раз я уже умер, так чего же мне еще надо?! Дали тебе второй шанс? Так радуйся, но помни, все в долг, все в долг. И похоже, что пришло время отдавать эти долги, а значит, так тому и быть.

Солнце скрылось, на великую Пущу опустилась ночная тьма. Я приготовился коротать ночь в одиночестве, когда рядом со мной опустилась гибкая девичья фигурка.

- Серж, только мне ты не поставил задачу… Я поняла тебя. Спасибо тебе за это. Я буду рядом с тобой.

Блин, вот косяк-то, я же про Вайлет забыл! И что теперь делать? Как сказать девушке, что я просто «тормоз»? достав из ножен дагу, я уже почти привычно превратил ее в шпагу.

- Ты права, Вайлет. Возьми, мне нужна будет твоя помощь. Я почему-то думаю, что ты управишься с этим лучше чем Алкил. –говорю, делаю, а сам понимаю, что ослабляю себя вдвое, тем самым и сокращая свои собственные шансы на выживание. Но в то же время, я знаю, что поступаю совершенно правильно, что именно так и надо.

- Я не забуду этого, Человек. – достав откуда-то кожаный шнурок, девушка намертво примотала эфес к руке. – Больше я оружие из рук не выпущу. Я больше я не хочу быть безвольной куклой!

То, что моим надеждам и мольбам не суждено сбыться. Я понял, когда почувствовал знакомое давление в области мозжечка и зуд под темечком, сопровождающийся мурашками по всему телу. Бросив взгляд на Вайлет, я убедился, что прав в своих ощущениях. Нет, девушка не отключилась, она пытается бороться и почему-то я уверен, что в этом ей помогает клинок, уже начинающий слегка разгораться, хотя вокруг никаких признаков чудовища и нет. Разве только тьма вокруг полянки стала еще сильнее, еще плотнее и какой-то опасной, при взгляде на нее возникает желание все бросить и бежать, бежать без оглядки. Я передернул плечами и тут же выматерился. Глупец! Тьма вокруг поляны?! Нет, это к нам пожаловали гости! Но насколько же несоизмеримей мощь этого существа, а я его внезапно почувствовал, ощутил его злобу и ненависть, чем сила предыдущего. Это как сравнить легкую морскую зыбь и штормовую волну. В тот раз я видел облако, теперь же я вижу тучу. Я вижу, как остекленели глаза нагатаны, услышал, как застонал Завр и рухнули без чувств мои спутники. И снова я оказался один на один с чудовищем, понимая, что из этой схватки, я живым уже не выйду. Я обреченно сжал в руке последний свой шанс – небольшой «Огненный камень», тот, что остался от кремации останков Авроры. Сжимая полыхающую шпагу, я приготовился подороже продать свою жизнь.

Что произошло потом, я не смог понять и разобраться, даже спустя много лет. Что послужило «спусковым крючком»? Мой-ли страх? А может безысходность… А может какое-то внешнее воздействие, может именно ментальное давление самого монстра и послужило той отправной точкой, тем толчком, который и сорвал какие-то мои внутренние предохранители. Не знаю. Последнее, что я отчетливо запомнил, это два зажегшихся огромных багровых глаза, где-то метрах на четырех от земли. Дальше я буду рассказывать со слов Вайлет и Завра, потому что именно они первые отреагировали на изменившиеся обстоятельства. Правда кое в чем их рассказы заметно отличаются, но тут я больше склонен верить Вайлет, потому как она стояла рядом со мной, а Завр находился в палатке.

