Константин Георгиевич Калбазов - Похищенные

Похищенные 1622K, 277 с. (Шаман (Калбазов)-1)   (скачать) - Константин Георгиевич Калбазов

Константин Калбазов
Похищенные


Глава 1. Новый мир и новые знакомые

Пробуждение было тяжким. И это мягко говоря. Голова буквально раскалывалась, словно он пьянствовал всю ночь напролет. Причем пил исключительно паленую водку. Давно забытые ощущения. Нет, пить он вовсе не бросил. Просто уже несколько лет как употреблял только самогон. Причем только своей выделки, виноградный, двойной перегонки и отфильтрованный активированным углем.

У его товарища весь двор заплетен виноградной лозой. Сам он не пьет, ни вино, ни самогон не делает, сок и компоты из него не больно-то и уважает. А вот двор под сенью виноградной листвы ему очень даже нравится. Живую тень, не сравнить ни с каким навесом.

Вот Игорь ему и помогал, ежегодно снимая урожай, и перерабатывая его в чистый продукт. Причем не жадничал, брал только лучшее, не ниже восьмидесяти градусов. Все остальное безжалостно в утиль. Так что, продукт получался отличный, и тяжким похмельем он не маялся уже давно.

Открыл глаза, пытаясь понять где находится. Трава, деревья, теплые солнечные лучи пробивающиеся сквозь листву. Чистый воздух. Впрочем, у них на Кавказе с воздухом всегда было в порядке. Если только не жаркие дни. Кстати, ждать осталось не так чтобы и долго. Уже середина июня, как всегда дождливого и прохладного. Но еще пара-тройка недель и они уйдут в прошлое. Обычное в общем-то дело.

Ну и то, что он вот так лежит под деревьями ничего удивительного. Он ведь выехал за город. Вон и велосипед лежит рядом, и чехол с воздушкой пристегнут на место, и баллон подкачки все так же прикреплен к багажнику. А вот и его рюкзак, с которым он никогда не расстается. Подумаешь не мальчик. Это просто удобно. Как и велосипед. Не из дешевых, между прочим, с планетарной втулкой на семь скоростей.

Хм. Правда, Игорь отчего-то не помнит, когда это устроился на отдых. И уж тем паче – когда успел напиться до такого тяжелого похмелья. С утра он выехал на велосипеде, чтобы поразмяться и пристрелять пневматическую винтовку «Атаман». Дорогая, не без того. Но выпускаемая пуля калибром 6.35 мм – достаточно серьезный аргумент. И на приобретение этого оружия не требуется никаких разрешений.

Механика на винтовке пристреляна уже давно. Причем с уже установленным дополнительным саундмодератором[1], благодаря чему звук гасится практически полностью. Оптику же прикупил только на днях. Вот ее-то, по сути, он и собирался привести к нормальному бою. А делать это лучше все же подальше от людей. Мало ли какая случайность приключиться может.

Ну и за одно, можно было выгулять свою «Грозу». У него вдруг обнаружилось порядка сотни разномастных патронов, доставшихся ему по дружбе. Товарищ приобрел себе травматический ПСМ и вдруг обнаружил весьма серьезную проблему.

Пистолетик оказался не всеядным. И мощность боеприпаса тут ни при чем. Пока подобрал производителя, чьи патроны не клинили в патроннике, успел приобрести несколько пачек. А куда деваться? Поштучно их не продают. Образовавшийся же излишек подарил Игорю.

Его «Грозе» совершенно без разницы, какой там производитель и мощность патронов. У него вообще два магазина снаряжены еще дореформенными патронами на двести пятьдесят джоулей. Но эти патроны он берег на самый что ни на есть случай самообороны. Дома имелась еще одна пачка на двадцать патронов. И это все. Можно конечно и перекрутить подаренные, но это уже чревато.

Ладно. Не суть важно. Так вот, он четко помнил, что выехал за город. Его обогнала машина с двумя блондинками, и проехав метров двести, остановились. Задрали капот и полезли под него. Хм. Вообще-то, он под капот «Мазды» лезть и не подумает. Даже если поменять масло. Уж больно там все мудрено. А эти, эвон какие смелые.

Так. Что было дальше. Остановили его. Точно. Одна из них попросила помочь. Он и остановился, чтобы объяснить, что из него помощник, как из свиньи балерина. Почему остановился? Да любой бы мужик остановился. Потому как там было из-за чего останавливаться. Если не пощупать, так хоть полюбоваться.

Есть! Вспомнил! Эта с-сука прыснула ему чем-то в лицо. Баллончиком с газом. Он еще успел подумать, что нарвался на больную на всю голову идиотку. А потом… А потом пришел в себя здесь.

Оттащили в кусты? Ну может быть. Мало ли. Разобрали, что чехол у него винтовочный, да еще и «Грозу» на боку заприметили. Он нацепил пистолет на пояс. Отчего-то бобики отчаянно ненавидят велосипедистов. И большие в том числе. А еще есть хозяева, отчего-то бросающие здоровенных псов на произвол судьбы, и те бродят сами по себе, свои собственные, и зачастую обозленные на весь белый свет. Словом, иметь наготове пистолет, вовсе не лишнее.

Итак, испугались и прыснули в лицо какой-то гадостью. Версия вполне рабочая. К тому же все его, осталось при нем. Он все так же одет в новенькую горку. Июнь. Может и дождик начаться. Так что, лучше уж эта одежка. Правда, куртка все же была в рюкзачке, а вот сейчас подстелена под него. На ногах ботинки из кордуры. Ничего смешного, вполне нормально. Оно и лещи, и кавказской гадюки развелось столько, что лишним точно не будет.

Судя по положению солнца, время к полудню. Пора и честь знать. Он ведь должен был уже вернуться. С женой и малым собирались прокатиться на рынок. Рывком сел на пятую точку. А-а-а девки с-су-уки!.. Так ведь и кони можно двинуть!

Голову прострелила такая боль, что перед глазами поплыли радужные круги. Игорь сдавил виски. Помогало мало. Но ничего другого не оставалось. Впрочем, по прошествии времени, все же полегчало. Хм. Причем, самочувствие улучшалось довольно быстро.

Проверил пистолет. Порядок. Десять в магазине, одиннадцатый в стволе. Оно конечно можно и пятнадцать. Но нарушать законодательство без видимой на то причины не хотелось. Запасной магазин на месте, а это в сумме двадцать один выстрел. Перезарядка быстрая, и давно отработана до автоматизма. Куртку горки в рюкзачок. Его самого на спину. Подобрать велосипед, и пора выбираться на дорогу.

Хм. И где находится эта самая дорога? Посадка, оказалась не посадкой, а небольшой рощицей. Ну или нешироким языком леса. Во всяком случае, Игорь видел деревья на узком участке метров по сто в оба конца. Как там дальше обстоят дела непонятно, для этого нужно отойти подальше, или пройти в одну из сторон. Но то что это не посадка, совершенно точно. Да и открывшийся перед ним простор никак не может быть полями.

По трем сторонам от него убегала бескрайняя степь. Слева имелась балка, частично скрытая изломом рельефа. Прямо видимость до самого основания весьма большой балки. Примерно в паре километров видна четкая зеленая полоса. Наверняка заросли камыша по берегам речушки или ручья. Далее начинается подъем еще километра на три или больше, после чего видимость ограничивается верхним урезом балки. Та же картина и справа.

Вообще-то, он неплохо знаком с окрестностями Ессентуков, и вот таких больших бесхозных пространств не наблюдал. Даже если не поля, то обязательно ферма или кошара. Здесь же, должна была быть пахота, и никак иначе. У них вообще, вспахано все, где только можно вогнать плуг. Под выпаса остались только крутые склоны холмов. Не очень крутые, традиционно идут под сенокосы. Ну и куда его уволокли, эти гребанные профуры?

Поставил велосипед на подножку и отстегнул чехол с винтовкой. Отвинтил от нее оптику, и вернул обратно. Все равно прицел не пристрелян, а потому беды никакой. А вот четырехкратная подзорная труба вовсе не будет лишней. Вот так вот. Н-да. Ну глянул. Убедился, что зеленая полоса действительно камыш. Легче стало?

Покончив с осмотром местности, убрал прицел, и оседлав велосипед двинулся влево. Бог весть, с чего он взял именно это направление. Отчего-то показалось, что так будет правильнее всего. Вокруг Ессентуков множество полевых дорог. На обозримом пространстве, он ничего подобного не увидел. Имелась надежда на то, что искомая дорога обнаружится за недалеким урезом то ли очередной балки, то ли оврага.

Не сказать, что местность располагает к велосипедным прогулкам, но все же лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Опять же, все равно получается куда быстрее, чем пешком. Четвертая передача вполне позволяет выдерживать комфортные десять километров в час. Ага. У него еще и электронный спидометр имеется.

Через сотню метров, деревья слева сменились такой же степью. И отъехав еще на сотню метров, Игорь понял, что язык леса с этой стороны имеет протяженность километра в полтора. Итак, похоже все же роща. И что это ему дает? Да ничего. Роща и роща. Он такой не помнит. А должен бы. Потому как, пострелушки, пострелушками, но он еще и охотник. И вообще, окрестности Ессентуков облазил вдоль и поперек. Впрочем, об этом уже было.

Стоп. А это что. Похоже всадники. Какие-нибудь чабаны? Впрочем, вполне могут быть и отдыхающие. Конные прогулки явление довольно обычное. У них даже в городском курортном парке обретается мужичок с лошадкой, катающий в седле всех желающих. Отбоя нет. Когда его самого не прогоняют стражи порядка. Мало того, что незаконная предпринимательская деятельность, так еще и амбре от лошадок не особо приятное для городских носов. Да, да в недовольных по этому поводу недостатка нет.

Скинул рюкзак, выудил оттуда прицел, и поднес к глазу. Приближение может и не очень, но необычность всадников Игорь все же рассмотрел. Вот интересно, что бы это значило. Очень похоже на кожаную одежду, индейцев там или северных народов. Во всяком случае он отчетливо видит бахрому на рукавах. С другой стороны, на их головы надеты широкополые шляпы.

У двоих в руках арбалеты. Нет, правда арбалеты. Игорь несколько лет проработал в большом охотничьем магазине и вообще любитель оружия. К примеру у него дома кроме остального арсенала имелся и лук, с парой десятков стрел. А вот у третьего ружье или винтовка, и тут без вариантов.

Это что за такие команчи? Ролевики? Очень может быть. Движение сегодня очень даже популярное. А может опять какой-то фильм снимают. Хм. В любом случае ведут они себя как-то уж очень возбужденно. Прямо подпрыгивают на стременах. Ага. Индейцы с седлами. Смешно. А вообще, странно все это.

Пока вопросы громоздятся один на другой, Игорь и не думал терять время. Еще чего не хватало. Не сказать, что у него был столь уж богатый боевой опыт. Да что там, не было его вообще. Служба была, и до последнего дня не бил баклуши. А вот в бою побывать как-то не довелось. Но это вовсе не значит, что он вот так, как идиот, разинув рот будет поджидать пока к нему не подъедут три перевозбудившихся типа.

Убрал прицел в рюкзак. Уронил его вместе велосипедом. Продвинулся немного вперед, чтобы случись и его транспорт не оказался помехой. Отщелкнул кнопку на кобуре, снял пистолет с предохранителя. Так оно вроде и не провоцирует и в то же время, оружие практически готово к бою. А быстро его извлечь Игорь сумеет. Практика богатая.

Насчет применения «Грозы» сомнений никаких. Плевать, что мощный патрон. От этого он не перестает быть травматическим. Главное не палить в упор. Тогда резинка может пробраться под шкуру. С другой стороны, если он не ошибся и на них действительно кожаные куртки, то тут впору подумать о том, чтобы энергии пули хватило для нанесения хоть каких-то повреждений.

Наконец всадники с диким гиканьем подскакали к нему. Хм. Нет, точно не индейцы. Хотя одежда и впрямь кожаная, на манер индейской. Разрисованные курки одеваются через голову, без воротников с прорезью на груди, на которых болтаются развязанные завязки. По рукавам и на штанах имеется оторочка бахромой. На головах шляпы, вот только качество совершенно разное. Две явно грубой выделки, а вот у вооруженного винтовкой, вполне качественная.

Но вот по лицам точно угадываются европейцы. Заросшие окладистыми, но вполне ухоженными бородами. Зато в седлах сидят так, что любой степняк обзавидуется. Игорь немного разбирался в этом вопросе. Вот так и напрашивается банальное – сидеть в седле научился раньше чем ходить.

Все это он рассмотрел буквально в считанные секунды, пока первый всадник не приблизился к нему вплотную. И этот говнюк, радостно потрясая арбалетом вдруг выдернул ногу из седла и сходу засветил в Игоря. Вернее, он попытался это сделать.

«В критической ситуации ты не поднимешься до уровня своих ожиданий, а упадёшь до уровня своей подготовки.» Сколько раз они с парнями повторяли эти слова. И сколько над ними потешались окружающие, вертя пальцами у виска, при виде взрослых мужиков играющих в войнушку. Возможно это и действительно смешно. Но вот одному из этих чудаков это реально пригодилось.

Он даже не успел осмыслить то, что произошло дальше. Тело действовало само собой, не сообразуясь с разумом. Он резко расслабился и буквально сложился втрое, осев сначала на пятую точку, а потом перекатившись на спину. «Гроза» уже в руке, и мало того, палец жмет на курок. Попасть во всадника нечего и мечтать, но зато лошадь просто великолепная цель, и представляет собой полтонны паники. Ну очень пугливое животное.

Быстрая двойка. Сколько раз попал, бог весть. Но то что попал это факт. Гром выстрелов, боль впившаяся в тело. Животное так взбрыкнуло, что попросту вышвырнула всадника из седла. Наездник-то наверняка великолепный, но тут уж сложилось и то, что он промахнулся, вложившись в удар и потеряв равновесие, и взбесившаяся лошадь. Словом, грохнулся мужик оземь.

Правда, подробностей Игорь уже не видел. Некогда рассматривать. Движение это жизнь. И если хочешь жить долго, поворачивайся поживее. Перекат вправо. Встать на колено, одновременно выводя пистолет на линию прицеливания.

Три поспешных выстрела. И теперь все резинки непосредственно во всадника, уже вскидывающего арбалет. Метров десять. Но все же попал. И налетчику явно хватило. Хлопок! Арбалетный болт… Ударился в землю и упал? Всадник переломился в поясе и взвыв белугой приник к гриве коня.

А вот с третьим Игорь разобраться не успел. За него это сделал кто-то другой. Выстрел раздался справа, как раз оттуда, куда собственно и направлялся парень, перед самым нападением. Бросив мимолетный взгляд, он заметил поднимающийся дымок. Хм. Давненько он не видел чтобы пользовались дымарем.

Всадник с ружьем нелепо взмахнул руками, и перевалился через круп лошади, глухо ударившись оземь. Отчего-то подумалось, что если жив, то отбил себе все внутренности, и получил сотрясение головного мозга. Если там есть чему трястись, итить твою через колено!

Второй, все так же приникнув к гриве лошади, начал ее нахлестывать, уходя прочь. Первый лежит недвижимым. Бог весть, с чего, но Игорь вдруг сорвался с места и побежал к выроненной винтовке. Именно винтовке. Пусть все и происходило с невероятной быстротой, он все же сумел опознать знакомый образ берданки. Как и отметить для себя странность в положении рукояти затвора, не задранного под сорок пять градусов, а лежащего под девяносто.

Судя по положению курка, оружие заряжено. Снова выстрел. Но на этот раз неизвестный стрелок промазал. Похоже не хочет ранить лошадь. Потому что вот в лежащего перед Игорем, он попал, пусть и стрелял с расстояние в пару сотен метров. Винтовка, прыгнула к плечу. Бог весть как она пристрелена, но расстояние с полсотни метров, и быстро увеличивается. Навел мушку точно между лопаток и нажал на спуск.

Берданка, если это была именно она, довольно мягко толкнула в плечо. Никакого сравнения с резкой и чувствительной отдачей трехлинейки. Хм. Вполне сравнимо с СВТ. Та тоже весьма комфортна в стрельбе. А вот пуля похоже куда серьезнее. Беглеца буквально вынесло из седла. Или это просто так совпало.

Игорь выронил винтовку. Вновь извлек «Грозу», сменил магазин. Двести пятьдесят джоулей в упор, это достаточно серьезно, чтобы отдать предпочтение многозарядному и скорострельному оружию. Проверил живчик у первого. Готов. Без вариантов. Вон сколько кровищи натекло из дыры в груди.

Приблизился ко второму. Лежит бездыханный. Уперев ствол в грудь, приложил палец к сонной артерии. Глухо. Толкнул голову. Та как-то уж очень подозрительно легко повернулась. Сломаны шейные позвонки? Очень может быть. Во всяком случае, похоже на то.

И вот тут его начал пробирать страх. Что вообще происходит? Что он творит. Вот только что он убил двоих. Нет, понятно, что он ни год и ни два готовился к чему-то подобному. Но ведь подспудно всегда знал, что это только игра. Ну вот так они развлекались с парнями. А еще, занимались воспитанием молодежи, потому как им не все равно, кто вырастит из пацанов и девчонок.

Но вот сейчас он реально убил двоих. А может тот еще жив? Ага. Вот сейчас, все бросил и пошел проверять. Обождет команч своей очереди. И вообще со всем этим он потом станет разбираться. Потому что из-за уреза оврага, или что там, уже бегут трое. Причем все с оружием наперевес.

Игорь нервно сглотнул, и бросился к велосипеду. Однозарядная берданка не внушала доверия. Опять же, где у этого дикаря (вот такая ассоциация) патроны, поди еще разберись. Да и есть ли они вообще. Пистолет… Резиноплюй, он и есть резиноплюй. А вот пневматика это семь убойных выстрелов. Причем не на такой смешной дистанции, а до трехсот метров. И в ростовую мишень Игорь вполне попадет. Правда, в неподвижную. Но не суть.

Резко вжикнула молния, и «Атаман» вывалился ему в руки. Отвести затвор. Затолкать в направляющие барабан на семь патронов. Четыре запасных и уже снаряженных в ячейках приклада. Вот такой он весь из себя запасливый. Встал на колено, и взял на прицел резко остановившихся в полусотне метров от него неизвестных. С такого расстояния он не промажет. Если не будут шевелиться, еще и точно в лоб закатает.

– Эй, паря, остынь. Мы друзья, – заговорил самый здоровый из этой тройки.

Ну как здоровый. В плечах он вполне сопоставим с Игорем, а вот росточком сантиметров на десять пониже будет. Эдакий крепыш, уже начавший грузнеть. Но остальные двое будут пожиже. Всем лет по тридцать. Одеты… Да нормально в общем-то одеты. Что-то похожее на горку, но скорее все же подобие. На ногах сапоги. Самые обычные. Что там, кирзачи или яловые, отсюда не понять. На головах все те же шляпы с широкими полями. Ковбои, блин, Мальборо. Хотя, в отличие от прежних оппонентов, эти одеты вполне цивилизованно.

– Серьезно друзья? – Как-то нервно и едва не дав петуха, выкрикнул Игорь. – А вот мне отчего-то не больно-то и верится.

– Парень, я понимаю, тебе сейчас хреново. Ты не знаешь где оказался. Опусти ствол, поговорим. Да не тяни кота за подробности. Если стойбище этих команчей поблизости, тут сейчас такое начнется, что мама не горюй.

– А почему я должен тебе верить?

– Да не верь. Твои проблемы. Ты только не пальни сдуру. За пальцем своим следи и нам не мешай.

– Ладно. Не мешаю.

– Добро. Давай братва, шевели поршнями.

Все трое сорвались с места и побежали к трупам. А нет. Вот один из них взгромоздился в седло. Иначе и не скажешь. Из него наездник, как из свиньи балерина. Впрочем, это Игорь скорее придирается. Жокеем мужику не стать, но и задницу не отобьет.

Кстати, какого этот назвал их команчами? Загар у убитых конечно еще тот, но они явно европейцы. Тут и бороды с усами и заросшая грудь, у того, что был с винтовкой. Это вроде бы никак не соответствует физиологии индейцев. А почему тогда команчи? Да этим похоже без разницы.

Пока Игорь предавался размышлениям, двое мужиков вполне деловито обшарили трупы, собрав все представляющее ценность. Хм. Вообще-то, не так чтобы и много. Сорвали ожерелья, сняли с поясов ножи. Подобрали винтовку и арбалеты. А вот патронов на трупе не оказалось. Либо в седельных сумках, либо и впрямь у дикарей с боеприпасами туго.

Третий спаситель, переловил всех лошадей и уже возвращался. Похоже сбор трофеев успешно закончен и теперь незнакомцы собираются сваливать. Ну и как быть? Остаться или присоединиться к ним. Так они вроде бы и не предлагали. Только на добычу и позарились. И пусть с тел практически ничего не взяли, лошади вполне хороши. Игорь немного в этом понимал.

Хм. А о чем это он тут вообще рассуждает? Что тут происходит!? Нет, он конечно прочитал множество книг про так называемых попаданцев. Весьма популярный жанр в последние годы. Но чтобы вот так, попасть самому… Да это же бред! Его что, так выключило газом из баллончика, что он видит такие реалистичные глюки. Ага. Вон даже колено болит. И чего спрашивается не взял с собой наколенники и налокотники? Глупый вопрос. Он вообще-то собирался стрелять сидя за столом, а не на тактические занятия. Ага. Это его опять куда-то не туда повело.

– Ну чего замер, паря? – Обратился к нему все тот же мужик.

– Да вот думаю, какого хрена тут творится.

– Херня и творится. И если хочешь жить, давай-ка с нами.

– А если не захочу?

– Дело твое. Оставайся. Примерно треть нашего брата выживает. Тебе ведь хочется идти на юго-запад?

– А ты откуда знаешь?

– Меня в свое время тянуло на север. Витька, – кивок на одного их мужиков, – на восток, Юрку, – указал на третьего, – как и тебя, на юго-запад. Он появился тут неподалеку, вон за тем урезом, километрах в пяти. Так что, общее направление ты знаешь, не заблудишься. Тут всего-то километров тридцать. Свезет, до конца дня доберешься. Бывай, – мужик вдел ногу в стремя, и оказался в седле.

Подстреленная лошадь получила незначительные повреждения. Одна резинка забралась под шкуру на брюхе. Считай об острый сучок поцарапалась. Ну и внутренности вряд ли сильно отбило. Так что, никаких противопоказаний для верховой езды.

Хм. Ну заблудиться он не заблудится. В этом Игорь был абсолютно уверен. А вот доберется ли живым… Кстати, тот болт, что не воткнулся в землю. У него был тупой наконечник. Эдакая кожаная груша. Получается, его хотели захватить живым. Вот только где гарантии, что после пленения он не станет молить о смерти. Что же до этих… Хотели бы грохнуть, уже грохнули бы. К тому же, все за то, что они с ним одной крови.

– Погодите. Я с вами, – выкрикнул Игорь, и тут же начал упаковывать винтовку в чехол.

За урезом была очередная балка. Разве только с куда более крутыми склонами протяженностью с километр. На дне видна полоска камыша, явно указывающая на протекающую там речушку. Правда, внимание Игоря привлекла вовсе не она, а транспорт незнакомцев.

Весьма необычный надо сказать. Эдакий мини паровоз, с коптящей трубой, цилиндрическим котлом и кабиной очень похожей на всю ту же паровозную. Только в наличии имелись лишь четыре колеса, на манер тракторов с большими задними. И совершенно отсутствовали рельсы. К этому паровозику были прицеплены тандем с запасом угля и два деревянных вагончика на двух парах стальных колес со спицами. Имелась даже площадка между вагончиками, с деревянными перилами, для безопасности при переходе.

Когда Игорь подошел поближе, то рассмотрел, что позади второго вагончика возвышается эдакая бронированная люлька пулеметного гнезда. Пулемет на поворотном станке, с поднимающимися стальными щитками. А вот само оружие, просто песня.

Шестиствольный гатлинг. Правда, не в точном исполнении канонов девятнадцатого столетия. Он конечно такой же механический, но имеет ленточную подачу патронов, приклад и пистолетную рукоять. Рукоять для стрельбы, находится слева. Хотя-а, да, вон торчит ось, и справа, а значит оружие рассчитано как под левшу, так и под правшу.

– Ну как тебе? – не без гордости поинтересовался мужик, спрыгивая с лошади.

– Игорь, – протянул руку парень.

– Семен, – с самой добродушной улыбкой ответил тот.

– Прикольно. А это что за такой паровоз?

– Паровой трактор. Дрянь конструкция. Местного пошиба. Невьянские образцы при той же мощности и покомпактнее, и бегают порезвее, и запас хода побольше. Но и стоят куда дороже.

– Невьянские?

– Даже не надейся. Это не Земля. Ну или она, но тогда уж параллельный мир. И давай без тупых вопросов. Задрали новички. Просто прими это как данность.

– А назад…

– Сказал же, без тупых вопросов, – отмахнулся Семен. – Витек, поручаю новичка тебе, введи в курс дела. Чтобы к нам там без претензий. А то знаю я этих жмотов. Колян, что с машиной!?

– Порядок с машиной, – выглянув из кабины паровоза ответил мужик, лет сорока.

Хм. Вообще-то сказали же, трактор. Ну или паротрактор, если угодно. Н-да. Вот не воспринимается он иначе, как паровоз. Взгляд так и ищет рельсы. Но их нет. Зато есть стальные колеса на спицах и без резины. На прицепах и передних колесах трактора посредине широкого обода проходит дополнительное кольцо, квадратного сечения, эдак сантиметров пять на пять. Это скорее всего направляющие, чтобы колеса не елозили. А вот задние колеса трактора имеют стальные шипы. Интересно, а сколько может потянуть этот локомотив?

– Ну и какого тогда мы стоим, если с машиной порядок? – Возмутился Семен.

– Да хоть сейчас тронусь, – огрызнулся машинист.

Намек ясен. Игорь взглянул на Виктора. Тот указал на велосипед и махнул рукой в сторону последнего вагона. Понятно. Значит транспорт нужно располагать в грузовом прицепе. Первый же, похоже предназначен для жилья. А вообще нехилые такие вагончики. Метров по шесть каждый. Если судить по массивности конструкции, тонн по тридцать грузоподъемности.

Пока с Виктором располагал велосипед, кстати, на крыше вагона, Юрий, привязал лошадей к последнему вагону. Отчего-то сразу вспомнился мультфильм «Вокруг света за восемьдесят дней», это когда фикс привязал лошадь сзади самобеглой коляске и погорел на этом. Впрочем, сомнительно, чтобы эти животины смогли сдвинуть с места хотя бы один вагон.

Первый вагон действительно предназначался для обитания бригады, как они сами себя называли. Всего шесть человек. Помещались они в каморке два на три метра на трехъярусных койках в лучших традициях плацкартных вагонов. Впрочем, учитывая довольно грубую выделку и голые доски, все же в худших. Остальное пространство отводилось под вещевой и продовольственный склад. Все личные пожитки в рундуках под койками первого яруса. Не разгуляешься.

Наконец короткий свисток. Мат Семена, разъясняющего машинисту где он видел его свист, вместе с ним и его дурной привычкой. Угу. Уголек-то у них хороший. Дыма сравнительно немного, и уже через пару десятков метров он рассеивается. Пока поднимется до верхнего уреза балки, и вовсе развеется. А вот свист могут услышать далеко.

Перестук сцепки. Толчок. Тяжкое и медленное чух-чух, вскоре сменяется бодреньким таким чух-чух-чух, и своеобразный поезд начал движение. Ход набирали эдак медленно и величаво. Но когда скорость поднялась эдак до бегущего человека, ритм окончательно выровнялся.

– И все? – Разочарованно поинтересовался Игорь.

– А чего ты ожидал? – Хмыкнул в ответ Виктор. Это же трактор. Да еще и допотопный.

– А есть еще и автомобили?

– Паромобили, – поправил Виктор. – Есть. Но только в нашем исполнении. В Невьянске выпускают два варианта, легковой и грузовой трехтонник. Водотрубный котел замкнутого цикла. КПД почти как на бензиновом движке. Сороковник жмут в легкую. А больше и не нужно, если честно. Тут автобанов нет. По местным же задачам, более чем достаточно.

– Ну отчего же. Полевые дороги-то всяко-разно должны быть. Значит и восемьдесят километров нормально будет, – возразил Игорь.

– Угу. Только ты забываешь о том, что резины у нас нет. Так, малость каучука от местных перепадает. Но его едва хватает на уплотнители да кое-какие детали, где без резины никак. А для поездок имеющихся скоростей хватает. Да и то, такой грохот стоит, что мама не горюй.

– Погоди. А почему паровые машины-то? Чего не наладили двигатели внутреннего сгорания?

– Умный? Ну-ну. Еще обчешешься. У нас из топлива только уголь правда высший сорт. Вишь, дым какой жидкий? Ну и дровишки. Есть еще кизяк[2], тут стада парнокопытных шастают как у себя дома, но из него топливо совсем беда.

– Слушай, а отсюда и впрямь никак? – С нескрываемой надеждой поинтересовался Игорь.

– Сказали же, без тупых вопросов, – вяло отмахнулся Виктор. – Нас тут порядка пятнадцати тысяч пападунов. А еще сколько погибло, никто не знает. И у всех один и тот же вопрос. А уж если баба, так и вовсе мозги набекрень. У нее вишь ребенка нужно из садика забирать, а она в полной заднице.

– Не смешно. Меня жена и сын годовалый дома ждут.

– А мы типа тут все сироты убогие, – зло огрызнулся Виктор.

Сорвал с пояса фляжку, свинтил крышку и жадно приник к горлышку. Игорь как-то машинально отметил для себя, что фляжка самая обычная армейская. У остальных так же имеются емкости, что в принципе лишним не бывает, хоть под воду, хоть вот, под сивуху. Но только из зеленого стекла, упакованные в брезент и заткнутые пробками.

Виктор оторвался от горлышка. Скривился, от крепкого напитка. По запаху самогон. И похоже крепкий. Мужик не похож на того, кому пить такое в новинку. Да и Игорь знал толк в этом напитке. К гадалке не ходи, тут с двойной перегонкой не заморачиваются. И уж тем более, не делают отбор по чистоте. Задача другая. Главное, чтобы с ног валило.

– Держи, – протянул он фляжку Игорю. – Глуши всю, до дна.

– Я голоден.

– Оно и к лучшему. Если повезет, вырубишься. По опыту знаю, скоро накроет. Прими как анестезию.

– Без обид, Витя, но судя по запаху, продукт сивушными маслами прямо-таки напичкан.

– Это точно, – хохотнул мужик. – Шмурдяк тот еще. Да только весь хороший самогон мы уж вылакали, этот же сварганили на коленке.

– Тогда боюсь мне поплохеет.

– Вот и хорошо, – совершенно серьезно произнес Витя. – Пей, Игорек. Лучше пускай будет хреново от сивухи, чем… Словом, я знаю о чем говорю. Давай паря.

Виктор и впрямь знал о чем говорил. Очень скоро Игоря вырубило. А на следующий день ему было настолько плохо, что он слабо соображал, что вообще вокруг происходит. Дошло даже до мысленных клятв, чтобы больше никогда и ни при каких обстоятельствах. Для него это высшая степень интоксикации. И это всего-то с грамм семисот, не больше. И впрямь шмурдяк редкостный. Кстати и на вкус, та еще гадость. Как пояснил Витек, бражка была настояна на карбиде. И как только он не сдох?

– Гриша, – сначала позвал, и только потом попытался сообразить, верно ли он назвал парня.

– Ожил, Игорь? – Откликнулся пулеметчик, уплетающий за обе щеки кашу обильно сдобренную мясом.

– Да вроде. Только слабость такая, что аж трусит.

– Ну это нормально. Тебя вчера так полоскало, что Семен чуть Вите морду не набил, за то что он тебя траванул. Реально думали кони двинешь. Он же тебе карбидного первача подсунул. Да еще и почти полную фляжку.

– Нормально, вяло и как-то безжизненно отмахнулся Игорь.

И впрямь нормально. Если бы не отравление, то его накрыло бы так, что может и мозги себе вышиб бы. Образно конечно. Но тоскливо было бы жесть. А так, только тоска подобралась, как организм играет аврал. Не до депрессий словом.

Стоп!

– Гриша, а где мы? Семен говорил, что до этого самого Невьянска тридцать километров. Даже если бы ваш трактор тащился со скоростью пешехода, мы уже должны были добраться до места.

– Ага. Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Вот если бы ты позавчера сам туда направился, то да, уже был бы на месте. Что тебе речки. Нарубил камыша, да переправил свой велик с пожитками. Через какую промоину глубиной в пару метров, худо-бедно переберешься. Так и добрался бы. Если бы не срубили по дороге. Н-да. Привыкай. Наши реалии. Так вот, нам же с нашими махинами только по объездам и бродам. А это чуть не втрое дальше выходит. Да еще и поломаться умудрились. Слышь стучат?

– Слышу.

Со стороны трактора доносился перестук металла. Ага. Кто-то загнул от души на великом и могучем. Не иначе как машинист-тракторист. Вроде на его голос похоже. К-красиво выводит. С душой. Такие коленца закладывать только в России умеют. Ага. Вроде выговорился. Опять послышался стук металла. Как там говорят – в России с помощью кувалды, лома и такой-то матери, могут починить практически все? Во истину, уникальный народ.

– Садись к столу, Игорек. Я тебя сейчас бульончиком отпаивать буду. Семен распорядился для тебя приготовить, – пригласил Григорий.

– Заботливый он у вас.

– Семен мужик. И за своих любому глотку порвет, – без капли иронии и со значением ответил парень.

Пока Игорь выбегал оправиться и умыться у подвешенного на стенку вагона рукомойника, Гриша и впрямь организовал оловянную чашку с горячим бульоном и краюхой свежего хлеба. Оказывается бригада не больно-то жаловала сухари. Хотя, кое-какой запас и имелся. Но это так, на всякий пожарный.

Пока чинили агрегат, Игорь успел пообщаться понемногу с Юрием и Виктором. Семен помогал машинисту и его помощнику. Остальных отправил в эротическое путешествие. Охранять покой и жизни ремонтной бригады.

Так вот, если коротко, из рассказов новых знакомых следовало, что началось все лет эдак сто пятьдесят назад. В смысле, для этого мира началось, не для землян. Война тут случилась. Глобальная. Если судить по имеющимся сведениям аборигены в то время находились на стадии развития третьей четверти девятнадцатого века, где балом правил пар. Причем мерзавец шагал семимильными шагами толкая и пихая мировой прогресс. Ну и похоже влияя на мозги.

Словом, мировая война тут случилась примерно на полвека раньше. И дело дошло до оружия массового поражения. Химическая промышленность была развита откровенно слабо. Настолько, что тут не знали даже бездымного пороха. Да что там, на вооружении армий состояли однозарядки. Вот например те же берданки, пусть и с незначительными отличиями и назывались по другому. Гатлинги и те были редкостью несусветной. Между прочим считались неприлично прожорливыми.

О ядерном оружии говорить и вовсе не приходится. Зато с биологическим оказалось все в полном порядке. Ученых гениев хватало с обеих сторон. Но выпустив этого джина из бутылки, загнать его обратно уже не смогли. В результате разразившейся пандемии население планеты уменьшилось просто катастрофически. Да еще и десятилетия спустя, время от времени случались эпидемии, выкашивавшие поселения с невероятной быстротой.

А вот для землян все началось лет пятнадцать назад. Первая группа попавших сюда насчитывала пару сотен человек. Появились они компактно в одном месте. На краю пустоши, некогда бывшей большим и богатым городом.

Первые два года новички появлялись с поразительной регулярностью. Причем совсем не обязательно с голыми руками. Хотя таких и было большинство. Случались и военные с оружием, и охотники, и просто любители, выбравшиеся за город пострелять. Но это так. По большому счету слезы. Из техники максимум, велосипед. Никаких машин и даже мопедов не случилось.

Примерно на третий год доморощенные сталкеры полезшие в подземелье притащили оттуда какую-то болячку, очень похожую на сибирскую язву. Как результат, погибла половина землян, которых к тому моменту было уже порядка полутора тысяч. Спасаясь от заразы, и желая хоть как-то дистанцироваться от опасного места, лидером землян было принято решение о переезде на полсотни километров вниз по течению реки.

Про руины и имеющиеся там богатства никто ясное дело забывать не собирался. Там ведь обнаружились и кое-какие станки, пусть и допотопные и многие в плачевном состоянии. Но это хоть что-то. Правда, теперь уже действовали куда как осторожнее.

Одновременно наладился и контакт с местными. Причем не всегда мирный. К примеру с четырьмя анклавами на востоке, с населением тысяч по десять каждый, дела обстояли вполне приемлемо. Все в порядке было и с двумя небольшими городками на побережье моря. Не без противоречий, но в целом, к обоюдной выгоде.

Оказывается на двух больших островах, отстоявших друг от друга на полтысячи километров, сохранились очаги цивилизации. Мало того, численность населения на каждом из них вроде как уже перевалила цифру в два миллиона. У них даже имелось какое-никакое промышленное производство.

Но Таболата и Астаната, пока воздерживаясь от колонизации материка, а только вели активную торговлю. Собственно эти два городка были торговыми перевалочными пунктами. Хотя, несколько ферм при них все же имелись. Правда, пашни были сравнительно невелики. Но с другой стороны. Возможно это первые робкие попытки колонизации.

Хм. Или первые, решившиеся покинуть острова на постоянной основе. Похоже, островитяне панически боялись материка. Да что там, они даже закупленные товары вывозили с неизменными и жесткими карантинными мероприятиями.

С кочевниками же, занимающими территорию к северу и северо-востоку от Невьянска, отношения у землян не складывались. Да и другие не больно-то преуспели.

Дети степи вполне торговали с соседями на ярмарках или прибывали к ним в поселения. Повстречав же в чистом поле караван, могли вырезать всех до последнего. Бывало такое и не раз. Та же история с горцами. Правда те и вовсе были дикарями. Железо знали, но в остальном, полное неприятие посторонних, ну и друг друга.

Правда, представители Астаната и Талбота все же вели с ними торговлю, имея на побережье две фактории. Чем они там торговали неизвестно. Но похоже у дикарей было что-то такое, в чем у цивилизованных была нужда. А иначе с чего бы им возрождать фактории дважды вырезанные горцами.

Кстати, островитяне, кочевники, горцы и оседлые землепашцы, все они были представителями одного народа. В прошлом, ясное дело. Сейчас у них уже успели сложиться свои обычаи, продиктованные образом жизни, назреть и упрочиться противоречия, даже разделилась религия. Но вот язык и облик у всех одинаков. И согласно старинных карт, тут жил один народ. Арии. Ничего не напоминает. Ну да, здесь вообще много общего с Землей.

В настоящее время земли Невьянского княжества были населены почти тридцатью тремя тысячами человек. Из них землян, едва ли половина. Остальные аборигенки и дети. Землянки частенько гибли, а жизнь есть жизнь. Вот и брали себе жен из аборигенок. Хм. Не всегда добром, но это уже издержки. Главное, что семьи получались вполне нормальные и детворы хватало.

Приток новых попаданцев уже давно сократился. Но не прекратился вовсе. Правда, теперь они появлялись в лучшем случае неподалеку от границы княжества. И чем ценнее землянин, тем дальше его забрасывало.

Впрочем, в случае с Игорем, Семен сильно разочаровался. Да, не близко от Невьянска. Но причина тут скорее в том, что он как и Юрий, оказался здесь с оружием. Да еще и в более выгодном положении, имея какой-никакой, а транспорт.

– Похоже нас кто-то специально похищает и забрасывает сюда, – высказал догадку Игорь.

– Эка удивил, – отмахнулся Юрий. – Это всем известно. Мало того, никто не сомневается в том, что это какое-то реалити-шоу. Во всяком случае в том, что касается землян. Народ думает, что нас перед заброской сюда подвергают гипнозу. А то откуда нам знать, в какую сторону идти.

– Инопланетяне? – Снова предположил Игорь.

– Ни хрена, – рубанул собеседник. – Сколько раз уж находили миниатюрные камеры, понатыканные то там, то сям. Причем нашего земного исполнения. И у аборигенов время от времени такие находятся. Просто они, в отличии от нас, не в курсе, что это. Никаких сомнений, что среди нас есть те, кто на службе у этих самых шоуменов.

– Вот значит как.

– Так и есть. Шоу в стиле попаданцев и стимпанка.

– Я что-то о таком не слышал. А любое шоу должно приносить прибыль.

– Прибыль говоришь. А вот скажи, какая такая особая прибыль от куска стейка с кровью за миллион долларов? Или какая польза от того же «Черного квадрата» Малевича или каляк-маляк Кандинского. Ведь хрень чистая. Но хрень дорогая и кому-то очень даже необходимая. Нашелся любитель и на такое развлечение. А может целый тайный клуб. Но кто-то есть однозначно.

Не сказать, что разговор давался Игорю легко. От осознания того, что кто-то вот так, походя, решил поломать его жизнь, он начинал не на шутку злиться. Ну о-очень хотелось взять эту тварь в руки, и душить глядя в выпученные глаза. Причем не до смерти, а только до грани. Потом откачать и снова, снова и снова. Никогда не замечал за собой маниакальных наклонностей, но… Вот ничуть не сомневался, что поступит именно так.

Ага. Похоже начинает заводиться не на шутку. Кровь закипела, пальцы непроизвольно сжимаются и разжимаются, в горле не комок, а какой-то едва осязаемый клекот. Еще малость и зарычит. Вот только толку от этого никакого. Бессмыслица. Так что, лучше бы ему успокоиться. А значит и поговорить на другую тему. Более полезную и рациональную.

– И чем народ занимается в Невьянске? – Поинтересовался Игорь.

– Да кто чем, – пожав плечами начал пояснять Юрий. – Есть те кто работает в колхозе. Поначалу-то только он и был. Но теперь уже и отдельные хутора появились. Причем не только в границах княжества, но и за его границами.

– Не жирно будет? И без того для тридцати тысяч территорию заняли изрядную. А тут еще и расширяетесь.

– Это те, кто хочет жить на особицу. Князь не препятствует. Опять же и выгода обоюдная. Патрулям в степи есть где остановиться, и хуторянам какая никакая защита. Ну что еще. В городе хватает разных мастерских. Много чего делают, да только по сути, штучная работа, а потому и объемы скромнее некуда. Тех же тракторов и автомобилей в год хорошо как с полсотни клепают. Народ в очереди стоит. Потому и такие как наш трактор спросом пользуются. КПД смешное, процентов десять-двенадцать, Но все лучше, чем ничего. Да и их не сказать что много. Короче, много чем занимаемся.

– А ваша бригада?

– Мы в основном по пустошам мародерим. Там еще много полезного. В этот раз такой же трактор смародерили. Чего смотришь? Мы его во второй вагон затолкали, там задняя стенка открывается. Агрегату конечно полтораста лет, но восстановить можно. Есть у нас ремонтная мастерская, как раз такими делами и занимается. Ну и местным помогают. А так, по большому счету, как повезет. Было дело набрели на небольшой склад с оружием набрели. Полсотни берданок, три десятка револьверов и патронов тысяч двадцать. Хорошо тогда прибарахлились. Вон и гатлинга себе сладили. Ага, оружейная мастерская тоже есть.

– Ваши берданки там переделывали?

Еще при первой встрече Игорь обратил внимание на то, что винтовки у его новых знакомых магазинные, устроены на манер мосинок, разве только чуть массивнее. Но оно и понятно, патрон-то габаритами более массивный.

– Да, их работа. Под пять мест. Можно и шестой в ствол загнать. Местные только однозарядки. Если только рычажные, винчестеры или револьверные карабины.

– И такие есть?

– Отчего бы им не быть. Мир параллельный, кто бы и что бы не говорил. И похоже у нас все, почти один в один. Но если захочешь обзавестись, то лучше брать под револьверный патрон. Винтовочные придется покупать у островитян, и за дорого. На револьверный карабин, лучше не зариться. Неудобный он. Газы прорываются и обжигают руку на цевье.

– А в Невьянске и своя патронная фабрика имеется?

– Есть такое дело. Несколько видов крутят.

– Слушай, а я вот гляжу рукоять затвора у берданки под прямым углом. Тоже переделка? Тогда отчего и у дикаря такая же.

– Не. Это местная берданка в чистом виде. Говорю же, отличия есть.

– Слушай, а не боитесь подцепить какую заразу?

– Мы же мародеры, а не сталкеры какие. Это они по разным запечатанным подвалам да казематам бродят. Мы же имеем дело только с проветриваемыми помещениями, а там зараза так долго не живет.

– Порядок парни! Разводим пары и выдвигаемся, – возвестил появившийся в дверях вагончика Семен.

Потом пристроился за складным столиком установленном между койками, и наложив себе кашу начал жадно есть. Вот только закончить обед у него не получилось. Он едва успел закинуть в рот третью ложку, как раздался тревожный вскрик Григория, который опять был на своем посту в бронированной люльке.

Вообще, пулеметчиков было двое. Вторым номером являлся как раз Юрий. И в рейсе они постоянно менялись. Услышав тревогу, он тут же подорвался, и схватив карабин, выпрыгнул из вагона. К слову сказать, винтовка в бригаде была только одна, у Семена. Эдакий аналог снайперской, со складывающимся диоптрическим прицелом. Остальные карабины, потому как они куда оборотистее.

Игорь подхватился, и вжикнул молнией чехла, чтобы извлечь свою духовушку. А что такого? Прицельная дальность до трехсот метров, на таком же расстоянии можно свалить человека. Баллон на «Атамане» за запасом, а потому и накачать можно куда больше заявленного.

– У тебя воздух или газ? – Прихватив парня за руку, поинтересовался Семен.

– Гелий, – ответил Игорь, удивившись вопросу, и не обратив внимания на вольность бригадира.

– Не трать. Бери винтовку, – кивок в сторону стоящего в пирамиде трофея. – Патроны вон, в том ящике.

– Так, воздушка под меня пристреляна.

– Сомнительно, что ты в кого-то попадешь. Зато берданка стреляет громко и оказывает психологический эффект. Нам не перебить их нужно, а отогнать. Все, давай, твоя бойница, – указал пальцем, на забранную дощечкой щель и выскочил на улицу, выкрикивая команды.

Хм. Вообще-то в словах Семена есть резон. Громкий выстрел бет по нервам. Опять же где Игорь в этом мире возьмет гелий? А у него только десять литров. Коль скоро есть мастерские, то и насос высокого давления можно будет организовать, но вот с гелием можно будет распрощаться. А не хотелось бы. Все же куда более высокая дозвуковая скорость и мощность бесшумного выстрела. А это тут ой как может пригодиться.

– Ну как готов? – Вбежал в вагончик Виктор.

– Всегда готов, – устраиваясь напротив бойницы, ответил Игорь.

– Вот и ладно. Семен в тракторе обосновался, чтобы мужики могли нормально запустить машину. Если не тронемся, обложат и начнут брать медленно осадой. Эти паразиты прятаться умеют. А как разгонимся, все, считай сбросили их с себя, – пристраиваясь у бойницы на противоположной стене, пояснил Виктор.

– Слушай, а дощатые стены это как? Я сам из берданки не стрелял, но слышал, что с пробивно способностью у нее не так все плохо, – озабоченно произнес Игорь.

– Правильно слышал. Да только тут стены блиндированные. Снаружи тонкая дюймовая доска, а между ними насыпана щебенка. Такое даже мосинку держит.

– Это я знаю, – прикинув толщину стен, ответил Игорь.

Он-то полагал, что внутри утеплитель, а тут вон оказывается как все кучеряво. Действительно, дешево и сердито. А уж против свинцовой пули, так и подавно.

Застрекотал гатлинг. Ударила берданка. И еще одна. Кстати, звук разный. Впрочем, а чего еще ожидать. По всему видать стрелял карабин и винтовка Семена, который сейчас работает за снайпера. Похоже и впрямь неплохой стрелок. А иначе к чему ему связываться с неудобной в бою диоптрикой. Она только для целевой стрельбы и годится.

Игорь просунул в бойницу ствол винтовки, зарядил и наконец взглянул, что там снаружи. Хм. Ничего. А вот сзади раздался выстрел Виктора. Клацанье передернутого затвора, и снова выстрел. И снова клац-клац. Игорь отошел от бойницы, чтобы занять место рядом со стрелком. Выстрел!

– К-куда! А ну назад! Здесь и без сопливых скользко, – взревел на Игоря перезаряжающий винтовку Виктор.

– Там никого.

Выстрел! Клацанье затвора.

– Тут тебе не фронт, а степь. Эти ублюдки могли уже давно подкрадываться, и сейчас отвлекают с одной стороны, чтобы ударить с другой. Иди, не мешай.

И снова выстрел. Затвор назад, не снаряжая магазин мужик забросил на полку латунный патрон и дослал его в ствол. Бородин и сам так делал на стрельбище. Мосинка вполне благосклонно воспринимает подобную подачу патронов. Прицелился. Выстрел прозвучал, когда Игорь уже вновь занял место у своей бойницы.

Хм. А это вовремя его шуганул Виктор. Очень даже вовремя. Метрах в пятидесяти от вагончика Игорь рассмотрел шевельнувшийся пучок травы. Чем-то похоже на кочку, но… В свете творящегося вокруг, лучше перебдеть, чем недобдеть. Бородин прицелился. Выстрел!

Обзор заволокло дымком. Не сказать, что непроницаемая пелена. Но довольно плотная поволока, затрудняющая обзор. Однако, Игорь все же рассмотрел, что попал в цель, и что цель была вовсе не неодушевленной. Ну, если только земляная кочка не способна взорваться кровавыми ошметками. Н-да. Одиннадцати миллиметровая безоболочечная свинцовая пуля, это оч-чень серьезно.

Затвор на себя, латунная гильза отлетела вправо. Подхватить второй патрон и привычно забросить его на полку. Спасибо его мосинке и выработанному рефлексу. Так что перезарядился он почти так же быстро, как если бы у него была магазинная винтовка. И вовремя.

Неподалеку от первого на ноги вскочил второй дикарь. В руках арбалет, наведенный вверх, явно целится в бойцов в пулеметном гнезде. Одет так же в кожаную куртку с бахромой. Вот только на голове и плечах у него прикреплены пучки трав. Чингачгук, итить твою!

Выстрел! Дикарь всплеснул руками, выпуская болт куда-то в воздух, и заваливаясь на спину. Тут же вскочили сразу четверо дикарей. Но как видно второй номер пулеметчика все же сумел рассмотреть опасность. Как впрочем и дикари, манипуляции в огневой точке. Вместо того, чтобы броситься в атаку, они вдруг бросились в рассыпную, уносясь прочь зигзагами. Да так резво, что застрочивший им вслед галлинг так никого и не зацепил. Игорь так же попытался достать, одного из беглецов, но безрезультатно.

Н-да. Гатлинг он может и точное оружие, но наверное все же в идеальных условиях стрельбища. Когда же в бою нужно целиться и стрелять вращая боевую рукоять, да еще и используя дымный порох… Словом, не все так уж и безоблачно. Если стрелять по плотному строю солдат, в условиях тактики конца девятнадцатого века, это одно. А вот так, по вихляющей как заяц одиночной цели, уже совсем другое.

Как видно, спасая своих товарищей или скорее все же родственников, всадники с противоположной стороны предприняли атаку. И им удалось отвлечь на себя пулемет. Григорий оставил в покое беглецов и вновь переключился на наседающих справа. Игорь снова прицелился в одного из убегающих, мечущегося как заяц. И вполне ожидаемо промазал. Хм. Винтовка вроде пристреляна нормально. Хотя-а… Три попадания на дистанции чуть больше пятидесяти метров, пока еще ни о чем не говорит.

Короткий гудок. Металлический перестук сцепки. Толчок. Тронулись и начали постепенно набирать ход. Порядок. Теперь, если верить Виктору опасность миновала. Игорь обернулся в сторону мужчины. Тот продолжает пялиться в бойницу, одновременно заталкивая в магазин чушки патронов. А как иначе-то сказать. Уж больно непривычные габариты для винтовки.

Дверь в торце открылась и в вагон вошел улыбающийся Семен. Как уже говорилось, этот импровизированный поезд можно было пройти насквозь. Как впрочем и пройтись по крыше. Там имелись мостки и даже поручни, чтобы можно было ухватиться. Но это, если тебе достанет ловкости не улететь оттуда к нехорошей маме. Плевать на низкую скорость. Трясет тут вполне исправно.

– Молодца, Игорек. Видел я как ты двоих приласкал. Я тоже одного подстрелил. Да и Гришка сподобился. Только похоже конягу. Дикарь вроде как живехонек. Ну да не суть. Теперь не сунутся. Да и до границы рукой подать. В любой момент можем повстречаться с патрулем. Так, оружие на предохранители и в пирамиду.

Игорь без вопросов выполнил распоряжение. Вот только когда берданка оказалась на месте, его голова вдруг взорвалась болью. Перед глазами полетели радужные искры, на смену которым пришла полная тьма. Хм. И тишина. Как в гробу. Ну что за напасть!?


Глава 2. Мир тесен. Даже если он параллельный

– Игорь! Игорек, итишкин пистолет!

– Саня!? Ты как тут?

– Да как и весь народ. Ну здорово, что ли!

– Привет.

Все так же растерянно глядя на товарища еще по Земле, ответил Бородин, не в состоянии поверить в происходящее. Лапа Сани сграбастала руку Игоря и по обыкновению крепко сжала его ладонь. Бородин уж и позабыть успел, каково это здороваться с Лапиным. Ага, что фамилия, что рука, все в жилу. Ладонь у Александра что лопата, кулак, как кувалда. Хотя при этом он и не шире Игоря в плечах, и уж точно ниже сантиметров на десять, ну и старше на девять лет.