Если верить нагатане, то даже будучи под физическим контролем монстра, она почувствовала, как я, а точнее моя аура начала высасывать магическую энергии из окружающего пространства. А вот Завр, говорит, что наблюдал резкий и массированный отток именно ментальной энергии. В том, что произошло потом они, в принципе согласны, только Вайлет уточняет, что выброс энергии был не сам по себе, а моя аура «взорвалась», накрыв всю поляну, а завр описывает это как прокатившуюся волну ментальной энергии, буквально смывшую наведённые на моих спутников чары чудовища. Скажу честно, я всего этого не почувствовал, потому как, именно в этот момент и отключился. А вот тут-то и начинаются основные различия в «показаниях свидетелей». Вайлет говорит, что я смог каким-то образом швырнуть в этого Урукхая файербол, причем очень сильно насыщенным энергией, да еще и тварь не смогла, или не успела от него увернуться, в результате чего лишилась одной из своих конечностей. Я же, каким-то гигантским прыжком, скакнул к ней и атаковал существо, связав его боем. Завр утверждает, что пока он приходил в себя, то успел почувствовать направленный ментальный выброс, после которого чуть не лишился сознания, настолько сильными были эманации боли и ненависти. В этот момент, эльфы, менее чувствительные к проявлению ментальной магии, наконец-то выбрались из палатки, а Агнес подняла свой Щит. Дальше и Вайлет и Завр говорят одно и то же. Раонелия немного промахнулась, а может быть это тварь успела среагировать на ее выстрел, но ее стрела с активированным «Огненным Камнем» лишь слегка чиркнула по уродливой голове, зато ее брат не промазал, засадив стрелу прямо в одну из ног чудовища. Вот только Агнес слегка ошиблась, что в прочем, пошло только на пользу. Вместо того чтобы создать Щит перед тварью, она создала его за ней. Урукхай попыталась отступить, но уперлась в Щит Воздуха, а пока она его проламывала, в дело вступили Алкил с Завром. Первый на все сто выполнил задачу, метнув кинжал точно во вторую, пока еще целую ногу, а Завр как заведённый, или будет точнее сказать, как опытный гранатометчик, положил все выделенные ему камни, точно под ноги чудовищу. Через секунду монстр по пояс ушел в болото, правда и при этом весьма успешно отбиваясь от моих, со слов Алкила, беспорядочных и весьма непрофессиональных ударов. Но зато именно они и позволили, пришедшей в себя Вайлет, подобраться с боку и отсечь твари вторую «руку», после чего она просто снесла ей голову, а я моментально завалился на землю, практически не подавая никаких признаков жизни.

Похоже, что у меня уже входит в привычку, после каждой встречи с этими монстрами приходить в себя через несколько дней, в палатке, да еще и под охраной молодых магов. Правда на этот раз я пришел в себе немного пораньше, всего на третий день, зато чувствовал я себя, как будто меня прокрутили в центрифуге, а потом еще и отжали. Болело все, от пальцев на ногах, до кончиков волос. И не просто болело, было такое ощущение, что внутри меня кто-то разжег огромную топку. Горела и плавилась каждая клеточка моего тела.

С трудом, кряхтя и стоная, я выполз из палатки. На выходе меня уже поджидала вся наша компания, что примечательно, все живы, здоровы и просто светятся от счастья. Первым ко мне обниматься полез Алкил, а потом я «пошел по рукам», что интересно, молодые маги не просто пытались выказать свою радость и расположение ко мне, но еще и с чем-то поздравляли. Больше всех старался Завр, да и выглядит он как именинник. Наконец, когда ажиотаж немного спал, мы, под аккомпанемент моего урчащего желудка, расселись вокруг костра, меня начали посвящать на счет прошедших событий. Хотя по началу долго не верили, что я ничего не помню, но потом Завр произнес: «Инициализация», все согласно покивали головами и затараторили на перегонки, перебивая и дополняя друг друга.

Единственное что я смог уразуметь, так это то, что мы победили, тварь уничтожили, правда все почему-то считают, что это именно моя заслуга. Хотя и говорят в один голос, что убила ее Вайлет. Но не это главное, главное, что маги пришли к выводу, что я инициализировался как маг, а завр добавляет, что как ментальный маг. Хотя мне в принципе без разницы, да и не верю я в это. Что бы вот так вот, ни с того ни с чего, одномоментно, превратиться из абсолютно магически нейтрального человека, да еще и сразу в мага, миную стадию «одаренного» … Ну не верю, тем более, что никаких изменений я в себе не наблюдаю, никаких «сил и потоков» вокруг себя не вижу, даже ауру у собеседников не вижу. О чем я сообщил всем присутствующим, чем вызвал гомерический хохот и заверения, что в Академии, тем более, что ректор обещал меня туда принять без вопросов, всему научат. В подтверждение своих слов, ребята очень точно описали мое теперешнее состояние, но успокоили, что еще пара дней и все пройдет. Дескать в моем теле образуются какие-то там энерговоды магической энергии, накопители и тому подобное. В общем идет какая-то перестройка организма, а, по-моему, я просто перенапрягся, надорвался. Ладно, плевать, пару дней можно и подождать, хотя мы и так уже на этой поляне почти две недели зависаем, представляю, какие мысли ректора одолевают.


* * * * *


Стыдно в этом признаваться, но очень похоже на то, что я заблудился. С поляны мы ушли уже четыре дня назад и по всем признакам, должны уже быть в городе, ну или в непосредственной близости от него. Тем более, что первые два дня мы шли совершенно правильно, пусть это была не дорога, не тропа, но даже в джунглях, там, где прошел человек, если он конечно не коренной их обитатель, всегда остаются следы. Главное их найти и потом не терять. А вот я потерял, и алкил это уже понял, но молчит, наверное, все еще надеется. Да, решено, если и завтра я не наткнусь на знакомые ориентиры, то вечером придется рассказать молодым магам, что мы, точнее я, заблудился.

От процесса самобичевания меня отвлек тихий свист, каким искатель обычно привлекал мое внимание, он уже давно взял на себя обязанности отрядного разведчика, постоянно рыская чуть впереди, или сбоку от нашей колонны, постоянно что-то выискивая, в отличии от эльфов, которые занимались «поиском» только на привалах. В последние пару дней, компанию ему стала составлять Вайлет, случилось это после того, как довольный Алкил, продемонстрировал нам на вечернем привале какой-то камень, размером с кулак, который гордо обозвал «Камнем Хаоса». Когда нагатана увидала этот камень, то я подумал, что она сейчас прирежет его обладателя. Скорее всего понял это и сам искатель, потому как поспешил, с шутками и немалым достоинством, преподнести его «в дар ее прекрасным глазам». Вайлет приняла подарок вполне благосклонно, но с этих пор постоянно составляет компанию нашему искателю. Она даже пару раз притаскивала какие-то цветочки эльфам, а сегодня приволокла какого-то жука, от которого брат с сестрой не могли оторваться часа три, да и то, сделали это только после моего окрика. В общем, пренебрегать искателем и его подругой я не стал. Мало-ли чего интересного или важного они еще нашли. Объявив привал, я скользнул в кусты, за которыми меня дожидался Алкил.

- Серж, мы тут кое-что нашли, всего в полусотне шагов отсюда. Думаем, что ты должен на это взглянуть.

- Показывайте.

Через десять минут я стоял злой и страшно расстроенный, над небольшим кострищем.

- Наше?

- Да, Серж. Извини, но я всегда помечаю маршрут, по которому уже прошел. Вон на том дереве моя метка.

- И давно?

- Два дня назад.

- Значит последние два дня мы шли по кругу?

- Да. Когда мы уходили отсюда, ты обмолвился, что нам идти еще день, может два. Но это не все. Пойдем со мной.

Прошли мы всего пару десятков метров.

- Серж, ничего не замечаешь?

- Нет. А что я должен заметить?

- У меня очень хорошая память, очень. Я любой текс запоминаю с первого раза, если ты мне сейчас скажешь вернуться, то через три, ну пусть четыре дня я буду пить вино в «Слезах» и рассказывать байки о нашем путешествии. Так вот, на месте этих кустов, еще два дня назад, стеной стоял лес, непролазный лес, через который пошел бы только полный идиот. А через этот кустарник, как ты видишь, вполне можно пройти. Пойдем, нас уже Вайлет заждалась, не будем заставлять девушку нас ждать. – Алкил сказал правду, метрах в трех от густых кустов нас поджидала нагатана. – Ты ведь это искал? – искатель указал мне на несколько дочиста обглоданы костей и человеческий череп. – Мы с Вайлет нашли пряжку, на ней, скорее всего, какой-то дворянский герб. Мне такой герб не известен. Это ведь останки одного из твоих спутников с Той Стороны?