– А ты что же не слышал о том, что я пропал полгода назад? – Поинтересовался Александр, выпуская товарища из объятий, и осматривая словно не веря своим глазам.

– Саш… – начал было растерянно Игорь и осекся.

Ну а что тут скажешь. Друзьями-то они не были. Так, общались время от времени. Пару раз вместе катались на пострелушки. Карабин, свой Лапин купил в магазине где работал Игорь, через него же и ПСМ. Это от него Бородину достались те патроны к травмату, которые он так и не успел пережечь.

Да. Как раз чуть больше полугода назад это и было. Александр сбросил Игорю патроны, закупился боеприпасами для себя и должен был приехать на заброшенный карьер. У Игоря тогда получился затык и он не смог вырваться. Попытался позвонить. Бесполезно. Вне зоны действия. Отстучал СМСку и…

Ну, товарищи, они ведь не друзья. Не видеться по полгода, это нормально. Тем более, что Лапин вел достаточно замкнутый образ жизни. Работа, дом, дом, работа. А трудился он на ниве сочинительства. Писатель фантаст. То есть, сама деятельность подразумевает под собой отрешение от внешнего мира. Во всяком случае, у Александра было именно так. Поэтому он мог не объявляться и целый год. Общих же знакомых у них попросту не было, не смотри, что Ессентуки переплюнуть можно.

– Значит не слышал, – хмыкнув произнес Лапин, дернув себя за нос.

– Саня, ты извини, но…

– Да понимаю я все, Игорек. Общались через пень колоду. Просто… Увидел тебя, обрадовался. Подумал, может о моих, что расскажешь.

– Извини. Но я ведь с ними и не знаком.

– Да говорю же, нормально все. Не обращай внимания. Торопишься?

– Как говорилось в одном известном мультфильме, до пятницы я совершенно свободен, – горько ухмыльнувшись, ответил Игорь.

– А ты я гляжу все так же со своим рюкзачком.

– Точно. Все свое ношу с собой. Хм. Почти все. Мне бы только дойти до ночлежки, имею направление и позволение на проживание в течении недели.

– Отставить ночлежку, – решительно отверг Александр. – Сейчас идем в трактир, и опрокинем по кружечке пивасика. За встречу. Пусть и в этой заднице. Вот о чем ты точно сожалеть не будешь, так это по той порошковой дряни, что осталась в прежнем мире. Здесь пиво и квас… В общем, попробуешь, оценишь. И еще. Остановишься у меня. Сколько надо столько и живи. Вообще не вопрос. Откажешься, обижусь. И учти, мы тут на все княжество только двое ессентучан. Был еще один. Но две недели назад… Словом, царство ему небесное. Такие места, итишкин пистолет.

Пиво оказалось необычным и действительно вкусным. Оно бы за встречу можно и чего покрепче, но не то настроение. А вообще, если встреча в радость обоим, то посидеть можно и под квас. Кстати, пиво по крепости где-то близко к вину получилось. Н-да. Это он реально отвык от хорошего пива. Да и когда он его пил-то в последний раз? В сопливой молодости.

– Вот такие дела, Саня. Обобрала меня бригада этого Квакина, как липку, – вновь припадая к кружке пива, подытожил свой недолгий рассказ Бородин.

– Ты на Квакина так-то с горяча не кати. В принципе, он еще и по-людски поступил. Игорь, все понимаю, – выставив перед собой руки в примирительном жесте, умиротворяюще произнес Александр. – Но ты просто всех местных реалий не знаешь. Это только в книжках, доброе отношение к новичкам, дурные приметы и непременно помочь, рассказать, ввести в курс местных реалий. На деле же… Я вот гляжу на тебе халойя.

– Что на мне?

– Ну, берданка. На местном называется халойя. Так вот, и винтовочка при тебе, и патронная сумка не пустая, плюс рюкзак, да и одежда с обувью, по местным меркам дорогие до неприличия. Все это потянет минимум рублей на триста. При средней местной заработной плате в полтинник. И это я еще не знаю, что у тебя в рюкзаке. Твой вечный динамо-фонарь там?

– Ну?

– Баранки гну. По здешним реалиям штука бесценная. Он же практически вечный. Только гвозди им не забивай и пользуйся до конца дней.

– А «Гроза» и «Атаман» значит ничего не стоят? Да еще и велик. Они между прочим и в нашем мире не дешевые.

– Понимаю. Но Квакин ведь не обобрал тебя как липку. Да наварился. Но не по беспределу. А мог вообще представить перед князем голым и это было бы нормально. Так князю даже лучше. Он ведь за каждого доставленного в княжество выплачивает вознаграждение. При этом новичок ничего и никому не должен. Правила такие.

Это да. Было такое дело. Когда новички начали появляться кто где придется, за их безопасное сопровождение в Невьянск князь начал выплачивать премию. При этом обращали внимание на физическое состояние, на то, чтобы новичок был введен в курс дела и совершенно не интересовались материальными потерями вновь-прибывшего.

Последнее, если провожатые не были на службе. Если же новичок попадался на пути служивым, то тем полагалась голая премия. Имущество попадаца, до последней булавки, оставалось при нем, до самого прибытия в Невьянск.

Вообще, помимо награды, каждому жителю княжества буквально вменялось в обязанность непременно доставить повстречавшегося новичка. За обычного попадуна, выплачивалась премия в сотню рублей. Кстати, тут в ходу были только золото и серебро. Никакой бумаги. Если только вексель Невьянского банка. Если пришлось при этом вступить в бой, уже две сотни. За ценного кадра, с золотой головой или руками, премия могла доходить и до тысячи рублей. Только появлялись такие вдали от Невьянска.

Кстати, Понял Игорь и то, что его жизни ничто не угрожало. Во всяком случае, со стороны той тройки дикарей. Хотя и попал бы он в городок гол как сокол, но все же живым и не потресканным. Ну разве с парой тройкой шишек. Тупые болты в арбалетах предназначались для его пленения, с последующей передачей князю. Тут никого не обманывали по части важности новичка нигорцев, ни кочевников, ни оседлых. Потому как раз пожадничаешь, а там глядишь и ценного кадра упустишь.

– А вот дальше, за все нужно платить, – отпив добрый глоток пива, продолжал объяснять Александр. – Если нет денег, кредитуйся в банке. Только пока долги не закроешь, ходу тебе из княжества нет.

– Кабала? – Хмыкнул Игорь.

– Она клятая. Да по сути, тут и идти-то некуда. Не к местным же, в самом-то деле. Разве только кровушка горячая. Тогда да, приключений на пятую точку тут найти можно столько, что тебе и не снилось.

– Да я это уже заметил. Значит предлагаешь не держать зла на Семена?

– Это дело твое. Просто указываю на то, что он не полная сволочь. Пневматика же по его делам со-овсем не лишней будет. Тут вишь ли с бесшумным оружием проблемы. А оно в пустошах лишним совсем не будет. Вот и позарился. Здесь духовушки тоже делают. Но только долго, дорого и сомнительного качества. С твоей винтовкой не сравнить. Она тут и святого совратит. Кстати, ты же как и я, хотел мелкашку купить.

– Ага. А ты не в курсе, что у нас даже старенького ТОЗика не достать. Нет их. Только иномарки.

– И ты решил купить пневматику? Да ведь она куда дороже обходится чем чешская мелкашка.

– Ага. Добавь сюда баллон, оптику, сошки и вообще получается песня. Но ты же знаешь, в какой-то момент просто расхотелось брать мелкана. Вот загорелся на пневматику и все тут. А ты знаешь, натура у меня увлекающаяся.

Еще бы Лапину не знать. Помнится он сильно так удивился арсеналу Игоря. Шутка сказать, но у него имелись мосинка, СВТ, СКС и АКМ, ясное дело охотничья переделка Да по цинку каждого вида боеприпаса. Две гладкие двустволки, две «Грозы» и «Наган». Последний оформлен как газовый, но и травматические патроны кушает только в путь.

– И как отнеслась жена? – Поинтересовался Александр.

– Как к больному, – ухмыльнувшись ответил Игорь и пояснил, – А больных, как ты понимаешь на Руси принято жалеть.

– Н-да. Золото баба, что тут еще скажешь.

– Это точно, – вздохнул Игорь, и разом допил остатки пива.

Потом поискал взглядом подавальщицу, девчушку лет пятнадцати, поднял кружку, постучал по ее боку и выставил два пальца. Та утвердительно кивнула, протерла освободившийся стол и направилась к стойке бара.

В трактире народу практически не было. Время неурочное. Рабочая неделя в разгаре, до обеденного перерыва еще часа два. До вечерних посиделок и вовсе далеко. Так что, народу совсем немного. Заняты только четыре стола. Вон в уголке, похоже мужики из оседлых. Попивают пиво, и тихо переговариваются. В гостях оно не принято шуметь.

У окна другая группа. Шумная, разбитная. Если судить по одежде, так явно ребятки не склонные к спокойной жизни. Игорь еще плохо знал местные реалии, но парней одного с ним поля ягоду признал сразу. Эти точно не пашут землю и не стоят у станка. Возможно как и Семен, мародерствуют или эти самые сталкеры про которых говорил Юра, а может и наемники. Если таковые тут есть. Но все говорит за то, что должны быть.

Последние, по всему видать торговцы. И тоже из аборигенов. Говорят тихо, но легко угадывается незнакомая гортанная речь. Одежда… Понятно, что и невьянцы одеты в одежду уже местного пошива. Но крой все же серьезно так отличается. Эти же обряжены в стиле девятнадцатого столетия, словно какие реконструкторы.

Девчушка поставила перед ними пару полных кружек. Одарила милой улыбкой, и забрав опустевшую посуду убежала. Игорь же вздохнул, вновь сделал хороший глоток и посмотрел на Александра.

– Слушай, ну а на травмат-то чего Семен позарился? – Не унимался Игорь.

– Смеешься? – Хмыкнул Лапин, отставляя кружку. – Там же ствол поменять, и реальный пистолет. Травматические патроны тут перекручивают в боевые, и даже малость производят. Причем, это единственный гражданский боеприпас на бездымном порохе. Остальные только дымарем пробавляются. Правда стоит этот патрон, мама не горюй. Целый рубль. Дорогая игрушка и по карману далеко не каждому. Револьвер куда лучше.

– Н-да. Грехи наши тяжкие. И ведь самого добираться до Невьянска нипочем не отпустили бы, – посмотрев на Александра с толикой сомнения, произнес Игорь.

– Даже не надейся. Один хрен упаковали бы, – покачав головой, возразил Лапин.

– Ясно. Ну а ты-то как здесь?

– Да просто, в общем-то. Я в тот день, когда мы с тобой договорились, все же поехал на стрельбище. Ну и со всем своим богатством оказался здесь. «Вепрь» с сотней патронов, мелкан с двумя, ну и сотня травматических. Правда, обошлось без приключений. Хотя и пришлось отмахать три десятка верст, но первые кого встретил, оказался казачий разъезд. Мужики на службе, а потому удовольствовались только премией за доставленного новичка.

– И что, все богатство при тебе осталось? – Поинтересовался Игорь, едва сдерживая завистливые нотки.

– Смеешься, – нервно хохотнул Александр. – «Вепря» сразу оприходовали в казенный арсенал. Правда, выписали компенсацию. В общем и целом за карабин, оптику и сотню автоматных патронов получилось полторы тысячи рублей. Калашеподобные тут ценятся, идут на вооружение армии. Оптика вообще чуть не на вес золота.

– ПСМ твой тоже помылили? – Поинтересовался Игорь, воспользовавшись паузой, пока Александр рвал зубами хорошо просушенную рыбу.

– Не. Его и ТОЗика оставили. Травматов, газовых, пневматических и реальных пистолетов сюда попадает очень мало. Армию же князь, как и положено, вооружает однообразно. Местными револьверами, типа «Смит-Вессона». Предложили выкупить, да я отказался продавать. Переделал ствол под семь шестьдесят два, перекрутил патроны. Тут все стволы под патрон 9РА, переделывают под этот калибр.

– Вообще-то сомнительно, чтобы сюда попадало много калашеподобных. Смысл на них так-то зариться? – Усомнился Игорь.

– Ты не в ту степь думаешь. Вспомни о надежности и неприхотливости калаша. Они идут на вооружение только спецназа. Невьянской же оружейной мастерской до земного качества, как до Шанхая в позе зю.

– Ну а чем же тогда вооружают армию?

– Наладили выпуск автоматического карабина на основе пистолета-пулемета Судева. Аппарат прост в изготовлении, для нашей мастерской самое то. Только патрон автоматный, семь шестьдесят два. И знаешь, получается вполне приличного качества. Еще выпускают трехлинейку. Это строго под снайперов. Ну и пулеметы. Дегтяри, под диск и ленточный подаватель. Все три вида по образу и подобию попавших сюда экземпляров. Разве только с ППСом пришлось повозиться, пока получили рабочий агрегат под другой патрон. Здесь его называют судаевым.

– Дегтярь-то откуда?

– Мужик попал с массогабаритным макетом. Вот по нему и сладили. Но только для армии.

– А как же гатлинги?

– Эти идут ополчению и на гражданский рынок. Тут вообще-то бывает тяжко без пулемета.

– Я заметил, – хмыкнув подтвердил Игорь, и впился зубами в свою рыбку. – Саня, так это получается, что у Семена мою оптику князюшка помылил, – не без злорадства предположил Бородин.

– Все с жабой борешься, – хмыкнул Александр.

– Так ведь она доставучая, просто страсть.

– Оптика-то хорошая?

– Двенадцатикратка.

– Для пневматики?

– Да. Но качество…

– Без разницы, – отмахнулся Лапин. – Под обязательную сдачу не подходит, потому как огнестрел не потянет или потянет недолго. Если захочешь продать, цену дадут конечно хорошую, но с легкостью можешь оставить и у себя. Так что, даже не надейся, Семену ничто не омрачит его радость.

– Хм. Тут ведь у вас чистой воды фронтир.

– Намекаешь на то, чтобы посчитаться с Квакиным? Так он это понимает. Как и то, что за границей княжества, законы уже не действуют. Но тут все рука об руку со смертью ходят. И за куда меньшее рискуют и обзаводятся врагами.

– Ясно. А что князь, не боится так-то давить?

– Не боится. Во-первых, у него достаточно сил. Во-вторых, он ведь сильно кислород не перекрывает. Есть государство, большое-маленькое, плохое-хорошее, но есть. А значит имеются и законы, и права, и обязанности. Да и не нормально туту, если положа руку на сердце. Поспрашивай народ. Завтра появится возможность вернуться, так большинство отмахнется от этой возможности. С одной стороны, привыкли. С другой, им тут куда лучше, чем на Земле. Ну, нет кока-колы, интернета, телевидения и других благ. Так ведь и без них жить можно.

– Погоди. Так твоя мелкашка… – Вдруг спохватился Игорь, припомнив о том, что у Лапина стояла так же пневматическая оптика.

– При мне и с прицелом. Только с патронами полный швах. Там как семечки, копейки стоили, здесь, просто абзац.

– Неужели тоже по рублю?

– По пятьдесят копеек. Но от этого не легче.

– Хм. А ведь и здесь копейки, – взглянув на товарища с прищуром, произнес Игорь.

– Ну знаешь, копейка, копейке рознь, – возмутился было Лапин, но потом отмахнулся. – Да ну тебя.

Правда, с другой стороны он порадовался за земляка. Шутит, значит отпускает мужика. Впрочем, уж кто-кто, а он должен был прийти в себя достаточно быстро. Тутти увлечение фантастикой, и его род деятельности.

– Кстати, Игорек, думал уже чем займешься?

– Когда? – Пожал плечами Бородин. – Но про специальность точно лучше забыть. Бухгалтер и продавец в оружейном магазине. Первое, здесь бесполезно. Второе, уверен вакансий нет. Открывать же свое дело… Даже не смешно.

– И кстати, мой знакомый владелец лавки как раз подумывает о помощнике. Говорит, что рук на все не хватает. Ты ведь в оружейном что-то там делал, кроме как за прилавком стоял.

– Что-то и как-то, – отмахнулся Игорь. – Я конечно знаю с какого конца за железки браться. Но не настолько, чтобы считаться мастером. А рабочим к станку, что-то не особо хочется.

– Размечтался, – с язвинкой возразил Александр. – На производство народ в очередь стоит и за места держатся изо всех сил. Стабильность, она дорогого стоит. Армию попробовать не хочешь?

– Ага. Уже пытали меня по этому поводу. Видать Семен порасказал. Но пока что-то примерять на себя погоны не горю желанием.

В себя Игорь пришел в местной больничке. Оказывается, его приласкали по голове неподалеку от Невьянска. По прибытии в город, пациента осмотрел доктор, и отправил его в сон. Затем новичка препроводили в так называемый княжеский дворец, где подвергли подробнейшему и всестороннему допросу, пытаясь выяснить степень важности новичка для общества.

Допрос был тщательным и дотошным. Его ловили на противоречиях и неточностях, вынуждая рассказать все, связанное с его прошлой деятельностью. Но в итоге были вынуждены признать, что отдаленность его появления вызвана наличием велосипеда и оружия. Объяснили порядок получения гражданства, выписали направление в ночлежку или, если угодно, общежитие, и отпустили с миром.

Ну да, он самый обычный среднестатистический гражданин, не заслуженный учитель и не профессор. А потому, чего с ним возиться и предавать особенное значение. Впрочем, профессора сюда и не попадали. В лучшем случае учителя и преподаватели с большим стажем работы, и соответственно пред пенсионного возраста. Да и тех были единицы.

– Конечно смотри сам, Игорек. Но по мне, для тебя армия, это самое верное, – высказал свое мнение Лапин.

– Скажешь тоже. Да по такой жизни, народу с боевым опытом тут хватает. А я даже из травмата в человека впервые выстрелил только здесь.

– Что есть, то есть, тут практически каждый побывал под пулями. Да только, между обстрелянным и подготовленным зачастую есть одна большая разница. И здесь это очень даже актуально. Ты же служил в разведке, где тебя чему-то там учили. На гражданке плотно занимался военным делом в вашем клубе. Каждую неделю учебные выходы. Да еще и воспитанников обучали уму разуму. Так что, через месяц с гарантией получишь офицерское звание и минимум взвод в подчинение.

– Может быть ты и прав. Но… Неделя на то чтобы осмотреться есть. А там, если приму гражданство, все одно на год обязательного призыва. Ну и дальше как сложится.

– Хочешь себя на воле попробовать? – Предположил Лапин.

– Да не знаю я чего хочу, Саня. Вот готовились с парнями к чему-то там. Дома целый арсенал, по принципу, лучше пускай лежит и не понадобится, чем понадобится и не окажется под рукой. А тут, вот оно, случилось. И обратной дороги получается нет. Словом, не знаю. Оно ведь вроде как получается новая жизнь…

– Да не старайся, Игорек. Понимаю я тебя. Меня тоже ломало. Но-о… Горбатого могила исправит.

– Только не говори, что ты и тут книги пишешь?

– Будешь смеяться, но таки да, пишу.

– А живешь с чего? Проедаешь выплаченную компенсацию?

– Зачем же.

– А объяснить?

– Да что тут объяснять. Народ тут читает в запой, потому как с развлечением так себе. Тут в каждом поселении клубы имеются, с драматическими, танцевальным, художественным и другими кружками. Ну и библиотеки обязательно. Мне за каждую книжку, из казны платят гонорар в двести рублей. Казенная типография печатает тираж экземпляров в двести, и распределяет по библиотекам, в два хранилища, это на случай пожара, и в книжную лавку при типографии.

– Что тут книги еще и покупают?

– Представь себе, есть те, кто собирает собственную библиотеку. Более того, все книги идут с иллюстрациями. Чуть не двадцатая часть страниц картинки. Это делают чтобы приучить к чтению молодежь.

– А что пишешь?

– Фантастику. Только не про попаданцев и не стимпанк. Не поймут.

– А если в фентезийные миры?

– Без разницы. Попаданец, от слова попал. А попали здесь половина княжества. Космос, любовный роман, фентези, что угодно, кроме этих двух нюансов. Правда особенным успехом пользуется любовный роман. К сожалению не мой профиль, а то бы я замутил, что-нибудь такое, эдакое.

Лапин вдруг замолчал, остановив взор за спиной собеседника. Словно увидел кого-то знакомого, но встречи был не рад. Не испуган, нет, просто расстроился.

– Здорово, Игорек.

При звуке этого голоса, Бородин резко обернулся и вперил злой взгляд в окликнувшего его Виктора. Угу. Каждого из бригады Квакина он был готов порвать как тузик грелку.

– Ты бы за берданкой-то не тянулся, – покачал головой Виктор, – и вообще, навести оружейную лавку, чехол приобрети. Простенький, из парусины, вполне пойдет. А то, неровен час огребешь неприятности от ментов по полной.

– Ты мне еще и советы давать будешь?

– Ну если у самого ума не хватает, кто-то же посоветовать должен.

– Игорь, за убийство на территории княжества петля на центральной площади, – предостерег его Лапин.

– Ты слушай, Александра Борисовича, Игорек, он дело говорит. Ствол, пусть и самый шикарный того не стоит. Красавица, кружечку пива принеси, – устраиваясь за столом, сделал заказ Виктор.

Хм. Вообще-то, отношение к этому парню было каким-то неоднозначным. С одной стороны оно конечно обида. Но с другой… Было дело, тот проявил о нем искреннюю заботу. Опять же, многое поведал о новом мире. Словом, вот начни взвешивать и хорошее однозначно перевесит. И что самое паршивое, это справедливо по отношении ко всем членам бригады.

– Ну и чего тебе надо, Витя?

– Мне? Ничего. А вот тебе, другое дело. Держи.

Парень выложил перед Игорем пояс с патронташем набитым латунными гильзами и пристегнутой кобурой со Смит-Вессоном. Выделка оружия местная. Видно, что револьвер старой работы. Но состояние хорошее, пусть и видны кое-где незначительные раковинки.

– Семен велел передать, взамен «Грозы». Если снаружи что и есть, то ствол чистое зеркало. Велосипед твой на улице стоит. Здесь не помылят. Сегодня-завтра навести загон барышника[3] Петра Сидорова. Там твои трофейные лошади и седло. Второе и оба арбалета отошли бригаде за помощь.

– Какие мы благородные, – не удержался от ехидства Игорь.

– Какие есть. Имеешь претензии? Степь большая, у нас сейчас самый сезон. Так что ищи и предъявляй.

– Витя, а зачем мешочком-то с дробью приласкали? – Все же задал мучавший его вопрос Бородин.

– Смеешься? А как бы еще с тебя живого мы взяли твои стволы? Это после того-то, что ты с одним травматом троих считай оприходовал. Да и уделал бы, даже не вмешайся Семен. Вот как тебя такого красивого было уговаривать?

– То есть, вы все поддерживаете бригадира?

– Воздушка нам нужна. Это же песня, а не ствол. С глушаком только свист пули и слышно. Годовалого бычка валит на раз. На бойне опробовали. Даже не уговаривай, я с Семеном, – жизнерадостно закончил Виктор.

– Сволочи вы.

– Не отрицаю. Где найти, если что знаешь. Бывай, Игорек.

Виктор единым духом выдул пол-литра пива, довольно крякнул и жизнерадостно подмигнув направился на выход. Игорь же провожал его взглядом, силясь понять, как же он относится к своим первым знакомым в этом мире. В принципе, ненависти не было. Более того, присутствовала гордость за себя любимого. Вот он какой красавчик, что не приголубив по голове, обобрать ну никак не получится.

– Ладно Игорек, в одном Витя прав, нужно тебе чехольчик прибарахлить.

– Ну пошли. Мне подъемных десятку выдали, так что думаю хватит по мелочи. А там уж что-то думать буду. Кстати, Саня, а чего у вас такие скромные подъемные?

– Странный ты. С чего ты взял, что князь станет проявлять о тебе серьезную заботу? Десятка на руки, плюс неделя в общаге, с бесплатным столом. Вот и все. Дальше определяйся по жизни, начинай приносить пользу обществу или вали куда пожелаешь.

– Хм. И сколько стоит к примеру снять жилье?

– Здесь как такового съема нет. Есть общага. Комнатка, считай койка, десять рублей в месяц, вместе со столом. Тебе как вновь прибывшему положен кредит. Но как я уже говорил, если залез в кубышку князя, за пределы княжества ходу уже нет. Даже пописать. Только если в составе патруля, армейского или ополченческого. С жильем все просто. Тут типовое строительство налажено. Обратил наверное внимание. Определяйся с родом деятельности, выбирай домик по душе и доходам, оформляй кредит да заселяйся. Процент тут божеский. В кредит живут почти все невьянцы. Не всем же везет как мне, оказаться сразу с солидной суммой на руках.

– Ясно. Ну что, пошли?

– Идем.

Велосипед Игоря и впрямь обнаружился на улице. Между прочим, отличный транспорт для передвижения по Невьянску. Даже в самую слякоть. Испачкаться оно конечно испачкаешься, как же без этого, но зато не увязнешь в грязи. Улицы города были отсыпаны гравием, и имели содержащиеся в порядке кюветы. Так что, никаких луж. Правда, сейчас погода стояла сухая, а потому пыль облачка пыли поднимались даже за пешеходами.

Вообще, Невьянск производил вполне приятное впечатление. Разумеется, если сделать скидку на пыль, и недоступность строительных материалов двадцать первого века. Аккуратный типовые домики, каркасно-саманной постройки. Игорь не знал, как это можно назвать еще. Словом, чем-то похоже на домики старых кварталов в Голландии, как это видел Игорь по телевизору.

Центр полностью двух или трехэтажный. Домики попроще, находятся ближе к окраине. Впрочем и там есть приличный квартал для состоятельных граждан. А что такого, всеобщее равенство и братство, провозглашаемые коммунистами, это конечно замечательно. Да только в это может поверить лишь идеалист. А так, расслоение всегда было, есть и будет. Хотя бы потому что один рвет жилы, а другой поплевывает да посмеивается над рвачем.

Очень много зелени. По улицам в основном высаживали каштаны. Как пояснил Александр, с жителей хватает и пыли, не хватало еще и целый месяц пух глотать. В центре, возле дома культуры есть уютный скверик, с аллейками обсаженными кустами и лавочками.

Несколько лет назад юго-восточной части города, на берегу Большой, заложили парк. Деревья там еще не очень-то и поднялись. Но народ уже любит туда хаживать. В основном с детьми, потому как там действуют аттракционы. Ничего особенного. Американских горок нет и в помине. Но детвора все одно в восторге. Хм. Ну и взрослые дурачатся, прикрываясь ребятней. А кто так не делал? Нормальная практика.

Промзона расположилась в западной части города. Оно и сообразуясь с розой ветров, практически все время относящей дым и гарь в сторону. И ниже по течению реки, чтобы не отравлять жизнь горожанам. Опять же, это получается уже Левый рукав Большой, а значит и грязь не несет в сторону Рыбного, расположившегося на берегу Правого рукава.

Без спешки дошли до оружейной лавки. По пути их остановил-таки милиционер, которому не понравилось расчехленное оружие. Однако объяснение в виде намерения посетить оружейную лавку и соответствие их движения в заданном направлении его вполне удовлетворили. На первый раз.

Оружейная лавка поразила его воображение. Игорь не просто проработал несколько лет в оружейном магазине. Он был настоящим любителем всего стреляющего и колющего и в особенности раритетных экземпляров. Это для местных все увиденное простая обыденность, для него же старина глубокая. Вот так глазки и загорелись.

Вот ведь. На поясе револьвер, и тоже ни какая-то там реплика, но его воспринял как-то холодно. Наверное от того, что получил взамен утраченного любимца. Берданка оказалась в его руках в пылу боя, и уже успела послужить убийству троих. И тоже рождала какие-то противоречивые чувства. Опять же, являлась эрзац заменой «Атамана». А вот это богатство под стеклом и на полках воспринималось как-то по особому.

– Здравствуйте, – поздоровался с вошедшими хозяин лавки.

– Иван Аркадьевич? – Удивленно произнес Игорь, при виде мужчины, за стойкой магазина.

Мужчина лет пятидесяти. С последней их встречи года два назад, он несколько погрузнел, отрастил бородку клинышком. Вместо очков в роговой оправе, очочки блюдечки, которые Игорь видел только на фотографиях начала двадцатого века или фильмах о тех временах. Но тем не менее, Бородин сразу же узнал бывшего хозяина оружейного магазина в Краснодарском крае где работал до переезда в Ессентуки.

Поистине мир тесен. Хм. А ведь как ни крути, получается два мира. Сначала Лапин. Теперь вот Спицын. Да, именно такую фамилию он и носил. В книгах это обычно называется роялями. Особо дотошные поминают белый, и на вершине лысого холма. Да только жизнь она и не такие сюрпризы преподносит.

– Игорь, – ткнув в его сторону указательным пальцем, вспомнил мужчина.

– Я.

– А это-о, – он указал на кобуру на оружейный пояс, опоясывающий бедра Игоря. – Выходит Семен Сергеевич приобрел его для тебя. И тебя же слегка обобрал.

– Не надо о грустном, – невесело ухмыльнулся Бородин.

– Не буду.

Хм. Вот видно, что мужик готов буквально броситься в объятия, но не знает будет и понят. С другой стороны, Игорь бы понял, но лезть с обнимашками сам, постеснялся. Они были не так чтобы и хорошо и знакомы. Да и пробыл парень здесь всего ничего, чтобы вот так бурно реагировать на что-либо связанное с прошлым миром. Да что там, к нему еще не пришло окончательное осознание, что это навсегда.

Примерно с полчаса они разговаривали вспоминая Землю и общих знакомых. Чтобы не мешать им Лапин отошел в сторону. Надо же, как оно все бывает. Он ведь довольно близко общался со Спицыным. Бывало проводил у него в лавке и два часа к ряду. Вместе гоняли чаи, беседовали о том о сем.

Александру нравилось перебирать оружие. Он иногда даже помогал в переделке. Ну-у, на уровне принеси, подай, отойди не мешай и ничего там не трогай. Ага. Иван Аркадьевич строгий мужик. Но с Игорьком у них похоже были достаточно теплые отношения.

– Игорь, я тут подумываю о помощнике. Ты как? Тряхнешь стариной?

– Иван Аркадьевич, да я ведь только за прилавком стоял, да отвертки вам подавал. Ну какой из меня помощник?

– За прилавком тоже большое дело. В мастерской я и сам пока управлюсь, а там и ты подтянешься. Не боги горшки обжигали. Главное, что я знаю тебя и доверяю. Ну чего задумался? Помнишь же как раньше у нас было.

– Не знаю, – с сомнением, произнес Игорь. – Подумаю еще. Я даже не осмотрелся-то толком.

– А чего смотреть? В Ессентуках же ты тоже работал в оружейном. Считай ничего и не поменяется.

– Ну как, не поменяется, – хмыкнув, возразил Игорь. – Уже поменялось.

– Хм. Ясно, – вздохнул оружейник.

А оно и впрямь ясно. Увлечения Игоря всегда простирались в военно-спортивном направлении. Военное многоборье, рукопашная и горная подготовка, следопытство. Все это он начал изучать еще со службы в разведроте погранвойск. Уйдя же в запас, за прошедшие семнадцать лет, только углубил эти знания. Вот нравилось ему это и все тут.

Правда, о том, чтобы пойти служить по контракту он никогда не задумывался. Рассматривал как самый пожарный вариант, но не более. Тут ведь как, одно дело когда ты сам себе голова. Ну какое начальство в казачьем обществе. Армия же, совсем иное дело.

И вот человек, который долгие годы к чему-то там готовился, повышал свои и без того неплохие боевые навыки оказывается в новом мире. Там, к чему он можно сказать шел все это время. И вот так, сразу встать за магазинный прилавок? Словно и не поменялось ничего, кроме модельного ряда. Даже не попробовав эту новую реальность на зуб?..

– Ты подумай, Игорек, – глядя ему прямо в глаза, произнес Иван Аркадьевич. – Только недолго. Заказов становится все больше. Одному уже тяжеловато. Так что, тянуть мне особого резона нет.

– Так ведь если соглашусь, значит мне принимать гражданство. А коли так, то сразу же забреют в армию.

– Оружейная лавка с мастерской при ней, является пусть и скромным, но одним из оборонных предприятий. У работников отсрочка на все время работы. Так что, если не хочешь чтобы забрили лоб, самое место.

– Кхм. Я еще подумаю.

– Ладно, думай. Тогда давай по делу. С чем пожаловал?

– Да вот, берданку в чехол одеть нужно.

– Пятьдесят копеек. Только… Игорь, зачем тебе эта пехотная оглобля. Глянь какой красавец, – с этими словами Иван Аркадьевич подошел к одному из стендов и сдерну с него другую берданку, но уже переделку. – Кавалерийский карабин, магазин на пять патронов, ложе под полупистолетную рукоять, диоптрика. Ты парень не косорукий, тебе подойдет. Диоптрику ставлю только на прямые стволы, и со строго индивидуальной пристрелкой шкалы. Штучная работа. Лучше только оптика.

– Ох, не поминали бы вы об оптике, – вздохнул Игорь.

– Не живи прошлым, – отмахнулся оружейник.

– Не буду, – с ухмылкой согласился Игорь. – Но только боюсь мне сейчас и не переделанные образцы не по карману. Даже если отдам свой револьвер и берданку.

– Это да. Не потянут. Прием это одно, продажа другое. Но мы ведь не первый день друг друга знаем, Игорь, так что, не обижай. Цену конечно не скощу, уж не обессудь, но обождать с оплатой вполне смогу. А здесь оружие вовсе не увлечение и не игрушки, а необходимость. Даже на территории княжества. Случаются и кочевники, и горцы. Да и оседлые не сказать что агнцы. Давай сюда свою оглоблю.

Хм. Ну а чего ломаться-то? В том, что он расплатится с Иваном Аркадевичем, у Игоря сомнений никаких. Не в первый раз, ему изворачиваться, чтобы разобраться с долгами. Покрутится еще малость.

С другой, вон Александр порывается оплатить покупку. Нормальный мужик. Реально обрадовался, что встретил земляка. Никаких сомнений, без задней мысли хочет помочь. Он вообще читается как открытая книга. Нелюдим. Это да. Но без гнильцы. Правда, это все одно долг. Разве только кредитор сменится. Причем один нормальный человек, на другого. А то на то менять, только время терять.

– Десять рублей, – осмотрев трофейную берданку, вынес свое заключение Иван Аркадьевич. – Разница составляет тридцать рублей. Не смертельно, – подмигнул парню лавочник. – Чехол из парусины идет в комплекте. Кстати, разгружай свою патронную сумку. Там наверняка обычные патроны к пехотной винтовке.

– А есть разница? – Вздернул бровь Игорь.

Он конечно разбирался в оружии, но это ведь новый мир, с его отличиями, а потому ставить знак равенства со своим, попросту глупо. Нужно все познавать по новой. Тут и вполне знакомые вещи могут отличаться. Вот как к примеру рукоять берданки.

– Как и у нас, в патронах к карабинам навеска пороха меньше. На пехотных бумажки белые, на кавалерийских красные. В парафине цвета неплохо сохранились даже через столько времени. Если не в земле конечно. И наша патронная мастерская выпускает под такой же маркировкой, чтобы не путать.

– Ясно.

Без лишних вопросов Игорь быстро опустошил патронную сумку. Ровно тридцать патронов. Обычный боекомплект, для такой снаряги. Что тут скажешь, Семен, чтоб ему, не особо жадничал. Взамен оружейник выложил на стойку столько же на обмен.

– А на этих бумажки зеленые, – заметил Бородин.

– Эти я сам кручу. От стандарта только гильза. Пуля имеет четко выверенный вес, навеска пороха один к одному. И порох делаю сам. Так что, стабильность выстрела гарантирую.

– И сколько стоит один такой патрон.

– Сейчас просто меняем один к одному. А вообще, десять копеек, против пяти за обычный.

– Но подозреваю, что оно того стоит.

– Ты когда-нибудь замечал, чтобы я халтурил? – Вздернул бровь Иван Аркадьевич.

– Извините.

– Итак, за тобой тридцать рублей, – делая пометку в амбарной книге перьевой ручкой, подытожил хозяин. – Что-то еще?

– Можно что-нибудь придумать с кобурой? Или это к кому другому?

– А что с ней не так? – Удивился Спицын.

– Да я как бы не ковбой, чтобы носить револьвер на бедре. Понты колотить не мое. Все должно быть удобно.

– Хочешь привесить кобуру на пояс?

– Не просто. Дура слишком здоровая, чтобы вот так просто. Хочу перевесить кобуру на живот слева. Так будет куда удобнее.

– Понял. Не надо ничего перевешивать. Кобуру у меня купили меньше часа назад, потрепать ты ее не успел. Так что, вытряхивай патроны и давай сюда. Примерь вот это.

С этими словами Иван Аркадьевич выложил на прилавок другой оружейный пояс, с кобурой расположенной как раз там, где надо. Бородин опоясался, примерился. Пару раз выхватил Смит-Вессон. Нормально. Да что там. Хорошо. Понятно, что непривычно и придется потренироваться закрепляя навык до уровня рефлекса. Но это уже дело техники.

– Кстати, Иван Архипович, у меня тут один наборчик хитрый имеется, – вжикнув молнией Игорь полез в свой рюкзак. Мне оно вроде как нужно только время от времени, а вам может и сгодится.

С этими словами, Игорь достал картонную коробочку, с тесненной надписью. Вроде ничего особенного. Но только при виде ее оружейник тут же сделал стойку и не дожидаясь, сам открыл крышку.

– Лазерный набор для холодной пристрелки.

А чему удивляться? Игорь ведь ехал пристреливать «Атамана». За одно хотел составить для него таблицу. Удобно очень. Любая оптика имеет дурную привычку время от времени сбиваться. При наличии же готовой таблицы отклонений, можно приводить ее к нормальному бою даже не выезжая на стрельбище.

– Но только он китайский. Оригинал уж больно дорог, – уточнил Бородин.

– Плевать, – отмахнулся Спицын. – Судя по всему, новый?

– Пару месяцев как приобрел. Но в каком состоянии батарейки, и уж тем более качество понятия не имею. Да здравствует алиэкспресс.

– Это понятно. В деле проверял?

– Да. Работает нормально.

– Прямо сейчас могу дать за него двести рублей. Ну, за вычетом, – Спицын указал на приобретенное Игорем.

– А не слишком дорого? – Усомнился Бородин, удивляясь перекосу в ценах.

– Ты помнишь чтобы я себя или кого-то еще обсчитывал?

– Да нет.

– Тогда не задавай глупых вопросов. Это конечно не оптика, но штука здесь очень даже ценная. А уж для меня тем более. Ну как, продаешь?

– А зачем он мне?

– Вот и договорились, – выставляя на стол шкатулку, чтобы отсчитать положенное, довольно произнес Спицын.

– Погоди, Игорек, а что это у тебя там? – Поинтересовался Лапин, бросивший случайный взгляд во внутрь рюкзака.

– Ты о чем?

– Это книга?

– Да.

– Какой-нибудь оружейный справочник?

– Нет. «Наследник из Калькутты». Детство вспомнил, захотелось перечитать, вот и таскал с собой, – извлекая на свет толстую книгу, ответил Игорь.

– Н-да. В который раз убеждаюсь, Семен лишнего не возьмет. Ровно столько, сколько стоит его услуга, или только то, что действительно ему нужно.

– Вы это к чему, Иван Аркадьевич? – Вздернул бровь Бородин, ни разу не собиравшийся приписывать Квакину какие-либо благородные черты.

– О книге, – вместо оружейника ответил Лапин, беря ее в руки. – Насколько я помню такой в библиотеке еще нет. Но это нужно еще выяснять. Сейчас прямиком в типографию.

– Объяснишь?

– А чего объяснять. Я же тебе говорил, что гонорар за книгу составляет двести рублей.

– А ничего, что я ее не писал?

– И кто тут обвинит тебя в нарушении авторских прав? Главное наличие книги. К тому же ее не нужно ни редактировать, ни корректировать. Просто набрать текст и пустить в печать. В невьянской школе есть учительница математики, так она в одночасье стала весьма состоятельной дамой. Любительница детективов. Как раз возвращалась домой из букиниста, где подешевке скупила шесть детективов Чейза. Тысяча двести рублей, это капитал.

– А если уже есть такая? – Поинтересовался Игорь.

– Продашь. Есть тут один коллекционер. Скупает земные издания. Даже техническую литературу. Рублей сто отвалит глазом не моргнув. Кстати, если возьмут в печать, это ни о чем не говорит. Гонорар идет за рукопись, так что, потом заберешь оригинал и продашь. Три сотни. Это уже серьезно. Кстати, у тебя ведь еще и две лошади с седлом. Рублей сто, сто двадцать потянет. Тут от лошадей и состояния седла зависит. Но у кочевников они редко бывают в плачевном виде.

– А честность Квакина тут при чем? Типа не обобрал до нитки? Я это уже понял.

– Ничего ты не понял, – возразил Игорь. – Исправный паровой трактор аборигенов стоит порядка полутора тысяч рублей. Тот, что притащила бригада Квакина, сдадут в лучшем случае за тысячу. Твое имущество с запасом перекрывает эту сумму. А они тот хабар добывают черт знает где, тянут сюда, рискуя башкой, да еще и жилы рвут.

– Н-да. Семен реально странный, – искренне удивился Игорь.

Посещение типографии оказалось-таки удачным. Этого романа в местном собрании книг не было. Поэтому Игорю тут же выписали чек на получение гонорара, и расписку в том, что обязуются вернуть книгу в целости и сохранности.

При таких делах из типографии сразу же направились в банк, где Бородин открыл счет и сбросил лишние деньги. Ему тут же выписали чековую книжку, которые оказывается тут были в ходу. Только чеки желательно обналичивать в течении трех суток. Процент за услуги божеский. С таким ничуть не жаль расставаться, ради осознания того, что твои вложения в безопасности и застрахованы.

Носить же деньги при себе… Если десять рублей золотом весит восемь граммов, то сотня, уже восемьдесят, шесть уже почти полноценные полкило. В серебре, вообще получается тоскливо, порядка восьми кило. Все же у бумаги есть одно несомненное преимущество, компактность и небольшая масса. Вот как у этой чековой книжки.

Как ни странно, но при входе в это финансовое учреждение никто и не подумал разоружать посетителей. Как впрочем, не требовалось и опломбирование чехла с карабином. Главное не носи открыто, и чтобы длинноствол был разряжен. Иначе штраф. Каждый встречный милиционер считал своим долгом проверить состояние карабина. Игорь зарекся без надобности расхаживать им по городу.

А вот к револьверам вообще никаких вопросов. С ними совершенно открыто расхаживали все, кто мог себе их позволить, невзирая на пол. Главное чтобы исполнилось четырнадцать лет. Опасно? Есть такое дело. Но за убийство тут спрос строгий. Виселица. Так что, дураков не так чтобы и много. Повстречался даже тип с тремя револьверами, на бедрах и животе.

По мнению Игоря, перебор. Но для себя он все же сделал отметку, навестить Спицина еще раз. Ну коль скоро у него есть деньги, то не помешает прикупить дополнительную пару стволов. Нужно будет повесить на бедро еще один Смит-Вессон. С двух рук он конечно палить не умеет. Зато в случае необходимости дополнительный заряженный ствол, вовсе не помешает.

Ну и второй револьвер более компактной конструкции под тот же патрон. Эдакий бульдог. Видел он такой на прилавке. Пять патронов в откидывающемся барабане, монолитная рамка, короткий ствол, укороченная рукоять, более сбитый ударно спусковой механизм одинарного действия. Вполне достойная модель для повседневного ношения и самообороны. К тому же и по весу вдвое легче полуторакилограммового Смит-Вессона.

При мысли о массогабаритных размерениях, Игорь с тоской подумал об утраченной «Грозе». Пистолет наверняка будет переделывать все тот же Спицын. Н-да. Ну да, тут ничего не поделаешь. Итак, полтора кило, это полтора кило. Может проще заказать скорозарядники? В продаже вроде не видел. Но с другой стороны, он особо-то и не рассматривал. Все как-то вперед бегом скачками.

Да даже если их и нет, можно заказать. Иван Аркадьевич мужик рукастый, сделает без проблем. Хм. Если рук хватит. Говорил же насчет возросших заказов и отсутствии помощника. С другой стороны, у Бородина блат, который еще никто не отменял. Да, лучше пару тройку скорозарядников, чем вторую дуру. Кстати, и еще один под бульдога. Да так пожалуй будет лучше всего.

После посещения банка, направились к барышнику Сидорову. Торопиться с продажей лошадей пожалуй не стоит. Не сказать, что Бородин был отличным наездником, но в седле все же сидел неплохо. Велосипед же в качестве транспорта хорош только в Невьянске. Так что, лучше бы озаботиться постоем его новоявленного транспорта. Н-да. Разбогател, дальше некуда.

Затем было посещение военного коменданта. Каждый житель от четырнадцати лет был записан в ополчение и приписан к конкретной роте. Обычно делились по территориальному признаку. И кстати, при любом выезде за пределы Невьянска необходимо было отмечаться у дежурного по роте. Назначался таковой по очереди. Выходило не больше четырех дежурств в год. Не так чтобы и накладно.

За отсутствие без уважительной причины или отметки у дежурного во время учений, штраф десять рублей. За подобный же проступок в боевой обстановке, расстрел. Простенько так и со вкусом.


Глава 3. Невьянск

Игорь открыл глаза, и вздохнул полной грудью. Хорошо. Нет, правда хорошо. Давно он так не высыпался. И уж последние дни точно. То вырубился в пьяном угаре и проснулся с дикой головной болью. То по голове прилетело, и он ушел в отключку, а потом в был погружен в медикаментозный сон. Так что, нормально он поспал только сегодня.

А тут еще и солнце заглядывающее в окно и заливающее спальню своим светом. Хм. Вообще-то занавески ничуть не помешали бы. Они и уюта добавят, и солнце не всегда хорошо. В особенности когда комната совершенно пустая.

Ровные оштукатуренные, выбеленные и голые стены. Спальня довольно просторная, квадратов двенадцать, но из мебели только стул, на котором пристроилась одежда Бородина, вот и все. Его нехитрые пожитки свалены в углу. Спал он на чистом белье, что после баньки было особенно приятно. Вот только матрац был разостлан прямо на полу.

Вообще-то, при виде дома Александра Иван решил, что внутри будет куда богаче. Ну а как еще-то? Дом хотя и саманный, но просторный, выстроен в финском стиле. Первый этаж, мансарда, черепица, большие прямоугольные окна. Эдакий белоснежный красавец с четкими ломаными линиями выступающих наружу крашенных балок деревянного каркаса.

Не сказать, что он выделяется в общем ряду. Ничего подобного. Здесь вся улица состоит из порядка четырех десятков типовых домов. Правда райончик для вполне состоятельных горожан, ну или если хотите среднего класса. Впрочем, дворцов в Невьянске Игорь не увидел, если не считать княжеский. И трехэтажных зданий по пальцем перечесть. И одно из них банк.

Так вот, при всем при этом в доме Лапина не оказалось мебели. Что-то там сугубо функциональное на кухне, при минимуме посуды, стол и несколько табуретов.

Его спальня так же не блистала убранством. Какие-никакие занавески, простые отрезы ткани, повешенные на обычную проволоку. Самый обыкновенный топчан, вместо кровати, прикроватная тумбочка, что-то вроде армейской. У стены шкаф, с двумя отделениями, сбитый из обыкновенных струганных досок. Оружейная пирамида, для бердановского карабина и его мелкашки. Стул, самой что ни на есть топорной работы. Таковых в доме имелось целых четыре. Из излишеств, только зеркало, размерами эдак пятьдесят на тридцать. Такое же, у выхода из дома.

Печь голландка, с разветвленным дымоходом, устроена так, чтобы отапливать весь дом. Места при этом конечно съедает немало, но зато со своей задачей вполне справляется. А благодаря системе задвижек, в летнюю пору ее можно использовать просто как плиту для готовки. Даже духовка имеется. Игорь помнил нечто подобное еще по детству, но вживую не видел уже давно.

Правда, Александр дома не готовил. Предпочитал питаться в трактире, неподалеку. Разве только самовар с топкой и ручным насосом для поддувала. Между прочим, чай, или если быть более точным, напиток из травяного сбора, получается обалденный. С чаем и кофе тут определенные трудности.

А вот рабочий кабинет на первом этаже обустроен по высшему разряду. Тут и просторный рабочий стол, со столешницей затянутой в зеленое сукно, и удобное кресло, с парой стульев отличной выделки, и два книжных шкафа, и камин в углу. Картина на стене, ясное дело местного художника. Есть даже фотография хозяина, стоящего над убитым оленем, и голова этого самого трофея над камином. И шторы на окнах, как плотные, так и легкие, прозрачные. Словом, рабочее место обустроено со всеми удобствами и сообразно вкусам хозяина.

– Игорек, ты как насчет завтрака, имеешь какие-то предпочтения? – Поинтересовался Лапин, когда с утренним туалетом было покончено.

– А ты чем завтракаешь?

– Я дома не завтракаю. Хожу в трактир. Оно и прогуляешься, и подумаешь, и подышишь. Возвращаюсь кружным путем, а потом за работу. До обеда получается особенно продуктивно. В доме есть только печенье и пряники, это если захочется перекусить.

– Ну так и не будем ничего изобретать. Пошли в трактир.

– И это, Игорь, ты как сам сегодня сможешь без меня разобраться?

– Работать будешь, – догадался Бородин.

– С утра и после ужина, это закон. Если хочешь пройтись вместе, то после обеда я в твоем распоряжении.

– Не заморачивайся. Позавтракаем, стукнемся задами, да в разные стороны. Ты лучше скажи, где можно прикупить одежду. А то и смех и грех, вроде как оказался при деньгах, и в то же время, даже носков на смену нет.

– С готовой одеждой тут проблемы. Что-то конечно есть, в секонд-хенде, но не то, что нужно, а то что найдешь. Поэтому подавляющее большинство одевается в ателье. Я потом расскажу как туда пройти. Там работает несколько портных. Снимают мерку, и уже на следующий день заказ готов. Они же подскажут, что лучше пошить и в каком количестве.

– Ага, возьмите это, и вот это, а без этого вам вообще никуда, – не без иронии произнес Игорь.

– Ну, не без того, – ухмыльнулся Александр, стоя перед зеркалом, и поправляя самую натуральную шляпу.

Не сказать, что в Невьянске все ходят в головных уборах, как это принято у аборигенов. Но носят все же многие. Кепки, фуражки или вот шляпы, вовсе не редкость на улицах города. Женщины так и вовсе практически все в платках или шляпках, потому как в основе своих из местных. А у аборигенов появляться на людях без головного убора, моветон.

– Но на то тебе и голова дадена, чтобы отсекать лишнее, – продолжал пояснять Лапин, уже выходя из дома. – Зато, точно ничего не забудешь. А то захочешь утереть на лбу пот, да по нему же и хлопнешь, потому как про такую мелочь как носовой платок ты как-то и не подумал.

– Хм. Твоя правда. С советчиками оно как-то получше будет, – выкатывая велосипед, согласился Бородин.

А чего собственно говоря бить ноги, если есть транспорт. До трактира дотолкает, пока будут идти вместе, а как разойдутся, так и оседлает. Невьянск он вроде и небольшой город, но и не так чтобы и мал, в поперечнике километра четыре на три. Так что, есть где побить ноги.

Прошли через небольшой двор, и вышли за легкую калитку из штакетника. Еще одна особенность. Решение Совета княжества, никаких высоких и глухих заборов, ворот и калиток. Только невысокий штакетник. Чтобы так сказать, все на глазах. Да и двери с замками на домах, ничего особенного собой не представляют.

А все от того, что законов тут немного, но те что есть, выполняются неукоснительно. Спрос тут строгий, а суд скорый. О правах человека успели позабыть. Хочешь человеческого отношения, человеком и будь. Хочешь бомжевать и ханку жрать, пинка под зад и вся недолга. Воровать и грабить. Тут в зависимости от установленной степени вины и вида преступления. Но мало точно не покажется. Бывает и такое, что отрубают правую руку, а потом вышвыривают за границу княжества.

Оказавшись на пыльной улице, повернули направо. Трактир пристроился на поперечной улице, посредине между двумя параллельными. Всего в квартале получается чуть больше сотни дворов. Не сказать, что заработаешь миллионы, но заработок у хозяина вполне достойный. К тому же, при трактире имеется и пекарня, а значит и весь квартал обеспечивается хлебобулочными изделиями.

– Слушай, Саня, я что хотел спросить-то. А к чему в домах гаражи? Я тут из транспорта только и видел, что извозчиков, да пару раз проскочили автомобили.

– Это не гаражи, Игорь, а каретные сараи. Ну, кареты не кареты, а легкие коляски тут вовсе не редкость. И видел ты далеко не всегда извозчиков, но и частных владельцев.

– Хм. Твоя правда. Извозчики все же отличаются.

– Вот именно. Но в моем случае это все же гараж.

– Хочешь сказать, что купил автомобиль?

– Не совсем. Автомобили из казенных мастерских дорогие. Кредит под легковые с серьезным процентом, потому как уже роскошь. Грузовой, только для дела и купишь. Так что, позволить себе могут немногие. К тому же производят их мало, а на гражданский рынок поступают и вовсе единицы.

– Тогда я ничего не понимаю.

– Да просто все. Нашелся тут один мастер, золотые руки. Трудиться на князя не имеет никакого желания, пусть его в мастерских и ценят. Ходил пороги обивал, пытался наладить производство недорогого городского автомобиля. Да все без толку. У нас же здесь живут по принципу, все для фронта, все для победы. Воевать не воюем, но по сути все еще не живем, а выживаем. Ну и все время готовимся к тому, что нас захотят захомутать островитяне. Не слепые же, видят наши возможности. Да хоть те же ацетиленки.

Угу. Это Игорь заметил. С нефтью и нефтепродуктами тут имеются серьезные такие сложности. С восковыми свечами тоже не все слава богу. Пчелки не в состоянии покрыть всю потребность. Поэтому у аборигенов распространены всевозможные масляные светильники. В богатых домах конечно имеются газогенераторы и газовое освещение. Но это только стационарное освещение и никак иначе.

А тут земляне начали производить карбид кальция, ну и как результат ацетиленовые светильники. Так островитяне скупают карбид сколько не дай. Сами лампы, особой популярностью не пользуются. У островитян с промышленным производством дела обстоят вполне нормально, а потому перекрывают свой спрос. Еще и материковых аборигенов снабжают. Но вот заполучить секрет производства самого карбида очень даже не откажутся. Та же ситуация и по многим другим позициям. По этой причине, ни князь, ни Совет не пребывали в благодушии.

– Ну насчет того, что вы опасаетесь удара островитян, я понял. С мужичком-то, что? – Оборвал Игорь рассуждения Александра.

– А что с мужичком. Помыкался Андрей Васильевич, постучался в разные двери, да получил отказ.

– А кредит в банке?

– Предпринимателей здесь кредитуют по божески. Но опять же, не под честное слово, а под обеспечение. А у него только работа. Дальше гол как сокол. Домишка небольшой, жена четверо детей, да самому уже за полтиник. Зарплата семьдесят рублей, по местным реалиям весьма достойно, но ведь если уйдет из казенных мастерских, то и заработка лишится.

– Понятно. Куда ни кинь, везде клин.

– Вот тут-то я с ним и познакомился. Посидел, подумал и решил вложиться. Конечно, всех потребных денег у меня не набралось, но кое-что имелось. Дальше взял кредит. Благо имя мое еще по Земле известно многим чтецам, да и здесь успел сдать первую рукопись. Словом, получили в промзоне участок под строительство мастерской и сейчас там полным ходом идет строительство. Заказ на необходимые станки в мехмастерских сделали. А пока суд да дело, Тульский у себя дома в сарае построил два пилотных образца. Грузовой, под восемьсот кило, типа УАЗа. Этот у него сейчас трудится. И легковой, этот у меня в гараже стоит. Сегодня выгуливать некому. Я только по воскресеньям устраиваю покатушки. А среди недели старший сын Андрея или он сам. Так сказать обкатываем модель. Но пока все просто замечательно. Никаких нареканий.

– А так бывает?

– Как видишь бывает. Опять же, рама собирается из уже готовых и давно апробированных частей. По сути, это та же коляска на конной тяге. Только кузов другой. Конструкция гораздо проще той, что выпускаются в казенной мастерской. Котел водотрубный, но не замкнутого цикла, а со сбросом отработанного пара. Машина двухцилиндровая. Запас хода на одной заправке полста километров. Но это не так чтобы и мало. Скорость порядка шестидесяти километров, с полной загрузкой не больше тридцати, но по прямой вполне возможно и разогнаться.

– А топить чем? Тоже уголек? – Не скрывая своего интереса, поинтересовался Игорь.

– В том-то и прелесть. Две модификации, в зависимости от заказчика. Одна под уголек. Эта подешевле. Но и не так удобна, потому как уголек нужно постоянно подбрасывать. Это грузовичок. А вот вторая, легковая, под газогенератор. Эта уже дороже. Зато никакой топки в кабине, копоти, и как следствие чумазости. Одной заправки березовых чурбачков хватает на те же полста километров. Но главное это цена. От трехсот до пятисот рублей. Разницу улавливаешь?

– Вы что тут, фордовский конвейер решили запустить? – Удивился Игорь.

– При чем тут конвейер? Материал и комплектующие процентов на семьдесят уже производятся и будут закупаться по оптовым ценам. Остальное делается своими силами в мастерской. Деталей в конструкции автомобиля не так чтобы и много, все упрощено донельзя. Тряско, не комфортно, открытая кабина. В базовую комплектацию входит только ветровое стекло. Тент уже придется заказывать за дополнительную цену. Но куда лучше и в разы быстрее лошади.

– И когда планируете запускаться?

– К сентябрю.

– Под зиму открытую машину? – Усомнился Игорь.

– Поверь, ни наш народ, ни аборигенов это не остановит.

– И сколько думаете производить в месяц?

– За исключением котла и машины, у нас по факту получается сборочный цех. Так что, в год под сотню машин строить сможем.

– Ого. Больше казенных мастерских.

– Но, у нас и конструкция куда проще. Даже колеса от конных экипажей.

– А что станете делать через пару тройку лет, когда насытите рынок княжества? Ну сколько семей смогут позволить себе покупку такого транспорта?

– Ну, на это есть островитяне и материковые аборигены.

– Островитяне и сами не дураки перенять что-то хорошее. Сам говорил, что промышленность у них вполне на уровне. Подозреваю, что именно это и лежит в основе нежелания княжества взваливать на себя подобное производство, и вообще увеличивать объемы.

– Может ты и прав. Но то что не выгодно княжеству, вполне приемлемо для частного капитала. Отбить затраты и получить серьезную прибыль мы успеем, а там… Будет время, будет пища.

Едва только приблизились к трактиру, как в нос тут же ударил одуряющий запах свежей выпечки. Вот такое комплексное заведение. С утра пекарня, в течении дня кафе, с восьми вечера и до двух ночи питейное заведение. Нет, это не запрет князя. Так заведено хозяином, делающим ставку как на любителей выпить, так и на простого обывателя.

Не заходя во внутрь, сразу обошли здание, по выложенной камнем дорожке. За домом обнаружилась небольшая площадка от которой отходила еще одна дорожка, с ответвлениями в конце которых расположились уютные беседки увитые плющом.

Едва только устроились в одной из них, как тут же появился подросток лет четырнадцати. Причем не просто так, а с уже дымящимся двухлитровым самоваром. Принял заказ, и умчался в пекарню.

– Слушай Саня, я спросить хотел. А к чему было покупать такой здоровый дом, если он у тебя пустой? Вот только кабинет и обустроен. Даже спишь не на кровати, а на топчане.

– Жалеешь, что не устроился в общаге?

– Да причем тут это. Тем более, что топчан и подобие шкафа появятся уже к сегодняшнему вечеру. Есть где оставить скарб, есть где кости уронить, на том спасибо от чистого сердца. Просто непонятно как-то.

– А чего тут понимать? Я ведь придерживаюсь одного простого правила – молодость, это всего лишь средство, чтобы обеспечить себе старость.

– О новой семье думаешь?

– Жить один я не умею. А переделывать что-либо ненавижу. Вот приведу хозяйку, пусть сама все и обустраивает по своему усмотрению.

Появился паренек, и выставил перед клиентами корзинку с выпечкой. Пожелал приятного аппетита, одарил белозубой улыбкой и убежал. Как раз появились новые посетители. Хм. Похоже тут хватает тех, кто предпочитает питаться в трактире. Или это всего лишь магия свежей выпечки. Чтобы подать ее к утреннему столу, нужно подняться ни свет ни заря.

– А чего тогда еще не обзавелся подругой, если для себя уже все решил? – Удивился Игорь. – Жених видный, обеспеченный и с перспективами. Играть в люблю, не по тебе. Ты говорил, что и в первый раз женился только потому что пришла пора. А там уж и стерпелись и слюбились. Или переживаешь из-за возраста?

– Да чего из-за него переживать, – отмахнулся Александр. – И постарше меня семьями обзаводятся. Тут другое…

– Ясно. Не хочется рубить пуповину.

– А тебе хочется?

– Ну, я… Я тут всего-то четвертый день. Считай и не осознал ничего. Такое впечатление, что уехал в командировку или в съемках фильма участвую. Был такой опыт, знаешь ли.

– Да знаю. При мне еще ты в массовке участвовал.

– О-обижа-аешь, я там пару фраз ввернул, да еще и крупным планом, – подбоченившись, возразил Бородин.

– Бо-ольша-ая разница, – с набитым ртом, ехидно заметил Лапин.

– Большая. Массовка, это когда без слов, изображаешь толпу. А как сказал хотя бы слово, все, получается эпизодическая роль.

– Ну все, уел, – выставляя руки в примирительном жесте, сдался Александр.

– То-то, – победно заключил Игорь.

– Кстати, могу поспособствовать перед директором ДК. Он лично ведет драматический кружок. Ему звезды, до зарезу нужны, – сказал, и со смешинками во взгляде, отпил из чашки горячий напиток.

– Я подумаю над твоим предложением.

– Ага, подумай.

После завтрака как и планировали разбежались в разные стороны. Апин отправился на прогулку. Вот так обойдет квартал, потом засядет в своем кабинете и будет писать Помнится, на Земле все сетовал, что из-за компьютера окончательно разучился пользоваться ручкой. Похоже здесь опять вспомнил.

Город располагался на ровной как стол местности, а потому ехать было очень легко. Игорь ни разу даже не переключил передачу. Так и ехал на седьмой, лениво вращая педали, и обнимая за собой небольшое облачко пыли.

Зато сам отплевывался когда его обогнал громыхающий подвеской грузовик, с кабиной коробочкой из крыши которой торчала чадящая дымом труба. Еще и ощутимым теплом обдал. Интересно, а каково там водителю? Или все же правильнее машинисту? Да без разницы, собственно. В кабине наверное душегубка.

Когда свернул на соседнюю улицу, обратил внимание на бригаду рабочих, укладывающих тротуарную плитку. С асфальтовым покрытием ввиду отсутствия нефти беда, но зато нашелся один знаток, решивший начать производить цемент. И под это дело княжество раскошелилось.

Другой, вот начал лить тротуарную плитку. Дорогу такой выкладывать глупо. Местный транспорт быстро приведет ее в негодность. А вот под пешеходов очень даже подойдет. Причем если делать качественно, а не так, чтобы попилить бюджетные деньги, то прослужит такая плитка очень долго.

Ателье нашел без проблем. Как и предполагал, едва только обозначил объем заказа, как перспективного клиента тут же взяли в оборот. Весьма профессионально и как бы ненавязчиво, оставляя выбор исключительно ему самому, начали давать советы по гардеробу. Как результат он вывалился из Ателье весь взмыленный, довольный собой, и ошалело осознавая то, что его облегчили на целых пятьдесят рублей. И ведь вроде ничего лишнего.

Теперь надо было заказать обувь. С сапогами оно можно и не торопиться. Все же альтернативы его берцам тут попросту нет. А вот подумать о чем-нибудь полегче, например о туфлях и двух парах тапочек, для дома и двора, вполне не помешает. А то вчера из бани пришлось возвращаться в ботинках.

В обувной его взяли в оборот столь же профессионально. Так что заказ вышел достаточно солидным. Пара яловых сапог, на случай если вдруг ни дай бог, что случится с берцами. Две пары туфель, по той же причине. Пара зимних полусапожек. Готовь сани летом, не то, зимой придется ждать в очереди. Ну и две тапочек. Двадцать шесть рублей. Не слабо!

А ведь потом все же навестил оружейную лавку Спицына. Вот тут его никто не разводил и ничего не навязывал. Все по совести. Зачем? В том что касается стреляющего железа, он и сам удержу на ведает. Прикупил-таки бульдога с откидывающимся барабаном, крякнув от его цены.

Заказал шесть скорозарядников, четыре под Смит-Вессон, и пару под бульдог. Дорогое удовольствие, между прочим. И в особенности, потому что тут таковые были не в ходу, а значит их придется ладить с нуля.

Приобрел к берданке еще два магазина на пять мест. Ну и соответствующий подсумок. По сотне снайперских и револьверных патронов. Подумал было взять обычных, но по здравому рассуждению решил не скупиться. Дорого. Но ведь стабильность выстрела важна и с открытого прицела. Заказал съемные сошки, уговорившись, что принесет для доводки и сам карабин.

Прикупил нож. Не нечто эдакое рэмбоидное, а вполне рабочий образец без выкрутасов. Чтобы и кому-то в печень, и колбаски порезать, и при случае ветку срубить. Кстати, тут нож практически предмет туалета. У мужчины может не быть револьвера, но нож на поясе, в том или ином виде, имеется в обязательном порядке.

Покинул магазин довольный собой и оставив там без капли сожалений шестьдесят три рубля. С легким сердцем сел на велосипед, и поехал в сторону стрельбища, приводить к нормальному бою свои револьверы. Карабином решил заняться после. Сразу же после того, как будут готовы сошки.

Потом пообедал в одном из трактиров. Катался по городу, так делать нечего знакомясь с его улицами и заведениями. Побывал и в промзоне. Что настроения не добавило. Нужно оно ему было!? Вот уж где не наблюдалось недостатка в паромобилях и тракторах.

Когда вернулся домой, то ощущение было такое, словно его пропитали пылью до самых костей. Н-да. Все же когда нет никакого, начинаешь ценить даже разбитый асфальт. Пришлось мыться и стираться. Как результат, отказаться от похода в трактир.

Впрочем, Александр не больно-то расстроился по этому поводу. Прокатился на велосипеде, и привез ужин домой. Да еще и парочку кувшинов с пивом прихватил. Посидели, поговорили, да разошлись. Александр уполз в свой кабинет, где проработал чуть не до петухов. Его вроде как прорвало, и он строчил без роздыху как Анка пулеметчица.

Игорь же, с разрешения Лапина, вооружившись ацетиленовой лампой и своим динамо-фонарем, направился в гараж. Очень уж хотелось рассмотреть, что же собой представляет этот чудо автомобиль, о котором рассказывал Александр.

Хм. Ну в общем-то не соврал. Самый обычный конный экипаж. Два пассажирских сидения друг напротив друга, с коробами под ними. Похоже они выполняют роль багажника. На облучке как и положено место водителя кобылы, в данном случае парового автомобиля. Правда, в коробе под этим сидением обнаружился целый арсенал инструментов и запасных частей. Тревожный симптомчик частых мелких поломок.

Далее, рулевая колонка, педали тормоза и открытия парового клапана. Рычаг ручного тормоза. Приборная панель, куда выведены манометры давления парового котла и газо-генератора. Спидометр отсутствует как класс.

Сам генератор расположен в добавившемся передке, под небольшим капотом, через который и осуществляется его загрузка сухими березовыми чурками. На морде красуются две фары, размером с небольшой прожектор. Вот, с боку генератор под карбид, с отходящей от него к фарам трубкой. Как оно с освещением непонятно. Но скорее всего, для скоростей этого экипажа вполне достаточно.

У экипажа добавился и задний багажник. Вернее, двигательно-котельный отсек. Угу. Там расположились водотрубный котел и двухцилиндровый двигатель. Кстати, отвернув всего лишь четыре болта, отсоединив трубку подачи газа и удалив блок горелок, получается самая обычная топка, под альтернативное топливо. Универсальная вещица получается. Ну и правильно незачем плодить сущности.

Никакого механизма сцепления нет и в помине. Машина, маховик, за ним шестерня входящая в зацепление со второй, насаженной на заднюю ось. От пыли эту простую конструкцию предохраняет короб, с сальниками набитыми паклей и дегтем. Он же похоже выступает и в качестве смазки.

Все минимизировано до нельзя. Даже сомнения берут относительно того, что это чудо вообще сдвинется с места. А ведь есть еще и грузовой вариант. Причем, по словам Лапина, автомобили вполне рабочие, успешно проходят испытания и пока без серьезных нареканий. Понятно, что для представителей двадцать первого века это смех. Но все познается в сравнении и этот аппарат наверняка выигрывает у лошади.

Хм. А ведь если посмотреть эдак со стороны, то внешний вид автомобиля очень даже эстетичный. Плеваться, как на какую-то каку не хочется. Наоборот, где-то даже притягивает взор, который невольно дорисовывает недостающих лошадей. Смех и грех, но Игорю вдруг захотелось владеть этим авто. Мало того, он даже начал прикидывать, какой суммой располагает в настоящее время.

Закончив с осмотром, Бородин поспешил в свою спальню. Ни интернета, ни телевидения тут нет, а потому и причин сидеть за полночь не наблюдается. Если только вооружиться книгой. Но для этого нужно посетить библиотеку, куда его не запишут, пока он не примет гражданство княжества и не получит паспорт. Словом все было за сон.

Спальня несколько преобразилась. Появились топчан, тумбочка и шкаф. То есть тот же набор, что и у Александра. Разве только без зеркала. Ну да, оно и понятно, дороговатое удовольствие, чтобы покупать его только на время. Мало ли, чего захочет новая хозяйка. Впрочем, чего жаловаться. Есть где спать, вот и ладно.

Игорь провел рукой по подбородку. Ага. Еще и это. Надо будет узнать, где тут вообще можно приобрести бритвенные принадлежности. А то, зарос, дальше некуда. Да только за всеми этими впечатлениями последних дней, вопрос с бритьем как-то и не всплывал. А вот теперь, встал довольно остро. Большинство тут носит бороды. Но едва Игорь подумал о том, как эта растительность набивается пылью, как тут же отогнал дурную мысль о бороде. С безопасными бритвами тут наверняка сложности, но ничего, разберется и с опасной. В конце-то концов, не боги же горшки обжигали…

– Здравствуйте. Александр Борисович дома?

Девушка лет двадцати пяти скользнула оценивающим взглядом по Игорю. Тот так и замер с голым торсом, намыленным лицом и помазком в руке. С утра они вновь разошлись с Лапиным, и Игорь поспешил собрать вчерашние заказы и прикупить средства личной гигиены. В этом плане повезло, ему попался несессер, со всем необходимым. Этакий деревянный футляр в форме чемоданчика.

Внутри находились мыльница, пара оловянных стаканчиков для бритья и сама опасная бритва. Оселок из гладкого сланца, для правки лезвия. Зубная щетка с порошком. Зеркальце. Ножницы. Оловянный же флакон с одеколоном. Н-да. Парфюм тут не отличался особым разнообразием.

Так вот, обзаведясь средствами гигиены, Игорь уже через час расположился у рукомойника во дворе намереваясь дать бой щетине. Он как раз собирался с духом и прикидывал, как именно посподручнее можно использовать этот дедовский девайс. А как оправдание усиленно намыливал свою физию. Только было решился взяться за бритву, как его окликнула вот эта девица.

Не красавица, но очень даже недурна. Росточком под метр шестьдесят пять, большие зеленые глаза, длинные ресницы, густые брови, подбородок заострен. Губы тонкие, рот чуть великоват, но лицо не портит, наоборот, придает эдакую изюминку. Волосы русые. А голос. Приятный, бархатный, обволакивающий. Легкое платьице выгодно подчеркивает стройную фигурку и высокую грудь. Эдак, третьего размера. Тут вроде бы проблемы с пушатом и сей девайс должен быть родным. Пусть первое на что он взглянул и были глаза, но взгляд тут же скользнул вниз. Что не говори, а у Сани губа не дура.

– Мужчина, вы так и будете пялиться на мою грудь или все же ответите на поставленный вопрос? – Не без ехидства прервала она его мысли.

Хм. Он вообще-то и не… Нет, он конечно пялился… Ну а кто бы не пялился?! Не нравится? Ходи в хламиде и не смущай мужиков. А то вырядилась, и еще недовольна. Блин, если это избранница Сани, то придется съезжать. Вот к гадалке не ходить, не найдет он с ней общего языка.

– Кхм, – невольно смутился Игорь, отводя взгляд в сторону. – Насколько я знаю, Александр Борисович сейчас у себя в кабинете, работает, – ткнув помазком в сторону входной двери, ответил Бородин.

– Благодарю, – девушка еще раз окинула его изучающим взглядом.

А что? Пускай смотрит Ему есть чем гордиться. Ни капли жира, одна сплошная мускулатура, результат систематических занятий. Ну и конституция у него такая. Его товарищ по клубу, что ни делает, вроде и сухой, а брюшко торчит, хоть тресни. Ладно бы пиво любил, так ведь нет. У Бородина же, там аккуратные такие кубики, а если еще и чуток напрячь пресс, эдак не навязчиво, чтобы не выпячиваться.

Ага. Вот молодец. Перестарался все же. Девушка фыркнула как котенок, и обойдя его поднялась по ступеням крыльца. Секунда, и она скрылась за дверью. Х-хороша, краля! Вот молодец Саня, что тут еще скажешь. При дефиците женского пола оторвал себе вполне достойный образчик.

Тут народ не знает где жен искать, он же еще думает, стоит ли обзаводиться семьей или нет. А она понимаешь ждет. Хотя-а… Положа руку на сердце, Лапин вполне достойная партия. Если не сказать завидная. А если еще и с автомобилями выгорит, а оно должно выгореть, то-о-о… Словом, у девушки губа не дура, знает чего ждет.

Оторвав взор от входной двери, перевел его на блеснувшее лезвие бритвы. Н-да. Тут еще и эта радость. Ладно, пора преступать. Взял бритву всполоснул в стаканчике с горячей водой. Вздохнул, задержал дыхание, надул щеку и поднеся бритву с легким скрипом повел ею по натянутой коже. Сталь скользила легко, без негативных ощущений, собирая грязно белый валик из мыльной пены и срезанной щетины. Позади оставалась полоса гладко выбритой кожи. Обтер лезвие о кусок ветоши. Вновь всполоснул в стаканчике с кипятком. И повторил операцию.

Фу-ух. Бред. Этого не может быть. Да он всегда резался даже если у него в руках находился новый станок джилета. А тут, ни крупинки крови. Пощупал лицо, не веря самому себе. Да нет же, гладкая кожа, без намека на щетину. Н-да. Похоже это он славно так испугался, и был весьма осторожен, раз уж обошлось без порезов. С другой стороны, возможно причина в том, что он не брился четверо суток и его шкура успела отдохнуть от ежедневных издевательств.

Не суть важно. Первый опыт позади и он по счастью не комом. Щеголять изрезанной мордой совершенно не хотелось. И коль скоро такое многообещающее начало, то не мешало бы не расслабляться. Беда начинается тогда, когда появляется излишняя самоуверенность.

– Это издевательство, Александр Борисович. Форменное издевательство. Сколько я еще могу ждать?

Сказать, что появившаяся на крыльце девушка была зла, это не сказать ничего. Да она буквально метала молнии. Похоже нерешительность Лапина достала ее до печенки и она перешла в решительное наступление.

Однако, на взгляд Игоря она все же была излишне решительно. А вот писатель его удивил. Вообще-то, характер у него не подарок и он никому не спустит. А уж чтобы позволить на себе кататься эдакой русоволосой стервочке, так это вообще в отдел фантастики. Ну или Бородин его совершенно не знает, как и не разбирается в людях.

– Алина Витальевна, я прошу прощения, но… Поймите меня.

– Нет, Александр Борисович, я вас не понимаю. Достойная девушка ожидает вашего решения, а вы кабенитесь, как малолетка какой. Вы еще скажите, что хотите жениться по любви.

– Ну-у, любовь не любовь, но все же…

– Взгляните на меня. Хороша? Тогда вопрос с внешность отпадает сам собой. Возраст? Я вас умоляю, двадцать пять нормальный возраст и выносить, и родить ребенка.

– Понимаете… – Опять начал было нерешительно оправдываться Александр.

– Понимаю, – отмахнулась девушка. – Но за пятнадцать лет никто еще не вернулся отсюда на Землю. И потом, даже если найдется путь домой, заберете с собой свою новую семью, делов-то. Обеспечите, никуда не денетесь.

– Слухи о миллионных гонорарах писателей слишком преувеличены.

– А я не о них. Я о вас. Случится, в лепешку расшибетесь, но обеспечите хоть две семьи. Но это из области фантастики.

– Вообще-то, то что мы здесь, тоже фантастика.

– Это, самая, что ни на есть жестокая реальность, Александр Борисович. И в этой реальности вы имеете все шансы сдохнуть в одиночестве. И хорошо как в своем доме, а не под забором. Здесь домов престарелых не наблюдается и всяк кузнец своего счастья. Значит так, я жду ответа до завтрашнего утра. Нет. Значит ваш поезд ушел и не смейте больше ко мне подходить.

– А вы высокого о себе мнения, – не выдержал Игорь.

Ну вот не нравилась ему эта наглая особа. Нет, она хороша, кто бы спорил. Но девушку вообще-то украшает скромность. Эта же, в наглую прессует Лапина. И главное тот ведется как… Как… Блин, ну чистый подкаблучник. Причем в его худшем проявлении.

– Не вижу причин, быть о себе мнения низкого, – припечатала она.

Вновь окинула его взглядом, причем на этот раз, его голый торс не произвел на нее ровным счетом никакого впечатления. Она была холодна как лед, а взгляд уподобился стальным жалам. Игоря реально пробрало до самого позвоночника.

– Как не вижу причин посторонним влезать в чужой разговор, – не менее резко закончила она с Бородиным и обернулась к Лапину. – Если завтра до девяти я не получу ответ, вы получаете окончательную и бесповоротную отставку. А там попробуйте сами кого найти. У нас даже в борделе девицы на долго не задерживаются.

Порывисто сошла с крыльца, стремительно пересекла двор и хлопнула калиткой. Не удержалась, обернулась, стрельнув в Игоря злым взглядом. Вроде бы хотела было что-то сказать, но передумала и зашагала в сторону центра.

– Игорь, зачем ты так? – Укорил товарища Лапин.

– Извини, не знал, что ты прекрасно себя чувствуешь под каблучком у маленькой стервочки.

– Ты о чем?

– Об этой сучке, которая в наглую хочет тебя на себе женить. Саня, я дурею с тебя.

– Игорь, не смей так говорить о Алине Витальевне. Ты же ее не знаешь. Это золотой человек.

– Извини, я ее действительно не знаю и не могу судить по первому впечатлению. Опять же тебе с ней жить.

– Все. Стоп, – решительно рубанул Лапин. – ТЫ решил, что она моя невеста?

– А разве нет?

– Нет? Алина Витальевна профессиональная сваха. Этим же занималась на Земле. И тут вполне себе преуспевает. Нашла мне невесту на хуторе в сотне километров от Невьянска. Пришла ко мне с радостной вестью, а я…

– Бли-ин! – Игорь даже хлопнул себя по лбу. – Это же надо так обделаться! Саня, ну ты бы хоть раньше сказал, что обратился к свахе.

– Да я… Как-то и не подумал. Да и она ведь на пароходе с купцами уплыла. Я просто не ожидал, что она так скоро вернется.

– Не можешь решиться?

– Не могу. А она, как торнадо какой-то. Как вихрь. Р-раз, и…

– Вот молодец девка! За рога и в стойло! – Искренне восхитился ею Игорь.

– Тебе весело.

– Саня, а тут что и впрямь так туго с бабами? И что это она про бордель вещала?

– С бабами туго. В среднем некомплект женского пола составляет порядка двадцати пяти процентов. Это дохрена, Игорек. Бордель в некотором роде нивелирует недостаток женского внимания. Но нередко и из него уводят женщин. В основном на дальние хутора, чтобы никто пасть не раскрывал. А еще, при борделе действует неофициальный рынок невест.

– Не понял. Это работорговля что ли?

– Считай что и так. Сюда ведь не только нормальные попадают. Случаются и полные отморозки. В княжестве им жизни нет. Либо принимают законы и живут как люди, либо сдыхают как собаки. Есть и третий вариант. Уходят на неподконтрольные территории. Бывает они отлавливают попаданок, случается нападают на вольные хутора или просто воруют девок. Натешатся, а потом, продают в бордель.

– И что власти?

– Упорно делают вид, что не замечают связи владельца борделя и бандитов. Официальная версия, тот выкупает женщин из неволи и предоставляет им шанс на новую жизнь. Ясное дело, жениху надо восполнить понесенные расходы. А нет, так бабе придется отрабатывать долг. Сумма строго фиксирована. Так что, никакой пожизненной кабалы. Есть контракт, условия которого должны быть соблюдены.

– Ублюдочная какая-то политика.

– Ублюдочная. Но какая есть.

– А что с бандитами? Их еще и поощряют?

– Болотина в упор не замечают. Банды уничтожают под корень без капли сожалений. Просто, место обмена и маршрут отхода, по определенным дням это неофициальное табу.

– Н-да. Белыми одеждами тут и не пахнет. Погоди, так эта самая Алина…

– Ты что, сдурел? Алина Витальевна реальная сваха. Никакого насилия или долговых обязательств. Все по взаимному уговору и никак иначе. Ездит с купцами по дальним хуторам, оставляет сведения о себе, собирает о местных. Исправляет несправедливость этого мира. Оно ведь как есть дальний хутор где увядает деваха или вдова молодайка а в округе для нее нет женихов. Так и остается старой девой. Алиночка же подыскивает таким пару. Разве только не среди аборигенов, а в Княжестве. Еще и весточки родным отсылает, чтобы никаких сомнений, что их кровиночка живет как честная жена.

– И многих уже успела оженить?

– За год, что она здесь, уже два десятка семей создала. И ведь рискует совей головой дуреха. Тут ведь какое дело. Могут и бандиты на купцов напасть, и команчи покуражиться, а то и сами купцы. Ну вернулись без нее, эка невидаль. Ничего не знаем, ухарь какой-то голову вскружил, вот и сбежала. Идите ищите.

– Это как это они не отвечают?

– А вот так. Вишь она что сделала в этот раз. Сорвалась с одного каравана, пересела на встречный и рванула в Невьянск, меня женить. И ведь не впервой так поступает. А девка видная. Бошку какому уроду сорвет, и поминая как звали.

– Н-да. Саня, но тогда, ты как честный мужчина просто обязан жениться.

– Чего-о?

– Ну как же, девушка ради тебя рисковала, а ты кабенишься. Так что, права она. Женись.

– И ты, Брут.

– Да брось ты, Саня. Уже ведь решил. Опять же, если внешние данные соответствуют Алине Витальевне… Лапин, тебе можно позавидовать.

– Это если она не окажется полной стервой.

– Ничего. Не подойдет, разведешься. При таком дефиците баб, она особо не задержится. Так что и тебе совестью мучиться не придется.

– Буду думать.

– Ну думай.

– Саня, ты как посидеть в трактире за бутылочкой? – С надеждой поинтересовался Лапин.

– А как же работа? – Удивился Бородин.

– Да какая к ляду работа. Пришла тут взбаламутила.

– Ладно. Сейчас переоденусь и пойдем. Слушай, а может ну его к ляду. Давай наберем все для пикника, да прокатимся за город. Оно и карету вашу обкатаем, и я прокачусь на этом чуде.

– Хм. А давай, – решительно рубанул Александр.


Глава 4. Сватовство

А ничего так домик у Алины Витальевны. Не в финском стиле, но аккуратный и ухоженный. А главное большой, в два этажа со множеством окон, как бывает при наличии множества комнат. Впрочем и обитателей в нем хватает. Во дворе возятся трое ребят, от восьми до двенадцати и две девчушки лет по десять. А бдит за ними уже считай девушка. Игорь не взялся бы с уверенностью определить ее возраст, но в интервале лет эдак от пятнадцати до восемнадцати. С девочками оно всегда сложно. Но похоже это не все обитатели дома. Потому как кто-то там мелькает в окне второго этажа.

Игорь с Александром прошли к калитке, примостившейся с краю домовладения. За ней дорожка отделенная от основного двора и соседского дома, все тем же невысоким заборчиком из штакетника. Ведет она к торцу дома, где примостилось крыльцо и дверь. За ней небольшая прихожая, с парой стульев и столиком с местной прессой. И еще одна дверь. Над полагать в рабочий кабинет свахи.

Серьезно у нее тут, с размахом. И что самое примечательное, ведь сидит посетитель. Парень лет двадцати пяти, причем на таких девчата вешаются гроздьями. Вот только незадача. В княжестве серьезный такой некомплект женского населения. Вот и приходится этому красавчику обращаться в брачное агентство.

– Здравств… – Михайлова тут же осеклась, едва ее взгляд уперся в Бородина.

Она как раз выходила из кабинета, да так и замерла с наполовину открытой дверью. Поначалу удивленный взгляд вдруг стал серьезным, если не сказать злым. Даже вроде бы зеленые глаза превратились в два уголька. Губы тут же сжались в тонкую линию.

– Здравствуйте, – жизнерадостно поздоровался Игорь, явно сознавая, что ему тут не рады.

– Опять? – Строго бросила девушка.

– Что, опять? – Возмутился подобному тону, ничего не понимающий Бородин.

– Вы опять пялитесь на мою грудь.

А что тут скажешь. Взял и залился краской. Игорь только сейчас осознал, что таки да, пялится. Не то, чтобы не отрывал от нее взгляд, но ведь он паразит скачет с лица на грудь и обратно. Нормальная реакция здорового мужика. До тех пор, пока в это не тычут пальцем.

– Алина Витальевна, здравствуйте, – подал голос Александр которого от девушки скрывала дверь.

– Александр Борисович, – и чего удивляться, если сама же назначила встречу.

– Игорь со мной в качестве, так сказать поддержки, – пояснил писатель.

– Боитесь сбежать в последний момент? – Тут же поспешила переключиться она с Бородина на Лапина.

Тот только слегка развел руками, мол, а чего вы хотите, коль скоро я еще не определился до конца. Признаться, Игорь этого не понимал. Или делай, или даже не начинай, а так…

– Я поняла, – и снова переключилась, но только теперь уж на парня. – Артем? Ты чего здесь? Правила я тебе обозначала еще в твое первое посещение, с законом о семье знакомила. Так какого ты сюда заявился?

– Алина Витальевна, ну ей богу, не виноват я. Ну ничем я ее не обижал. Пальцем не тронул. А она подорвалась и бегом к вам, – с жаром произнес, подскочивший парень.

– Ой ли? А она совсем другое говорит, – строго сдвинув брови, возразила девушка.

– Да не бил я ее.

– Я не про избиение. Ладно, заходи, поговорим. Александр Борисович, вы уж не обессудьте, но тут более спешное дело.

– Да ради бога, – с легкостью отмахнулся Лапин, как видно радовавшийся любой отсрочке, даже самой маломальской.

Игорь откровенно потешался, наблюдая за потугами своего товарища. Он сейчас представляет собой яркое воплощение картины – и хочется, и колется, и мамка не велит. И вчерашняя попойка с покатушками ничуть на это не повлияли.

– Видал? – Кивая в сторону закрывшейся двери кабинета, задал риторический вопрос Игорь.

– А чего ты ожидал? Кому понравится, когда его вот так беспардонно рассматривают. Тем более, после того как вы до этого успели поцапаться.

– Я с ней не цапался.

– Нет конечно. Ты просто предположил, что она решила наглым и беспринципным образом устроить свою жизнь, захомутав перспективного жениха. Причем недвусмысленно бросил это прямо ей в глаза.

– Кхм. Ну-у… Со стороны ее поведение выглядело именно так. Мы с тобой вчера на эту тему уже беседовали. И кстати, можно же сделать скидку на незнание местных реалий.

– Можно. А еще можно получив удар по левой щеке, подставить правую. Но ты ведь так не поступаешь.

– Отчего же? Семена ведь не трогаю.

– Пока, не трогаешь. А случись, так и припомнишь.

– Ладно. Может ты и прав. Слушай, а что это тут у Михайловой столько детворы? – Переводя разговор из неприятного русла, поинтересовался Бородин.

– Она не просто сваха, но еще и берет к себе на воспитание сирот и детей попаданцев. В этом доме сейчас проживает двенадцать детей. Семь мальчиков и пять девочек.

– Детский дом получается? А народ что же, к себе в семьи не разбирает?

– А что народ, Игорь? Много людей там, на Земле, заботились о сиротах? С какого перепуга они должны измениться здесь и начать забирать их к себе в семьи. Да хоть меня возьми. Вот режь на части, а я чужого ребенка не восприму как своего, и растить не смогу. Хотя у меня там и остались дети. Но то мои дети, своя кровь. А это чужая. При этом, смею надеяться, я все же неплохой человек.

– Да понял я. Не напрягайся.

– Не буду, – улыбнулся Александр. – Кстати, она и на Земле шефствовала над детским домом. Не сказать, что так уж много могла себе позволить, миллионы не зарабатывала, но кое-что все же выкраивала. А главное находила для них время. В этом вы с нею, родственные души.

– Я с этой стервой? Да не смеши мои тапочки. Лучше объясни, а что же это князь, весь из себя такой правильный, а о детских домах не позаботился?

– Ну, во-первых, я не говорил, что князь весь из себя правильный. Недостатков у всех хватает, и ошибки не совершает только тот, кто ничего не делает. Истомин же, чуть не с самого начала взвалил на себя этот груз и несет по сей день. И альтернативы ему, к сожалению нет. Во-вторых, детский дом есть. И средств на него не жалеют. Но и инициативу Алины Витальевны оставить без внимания не смогли. Опять же, ну не платит она в казну положенные пятнадцать процентов подоходного налога. Так и что с того? За то на свои средства растит и воспитывает двенадцать детей, что в итоге экономит казенные средства. Она ведь даже вот за этот дом, построенный по ее проекту, выплачивает кредит.

– Лихо.

– Еще бы.

– А что это за дела такие с этим парнем? Невесты что же, каждый раз бегают к Михайловой?

– Бегают. Да только она им не больно-то потакает. Тут ведь мужики в очереди стоят. Так что, поучать жену вожжами, как оно от веку на Руси повелось, лучше бы воздержаться.

– Это что же получилось, не понравилось, сорвалась и побежала в брачное агентство, этот муж плохой, дайте другого?

– Не совсем так. Бежать-то бегут. И Алина Витальевна предоставляем им на какое-то время прибежище. А там разбирается уже суд, согласно семейного кодекса. Только судья особо не рассусоливает. И кстати, если мужик не изверг, то никакого развода. Опять же, местные женщины не землянки, о равенстве полов и слыхом не слыхивали. Да и местные тут попритихли и всячески стараются найти крепкую мужскую спину. Словом, беготня такая не так чтобы и часто случается.

– Но бывает, – кивая в сторону двери кабинета, констатировал Игорь.

– Это да, – согласился Александр.

В этот момент дверь открылась и в приемную вышел красный как рак Артем, сопровождаемый Алиной Витальевной.

– Я с ней поговорю и все объясню. Но и ты уж будь добр, впредь будь поосмотрительнее.

– Да я…

– Я поняла. Все, иди на работу. Сегодня к вечеру уже верну ее домой. Иди, Артем, не сомневайся. Александр Борисович, проходите.

– Кхм, – замялся было писатель.

– Ладно уж, берите с собой вашу группу поддержки. Господи, ну как дите малое. А ведь в отцы мне годитесь, – пожав плечами, вздохнула она.

– Ну так может и того. Молода для меня невеста получается если сверстница ваша, Алина Витальевна, – явно с надеждой произнес Александр, проходя за Михайловой в ее кабинет.

– Прекращайте искать отговорки. И потом, к чему вам сверстница? Вы же недвусмысленно говорили о детях. А в этом деле, лучше уж чтобы жена помоложе была, – устраиваясь за своим столом, отвергла отговорки писателя сваха.

– Ну, местные-то не испорчены благами цивилизации, так что, проблем с деторождением нет.

– Александр Борисович, вы зачем пришли? – Посмотрев на клиента в упор, поинтересовалась девушка.

– Кхм, – только и смог прокряхтеть Лапин.

– Вот то-то и оно. Итак. С фотографиями у нас имеются определенные трудности. Но в общем и целом, внешность я вам описала. Девушка хорошая, не сомневайтесь. Отправляемся завтра, на купеческой самоходной барже. Я уже практически договорилась, осталось только заручиться вашим согласием и внести плату. И коль скоро вы уже тут, то я уже через час утрясу все формальности.

– А может на автомобиле? – Вдруг ни с того ни с сего, предложил Лапин.

– На автомобиле? – Вздернула бровь девушка. – Он же экспериментальный.

– Да рабочий агрегат, Алина Витальевна, – заверил ее Александр. – Просто, на пароходе этом, пока туда дошлепаем. Потом там ждать обратную оказию. А так, часа три туда, столько же обратно, и пару часов там. Даже если выедем сегодня, успеем обернуться. Два вооруженных человека, знающих с какой стороны браться за оружие. Не так все и страшно, – по своему расценив задумчивость девушки, заверил Александр.

– Я не о том, – отмахнулась Михайлова. – Н-нет. Сегодня никак не могу. Слишком много запланировано. Хотя с другой стороны, ввиду недолгого отсутствия, кое-что можно перенести на потом. Словом, мне нужно скорректировать свои планы.

– И не только вам. Саня, о таком вообще-то нужно предупреждать. И не все так уж благостно, как может тебе показалось, – поддержал девушку Игорь.

– А что такого? Автомобиль вполне рабочий. Без нареканий прошел двухсоткилометровый марш. Да там и ломаться-то считай нечему.

– Я вообще-то не о поломках. Это тебе повезло, и ты добрался до княжества не повстречав ни одной души. А вот мне довелось всласть пострелять.

– И что теперь, каждый раз трястись, и носа не высовывать за границу? А главное терять время? По реке эта сотня километров выльется во все полтораста. По пути купец будет приставать к берегу у каждого хутора. На то и самоходная баржа. Это считай те же плавмагазины. Ну и сколько будем добираться до места? А там, еще и обратную оказию ждать. Извините, но у меня столько свободного времени попросту нет, – упрямо гнул свое Лапин.

– Саня, но я ведь не говорю, чтобы отказаться от этой затеи. Просто, предлагаю получше подготовиться. Ну вот ты знаешь, как туда проехать по суше?

– Дорога на восток одна, – искренне недоумевая пожал плечами Лапин. – Тут главное знать, где с большака свернуть, – взгляд на девушку.

– Я знаю, – согласно кивнула девушка, которой доводилось путешествовать не только по реке.

– Вот видишь. Так что, тут и говорить не о чем.

– Ладно, с этим разобрались, – ничуть не собираясь уступать, произнес Игорь. – Идем дальше. Нужно привести к нормальному бою все наше оружие. Я, кстати, со своими стволами так до конца и не разобрался. Да и твой безлошадный экипаж стоит загнать в мастерскую к Андрею Васильевичу, чтобы еще раз все проверил. Алине Витальевне, порешать свои дела. Словом, есть смысл задержаться. А завтра, с утра, да по холодку, рванем к твоей ненаглядной.

Не сказать, что высказанные доводы для Лапина звучали неубедительно. Но все же на отсрочку он согласился с явной неохотой. Не иначе как причина вовсе не в потерянном времени. В конце-концов, писать он может и в пути. Глядишь, смена обстановки еще и на пользу пойдет. Просто, решил разом, как в омут с головой. Но тут уж Игорь ему не помощник.

– Л-ладно. Звучит убедительно. Кстати, Алина Витальевна, а что это у паренька приключилось? – Поинтересовался Лапин.

– Вам-то зачем? В сплетники решили податься? Или с сюжетами проблемы нарисовались?

– С книжками у меня никаких проблем. Просто я ведь тоже собираюсь на местной жениться. А к чему наступать на те же грабли, по которым уже хаживали.

– Резонно. Скажем так, имейте ввиду, что эксперементы в сексуальном плане аборигенками в подавляющем своем большинстве не приветствуются. Так что, поаккуратнее со свободой нравов двадцать первого века.

– Кхм. Я вас понял, Алина Витальевна.

– Да, чуть не забыла. Вот, это вам.

– Что это? – Принимая от нее исписанный листок бумаги, поинтересовался Лапин.

– Список подарков для близких родственников невесты. Не переживайте, там не так чтобы и много. Всего-то рублей на десять. А то нехорошо получится, я тут вас расписала в самых радужных тонах, а вы заявитесь как голодранец.

– Да я не о деньгах. Просто я с подарками как-то…

– Да вы особо не думайте. Просто берите все по списку. Передайте его в ателье, там все организуют и без вашего участия.

Остаток дня прошел в подготовке к предстоящему путешествию. Загнали авто на техническое обслуживание. Посетили ателье, оставив там заказ на подарки. Потом Игорь уволок Александра с собой сначала в оружейный и дальше на стрельбище. Впрочем, тот особо и не упирался. Пострелять Лапин любил. Оно конечно, накладно, боеприпасы достаточно дороги. Но не последнее же отдает, в самом-то деле.

Пристрелкой карабина Игорь остался полностью доволен. Как и изготовленными сошками, получившимися компактными и удобными. Конечно не то, что досталось Семену вместе с «Атаманом». Но с другой стороны, эти еще и легче, пусть те и изготовлены из авиационного алюминия.

Не оставил Бородин без внимания и мелкашку Александра, ТОЗ-78. Пятизарядный, легкий и оборотистый карабин, сам собой ложившийся в руки, оказался на высоте. Девятикратный прицел позволял без труда рассмотреть попадания на сотню метров. Хм. Игорю позволял. Лапин только безнадежно махал рукой, на свое посаженное зрение.

Оно понятно, что патроны к тозику на вес золота. Но с другой стороны, не стоило пренебрегать возможностью практически бесшумной стрельбы. Оно бы еще и глушителем озаботиться, благо ничего сложного в его изготовлении нет. Во всяком случае, для Спицына. Но Лапин в ответ на такое предложение только пожал плечами.

– И нафига попу баян. С тобой все понятно. Ты у нас маньяк по всему стреляющему, еще и в княжестве вряд ли усидишь. А значит и гражданство наверняка не примешь. Вон какие для тебя перспективы. Ну а мне-то это зачем?

– Неужели со стороны все так плохо? – Скосив взгляд на товарища, поинтересовался Игорь.

– А ты сам посуди. «Атаман» твой раза в два дороже той же чешской мелкашки. А посидел бы чуток на сайте, обождал, так обязательно нарвался бы хоть на такого же тозика. Но нет, тебе понадобилась обязательно пневматика. Еще и заправочная станция с баллоном полным гелия к ней. И стрелял ты с твоих слов полнотелыми пулями, то есть, ни разу не стандартом, а это как минимум пулелейка. Не подскажешь, сколько ты мог купить не обычных, а забугорных патронов к мелкану? Ну и кто ты после этого, как не маньяк?

– Н-да. Ну нравится мне.

– Да я не против, Игорек. Только не надо по себе мерять всех. Ну не нужен мне тот глушитель. А хочешь, я продам тебе своего тозика?

– Это с его-то золотым боеприпасом?

– Ну а когда тебя это останавливало?

– Кхм. Н-да. Нет, уж спасибо. Пока воздержусь. У меня не так все хорошо с заработками, как у некоторых, чтобы замахиваться на дорогие игрушки. Но это не окончательно, – поспешил поправиться Игорь.

– Да бога ради. Ты думаешь тут в очереди стоят на такие стволы?

– Ну, в оружейном я ни одного не вижу.

– Иногда появляются. Но о-очень редко.

Выезд прошел как-то уж очень буднично. Еще с вечера посетили дежурного по ополченческой роте и отметили выезд. С утра заскочили за Михайловой, удивившей Игоря.

Девушка оказалась очень даже боевой. На поясе, блеснувшим рядом латунных патронов, кобура с бульдогом. Оно и правильно, Смит-Вессон для нее слишком тяжелый и громоздкий. За спиной рычажный карабин, один в один Винчестер. Этот под револьверный патрон, с дальностью действительного огня до двухсот метров, с семью патронами в трубчатом магазине. И судя по всему обращаться с оружием она умеет.

Алина Витальевна, эдак по хозяйски задрала оба пассажирских сидения. Обнаружила короба под завязку забитые березовыми чурками, и подняла недовольный и одновременно вопросительный взгляд на Лапина. Тот только виновато пожал плечами.

– А что делать, Алина Витальевна, без запаса топлива никак. Сами посудите, где в дороге брать хорошо просушенную березу.

– Я понимаю, но ведь и багаж нужно где-то разместить. И приданое невесты.

– Да нужно мне ее приданое. Здесь все купим.

– Только не сморозьте это при ее родителях. Как только девочке исполняется лет пять, родители начинают собирать это приданое, а вы вот так, с легкостью от него отмахнетесь. Оскорбите не на шутку.

– Понял. Учту. А что до места, то его и в салоне хватает, и один из коробов освободится. Разместим, не сомневайтесь.

– Это если она пожелает расстаться со своим сундуком.

– Нет, ну сундук это уже перебор. Ей богу, – всполошился Александр.

– Хорошо. С этим уж разберемся. Ну что, поехали?

Михайлова по хозяйски устроилась на сидении, тут же замотала лицо платком, натянув на глаза очки, и вооружившись книгой. Вот и умница. Вот так и сиди. Не хватало только всю дорогу выслушивать твои колкости. А так, сидит себе, да книжку читает.

Очки кстати и на мужчинах. Такой уж транспорт. Мало пыли, так еще и насекомых всяких разных хватает. Пусть скорость и невелика, а вероятность попадания точно в глаз небольшая, лучше уж перестраховаться.

– А это что, сурепка что ли? – Поинтересовался Игорь, ткнув пальцем вправо, где раскинулось обширное желтое боле.

– Одуванчики, – бросив взгляд в указанном направлении, пояснил Александр.

– Ни хрена себе. А что это такое обширное и удобное поле стоит бесхозным. Да еще и вблизи от Невьянска.

– С чего ты взял, что оно бесхозное?

– Ты же сам сказал, что это одуванчики.

– Правильно. Но только не бесхозные, а очень даже возделываемые. Тут гевеи[4] нет, как нет и нефти, вот и выходит, что единственный источник каучука одуванчик. Есть конечно еще каучуконосные травы, но в нем его больше всего. Двадцать пять процентов. Говорят, что у нас на Земле таких показателей и близко не было.

– Тогда получается скоро будем кататься на нормальных шинах?

– Ага. Размечтался. Со ста гектар в лучшем случае получают десять тонн каучука. А возни с его возделыванием столько, что мама не горюй. Так что, это стратегическое сырье и использовать его на покрышки и камеры никто не станет.

В бодром темпе добежали до Лесного. Поселок как и Невьянск расположен на излучине реки, только куда более крутой и узкой. Название поселок получил из-за лесозаготовок на противоположном берегу и большой лесопилки, снабжающей пиломатериалами все княжество. Здесь же располагались и столярные мастерские, где изготавливали все, от оконных рам, до мебели.

Отметились на пограничном пункте, и покатили по ничейной территории. Н-да. Вообще-то Игорь ожидал чего угодно, но только не наезженной серой ленты, вьющейся вокруг лесных массивов, по открытым холмам и балкам. Качественно так наезжена дорога-то. Такое возможно только при частом использовании.

– А чему ты удивляешься, – хмыкнул Александр. – Места тут конечно слабо обжитые, но люди все же живут. Хутора разрастаются, становится тесно, появляются выселки. Между ними обязательно существуют проселки, которые сливаются вот в этот общий тракт. Порой проще выйти на тракт и сделать крюк по нему, чем ладить переправу через какой глубокий овраг. Ну и купцам нужно как-то передвигаться.

– И что, тут настолько активная торговля?

– Активная не активная, но она есть, как и движение по тракту. Да ты и сам обратишь внимание, когда нам начнут попадаться встречные.

– Вот, кстати. А как быть с встречными?

– По обстоятельствам, – неопределенно пожал плечами Александр.

Угу. Один из способов проявился буквально через минут двадцать, после того как они выехали за границу. Впереди показалась повозка. Кстати, не имеющая ничего общего с простой как молоток русской бричкой. Скорее уж грузовая повозка на рессорах. И такие тут были в ходу не то что у землян, но и у аборигенов. Даже у кочевников.

Так вот, при виде настигающего их, автомобиля, крестьяне предпочли свернуть с дороги, остановиться метрах эдак в двадцати. За оружие вроде как не хватаются, но и держат его под рукой. Это Игорь рассмотрел в бинокль, взятый у Лапина.

Ничего особенного, всего лишь семикратное приближение. Если не обращать внимание на дизайн, в виде соединенных двух небольших подзорных труб. Местная штучка, из находок мародеров. Стоит кстати изрядно. Оптика же. Но не так сердито, как земная. Со слов Александра бинокль достался ему в наследство от погибшего земляка.

Вот так и разъехались, с опаской посматривая друг на друга, и в готовности открыть огонь. Крестьяне, кстати, были из землян, пожелавших устроиться на особицу. По словам Лапина, вблизи границы аборигенов нет. Потому как неподалеку отсюда начинаются владения горцев, а те в свою очередь уж больно любят пограбить соседей. Вот и выдавили всех. С землянами не все так просто. Они все сплошь вооружены дорогим огнестрельным оружием.

– Слушай Саня, я вот все думаю и сообразить не могу. А чего это у местных такие проблемы с огнестрельным оружием? Арбалеты, к слову сказать, хорошие, в наличии, а ружей раз два и обчелся.

– У кочевников с ружьями совсем беда. У оседлых и горцев дела обстоят куда лучше. Но тоже не особо. Огнестрел дорогой. А все от того, что когда разразилась война, считай все арсеналы выгребли. Так что, оружие по большей части оказалось в действующих армиях, то есть, осталось гнить в поле. Остатки в городских арсеналах. Какая-то часть в оружейных лавках. А теперь припомни то, что аборигены и сейчас обходят стороной места сражений и городские пустоши. Да времени прошло полтораста лет.

– Хм. Это я что-то не подумал.

– Еще прикинь, такой расклад. Допустим, был в семье огнестрел. Но боеприпасы к нему давно уж вышли, за столько-то лет. Вот и забросили ненужную железяку до лучших времен. А она зараза возьми да проржавей. А то и вовсе перековали кусок годной стали на что-нибудь более полезное в хозяйстве. Можно конечно и на кремневки или фитили перейти, но это если умеешь делать порох. Много народу в нашем просвещенном веке знает как выделывать порох?

– Я тебя понял, – вынужден был признать Игорь.