- Ну, можно и так сказать. – ответил я крутя пряжку с гербом де Полей. – Я только одного не пойму, ты говоришь, что два дня назад здесь был лес, теперь кустарник… и что это значит?

- Кто-то, или что-то, не хочет, чтобы мы дошли до Города.

- А теперь, значит, это «что-то» передумало? А может ну его, этот Город, ты уже столько артефактов насобирал, да еще и новых, неизвестных, что твоей племяннице лет на десять обучения хватит. Вайлет и эльфы от тебя не сильно отстали. Остается, правда Завр, но я ему могу отдать тело этого вашего урукхая, он вообще миллионером станет…

- Ты командир, тебе и решать. Но я бы, на твоем месте, рискнул и пошел дальше. Тем более, что теперь ты знаешь направление.

- Алкил, ты знаешь, есть у меня подозрения, что я знаю, кто нам путь перекрывает. Вот только я пока еще не понял, только мне, или всем нам, или только вам. Сейчас нам путь открыли, даже вывели нас на него… Вот это-то меня и пугает. Как бы нас что пострашнее этого вашего «урукхая» в его конце не ждало.

- Молодежь с тобой, хоть куда пойдет, они тебе верят, знают, что ты их не бросишь. Мы о многом переговорили, пока ты в палатке валялся, даже примерно подсчитали стоимость артефактов, что ты совершенно спокойно нам всем раздал. Кстати, из всех камней только один смогли найти, так что сейчас молодежь еще и голову себе ломает, что тебе говорить, когда ты их назад потребуешь и чем расплачиваться. Да и у меня ты кинжал назад не требуешь, только Вайлет твою шпагу тебе сразу в палатку принесла. Мне вообще кажется, что она ее боится, хотя и не признается в этом и на вопросы не отвечает. И все они еще ждут твоего решения по поводу монстров, хотя теперь их у тебя два, уже проще.

- Так второго же Вайлет завалила!

- Она утверждает, что это сделал ты, мол она только была клинком в твоих руках и почти трясется при этом. В общем, Серж, все убеждены, что ты не тот, за кого себя выдаешь. Агнес, вообще считает, что ты сын Императора, который путешествует инкогнито, мол поссорился с отцом и ушел.

- А к чему ты мне все это рассказываешь?

- Что бы ты понял, любое твое решение эти дети примут с радостью, даже если ты им скажешь, что хочешь пересечь всю Великую Пущу, они пойдут за тобой не задумываясь. Такая преданость и вера очень опасны и могут стоить тебе жизни, если ты их разочаруешь.

- Знакомо, «Мы в ответе за тех, кого приручили». Ладно, я понял тебя. Все знали на что соглашались и все бросать в нескольких шагах от цели нельзя. Так?

- Ты все верно понимаешь. Они уже чувствуют себя героями, хоть и в твоей тени, и сейчас для самоутверждения им не хватает самой малости – дойти до выбранной цели.

- Да понял я тебя, понял. Значит на сегодня хватит, разбиваем лагерь там, где стоим, а с самого утра в путь. Кстати, а куда это Вайлет исчезла?

- Да она там что-то интересное недалеко нашла, вот и изучает. За нее не бойся, девочка не так проста, как кажется.

Известие о том, что сегодня мы встаем лагерем намного раньше, чем обычно, всеми было воспринято не однозначно. Похоже, что я немного ошибся в своих спутниках, и они уже знают, что я слегка заблудился. Пришлось немного злоупотребить властью, а заодно и сообщить, что завтра, ближе к вечеру, мы будем на месте. Что нас там ждет, никто не знает, поэтому будет совсем не лишним хорошенько отдохнуть и подготовиться.

Первые признаки того, что мы на правильном пути, нам встретились почти сразу после обеденного привала. Даже тысячелетия и постоянное наступление Пущи не смогли разрушить огромные каменные блоки, разбросанные по лесу. Густые заросли почти совершенно скрыли остатки построек от человеческих глаз. На первый взгляд, видны только сплетения зеленых трав, однако опытный глаз Алкила то и дело выхватывал многозначительные детали: тут, странный камень с острыми гранями, который явно подвергался когда-то обработке, там, обломок кости с резьбой, в незапамятные времена украшавшей стены какого-то дворца...

Искатель постоянно обращал внимание всех остальных на эти мелкие детали, чем разжигал любопытство и нетерпение. И все равно, как бы мы не ждали этого, Город открылся перед нами неожиданно. Как будто мы перешагнули какую-то незримую границу, тут Великая пуща, а тут уже Город. Точнее развалины Города, хотя с высокого холма, на котором мы оказались, можно было разглядеть и довольно хорошо сохранившиеся дома, дворцы и Храмы. Я даже смог разглядеть тот странный черный Куб, выполняющий здесь когда-то роль Главного Храма, как я думал до сих пор. Сейчас же, обозревая развалины со стороны, я понял, как тогда ошибался. Город намного больше чем он мне показался в первое мое посещение. То, что я принял за центральную площадь, было всего лишь центром одного из десятков, слегка обособленных, районов этого древнего мегаполиса. Причем, многие из этих районов, сохранились намного лучше, чем тот, который я успел в свое время мельком осмотреть. Притаившаяся рядом со мной Вайлет, чуть слышно прошептала:

- Загвандум – Вечный Город. Он был Древним уже тогда, когда в этом Мире появились Самые Первые. Этот Город становился столицей десятков рас и Империй, он строился тысячелетиями и тысячелетиями же приходил в запустение. Десятки раз его объявляли Потерянным и десятки раз его находили, чтобы вновь превратить в Столицу очередного Королевства или Империи. В этом Городе собраны артефакты всех рас и народов Мира, богатства, укрытые в нем, неисчислимы…

- Вайлет, откуда ты это знаешь?

- А я и не знаю. Это всего лишь одна из легенд моего народа.

- И что же еще есть в этих ваших легендах?

- Этот Город видел столько Зла и Черной Магии, что буквально пропитался ими. Загвандум десятки раз брали приступом, его сжигали и сравнивали с землей, но каждый раз, не проходило и пары веков, как он вновь вырастал. Есть еще одна легенда, она гласит, что истинный Загвандум, навеки скрыт от глаз, что он неуничтожим и несокрушим и только истинным его правителям, он может открыться. Только не спрашивай, что это значит!

- Ну что, спускаемся и активируем артефакт ректора? Как по-вашему, пора приглашать сюда искателей и магов?

- Серж, давай не будем торопиться, день-два особой роли не сыграют. Зато мы сможем составить примерный план Города, отсюда прекрасный вид. Наметим наиболее перспективные места для поисков. По законам Гильдии, нашедшему, первооткрывателю, дается право на исследование того объекта, который он выберет. Маги придерживаются того же правила. Этот Город, теперь, на многие годы, да что там годы, десятилетия, станет местом базирования всей Гильдии, да и маги сюда переселятся в огромном количестве. А это значит, что Вайлет совершенно права, очень скоро Город начнет оживать, ведь и магам и искателям надо что-то есть, где-то спать и отдыхать, покупать и продавать свои находки, ремонтировать снаряжение и закупать новое. Серж, ты даже не можешь себе представить, какой объем работы нам всем предстоит. Через год, Гильдия Искателей, станет одной из самых многочисленных в Империи. А ведь есть еще и Император, он не сможет допустить, чтобы все это прошло мимо него, значит будут тут и Королевские и Имперские солдаты, чиновники и еще тысячи людей. Ты сделал Империи ценнейший подарок, но и подарил ей, огромную головную боль на многие и многие годы. Если честно, то я уже жалею, что связался со всем этим. Теперь и Лесное Княжество заявит свои права на этот Город, и народ Вайлет. Даже ты, если раскроешься, как, «де юре» независи