Первую остановку сделали в пятидесяти километрах от границы. Повстречав за это время еще две крестьянские повозки, и двигавшийся навстречу купеческий караван, из одного трактора, и трех прицепов. Всякий раз приходилось разъезжаться с опаской и в готовности дать отпор. Даже Михайлова откладывала книжку, и бралась за Винчестер или, если быть более точным, местный Алабан.

Хутор Николаевский, отстроенный землянами, впору было считать небольшим поселком. Население более ста человек. Серьезные земляные укрепления, с продуманной системой огня. Заграждение в виде легкого забора на удалении в полсотни метров от рва. Как выяснилось, для предотвращения проникновения на минные поля разной животины. Вот так все серьезно.

В наличии имелось целых три трактора, с навесным оборудованием и прицепами. Что позволяло им обрабатывать достаточно большие угодья, вокруг поселения. Выращивали скот. Имели неплохую слесарную мастерскую и кузницу. Плюс торговая лавка и проходящие купеческие караваны, предпочитающие становиться у них на постой. Так что, Николаевский был эдаким центром для окрестных земель.

Впрочем, становиться здесь на постой в их планы не входило. Вытряхнули из генератора уголек, набросали новых чурок, долили воду и в путь. А он как оказалось не так чтобы и короток. Это Алина Витальевна эдак махнула ручкой, мол километров сто. По прямой, может и так, а вот по тракту, выходили все полтораста.

Одно радовало, подобные хутора имелись через каждые полсотни километров. Николаевский возник не на пустом месте. Но поселения аборигенов с завидной регулярностью жги горцы. В принципе, большинство горских вождей с головой дружат, и понимают, что подобный центр торговли им выгоден. Вот только большинство, это далеко не все.

Хватало и тех, у кого загребущие руки думали наперед головы. Правда, за последние несколько лет, что стоит Николаевский, число таких горячих голов поубавилось. Пара Гатлингов, и три десятка решительно настроенных мужиков поголовно вооруженных огнестрельным оружием, и продуманная система обороны, дорогого стоят.

Опять же, и князь про них не забывает, время от времени подбрасывает боеприпасы. Наличие подобного опорного пункта, на торговом тракте выгодно по определению. А вот склонять их под себя или выставлять здесь свое поселение Истомин не спешил. Армейский пост, полностью ляжет на плечи казны. Поселок требует постоянной защиты. Нахвататься задач как собака блох, просто. Ты поди потом вытяни весь этот воз.

Вот и обходится малым. Разве только, еще и патрули изредка заглядывают и оказывают посильную помощь. Было дело организовали горцам ловушку и настоящую головомойку. Просто так вышло, что патруль оказался на хуторе как нельзя своевременно. Вот и провели операцию общими усилиями, устроив настоящий огневой мешок…

– Стой.

Лапин без лишних вопросов выполнил приказ Игоря, остановив автомобиль. Вот же, йолки. Ну никак эта тарантайка не вяжется у Игоря с гордым именем авто. Но из песни слов не вычеркнешь, оно родимое и есть.

– И что будем делать? – Вглядываясь в стену леса, куда ныряла серая лента дроги, поинтересовался Лапин.

До этого дорога исправно петляла огибая все лесочки и рощи, встречавшиеся на пути. Оно и понятно. Бог весть как ту раньше шла дорога, хотя они и проехали уже два древних каменных моста. Но сегодняшний тракт проложен осторожными торговцами и крестьянами, а потому старательно обходил любую встречную зеленку. Тут же, дорога уходила под сень деревьев.

– Н-да. Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, – выдохнул Игорь. У нас есть только два выхода.

– Проскочить на полном ходу? – предположил Лапин.

– Саня, ты меня удивляешь. Я конечно понимаю, писатель. Но скажи, твои герои в боевиках вот так прут напролом?

– Ну знаешь, в книгах, оно и есть в книгах, – хлопнув себя по шее, резко ответил Александр. – Там не больно-то замарачиваются такой мелочью, как грузоподъемность главного героя, когда речь заходит о сборе трофеев. Или вот, напрочь забывают про комаров, про то, что даже прогулка по дикой траве ничуть не сопоставима с таковой во асфальту или газону. Да и о том, что пыль буквально въедается в кожу уже через полчаса катания по пыльным дорогам. Да много чего еще.

– Назад мы не поедем, – безапелляционно заявила Алина Витальевна, явно уловив в тоне жениха, что-то такое эдакое.

– Почему? – Полуобернувшись, полюбопытствовал Игорь.

– Потому что, это глупость, поворачивать назад при первой же трудности. Потому что, караван на котором я рассчитывала отбыть из Невьянска, уже ушел. Путешествовать же по реке в одиночку, еще большая глупость, чем по суше. Кочевников гораздо больше, жизнь у них скудная и они куда чаще промышляют у Большой реки, чем горцы спускаются с гор на большую дорогу, – выдала она каламбур, и как итог припечатала. – И наконец, если мы вернемся, вы оба можете навсегда забыть ко мне дорогу.

– Ясно. Тогда вариант с возвращением отпадает, – ничуть не стараясь скрыть то, что он его рассматривал, произнес Игорь.

– И каков же второй вариант? – С язвинкой поинтересовалась Михайлова.

– Он очевиден, спрыгивая на землю, и разминая ноги, ответил Бородин. – Я иду вперед передовым дозором. Вы следом, со скоростью пешехода.

– Вы издеваетесь? Я здесь ездила с купцами, лес тянется километров на пять.

– Это плохо, – искренне вздохнул Игорь, жалея себя любимого. Оно конечно могло быть и хуже, но и так получается изрядно. – Саня, дай мне минуту, и двигай следом. И ради бога, не спеши.

– Понял.

– Оружие держите под рукой. Дамочка, вас это тоже касается.

– Не смейте разговаривать со мной в подобном тоне. Тоже мне, великий воин и стратег.

Ну что ты будешь делать Неисправима. Впрочем, сам хорош. Чего провоцировать, если точно знаешь, что обратка от нее не заржавеет.

Потопал ногами обутыми в берцы. Проверил шнурки. Как держится снаряга, не бряцает ли что. Поудобнее перехватил карабин и тенью скользнул к деревьям, и пригнувшись скрылся в подлеске не потревожив листву. Только оказавшись под сенью крон, отчего-то сообразил, что только что, попросту выделывался. Зачем? Он и сам не знал какой дать ответ. С одной стороны, вроде как хотел уесть эту занозу своим профессионализмом. Но с другой-то, как будто намеревался произвести на нее впечатление. Дурдом, одним словом.

Если под открытым небом был достаточно жаркий июньский день, то здесь было свежо и прохладно. Признаться, он подозревал, что тут наоборот будет парить. Но ничего подобного. Зато всякой летающей, ползающей кровососущей нечисти просто море. Вот уж когда будешь благодарен очкам на манер лыжных, привычке надевать на стрельбище перчатки и горку. На голове шляпа с полями, на лице, как у заправского ковбоя натянута бандану. Это было сделано еще от пыли, но и сейчас очень даже в тему.

Двигался довольно быстро. Тем более, что проезжающие здесь купцы наверное считали своим долгом изводить подлесок. Ничем иным его редкость вблизи дороги Игорь объяснить не мог. По лесу же ему бегать не привыкать. Побегал благодаря военному многоборью. Да буквально неделю назад с парнями устраивали очередную охоту друг на друга. Дядьки-то взрослые, но в войнушку любят поиграть, куда детям.

Примерно километра через два, обнаружилась причина прохождения дороги через лес. Глубокий овраг со скалистыми берегами, пересекал очередной каменный мост. И ясное дело, не новодел. Новые ему только в Невьянском княжестве попадались и сплошь деревянные.

Оставшиеся километры проделанные по лесу ничего кроме усталости не принесли. Ну и слава богу. Он готов платить подобную цену. Только бы не неприятная встреча. Кстати, и с купцами при таких раскладах лучше не встречаться. Наверняка охрана примет за бандита, и будут действовать соответственно.

Н-да Насчет цены, это он лихо так накаркал. И Алина Витальевна, зар-раз-за такая, ни слова, ни полслова. Еще трижды дорога вела через лес. И каждый раз ему приходилось проделывать тот путь пешком. Как результат, они изрядно так задержались в пути, а он вымотался как собака.

В пути была еще одна остановка на очередном хуторе. Следующий должен был быть уже на границе земель Бурката, до которых они должны были не доехать километров десять. Вот только очередная дозаправка газогенератора случилась несколько раньше, хутора. Как имел место и перерасход воды.

Но с последним не так чтобы и страшно, бак мог вместить двойной запас. А вот повышенный расход газа, симптом не очень хороший. Все же изрезанная местность, по которой пролегал тракт, и равнина, на которой располагалось княжество, несколько несопоставимы.

– Александр Борисович, здесь поворачиваем налево, – раздался из-за спины голос Михайловой.

– Где? – Остановив авто, поинтересовался Лапин.

– Вон у того камня, – привстав на ноги, и указывая пальчиком на белый валун, выступающий из травы шагах в двадцати, уточнила она.

Подъехали. Александр вновь остановился. На этот раз по настоянию Игоря, который с недоумением смотрел на стежку, убегающую влево. Спрыгнул на траву, сдернув с лица бандану, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Дос-стала пыль. Вот ни неженка ни разу, но езда на этой тарантайке, то еще удовольствие.

Н-да. Этот проселок не шел ни в какое сравнение с торговым трактом. Нечто похожее на изрядно заросшую дорожную колею. Пользовались этим путем явно нечасто.

– Это дорога? – Усомнился Игорь увиденному.

– То есть, вы не провели здесь еще и неделю, но уже успели опылиться мужским шовинизмом настолько, что отвергаете саму возможность умения женщин ориентироваться на местности? – Даже не пытаясь скрыть своей неприязни, язвительно поинтересовалась она у Бородина.

– Во-первых, с чего бы мне опыляться, когда я и на Земле придерживался того простого обстоятельства, что каждый должен быть на своем месте, – довольно резко ответил Игорь. – Во-вторых, географический кретинизм, одна из весьма распространенных женских черт. В-третьих, тут не так чтобы и много ориентиров, чтобы вы могли ошибиться. И наконец в-четвертых, вы кажется говорили о том, что хутор тот большой, а значит и дорожка должна быть чуть посерьезнее.

– Закончили? – Смерив его высокую фигуру ироничным взглядом, поинтересовалась девушка.

– Закончил, – подтвердил Игорь.

– Так вот. Насчет каждый должен быть на своем месте, это вам к моему бывшему. Помнится, он предпочитал сидеть перед компом за какой-нибудь игрушкой. При этом непременно с бутылкой пива, купленной на мои или родительские деньги. Географическим кретинизмом я не страдаю, и у меня отличная память. К примеру сейчас я наблюдаю как минимум три ориентира, и две отметины на этом самом валуне, указывающие на мою правоту. И наконец, что касается этой стежки. Поверьте, есть и куда менее наезженные проселки. Надеюсь я развеяла ваши сомнения?

И эдак нарочито поправила свою грудь, словно ей что-то мешает. Причем сделала это так… Только теперь Игорь сообразил, что снова все время блуждает взглядом между ее лицом и грудью. Ну вот ничего не может с собой поделать, хоть тресни. Как и с краской залившей его лицо до кончиков ушей.

– Александр Борисович, может уже поедем? Признаться, я за сегодня уже изрядно устала и хотела бы отдохнуть, – откидываясь на полумягкую спинку сидения, предложила она.

– Ну что Игорек, уела она тебя, – не выдержав хохотнул Лапин.

– У такой не забалуешь, – поддержал шутливый тон Игорь.

Вот только подспудно он желал, чтобы они непременно заблудились. В смысле, промахнулись мимо этого клятого хутора. Уж по своим-то следам они всегда сумеют выйти на большак. Ну раздражала его эта язва и все тут.

Впрочем, надежды его не оправдались. Через какой-то десяток километров, после очередного взгорка, перед ними предстала панорама большого озера, на берегу которого расположился хутор рода Найхтан, обнесенный высоким частоколом. Рва с валом конечно не было, но никаких сомнений, ловушек и волчьих ям вокруг понатыкано изрядно. Просто не может быть иначе.

А вообще, хутор и впрямь немаленький. Душ на шестьдесят. Правда, расположился он не так вольготно, как Николаевский. Впрочем, у землян и подход к обороне совершенно иной. Опять же, если хутор стоит уже не один год, а то и десяток лет, то и с обороной у них все в порядке.

Гостей встретили настороженно. Закрыв ворота, и взяв под прицел нескольких ружей. Игорь сумел рассмотреть и парочку ухарей с арбалетами, засевших в кустах. Грамотно устроились, нечего сказать. Но и Бородина не в дровах нашли. Так что, пусть и не сразу, но рассмотрел.

Впрочем, стоило только Алина Витальевне снять с лица платок и очки, да подать голос, желая здравия хозяевам очага, как настороженность тут же сменилась радушием. Вот как по мановению волшебной палочки. Р-раз и готово.

Да еще и радостно так возбудились. А как же иначе, коль скоро гости заявились на эдакой невидали, как автомобиль. Понятно, что паровой техникой их не удивить. Наблюдали купеческие караваны, да у самих вон, трактор стоит. И не смотри, что древний, очень даже на ходу. Ну паровоз паровозом. На его фоне, авто гостей был самым настоящим мерседесом.

Впрочем, возбуждение выказывала только детвора. Взрослые предпочитали вести себя более степенно. Мол дел по горло, чего хороводы водить. И это несмотря на то, что близится закат и пора бы закругляться с дневными заботами.

Гостей сразу же наладили в баню, смыть с себя дорожную пыль. Игорь ни слова не понимал, разве только догадывался по смыслу, ну и переводу Алины Витальевны. Поначалу решил было, что мыться будут по очереди. Но как выяснилось, баня здесь довольно просторная и поделена на две части, мужскую и женскую.

Признаться с баней никто под гостей не подгадывал. Просто так уж вышло, что они пожаловали в субботний день. Ну или эквивалент субботы. Во всяком случае, аборигены так же жили по семидневкам.

Да какая собственно разница. Баня после такой дороги, и стольких километров маршброска по лесам. Это нужно испытать на себе, чтобы суметь по настоящему оценить. Единственный раздражающий момент был связан с необходимостью уступить место девушке. Впрочем и тут он не успел как следует расстроиться. Как выяснилось, у бани имелась одна общая печь, но две половины, мужская и женская.

После омовения настало время знакомства, ради чего накрыли настоящий праздничный стол. И Алина Витальевна наконец смогла представить своих спутников. Ну и жениха в частности. Игорь ни слова не понимал, разве только улавливал общий смысл.

Очень похоже на театрализованное представление. Да какой там похоже. Это оно и есть. Просто называется сватовством. Причем, Александр выглядит настолько неловко, путается, краснеет, мямлит, шмыгает носом и все время стреляет взглядом в Игоря, мол выручай. Ага. Знал бы как.

Да и знал бы, не влез. Ну его. Семья это дело такое, вот так с самыми добрыми намерениями сунешь нос, а тебе оттуда и прилетит, причем с обеих сторон. Не-э. Это без него.

Зато эта стервозная пигалица… Хм. А ведь ее как подменили. Весела, говорлива, да еще и как бы не в стихотворной форме закладывает. И по довольным лицам хуторян видно, что Михайлова ведет процесс со знанием дела. Вовремя подталкивает жениха, направляя с тем или иным подарком к тому или иному члену семьи.

Наконец, глава рода, эдакий кряжистый, седой как лунь, но все еще крепкий бородач, хлопнул себя по колену, мол уговорили речистые, где наша не пропадала.

– Ганка!

И голос что твоя иерихонская труба. Эдакий как гаркнет, так родичи небось обделываются. Ему бы парадом на Красной площади командовать. Без микрофона и усилителей. Даже с прохождением бронетанковой техники управился бы.

А вот и невеста. Хм. А не соврала сваха. И впрямь, лет двадцать пять, миленькое личико, грудь, фигура, рост, все в кассу. Красная, хоть прикуривай. Хотя-а. Два сапога пара. И так ее обернут перед женихом и эдак. Дед даже шлепок пониже спины отпустил, мол эвон какая красота.

Блин! Но ведь и правда красота! Кстати, при всей общей схожести, Алина Витальевна проигрывает девице. В этой самой Ганке, есть что-то первозданное, естественное… Ну вот не знал Игорь как объяснить свое впечатление при виде красавицы. Как не мог и в толк взять, как такая красотка могла остаться в старых девах.

А то что крест на себе поставила и не появись тут Михайлова, осталась бы одна, никаких сомнений. Хотя бы потому что по ее взгляду видно, она не верит в происходящее. Воспринимает это как чудо. Пусть и недавно отбыла отсюда эта пришлая, пообещав что вскоре вернется с суженным, но не верилось в такое. И вдруг…

– Фу-ух, умаялась, – опускаясь на лавку рядом с Игорем, произнесла раскрасневшаяся Михайлова.

А и то, как не умаяться. Вон ни одного танца не пропускает. И эдак отплясывает, куда местным. А потом, подношение выпей, за здоровье накати, за молодых опрокинь… Хорошо хоть подавали не крепкое вино, а брагу. Приятную на вкус, и с малым градусом. Что покрепче подносили мужчинам.

Сивуха. К тому же мутная. Игорь нюхнув брагу, предпочел бы выпить ее, но нельзя. Не поймут. То женский напиток. Пришлось давиться вонючим самогоном. Хорошо хоть никто не приставал, по поводу того, что гость не пьет по полной.

– Игорь Юрьевич, вы на самогон-то не налегайте.

– Да будь моя воля, вообще не пил бы эту сивуху.

– Ну так и не пейте, – пожав плечами, ответила девушка.

– А хозяева не обидятся?

– Не обидятся, не переживайте. Я сказала, что вы охранник Александра Борисовича, и по долгу обязаны быть готовыми защитить своего работодателя. Так что отнеслись с пониманием, – лукаво стрельнув в него взглядом, пояснила она.

– Вот за это спасибо, искренне поблагодарил Игорь.

– Пользуйтесь, – благосклонно позволила она и вновь упорхнула ввинтившись в очередной разбитной танец.

Гуляли примерно до часу ночи. Не так чтобы и рано, между прочим, с учетом тяжкого крестьянского труда. Это молодым, трава не расти. С первой звездой убежали из дома, на гулянье и с рассветом вернулись. А потом весь день пашут как ломовые лошади. Родители на их проказы сморят сквозь пальцы, пока те дело свое делают исправно. А как лодыря начал справлять, то какие уж тут гулянки. Ремня, и спать, чтобы с утра за работу.

Нет, никакой тут ошибки нету. Хутора рассыпаны по округе как редкий горох. И там проживают семьи. И праздники у них общие есть. И о свадебках на тех праздниках сговариваются. И молодежь гуляет на гульбищах, куда порой за десять верст бегают. А куда деваться-то. Правда, случается, что и беда через такие гулянки случается. Ушло дитятко и хорошо как потом хладный труп сыщут. А то ведь бывает и вовсе без всякой вести. Места-то вокруг лихие.

Вот только молодежь это не останавливает. Да и родители понимают, что иначе никак. Жизнь она свою дань требует. И если повезет, то лишь пустыми треволнениями, оборачивающимися в конце-концов семьями чад и внуками. А не повезет… Жизнь на этом не останавливается, и недаром детей в семья аборигенов мало не бывает.

– Игорь Юрьевич, вам постелили на сеновале, – указав в нужную сторону, пояснила ему Михайлова.

– А Саня?

– Вы что? Жениха на сеновал? Да хозяев потом на смех поднимут. Спать ему на мягкой перине, пуховой, без единого перышка.

– И не одному, – поддержал девушку Игорь.

– С чего бы это?

– Ну как же…

– А никак. Слово дадено, но свадьбы пока еще не было.

– Погодите, как это не было. А как же тогда…

– По разному бывает. Нередко увозом, словно похищаю невесту. Это как оправдание родителям. Они ведь и дочку замуж выдать хотят, и именем своим поступиться никак не могут. Но и женихи далеко не всегда имеют возможность вот так, вырваться за невестой. Да элементарно трусят. Тогда я «похищаю» невесту и определяю в Невьянске. Но случаются и вот такие, либо вези жениха сюда и мы тут пусть по быстрому, но свадебку играем. Либо катись колбаской, по малой Спасской.

– А как же тогда насчет, обернуться за день?

– Обманула, – пожав плечами, с легкостью пояснила она. – Да стоило только Александру Борисовичу прознать, что мучения его продлятся несколько дней, так он бы вообще зарекся куда-либо ехать. А так-то, уже на месте.

– И на сколько дней мы попали?

– Минимум на три. Нужно же соседей созвать, да пир закатить, да венчать в местной церкви.

– Так он же…

– А им до этого дела нет. Будь ты хоть леший, а с невестой перед алтарем предстань. Кстати, чем-то похоже на наше венчание, как и сама вера во многом перекликается. Только вместо креста у них круг, с пятиконечной звездой внутри, символизирующей спасителя которого казнили на колесе.

– Ясно. Ладно, пойду устраиваться на ночь.

– Игорь Юрьевич, – окликнула она его, когда он отошел на несколько шагов.

– Да?

– Возможно вас ночью навестят. Так вы не пальните с дуру.

– Не понял, – возвращаясь к Михайловой, стал настаивать на объяснениях Игорь.

– Вы что, глупый?

– Я-то нет.

– А раз нет, то идите и не наделайте глупостей. И хватит пялиться на мою грудь. Идите на сеновал, там и будет вам счастье, – как-то уж больно резко бросила девушка.

Вот ей богу, не общайся он с ней уже три дня, и не знай каким стервозным характером она обладает, решил бы, что она взревновала. А так… Да бред. Просто очередной взбрык.

Интересно, ее намек вообще имеет под собой основания? Хм. Очень может быть, что народ не настаивал на том, чтобы он пил, по какой-то им одним ведомой причине. Ну вот хотя бы привнести в их род свежую кровь.

Испытывает ли он по этому поводу неловкость? Хм. Признаться да. Кто его знает, какую бабищу там принесет. Вдруг такую, что и топором не отмашешься. Он кстати парочку таких видел. Причем смотрели они на него очень даже игриво. Да ну нах… Он столько не выпьет, а ведь еще и пить-то не пил.

В остальном же, отношение к возможному приключению сугубо положительное. Он и на Земле-то никогда не был праведником. Хотя и не сказать, что так уж часто хаживал налево. Потому как жену все же любил. Но бульдог на всякий случай, он все же будет держать под рукой. Мало ли как оно все обернется. Вдруг вместо бабенки заявится злой и ревнивый воздыхатель. Не Игоря, ясное дело.


Глава 5. Деловое предложение

Н-да. Сватовство со свадебкой удались на славу. Народ набежал с окрестных хуторов, и был принят со всем радушием, на какое только был способен род Найхтан. Как выяснилось наличие в роду старой девы, ронял его авторитет в глазах окружающих. За мужчин такого рода с неохотой отдавали своих девчат, и не хотели брать девушек к себе. Боялись сглаза, порчи и просто считали плохой приметой, связываться с такими неудачниками.

Ганка в свои двадцать пять была как бельмо на глазу. Вроде и своя кровиночка, и в то же время источник неприятностей. Род же ветвистый, крепкий, имеет три семьи на выселках, и тут такая незадача. Именно сообразуясь с авторитетом среди соседей, глава рода не мог и помыслить о том, чтобы выдать внучку замуж увозом. Только свадьба, причем с таким размахом, какого еще не было.

Ну а как организовать такое торжество в кратчайшие сроки? Правильно, никак. Опять же, свадьбу лучше играть в субботу, чтобы у похмельных гостей было время в себя прийти. Пили тут редко, но крепко. Вот и пришлось гостям прожить на хуторе целую неделю. Уж как Михайлова и Лапин не ратовали за отъезд. Да еще и Игорь постоянно подзуживал их, мол валить надо.

Да только все без толку. У главы рода свои думки. Негоже отдавать девку с поспешностью, едва только постучались в дверь. Нужно подойти к этому делу обстоятельно. Он бы еще и отложил бы свадьбу до окончания сбора урожая. Да только понимал, что тогда уж потеряет зятя.

Понятно, что сваха приведет другого. Раз уж катается в такие дали, то туго у пришлых с бабами. Но и завидного зятя не из последних терять не хотелось. Эвон, на своей самоходной повозке припожаловал. Так что, свадебку организовали за неделю. Все чин чином, с похмельем и торжественным выносом простыни с ложа новобрачных.

Игорю же гостить на хуторе разонравилось уже на второй день, когда одну ненасытную вдовушку, сменила вторая. Никаких нареканий по поводу внешности. Порядка тридцати лет, сбитые, кровь с молоком, настоящие деревенские красавицы. Он даже не на шутку возбудился, когда понял, кто именно забрался к нему на сеновал. Измотала она его до последней стадии. Но Бородин все же не ударил в грязь лицом.

Однако пришла вторая ночь, и другая вдовушка. И тут уж им начали овладевать сомнения, а столь ли он крепок, чтобы выдержать еще одну такую ночь. Н-да. Выдержал. Причем всю неделю. Вдовушки менялись с завидной регулярностью. Он же трудился бессменно.

Заявил было Михайловой, что с него хватит, но так зашикала и замахала на него руками, как ветряная мельница. Мол не смей. Терпи и работай. Им дурная слава ни к чему. И вообще, он сейчас трудится на благо земного анклава, потому как лавры крепких мужчин позволят с большей легкостью уводить невест из домов аборигенов.

Вообще-то, он был уверен, что ославится. Ну не гигант он и все тут. Но… Что там Алина Витальевна вещала о скромности и сексуальной сдержанности местных? Бре-эх-хня! Бабенки оказались теми еще затейницами. Мертвого из могилы поднимут.

Правда, к испытываемым им трудностям, отнеслись с пониманием, внеся в его рацион тонизирующие добавки. Н-да. Но свалить все одно хотелось. И побыстрее. Это же уже не удовольствие получается, а труд тяжкий.

Впрочем, как выяснилось трудился он на благо рода и с ведома его главы. Вдова она ведь не покидает мужнин род, а остается в нем. Порой снова сходятся с кем из вдовцов рода. Но случись пожелает уйти… Никто препятствий чинить не будет, но детей придется оставить, потому как они принадлежат роду.

А какая мать оставит детей? Вот и живут в семье покойного мужа. И зачастую до конца дне спят в холодной постели. Ну и как тут не потрафить невестке, чтобы она малость душу отвела. И уж тем более с приезжим, которого уже завтра и след простынет.

А повезет, так еще и в тяжесть войдет. Понятно, что ее поучат, за непристойное поведение. Но учить будут с оглядкой, так чтобы не навредить дитю. Потому как пополнение рода, и свежая кровь. А уж кровь пришлых так и вовсе ценилась…

– Саня, ты больше не женись. Ладно? – Оглянувшись на удаляющийся хутор и помахав рукой двум бабенкам, вышедшим за частокол, попросил Бородин.

– Что тяжко? – Хохотнул в ответ Лапин.

– Да не то слово. Как представлю, что мне еще и по лесам передовым дозором бегать, так и вовсе выть хочется.

– Не переживай. Ты ведь знаешь, я переделывать по нескольку раз не люблю.

Вот только это и обнадеживает, – вздохнул Игорь.

Примерно через двадцать верст они подъехали к первому лесочку. Бородин про себя отметил, что ширина у этого языка всего-то километра два. Мелочи. Пойдет в качестве разминки. Правда стоило только соскочить на землю, как мысли о разминке сразу же показались преждевременными. Тело отозвалось болью в каждой клетке. Хм. И в особенности в причинном месте.

Покривился, так, чтобы устроившиеся на сидениях девушки ничего не увидели. Проверил подсумки с запасными магазинами. Извлек из кобуры и переломив ствол, проверил патроны в барабане. Та же операция с бульдогом. Хм. К его возвращению Иван Аркадьевич уже должен будет изготовить скорозарядники. А пока, так, по старинке. Взял в руки карабин, и на половину отвел затвор, убеждаясь, что патрон в стволе. Ну и за одно став оружие на боевой взвод.

– Еще что-нибудь придумаешь, Игорек? Или давай уже проскочим по быстренькому? – Видя как товарищ тянет резину, предложил Лапин.

– Не Саня. Не пойдет. Оно ведь как как расслабился, так и беда припожаловала.

– Можно подумать, когда не расслабляешься ничего не приключается.

– Приключается, – согласился Бородин. – Только тогда ты готов, и до беды зачастую не доходит.

Еще раз вздохнул. Встряхнулся как матерый котяра, и припустил к кустам. Несколько секунд, и ветви подлеска сомкнулись за его спиной.

К его удивлению, действительность превзошла все ожидания. Первый лесок он проскочил просто на ура. Наверное застоялся за прошедшие дни. Остальные так же преодолевались с относительной легкостью. Возможно причина заключалась в том, что в основном двигаться все же приходилось под уклон. Вот с последним, самым протяженным лесным участком пришлось помучиться. Тут что спуск, что подъем, вполне сопоставимы.

– Ну ты как, Игорек, – с нескрываемым участием поинтересовался Александр, у приближающегося товарища.

– Вот не поверишь, Саня. Отлично.

– Даже так? – Удивился Лапин, наблюдая явное несоответствие уставшего вида и бодрого заявления.

– А ты как думал! Сам посуди, этот лес последний. Через пару десятков километров Николаевский. А там последний бросок и Невьянск, – устраиваясь рядом с водителем, жизнерадостно произнес Игорь.

– Это да. Муторная половина пути осталась позади, – согласился Лапин. – Теперь быстро пойдем. Максимум три часа и мы дома.

– Слушай, я все спросить хотел. А чего это, если в этих краях такая ситуация с разными болячками, то при въезде в княжество не организованы никакие карантины.

– А чего попусту дуть на воду? Вот сталкеры, те да, для них карантин обязателен. Потому как, пусть и в защите, но где только не лазят. Остальные так, беглый осмотр на границе и вперед.

– Не слишком мягко?

– А жестко не получится, – пожал плечами писатель. – Границу ведь наглухо не запрешь. Карантины ударят по купцам. А это повлечет усложнение отношений с островитянами, как следствие ударит по казне. Словом, одни минусы.

– И что? Вот так все на авось?

– Ну почему же на авось. Эпидемиологическая служба в Невьянске довольно серьезная. Есть институт участковых врачей, которые раз в месяц посещают каждый дом на своем участке. Мало того, несут персональную ответственность за выявленные нарушения.

– Ясно. Саня, ты за давлением в газогенераторе следишь? – Переведя взгляд на приборную панель, поинтересовался Игорь.

Ну что тут скажешь. Медленное передвижение, как и подъем в гору на самым отрицательным образом сказывается на экономичности. И пусть прошлая остановка была примерно тридцать пять километров назад, газогенератор уже выдыхался.

– Я вижу Игорь. Вот сейчас на этот склон поднимемся и остановимся на заправку.

– Будем торчать как одинокая каланча.

– Зато оттуда обзор на несколько километров окрест. Сам вспомни. Так что, к нам никто и близко не подберется. А если кто появится, так мы и слинять успеем. Не угнаться лошади за нами.

– Это да. Ладно, убедил. Тянем до вершины.

Бодрое чух-чух-чух, сменилось более тяжким, натужным и авто сбавило ход, взбираясь на подъем. Не сказать, что скорость упала столь уж серьезно, но как результат их догнала пыль. Они конечно укутаны с ног до головы, но признаться это мало спасало, а потому и накрывшее их облако радости не доставило. Начало июля, дожди остались в прошлом. Земля и дороги в частности стремительно теряли влагу.

– Влево! Поворачивай! – Выкрикивая это, Игорь даже привстал, ухватившись за раму ветрового стекла.

– Да поворачиваю я, – сквозь зубы бросил Александр.

– Что там случилось, тут же всполошилась Алина Витальевна, подскакивая на ноги, и подаваясь вперед.

– Сидеть дура! Вывалишься! – Зло бросил Игорь, даже не думая подбирать выражения или тон.

Автомобиль свернув с пыльной дороги, вломился в высокую траву и запрыгал по неровностям целины, выписывая довольно большой радиус поворота. Завидевшие их всадники уже пустили коней во весь опор. Секунд двадцать и они будут на вершине.

Практически слитно прозвучало сразу два винтовочных выстрела. С точностью полный швах. Крупная свинцовая пуля довольно громко вжикает, а потому слышна, даже если пролетает на расстоянии в несколько метров. Игорь же ничего не услышал. Зато никаких сомнений относительно намерений незнакомцев.

Александр уже закончил разворот и снова выкатывался на дорогу. Нечего было и мечтать развить большую скорость по целине. Тут ехать нужно аккуратно, иначе разобьешь всю подвеску. Причем, в прямом смысле этого слова. Так что, дорога и только дорога.

– Саня, гони!

Игорь выхватил из зажима свой карабин. Следом мелкашку Лапина, благо все оружие у них заряжено. И пока авто в повороте двигалось медленно, выпрыгнул наружу. Скорость так себе, поэтому решил обойтись без перекатов. Уж больно неудобно кататься с двумя карабинами, да еще учитывая то, что один из них требует бережного обращения.

Едва пятки грянули оземь, как Бородин пробежал несколько шагов. Оглянулся убеждаясь в том, что урез подъема надежно укрывает его от всадников. Порядок. А вон и одинокий куст шиповника. То что мамка прописала.

– Какого ты делаешь! Гони говорю! – Заметив, что Александр сбавляет ход, выкрикнул Игорь.

– Игорь…

– Гони, дебил! В гробину душу мать нехай!

Все, уговаривать больше некогда. Секунды убегают как вода в решете. Несколько стремительных шагов и он заваливается в траву, лихо заехав на левом боку под куст. Бог весть, что о нем подумал Лапин, но приказ выполнил. Вдавил педаль акселератора в пол, и авто бодро зачухало с горки, с каждым метром набирая скорость.

Время! Время! Игорь поспешно отжал кнопки и выставил сошки лапинского карабина. Выдвигать на всю длину нет времени. Сойдет и так. Следом отщелкнул клипсу на своих самодельных, которые под действием пружины тут же разложились. Вот молодец Иван Аркадьевич, что тут еще скажешь. Качество на высоте.

Лег на живот в направлении удаляющегося автомобиля. Вооружился мелкашкой и замер. Ну же! Уже слышен топот копыт. Главное чтобы они не сильно растянулись, иначе засада не сработает. Вот не хотелось ему никого выпускать. Потому как сам он нипочем не успокоился бы и постарался достать обидчиков. Учитывая же то, что дорога извилистая, и знание местности, может получиться очень больно.

Первые двое выметнулись на вершину, и погоняя коней помчались вниз по склону. С небольшим отрывом еще один. Потом еще. И наконец последний, у которого поперек седла переброшена человеческая тушка. Живой, ясное дело. К чему возить труп. Игорь отметил для себя, надетые на пленника джинсы. А кто же еще-то, коль скоро ноги у него связаны.

Никто его не заметил. Что в общем-то и не удивительно. Вон она добыча, уходит в отрыв. Игоря же вполне надежно прикрывает куст, и неброская одежда цвета хаки.

Поймал в прицел последнего всадника отдалившегося от него всего-то метров на пятьдесят. Выстрел прозвучал как-то несерьезно. И никаких сомнений остался незамеченным горцами. И тем не менее, всадник выгнулся дугой, потянув вожжи. Ошалевшая от подобного обращения лошадь сходу присела на задние ноги, и полетела кубарем, подминая под себя обоих наездников.

Отстраненно подумав о том, что после эдакого падения землянин может и шею себе свернуть, загнал в ствол следующий патрон. Мгновение и птичка садится точно между лопаток предпоследнего всадника. Метров сто, не меньше. Выстрел! Есть! Этот вздрогнул, словно ему прострелил спину радикулит и начал останавливать лошадь.

Выяснять что с ним и как некогда. В том что попал сомнений никаких. С остальным разбираться будет после. Двое вырвавшихся вперед выстрелили один за другим. Из автомобиля раздался ответный выстрел. Это Алина Витальевна из Винчестера старается. Больше некому. Александр ведет авто. Ганка, та вроде как и с оружием-то обращаться не умеет.

Показалось или он и впрямь видел только одно облачко дыма, после выстрелов преследователей? Некогда! Следующий патрон в стволе. До третьего уже метров двести. Навел птичку в голову и нажал на спуск. Всадник закричал благим матом, схватившись за поясницу и заваливаясь на бок вывалился из седла. Достал таки!

Мелкашка в сторону, рука хватает берданку. Какое-то время теряется на то, чтобы поймать в диоптрику одного из всадников. На этот раз Бородин выцеливает того, что вырвался вперед. Теперь ему скрытность ни к чему. Наоборот необходимо привлечь к себе внимание. Они и без того отдалились достаточно далеко. А у него в руках не снайперка.

После мелкашки, выстрел берданки ударил по ушам как кувалда. Потянуть затвор. За одно отчетливо наблюдает, как всадника буквально бросило на шею лошади, отчего та полетела через голову. Вот это калибр!

Последний горец как видно был достаточно опытным бойцом. Тут же начал заворачивать лошадь, пуская ее по пологой дуге. Игорь даже без оптики отчетливо видит, как противник повернув голову в его сторону выискивает стрелка.

Да кой черт выискивает. Точное место может пока и не определил, но уж сносимое легким ветерком облачко дыма наверняка наблюдает. Иван Аркадьевич он конечно свое дело знает туго, и порох у него выходит весьма качественный, а потому не дымит так, как у аборигенов. Но все одно. Дымарь, он и есть дымарь.

Взять упреждение. Спокойно. Цель не удаляется, а только смещается по горизонтали. Выставленной на прицеле дальности более чем достаточно. Выстрел!

В ответ раздается сразу несколько. К тому же, горец разворачивает коня и начинает удаляться под углом к обозначившему себя стрелку. При этом он в полуобороте привстал в стременах и выпускает одну пулю за другой. Причем метко так кладет. Они свистят в непосредственной близости, шуршат по траве и глухо шлепают о землю. Но что самое удивительное, при этом не наблюдается дым от сгоревшего пороха.

Игорь настолько удивился данному обстоятельству, что даже на секунду растерялся. Впрочем, длилось это именно, что секунду. С наступлением следующей, он уже потянул затвор карабина. Пули конечно бьют по нервам, но не сказать, что так уж его пугают. Стрелок хороший. Но попасть со скачущей лошади, да еще и на таком расстоянии, это уметь надо.

А вот перед Игорем предстала ростовая мишень. Снова взять упреждение. Выстрел! Всадник тут же переломился в поясе. Лошадь сбилась, но все же удержала равновесие. Правда начала быстро замедляться, переходя сначала на рысь, а затем и на шаг.

Порядок! Почти управился! Вот только тот, которого он подстрелил вторым, все так же в седле, и удаляется, явно не готовый драться. Шалишь! Вышел на большую дорогу, будь готов к обратке. Тщательно прицелился. Выстрел! Есть. Всадник вскинул руками, сначала отвалился на круп лошади, а затем стек в траву, зацепившись ногой за стремя.

Взгляд в сторону товарищей. Ага. Автомобиль уже скрылся за очередным взгорком. Александр конечно следил за дорогой. Но вот интересно, Алина Витальевна рассмотрела, что опасность практически миновала? Ну или, если хотите, весы качнулись в сторону дичи. Н-да. И с этим потом.

Игорь вновь подхватил мелкашку. Все же хорошо, что Александр помимо штатного магазина пользовал на своем тозике еще и десятиместный. С учетом патрона в стволе, одиннадцать готовых выстрелов. Очень неплохо. Итак, где там первый. Птичку точно на черны русые вихры. Голова от попадания легонько дернулась. И все. Больше никаких движений.

Ну и как быть дальше? Четвертого не видно. В смысле, где он лежит, определить без проблем. Вон лошадь его стоит возле хозяина. Но самого-то его в траве не видно. Третий лежит на дороге, но до него больше двухсот метров. Поди проконтролируй его в голову из мелкана. С такого-то расстояния.

Ладно. Вновь взял берданку. Прицелился. После первого выстрела, раненый, начал скрести каблуками пыль. Второй вроде как его упокоил окончательно. Итак, двое выведены из игры с гарантией. Третий с большей долей вероятности. Во всяком случае, трудно воспользоваться оружием, когда твою ногу, застрявшую в стремени, то и дело дергает лошадь. Остаются двое. И что-то нет никакого желания высиживать тут в ожидании с моря погоды.

Оставив мелкашку на месте и сменив магазин на берданке, направился к ближайшей лошади. По пути остановился возле связанного землянина. Ага. Вроде порядок. Без сознания, но живчик чувствуется. Да и дыхание наблюдается. А там, кто его знает. Во всяком случае, сейчас не до него.

Поймал лошадь. Поправочка. Мерина. Ага. У них на Кавказе те кто пробавлялся разбоем или скотокрадством издревле пользовались не кобылами и не жеребцами, а именно меринами. Выхолощенная особь, ни привлечет к себе внимания, ни сама не станет реагировать на кобылью течку. При этом, сила и выносливость скакуна остаются при нем. Вот и эти не дураки.

С легкостью взлетел в седло. Животное конечно отреагировало на это несколько нервно. Но в общем и целом, нормально. Брыкаться и проявлять норов не стала. Поартачилась малость, с новым седоком, а там и подчинилась, без особых усилий со стороны наездника.

Перво-наперво отправился в сторону скрытого в траве. Берданку отправил за спину. В руку Смит-Вессон. И вперед, низко пригнувшись к холке коня, дабы не упрощать жизнь горцу, буде он окажется жив. Глупость? Ну как сказать. Ничего умнее ему в голову попросту не пришло.

Предосторожности оказались излишними. И тот что был на дороге и этот были мертвее мертвых. Но он все же спешился и у обоих проверил пульс. Затем направился в сторону и проверил того, которого подстрелил вторым. Лежит на спине, разбросав руки, с все так же запутавшейся с стремени ногой. Остекленевший взгляд черных глаз устремлен в безграничную синеву неба. Но и этого проверил. Порядок. Теперь можно двигать к последнему.

Этот отдалился дальше всех. Хм. И оказался раненым. Не то чтобы он мог оказывать сопротивление. Грудь вздымается судорожно, дыхание частое, хриплое. Но при этом во взгляде одна сплошная ненависть, а губы кривятся в злом оскале. Вот только поделать он ничего не может. Серьезно ему прилетело, чего уж там.

Игорь не стал особо мудрить. Прицелился и выстрелил из револьвера. Крупная пуля из мягкого свинца буквально взорвала голову. Мерин слегка дернулся, недовольно всхрапнув. Тренированная животина. Такая должна будет стоить хороших денег. Да они тут все похоже приучены к выстрелам. Если сумеет довести до Невьянска, то озолотится только на них.

Глянул на дело рук своих. Н-да. Это он лихо так перестарался. Ну чего было палить в голову. Выстрелил бы в грудь, все одно упокоил бы с гарантией. А так, уделал в ошметках мозгов, лежавший в голове АН, автомат невьянский. Ничем иным это оружие не может быть по определению. Отрезал полу от куртки убитого и наскоро протер оружие.

Компоновка вроде бы как у пистолета-пулемета Судаева, но в то же время хватает и отличий. Ствольная коробка более массивная и похоже короче чем у оригинала. Неотъемный и не складывающийся деревянный приклад. Цевье, перед стволом, так же укрытом в кожух. Вот только дульный тормоз компенсатор выполнен по форме калашниковского.

Не удержался, снял крышку ствольной коробки. К слову сказать, принцип позаимствован у калаша. Возвратная пружина. А вот затвор и впрямь дегтяревский с двумя боевыми упорами и подпружиненным бойком, как на польских ППСах. Ударно-спусковой механизм, выполненный по образцу все того же Калашникова, как и магазин с его присоединением. Предохранитель, он же переводчик автоматического и одиночного огня.

Тут явно постарался какой-то любитель экспериментатор. Сомнительно, чтобы похитители озаботились похищением реального оружейного конструктора. Тут все больше люди обычные, ничем особым не выделяющиеся. Среднестатестические, так сказать, граждане.

Хотя-а… Да кто их вообще знает, чем они руководствовались и кто они есть на самом деле. Подспудно Игорь все время пытался обнаружить какую-нибудь видеокамеру, о которых слышал, но ничего подобного ему пока не попадалось.

На трупе обнаружился оружейный пояс, с парой револьверов. По виду капсюльные Кольты. Может они и есть. Признаться, Игорь не был уверен, так как антиквариатом не особо интересовался. Он ведь не коллекционер, а скорее выживальщик. Кроме револьверов, на поясе висели солидных размеров нож, пороховница, два кожаных подсумка с капсюлями и пулями, и баночка с мягким воском. Это чтобы каморы замазывать, дабы не произошло самовоспламенения зарядов.

А еще, там был обычный брезентовый армейский подсумок на четыре магазина. Ну как обычный. Видно, что выделка уже местная, а так, крой один в один. В наличии три магазина, два полных и один початый. Четвертый, практически пустой на автомате. Не иначе как горец лишившись всех своих товарищей ударился в панику и решил удрать. Ничем иным такой бешеный перерасход дорогих и редких боеприпасов, Игорь объяснить не мог. И оружие и патроны горцу скорее всего достались как трофеи.

Все. На последок мерин с седлом и переметными сумками. Аборигены может еще позарились бы и на одежду и в особенности на сапоги. Хорошие, кстати. Но Игорь предпочел оставить все как есть. В Невьянске ни с одеждой, ни с обувью проблем не было. Оружие, имущество это одно. А вот… Словом, у всех есть свои границы.

Уже когда направлялся к лежащему в беспамятстве землянину, вдруг осознал, что как-то уж очень легко рассуждает об убийстве и трофеях. Скорее всего упали барьеры ограничений общества двадцать первого века. Глубочайшая ошибка полагать, что в современном обществе все сплошь и рядом тряпки.

Просто человек не готов разрушать сложившуюся вокруг него реальность, отринув спокойную выверенную жизнь. Даже если при этом перебивается с хлеба на воду. Ну вот не хочется ему проблем с законом, даже если он считает себя кругом правым. Тех кому на это наплевать немного, но они пользуются тем, что им вроде как терять нечего, и потому довлеют над законопослушными гражданами.

Но стоит этим барьерам упасть и тогда наружу лезет человеческая сущность. И в особенности из гнили, почувствовавшей безнаказанность и вседозволенность. Вот похоже и Игоря не миновала чаша сия. Он все время подспудно готовился к чему-то подобному, пусть и там, на Земле, а не в параллельной реальности. Когда же оказался здесь, переключился на свою сущность сдерживаемую глубоко внутри.

Не сказать, что картина окровавленных тел и разбросанные ошметки мозгов доставляли ему удовольствие. Вовсе нет. Картина эта ему была неприятна и он не видел в каждом встречном потенциальный труп. Словом, маньяком себя не ощущал. Но и рефлексировать при виде крови тоже не собирался.

Парень лет двадцати пяти уже пришел в себя, и несмотря на то, что был связан, умудрился сесть. Хм. Да не просто сесть, а подполз к трупу горца, обзавелся ножом и пытается разрезать путы на руках. Правда, получается не очень. Сказывается как отсутствие сноровки, так и хорошие навыки вязавшего его.

Несмотря на то, что появился Игорь, парень упрямо пытается перерезать веревку, упрямо сжав губы в тонкую линию, и вперив во всадника злой взгляд. Хм. И чего так глядеть-то. Видишь же, что одет в горку, а не так как эти. Впрочем, ничего в их одежде необычного нет. Разве только старомодная. Так что, горка ни о чем не говорит. И уж тем более попавшему из огня да в полымя.

– Не суетись. Порежешься еще, – Не удержавшись от добродушной ухмылки, произнес Игорь.

– Русский!?

– Нет, негр, – не выдержав, хохотнул Бородин, спрыгивая на дорогу.

Опустился на колено, и одним движением взрезал путы. Потом резанул еще пару раз, не видя потребности в сохранении имущества. Ну ее, эту веревку. Кто его знает, сколько парня держат связанным.

– Ты как? – Наблюдая за реакцией пленника, поинтересовался Игорь.

– Нормально. Со знанием дела вязали. Чуток покалывает, но в остальном нормально.

– Вот и ладно. Игорь, – протягивая руку, представился Бородин.

– Сергей, – отвечая на рукопожатие, назвался парень. – Слушай, а что это за задница?

– Она родимая и есть. Только сейчас нет времени. Давай-ка для начала соберем лошадей и трофеи. Верхом-то умеешь?

– Деревенский, – кивнув подтвердил новичок.

– Вот и ладушки. Садись и давай вон за той, что отбежала. С берданкой как?

– Нормально. Не инопланетный же бластер в самом-то деле.

– Не бластер, это да. Тогда снимай с этого жмура пояс с оружием, бери берданку и в погоню. Лошадка она лишней никогда не будет.

– Добро.

Легкомысленно доверяться первому встречному? Да не вопрос. А что с ним прикажете делать-то? Оставлять связанным и устраивать разбор в стиле смерша? Вот то-то и оно.

А вообще, у парня сейчас землю из под ног выбили. Он побывал в плену у каких-то отморозков, ни слова не понимающих по русски. Его держали связанным и возили как мешок картошки. Так что, будь он даже маньяком, за земляка ухватится обеими руками. Потому как тот в настоящий момент его единственная опора. Игорь и сам через это хаживал. Хм. И на этом же обжегся.

Вдвоем управились быстро. И признаться, собранный урожай порадовал Игоря. Как впрочем и удивил. Одно из двух, либо эти горцы будут из зажиточных, либо из удачливых. Ну а как еще объяснить то, что у всех остальных оказалось по берданке, один драгунский вариант и три кавалерийских карабина. А еще по револьверу на оружейном поясе. Хм. Ну и двустволка вертикалка двенадцатого калибра.

Последняя, как и ожидалось принадлежала Сергею. Парень жил в селе под Иркутском и был охотником промысловиком. В тот день, когда все случилось, он как раз ездил в областной центр, чтобы забрать из мастерской свою двустволку. Ну и за одно прикупил к ней припас. С этим богатством и угодил в этот дружелюбный мир. А все после того, как подсадил к себе попутчика, чтобы ему опрокинуться.

Поначалу ничего не понимал. Вроде и лес, и горы, чем его ну никак не удивить. Да только все чужое. В Сибири такого точно нет. Но обстановка вроде как мирная, никаких дурных предзнаменований. Если бы увлекался фантастикой, то может и предпринял бы какие меры, благо и ствол и припас, в отличии от уазика, оказались при нем. Но на заимке он предпочитал читать исторические романы и детективы, а потому о таком явлении в литературе, как попаданцы слыхом не слыхивал.

Решил, что над ним кто-то лихо так подшутил. Помимо его воли затянули в какое-нибудь реалити шоу. Лес ему не показался. Не серьезный какой-то. Ну и побрел он сам не зная от чего на северо-запад. Пока безоружным не нарвался на эту пятерку. Расслабился йолки. Он даже не сопротивлялся им, с интересом изучая костюмированное представление в стиле Дикого Запада. Пока ему не прилетело сапогом между лопаток. А там, сопротивляться было уже поздно.

Двое суток эти парни куда-то ехали, везя его как мешок картошки. На стоянках развязывали, давали оправиться, кормили. Но при этом глаз с него не сводили. Однажды попытался сбежать, врезав старшему от всей широкой души и отправив его в нокаут. Думал убьют. Но ничего подобного. Даже избили со знанием дела, так чтобы ничего не сломать и не отбить. Ну и бдить стали куда строже.

Все это Сергей поведал, пока они ехали по дороге, пытаясь разыскать Лапина и девушек. Впрочем, как и рассказ, поиски оказались недолгими. Беглецы обнаружились очень скоро. Стоило только подойти к тому самому урезу, за которым и скрылся автомобиль. Теперь он стоял примерно в трехстах метрах ниже по склону, на самом дне балки, посреди ручья.

А вот Александра и девушек не видно. Скорее всего, они сейчас заняли позиции для отражения нападения, ну и пока суд да дело, раскочегаривают газогенератор. Убегать от всадников пешком, да еще в открытом поле, попросту бессмысленно. Думать, что не оставят никаких следов в этой траве, тоже наивность несусветная. Остается постараться удержать противника в удалении и привести автомобиль в рабочее состояние.

– Саня, не пальните с дуру, – Метров за триста до экипажа, в смысле автомобиля, начал кричать и размахивать руками Игорь.

– Не ори. Вижу, что это ты, – поднимаясь на ноги, выкрикнул Лапин. – И вижу что не пустой.

– Есть такое дело. А еще с попутчиком, – приближаясь к товарищам, выкрикнул Бородин.

Ага. А вот и девушки появились. Далекова-то отбежали. Впрочем, оно и понятно. Случись отбиваться, Лапин хотел дать им возможность уйти как можно дальше. Запустится автомобиль, догонит и подберет.

Алина Витальевна, ожидаемо с карабином в руках. У Ганки из оружия только охотничий нож Лапина. Ну и правильно. Давать огнестрел необученному человеку, глупость несусветная. Ни приведи господь подстрелит еще себя или окружающих.

– Уж не с профессором ли каким? – Укладывая карабин на сгиб левой руки и направляясь к автомобилю, произнес писатель, когда всадники приблизились настолько чтобы не напрягать голосовые связки.

– Тут незадача. Охотник, – возразил Игорь.

– Понятно. Я гляжу у него во взгляде одни сплошные вопросительные знаки.

– Так некогда было объяснять, – пожал плечами Игорь. – И потом, у вас старожилов это получится куда лучше.

– Логично, – согласился Лапин и сменил тему. – Судя по лошадям, этих положил всех.

– Правильно судишь, – подтвердил догадку товарища Игорь. – И знаешь, еще больше захотелось набить морду Семену. Будь у меня мой «Атаман», все прошло бы куда проще.

– А ты чего выпрыгнул-то? – Перевел разговор со скользской темы Лапин.

– Думаешь, решил вас бросить?

– Не думаю. Но понять хотелось бы.

– Так у тебя газогенератор на последнем издыхании был. Убежать не убежали бы. Вон застрял посреди ручья. Схватись мы в открытую, кто-нибудь мог уйти, а тогда уж со знанием местности обогнали бы нас и устроили засаду. Вот я и решил сам взять их всех со спины.

– Хм. А я и не туда. Ну т-ты, чисто Рэмбо.

– Рэмбо ни Рэмбо, но управился. И гляди что прихватил, – похвастал он своим трофеем.

– Хм. АН. Считай, что премию в сотню рублей заработал.

– Щедро.

– Угу. И заметь, раза в два больше его себестоимости. Случается порой, патрули или пропадают или погибают. А аборигены завладевают автоматами. Вот князь и назначил награду за каждый возвращенный ствол.

– Не. Я его возвращать не буду.

– Так все одно изымут.

– Тогда я его на ничейной земле припрячу, – упрямо гнул свое Игорь. – Машинка рабочая, грех от такой отказываться.

– И где ты возьмешь к нему патроны?

– Что-нибудь придумаю. Тем более, у меня имеется целых восемьсот граммов «Барса», что существенно удешевит стоимость патронов.

– Вообще-то порох мой, – подал голос Сергей.

– Извини дружище, но все взятое с этих ребят мое. Что с бою взято, то свято, – возразил Игорь.

– Даже так, – набычился парень, покрепче охватывая шейку приклада карабина.

– Именно так, – твердо глядя ему в глаза, ответил Игорь. – Да не смотри ты на меня волком. Бездымный порох тут конечно дорог, но и свобода чего-то да стоит, как считаешь, Сергей? И потом, тебе ведь без разницы, каким порохом стрелять из двустволки. А ее я тебе верну чин чином.

– Кхм. Н-ну-у.

– Вот и я о том же.

– Погоди, Игорек, так ты что же и всех лошадей с собой потащишь? – Только сейчас сообразил Лапин.

– Нет блин, брошу. Издеваешься. Минимум дести пятьдесят рублей, а эти еще и тренированные на выстрел, Должны быть подороже.

– И как ты себе это представляешь? – Развел руками Александр.

– Нормально представляю. До Николаевского осталось меньше двух десятков километров. Доберемся до него, переночуем, а с утра двинемся дальше.

– Хм. Ладно. Как вариант годится.

– Игорь Юрьевич, а что это было? – Вперив в него злой взгляд, поинтересовалась приблизившаяся Михайлова.

– Вы о чем, Алина Витальевна? – Искренне удивился Игорь.

– Я о вашем хамстве, там, – кивок в сторону места схватки, – перед тем как вы выпрыгнули.

– Ничего не понимаю, – продолжал недоумевать Бородин.

– Вы назвали меня дурой и разговаривали со мной в приказном тоне, – буравя его злым взглядом, выдала она.

– Ну так не совершайте глупостей и держите свое женское любопытство при себе, предоставив мужчинам самим решать, возникающие проблемы, – пожав плечами и не чувствуя за собой вины, спокойно ответил Бородин.

– Да как вы смеете…

– Смею! – Резко оборвал ее мужчина. – Там, на хуторе, я целиком и полностью слушался вас, потому что вы лучше владели ситуацией. Но здесь, в поле, уж будьте добры слушать меня. И кстати, Саня, тебя это тоже касается. Получил приказ, выполняй, без поросов, сомнений и ненужной инициативы. Я ясно выражаюсь?

– Игорек…

– Я ясно выражаюсь, мать вашу!? – Взорвался Бородин, явно сознавая, что спусковым крючком послужила Михайлова.

Окинул злым взглядом всю троицу. Новичок, благоразумно предпочел остаться в стороне. Похоже в этой компании пробежала какая-то кошка, а кому нужны чужие склоки? Вот то-то и оно.

– Молчите? Тогда будем считать, что с этим определились. Давайте выбираться отсюда, – уже более спокойно произнес Бородин, игнорируя испепеляющий взгляд свахи.

Впрочем, умница девочка. Поняла, что завела мужика, со своей независимостью, самостоятельностью и самолюбием. Всему есть свое время и место, и тут она явно перегнула. Вот только, отчего-то никаких сомнений, Игорю еще отольются его резкие слова и поведение. Как пить дать, она этого не забудет. Да и черт с ней.

– Саня, проверь свой самовар. Алина Витальевна, не сочтите за труд, введите в курс дела новичка. У него вопросов до самого Шанхая, а вы лучше знакомы с местными реалиями. Сергей, вот твоя наставница, она все тебе объяснит.

С учетом ведомых в поводу лошадей, скорость передвижения резко упала. Это поезд Квакина двигался с черепашьей скоростью трактора, на каждом подъеме уменьшавшейся до пешеходной. Этот автомобиль бегал куда резвее. Но, как говорится скорость колонны определяется по самому медленному транспорту. Так что, километров двенадцать в час, и не больше.

Как и планировали на постой встали в Николаевском, до которого добрались уже к вечеру. С местами для ночлега и помывкой тут дела обстояли самым лучшим образом. Баньку для них конечно никто не растапливал, но зато имелся в наличии горячий душ, чему была безмерно рада Алина Витальевна.

Впрочем, не сказать, что уж больно расстроился Игорь. Вовсе нет. Вот только расслабляться ему было рано. Потому как наличие грязного и неухоженного оружия, его попросту раздражало. Вот и заперся в комнате, занимаемой им на пару с Сергеем, приступив к вдумчивой и обстоятельной чистке. Возможно, уделяя этому слишком уж большое внимание.

Лошадей он пристроил на конюшне и деньги на оплату услуг конюха у него имелись. Тем более, что стоило это не так чтобы и дорого. Ну, во всяком случае, в понимании Игоря, который пока еще слабо ориентировался в местных реалиях. Но он с легкостью сбросил с себя эту повинность. С него хватит и обретенного арсенала.

Впрочем, оружие как-то уж быстро закончилось. Вроде и не собирался спешить с чисткой, но получалось споро. Вот так, собрал последний револьвер, и уставился на сложенный арсенал. Возможно причина крылась в том, что горцы на удивление содержали свое оружие в порядке. Никакой заскорузлой грязи или ржавчины не было и в помине.

Закончив с оружием взял сменную одежду, и направился в конец коридора, где располагались две кабинки душа. Горячая вода в наличии. Там всего-то поджечь колонку, работающую от светильного газа. В Невьянске недавно появилась мастерская, где ладили такие. Очень удобно для дома с налаженным газовым освещением. Саня как раз собирался поставить такую же у себя.

После душа, решил, что ужин ему все же не помешает. Одевшись во все чистое, прихватил свою горку, и отдал ее хозяину гостиницы. Тот обещал, что к рассвету одежда будет сухой и выглаженной.

Кстати, Игорь откровенно недоумевал, с какого перепуга земная одежда здесь стоила так дорого. Местные ткани были вполне приличного качества, не теряли краску с такой стремительностью как земные и имели тот же крой. Только и того, что пошиты здесь. Та же история и с обувью. Если конечно это не что-то такое серьезное, типа кордуры. Вероятно тут сказывалась сама статусность этих вещей с Земли. Иного объяснения Игорь попросту не видел.

В небольшом кафе, в центре поселка было на удивление многолюдно. Половина столиков была занята. В условиях отсутствия каравана, это означало, что здесь отдыхают хуторяне. С другой стороны, вон танцпол, и даже доносится музыка из граммофона. И парочка влюбленных танцует. Из местных, ясное дело. Его спутники сидят вместе, но обособленно, и танцевать похоже…

А нет. Вон Серега пригласил Алину Витальевну. Вот молодец. Не теряется. Помнится, самого Игоря в первый день накрыло так… Спасибо Витек рядом случился. Сволочь такая. Напоил в усмерть. Но этот паренек, пусть и помоложе, а с психикой у него получше. Ведь практически сразу же оказался в плену и с ним там особо не церемонились. Быстро адаптируется. Молодец.

Кстати, звучит вовсе не какой-то там фокстрот или вальс, а вполне современная для землян музыка. Оказывается есть в Невьянске музыкальная группа, которая не просто играет на различных торжествах, но и пишет музыку на пластинки из целлюлозы. Ну и мастерская по производству этих самых граммофонов. Вроде как самая большая сложность состоит в изготовлении игл. Но Игорь в тонкости не вдавался. Есть и ладно. Остальное не его ума дело.

Садиться за один стол с Алиной Втальевной отчего-то категорически не хотелось. Поэтому Игорь занял столик в самом дальнем и темному углу. Даже когда подошедшая официантка хотела зажечь над ним горелку, Бородин замахал на нее руками. Мол не надо, вилку мимо рта не пронесу и ладно. А так даже лучше. Способствует расслаблению. Та возражать не стала, приняла заказ и удалилась.

К удивлению Игоря, меню здесь было довольно разнообразным. В особенности в плане выпечки. Впрочем, оно и понятно, просто сытно поесть можно и дома. Сюда же приходят за чем-нибудь эдаким, на что в быту не особо находится время. Впрочем, Игорь не стал особо извращаться. Заказал кашу приправленную топленым маслом. На удивление мяса отчего-то не хотелось. А вот от мысли о какао с молоком под слоеные пирожные, даже слюнки потекли.

Откуда тут какао? Оказывается есть какое-то дерево, на котором произрастают эдакие стручки, типа бобовых. Вот из семян в этих стручках и получают эрзац какао. Между прочим, по вкусу не отличить. Во всяком случае, Игорь не был настолько гурманом, чтобы выявить подделку.

Едва отошла официантка, Бородин невольно стрельнул взглядом в сторону танцующих. Сергей в чистой одежде, приобретенной у местного портного, смотрелся вполне презентабельно. Подобрать готовую одежду тут конечно проблематично. Но Окунев обладал вполне стандартной фигурой, так что с одеждой ему повезло. Все так, Игорь полностью взял на себя заботу о своем подопечном.

В конце концов, это его ходячая премия в две сотни рубликов. Бородин ведь не просто доставит его в Невьянск, но и вырвал из лап горцев. Мало того, где-то считал себя неправым по отношении к парню, за отжатый порох. Умом-то понимал, что все имущество охотника тому не принадлежит, ввиду полной его им утраты. Но вот какой-то червячок все же свербел. Опять же, ну что такое пара штанов и рубашка, общей стоимостью в четыре рубля. Так, мелочи.

Хм. А ничего так смотрится эта парочка. Вполне гармонично. Игорь ничуть не удивится, если сегодня будет ночевать в одиночестве. Похоже у этого молодого да раннего получается произвести впечатление на Михайлову. Да на здоровье. Женщинам длительное воздержание столь же вредно, как и мужчинам. Так что, в путь.

Он уже доел кашу и с наслаждением хрустел пирожными, запивая их какао, когда напротив него опустилась сваха. Вид недовольный и решительный. Интересно, на этот-то раз чем не угодил? Он сидит никому не мешает, никого не задевает. Отдыхайте и радуйтесь. Вон, два танца к ряду протанцевала с сибирским ухарем, даже раскраснелась от удовольствия. Чего опять не так-то?!

– Игорь Юрьевич, чем вызвано ваше демонстративное уединение?

– Опять пытаетесь командовать, – вздохнул Игорь.

Потом покачал головой, и решительно, но уже без удовольствия, откусил разом половину пирожного. Пару раз повел челюстью. Запил изрядным глотком. И проглотил практически не пережевав. Вот же, весь аппетит испортила.

– Вы ведь сами сказали, что ваша епархия открытое поле, моя взаимоотношения с людьми. Так вот, ваше поведение может оказать негативное влияние на мое предприятие, так как указывает на дурные взаимоотношения в команде.

– В какой команде? Алина Витальевна, вы сегодня перегрелись на солнце? Или в дорожной пыли содержались какие-то галлюциногены?

– Прекратите паясничать. Хотела поговорить об этом в Невьянске, ну да ладно, какая собственно разница. Я предлагаю вам работу.

– О как?! – Игорь даже откинулся на спинку, выпучив от удивления глаза.

– Да так. И прекратите…

– Я не паясничаю, – перебил девушку Игорь. – Просто пытаюсь понять, что все это значит. По моему вы находите меня крайне распущенным, невоспитанным и еще бог весть каким типом. И вдруг, сватаете в свахи. Уж простите за каламбур.

– Ну, во-первых, я должна признать, что вы разбираетесь в военном деле, действуете грамотно и решительно. Способны к мгновенной оценке обстановки и к столь же стремительным действиям. Со слов Александра Борисовича следует, что вы практически профессиональный военный, и не пошли служить по контракту только потому что не терпите над собой начальство. Ваша группа держалась на принципах товарищества и коллегиального принятия решений. Отсюда вывод, в армии вам делать нечего. От работы в оружейной мастерской, вы отказались. Значит, решили использовать весь свой накопленный потенциал, который так и остался бы не растраченным там, на Земле. Поэтому у вас только три пути, в сталкеры, в мародеры или в наемники. Все эти категории работают в группах. Вы имеете средства и можете попробовать сбить и оснастить свою. Но вы в этом мире пока никто и звать вас никак. То есть, никто за вами не пойдет. Если только какие дурни. Но с такими вы и сами не пожелаете связываться.

– Остаются еще молодые. Мальчишки семнадцати-восемнадцати лет, у которых эмоции преобладают над разумом.

– Согласна. Но в таком случае вы не выйдете за границы княжества не проведя с ними соответствующей подготовки. А на это ваших средств уже недостаточно.

– Уели. И вы хотите мне предложить… – Он сделал приглашающий жест, правильно понятый девушкой.

– Я хочу вас нанят в качестве сопровождающего. У меня появилась мысль заказать автомобиль у Тульского, компаньона Лапина. На роль водителя кандидатура так же уже есть.

– Окунев? – Отчего-то не удержался Бородин.

– При чем тут Окунев? – В исареннем удивлении вздернула брови девушка. – Я знать его не знаю. А сюда знаете ли попадает разный народ.

– Но вы и меня не знаете.

– Зато знает Александр Борисович, и дает вам самые положительные характеристики. У меня же есть все основания доверять его мнению. Иначе я не отправилась бы в это путешествие в вашей компании. Я конечно решительная девушка, но все же смею надеяться не дура, – с ехидцей ответила Михайлова.

– Кхм. Это. Алина Витальевна, вы уж простите, но там было как-то не до политесов, – стушевался Игорь.

– Это вы меня простите. Набросилась на вас. Наверное от осознания того, что и впрямь совершила глупость, – примирительно произнесла она. – Ну так, что скажете по поводу моего предложения?

– Да вот не могу понять, в чем ваша выгода. Автомобиль, водитель, охранник, при катании за пределы княжества, копеечную зарплату не положишь. И что остается на выходе? У вас же двенадцать деток на руках и полное отсутствие помощи со стороны.

– Помощь со стороны есть. Ежемесячно в банке на моем счете оседает от пятидесяти до семидесяти рублей от добровольных взносов. Не много конечно, но мы не бедствуем. К тому же, вы и водитель будете получать по пятьдесят рублей с каждого выезда. Командировочные расходы за ваш счет. Но как вы убедились, даже в случае длительного отсутствия это не такие уж и большие расходы. Из каждого рейса мы можем привозить не по одной невесте. К тому же, будут предусмотрены и премиальные. Словом, не сомневайтесь, я точно знаю, во что собираюсь ввязаться. И планирую резкое увеличение доходов.

– Остается еще один нюанс. Неделя миновала. По приезде мне надлежит определиться с принятием гражданства. И коль скоро я его приму, то меня забреют в солдаты. Выходит, стать вашим компаньоном я не смогу.

– А к чему вам принимать гражданство? Неделя это всего лишь срок, который вы можете бесплатно проживать в общежитии. Потом так же можете оставаться в нем, но уже за плату и при наличии свободных мест. Если появится слишком много новичков, несмотря на плату, вас попросят освободить койку. Не будучи гражданином вы лишаетесь некоторых прав, избавляетесь от некоторых обязанностей, и по боевому расчету приписываетесь к особому резерву при комендатуре. Все. Дальше живете в свое удовольствие и не нарушая законов княжества. Так же имеете свой счет в банке, но не имеете права кредитования. Словом, никаких препятствий.

– Хм. А ведь заманчивое предложение. Хотя, один боец для подобных поездок, это все же несколько не серьезно.

– Вот и подберете себе одного напарника из молодых, да будете его натаскивать.

– Тут нужно будет еще крепко подумать.

– Ну думайте. Присоединиться к нам не хотите?

– Нет, Алина Витальевна, сегодня пусть уж все идет, как идет. Ну и я за одно подумаю.

– Хорошо, – легко согласилась девушка, поднимаясь со стула.

– Алина Витальевна, а что во-вторых?

– В смысле?

– Ну вы сказали, в первых, я не плохой боец. А во-вторых?

– Во-вторых, вы производите весьма благостное впечатление на глав родов и вдовушек. Даже не представляете какую баталию пришлось выдержать старику Найхтан, отстаивая вас для своих вдовушек.

Показалось, или в ее с виду нейтральном тоне и впрямь чувствуется язвинка. Да кой черт показалось, так и есть. Вот неисправимая, хоть кол на голове чеши, а она все со своими колкостями. Ну и оно ему надо, работать вместе с такой? Хм. Думать надо. Крепко думать. Надо не надо, но в общем и целом она дала ему вполне объективную характеристику. Начальства над собой он не терпит, сбить свою команду ему не под силу.

Н-нет. Надо подумать.


Глава 6. Брачное агентство

– Итак, пять меринов с хорошей выучкой, и полной сбруей. По сто семьдесят рублей за голову. Итого, восемьсот пятьдесят рублей. Это вы лихо скатались на свадьбу друга, – не выдержав хохотнул капитан тыловик, перекидывая костяшки счет.

– Это да. Поездка вышла крайне удачной, – не без удовольствия согласился Игорь.

А и то. Буквально полчаса назад он покинул личную канцелярию князя. Где ему чин по чину вручили чек на две сотни рублей, за вырванного из плена землянина. Жаль, Окунев все же оказался именно тем, кем и назвался. То есть, обычным охотником промысловиком. Оно может для армии и находка, а вот лично Игорю… Впрочем грех жаловаться восемьсот грамм бездымного пороха, это не баран чихнул.

Оседлал велосипед, и проскочив по улицам, чуть больше километра, оказался на княжеской конюшне. Он еще загодя пригнал сюда трофейных лошадей. Их уже успели проверить, оценить и признать годными для службы в кавалерийских частях. Поэтому Игоря отфутболили прямиком к тыловикам, всучив в руки положенный квиток.

Пришлось опять седлать верного двухколесного коня, и крутить педали. По направлению военного городка. Впрочем, тут недалеко, всего-то с полкилометра. Ох и вольготно отстроился Невьянск. Походил, поспрашивал, подождал и вот наконец перед ним предстал офицер в чьем ведении находились вопросы с выплатой вознаграждений.

Все же, что ни говори, но ни одна власть не обходится без бюрократического аппарата. Иное дело, что здесь его шестеренки смазывались кровью и плотью, а потому и вращались быстрее. Нет, полностью коррупцию конечно не изжить. И тут она точно присутствует, просто нужно знать, куда и через кого подлезть, чтобы кого-то подмазать.

Такого, чтобы у тебя вымогали взятку тут и близко не водилось. Положено, получи, в установленный законом срок. Не положено, отходи не загораживай проход. Даже ускорение процесса решения вопросов происходило через кассу. Но были все же моменты, на которых чиновники и офицеры грели свои руки. А куда деваться? Это зло нужно просто учитывать и не давать ему расцвести махровым цветом. И здесь за этим следили строго.

– Мне бы так прокатиться. Ладно. С животиной разобрались. Теперь идем дальше. Порох можешь сдать Спицыну или спалить сам, дело твое. А вот отчего не торопишься сдавать АН, непонятно.

– Причем тут Ан? – Удивился Игорь.

Отнекиваться он и не думал. Коль скоро капитан про него упомянул, значит спасенный Окунев обозначил эту позицию при его опросе. Как припомнил и о конфискованном спасителем порохе. Сам Бородин помнится поминал отжатое оружие, да его словно не услышали. Слова Сереги относительно пороха так же проигнорировали, а вот упомянутый АН пропускать мимо ушей не собирались.

– При том, что вопросы приема трофеев лежат на мне. А так как на территории княжества владеть автоматическим оружием запрещено, то оно подлежит сдаче. Неужели не знали, Игорь Юрьевич? – С наигранным удивлением поинтересовался тыловик.

– Отчего же, знаю конечно. Но так это ведь на территории княжества, а не за его пределами.

– Значит, припрятали за границей, – констатировал капитан и горестно так вздохнул. – Да только ведь это ничего не меняет. Всяк гражданин…

– Я не принимал невьянское гражданство, – перебил его Бородин. – И не собираюсь этого делать. Так что, требовать от меня соблюдения законов княжества вы можете только на его территории. За пределами, я сам себе голова и никто мне не указ. Если я правильно понимаю сложившееся положение дел, – столь же наигранным тоном ответил Игорь.

Вот еще не хватало, чтобы всякий встречный поперечный указывал ему как жить. Обойдутся. Оно конечно держаться на особицу он не собирается. Но для того, чтобы проживать в Невьянске достаточно выполнять необходимый минимум. И он его придерживается. На большее пусть не рассчитывают.

– Игорь Юрьевич, а оно вам надо, ссориться с властями?

– Вот пускай власть со мной и не ссорится, – пожав плечами, ответил Бородин. – Итак, если это все, то хотелось бы получить расчет.

Он вовсе не опасался навлечь на себя гнев. Делать им больше нечего, кроме как вымещать злость на каком-то вольном стрелке. До той поры пока он придерживается правил игры и приносит пользу княжеству, на проступок с автоматом будут смотреть сквозь пальцы. В конце-концов, это не единственный экземпляр, утраченный армией. Так и чего тогда огород городить? В свете же того, что он и впредь собирается действовать на благо княжества, ему по сути ничего и не угрожает.

– Как знаете. Но учтите, я доложу об этом по команде, – не желая бодаться с Бородиным, подытожил капитан.

Получив чек на кругленькую сумму, Игорь поспешил ретироваться с территории дворца. Шутка сказать, но у него в кармане два чека общей суммой на тысячу пятьдесят рублей. Пусть и не бешенные деньги, но по местным меркам очень даже солидно. И лучше бы навестить банк, чтобы определить деньги на свой счет.

Хм. А ведь у него еще две лошади и седло у барышника. Впрочем плохо ли хорошо, но сто сорок рублей за них можно получить. Хотя, если продавать через барышника, то он возьмет свои комиссионные десять процентов. Но это нормально. Нужно будет навестить его, и озадачить насчет продажи. Ни к чему Игорю лошади. Потому как в его намерения входит оседлать безлошадный экипаж.

Пока же, он оседлал двухколесного коня. Вот чего он не будет делать ни при каких раскладах, так это избавляться от велосипеда. Хотя цена на них и очень высокая. Но ему и самому он нравится для разъездов по городу. Так что, этот двухколесный транспорт останется при нем.

После того как побывал в банке, направился в оружейную лавку. Он заранее сбросил там все свои трофеи, чтобы Иван Аркадьевич мог все без спешки проверить и оценить. Теперь пришла подбить итог и здесь.

– Иван Аркадьевич здесь? – Поинтересовался Бородин у помощника оружейника.

Мужчина тридцати лет, полноватый, но не толстый, с добродушным открытым лицом и капсюльным револьвером на бедре. Вот так посмотришь и усомнишься в том, что он на своем месте. Однако, по словам Спицина, тот хорошо разбирался в оружии, что говорится был в теме. Тоже в некоторой мере оружейный маньяк, как и Игорь, но только куда более мирного склада и скорее даже трусоват.

– Он в мастерской, – поднимая стойку, ответил помощник. – Но предупредил что вы придете. Прямо по коридору и направо, – указал направление и тут же потерял к Бородину интерес.

Войдя в мастерскую он даже слегка опешил. Мастерская? Да тут самый настоящий оружейный завод. Маленький такой, но все же. Массивные токарный, фрезерный и сверлильный станки, механический молот, два пресса, горн. Верстаки, стеллажи, разнообразный инструмент. Солидно так. С размахом. И между прочим все на паровой тяге. Хотя в казенных мастерских вроде как электрический привод.

Наверное слишком дорого, вот Спицын и не озаботился. Хотя, признаться Игрь затруднялся определить, сколько могло стоить вот это все. Даже если станки эти притянули мародеры. А если судить по корпусам, выполненным в художественном стиле и другим отличительным чертам это явно не новодел.

– Игорек, все оружие исправно и в хорошем состоянии, – с порога встретил его оружейник.

– Признаться, я сам удивился, когда чистил его. Обычно у дикарей оно изгваздано до последней стадии, – продолжая в осматриваться, подтвердил Игорь.

– Ну, горцы все же не дикари, – возразил Спицын. – Все известные нам аборигены одной национальности и говорят на одном языке. Разве только говор отличается. Но это нормально. А что до оружия, то ни один уважающий себя воин не станет содержать его в дурном состоянии. Если только шваль какая.

– Ну, может вы и правы, – вынужден был согласиться Игорь. – Послушайте Иван Аркадьевич, – Бородин со значением обернулся вокруг оси, восхищенно разведя руками.

– Оценил? Вот так вот, Игорек и живем, – не без удовольствия произнес оружейник.

– А со стороны и не скажешь, что у вас тут настоящий завод. Где дымовую трубу потеряли? Для такого хозяйства нужен хороший паровик.

– Хватает и обычного автомобильного. У меня ведь не конвейер, а кустарное производство, редко когда работает сразу два станка. Так что, мощности хватает. Отопление котла, как и освещение, газовое, а потому обхожусь без трубы.

– Уважа-аю, – с значением покачал головой Игорь.

– Спасибо. Итак к нашим баранам. Как я и говорил, нареканий особых нет. За все принесенное тобой, я готов отдать сто сорок рублей, – подвел итог Спицын.

– И сколько потянут патроны и припас?

– Хочешь получить вместо них снайперские? – Догадался оружейник.

– Есть такое дело.

– Ну что же, винтовочных патронов, капсюлей, пороха и пуль набралось на пять рублей. Могу отсыпать полсотни снайперских.

Вообще-то, одних только патронов было полторы сотни. Ну да, чего уж. Сдаешь дешевле, покупаешь дороже. Он бы и не стал продавать. Да куда они ему. Без надобности. Лучше уж чуть потерять, но иметь при себе хорошие боеприпасы, а не что попало.

– Уж будьте любезны, Иван Аркадьевич. А капсюльные револьверы я гляжу в цене.

– Стоят столько же сколько и под унитарный патрон, но на прилавках не залеживаются. Потому как патроны кусаются.

– Понятно. Кстати, в продолжение темы о патронах, – с этими словами Игорь выставил на стойку две банки «Барса».

– Ого. Откуда такое богатство? – Искренне удивился Спицын.

– Отбил у горцев одного землянина, было при нем, когда попал сюда. Еще зайдет, пополнять припасы или продавать свою двудулку. Я бы без раздумий сменял ее на Берданку.

– И совершил бы глупость. Земные ружья тут ценятся. Даже мелкашка, не смотри на цену патрона. Гладкоствол же, без проблем снаряжается дымарем, и служит дольше, потому как тот не так агрессивен как бездымный.

– Ну это он пускай сам решает, как быть. Но я бы за двустволку держаться не стал.

– Но за горку-то держишься, – поддел его оружейник. – А она, по прочности уступит поскони, из которой тут шьют полевую форму.

– Да она у меня уж не раз стиранная и цвет слегка потеряла.

– Цена конечно будет ни как за новую. Но за полтинник думаю еще пристроить можно. Есть тут любители со слабостью до земного.

– Н-да. Соблазнительно. Ладно, подумаю еще. Иван Аркадьевич, кроме этого мне тут перепал местный АН.

– Ого! Первая поездка, и ты не успеваешь считать трофеи. Если эдак пойдет и дальше, от желающих пойти под твою руку отбоя не будет.

– Ну, пока этих самых желающих не наблюдается, – разведя руками, возразил Игорь.

– Так чего ты хочешь от меня?

– А догадаться трудно?

– Игорь, изготовление автоматных патронов противозаконно, – покачав головой оружейник. – Спрашивают же тут строго. Я к тебе очень хорошо отношусь, но извини, влезать в это дерьмо не стану.

– Настолько все жестко?

– Очень. Мне как кустарю позволяют изготавливать бездымный порох, но за каждый изготовленный грамм я отчитываюсь. И вообще, нахожусь под плотным контролем конторы. Чего улыбаешься? Есть здесь такая. Погоди, ты с ними обязательно еще познакомишься. Они опекают всех шастающих за пределами княжества. А ты в Невьянске не усидишь. Уже вижу, попал в родную стихию.

– Ваша правда, не усижу.

– Сдать АН не хочешь?

– Отказываться от автоматического оружия, только потому что кто-то косо на меня смотрит? И не подумаю. Иван Аркадьевич, а как так получается? Патроны к пистолету и мелкану вы ведь делаете.

– Тебе нужно объяснять, что есть такое понятие как гражданский и военный стандарт? Так что, мой тебе совет, сдай его.

– Пока погожу, – упрямо мотнул головой Игорь.

– Ну хотя бы не делай на него основную ставку. Не то, останешься против горцев или бандитов с членом в руке.

– Я вас понял.

– Что же до твоего пороха, я его все же могу выгодно пристроить. И ты будешь доволен.

– Думаете?

– Уверен. Посмотри сюда. Конечно боеприпасы куда дороже чем у твоего «Атамана», да и в дальности уступит. Но зато это полноценное оружие с прицельной дальностью до ста пятидесяти метров.

С этими словами Иван Аркадьевич развернул на столе сверток, являя взору винчестер, несколько странного вида. Ствол был укрыт под кожухом глушителя и где при этом находился знаменитый трубчатый магазин, оставалось только гадать. Общая длинна, вместе с прикладом меньше метра.

– Оцени, – гордо подбоченившись, предложил Иван Аркадьевич. – Местный аналог карабина Спенсора, но только с немного измененной скобой, куда больше походящей на скобу Генри. Трубчатый магазин на десять револьверных патронов, вставляется в приклад, – оружейник показал затыльник, извлек трубку и вогнал ее обратно. – Перезарядка, куда быстрее, чем у привычного Винчестера. Правда, доснаряжать магазин по одному патрону не получится. Только полная перезарядка.

– И что толку от бесшумности, если пороховой дым выдает стрелка с головой, – пожав плечами, разочарованно произнес Игорь.

– В том-то и соль, что кушает патроны с бездымным порохом.

– Ага. И на каком выстреле разрывает ствол? Ну так, чтобы знать, когда пора избавляться от этой гремучей змеи.

– Я хоть раз халтуру гнал? – Возмутился оружейник. – Ствол здесь из хорошей оружейной стали. Иногда запарывают в мастерских, ну и куда их девать? Вот я и выкупаю, для переделок травматов. Заготовка-то толстая. Расширил калибр до четырех линий. Получилось. Сделал нарезы. Обработал на токарном станке, и посадил вместо родного ствола.

– А как затворная рама и затвор отнеслись к этому?

– Нормально отнеслись. Как видишь, она здесь стальная, а не латунная или бронзовая. Работает как часы. Гарантирую, – самодовольно заявил оружейник.

– Патрон по цене один рубль, но зато ничего делать не нужно. Пересыпал порох и порядок. Круто. Хотя-а, в моем случае, – Игорь с хитринкой посмотрел на оружейника.

– Банки «Барса» початые?

– Целехонькие.

– Значит, в твоем случае ты получаешь карабин и четыре сотни уже перекрученных патронов. Игорь, ты же не новичок, понимаешь, что на коленке патроны не перекрутить. Заказывать готовое оборудование… Ну может сэкономишь малость. Опять же, Тебе четыре сотни… Я даже не знаю, на сколько хватит. Чтобы не перепутать с обычными, пули окрашены в черный цвет.

– А если в револьвер?

– Не желательно. Но ели не увлекаться то ничего страшного. Давление компенсируется за счет прорывов газо между стволом и барабаном.

– А это случайно не армейский ли заказ на бесшумное оружие?

– Не угадал. Сталкеры и мародеры уже давно просят измыслить что-нибудь подобное. Так что, если хотел прокатить под соусом испытания оружия в полевых условиях, не выйдет. И без того испытателей хватит.

– А как власти вообще к бесшумному оружию? Оно ведь вроде как честному человеку ни к чему.

– Власти относятся терпимо. Главное, чтобы конструктивно глушитель нельзя было использовать к другому оружию. Потому и мудрил, по винторезовской схеме. Хотя, признаться получилось куда как компактней и лучше. Так что, отсюда сразу идешь в ОВД, отстреливаешь и регистрируешь. На все про все, времени не больше получаса, если у эксперта ничего не горит. Ну как, согласен?

– Н-да. Убедили Иван Аркадьевич. Беру.

– Вот и ладушки. А насчет автомата ты все же подумай.

– Подумаю, чего уж.

Из мастерской отправился прямиком в ОВД. Повезло, эксперт был не занят, и как раз сидел в курилке пред отделом, дымя трубкой. Кстати, в Невьянске можно было купить и сигареты, и папиросы, и вот, просто табак. Не сказать, что имелось серьезное табачное производство, но внутренние потребности вполне удовлетворяли. Имелся в продаже и товар островитян.

Оказывается одной из основных статей дохода сталкеров был как раз табак. Этот продукт по определению не мог сохраниться под открытым небом или проветриваемом помещении. Только в условиях глухой консервации. А в такие места лазили только сталкеры.

Правда, не сказать, что старые запасы столь уж безграничны. Но когда они закончатся, настанет черед островитян, выращивавших у себя эту культуру. Курение тут вообще удовольствие не из дешевых, и дело вовсе не в акцизах и политике государства направленной на оздоровление нации. Вовсе нет. Просто спрос рождает предложение и определяет стоимость.

Оформление бесшумного карабина заняло ровно двадцать минут. Тут и отстрел, и регистрация в журнале, и выписка разрешения на картонке. Все. Владей бесшумным оружием диверсантов. Как оказалось и его бывший «Атаман» прошел местную регистрацию.

А вообще, оружия с глушителями не так много, и все больше разнокалиберная пневматика. Эксперт с явным любопытством вертел в руках новый карабин. Пощелкал, отвинтил глушитель и вернул его на место. Одобрительно покивал, и предположил, что теперь бесшумок прибавится.

Из отдела поехал к барышнику Сидорову, договорился с ним о реализации лошадей и седла. Нечего им проедать бюджет Игоря. Для себя он уже решил принять предложение Алины Витальевны. А коль скоро так, то в качестве транспорта у них будет автомобиль, и лошади ему получается ни к чему. Должно получиться вполне приемлемо.

Подберет себе какого молодого паренька и начнет натаскивать его по полному курсу. Уж на одного-то дополнительного бойца заработков всяко разно хватит. Хотя бы на первое время. А там, при наличии напарника, глядишь можно будет и закруглить это брачное агентство.

Вернулся домой уже к обеду. Правда, тут же был вынужден уйти. Поест в трактире, ничего страшного. А вообще, нужно что-то решать с жильем. Александр конечно не погонит, не тот человек. Но все же лучше знать меру. А то мало ли где припрет молодых и за чем он их застанет.

Угу. Когда поднялся в свою комнату, чтобы сбросить обнову, услышал недвусмысленные звуки. Хм. Даже завидно стало. Хотя казалось бы, еще пару дней назад сам себя уверял, что ну его к ляду и чтобы он еще раз, да ему хватит на год вперед. Как бы не так.

Чтобы не терять время, прихватил с собой пару десятков патронов, спицынку, как он прозвал бесшумный карабин, и вышел из дома. После обеда отправился прямиком на стрельбище, где испытал обнову.

А ничего так. Ему понравилось. Детали подогнаны с завидной тщательностью. Все работает идеально и практически не издает шума. Только легкое такое сытое клацанье. Звук тише передергиваемого пистолетного затвора. Сам выстрел практически не слышен. Точность боя, как и заявлено, на сто пятьдесят метров. Не снайперское оружие. Но разброс укладывается в круг диаметром всего-то сантиметров десять. Грудная мишень поражается со стопроцентной гарантией. Если конечно руки не кривые.

Закончив на стрельбище решил навестить Алину Витальевну. После того разговора в Николаевском, она вроде как поумерила свой пыл и оказалась даже интересной собеседницей. Правда, он все же предпочитал следить за своими словами и действиями, чтобы лишний раз не провоцировать. А то с нее станется, тут же вогнать в задницу шило.

– Здравствуйте, Алина Витальевна. Разрешите? – Заглянул он в кабинет Михайловой.

У девушки как раз были часы приема и она находилась в своем кабинете. Ну а так как у него был вопрос хотя и деловой, но несколько иной направленности, он предпочел обождать пока она примет двух клиентов, что были тут раньше. И даже пропустил одного, пришедшего после него. Хм. Признаться, он попросту не знал, чем себя занять.

– Игорь Юрьевич, – искренне удивилась девушка. – Проходите конечно, – невольно глядя ему за спину, пригласила она.

– В приемной никого, – успокоил ее Бородин.

– Простите, я не хотела.

– Не извиняйтесь. Я все понимаю.

– Вы что-то хотели?

– Просто узнать как продвигаются наши дела.

– Никак не продвигаются, вздохнула девушка.

– Что так?

– Банк не выдает кредит под покупку автомобиля. В смысле они готовы кредитовать. Только при условии, что я не покину пределы княжества. А зачем мне автомобиль здесь?

– Что за идиотизм?

– Это не идиотизм, а политика банка, и княжества в целом. Получил кредит, будь добр сиди и не рыпайся. Я конечно на особом счету, но из-за меня создавать прецедент никто не станет. А значит… Игорь Юрьевич, вы уж простите, но к сожалению мое предложение оказалось несостоятельным.

– То есть, весь вопрос упирается только в наличие транспортного средства?

– Только в него. Я даже водителя уже нашла. Артем. Ну, помните парень, который приходил сюда в тот день?

– Помню.

– Во-от. Хорошо еще ничего ему конкретного не обещала, а так, при встрече намекнула только.

– Хм. Алина Витальевна, а как вы отнесетесь к тому, чтобы я был не вашим наемным охранником, а компаньоном?

– То есть?

– Ну, у меня есть достаточная сумма, чтобы приобрести автомобиль без кредита. С родом деятельности я пока еще не определился. И ваша правда, перспективней работы с вами, я пока ничего не вижу. Прибыль, пятьдесят на пятьдесят, за минусом накладных расходов. Жалование одного работника оплачиваете вы, второго я.

– Второго? – Удивленно вздернула брови девушка.

– Видите ли, Алина Витальевна, один в поле не воин. И та самодеятельность, с охранением в лесу, чистой воды профанация. Должно быть как минимум двое бойцов, чтобы могли прикрывать друг друга. А то, эдак и пропадешь не за понюх табака.

– Хм. Н-но-о…

– Понимаю, вы заинтересованы в большей прибыли, потому как имеете большую семью. Но вы ведь сами говорили, что ваши доходы существенно вырастут.

– Я рассчитывала на иное распределение.

– Ну что же, нет, так нет. Мое дело предложить, – легко согласился Игорь, равнодушно пожав плечами.

Он конечно старался не подавать виду и это у него вполне получилось. Но с другой стороны было откровенно жаль. Потому что теперь придется опять ломать голову, чем бы таким заняться. Впрочем, с другой стороны, ему незачем пороть горячку. Денег у него предостаточно и он может уже сейчас подобрать себе паренька и начать его натаскивать. К прилавку он точно не станет, а значит, ему в любом случае нужен как минимум напарник.

– Кстати, Алина Витальевна. Вы уж извините, но знакомых у меня в Невьянске не так чтобы и много. Не знаете где я могу снять квартиру? Признаться, селиться в общежитие нет никакого желания. Купить же дом, не гражданину княжества, попросту нереально.

– А что же Александр Борисович?

– Не. К нему с этим я обращаться не буду. А-а-а, вот вы о чем. Нет, он вовсе не просил меня освободить комнату. Еще и обжаться будет на то, что я решил съехать. Но признаться, так будет правильнее всего.

– С чего такой вывод?

– Ну-у, молодожены, все дела.

– А-а, поняла, – слегка покраснев, догадалась девушка.

Надо же. Она еще и краснеть умеет. Вот уж во что никак не поверил бы. От злости, это конечно да, такую картину он наблюдал. Но вот румянец смущения, видел впервые. Кстати, очень ей идет.

– Знаете, Игорь Юрьевич, в Невьянске как-то не принято сдавать жилье. Просто нет такой практики. Есть общежитие и гостиница, этого всегда было достаточно. Даже Александр Борисович проживая один в большом доме, как-то не думал о сдаче жилья внаем.

– Неужели все так запущено?

– Ну-у, может и нет. Я же не могу сказать за весь город. И даже возможно кто-то и сдает комнату, но я попросту не в курсе.

– Ну нет, так нет. Пойду еще раз навещу Спицына, глядишь подскажет чего.

– Погодите, – остановила его девушка. – Не надо никуда идти. Дом у меня большой, свободная комната найдется. Если конечно вас это заинтересует.

– И каковы условия?

– Светлая комната, кровать, стол, стул, платяной шкаф, смена белья, стирка, глажка, починка ваших вещей, стол. Общие туалет душ. За все сорок рублей.

– Хм. Знаете, а меня устраивает.

А чего кобениться. Нет, понятно, что цена вопроса очень даже серьезная. Но с другой стороны, немногим выше чем в общежитии, и вполне сопоставимо с гостиницей. Вот только там нет такого бонуса как стирка, глажка и починка вещей. В смысле, можно, но за отдельную плату.

Конечно, в такой дом не приведешь девушку, но с другой стороны, ее не приведешь и в отдельный дом. С женской лаской тут вообще все трудно. Только в бордель или жениться. Женщины тут в холостячках не задерживаются.

Алина Витальевна, чистой воды исключение. К тому же беря ее в жены, будь готов стать отцом двенадцати деток. И судя по всему, это не предел. Как пить дать, если позволят средства, она еще кого-нибудь заведет. Даром что ли дом у нее на вырост.

– Вот и замечательно. Только пообещайте мне одну вещь.

– Все что угодно, – с рыцарской щедростью, тут же проявил готовность Игорь.

– Я конечно все понимаю, но хотя бы при детях не пяльтесь на мою грудь, – как-то устало, вздохнула она.

От этих слов, Игорь тут же покрылся краской стыда. А все от того, что именно в этот момент, он как раз и остановил свой взор на весьма аппетитных и формах девушки. Да и в процессе беседы, его взгляд по обыкновению то поднимался к лицу, то опускался… Ну вот что ты будешь делать!

– Кхм. Простите. Оно как-то само. Н-да. Я постараюсь.

– Вот и договорились. Что же касается вашего предложения, то давайте подумаем. Итак, оплата водителя и вашего помощника вместе составит сто рублей за выезд. При наличии одной невесты мы зарабатываем по пятьдесят рублей, за вычетом накладных расходов. Две невесты это уже почти по сто пятьдесят, три, порядка двухсот пятидесяти.

– А это реально? – Игорь с сомнением посмотрел на девушку.

– Реально. Не скажу что просто и кататься придется далеко, но реально.

– Ничего, прокатимся, – бодро произнес Игорь и поднялся со стула. – Тогда я прямиком домой. Надеюсь Александр свет Борисович уже освободился, и мы сможем навестить Тульского. Бог весть каких там обязательств он успел нахвататься. А так, по блату, глядишь и вне очереди сладит.

– А потом забирайте вещи и добро пожаловать, – согласилась Алина и тут же спохватилась, – Да, чуть не забыла. Игорь Юрьевич, у меня две девочки, Хана, из местных, по местным меркам уже невеста. Но до восемнадцати лет, местные женихи обойдутся и без нее. И Лена, эта переросток, хотя ей всего лишь тринадцать.

– Алина Витальевна, вы за кого меня принимаете?

– На ваше счастье, за нормального человека. Просто прошу быть поаккуратнее и не вскружить девчонкам головы. Всячески подчеркивайте, что они просто девчушки, никаких обращений на «ты», только на вы и или по имени отчеству или дядя Игорь. Лучше второе.

– Почему?

– Потому что, дядя ассоциируется с родней, а в родню влюбляться дурно.

– А-а-а, понял. Буду дядей. Да мне не впервой с детьми возиться, и с девочками в том числе, – заверил Игорь.

– Знаю. Александр Борисович рассказывал. Иначе ноги вашей в этом доме не было бы, – вполне серьезно ответила девушка.

Известие о переезде Игоря, Александр воспринял негативно. И это еще мягко сказано, едва не обиделся. Пришлось рассказать все как есть, чем ввергнуть мужчину в краску. А что тут скажешь? Правда он попытался убедить, что больше ни в жисть. Но Бородин только покрутил пальцем у виска, мол окстись, дружище, живи полной жизнью и не забивай свою голову разной бредятиной. Словом, договорились.

Потом перешли к деловому разговору. Александр выслушав просьбу Игоря, тут же ответил готовностью помочь. Мало того, он и без того собирался навестить Тульского, чтобы оговорить с ним проект будущего автомобиля. Оказывается они уже успели осудить таковой.

Игорю стало откровенно интересно, чего это там заказала Алина Витальевна. Он так и видел весь из себя красивый фаэтон, изукрашенный и сверкающий на солнце медяшками. И отчего-то обязательно розового цвета. Ну а какое еще авто должна заказать девушка?

Н-да. Ну в принципе не сказать, что он ошибся во всем. Оказывается, Михайлова хорошо рисовала, а потому смогла предметно показать, чего именно и как она хочет. Итак, это должна была быть грузопассажирская версия, на базе грузовой повозки, с уже привычной компоновкой. Впереди широкое сидение водителя, сзади, напротив друг друга, пассажирские. Разве только в прежней версии, водительское сидение было выше, а теперь находится на одном уровне.

Позади все так же машинно-котельный отсек, далее прирос небольшой деревянный кузов с бортами высотой сантиметров пятьдесят и в длину метра два не больше. Ну и колесная база ясное дело отступила назад, а мост соединяется с маховиком посредством более длинного кардана.

Ну да с этим все понятно. Технические так сказать моменты. А вот дальше пошли излишества. Такие как четыре фонаря весьма изящной формы, которые он наблюдал на некоторых частных экипажах. Похоже понты будут сопровождать человека даже на краю бездны, да пожалуй и за краем.

Так вот, эта вычурность должна была появиться на его автомобиле. Причем в количестве четырех штук. Мало того, судя по рисунку, и пояснительным надписям, добавилось множество латунных деталей, причем не несущих никакой иной нагрузки кроме декоративной. Сидения должны были быть изготовлены из кожи, что крайне непрактично, при длительных путешествиях. Складывающаяся крыша так же кожаная. И ведь это вело к неизменному удорожанию автомобиля.

– Хм. Из всего этого натюрморта я лично вижу только один положительный момент, – покачав головой, заявил Игорь.

– И какой же? – Поинтересовался Александр.

– Она все же выбрала грузовой вариант, а не легковой.

– Ну, с учетом того, что вашими пассажирками будут невесты, ничего удивительного. Возьми мою Ганку. Она получила полный карт-бланш на меблировку дома и наполнение собственного гардероба. Все содержимое ее сундука мы таки разместили в авто и привезли сюда. А она все сокрушается по сундуку оставшемуся в родительском доме. Алина же Витальевна прекрасно знает свой контингент, вот и думает об их приданном.

– Это точно. Но остальное-то зачем. Тут излишеств рублей на сто, никак не меньше.

– Куда больше, – поправил его Александр. – Но она по своему права. Богатый и нарядный экипаж, способствует созданию положительного имиджа в глазах аборигенов. А значит, упрощает вашу охоту.

– Охоту? – Вздернул бровь Игорь.

– Ну не нравится тебе слово охота, назови рыбалкой. Суть-то от этого не меняется.

– Не меняется, – вынужден был согласиться он. – Ладно, убедил. Поехали заказывать авто, как того хотела Алина Витальевна. Хоть во что выльется-то?

– Это не ко мне. Васильевича трясти надо.

В мастерскую отправились на автомобиле. Правда, предварительно пришлось запустить газогенератор, да обождать, пока наберется нужное давление газа. Зато потом побежали очень даже резво, поднимая за собой столб пыли.

Хм. Вообще-то это они зря. С одного из дворов им вслед полетела длинная тирада из непечатных слов. А и то. Во дворе наблюдалось развешенное стиранное белье. И что-то подсказывало Игорю, что хозяйке теперь придется перестирывать.

Вообще-то все, кто посообразительнее уже убрали свои бельевые веревки за дома. Оно и трусами на всю улицу не светишь, и пыли поменьше. Ее ведь и конные экипажи исправно поднимают. Во дворах же и у заборов посадили те же кусты сирени или виноградные лозы. Хоть какая-то защита от пыли. Оно лучше бы глухой высокий забор, но князюшка не велит. Вот и выкручивается народ как может.

До промзоны было недалеко. Так что добежали быстро. Хотя и сбросили скорость, чтобы больше не призывать проклятья на свою голову. Жизнь и без того веселая, так чего еще и усугублять.

Признаться, памятуя слова Александра о запуске мастерской только к сентябрю, Игорь ожидал увидеть куда более безрадостную картину. Но как оказалось, все не так страшно. Здание мастерской, все той же саманно-каркасной постройки уже стояло. Черепичная крыша в наличии. Только нет ни окон ни дверей. Хотя работы по установке и монтажу оборудования ведутся полным ходом.

– А чего это здание пустыми глазницами светит? – Все же поинтересовался Игорь.

– Так саман же. Ему высохнуть нужно. А солнце и сквозняки лучшие в том помощники. Вот просохнет все, тогда и застеклят и двери поставят. Станки же устанавливают по мере готовности. Главное, чтобы не под дождем, а так ничего им не станется, тем более под слоем смазки.

– А Тульский значит охраняет все это хозяйство. Охрану уже наняли. Да собака с пятью щенками имеется. Словом, есть кому охранять и без Васильевича. Но стройку он контролирует лично. Основные-то деньги и кредит мои, но и его сбережения все сюда ушли. Так что, заинтересован не меньше меня, а пожалуй, так и больше. Я ведь все одно при своем заработке останусь. Потеряю только деньги. Его убытки будут куда существеннее.

– Это да, – вынужден был согласиться Игорь.

– Приветствую тебя Саша, – поздоровался подошедший мужик.

– Это Игорь, о котором я тебе говорил.

– Ага. Называй меня по простому, Андрей. Мне так проще.

– Игорь, – пожал он руку мужчины.

Ничего так дядька, открытое добродушное лицо трудяги. Среднего роста, лет пятьдесят, крепок. Седина уже крепко вцепилась в его уже лысеющую шевелюру. Видно, что когда-то он обладал завидным таким чубом, от которого остались одни воспоминания.

– Вот погляди, Андрей, чего тут намудрили заказчики.

– Так, когда встречались на улице, ты вроде поминал Алину Витальевну, – с сомнением произнес мужик.

– Не срослось у нее. Банк в кредите отказал, потому как кататься на дикие земли придется. Но Игорь ее компаньон, так что, считай разницы никакой.

– Это как это компаньон? Мужик сваха, что ли, – хохотнул Тульский.

– Можно подумать ты обо мне еще не слышал, – отмахнулся от подколки Бородин.

Ну не могло тут такого быть. Развлечений с гулькин нос, а потому на каждую маломальскую новость набрасываются как голодный на краюху. Чихнуть не успеваешь, как весь город уже в курсе событий.

– Слышать-то слышал, да только поди пойми сколько в тех слухах правды, а сколько выдумки.

– А ты верь всему, – с улыбкой предложил Игорь.

– Не, я все же, поделю на четыре.

– Ну как знаешь. Так что скажешь по заказу.

– Вообще-то мы не собирались ничего мастерить на коленке. Оно и тяжко, и муторно. Но для Алины Витальевны, со всем уважением. Молодец девка. Нужным делом занимается.

– А там глядишь и для тебя расстарается, – подначил его Александр. – Старшему-то уже четырнадцать. Еще чуть и жених.

– Это да. Тут смысла тянуть с женитьбой никакого. Баб и без того нехватка. Оно вроде бы если брать его сверстниц, так и все в порядке, примерно поровну пацанов и девок, но тут ведь и сорокалетние ухари за малолетками бегают, под окнами соловушками заливаются. Чуть раззявил варежку и уже ходишь бобылем.

Угу. Как видно за живое задело мужика. Оно ведь мало вырастить ребенка, нужно еще и пнуть его во взрослую жизнь. Да убедиться, что все у чадушки в порядке. А там и подводить итог. Впрочем, если у него все получится, то уж кто, кто, а его сын в бобылях точно не останется. Любовь, любовью, но завидные женихи не залеживаются, даже при дефиците женского пола.

Так что, уж для кого, для кого, но не для себя мужик будет стараться. Он тут с самого начала. Когда люди стояли друг за дружку до конца. В буквальном смысле вгрызались в этот мир, чтобы выжить. Для пионеров княжества слова «сам погибай, а товарища выручай», совсем не лишены смысла. И жить имея в уме интересы общества для них норма. Пусть и о своей выгоде не забывают. Но это норма.

– Н-да-а. Твой проект или ее? – Стрельнув взглядом в Игоря, поинтересовался Тульский.

– Ее. Но я в принципе согласен с ним.

– Это да. Встречают по одежке. Только одежка та встанет тебе в денежку.

– Не сомневаюсь. Только тут кое-что нужно еще добавить.

– Говори.

– Не плохо бы трубопровод от емкости для карбида, замкнуть с трубкой от газогенератора, а сам ацетиленовый генератор сделать побольше объемом, раза эдак в два.

– Ого. И нафига попу баян? – Удивился Тульский.

– Случись не окажется карбида, тогда можно будет пустить пиролиз. Оно конечно не так ярко будет, но уж точно и не впотьмах. А случись беда, так можно сыпануть карбид, переключить горелки на ацетилен и дальше бежать, без остановки.

– Обожглись? – Глядя на Лапина, поинтересовался Тульский.

– Было дело, – скривившись, подтвердил писатель. – Если бы не Игорек, то бог весть, что из этой поездки получилось бы. Может побили бы, а может и в полон увели.

– Знать не все брехня, а Игорь?

– Так я же говорю тебе, ты верь слухам, так оно и жить веселее, – хитро улыбаясь, ответил Бородин.

– Ага. Буду верить, – заверил мужчина, но все же оговорился, – только сначала делить на четыре.

– Ну как скажешь, – слегка разведя руками, согласился Игорь. – Так, что по заказу?

– А что по заказу. Опция очень даже нужная. Сделаю, и учту на будущее. Полезное дополнение. Опять же, сталкеры интересовались нашим грузовичком. А им я думаю такая фишка очень даже не помешает. На вскидку аппарат обойдется рублей в семьсот. Ну чего глядишь? Тут одной кожи и латуни сколько? Но это я по высокой планке беру, чтобы у тебя иллюзий никаких. А там может и дешевле выйдет. Заметь, себестоимость я оцениваю, как если бы собирал его в оборудованной и налаженной мастерской. Как, потянешь?

– Потяну, – вздохнул Игорь.

Потом, подумал. Да что собственно тут такого. Легко пришло, легко ушло. Он ведь и испугаться-то как следует не успел. Разве только кровь пришлось пустить изрядно. Ну да, не он начал. Кстати, о крови.

– Андрей, еще просьба есть. Надо бы предусмотреть четыре крепления под вертлюг пулемета.

– Гатлинга?

– Ясное дело его. Откуда мне дегтярь. Сделай так, чтобы можно было стрелять по курсу, сзади и по бортам. Как оно там должно быть по прочности…

– Без сопливых скользко, – отмахнулся Тульский, задумчиво помяв подбородок. – Добро. Сделаю. Ты, завтра к часу дня ко мне домой подъезжай. Я как раз на обеде буду, за одно и смету тебе представлю. Только ты учти, что и она будет еще не окончательной. Но считать опять стану в большую сторону.

– Я тебя понял. Завтра буду.

Попрощались, и устроились в авто, предварительно запалив горелку в котле. Вот интересно, а как тут с генераторами и аккумуляторами? Сделать бы электроподжиг, чтобы не бегать каждый раз со спичкой. Ну или резервную горелку с отдельной емкостью и обратным клапаном. На случай если вдруг погаснет горелка. Угу. Он теперь готов дуть на воду. Уж больно не понравилось оставаться без транспорта в самый решительный момент.

Нищему собраться, только подпоясаться. Хм. Ну, вообще-то, нищим он был недельки полторы назад, а теперь у него на счету в банке эдакая кругленькая сумма. Пусть вскорости он ее и уполовинит, все одно останется изрядно. Ну, пока он не прикупит Гатлинг и не начнет готовить себе напарника.

А еще не подтянет к занятиям водителя и Алину Викторовну. Если она решила, что у нее получится уютненько так отсидеться у него за спиной, она сильно ошиблась. Он конечно не собирается ее использовать как боевую единицу, но необходимый минимум усвоить заставит. Так-то оно куда надежнее.

Н-да. Так вот. Помимо денег в банке, он оказывается успел уже и имуществом обрасти. Тут и одежда, и оружие с боеприпасами. Кстати, нужно будет озаботиться у столяра прочным оружейным шкафом. Чтобы пацаны не добрались ненароком. Как в поездку, так он весь свой арсенал выгребет, но не носить же все это богатство на себе по Невьянску.

Алина Витальевна вышла его встречать, едва только автомобиль остановился у калитки. Окинула внимательным взглядом его пожитки, так вот и не поймешь, то ли с осуждением, то ли с уважением.

– Велосипед оставьте у крыльца. Не переживайте, я предупредила детей, чтобы они его не трогали.

– Да мне не жалко, – начал было Игорь.

– Что значит не жалко? Вещь дорогая даже на земле, а уж здесь, так и вовсе бешеных денег стоит. Они должны с детства знать и понимать, что каждый поступок имеет свою цену. Вот так захочет пофорсить какой сорванец, и разобьет ваш транспорт. А потом мы все вместе будем думать, как восполнить вам ущерб.

– Алина Витальевна, вы вообще за кого меня принимаете. Велосипед конечно не из дешевых, но чтобы детей…

– Не надо всех мерять по себе, Игорь Юрьевич. Возможно вы и отнесетесь к данному обстоятельству просто и махнете на убытки рукой, простив сорванца. Но он-то сделает из этого неверный вывод и потом повторит подобную выходку, за которую его никто прощать не будет и спросит по полной. Так что, вы не поможете ему, а окажете медвежью услугу. Надеюсь, мы поняли друг друга.

– Да, Алина Витальевна.

– Вот и хорошо. Вам помочь?

– Сам управлюсь.

А и то, отчего не управиться. Велосипед уже пристроил, рюкзак на спину, карабины на ремень, револьверы на поясе, в руки по свертку, в которые завернул свои вещи. Вот и все его имущество. Хм. Вообще-то, не так чтобы и мало. Для такого-то короткого срока.

– Дети, познакомьтесь, это дядя Игорь. Он будет теперь жить с нами.

– С тобой, мама Алина? – Тут же уточнила девчушка лет…

Хм. А поди угадай сколько ей. Вон ту, что выглядит постарше, он уже однажды видел. Получается она Хана. И ей пятнадцать. Тогда эта Лена. И впрямь переросток, поди дай ей тринадцать лет. Да ни за что!

– Лена, я не сказала, со мной. Я сказала с нами, – терпеливо ответила Михайлова.

Потом она поочередно представила всех ребят. Перездоровались, перезнакомились. Пацаны тут же подхватились помогать ему нести вещи. Даже к оружию ручонки тянули, но Игорь проигнорировал эту помощь, еще больше уверившись в необходимости навестить столяра. Да что там завтра. И сегодня еще не поздно!

– Игорь Юрьевич, вы пожалуйста разложите вещи, и отделите то что в стирку. Не стесняйтесь. Остальное Хана перегладит. Хорошо, моя девочка.

– Конечно, мама Алина, – с явным аборигенским акцентом ответила девчушка.

– Я помогу, – тут же вывернулась Лена.

– Поможешь конечно. Но только мне и на кухне.

– Хорошо, – разочарованно вздохнула девчушка.

– Вы хорошо подумали, прежде чем приглашать меня сюда. И вообще, эта пигалица…

Едва закрылась дверь за детьми, начал было Игорь, и задохнулся от… Да пожалуй, что и возмущения. Его только что беззастенчиво и с недвусмысленным намеком рассматривала тринадцатилетняя пигалица! За несколько лет работы с детьми у него ничего подобного ни разу не случалось. И признаться, он даже растерялся.

– Вы только не давайте ей слабину. Кто из нас в свое время не спешил во взрослую жизнь. Дети же здесь взрослеют слишком рано. Вот и она торопится.

– Хворостиной не пробовали? – Задумчиво поинтересовался он.

– Даже думать не смейте, – строго припечатала она.

– Ну что вы сразу на меня набрасываетесь. Я ведь это как вариант, – слегка разведя руками, начал оправдываться он.

– Это. Не вариант, – припечатала девушка.

– Понял. Будем работать, – с готовностью согласился Игорь.

Хм. Вообще-то, сговариваясь на эту квартиру, он думал, что по сути займется привычным для себя делом. Теперь он в этом не был уверен. Может все же общежитие? Ну не ожидал он такого.

Н-да. А потом за бельем пришла Хана. По местным меркам уже взрослая девушка, вошедшая в самую пору. Мало того, она выросла в своей семье и успела это осознать. Как и тот факт, что время ее уходит, и ей нужно искать пару. Несколько лет, и она превратится в старуху. Вот и движется она по комнате так, что…

Нет, все же идея с хворостиной не такая уж и глупая!


Глава 7. Команда

– Раз, два, три. Прижимаешь револьвер к себе, а не размахиваешь им на вытянутых руках. Все как на месте, только теперь в движении. Левая нога за правую. Разворот влево. Или правая за левую. Разворот вправо. И снова оружие на линию прицеливания. Опять три приставных шага. Раз, два, три. Разворот. Раз, два, три. Разворот. Уяснил?

– И так до одури, – вздохнул парень.

– Работай, Волк. Работай. Двигайся плавно, не торопись. Просто тупо повторяй это упражнение. Дойдешь до деревца, и двигайся обратно. И не торопись.

– Да понял я. Просто вымораживают все эти бесконечные повторы. Шаман, а ты за сколько научился?

– Та я и не научился. Нет предела совершенству.

– Ну до своего уровня сколько шел?

– Вместе с армией считай восемнадцать лет.

– В смысле?

– В смысле, работал все время. И сейчас работаю, как видишь Хватит филонить. Пошел.

Парень опять вздохнул, и встав в стойку, начал двигаться в приставными шагами, на полусогнутых ногах. Три шага, разворот. Три шага, разворот. Никаких красивых и эффектных шагов с заведением одной ноги за другую, как это показывают в кино. Только приставной шаг, чтобы элементарно не запутаться в своих же ногах и не потерять равновесие. Перехлест допустим только в одном случае, если тебе нужно развернуться на сто восемьдесят градусов. И это нужно вбить не в мозг, а в тело. Чтобы оно сидело в тебе на уровне рефлекса.

Впрочем, закрепление этих самых рефлексов никак не помешают. И Игорь вовсе не лукавил, когда говорил о постоянном совершенствовании. А потому он пристроился напротив Волка, и начал двигаться повторяя уже давно освоенные и отработанные движения. Личный пример при обучении наиболее эффективен. Делай как я, делай со мной, делай лучше меня.

Взять к себе Волкова, Игорю посоветовал Спицын. Не сказать, что он так уж хорошо знал парня. Но зато он знал его командира роты, который дал парню отличную характеристику. У парня как раз заканчивался срок службы в армии. Служить и дальше он не хотел.

Не сказать, что ему не нравились мужские игры и оружие в частности. Вовсе нет. Но особых талантов у него не вскрылось, а потому и дорога в егеря или СБ ему была заказана. С кавалерийской подготовкой оказалось откровенно плохо. Соответственно и выходы в патрули ему не светили. Служить же в линейной части по унылым гарнизонам…

Вот если не сможет где пристроиться на гражданке, тогда другое дело. Но парень склонялся все же к мысли, что напрасно потерял целый год. Ни уйти со службы, ни отказаться от гражданства он уже не мог, а потому пришлось ему дослужить до конца. А вот после увольнения в запас, все пути открыты. И парень склонялся к тому, чтобы стать наемником или пристроиться к какой группе мародеров. Только не в сталкеры. Он откровенно боялся подхватить какую-либо заразу.

Игоря вполне устроила короткая и емкая характеристика ротного парня. Без талантов, но и без гнильцы. Главное это второе. А первое… Это ведь как учить. А Бородин это делать умел. Вдумчиво, системно и без дураков. Опять же, индивидуальная подготовка, она и есть индивидуальная. Даже самого бесталанного можно вывести на уровень куда выше среднего.

После окончания отработки этого приема, перекусили, чем бог послал. В смысле сухим пайком в виде отварной говядины, сыра и горячего местного кофе. Термос, кстати, тоже местный. В смысле, их производят островитяне. Княжеству не объять необъятное. Игоря соблазнило то обстоятельство, что сосуд был стальным, а не со стеклянной колбой. Вот и не пожалел десяти рублей.

После обеда он продолжили занятия. На этот раз по рукопашному бою. Игорь конечно делал упор на огнестрельное оружие, но жизнь есть жизнь, а потому рукапашка никогда не будет лишней. Мало того, подчас жизненно необходимой.

Игорь часто слышал высказывания о том, что это напрасная трата времени. Что главное это оружие и умение применить его из любого положения. Что безоружный человек против вооруженного бессилен. Но правда заключается в том, что подобные утверждения исходят либо от интернетных всезнаек, либо от откровенных лентяев. Первые считают, что все знают, благодаря всесильному «гуглю». Вторые не желают лишний раз напрягаться, и ищут этому оправдание.

По окончании занятий, пять километров по полной выкладке обратно в город. Вечерний туалет. Ужин. И сон. Ни на что другое сил не оставалось не только у молодого, но и у Игоря. Ему приходилось изрядно выкладываться, чтобы нагружать этого молодого бычка. Оно вроде и сам не рохля, но шестнадцать лет, что ни говори, разница существенная.

Занятия чередовались. День огневой подготовки, день тактической. Впрочем, на огневой выматывались ничуть не меньше. Кроме классического стрельбища на различные дистанции, там имелась еще и тактическая полоса. Мишени с противовесами можно было перемещать и выставлять в самых неожиданных местах. Имелись кусты, окопы, стенки, коридоры, оконные и дверные проемы. Словом, к оборудованию стрельбища тут подошли с умом.

Попасть на тактическую площадку можно было далеко не всегда. Потому как тут систематически тренировались егеря, армейцы, милиция ну и ополчение. Да и строилось все это из расчета как раз на силовиков. Но вклиниться в их график занятий на часок, а то и два, было вполне реально. А Игорю больше-то по сути и не надо.

Поначалу-то Бородин попытался устроить стрельбу на тактических занятиях в лесу. Но после первого же раза, пришлось вплотную познакомиться с конным патрулем. Кавалеристы оказались очень недовольны тем обстоятельством, что им пришлось напрягаться из-за парочки придурков устроивших канонаду неподалеку от города. Потом пара часов в ОВД, штраф в двадцать рублей и как бабка отшептала.

Лучше уж заплатить по двадцать пять копеек с брата, и заниматься вполне легально. Да еще и с оборудованной тактической площадкой. Чем вносить в казну свои кровные, да еще и куда более значимую сумму.

Стрелять приходилось и Алине с Артемом, будущим водителем. Парень владел обычной берданкой и капсюльным револьвером. Так Игорь настоял на том, чтобы он сменил его на Смит-Вессон. Мало-того, ему пришлось сменить и берданку, на магазинную переделку, да еще и прикупить один скорозарядник и три магазина.

Патроны шли с работодателей. То есть, пока-то за них платил Игорь. Но Михайлова была не против компенсировать затраты с будущей прибыли. Правда поначалу она в целом выступала против занятий. Шутка сказать, двадцать выстрелов и рубль улетел как в трубу. Но Бородина не устраивала ситуация с балластом на борту. Их товарища должны были уметь если не воевать, то хотя бы защищаться. А для этого недостаточно просто нажимать на курок. Так что, и пришлось им поработать и на тактической площадке, и послушать жужжание пуль над головой.

К слову сказать, среди жителей Невьянска желающих пострелять было не так чтобы и мало. На стрельбище все время наблюдались одинокие стрелки, или небольшие группки из от двух до четырех человек.

Порой звучали и очереди Гатлингов. Причем далеко не только во время тренировок ополчения. Сталкеры, мародеры, серьезные отряды наемников. Гатлинг достаточно серьезный аргумент, в противостоянии превосходящим силам на дикой территории, чтобы пренебрегать им. Не стал его недооценивать и Игорь. Даром что ли оговаривал установку на автомобиль нескольких креплений под пулемет.

Во двор усадьбы они буквально приковыляли. По здравому рассуждению Игорь уговорил Алину сдать комнату и Волкову, взяв на себя обязательства приглядывать за этим жеребцом. И слово свое держал крепко. Парню попросту некогда было думать о глупостях. Зато Игорь вздохнул с облегчением.

С появлением в доме молодого и довольно привлекательного парня, внимание девчат тут же переключилось на него. Вернее, обхаживать его начала Хана, Лена же не желая ей ни в чем уступать, включилась в борьбу следом. Но тут уж на и пути встал непреодолимой стеной дядя Игорь.

Он предложил еще одного квартиранта вовсе не потому что заботился о повышении доходов воспитательницы. Вернее, не только об этом. Все же, что ни говори, но минимум тридцать рублей чистого дохода, Алине Витальевне вовсе не помешают. Но признаться, его куда больше заботило собственное душевное спокойствие. Оберегать молодежь от глупостей со стороны, выступая в роли старшего товарища и дяди, куда проще, чем в ситуации когда сам являешься объектом атаки.

Приняли душ. Сбросили грязную одежду в бельевую корзину, затолкали в себя ужин и завалились спать. Вот интересно, он кому и что пытается доказать? Ну гонял бы парня в хвост и в гриву, и ладно. Ну не в том он уже возрасте, чтобы тягаться с молодым. Даже по армейским нормативам он уже давно входит в третью возрастную категорию. А все туда же, кто быстрее, у кого толще.

Проснулся Игорь полностью отдохнувшим и бодрым, как никогда. Впрочем, ни к чему себя обманывать. Восстановиться полностью он не мог. Без вариантов. Самочувствие же скорее всего обусловлено тем, что сегодня воскресенье. А этот день он определил как выходной.

Второй выходной в их напряженном графике. Впрочем, надо отметить, что эти две недели оказались достаточно плодотворными. Антон явно прогрессировал. До того момента, когда его можно будет назвать полноценным бойцом, конечно же еще далеко. Но уже сегодня, он заткнет за пояс любого бойца из линейных частей.

Разве только уступит в кавалерийской подготовке. Ну да, не свалится из седла, при переходе и то хлеб. Большего от него не требуется. Но опять же. Во время того же маршброска он уже обставит лошадь. Не на десяти километрах, ясное дело, но на двадцати уж точно.

Лошадь сильна, это так, но в выносливости с человеком ей не тягаться. Это факт. Помнится была такая присказка практически во всех военных училищах Советского союза – если хочешь стрелять как ковбой и бегать быстрее его лошади поступай… Дальше каждый добавлял именно свое училище. И если с первым можно было еще где-то как-то поспорить, то второе утверждение было чистой правдой.

Завтракали, как обедали и ужинали, в большой столовой, за общим столом. От чего Игоря все время не отпускало ощущение, что он присутствует на каком-то детском торжестве. Поначалу детвора стеснялась Бородина, но потом ребятки сообразили, что новый дядя в доску свой и к нему можно обращаться со своими проблемами.

Мало того, с разрешения мамы Алины, он позволял им кататься на своем велосипеде. Правда, только в его присутствии и только в парке. Но даже это было верхом их мечтаний. Н-да. И ведь не только детей аборигенов, но и землян. Вот ведь какое дело.

Оказывается, все местные дети были из неблагополучных семей. Их в прямом смысле этого слова отлавливали на улицах, в притонах и ночлежках, откуда переправляли сюда. Подбрасывали их всех в паре километров от какого-либо населенного пункта. Но даже несмотря на это случалось обнаруживать обглоданные детские кости, или посиневшие трупы, погибших от укуса змеи. Территории-то вроде и заселены, но тем не менее хищники здесь не такая уж великая редкость. А уж о змеях и говорить нечего.

– Антон, погоди, – остановил Игорь парня на высоком крыльце.

В быту они называли друг друга по именам. А вот на занятиях и в поле, уже переходили на позывные. Правда с радиостанциями у них был полный швах. Но Бородину так было привычней. Опять же, мало ли Сергеев и Антонов. Кто его знает как оно обернется и в какой ситуации придется драться. А так, Шаман и Волк, и не надо вслушиваться и стараться опознать голос. Вот и вспомнил он о своем позывном, ну и Волкову долго думать не пришлось. Его с детства Волком называли.

– Да, Игорь Юрьевич.

Угу. Вот еще и это. Ну не мог парень запросто называть Бородина, хоть тресни. На ты, ту все нормально, но строго по имени отчеству. А Игорь и не настаивал. К чему переучивать, если перед ним правильный парень, с нормальной жизненной позицией и отношением к окружающим.

– Держи, – вложил он ему в ладонь золотой червонец. – Премия за прошлую неделю. Молодцом, Антон. Дуй в красные фонари, оттянись по полной, и про кабак не забудь. А то, света белого не видишь.

– О! Спасибо, Игорь Юрьевич. Теперь хватит.

– Ты о чем Антон?

– Потом, – возбужденно ответил парень, и сбежав с крыльца, выбежал за калитку.

– А куда Антон убежал? – Тут же возникла на крыльце Хана.

Ага, а вот и переросток Лена выглядывает из-за двери, явно навострив ушки, при упоминании объекта ее внимания. Эта девчушка тоже с улицы, и хлебнуть успела много. Были в ее судьбе и насильник отчим, и педофил, у которого она полгода жила на даче полгода, за еду и кров. По ее словам, дяденька ее не обижал и было у нее все. Ну разве только и он сам по выходным приезжал. Встретить бы этого добренького.

– Дела у него, – неопределенно ответил Игорь.

– Как же. Он ведь обещал с нами в парке погулять, – с явным разочарованием, произнесла девушка.

– Да брось ты сопли распускать, – вышла-таки на крыльцо Лена. – Антон всю неделю пахал как проклятый, а он здоровый, молодой и крепкий мужик, ему разрядка нужна. Вот и убежал… По делам, – хохотнув, закончила вредина.

Впрочем, она тут же стушевалась, поймав серьезный и осуждающий взгляд дяди Игоря. Тот ни слова не сказал, но эдак многозначительно покачал головой. Ханна же, поняв к чему клонит мелкая вредина, тут же покрылась краской стыда, заполошно поправляя и без того аккуратно забранные в косу волосы, поспешила скрыться в доме.

– Довольна? – Вздохнув, поинтересовался Игорь.

– А что она прямо как маленькая, – ковыряя носком туфельки в полу и сосредоточенно что-то там рассматривая, пробурчала девочка.

– Дуреха, – взъерошив ей волосы, и прижав ее головку к своей груди, с усмешкой произнес Игорь. – А какие же вы еще, если не маленькие. Было дело, пришлось хлебнуть каши из взрослой чаши. Ну и как, сильно тебе понравилось? Ну чего молчишь?

– А что, там должно было понравиться, – фыркнула Лена.

– Верно. Так радуйся, что на смену тем двум уродам, на твоем пути появилась Алина Витальевна, и вернула тебе детство. А ты все спешишь, торопишься. И гадости сестре говоришь.

– Она мне не сестра.

– Все вы тут сестры и братья. Думаешь не знаю, как ты за ребят заступалась в школе, и дралась с мальчишками? Будь они чужими, ты бы себя так не вела, – отстраняя ее от себя и придавая направление к двери в дом, возразил он. – Давай, помоги младшим собраться. У нас вроде как парк по плану. Если Алина Витальевна не передумала.

– Не-э, она не передумает. И уж тем более, если вы скоро отправляетесь в путь, – авторитетно возразила девочка.

Игорь не без удовольствия отметил для себя оду немаловажную деталь. На его объятия Лена ответила тем же. И при этом руки ее покоились не на его заднице, а на поясе. Прогресс, однако. А то бывали пару раз прецеденты, ввергавшие его в краску гнева и стыда.

В первый раз приложился таки, тут же сорванной крапивой. Думал все, отношения с Михайловой порваны в клочья. Даже подумывал о сборе чемоданов. Но обошлось. Девчушка надулась как мышь на крупу, слово через губу не выплюнет. Ходила букой весь вечер. Алина Витальевна не могла этого не заметить и задала вопрос в лоб. Врать не хотелось. Рассказал. Девушка подумала, подумала, и сделала последнее и ни разу не китайское предупреждение.

Собрались очень быстро. До парка, всего-то тысяча шагов. Это они на спор с ребятами считали. Так что, дошли довольно быстро. При этом, ребята по очереди, без разбора полов, главное умение ездить, кружили вокруг остальных на велосипеде. В парке раздолья стало чуть больше. Но опять же в пределах видимости. Условие Михайловой, которая все опасалась, что дети сломают дорогую игрушку.

Добрались до облюбованной ими в прошлое воскресенье беседки, оказавшейся свободной. И без лишний раздумий, оккупировали ее. На столе тут же оказались две корзинки с нехитрой снедью. Подумаешь, они тут до обеда. Это ни о чем не говорит. Дети. На природе аппетит разыграется так, что все сметут, еще и пообедают.

– Оп-па. Здравствуй попа новый год, – неожиданно выдал Бородин.

– Игорь Юрьевич, – возмутилась Михайлова.

– Упс. Простите, Алина Витальевна. Просто… Я этому обормоту премию, а он вон что учудил.

А и то. Здоровый крепкий парень с нормальными потребностями организма. А он пошел и где-то велик прикупил. Разъездной транспорт ему вишь ли потребовался. Вот, срочно, дальше некуда. Стоп. А что это за велик такой странный? Хм. Чем-то таким эдаким из детства пахнуло. Совдеповским. Хотя-а-а…

– Антон это что за агрегат такой? – Не удержался он от вопроса, едва только парень подкатил к беседке.

– Сейчас, Игорь. Юрьевич. Ваня, принимай аппарат. Прокатись сам, примерься, и тогда уж начинай учить Андура, Ингвара и Алтана. Уразумел, – быстро подгоняя седло и руль, под мальца, распорядился Волков.

– Понял, дядя Антон, – возбужденно отозвался малец лет двенадцати.

Вот так. Для всех Волков дядя Антон, для Лены и Ханы, как самых старших, Антон Ильич. И никаких гвоздей. У Михайловой не забалуешь. Раздав ЦУ, парень поднялся в беседку и с довольной улыбкой уселся напротив старших. Мол пытайте, я готовый.

– Мало мне одной чужой дорогой игрушки, так пожалте другая, – осуждающе посмотрела на парня девушка.

– Почему чужая? Это мой подарок ребятам. Понимаю, что яблоко раздора. Но авось не подерутся. А что до поломок, так там по моему и ломаться-то нечему. Ну, если особо не стараться, – тут же поспешил поправиться парень, скорее всего припомнив собственное детство.

– Подробности услышать можно? – Напомнил о своем вопросе Игорь.

– Так, есть один умелец, слесарь. Попал сюда года четыре назад. Живет через улицу от нас. У него огород выходит на пустырь, за которым промзона располагается. Вот аккурат за своим огородом он и выпросил себе участок под мастерскую. Взял кредит, заказал станки. Словом, наладил он изготовление велосипедов. Конечно тот еще агрегат, раза в два тяжелее вашего. Вместо камер и покрышек, кожа, свернутая в плотный рулон. Подшипники, вкладыши скольжения. Тормоза, только ручные. Не захотел возиться с тормозным барабаном. А так, проще простого, вместо резины все та же кожа. Скорость на нем набирать не так резво, как на земных, задняя звездочка чуть больше, чтобы легче было крутить педали. Но в целом нормальный агрегат. Блин. Мне даже понравилось.

– Антон Ильич, следите за своей речью, – стрельнув взглядом в Хану и Лену, на пару зардевшихся от гордости за своего избранника, потребовала Алина.

– Ой. Простите. Я это от эмоций.

– Получается, у нас теперь есть свой невьянский велосипед, – хмыкнув, подвел черту Игорь.

– Точно. Он так и называется, «Невьянск». Не богато у народа с воображением, – хохотнул парень.

– Или еще на одного не желающего возвращаться на Землю, стало больше, – возразил Игорь. – И сколько эта радость?

– Дорог, – недовольно мотнул головой Антон. – Пятьдесят рублей. Почти все спустил. Осталось только рубль пятьдесят. Если в скором времени не отправимся в командировку, все, остается зубы на полку складывать. Х-ха. Только у меня и полки своей нету. Значит под забором получается.

– А нечего глупостями заниматься, – не стала его разуверять Михайлова. – Удумали то же, последние деньги спустить на…

– Алина Витальевна, – осуждающе оборвал ее Игорь. – Я с вами согласен, не разумно. Не умом сделано, а сердцем. Но посмотрите на детвору сколько счастья. Да будь я проклят, если оно того не стоит. Ребята! Дядя Антон дарит этот велосипед вам! – Набрав в легкие побольше воздуха, закричал Игорь.

В ответ раздалось дружное ура, сдобренное восторженным визгом. Вот молодец, боец! Правильный манев! Оно конечно как-то… Но с другой стороны, придется идти в кильватере.

– Тоха, там еще велики-то есть?

– Есть пока. Дорогие же. Но думаю, народ все одно расхватает.

– А с дамской рамой?

– Целых три. Я подумал было, но…

– Что но?

– Цвета у них как под копирку, все черные.

– Угу. Самая дешевая краска. Ну да ничего страшного. Ты как прогуляться?

– Да легко, – догадался о чем речь парень.

– Вот тебе чек на шестьдесят рублей. Все одно мимо банка пойдешь. Десятка твоя. Но губу не раскатывай, это в долг. Чтобы думал наперед. Берешь велик, и дуешь обратно. За час управишься?

– Да тут туда обратно всего-то километра три. И за полчаса обернусь.

– А ты не спеши. Не то, споткнешься, нос рассадишь и велосипед покалечишь. А он уже не твой, а вон ихний. Алина Витальевна, даже не начинайте, – отмахнулся он от осуждающего взгляда девушки. – Вы взялись их воспитывать, вот и воспитывайте. А наше дело телячье. Ну ты чего сидишь-то? – Это уже, к Антону.

– Все-о, уже убежал, – подорвался парень.

– Хана, проводила бы ты этого бестолкового, за одно по языку его погоняй, чего просто так время-то терять.

Угу. Было такое дело. Они интенсивно изучали язык аборигенов. Конечно на большие достижения рассчитывать не приходилось. Но хоть самое элементарное, для минимального общения схватить все же было необходимо. А кто лучше справится с обучением, как не носитель языка.

Опять же, даже дураку понятно, что стимулировать парня лишний раз не надо. Как впрочем и ее. Вон, оба два, красные как угольки, и глазки прячут. Бочком, так, бочком и на выход. Смущаются, дальше некуда, но останавливаться и не думают. Пара тройка секунд, и парочка уже удаляется по дорожке. Хорошо хоть красным песком отсыпана, от которого пыли считай никакой, хотя и стоит сушь.

– Алина Витальевна, а давайте прогуляемся по аллейке, – предложил Игорь, чтобы хоть как-то уединиться с девушкой.

– Я так понимаю, вы хотите объяснить свое поведение, – когда они отошли от беседки и не могли быть услышанными детьми, заговорила она.

– Вы правильно понимаете, – не стал ее разубеждать он. – Видите ли, по местным меркам Хана уже взрослая девушка, которой пора замуж. И вообще, жизнь вносит свои коррективы. А между ними если не любовь, то симпатия.

– Предлагаете их поженить. Взрослого парня и девочку.

– Девушку, – поправил он ее, и тут же примирительно выставил перед собой руки. – Но нет, не предлагаю. Но обозначить позиции, так сказать, не помешает. Чтобы никто другой уже не зарился. Пусть ходят мимо. Предлагаю их обручить, что ли. А свадебку через год. Хане как раз исполнится шестнадцать.

– Вы думаете о чем говорите?

– Уж поверьте. К тому же, служба за деньги, это одно. Охрана от напастей и неприятностей матери невесты, это другое. Она ведь еще не теща.

– Хм. И как вы себе это представляете?

– Ну-у, как. Я его накручу и к вам отправлю. А там уж, вы сами, как вы умеете.

– Хм. А как же Лена? – Взглянув на него с хитринкой, поинтересовалась она.

– Я вас умоляю. Лена всего лишь ребенок, которой хочется поддеть старшую сестру.

– А за себя не боитесь. Поймет, что Антон для нее потерян, и вновь переключится на вас, – не унималась Михайлова.

– Ревнуете? – Вздернул бровь Игорь.

– Пф-ф-ф, – только фыркнула девушка.

– Ясно, – с наигранно сокрушенным видом, вздохнул он. – Лена уже уяснила мой статус, и больше поползновений с ее стороны не будет. Опять же, это она соперничала с Ханой, не желая уступать ей первенство. Лидер, что тут еще скажешь. Но как только у Ханы появится жених, все изменится. Она превратится в практически уже отрезанный ломоть, а значит, старшая в семье Лена. Вот увидите, это разделение неизменно произойдет и дети сами все обозначат. Более того, во многом Хана сама сдаст свои позиции, так сказать передаст их по наследству. Так что, выгоды со всех сторон.

– Ну что же, ваши бы слова, да богу в уши.

– Нормально все будет, Алина Витальевна. Пойдемте в беседку.

Вообще, отношения Игоря и Алины можно было назвать если не теплыми, то ровными уж точно. Она конечно время от времени позволяла себе колкости, но теперь только наедине. Да и то, с прежним, едва ли не агрессивным стилем не сравнить. Так что, свое мнение относительно стервозности характера девушки, Бородин изменил. Хм. И не без удовольствия.

Антон принял слова старшего товарища как руководство к действию. Так что появилась эта сладкая парочка именно, что через час. Но зато как. Антон бежал рядом, что этому лосю давалось с легкостью. Зато Хана пусть и не со свойственной велосипедистам уверенностью, но все же сама крутила педали, пребывая от счастья на седьмом небе. А ведь девочка впервые оседлала стального конька.

Вернулись они не просто так. В корзинке под рулем обнаружился бумажный пакет, набитый мороженным. Не удержался парень, от широкой щедрой души накупил на всех. Вот как ему хорошо. Между прочим, на секундочку, оно стоит десять копеек. И за все ему пришлось отвалить полтора рубля.

По случаю прибытия лакомства тут же объявили полный сбор. А что делать. Продукт экологически чистый, без примесей и добавок. К тому же и с холодильниками тут полный швах и морозят его в летнике, а при таких делах качественная заморозка не получится, хоть на пупе извернись. А соответственно и время таяния куда меньше.

Н-да. Не успело оно растаять. Не тот контингент, чтобы дать мороженному столь бездарно растечься белой лужицей или расползтись по рукам. Налетели и-и… Только обертка и осталась. Кстати, ничуть не красочная, без надписей и рисунков. Самая обычная серая оберточная бумага.

К обеду вернулись домой. И несмотря на довольно объемные корзины со снедью, взятые с собой, невероятно голодные. Обед прошел на ура. Смели все, что выставили на стол. Ну чисто саранча.

После обеда, начались уговоры опять отправиться в парк. А то как же. Дай только пальчик, так и по локоть руку отхватят. Тем более, что одной только беседкой и велосипедами дело не ограничилось. Посетили и карусели, где детвора оторвалась от души, перепробовав все, что только возможно и не по разу. Хорошо хоть цена божеская. Всего-то копейка за любой аттракцион. Впрочем, оно и понятно, парк находился в ведении казны, и к детям тут отношение было особое.

Несмотря на массированную атаку, дядя Игорь все же предпочел отказать деткам в их притязаниях на его личное время. В итоге они его скорее всего уговорили бы, так как у Бородина планов особых не было. Однако, они все же нарисовались, когда к дому подкатил средний сын Тульского. Кстати, тоже на велосипеде, но только земном, некогда изломанном и отремонтированном отцом.

Оказывается Андрей Васильевич и не думал устраивать себе выходной. Работал пока есть работа, не зная устали. Ну да ничего. Откроет мастерскую, наберет наемных рабочих, и поумерит свой пыл. Потому как усталость имеет свойство накапливаться и отдых просто необходим. К тому же люди не машины.

Так вот, парнишка сообщил, что дядя Игорь может подъезжать к ним домой за своим автомобилем. Как и обещал, мастер закончил его постройку через две недели. Отложить на потом? Ага. Как бы не так. Игорь буквально сорвался с места, оседлав велосипед. Ну и Антон следом. Кто сказал, что ему не интересно.

Разве только еще и Ваньку на третьем велосипеде отправили к Артему, чтобы тот подходил к дому Тульского. А кому еще принимать аппарат? К тому же, и квартировать транспорт будет у него во дворе. Это отдельно оговаривалось. Да так оно и проще. Паромобиль вообще капризная техника, требует постоянного обслуживания и не переносит наплевательского отношения, обязательно отыгрываясь на лентяе. Артем же, уже водитель со стажем. На Земле был водителем грузовика, здесь все два года так же за баранкой, сначала в армии, потом на гражданке.

– Принимай работу, Игорек. Все в лучшем виде, – не без удовольствия потирая руки, встретил Бородина, Тульский.

Хм. А ведь и вправду в лучшем виде. Понятно, что смотря с чем сравнивать. Не мерседес, ясное дело. И тем не менее, изготовлен с достаточным тщанием. Причем видно, что ручного труда тут положено изрядно. Штучная работа. Интересно во что обойдется эта красота Игорю? Вот не верилось, что в сумму указанную в смете.

Грузовичок вышел практически точно как на рисунке. Со всеми излишествами и украшениями. Ну и как следствие длиннее прототипа, как раз на пасажирский отсек, уместившийся между водительским местом и машинно-котельным отсеком.

Кузов такой же, как и на первом образце. Разве только присутствуют четыре точки установки пулемета. Три, с бортов и сзади, для стрельбы с колена, и никак иначе. Передняя для стрельбы над кабиной, с кожаным, складывающимся верхом.

Кроме того, для пулеметчика предусмотрено сидение, несколько возвышающееся над бортами кузова. Ну и правильно. Не стоя же пулеметчику всю дорогу ехать. Игрь об этом как-то не подумал, а вот Тульский смекнул. Причем сидение широкое, то есть может и второй номер сесть, и можно развернуться для более широкого сектора стрельбы.

Еще одно отличие, в вынесенной в бок трубой, с изгибом наружу и по уровню ниже предполагаемой линии огня. Все. В остальном, все тот же грузовичок. Нарядный правда, что твоя игрушка. А вообще, эксклюзив, и эти все сказано. Не будет он больше делать машины на такой длинной базе, если только вот так, в грузопассажирском исполнении. Попросту нет никакого смысла. Грузоподъемность в семьсот-восемьсот кило это потолок, для такой подвески.

Хм. Кстати, надо бы озаботиться пулеметчиком. Вот не подумал об этом. Предполагалось, что позицию за пулеметом будут занимать по очереди все мужчины их команды. Разумеется в зависимости от конкретной ситуации. Но похоже с этим он все же слегка недодумал. Нужен отдельный пулеметчик, и два бойца в поле. Н-да. Нужен. Это разумно. Но, придется исходить из того, насколько прибыльным будет их предприятие. А пока, просто заметка на будущее.

– Ну что, Андрей Васильевич, меня все устраивает. Вот только водитель подойдет, примет агрегат и полный порядок. Я ведь в технике так, нечто приближающееся к нулю.

– Не доверяешь? Зря. Мы его еще вчера закончили, а сегодня уж полторы сотни километров с утра намотали. Все работает как часы, – едва не обиженным тоном, произнес Тульский.

– Вот только не надо, Андрей Васильевич. Давайте без обид. Знаешь же куда нам кататься. Малейшая поломка из-за чьей-то халатности или недогляда без какого-либо умысла, и что нам делать? Знаешь же, как прошла наша прошлая поездка.

– Ладно, – махнул рукой мастер. – Гляди как хочешь. Я за свою работу отвечаю.

В этот момент подошел Артем, у которого прямо-таки глазки загорелись при виде нарядного грузовичка. Ага. Права все же Алина, встречают по одежке. Вон и Артем купился. А ведь знает, что машинно-котельная установка не замкнутого цикла, а соответственно это не просто меньший КПД, но и более частое обслуживание.

– Артем, принимай аппарат, – выписывая на переднем капоте, чек на семьсот рублей, распорядился Бородин.

Вот незачем настолько-то обижать Тульского. Артем посмотрит, проверит, пощупает. А чек с оплатой уже будет лежать в кармане Андрея Васильевича.

– Понял, Игорь Юрьевич. Вы не переживайте, я быстро все проверю. Тем более, гляжу, газогенератор уже загружен и набрал давление, – с задором заявил водитель, и деловито полез под грузовик.

Угу. Это Бородин глянул снаружи, задал общие вопросы, поохал, повздыхал, и удовлетворился увиденным. Соболев же пока все своими руками не пощупает, не успокоится. А то ведь случись в чистом поле встать, так ведь все остальные будут только кругами ходить, ну или ключи подавать, все же прелести достанутся на его долю.

Осмотр не выявил никаких нареканий. Поэтому поспешили загрузить свои велосипеды в кузов, и двинулись проверять агрегат на ходу. Автомобиль вел себя отлично. И даже не больно раскачивался на рессорах. Возможно из-за куда большей массы, чем у легкового варианта.

Сделав круг по городу, решили прокатиться загород. Выкатали всю заправку генератора. Проверили работу с ацетиленом. Затем заправились по новой и двинулись в обратный путь. Всего намотали километров семьдесят, и Артем был доволен аппаратом. Признал, что не ожидал от такой конструкции ничего хорошего. Но на деле вполне рабочий аппарат, который вполне достоин того, чтобы его честь по чести обмыли.

Трактир на Красивой располагался почти в центре Невьянска и являлся заведением для чистой публики. То есть, ни откровенных пропойц, ни дебоширов тут и в помине не было. А если кто и буянил, то его быстренько прибирали к ручкам и определяли на постой в ОВД. Благо до него было не больше полутораста метров.

И мест в камере и грязной работы в городе хватало всегда. А если было тесно, так арестантов и на головах друг у друга держать не стеснялись. Какие к ляду права заключенных! Единственно, административников все же держали отдельно от уголовников. Все. В остальном полное наплевательство как на удобства, так и на разницу в статусе.

А вообще, княжество оно-то княжество, но все граждане тут были равны, как перед законом, так и между собой. Нет, понятно, что различия есть все одно и никуда от этого не деться. Но правоохранителям на это откровенно плевать.

Кстати, те кто решил продолжить земную практику и продолжать бомжевать на гражданство претендовать не могли. Побираешься, живешь под забором, вот и побирайся. Никто с тобой тут валандаться не будет. Хочешь что-то изменить в своей жизни? Не вопрос. Работы столько, что рабочих рук хронически не хватает.

Перед трактиром стоянка для транспорта. В настоящий момент, все больше на конной тяге, а потому место нашлось и для их длинного грузовичка. А вообще, конечно, нужно завязывать с катанием по городу на этом чуде. Пусть грузоподъемность у него и скромная, этого вовсе не сказать о его габаритах. С ними-то как раз все было в порядке.

Вот эт-то встреча! Интересно, а чего это команда мародеров позабыла в этом трактире. Им бы что подешевле, а главное с нравами попроще, чтобы так сказать спустить пар после очередного рейда. Потому они и предпочитают трактир «Мародер», что на южной окраине Невьянска практически у самого выезда. Там же неподалеку располагается и общежитие, где обычно останавливается эта развеселая братия.

– Ребята, вы пока устраивайтесь за столом, и делайте заказ. Мне тут кое с кем переговорить надо.

Парни переглянулись понимающими взглядами, и Антон молча начал расстегивать оружейный пояс. Не то мало ли как оно завертится. А так никакого соблазна схватиться за оружие. Артем так же положил руку на пряжку. Игорю откровенно польстило подобное поведение. Но-о…

– Я кажется недвусмысленно сказал, что делать.

– Как скажете, Игорь Юрьевич, – пожав плечами так, словно говоря, мол я рядом, ответил Антон, вновь поддержанный Артемом.

– Ну, здравствуй Семен.

Ну вот не мог Бородин пройти мимо и все тут. Не в его правилах спускать обиды. Оно конечно за оружие хвататься не будет, но вот попортить кровь, это святое дело. Ну и обозначить, что никто ничего не забыл, так же не помешает.

– Здравствуй Игорек. Присядешь? – Как ни в чем не бывало, предложил Квакин.

– Ты еще и за стол меня приглашаешь? – Не без иронии удивился Игорь.

– А что такого? Иль посчитаться хочешь?

– Да что же я дурнее паровоза, устраивать с тобой тут разбор, чтобы потом жить в обезьяннике и махать лопатой по сточным канавам.

– А чего же тогда? Сам-то чай не лучше меня оказался. Прибился тут к бригаде Развалова один сибиряк охотник, порассказал, – ухмыльнувшись с явной издевкой, поддел Игоря Семен.

– Серегу уже не первый день спеленатым кулем поперек холки коня возили. И имущества своего на тот момент он напрочь лишился, как впрочем и свободы.

– Ну так и ты недалек был от этого, – пожал плечами Семен.

– Я не был бы столь уверен. Впрочем, ты и сам имеешь сомнения по этому поводу. Ну да, ладно, о том как-нибудь после. Гриша, разговор у меня к тебе есть, – перевел он взгляд на молодого пулеметчика бригады.

– Ко мне? – Искренне удивился парень.

– Да. А что такого? Не желаешь общаться? Не вопрос. Но кошка меж нами вроде не пробегала.

– Л-ладно, – обведя взором товарищей, неуверенно ответил он.

– Отойдем? – Игорь кивнул в сторону выхода.

– Здесь говори, – припечатал Квакин.

– Мой разговор не до твоих ушей, Семен. Уж извини.

– Ты собираешься говорить с моим человеком, за моей спиной, – с укором покачав головой, возразил бригадир.

– Он что, твоя собственность? Гриша, я чего-то не знаю?

– Чего это собственность, – вскинулся парень, поднимаясь со своего места.

Теперь он пойдет в любом случае. Не сможет не пойти, даже если в хлам разругается с бригадиром. Там, в диких землях, Семен бог, царь и воинский начальник. Но здесь, по большому счету он ему не указ.

– Чего хотел? – Когда они вышли на улицу, поинтересовался парень, с нарочитой небрежностью забрасывая в рот папиросу.

– У тебя с Семеном как? Контракт?

– У мародеров, сталкеров и наемников все на доверии, – чиркая спичкой и прикуривая, ответил парень.

– То есть, уйти из бригады можно в любой момент?

– Если нет долгов, то да. Если должен, верни и свободен.

– А ты должен Семену?

– Уж не на работу ли зовешь? – Хмыкнул парень.

– А ты не лыбься, – с самым серьезным видом покачал головой Игорь и кивнул в сторону грузовика. – Видишь? Это мой. Не в складчину, ни в кредит. Просто выписал семьсот рублей, и мне выкатили эту лялю. Коль скоро знаете про Серегу, знаете и о горцах. Завтра иду покупать Гатлинг. Нужен дельный пулеметчик. Учить некогда.

– Ну что я могу сказать, хорошо приподнялся. Серьезно так. Про сваху и свою команду тоже правда?

– Правда. Гриша, я понятия не имею сколько ты сейчас зарабатываешь. Но у меня будешь получать по пятьдесят рублей за рейс, плюс премиальные. В месяц в среднем два рейса. Может и больше. Как масть пойдет. Бонусом, ты сможешь сам выбрать себе невесту, ту которую захочешь, а не ту, что достанется. Причем тебе это не будет стоить ни копейки. Ну разве только само сватовство, подарки там и тому подобное. Но брачное агентство ничего не возьмет. Или есть желание ходить в бобылях?

– Да нет. Дом и семья нужны. Хотя и забреют в солдаты.

– Если наладим дело, не забреют. Или забреют, но все одно приставят к нам. Работа Михайловой напрямую направлена на решение демографической проблемы княжества. Так что, навстречу пойдут. Ну и плюсом, еще и то, что вдовушки хуторянки очень даже не прочь пошалить и обновить кровушку. Причем с молчаливого одобрения глав родов.

– Даже так, – не удержавшись хмыкнул парень. – А что там с премиальными?

– В обиде не оставлю. Треть с трофеев будет отходить водителю и двум бойцам, две трети мне с компаньоном, – начал на ходу соображать Игорь. – Если бой случится без трофеев, то двойная плата за рейс. Премии, за различные нестандартные ситуации. Мало ли как оно там обернется. Тут уж, от каждого по способностям, каждому по участию.

– Мне надо подумать.

– Ну думай, Гриша. Думай. Только не очень долго. Транспорт как видишь у нас есть. Не сегодня-завтра выезд.

– А чего же раньше не озаботился пулеметчиком?

– Оттого, что всякого встречного поперечного брать к себе в группу последнее дело. Тебя я худо-бедно знаю.

– А ничего, что я из бригады Смена?

– Ничего. Гнили ни в ком из вас нет. Решение принимал бригадир, который в поле для вас царь и бог. Так что, вы просто выполняли свои обязанности согласно договора. Кстати, хотя бы на пользу пошел мой «Атаман-то»?

– Еще бы, – утвердительно ответил парень. – На пустоши несколько раз нарывались на собачьи стаи. Это чуть не самая большая опасность. Бывало зацепишься с этими паразитами, а там и команчи тут как тут. А тогда уж веселишься от души. А тут, просто красота. Да и команча одного из засады взяли, с винтовкой и обученной лошадкой.

– Н-да. Ну ладно. Кстати, если надумаешь имей ввиду, уговариваемся на год, и ни днем меньше. Никаких откупных и отступных. Привязать мне тебя конечно нечем, но репутация я думаю дорогого стоит.

– Когда ответ-то дать? – Кивком соглашаясь со справедливостью предположений Бородина, поинтересовался Васютин.

– До завтра. Я тут на соседней улице проживаю.

– У свахи?

– У нее.

– Я понял, Игорь Юрьевич.

Вот и ладушки. Раз уж величает по имени отчеству, значит и впрямь всерьез подумывает над этим вопросом. И это не может не радовать. Бородин не стал его разубеждать и настаивать на том, чтобы парень называл его по-простому. Субординация не вчера появилась и в ее пользе он убедился уже давно. Вот в поле, там да, там он будет для всех Шаманом. Кстати, и остальным членам команды нужно будет придумать позывные. Х-ха. А вот Алине Витальевне не нужно. Будет Свахой! Пожалуй и сама не откажется.

Вообще-то, наем пулеметчика в его планы пока не входил. Ему просто реально пока еще не был понятен расклад их предприятия. Даже примерный. Но увидев бригаду Квакина не смог удержаться. Очень уж хотелось подгадить Семену. Лишить же его пулеметчика, это чего-то да стоит. А Гришка Гатлинг знал хорошо, это Игорь знал точно.

И потом, выгодным окажется предприятие или нет, разница невелика. Деньги они ведь живым нужны. А путешествие по здешним дорогам сопряжено с целым рядом опасностей. Так что, пулеметчик в любом случае лишним не будет. С остальным разберется походу.


Глава 8. Первая поездка

– Здравствуйте, уважаемая Зарайя, – мило улыбнувшись, проворковала Алина.

Вышедшая на крыльцо дородная женщина, при виде посетительницы, сразу же озарилась довольной улыбкой. А отчего ей не быть довольной, коль скоро посещение этой красавицы сулит ей выгоду. Поэтому она не стала держать гостей на пороге.

– Алина, радость моя, наконец-то ты навестила меня. А я признаться прямо заждалась тебя.

Радость-то выражает, но при этом не без опаски посматривает на высокого и до зубов вооруженного незнакомца, стоящего за спиной девушки. Сквозь открытую калитку виден автомобиль, что там и как доподлинно не видно, но понятно, что сваха пришельцев приехала именно на нем.

Доходили слухи, что Алина посещала вольный хутор Найхтан на автомобиле. И вроде как на нем приезжал какой-то очень богатый жених. Может опять у нее нашелся кто-то при деньгах? Очень может быть.

– Познакомьтесь, уважаемая Зарайя, это мой помощник и охранник, Игорь, – проходя во двор мимо служанки, представила девушка сопровождающего.

– Очень приятно, молодой человек. Прошу в дом, – хозяйка сделала приглашающий жест и тут же бросила служанке, – Латона, самовар подай и булочки.

– Слушаюсь, хозяйка.

Признаться, Игорь пребывал в некотором ступоре. Одно дело посетить крестьянский хутор. Ну что тут такого, в конце-то концов. Деревня, она и есть деревня. Одеты странно? Так и что с того. Ему доводилось видеть в селах на Земле такую одежку, что и за уши не натянешь. Не на всех селянах, ясное дело, но тем не менее.

Бурката же, городок, размерами побольше Невьянска, объединивший все селения и хутора в радиусе тридцати километров, поражал своей стариной. Игорю откровенно казалось, что он находится на съемочной площадке, где снимался фильм о конце девятнадцатого столетия.

Все эти сюртуки, фраки кафтаны, длинные в пол платья и юбки, шляпки с вуалью и перышками, широкополые шляпы… Да много чего. Взять вот хозяйку. Дородная женщина в глухом под горло платье, с плотно облегающим выдающуюся грудь лифом. Далее идет то, что должно по идее быть талией, но тут уж как в том спектакле «Ханума» – талии попросту нет. Н-да, что говорится в тему. Далее идет длинная и пышная юбка, наверняка чуть не с десятком подъюбников.

Х-ха. А еще есть в ней что-то от свахи в фильме «Женитьба Бальзаминова». Ну вот очень похоже. Разве только говорят на совершенно незнакомом языке. Ну как совершенно. Он конечно успел выучить несколько отдельных слов и фраз. Но картину это особо не меняло. Н-да. Коль скоро им придется иметь дело с аборигенами, то надо бы ускорить изучение их речи.

Сам Бурката так же разительно отличался от Невьянска. Если в столице землян, как впрочем и в остальных поселениях, преобладал саман, в некоем голландском стиле. То здесь все больше деревянная постройка, уже изрядно разбавленная кирпичными домами. Доля последних, судя по многочисленным стройкам, растет день ото дня.

Игорь наблюдал подобный стиль как в Ессентуках, так и в Пятигорске. Правда, при этом, те здания выглядели откровенно старыми, и даже ветхими. Здесь же все с иголочки, даже самые старые здания не могли похвастать изрядным возрастом. Впрочем, очень может быть, что это всего лишь результат должного ухода. Здесь ведь нет коммунальных служб. Все дома принадлежат собственникам. А за своим смотреть будешь куда как лучше. Н-да. Если ты конечно хозяин.

– Чай у вас как всегда великолепен, – отставляя пустую чашку, и благостно вздыхая, произнесла Алина.

– Спасибо, – с явным акцентом выдал Игорь, следуя примеру девушки.

– И как всегда, Астанатский, – так же отставляя от себя чашку, ответила на любезность хозяйка.

Наверняка чай с острова Астаната считался лучшим ну и был дорогим, ясное дело. А иначе к чему так важничать, и делать на этом особый акцент.

Игорю припомнился его знакомый, который неизменно указывал каждому из гостей на то, что ванная итальянская, плитка испанская, шпатлевка германская. И непременно назовет в какую сумму ему это обошлось. Это чтобы никто не сомневался, в том, что в дом вложено изрядно и с благосостоянием у него все в порядке. Впрочем, чай и впрямь был приятным на вкус.

– Уважаемая Зарайя, я хотела поблагодарить вас за помощь. На хуторе Найхтан все прошло просто отлично, – говоря это, девушка выложила перед женщиной золотой червонец.

О как! Да тут оказывается не все так просто. Михайлова имела свою агентуру в лице штатной свахи Бурката. Игорь не удивится, если эта окажется Ханумой, ну той самой, что лучшая сваха Тифлиса. Во всяком случае, именно на это указывает гонорар только за наводку. Хм. Или не только? Ну кто отдаст свою кровиночку, пусть и засидевшуюся в девках, не пойми в чьи руки?

– Я рада моя девочка, что у вас все сложилось как надо.

– И еще, вот фотографические карточки, Алоны, и Виноры. А муж Милиты сам навестит ее родителей, еще и гостинцы передаст. Он с нами приехал.

– И в качестве кого?

– Он наш машинист.

– Да-а, дорогая, вы слов на ветер не бросаете. Сказали, что определите девушек к хорошим мужьям, и если судить по фотографическим карточкам, они вполне счастливы. Собирались поставить свое дело на более высокую ступень и вот приехали на собственном автомобиле.

Игорь понимал через три слова на пятое. Но все же нить разговора худо бедно уловить мог. Пусть это и было непросто, и в основном держалось на ассоциативном ряде. Вот стоит только его кому-нибудь отвлечь, хоть на пару секунд и все, больше ничего не поймет, кроме отдельных слов. А так, пока еще следил за разговором.

Складывалась у него и картинка с накладными расходами, упомянутыми Алиной Витальевной, когда они договаривались о сотрудничестве. Итак, за каждую увезенную невесту откат в виде червонца. Да плюс предоставление доказательства в виде фотографий счастливых семейных пар. А каждая карточка, на секундочку, стоит рубль.

– Вот что, дорогая, Таргутов я навещу вместе с вами, – решительно произнесла женщина.

– Я и сама хотела вас просить об этом, но не знала, найдется ли у вас для этого свободная минута, – искренне заверила Михайлова.

Угу. Деньги деньгами, но авторитет в их деле куда как дороже. Вообще, если бы местная сваха могла бы обойтись без пришлой, то настаивала бы на единоличном посещении семьи жены Артема, с ним в компании, ясное дело. Но, при имеющемся раскладе они получались не разлей вода. Во всяком случае, пока Алина не приобретет достаточный авторитет, чтобы работать самостоятельно.

Впрочем, ерунда все это. Алине либо заводить в городах аборигенов собственные филиалы брачных агентств, либо продолжать сотрудничать со свахами. И пожалуй второе было куда выгоднее обеим сторонам. Главное, чтобы их не озарила гениальная мысль, возить счастливых невест на побывку в родные дома. Так сказать в качестве рекламной акции. Кстати, ход будет сильнейшим. Но Игорь и не думал озвучивать свою мысль.

– Итак, дорогая, что касается невест на сегодняшний день, – удовлетворенно потирая руки, наконец перешла к главному Зарайя.

Вот, вот, лучше ближе к делу. Игорь даже напрягся, когда уловил суть сказанного. Для него это был реально серьезны вопрос. Ни пулемет, ни дополнительного бойца Алина Витальевна оплачивать не собиралась.

Она вообще считала неправильным излишне милитаристский подход. Мало того, после того, при подъезде к городу, настояла на том, чтобы убрали с турели пулемет. Хотя Гатлингами местных никак не удивишь и особых запретов по этому поводу тут нет.

Жалование Васютина и Волкова, то есть Ворота и Волка, целиком легло на его плечи. А тут еще и его банковский счет совсем не радовал остатками. Там оставалось всего-то сто рублей. Сумма конечно вполне солидная, но на фоне уплывших как вода в решете полутора тысяч, явно не впечатляла. Угу. Один только Гатлинг обошелся в пять сотен. Словом, если их предприятие не начнет давать доход, то он банкрот. Без вариантов.

– Прямо в городе у меня на примете есть три засидевшиеся девицы и три вдовы. И еще одна девица на хуторе, близ города, – начала пояснять Зарайя.

– Девицам по сколько лет? – Деловито поинтересовалась Алина Витальевна.

– Двадцать три, двадцать шесть и двадцать семь. Все примерного поведения и не уродины. Просто так уж сложилось, – поспешила уточнить сваха. – Родители в принципе не против отдать дочерей к пришлым.

– Что значит в принципе?

– Гархоты вроде бы и не против, но в то же время, считают, что девица не так уж и стара, может еще и найдется жених.

– Это та, которой двадцать три?

– Да.

– Ладно, – легко пожала плечами девушка. – Имеющихся уже больше, чем надо. Даже шесть, это слишком много. Я пока увезу только пятерых. Им ведь еще и достойных женихов подобрать надо. А для этого они должны будут пообщаться, узнать друг друга поближе.

– Это еще зачем? – В удивлении вздернула бровь сваха.

– А затем. Я ничуть не лукавила когда говорила о том, что сделаю все что смогу, чтобы пристроить невест наилучшим образом, – постучав пальцем по предоставленным фотографиям, ответила девушка. – Лучше расскажите о вдовах.

– Всем до сорока, дети уже выросли, обзавелись собственными семьями. Но бабы еще не старые и телом крепкие, и родить еще могут. Но не сложилась бабья доля.

– Хорошо. Значит заберу трех вдов и двух девушек.

– Каких девушек? – Тут же насторожилась сваха.

– Любых, кроме Гархоты.

– А чего это вы ее сразу отметаете? – Всполошилась сваха.

– Так вы же сами сказали, что там родители против.

– Не говорила я такого, – тут же возразила Зарайя. – Я сказала, что они и сами не ведают чего хотят. Но если Амису заберут увозом, то оно вроде как и им никакого урона, и девицу пристроят.

– Да к чему городить сложности, коль скоро можно обойтись и без этого.

– Амиса хорошая девушка. И миленькая, и скромная, и тихая, и работящая, и род у них справный. Их хутор недалеко от Бурката стоит, – не унималась сваха.

– Так если она вся такая пригожая, чего же тогда до сих пор в девицах?

– А от того, что глава их рода никак не преставится, чтобы ему икалось до заката. Ему вишь какая-то гадалка нагадала, что мол третья дочка его старшего сына, будет оберегом старика, мол если с ней что случится, так и ему не жить. Ну и как такую от себя отпустить? Желает ее все время подле себя видеть. А кто ему воспротивится? Так что он не против ее замужества, но чтобы муж в их род шел жить. А где такое видано, чтобы так-то. Если только какой бродяга, без рода, без племени. Но и такого поди еще сыщи. Вот родители и хотят хоть как устроить ее жизнь. Уж и на увоз согласны, пусть и прогневается старик. А там, честь по чести, слово от нее доброе привезешь, и все успокоится. Девочка грамоте обучена и письмо знает.

Все время пока сваха распиналась, Алина смотрела на нее долгим и внимательным взглядом. Потом тихо вздохнула, обернулась к Бородину и заговорила на русском. Незачем Зарайе знать, о чем толкуют пришельцы.

– Игорь Юрьевич…

– Шаман, – поправил он ее. – За границей княжества, только Шаман и никак иначе. И на ты.

– Ладно. Только не называйте меня Рысью. Не поймут.

– Хорошо.

Угу. Позывной Сваха, девушка отвергла в самой категоричной форме. Не благозвучно. И коль скоро нужен позывной, то так тому и быть. Но при этом обязательно эдакой милой, пятнистой и смертоносной кошечкой. Н-да. Ну до смертоносности ей еще далеко. А так, вполне нормальный вариант.

– Так в чем проблема? – Подбодрил он девушку.

– Проблема в том, что наша сваха похоже имеет свой собственный интерес в том, чтобы пристроить девицу замуж.

– То есть, помимо вас, – ну а что, коль скоро Алина Витальевна, то и обращаться к ней следует на вы.

– Именно. А потому предлагает женить девушку увозом. Иных вариантов нет.

– И что это под собой подразумевает?

– Нужно будет тайком прокрасться в дом, и как бы выкрасть девушку.

– Как бы выкрасть или выкрасть?

– Как бы. Она сама пойдет с вами и не доставит никаких хлопот. Это я обеспечу.

– Я так понимаю, мы заинтересованы в свахе?

– Не скажу, что она незаменима. В конце концов она не единственная сваха в Буркате. Но на данный момент альтернативы ей у меня нет. Как нет особо и своего авторитета. Запустит какую сплетню, и пиши пропало.

– И что она может сделать?

– Может просто поднять визг насчет того, что я лгунья и отправляю девушек прямиком в рабство к горцам или степнякам, да хоть в бордель в Невьянске. Поверят легко.

– Ну и чего тогда рассусоливать? Соглашайтесь. Но нужно подумать насчет контрмер.

– Нужно, – согласилась девушка. – Уважаемая Зарайя, моя охрана готова устроить девушке увоз. Но, как вы понимаете, я должна сама поговорить с каждой из невест.

– Разумеется. Как это было всегда и как мы то оговаривали, – с готовностью согласилась сваха.

Как-то уж очень радостно согласилась. Ох что-то говорило Игорю, что она тут сорвет минимум двойной гонорар. А десять рублей для крестьянской семьи это больше деньги. Крестьянский труд он вообще тяжек. Но похоже родители готовы заплатить. Просто сомнительно, чтобы сваха так-то ратовала за красивые глазки или меньший интерес.

После чаепития и предварительной беседы, оправились прямиком к родителям жены Артема. Благо Таргуты проживали в самом Буркате. Н-да. Нет, ну а что такого, понятно, отчего на девчонку никто не позарился. Родители жили откровенно бедно, если не сказать, влачили жалкое существование, на окраине города.

Но Зарайя ничуть не чураясь вошла на подворье. Туда же и не менее решительно направилась Михайлова, толкая перед собой Соболева. Тот вынужден был натянуть на лицо самую любезную улыбку. Да еще и лезть с обнимашками, к чумазым и нечесаным родителям. Одаривать подарками и их, и малолетних деток.

Н-да. Нехилы удар под дых парню. Михайлова конечно говорила о том, что его супруга из очень бедно семьи. Но он даже и представить себе не мог, что настолько. Игорь мог. Но признаться, видя как живут земляне, и пробыв неделю в гостях у хуторян, подобного не ожидал. Да, крестьянам тяжко, но себя не теряют. Эти же, с позволения сказать, горожане…

Игорь бросил взгляд на девушку. Угу. Едва сдерживается, при виде этой семейки. И ведь не впервые здесь, знала как дела обстоят на самом деле. Впрочем, а как она может относиться к этим горе родителям, настрогавшим деток мал-мала меньше и не думающих оторвать свою задницу чтобы хоть что-то для них сделать.

А между тем, на улице собиралась толпа. А то как же! Автомобиль на их улице, это уже событие. А уж остановившийся ни где-нибудь, а напротив дома Таргутов, так и подавно. И все то интересно, а главное всем хочется не столько взглянуть на красивый грузовик, сколько заглянуть через забор. Чего это там происходит.

– Ты чего нос повесил, Руль? – Пихнув его в бок, тихо спросил Игорь. – Улыбайся парень. Мы тут не просто так, а продаем свои услуги. Глядишь завтра уж весь конец будет мечтать о том, чтобы отправить своих дочерей в Невьянск.

– Да понимаю я. Только…

– Ну, говори, говори.

– Подумал просто. Понимаешь Шаман, наследственность…

– Понял тебя, Руль. Только ты вспомни свою жену. Как думаешь, если она смогла вырасти розой в этом навозе, захочет она вернуться обратно? А судьбу такую своим детям возжелает? Вот то-то и оно. И сама не свалится, и жизнь положит, чтобы из детей толк вышел. Так что, выше нос.

– Спасибо, Шаман.

Ох как ему пришлись по сердцу добрые слова стороннего человека. Вот так. Женились по необходимости, и ссора у них поначалу вышла нешуточная. А на поверку. Парень уже часы считает до возвращения. И вот, терпит родителей пропойц. Не ради рекламы или авторитета Михайловой. Ради молодой супруги, что ждет его дома. Ну-у, переволновался малость, опешив от подобной картины. Но ничего. Вот через мысли о жене, опять взял себя в руки…

В Буркате они провели три дня. И все это время прошло в бесконечных хождениях по гостям. Смотринах, беседах с родителями, откровенных разговорах по душам с невестой. Все разговоры ясное дело вели Михайлова и Зарайя. В обязанности парней входили представительские функции. Руль по два раза на дню надраивал автомобиль, чтобы как с иголочки.

С утра, каждому их мужиков доставалась какая-нибудь часть латунных украшений, которые нужно было довести до блеска. Если это дело не запускать, то и работы совсем немного. Оно конечно, они как бы, боевая единица, но с другой стороны, все работают на результат. А тот зависит и от вот этого наносного блеска.

Игорь, постоянно выступал в роли личного сопровождающего Алины Витальевны, что предавало ей веса. Ну и за одно старался учить язык. Благо к нему время от времени обязательно кто-нибудь обращался с тем или иным вопросом. В общении язык он лучше усваивается. Хотя, все одно, ерунда все это, без вдумчивого обучения.

На исходе третьего дня они объехали и собрали всех невест. Хм. Места в кузове резко стало меньше. Четыре сундука, съели чуть не половину свободного пространства. Впрочем, все могло быть значительно хуже. Как ни крути, но были и вполне обеспеченные семьи, которые могли дать за невестами, пуховые одеяла, перины, подушки и даже мебель.

С учетом ящика в котором находились запасные части, в кузове мог поместиться еще один сундук. Но это максимум. Все. Места больше не было. Именно поэтому Алина Витальевна ставила непреложное условие, приданого один сундук, а уж что они туда напихают, пусть сами решают.

Вообще-то, автомобиль пришлых покидающий пределы города на ночь глядя удивил охрану на выезде. Но не более. В конце концов это их дело, как они будут искать неприятности на свою пятую точку. А солдатам что, пожелали доброго пути, и ладно.

Оно конечно Игорь с ними и согласился, бы, но как еще прикажете вывозить девушку, которую надо якобы похитить? Не днем же устраивать подобное представление. Хотя, признаться, Игоря вполне устроила бы невеста голосующая на обочине дороги и посреди бела дня. За их грузовиком не угонится даже самобеглая коляска островитян. Подсадили ее, даже с сундуком, и пусть ищут ветра в поле. А тут, вроде и без сундука, только с узелком, но зато ночью и целое действо.

Автомобиль остановился, окутавшись облаками пыли, заметной даже в опустившейся ночи. Впрочем, чему тут удивляться, коль скоро луна уже была на небосводе. Хм. Луна это хорошо. Хоть ноги не переломают. Да даже ушибы, удовольствие ниже среднего.

Едва остановились, как Руль тут же прикрутил вентиль подачи газа. Теперь котел на подогреве, а значит предохранительный клапан не будет свистеть на всю округу как чайник. А то ночью звуки хорошо разносятся. А случись по быстрому разводить пары и убегать, потребуется не больше пятнадцати секунд. Для экстренных случаев применялась подача на горелки воздуха из баллонов пневматической тормозной системы. Конечно не чистый кислород, но тоже весьма серьезное подспорье.

На этом хуторе они побывали еще на второй день. Глава рода им ожидаемо отказал указав на дверь. Ну да они собственно говоря не за этим сюда приезжали. Памятуя о предстоящем «похищении» Шаман и Волк по возможности обследовали округу и разведали подходы. Потом еще и прошлой ночью сюда возвращались. Правда, собачки подняли лай, но это ничего. Сегодня отец девушки вроде как должен был озаботиться тем, чтобы шарики были подальше от южной стены.

– Шаман, лохматки надевать не будем?

Удивился Волк тому, что Бородин сразу же двинулся в сторону тропинки, ведущей от дороги к хутору.

– Издеваешься? Может еще и лица разрисуем сажей? Ну чтобы девка с гарантией приняла нас за чертей.

В ответ на это из салона послышались сдавленный смешок Михайловой. Как видно, представила себе ситуацию, с кричащей невестой и спасающимися бегством бойцов. Угу. Очень смешно. Тьфу, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить.

Тропинка вилась среди зарослей ивняка и в целом была хорошо различима, благодаря полной луне. Конечно ветви отбрасывали тени, но не критично. Наконец вышли к легкому мостку через широкий ручей. Два кривых бревна, с привязанными поперек толстыми жердями и перила, все из тех же кривуль. От него до хутора примерно с километр по извилистой тропинке.

Это молодежь устроила, чтобы тайком от родителей бегать на гулянья и возвращаться с первыми петухами. Кстати и сегодня убежали. Без вариантов. И в этой связи совершенно непонятно, отчего невеста не могла сама выйти на дорогу. Дурдом. Какие-то непонятные условности.

Н-да. Все же спокойно живут здесь люди. Во всяком случае, хутор Гархотов не производит впечатления осажденного лагеря, как то же подворье Найхтан. Конечно и высокий забор присутствует, и собачки героических имеются, и караульный выставляется. Но зато нет никаких ловушек. Насчет этого отец невесты особо упредил Алину Витальевну.

Ага. Ну вот и забор. Та-ак, судя по всему, вот это тот самый угол. Отсчитали десяток шагов и Шаман начал ощупывать доски забора. Тропинка то есть, да только она упирается в другую, огибающую снаружи все подворье. Ага. Одна из досок подалась. Та что справа, стоит мертво, зато левая товарка отошла столь же легко. Вот и ладушки.

Прислушались. Тихо. Не обманул родитель, собачек от нужного места определили подальше. Просто замечательно. Девица, как ее… Ага. Амиса, должна ждать неподалеку от лаза.

Хм. А нету. Ну и что теперь делать? Где искать эту красавицу? Кстати, реально красавица. Бошку бы оторвать ее деду, с его суевериями. Такую девочку обрек на одиночество. Ну или готов отдать за первого встречного, лишь бы он пошел в примаки.

– Шаман?

Девичий шепот раздался настолько неожиданно, что Бородин даже вздрогнул, а Волк так и вовсе вскинул карабин. Хорошо хоть оружие на предохранительном взводе, не то очень даже мог и пальнуть. Уж больно все неожиданно случилось. Не девица, а Чингачгук какой-то. Со стажем.

– Амиса, ты? – В свою очередь, поинтересовался Игорь, опуская ствол карабина напарника.

– Ага. Вы за мной? – Поинтересовалась девушка, сжимающая в руках узелок.

– Как договаривались, – пожав плечами и безбожно коверкая слова, ответил он.

В лунном свете было прекрасно видно ее лицо и появившееся на нем выражение удовлетворения. Милая и настороженная улыбка человека увидевшего свое счастье и боящегося его вспугнуть. Игорь ответил ей ободряющей улыбкой.

– Помогите!!! Во-оры-ы!!!

Бородин даже присел от неожиданности, бросив по сторонам вороватый взгляд. С дальнего конца хутора послышался лай. Со сторожевой вышки окрик караульного хуторянина. Все. Еще несколько секунд и всполошится весь хутор. А это полтора десятка взрослых мужиков. Да с десяток подростков и парней. Большой, род, ветвистый. Еще и двое выселок за ним имеются.

– Волк, уходим, – толкая парня к лазу, скомандовал Игорь.

У него даже мысли не было хватать и тащить девушку. Во-первых, он не подряжался ее реально похищать. По уговору, это одно. А вот так, вязать и волочь насильно… Вот уж увольте.

Выскочили за забор под недоумевающий окрик девушки. Что именно она там сказала, Игорь даже не пытался разобраться. Пусть ее. Некогда. Народ тут резкий, и однозначно схватится за оружие, стрелять же в ответ, ну никак нельзя. Не дай бог ненароком прольют кровь, и плакало их предприятие. А оно Бородину, между прочим в копеечку стало.

На подворье поднялся гвалт. Захлопали двери. Топот ног. Заполошные крики. Твою дивизию! Добежали до ответвления ведущего на большак, свернули на стежку и бегом, раздвигая попадающиеся на пути ветви. Надо же. Пока шли сюда, путь казался легким и вполне различимым. Но как видно, все дело в том, с какой скоростью ты движешься.

Сзади послышался сначала один выстрел, потом второй. Кто бы сомневался, что хуторяне прекрасно знают все подходы к своему дому, а тут еще и полная луна. Вот наверное и приметили где ветви колышутся. Одна пуля ударила в тропу в нескольких шагах позади. Вторая вжикнула шмелем в непосредственной близости. И объяснить такую точность, Игорь мог только тем, что они сами себя выдают.

Поэтому они тут же снизили темп, и дальше двинулись значительно медленнее. Но зато теперь не выдавали своего место положения. И следующие выстрелы это показали наглядно. Так как Шаман теперь не взялся бы определить как далеко от них пролетели выпущенные стрелками пули.

Легкий шорох листьев, Игорь вскинул бесшумный карабин, БК, в сторону возможной опасности, и тут же поспешил задрать ствол вверх, да еще и сдернул палец со спускового крючка. Его сегодня точно до инфаркта доведут.

– Твою налево, – по-русски выругался Игорь. – Ты откуда здесь? – А вот это на местном, и ведь сходу припомнил нужные слова.

– Туда нельзя, – замотала головой появившаяся перед ними Амиса. – Дядья по короткой тропе побежали на мост. За мной идите.

Нормально да! И откуда нарисовалось это чудо? Послать бы ее. Но… Устраивать с ней разборки некогда. И коль скоро она сумела их опередить, то есть такая возможность и у ее возбудившейся родни. Это ведь их дом и они тут каждый закуток знают. Им же показали такой путь, по которому похитители ну никак не заблудятся.

Тропинка, по которой повела их девушка, была и вовсе едва заметной стежкой. Но вскоре вывела их на большак. Правда, при этом пришлось переходить ручей вброд, замочив ноги. Не помогли даже сапоги Волка, в которые вода хлынула проникла поверх голенищ, про берцы Шамана и говорить нечего.

Когда оказались на дороге, Амиса указала направление в котором должен был находиться автомобиль. Присмотрелись. Так и есть. В лунном свете, на серой ленте дороги, виден темный силуэт. Метров триста, не больше. Шаман извлек заранее подзаряженный фонарик и подал сигнал Рулю. Вскоре, до них донесся характерный звук работы паровой машины, а затем подкатил и сам грузовик.

– Ты чего кричала? – Недовольным тоном, поинтересовался Игорь.

Теперь можно. Автомобиль резво бежит по дороге, вздымая за собой столб пыли. Километров под пятьдесят разогнался, никак не меньше. Поди теперь их догони. Тем более, что насколько помнилось Бородину, до самой границы дорога не закладывает никаких петель, и выдерживает одно направление на северо-запад. Так что, никакое знание местности не поможет нагнать беглецов.

– А как же? – Искренне удивилась девушка. – Увозом же, а не побегом.

– Алина Витальевна, я чего-то не понимаю? – Обратился Игорь к свахе на русском. – В чем разница?

– Побегом, это когда невеста сама убегает с женихом. В этом случае, она умирает для рода, а между родами возникает вражда. Не смертельная, но даже давние дружеские отношения тут же сходят на нет. Поэтому на побег решаются в самом крайнем случае. А так, предпочитают увоз, то есть, похищение. Опять же если не сложилось со сватовством. По сути, это тот же побег, настоящих увозов считай и не случается уже. Но как говорится, есть нюансы. Если девушка не сама вышла за пределы подворья, а ее вывели, то все, уже увоз, и для примирения нет никаких препятствий.

– И чего тогда она звала на помощь и кричала про воров? – Искренне удивился Игорь.

– Откуда мне знать.

– Ну так поговорите с ней.

Разговаривала Михайлова с девушкой недолго. Причем, под конец все пассажиры разразились дружным хохотом. Из кузова донесся вопрос Ворота и Волка, мол что там так весело, им тоже хочется знать. В ответ на это, Игорь только приказал, чтобы они занимались своим делом.

– Переведете, Алина Витальевна, а то я как-то уловил далеко не все и теряюсь в догадках.

– Боюсь, что это моя ошибка.

– А поточнее.

– Дело в том, что Амиса была под столь плотным контролем, что и на гуляньях-то практически не бывала. Братья и сестры попросту опасались ее брать с собой, чтобы не злить деда.

– И как результат, мы имеем наивную дурочку.

– Ну зачем же вы так. Она не дурочка. Но да, сама наивность. Раз уж увоз, значит нужно кричать, брыкаться и царапаться. Ведь никто из невест вышедших замуж не рассказывал о том, что они бежали впереди женихов. Наоборот, живописали как они сопротивлялись, а их благоверный тащил упирающуюся и голосящую на всю округу суженную. Вот она и рассудила, что ей так же нужно поступать. Когда же вы бросились на утек, сообразила, что, что-то сделала не так и бросилась вас догонять.

Алина рассказывала громко, чтобы слышали и находящиеся в кузове Волк и Ворот. Правда, заканчивала она уже под дружный хохот мужчин, ну и Михайлова не выдержала, присоединилась к ним, рассмеявшись повторно. Н-да. Вообще-то, ржали все, без исключения. А что такого? Если шутка хорошая то не грех и второй раз над ней посмеяться. Вот новоявленные невесты и отрывались.

Тем более, что им это сейчас по настоящему нужно. По факту, им ведь сейчас не позавидуешь. Потому что едут они по настоящему в неизвестность, хотя и с надеждами на лучшую долю. Игорю отчего-то припомнились русские девушки отправлявшиеся за рубеж за новой жизнью и попадавшие в рабство.

– Господи, взрослый нераспустившийся цветок. С ней придется труднее всего, – отсмеявшись, заключила молодая сваха.

Игорь почувствовал как его толкает в бок Артем. Глянул. Тот сжимал в руке петушка на палочке, завернутого в серую бумагу. Парень сунул сладость начальнику в руку и кивнул за спину, недвусмысленно давая понять, кому именно предназначается гостинец.

Игорь вновь обернулся, и похлопал девчушку по плечу. Когда же та подняла на него красное от смущения лицо, с надутыми губками, вручил ей утешительный приз. Ну действительно, можно ли обижаться на наивную простоту, принимавшую все россказни за чистую монету.

– Алина Витальевна, но я вас предупреждаю, еще один такой недогляд с вашей стороны, и вам придется искать помощников в другом месте. Эдак ведь и грохнуть могут, за не понюх табаку.

– Клянусь, впредь прорабатывать этот вопрос, – торжественно пообещала девушка, а потом растерянно добавила. – Я и впрямь не ожидала.

Отправляться в путешествие на ночь глядя, умным решением не назовешь в любом случае. А уж в свете того, что они уже через полчаса выехали за границу Бурката, тем более. Дикие земли. Тут нет иного закона, кроме закона сильного.

Самое лучшее, это найти тихий уголок, и отсидеться там до утра. Но было еще одно решение. Конечно риск имелся, но не сказать, что столь уж большой. Зато, отдохнуть можно было со всеми удобствами. Тем более, что спальных мешков для ночевки под открытым небом у них на всех явно не хватит.

Тут всего-то, порядка двадцати километров, из них в сторону от тракта километров десять. Так что, нормально. Главное в темноте не проскочить мимо нужного поворота. К тому же обещали, что если будет такая возможность, заскочить и забрать сундук от приданного Ганки.

Не то она уже всю плешь проела Александру. Вот плевать, что он предоставил в ее распоряжение полную свободе действий и немалые деньги, на которые она могла купить… Да много таких сундуков. Очень много, чего уж там. Но, все это на мужнины деньги, а вот сундук, он от родителей.

Кстати, под эту же марку тут же запела и Амиса. Мол, коль пошла такая пьянка, то будьте добры, потом навестить и моих родных. Потому как матушка там собрала столько всякого разного, что оставлять это на разграбление сестрицам и невесткам нет никакого желания.

Ага. Пришла в себя, после охватившего ее смущения. А может все дело в том, что остальные ее поддержали. Потому как пятеро их, землячек, отправившихся на чужбину. И как тут не поддержать товарку. Не смотри на разницу в возрасте. Все они в одной лодке.

Ночевка прошла нормально. Хуторяне пустили гостей хотя и не сразу, но и без особых проволочек. Затем накормили ужином и быстренько разместили на ночлег. Правда Игорь было заволновался, что его старые знакомые могут потребовать продолжения банкета. Уж больно игривые взгляды они бросали в его сторону, по пути в Буркату.

Но обошлось. Никто к нему не заявился. Как впрочем не потревожили и Руля. А вот у Ворота и Волка ночь выдалась на славу. Угу. Тот самый обещанный бонус. Вероятно глава рода рассудил так, что не следует вдовушкам привязываться к кому-то одному. А может женщины не понесли и Игоря попросту забраковали, как производителя. Вот и ладушки. Признаться, несмотря на довольно длительное воздержание, резвиться с разбитными бабенками отчего-то не хотелось.

С утра выехали с хутора и без проблем добежали сначала до Николаевского, а потом уж и до княжества. Понятно, что без выдвижения в головной дозор не обошлось. Как всегда Шаману и Волку пришлось побегать от души. Одно радовало не одним кусом, а небольшими отрезками. Но с другой стороны, при наличии напарника и Гатлинга за спиной, двигались все же куда быстрее, а потому к двум часам пополудни были уже примерно в пяти километрах от границы.

– Руль, остановись.

Водитель послушно нажал на тормоза, останавливая грузовик, тут же окутавшийся облаком пыли. Сзади послышался смачный чих. Признаться, Игорь и сам едва сдержался. Больно уж пыльно получилось. Интересно, они застанут вообще то время, когда тут появятся нормальные дороги? Ну или хотя бы возвращения домой. Лучше возвращение. Н-но-о… Пока такого вроде не случалось.

При мысли о возвращении, сердце словно тисками сжало. Ему тут откровенно нравилось. Лишенный благ цивилизации, он как-то очень уж легко вписался в новый мир, отринул старые взгляды и воспринял новые реалии. Но правда заключалась и в том, что он любил оставшихся на земле жену и сына. Будь они здесь, и он обрел бы настоящее счастье. Бог весть как жена, а он был бы на своем месте.

– Значит так. Огибаешь этот язык леса. А я пробегусь напрямки. Надо припрятать трофей, – Подхватывая брезентовый чехол с АН-ом и подсумком с запасными магазинами внутри, пояснил Игорь.

– А погранцы не кинутся искать? Все же, награда за сданный ствол сотня рублей, – с сомнением произнес парень.

– Угу. Серьезная сумма. Ну да пускай ковыряются. Участок получается эдак три на три километра. Это все равно, что иголку в стоге сена искать.

– Ну, их вроде бы этому учат.

– А я в свое время учился прятать и прятаться. Так что, поглядим еще кто-кого. Задачу понял?

– Понял.

– Шаман, может я с тобой? – Подал голос Волк.

– Ваша задача наши подопечные. Головой за них отвечаете. И за Алину Витальевну в частности. Причем заметьте не то что передо мной или невьянцами, но ты перед женой, а ты перед невестой.

– Ой! Вы такой заботливый, Игорь Юрьевич! Прямо и не знаю, чем это я такое заслужила, – девушка нарочито жеманно поправила платок, в который была закутана по самые очки.

– Не обольщайтесь. Вопрос вовсе не в моей привязанности к вам, а в вашем профессионализме. Если дело пойдет так и дальше, то я нашел прямо-таки золотую жилу, никак иначе я это назвать не могу, – не менее язвительно ответил он.

– Ах. Вы разбили мне сердце.

– Вот прямо и не знаю, как теперь загладить свою вину. Может застрелиться?

– Не стоит, – деловито покачала головой сваха. – Как показывает практика, вы выступаете прекрасным дополнением в данном предприятии.

– Убедили. Стреляться не буду. Парни, все поняли? – Вновь становясь серьезным, уточнил он у подчиненных.

– Есть, Шаман.

– Принято, – отозвались оба бойца.

Водитель, только нарочито указал на баранку, мол все в порядке, видишь, я даже при исполнении. Вот и ладушки. Игорь соскочил на траву и авто, обдав его паром, покатило дальше. Он же потрусил в сторону леса, до которого было метров пятьсот.

Бородин вовсе не собирался полагаться на один только Гатлинг. Поэтому еще по пути в Буркату, извлек на свет божий АН, и все время держал его под рукой. Теперь же пришла пора, определить его на временное хранение. Причем, место он собирался подобрать другое. Незачем повторяться.

Оно конечно глупо, в одиночку-то. Но с другой стороны, главная задача состояла в том, чтобы доставить в целости и сохранности девушек и женщин. Да и не верил он в то, что поблизости окажутся горцы или бандиты. Пограничники достаточно серьезные ребята, и кавалерийские патрули вовсе не редкость. Угу. Тут по гарнизонам разве только пехота сидит. Да и то, далеко не всегда. А уж кавалерия, так та все время в разъездах.

Ну и наконец, не хотел вводить в искушение своих парней. По сути, они еще чужие друг другу, и вместе только из-за заработка. Игорь надеялся и верил, что это не на долго. Но все же пока говорить о сплоченной команде было рано. А раз так, то… Меньше соблазнов, крепче сон.

Приблизившись к подлеску Бородин взял на изготовку БК и ступил под сень листвы. У этого карабина с дальностью конечно так себе. Но с другой стороны, о каких дистанциях может идти речь в лесу? Зато хватает плюсов. Бесшумный, десять выстрелов с быстрой перезарядкой, четыре быстросъемных трубчатых магазина. Кстати, нужно будет заказать еще хотя бы парочку. Словом, отличный выбор в условиях ограниченной видимости леса.

Едва оказавшись среди кустов и деревьев, Шаман буквально растворился в листве. Самодельная лохматка оказалась вполне удачной, и обеспечивала достаточно качественную маскировку. А ведь казалось бы, ничего сложного. Всего-то курточка и юбка, трансформирующаяся в просторные штанины, из мелкоячеистой сетки. Поверху навязаны лоскуты нарезанные из драных комков. Легкая одежка, зато сколько пользы.

Была мысль обзавестись бронежилетами. Но по здравому размышлению от этой мысли он отказался. Во-первых, девайс стоил нереально дорого. Во-вторых… А попробуйте побегать с такой красотой, весом больше десяти кило. Да еще и гарантированная защита только от револьверной пули. Винтовочная, пробивает на средних дистанциях в легкую. Если конечно на тебе не броня толщиной в сантиметр. Но тут уж десятком кило никак не обойтись.

Изредка в этом мире появлялись земные образцы. Но они тут же уходили в фонд силовиков. Так что, Игорь предпочитал эфемерной защите легкость и маневренность. Как впрочем и парни. Даже сидеть за баранкой в подобном панцире, та еще радость.

Пробежав с пару километров, приметил место и сделал схрон. Ничего особенного, просто подрезал дерн, на обрывистом берегу ручья, напротив разбитого молнией дерева. Нормально. Со стороны незаметно. Ориентир приметный. Что до самого автомата, то он завернут еще и в промасленную ветошь. Так что, ничего с ним не случится. Тем более, что лежать ему тут не год, а недельки две. До следующего выезда.

Разобравшись с АН-ом, побежал дальше. Наверняка товарищи его уже ждут. Им конечно пилить в объезд, но они-то на колесах. Причем не самых плохих в Невьянске. Так что, в любом случае имеют фору, и наверняка уже поджидают блудного начальника.

Он заметил мелькнувшую слева тень за мгновение до…

– Рва-ау!!!

Единственное что он успел сделать, это выставить перед собой карабин, и уйти спиной в перекат. Вернее, попытаться это сделать. Попасть оружием поперек разинутой пасти не удалось. БК пришелся под нижней челюстью, и уперся в горло. Благодаря этому, внушительные клыки клацнули в непосредственной близости от лица Игоря, обдав его зловонным дыханием, но не причинив вреда.

Нет, Бородин вовсе не смог сдержать атакующую массу хищника. Но зато сумел удержать собственное тело. Этот живой таран его попросту снес, запустив окружающий мир головокружительным калейдоскопом. Еще и вырвал из рук карабин.

Игорь всегда носил оружие на ремне. Так попросту удобно. А если ремень отпущен по максимуму, то практически не мешает и в то же время, в большинстве случаев исключает утрату оружия.

Н-да. Только не сейчас. В этот раз ремень сорвался через голову и запутался на правой лапе хищника. Впрочем, грех жаловаться. Это дало Бородину некоторую фору, благодаря чему он сумел успеть восстановить ориентацию в пространстве. И даже вскочить на колено, одновременно задирая полу куртки Лешего и выдергивая из под нее револьвер. Когда зверь извернулся и был готов напасть вновь, Шаман успел-таки взвести курок и нажать на спуск.

Выстрел плетью ударил по ушам. Пространство перед ним заволокло дымной поволокой. И сразу же следом раздалось свирепое «р-рвау». Правда, при этом у готового к повторному броску зверя подломилась левая лапа. Игорь поспешно взвел курок левой рукой, и вновь нажал на спуск.

На этот раз, несмотря на дым, он все же сумел рассмотреть как пуля взбила шерсть на загривке хищника. Тот не издав ни звука опал на землю, словно его пригвоздили кувалдой. Угу. Вот сейчас все бросит и поверит. Курок с сухим щелчком встал на боевой взвод и лес огласил третий выстрел. На этот раз никакой реакции, кроме судороги пробежавшей по всему телу, от морды, до кончика длинного хвоста.

Вновь изготовив револьвер к стрельбе, Шаман медленно приблизился к поверженному хищнику. Похоже готов. Ну слава богу! Бородин даже нервно хихикнул. Кто это еще недавно думал о том, что ему тут нравится? Ну и как, впечатления полные штаны?

Он непроизвольно сунул руку к соответствующему месту. Ага. Порядок. Медвежья болезнь не случилась. Но черт возьми, будь он проклят если не был к этому близок. Йолки, что это вообще было!?

Хм. Если судить по его посещениям зоопарка в прошлой жизни, эта пятнистая сволочь ни кто иной, как леопард. Но черт возьми, он признаться и не подозревал, что они бывают такими здоровыми. Или это в зоопарке недомерки? Потому что этот имел длину тела порядка двух метров и в холке ничуть не меньше семидесяти сантиметров. Монстр!

Бородин поспешно подобрал карабин и вновь повесил на ремень. Потом переломил револьвер и быстренько заменил стреляные гильзы патронами. Нужно будет заказать Спицыну переделку обоих револьверов под самовзвод, сколько бы это ни стоило. Калибр…

Это очень хорошо, что у него под рукой оказался не дырокол, каковым без сомнения является переделка «Грозы» под семь шестьдесят два, а вот эта кувалда. Так что, курок двойного действия и в остальном все устраивает.

Ох йолки, что же так трясет-то. Блин, и ноги подгибаются. Угу. Это он хорошо так перемахал. Фу-ух.


Глава 9. Привет от кукловодов

– Алина Витальевна, доброе утро, – Заходя в кабинет своей компаньонки, поздоровался Игорь.

– Здравствуйте, Игорь Юрьевич.

– Ну и как наши дела? – Присаживаясь напротив нее, поинтересовался он.

– Все хорошо. Клиентки вполне успешно проходят адаптацию. Привыкают к новым реалиям. Инна Петровна, уверяет, что они стараются и делают успехи. Словом, все идет согласно запланированной программе.

Угу. Бородин и представить себе не мог, насколько тут все сложно и продумано. Оказывается, первые поездки Алины Витальевны были ориентированы на создание филиалов ее брачного агентства. В роли которых должны были выступить местные свахи.

Далее доставка невест в Невьянск. Программа адаптации к новым реалиям и прививание азов языка. Для чего у Михайловой был уже заключен договор в школе, с преподавателем талосского языка. Все верно. Талоссами назывался народ, некогда населявший эти земли. И в школе, в той или иной мере, этот язык изучали.

Мало того, в местном институте, имелась кафедра талосского языка. Там не просто занимались более углубленным его изучением, но и переводами местных изданий. Во многом именно они являлись источниками знаний. Оно ведь не получается удержать в голове все. Обязательно что-то да выпадает. А вот дополнить или поправить существующее, уже куда проще.

Сталкеры тащили все книги до каких только могли дотянуться в пустошах. Правда не сказать, что много книг смогло пережить полтора века забвения. Скорее уж единицы. Но их старательно переводили на русский, а затем перепечатывали в типографии. Разумеется те, где не был написан откровенный бред типа Земли покоящейся на трех китах.

Так вот, девушки и женщины в сопровождении Ханы, ходили по улицам в самую обычную школу. Благодаря чему могли осмотреться вокруг, и имели возможность прямого общения с невьянцами. Поначалу дичившиеся всех и вся, впадавшие в ступор по всякому поводу, невесты наконец начинали осваиваться и адекватно воспринимать новую действительность.

Мало того, Игорю с парнями так же доставалось. В их обязанность входило сопровождение девушек в тот же ДК на представления и танцы. Да, да, все именно так. И мужчины вились вокруг них целыми роями. Только и успевай следить за тем, что бы кто не удумал какую обиду.

– Коль скоро все в порядке, так не пора ли… – Начал было Игорь.

– Нет не пора, – покачав головой, перебила его девушка.

– Но у вас же целая картотека женихов. Неужели так трудно выбрать…

– А выбирать должна я?

– Ну хорошо. Подобрать подходящего и свести их.

– Не все так просто, Игорь Юрьевич.

– Я заметил. Вы тут все усложнили дальше некуда. У аборигенов знаете ли отношение к жизни куда проще. Стерпится, слюбится. Вы же не сватаете их за откровенных уродов. А даже если и ошибетесь, тут же сможете подобрать им замену.

– Игорь Юрьевич, мы вообще-то говорим о живых людях. Как можно относиться к ним подобным образом?

– Да хорошо я к ним отношусь. Хорошо. Просто считаю, что не стоит реалии нашего мира, проецировать на этот. Тут ни о каких равноправиях полов слыхом не слыхивали.

– Как и о многом другом, – возразила девушка. – Вспомните казус случившийся у Артема. А ведь на ровном месте.

– Но теперь-то живут душа в душу.

– Теперь да. Но для этого девушке пришлось побыть какое-то время у меня дома. А мне провести с ней разъяснительную работу. Подобный подход был еще более или менее приемлем, когда я в месяц устраивала один или два брака. Но при том, что выстраиваемая мною система начинает набирать обороты, у меня никаких сил не хватит, чтобы охватить столько народу.

– Хм. Ну хорошо. И сколько по вашему должен длиться адаптационный период?

– Нужен хотя бы один месяц.

– Месяц! – Едва не взвился Игорь.

И понять его не так чтобы и сложно. Казалось бы, все предельно ясно. Три наемных работника, с общей заработной платой в полторы сотни рублей. Пятьдесят рублей премиальных Волка. Как ни крути, а под пулями ему все же побегать пришлось. Минус командировочные на каждого по рублю в день. Вычесть по десять рублей премиальных свахи. Амортизация автомобиля. Все же с земными образцами не сравнить. Техника требует постоянного ухода и мелкого ремонта. Игорь брал с запасом, пять рублей за рейс. Итого двести шестьдесят пять рублей, накладных расходов.

Таким образом прибыль должна была составить семьсот тридцать пять рублей. Вроде нормально. Кстати, Алина Витальевна, по здравому рассуждению не стала разделять персонал, и согласилась на общие накладные расходы. Игорь поначалу даже обрадовался. Вот только как выяснилось, считать деньги она умела.

Услуги учителя стоили денег. За аренду класса в школе нужно было платить. Контрамарки на посещение дискотек и театральных представлений отсутствовали, то есть, опять за свой счет. Воскресные прогулки в парке с мороженым и каруселями. Питание. Одежда для Амисы, у которой с собой был только один небольшой узелок. Фотографические карточки счастливых молодоженов, для предоставления родителям…

Словом, накладные расходы росли как снежный ком. Впрочем, по прикидкам Игоря, если он и терял в финансах, то не так чтобы и много. Случись же драка, в которой примут участие оба бойца, так еще и в плюсе окажется. Но признаться, он-то рассчитывал на другое. А тут…

– А как вы думали? – Пожала плечами девушка. – За прошедшие две недели наши подопечные успели более или менее адаптироваться. С появлением новых невест старожилы волей неволей станут делиться с ними своим опытом и адаптация будет проходить куда легче. Когда поставим это дело на поток, разрывы между новыми заездами станут меньше. Я предполагаю где-то с неделю. Может полторы.

Хм. Ну теперь хотя бы понятно к чему ей нужен этот здоровенный домина, с прорвой комнат. Он-то поначалу полагал, что она хочет тут создать самый натуральный детский дом десятка на три человек. Места вполне достанет. А тут вон что. Целый адаптационный центр для аборигенок. Еще и за домом разбит эдакий небольшой садик, с аллейками и садиком. Это значит для задушевных бесед суженных, получается. Ну а что, поговорить-то наедине совсем не лишнее. В общем, замахнулась она конкретно.

– Поверьте, это золотая жила, – заверила девушка, а потом подлила дегтя, – Но пояса, пока придется затянуть покрепче.

– Да куда уж крепче, – недовольно буркнул Игорь. – И без того, мне пришлось отдать все до копейки, да еще и должен Волку остался. У Спицына переделку револьверов так же в долг сделал. На стрельбище за прошедшее время ни разу не заглянули. Патроны не за что брать. Между прочим, подходит время оплаты квартиры и стола. И насколько я понимаю, ваши средства так же подходят к концу. А при всем уважении, в долг вам никто и ничего отпускать не будет.

– Ну, у меня небольшой жирок еще есть. И с квартплатой я могу обождать. Но ваша правда, запас скуден, дальше некуда.

– Так может начнете уже выдавать их замуж?

– Нет. Система должна заработать сразу, – упрямо тряхнула головой девушка.

– Я с вами согласен, Алина Витальевна, но ведь мы, при наличии серьезных активов, по сути банкроты, – навалившись локтями на столешницу, вздохнул Игорь. – Ладно бы имели возможность получить кредит. Так ведь нам его не дадут. Вернее дадут, но потом мы как арестанты вынуждены будем сидеть в пределах княжества. А меня так еще и в солдаты забреют. И занять не у кого. Я уже подходил к Лапину. Но у него Ганка вразнос пошла. Все что он не вложил в мастерскую, уже выбрала до дна. Он сутки напролет сидит чтобы закончить книгу и восполнить семейный бюджет.

– Понимаю, тяжело. Будем как-то выкручиваться. Жаль конечно что ваш леопард оказался пустышкой, – вздохнула Михайлова.

Угу. Тут не повезло. При том, что шкуру этого хищника можно было запродать островитянам минимум за сотню рублей, трофей Игоря оказался совершенно никчемным. Какая-то огромная облезлая кошка.

Реально облезлая. Где-то подхватила болячку. Похоже на лишай. Местами имелись совершенно голые проплешины, да еще и с шелушащейся кожей. Он даже браться за нож не стал. Чего эту заразу снимать. Еще и сам подцепишь чего нехорошего. Проблемы тут и без того косяками ходят, чтобы их еще и выпрашивать.

Правда, когда он вернулся к автомобилю Михайлова его обрадовала было, сказав, что за людоеда однозначно должна быть награда. Н-да. Надежду на вознаграждение развеяли как дым пограничники на блок-посту. Из их слов следовало, что если бы в округе были зарегистрированы нападения, тогда да, награда полагалась. В целых пятьсот рублей. Но никто слыхом не слыхивал о хищнике людоеде, после того, как пять лет назад пристрелили… Кстати, тоже леопарда.

Бородин не удержался и навестил школьного учителя биологии, проконсультироваться по данному поводу. Из его слов следовало, что на человека начинают охотиться только больные хищники, которые не в состоянии добывать привычную пищу. Человек же не отличается ни быстротой, ни ловкостью, ни силой. Он вообще легкая добыча.

С другой стороны, по всему было заметно, что болела зверюга уже не первый день, и столь уж истощенной не выглядела. Скорее уж даже шла на поправку. В этой связи Александр Тимурович предположил, что леопард все же охотился на людей. Но не на селян, которые все же могли дать отпор, будучи поголовно вооруженными, а на попаданцев, пребывавших в полном недоумении относительно происходящего с ними.

Теория выглядела вполне стройно. Но власти остались к ней глухи. Предположения, это всего лишь предположения, как бы правдиво не выгладели. Администрация же предпочитала верить фактам. Жаль, что леопарды не имеют своего логова, куда бы стаскивали свою добычу. Награда достаточно крупная, чтобы озаботиться поиском жилища хищника. Но как прикажете искать то, чего нет по определению.

– Послушайте, но у вас же есть автомат! – Вдруг спохватилась Алина Витальевна.

– А вы сказали, что у вас имеется еще кое-какой жирок, – парировал Игорь.

Вот уж чего он не собирался делать, так это отказываться от АН-а. Подумаешь, не пригодился, и возможно не пригодится. А если и дойдет, то имеющихся боеприпасов ни на что толком и не хватит. Зато случись какая ситуация, очень даже может оказаться козырной картой. Как там говорил Верещагин? «Вот что ребята, пулемет я вам не дам.» Вот и он не отдаст.

– Насчет жирка я уже сказала. Как бы нам и впрямь не надорваться.

– Вот и я о том же.

– Ладно. Тогда посидим на попе ровно. Еще неделька, и можно постепенно начинать сговаривать свадьбы. Ну а в полном объеме программу тогда запустим со следующего заезда. Оно бы и раньше. При таких-то делах, – с расстроенным видом, произнесла девушка.

– А если бы не прижало?

– Если бы не прижало, то я думала уже послезавтра выезжать в Улану. Это примерно в сотне километров от Буркаты, а между пограничными постами так и вовсе около тридцати километров.

– Я знаю. С картой знаком. А почему в Улану? Нас как минимум еще две невесты дожидаются в Буркате.

– Две, не пять. Сначала Улана, и если там будет недобор, вернемся в Буркату.

– А в следующий раз?..

– Тартара.

– А в чем разница? Там, что Улана, что Тартара, расстояние по моему одно и то же.

– Если забыть о том, что в Тартару придется ехать через Улану. Через реку Холодную раньше имелся мост. Но он уже давно разрушен. Земли дикие, никто строительством заниматься не хочет. Вот и приходится или идти по Большой реке, или ехать через Улану.

– Ясно. Тогда я говорю парням, чтобы послезавтра готовились на выезд. Рулю нужно еще машину приготовить.

– Хорошо, я тоже буду готова. Но-о… Вы уверены, Игорь Юрьевич?

– У меня есть велосипед.

– Я бы не хотела…

– Сам не хочу. Но это на крайний случай. Так. Имеется земная горка. Я как только узнал, что изнашиваю реальные деньги, тут же поспешил пошить себе местный камуфляж. Правда в цене он уже потерял, но хоть что-то с него взять получится. Навещу барышника. Думаю, если соглашусь сдать лошадей и седло за сотню рублей, то он согласится мне их выплатить. Он на них наварит минимум тридцать рублей. Уже получается порядка четырехсот рублей. По моему неплохо.

– Велосипед жалко. Он у вас единственны в своем роде.

– Знаю, – грустно улыбнулся Игорь. – Но чего не сделаешь ради детей и счастья женщин поверивших нам и ожидающих счастья.

Оп-па! А это что такое? Игорь подался вперед, всматриваясь в большое панорамное фото, висевшее на стене в кабинете Алины Витальевны.

Имелся в Невьянске один фотохудожник. Между прочим, с довольно посредственной техникой и сомнительного качества реактивами и бумагой, делал вполне качественные черно-белые фото. Понятно, если сравнивать не с продуктом двадцать первого века, а хотя бы с серединой двадцатого. Но смотреть было очень приятно.

– Игорь Юрьевич, вы впервые видите этот снимок? – Искренне удивилась его поведению девушка.

– Меня интересует не он, – поднимаясь со своего места, возразил Игорь.

Вообще-то, его поведение указывало как раз на обратное. Потому что он буквально впился взглядом именно в снимок. Затем снял со стены гладкую, без изысков, раму и повернул тыльной стороной.

Н-да. Он конечно слышал о том, что все происходящее с ними ни что иное, как шоу. Что тут уже ни раз и ни два обнаруживали миникамеры, снимающие как видео так и аудиоинформацию. Ну слышал и слышал. А вот теперь увидел воочию.

С тыльной стороны была прикреплена миниатюрная камера. Реально миниатюрная. Не больше форменной пуговицы на рукаве. То есть, в диаметре меньше сантиметра. От камеры идет тонкий шлейф, подключенный к аккумулятору, меньше спичечного коробка. От него так же идет шлейф к верхней перекладине рамки, по верху которой прикреплена тоненькая полоска солнечной панели. То есть, система полностью автономная.

Дырочка под объектив, не больше полутора миллиметров, на темном фоне фотографии, плюс бликующее стекло. Панелька находится выше уровня головы. При уборке никто раму не снимает, а в лучшем случае проходится по верху тряпкой. Ну и как подобную систему обнаружить? Только сняв картину или случайно, что собственно и произошло.

– Что там? – Поинтересовалась девушка, пытаясь заглянуть через его высокую и плечистую фигуру.

– Да вот. Нежданчик, – показал Игорь ей свою находку.

– Так. Немедленно положите на стол и отправляйтесь в управление службы безопасности. Знаете где это?

– На Красивой.

– Правильно.

– А…

– О подобном обязаны сообщать все без исключения, будь то гражданин или самый что ни на ест вольный.

– Понял.

А что тут непонятного. Половина землян обрела здесь свой новый дом, новую жизнь и даже новую семью. А потому даже не думает о возвращении. Им тут нравится. Но друга-то половина, вовсе не против вернуться. Опять же. Наличие калиточки на ту сторону, позволит находящимся здесь получить кое-что с той стороны. Так что, путь на Землю ищут целенаправленно и вдумчиво. Без дураков.

Оседлав велосипед, Игорь уже через пять минут был в управлении службы безопасности. Правда дальше небольшого холла с полудюжиной деревянных кресел с поднимающимися седушками, ему продвинуться не удалось. Помещение делилось на две части барьером из перил, с турникетом. Н-да. Но с другой стороны, не решетка до потолка, что практикуется в современной России. Знать, не так опасаются нападений.

– Здравствуйте, товарищ сержант, – поздоровался Игорь, заглядывая в окошко дежурного.

– Добрый день. Чем могу быть полезен? – Вполне вежливо отозвался сержант.

С офицерскими званиями тут вообще беда. Лейтенант вполне серьезное звание, ничуть не заслуживающее пренебрежения. Впрочем, при ограниченном числе армии, ничего удивительного. И сержанта тут на дембель не получить. Только за заслуги и никак иначе.

– Я проживаю на Озерной тридцать.

– В доме у Алины Витальевны? – С доброжелательной улыбкой уточнил парень.

– Да. Так вот, мы только что в ее кабинете обнаружили установленную микро видеокамеру, с аккумулятором и солнечной панелью.

– Ничего не трогали? – Тут же став серьезным поинтересовался сержант.

– Только картину сняли со стены и положили на стол.

– Ясно, – берясь за телефонный аппарат, коротко бросил он.

Вид самый что ни на есть раритетный, с избытком медных частей и деревянной ручкой. И еще с рукояткой индуктора. О как у них тут кучеряво! Даже телефонная связь имеется, пусть только внутренняя. Впрочем, может и не только.

Пока Игорь удивлялся, сержант щелкнул один из многочисленных тумблеров на своем рабочем столе. Затем поднес телефон ко рту…

– Внимание, следственно-оперативной группе и группе экспертов в полном составе, немедленно собраться у комнаты дежурного. Повторяю. Следственно-оперативной группе и группе экспертов в полном составе немедленно собраться у комнаты дежурного.

Ну что тут сказать. Игорь обалдел в очередной раз. Оказывается по всему зданию были понатыканы громкоговорители. Надо же, какие здесь имеются достижения. А ведь в клубах и кафе в лучшем случае граммофонные тумбы, на механической, так сказать, тяге.

Сержант вновь переключил тумблеры, и крутанул ручку телефона. Подождал несколько секунд.

– Товарищ капитан, по улице Озерной тридцать обнаружена видео-закладка. Так точно, группу собираю по этому поводу. Есть. Вы пешком? – Это уже к Игорю.

– На велосипеде.

– Тогда езжайте обратно и ждите следственно-оперативную группу. Только никуда больше. Прямиком по адресу, – настоятельным тоном, закончил сержант.

– Да понял я, понял, – ухмыльнулся в ответ Бородин.

Вышел из здания и вновь оседлав велосипед, тронулся в обратный путь. Н-да. Кого это он должен был там ожидать? Ага. Как бы не так. Похоже к делу с невидимыми кукловодами отношение было более чем серьезным. Два легковых автомобиля битком набитые людьми пропылили мимо него так быстро, что он даже остановился, пережидая пока не снесет в сторону пыль.

Когда подкатил к дому, подъехал еще один автомобиль. Из этого вышел один единственный офицер с капитанскими погонами на довольно широких плечах. Высок, стройного сложения, под фуражкой видны черные, коротко стриженные волосы. Над верхней губой пышные черные усы, на зависть любому кавказцу, но не буденовские. Окинул Игоря взглядом и не чинясь подошел, протянув руку.

– Здравствуйте, начальник СБ Котов Валентин Николаевич.

– Здравствуйте, – ответил Игорь на крепкое рукопожатие, отмечая про себя еще одного обладателя здоровой лапы.

– Я так понимаю, Бородин Игорь Юрьевич?

– Правильно понимаете, Валентин Николаевич, – Игорь нарочито обратился к нему по имени отчеству.

– Кто обнаружил камеру?

– Я.

– Каким образом? – Направляясь к кабинету Алины Витальевны, продолжал спрашивать капитан.

– Да я и сам не знаю, – сопровождая его, начал пояснять Игорь. – Показалось что-то неправильным. Может свет как-то по особому упал Присмотрелся, да вроде и ничего нет. Не удержался, подошел вплотную, точно, эдакая дырочка и кратер. Снял картину, а там нежданчик.

– Ясно.

А что неясного. У него небось обнаружение каждой такой закладки проходит по одному и тому же сценарию. Потому как иначе как случайно, они не обнаруживаются.

– Нефедов, что у тебя? – Когда они вошли в кабинет Михайловой, поинтересовался Котов.

– Отпечатки пальцев где можно и нельзя. Лапали картинку как родную. Но подозреваю, что они будут принадлежать хозяйке, потому как тут только она и прибирается, и ее компаньону, снявшему рамку со стены. Закладка сделана минимум полторы недели назад.

– Откуда такая уверенность?

– Михайлова протирала пыль ровно неделю назад. Сомневаюсь, что делал она это грязной тряпкой, а на солнечной панели остались разводы. Значит, пыль успела скопиться, после чего ее стерли, но не особо тщательно, так как раму не снимали, чтобы не возиться с водворением на место. Приборку она делает раз в неделю. Отсюда и такой срок.

– Но могло быть и куда раньше, – скорее утверждая, чем спрашивая, произнес капитан.

– Так точно, Валентин Николаевич.

– Твои обследуют дом?

– Как всегда.

– Ерохин.

– Я, – отозвался один из оперативников.

– Опроси Бородина.

– Есть. Пройдемте, – оперативник указал на дверь в приемную.

Ага. Все верно. Там ведь есть стол. Значит будет где устроиться и записать объяснение. В дверях разминулся с еще одним оперативником. Или скорее все же экспертом, уж больно сложения субтильного. Зато ярлык батан, к пареньку подходил как родной.

– Товарищ капитан, нашли еще две закладки. Похоже тут собирались развернуть сеть, но не успели нашпиговать весь дом, – дверь закрылась, отсекая тонкие и в то же время прокуренный голос паренька.

Как и предполагал, Игорь, Ерохин устроился за столом. Выложил из кожаной папки серый лист бумаги, вооружился перьевой ручкой. И начал задавать вопросы записывая ответы.

Но признаться, Игорь отвечал на них скорее на автомате. Все его внимание было поглощено тем, как этот русоволосый парень лет двадцати пяти, обращался с ручкой. Вот так смотрел и просто любовался. Шариковой ручкой подобного не добиться.

Все вертикальные или близко к этому линии выделялись более широкими линиями. Бородин видел, что ведя перо вниз, парень давил на него сильнее, от чего усики расходились, выводя широкую линию. Боковые же и наклонные выходили более тонкими, так как перо при подобном движении попросту не расходилось.

Вот красота, да и только. Хотелось не читать написанное, а любоваться каллиграфическим почерком. Хм. А что собственно говоря ему самому мешает научиться так владеть пером? Полчаса в день, для правописания всяко-разно выделить можно. Опять же, он ведь собирался всерьез заняться изучением талосского языка. А к чему учить только разговорный, если можно освоить и письмо. Решено. Обязательно этим займется.

Опрос продлился недолго. И как раз, когда Игорь поставил свою подпись под объяснением, дверь кабинета выпустила двух экспертов. Те уносили с собой все свои пожитки. Либо полностью уже закончили, либо конкретно здесь.

– Ерохин, если ты закончил, то Валентин Николаевич хочет поговорить с твоим подопечным, – произнес Нефедов, направляясь на выход.

– Закончил. Чего мне не закончить, – складывая бумаги, ответил оперативник.

Одновременно кивнул Игорю в сторону открытой двери. Но не обидно, без заносчивости, а где-то даже задорно. Интересно, чего они тут все такие дружелюбные? Или это профессиональное? Во всяком случае, никаких причин для подобного отношения к своей персоне, он не видел.

Капитан расположился за столом Алины Витальевны. Впрочем, чему тут удивляться. Вполне ожидаемо.

– Присаживайтесь, Игорь Юрьевич, – с открытой улыбкой, предложил начальник СБ.

– Вот мне интересно, товарищ капитан, а чего это тут все такие дружелюбные. Прямо и не верится, что в СБ работаете.

– Поверьте, выкручивать руки и ломать кости у нас умеют. Причем заметьте, руки у нас не связаны.

– Ну конечно. А народ-то поймет, такой беспредел? Как вы сами заметили, нравы тут попроще, народ поконкретнее и оружие в свободном доступе, пусть и с некоторыми ограничениями.

– Во-от. Мы не НКВД, а здесь не СССР, образца тридцать шестого года. А значит пределы сам наш образ жизни расставляет. К примеру, если у меня будет уверенность в том, что вас есть за что прессовать, не сомневайтесь, пойдете под пресс. И люди вполне нормально к этому отнесутся, если будут уверены, что я вас взял в оборот не за то, что вы отбили у меня девку. Х-ха, хотя здесь это очень даже причина. Н-да. Вот хорошее все же вы с Алиной Витальевной делаете.

– Я все понял. Вежливость, как инструмент.

– Вежливость, как вежливость и не более того, – покачав головой, возразил капитан.

– Ладно. Пусть будет так. Итак, у вас ко мне есть еще какие-то вопросы. Я вроде бы уже все рассказал вашему оперативнику.

– Вопросов нет. Есть деловой разговор. Я и так хотел вас вызвать к себе, но коль скоро так случилось, то не вижу смысла откладывать беседу.

– Я слушаю вас, Валентин Николаевич.

– Дело в том, что все кто имеет дела за пределами княжества, в той или иной мере, находятся на связи с СБ. Сталкеры, мародеры, купцы, никаких исключений.

– Значит и Алина Витальевна тоже?

– Разумеется. Ничего сверхъестественного, просто помогает в сборе информации об образе жизни, обычаях, нравах, расположении хуторов, населении. Для нее это необременительно. Нам же помогает составить для себя полноту картины окружающих нас земель.

– Я так понимаю, сейчас вы станете отбирать у меня расписку о неразглашении?

– Вот не поверите, но даже в этом, практически девственном мире, никуда не деться от бюрократии. И потом, если вы нарушите свои обязательства, у меня будут все основания, взять вас за причинное место ежовыми рукавицами. И все граждане княжества только согласятся с этим, – выкладывая перед Игорем уже заполненный бланк, подтвердил капитан.

– Хотите сказать, что выбора у меня нет?

– Есть, – возразил Котов. – Вы прямо отсюда направляетесь в канцелярию князя и оформляете гражданство. После чего находите себе занятие по душе. Кстати, я в курсе, что Спицын с удовольствием возьмет еще одного помощника. Похоже вы единственный человек, которому он доверился бы полностью.

– Но за пределы княжества я больше ни ногой.

– Я же говорю, все кто бывает за пределами княжества, состоят с нами на связи. Итак. Вариант второй. Вы забираете все свои пожитки и уходите из княжества. Но уходите с концами.

– Здесь ваша земля и ваши правила. Я правильно вас понимаю.

– Ну, можно еще сказать, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, – подтвердил капитан.

Ну а что делать? Сиднем сидеть в Невьянске довольствуясь работой в оружейной мастерской? Да не хочет он этого. Да, страшно. Да, при встрече с тем ягуаром едва не обделался. Да, уже из следующей поездки может не вернуться. Но вот не хочется ничего менять. Нравится ему когда адреналин по жилам. Совершенно непохоже на прошлую его жизнь, притягательно, интересно и насыщено.

Игорь взял перьевую ручку Алины Витальевны, торчащую из стаканчика. Откинул крышку чернильницы. Пробежал взглядом текст. Вроде никаких подводных камней. Общий смысл сводится только к одному – не болтать лишнего. Подписал При этом попробовал писать так, как это делал оперативник. Но только посадил кляксу. Пришлось рядом ставить еще одну подпись, но уже без выпендрежа.

– Итак, левобережье Большой и предгорье представляют для нас особый интерес. Ваш маршрут пролегает именно в том направлении.

– От меня потребуется что-то особое?

– Нет. Вы просто будете заниматься своим делом. Но после каждого вашего выезда, будете встречаться с нашим оперативником и рассказывать о поездке. Если его что-то заинтересует, он запишет ваш рассказ. Нет, пожмет вашу руку и вы разойдетесь.

– На связи только я или и остальные парни?

– Все без исключения. С ними Ерохин уже пообщался. Причем каждый из них пребывает в уверенности, что он один из всей группы.

– Значит и стучать будут. Вот только непонятно, к чему это рассказывать мне?

– Потому что, вы будете знать несколько больше, на случай принятия необходимого решения.

– И что это может быть?

– Эти шоумены, мать их за ногу, забрасывают нас следящей аппаратурой, которая передает снятую информацию дальше.

– То есть, имеется как минимум ретранслятор. Эти малютки попросту не способны передавать на большое расстояние.

– Все правильно. Прядка трехсот метров, не больше. Ретрансляторы мы так же обнаруживаем с завидным постоянством. Они пакетируют все сведения и способны отправить сигнал уже на расстояние порядка пятидесяти километров. Но не далее.

– То есть, в радиусе пятидесяти километров есть еще ретрансляторы.

– Не совсем так. Если бы это были просто ретрансляторы, то рано или поздно мы их обнаружили бы. Им ведь так же нужно отправлять сведения дальше, на базу этих умников. А в том, что она есть, никто не сомневается. И в этом случае, мы непременно вычислили бы эту аппаратуру.

– А там, проявляя завидные терпение и упорство вышли бы на следующий ретранслятор, и так как по нити Ариадны до самой базы, – предположил Игорь.

– Такой вариант рассматривался, – не стал отрицать капитан. – Первые ретрансляторы даже не трогали, беря их под наблюдение, стараясь засечь тех, кто их обслуживал, ну и вычислить следующий ретранслятор.

– То есть, у вас есть соответствующие возможности? – Подавшись вперед, с надеждой поинтересовался Игорь.

– Разумеется. Вся обнаруживаемая нами аппаратура слежения и ретрансляторы являются источником комплектующих для наших специалистов в области радио. К сожалению, у нас нет ни одного компьютера, чтобы можно было использовать всю эту технику по назначению. Вот и приходится использовать в качестве комплектующих. Так что, да, кое-какое оборудование у нас имеется.

– И радиостанции, – а вот это уже не вопрос, а уверенность.

– И радиостанции, как стационарные, так и мобильные, – подтвердил безопасник и тут же охладил его пыл. – Но вы можете даже не надеяться. Вам ничего не перепадет. Люди попадают сюда без мобильников, но если при них имелись радиостанции, то они с ними и остаются. Весьма редко, но подобное случается. И вся радиотехника, даже радиоприемники и детские игрушки, изымаются без лишних разговоров. И плевать, остается человек в княжестве или идет своим путем.

– Жаль. Признаться, радиосвязь значительно облегчила бы мне жизнь.

– А кому не облегчила бы, – согласился Котов.

– Погодите, а отчего же тогда нет связи по радио с поселениями?

– Потому что для этого вполне достаточно и телеграфа, – пожал плечами Капитан.

– Телеграф? Но я не видел столбов с проводами.

– А зачем они нужны? Мы тянем подземные кабели. Причем, уже с расчетом на телефонную связь. Все радио идет только для армии и службы безопасности. Никаких иных вариантов быть не может. Но мы отвлеклись. Итак, насчет нити Ариадны. Этот путь оказался несостоятельным. Дело в том, что стационарных ретрансляторов попросту нет. Есть мобильные группы, в составе трех-четырех человек. В их экипировку входит и армейский ноутбук с радиостанцией.

– То есть, они принимают сигнал, а затем передают куда-то? – Предположил Игорь.

– Именно. И без этого звена, нечего и надеяться выйти на следующее.

– Но вы ведь знаете об этих группах?

– Знаем. Потому что нам удалось накрыть две такие. Из трех и четырех человек, соответственно. Правда толку от этого, – капитан безнадежно махнул рукой. – Радиостанция с радиусом действия порядка двухсот километров, несколько портативных и ноутбук, с выгоревшими потрохами. И так два раза кряду. За рации конечно егеря спасибо сказали, это клад и праздник какой-то. Но по сути…

– И зачем вы сейчас мне то говорите?

– А вы везунчик, Игорь Юрьевич. Завидный везунчик. И говорю я вам это на тот случай, что если вам повезет нарваться на этих ребят, ничего там не трогайте. Вообще ничего. Вот как положите их, так пуская и лежат.

– Нормально. Вы кем на земле были? Уж не оккультизмом ли занимались? Везение. Придумали же.

– На Земле я был опером. И смею надеяться, неплохим. И вся моя практика говорит о том, что к вопросу о везении нужно подходить очень серьезно. Был у меня знакомый, которому фатально не везло. Несколько раз брался за дело и всякий раз прогорал. Однажды решил вложиться по серьезному. Несколько рекламных банеров по городу, реклама на местном телевидении, радио и газете. За два месяца ни одного звонка. Вообще ни одного. Плюнул на все, и пошел работать в такси. Вот горбатиться у него получается. Следом его товарищ, с его же разрешения, делает ровно все то же самое, только меняет номер телефона. Главным дилером компании не стал, но поднялся хорошо.

– Но я надеюсь, вы не делаете основную ставку на меня?

– Разумеется нет. Но и исключать этого я так же не могу. И еще. Вот об этом нашем разговоре никому ни слова. Даже вашим товарищам.

– Понял. Но знаете, встретив знатно экипированных ребят, которые по определению должны будут оказаться хорошими бойцами, я предпочту обойти их стороной. Если конечно рядом со мной не окажется пары тройки ваших егерей.

– Ну, насколько следует из докладов, ваш Волк если и уступит нашим спецам, то не так чтобы и сильно. Вы же так и вовсе дадите им форы. Спецы знаете ли сюда попадают редко. Кстати, а что это за рукопашный бой вы изучаете. Парни остались в недоумении.

– Следите?

– Присматриваем, по мере возможностей.

– Это система Кадачникова, слышали?

– Хм. Слышал. И насколько хорошо вы ею владеете?

– Так, – Игорь сделал неопределенный жест. – Кое-чему научить могу. Но до мастерства мне далеко. Этот стиль открывает такие возможности, что мама не горюй. О бесконтактном бое когда-нибудь слышали.

– Сказки.

– Правда, – покачав головой, возразил Бородин.

– Н-да. Ну, нам такие заоблачные выси без надобности. А вот что-нибудь более приземленное, и полезное, подошло бы. Предлагаю сделку. Во время вашего пребывания в городе, вы будете проводить занятия с егерями. Им порой приходится использовать навыки рукопашного боя по прямому назначению.

– И в чем мой интерес?

– Игорь Юрьевич, вы бы прекращали прятать автомат по лесам. Просто не афишируйте его и не вспоминайте и нем.

– Боеприпасами поможете?

Отчего-то Игорь и не сомневался в том, что это не подстава и никто не пытается вынудить его извлечь АН из тайника. Ну а раз уж так, то отчего не заикнуться о патронах.

– Боеприпасами поможем. Скажем, в месяц пять сотен револьверных и тысячу винтовочных патронов. На круг получается семьдесят пять рублей. Заработная плата высококвалифицированного мастера и практически жалование армейского лейтенанта, без боевых ясное дело.

– Я имел ввиду…

– Я уже закрыл глаза на АН. Не стоит злоупотреблять. И даже в этом случае, не советую его показывать посторонним. Плевать как это случится. Но если мне станет известно, что кто-то в княжестве видел у вас в руках автомат, вы с ним проститесь. Причем без вознаграждения.

– Я понял.

– И кстати, скажите вашим парням, что в случае сдачи АН-а ими, вознаграждение они не получат. Раньше нужно было думать. Ну и так, чтобы не было соблазна в неокрепшем коллективе.

– Я передам им ваши слова, – улыбнувшись заверил Игорь.

– Вот и ладушки. Итак. Когда сможете приступить к занятиям?

– Я не могу составить конкретный график. Тут все зависит от Алины Витальевны, – пожав плечами, дал неопределенный ответ Бородин.

– Ну, егеря тоже не все время в казармах.

– И сколько человек сможет находиться на занятиях одновременно?

– Не более трех десятков, а скорее даже и меньше. У парней беспокойная служба.

– Понял. Тогда, каждый день моего нахождения в Невьянске, с утра и до обеда, кроме воскресенья.

– Не надорветесь?

– Ничего. Пока будем кататься с Алиной Витальевной, отдохну.

– Да, еще хотел спросить, – спохватился капитан. – Ну Руль понятно, из-за баранки. Волк, по фамилии. Рысь, это скорее всего пожелание смой Михайловой. Шаман из вашей прошлой жизни. Но Ворот?

– Гриша сам назвался так. Ворот на гатлинге, – подсказал Игорь.

– Вообще-то его вроде бы ручкой называют.

– Да как его не назови, суть одна, – возразил Бородин.

– Тоже верно, – усмехнувшись согласился капитан. – Это ваш чек.

Игорь принял листок с подписью и печатью, бросив взгляд на сумму. Сто пятьдесят рублей. Круто. Что там безопасник говорил о везении. Хм. А что. Очень даже и везучий. Буквально два часа назад они с Михайловой считали последние копейки и вдруг все уже не так уж и безнадежно. Понятно, что это на двоих, но ведь и предприятие трещит их общее.

– Это за что? – Все же уточнил Бородин.

– За каждую обнаруженную микрокамеру полагается вознаграждение в пятьдесят рублей. За ретранслятор, сто.

– Казна-то не разорится, везде и кругом выплачивая награды?

– Во-первых, закладки обнаруживают не так уж и часто, как хотелось бы. В особенности ретрансляторы. Во-вторых, за казну не переживайте. В княжестве достаточный золото-валютный резерв. К тому же, бюджет у нас вполне профицитный. Аборигены с удовольствием покупают продукцию наших заводов.

– Валентин Николаевич, разрешите еще один вопрос?

– Ну спрашивайте.

– Когда я выходил, ваш эксперт обронил что-то о планировании развернуть сеть.

– Что это означает?

– Да.

– То что время от времени, наши невидимые кукловоды сосредотачивают свое внимание на чем-то конкретном. В данном случае, на набирающем обороты брачном агентстве. Это же, мать его, шоу. Потому как ничем иным этого не объяснить.

– И кому это надо?

– А кому надо спонсировать ведение подростковых групп смерти? Слышал о таком?

– Слышал.

– Так вот, если бы это не было выгодным, то никто не стал бы заниматься этим дерьмом. Спрос рождает предложение. И мы скорее всего одна из извращенных форм подобной потребности. Может кому-то интересно наблюдать за реалити шоу, может кто-то играет в цивилизацию, делая ставки на героев. Гадать можно долго. Ладно, здесь мы закончили, пора и честь знать.

Капитан поднялся и все так же не чинясь пожав руку, вышел в дверь, оставив Игоря в одиночестве. Н-да. Ну и что ему принес день сегодняшний, кроме ста пятидесяти рублей? Хм. А ведь не так чтобы и мало. Как минимум теперь не нужно будет ходить в одиночку в лес, чтобы спрятать АН.

Когда Игорь направился на выход, в кабинет вошла Алина Витальевна. И тут же устремила на него вопросительный взгляд. Он сначала не понял, чего собственно говоря ей нужно. Но потом сообразил, и показал чек.

– Сто пятьдесят рублей.

– Замечательно. А жизнь-то понемногу налаживается, – задорно улыбнулась она.

– Не скажите, – покачал головой Игорь. – Минимум пятьдесят рублей нужно будет заплатить свахе. Рублей десять… нет, даже пятнадцать на командировочные расходы. Ну, парни обождут до конца месяца. Ноги не протянут, у них плата за один выезд уже имеется. Остальное ложится в кассу на хозяйство и адаптацию. Словом, пойду-ка я пристраивать свою горку и навещу барышника.

– Не жалко?

– Горку-то? А чего ее жалеть. Я столь серьезными приступами ностальгии по Земле не страдаю. Местная где-то даже лучше. Уж по меньшей мере не так лихо линяет. Разве только синтетические вставки… Но с другой стороны, ремень по ним скользит как зараза. Ну ее эту горку.

– Ну как знаете.

– Да, Алина Витальевна, коль пошла такая пьянка. Вы как насчет выезда уже завтра?

– Ну, я буду готова. Остается вопрос с остальными.

– Волк и Ворот можно сказать в постоянной готовности. Даже если напьются вусмерть, до утра оклемаются. Насколько я понял Руля, он предпочитает обслуживать авто сразу после рейса. Но в любом случае, время у него есть.

– Тогда не вижу препятствий. Завтра в шесть.

– Вот и договорились.

Обойдя девушку по большой дуге, чтобы ни дай бог не заподозрила его в каких поползновениях, он направился на выход. Правда уже в дверях все же поймал на себе укоризненно-ироничный взгляд зеленых глаз. И чтобы это значило?

Ага. Ну да. Он опять пялился на ее грудь. Есть такое дело. Вот не могут его глаза не отметиться на столь выдающейся части тела девушки. Хм. Признаться другая часть, выглядела столь же притягательным зрелищем. Ну радовало хотя бы то, что она не могла видеть его наблюдений. Хотя он был готов поклясться, что чувствовала. А иначе с чего бы ей так двигаться. Или она всегда так движется? Нет, Алина Витальевна определенно хороша.

Укладывая в свой рюкзачок горку, он поймал себя на мысли, что все еще думает о девушке. Ну ей богу, детский сад, трусы на лямках. Взрослые же люди. Может форсировать события. А что такого? Она уже не собачится с ним по поводу и без. Так отчего бы и не попробовать. Ну в крайнем случае, останутся просто компаньонами. Уж тут-то они пока повязаны напрочь. Вот правильно. Но… Потом. Все потом.

– О, Антон. На ловца и зверь в корзину, – столкнувшись в дверях с Волковым, обрадовался Игорь.

– Случилось, что?

– Ничего. За исключением того, что завтра в шесть выезд. Так что, подготовься.

– Принял.

– И не забудь, что сегодня в клубе танцы и мы сопровождаем девушек.

– Между прочим в нашем договоре…

– Между прочим, я это делаю как компаньон, ты как будущий зять. К тому же, ты имеешь бесплатный билет на танцы. Рубль, ни хухры-мухры. Но можешь отказаться.

– Да я бы и отказался, если бы не Алина Витальевна, – безнадежно махнул рукой Антон.

– Что такое? В этом месте поподробнее.

– Да Хана… Она обижается, что я с другими хожу на танцы.

– Обижается или ревнует?

– Да тут Видал Сассун[5], мать его.

– Ясно. Сделаем ход конем.

– Это как?

– А вот так. Я наеду на Алину Витальевну, она проведет разъяснительную работу с Ханой. Все. Не отвлекайся. Задачу уяснил?

– Уяснил.

– Выполняй. А я побежал.

Забросил рюкзак на спину и покатил в сторону ателье, располагавшемуся буквально в паре сотне метров от дома Михайловой. Вот так, не успел вскочить в седло, как уже был на месте.

Пристроить горку оказалось делом буквально пяти минут. Высказал свою просьбу, выложив на стойку перед хозяином ателье товар. Тот развернул совершенно целый комплект, разве только успевший поблекнуть после пары тройки стирок. Осмотрел штемпели, вот уж что и не думало истираться. Впрочем, как и синтетические вставки.

– Пятьдесят рублей, – наконец вынес свой вердикт, мужчина лет пятидесяти.

– Выписывайте чек.

Ясное дело, что хозяин на этом наварится, а с чего бы ему вообще выкупать секонд-хенд. Но не сказать, что навар будет столь уж велик. Игорь вполне ориентировался в ценах, просто искать покупателя не хотел. Однако, как говорится, копейка к копейке, глядишь на ровном месте и упадет рублей десять.

Невьянск не столь уж большой город, а уж при наличии транспорта, даже если это велосипед, так и вовсе маленький. Поэтому очень скоро Игорь был уже на конюшнях у барышника.

С порога извещать барышника о своих намерениях не стал. Правда, его надежда на то, что лошадки и седло уже проданы не оправдались. Все еще стояли как вкопанные, проедая его бюджет. Не сказать, что великие деньги, но как говорится, копеечка к копеечке.

Предложил выкупить движимое имущество за сотню. Барышник покочевряжился в надежде сбить цену, но тут уж Игорь уперся. Мол деньги конечно нужны, но не настолько, чтобы не развернуться и уйти. Ну или обратиться к конкуренту Сидорова. Тот поди не откажется от навара. Ударили по рукам и мужик выписал чек на сотню.

– А чего это ты тут читаешь, Петр?

– Да вот, новинка в библиотеке появилась. К-хе. Новинка, йолки. «Наследник из Калькутты». Еще в детстве читана перечитана.

– О! Уже издали. Значит меняем маршрут.

– Никак ты приволок? – Догадался барышник.

– Имел такую неосторожность. Бывай.

Н-да. Вот что такое не везет и как с ним бороться. Типография находится в центре города. Он же сейчас не так чтобы и далеко от дома Лапина, знавшего потенциального покупателя. Ну ничего не попишешь. Придется слегка побегать. И не забыть навестить двух охламонов. Нет. Начать нужно именно с Гришки, пока он не пустился во все тяжкие. Потом Артем, и только напоследок разобраться с книгой.

В общей сложности пришлось провозиться пять часов. И он сделал совершенно правильно, оставив вопрос с книгой напоследок. Потому что именно на нее-то и ушла львиная доля времени.

Сначала не было главного редактора типографии. Потом пришлось ждать, пока Лапин добьет сформировавшуюся в его голове сцену. А пока ждал, Ганка поила его чаем, с домашней вздобой. Дальше коллекционера не оказалось дома. И они гоняли чаи, под бдительным оком хлопотавшей над гостями хозяйкой из аборигенов. Игорь и отказался бы, потому как у него не безразмерное брюхо. Но обижать гостеприимную талосску не рекомендовалось. Обида, если не на всю жизнь, то надолго.

Однако, все когда-нибудь заканчивается. И к половине восьмого вечера Игорь наконец появился возле дома, встреченный недовольной Алиной Витальевной. До выхода оставалось пятнадцать минут. Михайлову отличала завидная пунктуальность. Пришлось приводить себя в порядок в авральном режиме, получив от нее свою долю колкостей. То обстоятельство, что он наскреб еще две сотни рублей, ее ничуть не смягчило. Ну, хорошо уже то, что бриться не надо. Наскоро ополоснулся, оделся в чистое, и готов.

– Алина Витальевна, – наблюдая за тем, как их подопечные кружатся в танце, обратился Игорь к девушке.

– Уж не хотите ли вы меня пригласить на танец? – Поинтересовалась девушка ироничной и одновременно загадочной улыбкой.

При этом она откинула голову к колонне, у которой стояла прислонившись спиной, и скрестив руки на поясе сзади. Как результат это еще больше подчеркнуло статность ее фигуры. Игорь даже нервно сглотнул и отвел взгляд.

– Нет, – как-то уж поспешно ответил он, тут же прикусив язык, и поняв, что ничегошеньки уже не изменишь. – У нас тут может нарисоваться проблема с сопровождением невест на танцы. Хана, в ревность ударилась, – все же закончил он, чувствуя как краснеют уши.

Н-да. Ну надо же такое учудить. Даже если ему портить нечего, в виду отсутствия у нее к нему интереса. То что он сделал, иначе как тупостью не назовешь. Пусть она трижды язва, но язва женского рода, к тому же молодая. А еще, нужно быть идиотом, чтобы не заметить в ее взгляде блеск. Который, кстати, только что потух.

– Я поговорю с Ханой, и все ей разъясню, – холодно ответила девушка.

Нет, ну что ты будешь делать. Вот, что он за дебил-то такой?


Глава 10. Старые счеты

Та-ак. И чего у них тут только нет. Граммофоны, от классической конструкции, до тумбовых. На последних, между прочим, можно регулировать звук. Открыл дверцы пошире, звучит громче, прикрыл, тише. Совсем прикрутить конечно не получится. Но уже большое дело. На обычных, с медными трубами или вон, на патефонах, вообще никакой регулировки нет.

Вся эта музыка производится не здесь, а идет с острова Астаната. Но земляне не были бы сами собой, если бы не удумали какие усовершенствования. Вот к примеру пластинки островитян в Невьянске не в ходу. Больно дорого. Другое дело изготовленные из целлулоида. Хотя-а, чего уж там, тоже не дешево.

Трубы, кларнеты, гитары, балалайки, барабаны, даже два пианино стоит. Разнообразные пластинки. Словом, чего тут только нет. Разумеется со скидкой на конец девятнадцатого века. О. Даже музыкальный механический шкаф стоит. Да еще и наборы дисков с торчащими из него пеньками продаются. И у этого находится свой покупатель. А то как же. На вкус и цвет, у всех фломастеры разные.

Игорь зашел в музыкальную лавку не просто так, а с намерением. У него не шла из головы мысль об их полной зависимости от свах аборигенок. Те уже начали делать намеки относительно повышения гонораров за свои услуги. К тому же, у них имеются конкурентки, которые и не думают вот так запросто уступать вдруг открывшийся рынок невест не первой свежести.

В подобных условиях рассчитывать на один только авторитет местных свах, не лучшая идея. Куда надежнее обзавестись собственным. И Алина Витальевна, начала уже действовать в данном направлении, передавая родным письма, если те были грамотными или фотографии.

Н-да. С Михайловой получилось как-то не очень. Глупость ему аукнулась бойкотом с ее стороны. Она вновь стала колючей язвой. Ну да хотя бы стервозность не включает и на том спасибо. Впрочем, а могло ли быть иначе, коль скоро волей неволей они были в одной лодке.

Так уж вышло, что ни ей без него некуда, потому как на нем и транспорт и охрана. Ни ему без нее не справиться. Это только кажется, что все так просто. Приехал, загрузил девок, на которых указала сваха, и порядок. Михайлова с каждой беседовала отдельно, а случалось, так и отказывалась увозить. Игорь особо в ее дела не лез. Но знать были для того причины.

Так вот. Для закрепления авторитета их агентства, он решил ввести в их практику звуковое письмо. А что такого, сводил женщину на студию звукозаписи, записал послание, а потом ту пластинку прокрутил родным. Фото, письмо, это конечно хорошо, но родной голос, это совсем иное. Тем более, что местных граммофоном не удивить.

Запись, ясное дело за счет отправителя. Не то, разоришься на них. Ничего. Раскошелятся, никуда не денутся. Как выяснилось, за фотографии выкладывается вовсе не Алина Витальевна. Она только предлагает завести весточку, коль скоро направляется в те края. Но жены хватаются за такую возможность, а мужики и не возражают. Пытаются даже гостинцы передавать, но тут уж Михайлова на поводу не идет.

Н-да. Ну положа-то руку на сердце, Игорь затеялся со звуковым письмом по большей части вовсе не из-за их предприятия. Уж больно хотелось произвести впечатление на девушку. Загладить свою вину, и получить второй шанс. Ну, нравилась она ему.

– Уважаемый, – позвал Игорь лавочника, скромненько так, пристроившегося в сторонке.

Продавец, молодой человек под тридцать, дело свое знал, и покупателей тут не так чтобы много. Игорь был в лавке один. Поэтому едва тот вошел, как лавочник тут же навелся на него, намереваясь взять в оборот. Но Бородин только медленно, но решительно покачал головой, мол не надо, сам гляну. Угу. Докучать такому покупателю, только настраивать его против себя. Есть такая категория людей, которых раздражает излишняя опека и услужливость, так как у них появляется стойкое убеждение в том, что их хотят поиметь.

Но коль скоро тот сам призывает, то-о… Игорь понял, что вот сейчас ему начнут качественно так вешать на уши лапшу. Впрочем, и от этого есть лекарство. Нужно просто не стесняться обрывать ушлого продавца, ограничивая общение только ответом продавца на конкретные вопросы и с нарочито безразличным видом игнорировать его словесный поток, вплоть до того, что отвернуться в противоположную сторону.

– Интересует что-то конкретное?

– Для начала в чем причина такой серьезной разбежки в ценах патефонов. Пятьдесят, шестьдесят и сто рублей. По виду же вроде никаких отличий. Если только звукосниматели разные. Неужели из-за них столь существенная разница?

– Пятьдесят рублей стоит обычный астанатанский патефон. Шестьдесят та же модель, но уже с рупором на крышке. Его можно разворачивать предавая необходимое направление. Усиливает звук в несколько раз. Но можно и отключить его, повернув вот эту заслонку и сменив звукосниматель, – объясняя, лавочник указывал что именно и как должно происходить.

– С этим ясно. Но я не вижу разницы между образцами за шестьдесят и сто рублей.

– Она в том, что этот патефон записывающий.

– Та-ак. В этом месте поподробнее.

– Звукозаписывающая головка, это невьянская разработка. Вы можете установить ее в любой момент и начать запись через все тот же рупор. Звук конечно получается не таким качественным как на студи звукозаписи, но вполне приемлемо.

– А какие болванки?

– Целлулоидные, по пятьдесят копеек за штуку. Запись одной стороны длится пять минут. Прекрасная возможность для создания памятных семейных архивов. Н-да. В всяком случае на сегодняшний день, – не смог сдержать ухмылку парень.

Оно и понятно, будучи выходцем из мира цифровых технологий, оказаться на столь отсталой ступени развития. Но все познается в сравнении. На фоне полного отсутствия иных звуковых носителей, этот не столь уж и плохим вариантом. Но главное, полностью отвечал задумке Игоря.

Отставить студию звукозаписи. Теперь можно вполне обойтись и собственными силами. Тут ведь главное, чтобы голос звучал узнаваемо. К тому же при стоимости болванки в двадцать пять копеек, само письмо можно оценить в тот же рубль. А что, чем не приработок.

Деньги для столь дорогой покупки у Бородина имелись. За прошедшие три недели они успели посетить Улану и Тартару. В этот раз им предстояло посетить последний из известных близлежащих анклавов, Малету. Там у Михайловой так же была налажена связь. Она всерьез собиралась окучивать пять грядок. Четыре анклава и вольные хутора. Правильный подход. Потому как это сейчас невесты стоят чуть не в очередь. Но скоро это закончится, и придется чуть ли не вербовать.

По счастью, поездки прошли без приключений. А значит и без дополнительных выплат персоналу. Что не могло не радовать. Они взялись за это предприятие для заработка, а не для поиска приключений на пятую точку. Выплата же премиальных сильно била по карману. Тем более, что тогда ни о каком реальном заработке речь не шла. Только задел на будущее.

Но примерно неделю назад по Невьянску прокатились первые свадьбы. Ну и как следствие, появилась первая прибыль. Не сказать, что он сразу же стал состоятельным человеком. Но две сотни рублей у него в кармане осели. Вполне достаточно и на такую дорогую покупку. Тем более, что это получается как бы и не покупка вовсе, а очередное финансовое вложение.

– Давай мне эту переделку. И два десятка болванок, – наконец решил Игорь, но поспешил уточнить. – Кстати, с пластинками проблем не будет?

– Никаких проблем, – заверил парень. – Эти переделки только появились, но уже набирают популярность. Так что, спрос на болванки будет только расти. А значит и мастерская будет их штамповать. Кстати, позвольте посоветовать вам сразу купить запас патефонных иголок. Обычно иглы хватает на две стороны пластинки, потом необходимо менять. Но я бы рекомендовал производить смену после каждой стороны. Так целлулоид будет изнашиваться куда медленнее. Тупая же игла убьет его очень быстро. Ничего не поделаешь, издержки отсталости техники.

– И сколько стоит коробка?

– Один рубль. В коробке две сотни игл.

– Круто. Дорогая тут музыка. Иглы тупятся на раз, пластинки быстро снашиваются. А как дом полон деток, которые будут терзать эту музыку день и ночь?

– Ну, тут уж ничего не поделаешь. Учитывая же стоимость самой дешевой записанной пластинки в полтора рубля, я все же посоветовал бы почаще менять иглы.

– А на сколько прослушиваний хватит одной пластинки?

– При бережном обращении более двух сотен. При наплевательском, хорошо как полсотни, но скорее куда меньше. Так что, мой совет, не экономьте на иглах.

– Понял. Не буду. А как с записью?

– Тут все просто. Снимаете штатный звукосниматель, и устанавливаете записывающую головку.

Свои пояснения парень сопровождал практическими действиями, показывая все наглядно. Ничего сложного. Все предельно просто. Смена игл и головки патефона, не требовали никаких специальных навыков. Разве только нужно помнить о дурной силе и относительной хрупкости аппарата.

– Записывающая головка гораздо тяжелее звукоснимателя, чтобы взрезать целлулоид. Помогает в этом вот этот баллончик, он же представляет собой систему охлаждения. При трении происходит нагрев. Игла стандартная, но стоит под прямым углом. Одна игла, одна сторона, и никак иначе. Обязательно используете вот эту протирку, она задерживает взрезаемую стружку. После этого для лучшего качества говорите в рупор. Если источник звука будет неподалеку, запись так же произведется. Правда качество будет уже гораздо хуже. Наконец меняете звукосниматель на стандартный.

«Обязательно используете вот эту протирку, она задерживает взрезаемую стружку. После этого для лучшего качества говорите в рупор. Если источник звука будет неподалеку, запись так же произведется. Правда качество будет уже гораздо хуже.»

Голос из рупора слышался с треском и шорохом, а когда говоривший отдалился помехи стали даже преобладать над голосом. Но тем не менее, даже в таком положении легко угадывался продавец, рекламирующий свой товар, как было различимо и каждое его слово.

– То есть, по сути, весь вопрос в записывающей головке. Так отчего бы не продавать ее отдельно? – Удивился Игорь.

– Попробуйте поставить ее на обычный патефон и записать звук, – пожал плечами парень, с таким видом, мол не все так просто.

Хм. Скорее всего так оно и есть. Но разбираться в этом вопросе Бородин не собирался. В конце-концов, ему нужно было и то и другое. И еще, штуки четыре пластинки с музыкой. Работа работой, но в доме ведь и впрямь хватает любителей. Даже не представляя вкусов обитателей дома, он взял на свой. А там, как-нибудь разберутся.

Оплатил покупку и замер в растерянности. Многовато получается. Чемоданчик с патефоном, футляр с головкой и аксессуарами, бумажный пакет с пластинками и иглами. Но лавочник видя затруднения клиента, только добродушно улыбнулся и подхватил пакет, указывая на выход. Игорь благодарно кивнул, и вышел на улицу.

Его стальной конь стоял в специальной стойке под три велосипеда. Та же мастерская что наладила изготовление двухколесного транспорта, варила и вот эти стойки, которые по сходной цене выкупались различными заведениями, от трактиров, до вот, музыкальной лавки. Количество мест определялось степенью посещаемости.

Здесь на три единицы техники. У того же клуба, на два десятка. И что-то подсказывало Игорю, что это еще не предел. Велосипеды ладятся народ постепенно давит себе на жабу, и обзаводится городским транспортом. И в отличии от Земли, здесь никакой речи о здоровье, просто необходимость и удобство.

Кстати, ни одного случая их кражи пока не зафиксировано. На конька Бородина косились многие. И с предложениями продать подходили. Давали целых триста рублей. Но он только отмахивался. Вот подойди они три недели назад, когда они с Михайловой угодили в финансовое затруднение, тогда да, он расстался с велосипедом почти не раздумывая. Сегодня эта потребность миновала.

Пока пристраивал свои покупки на багажнике и в корзине под рулем, обратил внимание на бригаду рабочих, занятых установкой просмоленных деревянных столбов. Мужики работали довольно споро и слаженно. Каждый выполнял свою функцию, от чего и производительность была на высоте.

Паровой трактор с буром сноровисто пробуривал неглубокую скважину. Затем погрузчик опускал в нее столб, подхватываемый из кузова с помощью манипулятора. Дальше вступали в дело рабочие с лопатами, напрочь закрепляя его засыпая гравий. Тем временем трактор успевал отъехать и пробурить другую скважину. После чего процедура повторялась.

Ничего так, быстро работают. За день успевают вкопать столбы на паре улиц. Насколько знал Игорь эта техника в настоящий момент существовала в единственном экземпляре и ладили ее вроде как под конкретную задачу. А именно, радиофикация и газовое освещение Невьянска и других поселений.

Ну а что такого? Проводное радио не требует какого-то особого оборудования. Хотя да, удовольствие все же не из дешевых. Но зато и польза его очевидна. Да и окупится все сторицей. Плату ведь будут взимать как за подключение, так и абонентскую. Опять же сбыт для казенной мастерской где налажено производство громкоговорителей.

Кстати, плата включает в себя подключение до четырех радиоточек, плюс разводка по всему дому. Тут все от пожеланий владельцев. Но что-то подсказывало Игорю, что народ не станет экономить средства князя. Если есть такая возможность, то разбросают проводку по всему дому. Ну кто в здравом уме откажется от дармовщины. Даже если комнаты только две.

Хм. А вот Михайловой, как предпринимателю занятому общественно полезной деятельностью, никаких квот нет. Администрация заявила, что готова подвести радиоточки хоть в каждую комнату. От чего девушка ясное дело и не подумала отказываться. Еще чего не хватало. В доме хватает аборигенок которым необходимо проходить социальную адаптацию. Радиовещание же этому будет только способствовать…

Идею Игоря относительно передачи звуковых писем Алина Витальевна восприняла на ура. То есть, постояла с минуту, что-то там прикидывая в уме. Потом потребовала продемонстрировать возможности аппарата. На что пришлось извести две иглы и одну болванку.

Правда поблагодарила она его как-то сухо. А потом и вовсе, без ведома Игоря, оседлала его конька и покатила по улице, вздымая за собой пыль. Н-да. С одной стороны, дождик никак не помешал бы. То же, конец августа называется. С другой, ну его к лешему. Им ведь послезавтра опять в дорогу. А у них ни разу не Урал.

Хм. Ну а почему бы ему не устроить для обитателей дома праздник. Маленький такой. Но хорошее настроение порой зависит от сущих мелочей. И уж точно никогда не будет лишним. Тем более, что праздник очень даже может продолжиться и с его уходом.

Подхватив на руки чемоданчик с патефоном и четыре пластинки, он вышел из кабинета Алины Витальевны, взяв курс на дом. Записывающую головку и все прилагаемое к ней, ясное дело оставил на месте. Оно нужно для работы, вот пусть и находится на рабочем месте.

Прошел в гостиную, установил аппарат на столике, завел пружину, отвернул рупор, направив его на средину помещения и опустил головку на вращающуюся пластинку. Вообще-то, для уха представителя двадцать первого века, звук несколько необычный. Или, если быть более точным, непривычный. Но в нем все же присутствует некое очарование, веет эдакой стариной. А еще…

Игорю отчего-то казалось, что вот эта музыка более живая, чем оцифрованная. Да, там звук куда как чистый, никаких посторонних хрипов и вот этого дребезжания металлической мембраны, отражаемой от стенок металлического же рупора. Но в то же время цифра она какая-то выхолощенная, что ли. Ну это как разница между мясом домашней курицы и покупной.

На звуки поющего патефона постепенно начали собираться все обитатели дома. От мала до велика. Дети, девушки, вдовы. И у всех на лицах искренняя заинтересованность.

– Это твой, дядя Игорь? – Поинтересовалась вошедшая в гостиную Лена.

– Не совсем. Я его купил для работы. Но когда в нем не будет необходимости, он в полном вашем распоряжении.

– Ясно. Ну тогда учи им пользоваться, – с деловым видом потребовала Лена.

Как и предполагал Бородин, девчушка очень быстро заняла лидерство среди детей. С Ханой у них образовался эдакий вооруженный нейтралитет и они больше не лезли в дела друг друга. Соплюшка пыталась было закрепить свою победу и подкатить к Игорю, но вынуждена была отступить. Правда без потерь для своего авторитета. Игорь на ухо пообещал ей надрать задницу крапивой, которая к середине лета стала невероятно злой. Этого оказалось вполне достаточно.

Обед прошел вполне штатно. То есть, никаких особых изысков по поводу появившейся в доме музыки Игорю не перепало. Хотя признаться, была надежда. Ну чего стоит сноровистой хозяйке приготовить тех же оладий? Да сущие пустяки.

Вместо этого, пришлось осознать одну простую истину. Теперь им придется постоянно слушать разносящуюся по дому музыку. Ну и нужно будет прикупить запасных иголок. Вот хоть бери и убегай из дома.

Впрочем, мысль не так чтобы и плоха. Тем более, что выезд был запланирован заранее. Такое количество народу нужно чем-то кормить. И если есть вариант сократить продовольственные расходы, то не воспользоваться этим просто глупо.

Ровно в два часа, возле дома остановился окутавшаяся пылью «Антилопа». Как выяснилось Артем, то есть Руль, любил читать, и «Золотой теленок» у него стоял в особом ряду. При таком раскладе, грузовичок был просто обречен получить знаменитое имя «Антилопа Гну». Впрочем, команда предпочитала называть ее в усеченном варианте, против чего водитель совершенно не возражал.

Игорь и Антон вышли из дома, когда пыль еще не успела толком осесть. Игорь по обыкновению устроился рядом с водителем, Антон, на скамье с Гришей и Артем вдавив педаль акселератора, рванул с места. Хм. Ну, рванул это не про паровик и уж точно не про эту тарантайку. Но покатили довольно резво.

– Руль, ты бы по городу тише ездил. Не то хозяйкам надоест просто так нас материть, за берданки начнут хвататься. А они тут в каждом доме.

– Да брось, Шаман, дальше бреха дело не пойдет, – жизнерадостно отмахнулся парень.

Но скорость все же снизил. Не иначе как припомнил свою жену и ее нелесные высказывания по поводу всяких придурошных лихачей. Вот и правильно. Незачем народ попусту злить.

Докатили до конца Озерной, на которой располагался дом Михайловой, к самому озеру. На его южном берегу так же был разбит небольшой скверик с беседками и имелась лодочная станция. Одно из излюбленных мест времяпрепровождения влюбленных парочек. Наверняка, Волк сейчас с тоской смотрит на лодки рассекающие водную гладь. Они с Ханой очень даже здесь катались. Тут по берегам хватает раскидистых ив, ветви которых спускаясь к самой воде способны укрыть от постороннего взора не одну лодку.

Дорога огибает восточный берег озера, затем выходит на левый берег Большой и тянется вдоль ее берега до самой промзоны. Там дорога выворачивает прямо на мост, от которого и тянется прямая как струна и широкая дорога.

Это главная улица района и основная транспортная артерия города. Она так и называется, Транспортная. К ней лепятся все имеющиеся на сегодняшний день предприятия Невьянска. В нее вливаются все улицы города.

Она тянется по западной оконечности города, огибает его к югу и пройдя вдоль сухопутных укреплений, упирается в реку, южнее парка отдыха. Начинается же она от старинного каменного моста, переброшенного через остров, устроившийся посредине потока.

Вот к нему-то и свернул Руль, едва выскочив на Транспортную. Прокатились еще немого и оказались у блок поста. Останавливать их никто не стал, ни на этом берегу, ни на противоположном. Смысла нет. Вот на обратном пути, другое дело Там помимо военного, еще и санитарный пост. Память по поводу прокатившейся некогда эпидемии у землян была крепка. Пусть и не злобствовали особо, но руку держали на пульсе.

Миновав мост сразу же взяли направление на Рыбачий. Успеют еще покататься по степной целине. А пока есть возможность нужно пользоваться дорогой. Оно и шанс поймать какую колдобину, раскурочив подвеску, куда меньше, и скорость значительно выше. Если же не повезет, им сегодня придется изрядно так покататься.

Их путь лежал в Заповедник. Так называли треугольник в основании которого, на юге, располагалась целая сеть болот. Они тянулись полосой в полтора десятка километров, на все семьдесят, а то и больше. Из них брала начало река Пограничная, ограничивающая треугольник с северо-востока. С запада, находился Правый рукав Большой. Вершиной же являлось слияние этих рек.

Заповедник использовался невьянцами как охотничьи угодья. И странное дело. С одной стороны охотники вроде как регулярно прореживали местную живность и в то же время, меньше ее не становилось. В особенности диких коров, основной добычи охотников. Кстати, одичавшие буренки превосходили своих товарок на Земле раза в полтора. Либо, результат естественного отбора, либо они изначально были крупнее.

Биологи предполагали, что этот феномен связан с хорошей кормовой базой Заповедника. Эти места изобиловали древними полями, где до сих пор произрастали различные зерновые. Ясное дело, изрядно одичавшие. Но коров это ничуть не смущало. Как впрочем и косуль, оленей и диких лошадей.

Последних если и бьют, то только на колбасу. Есть в Невьянске мясной цех выдающий весьма качественную продукцию. Копченое мясо, солонина, тушенка, колбасы трех сортов, сосиски и сардельки одного. Пусть продукция разнообразием и не блещет, но по большому счету, этого более чем достаточно. Разве только, все же нужно признать, натуральная продукция несколько пресновата. Представителям двадцать первого века явно не хватает разных усилителей вкуса.

До Рыбного добежали минут за пятнадцать. Не успели оглянуться, как вот уже и пограничная застава. Пара уточняющих вопросов о направлении движения, регистрация в журнале, и перед ними открытый простор Заповедника, с практически ровной как стол степью. Ну, не совсем ровной, все же есть и ручьи, и овраги, и балки с затяжными склонами. Но в общем и целом, да, равнина.

После заставы, километра три еще ехали по полевой дороге, от которой то и дело ответвлялись проселки. Постепенно дорога начала истаивать, пока не превратилась в едва различимую стежку. Вернее рассыпалась на несколько.

По весне и до начала августа, трава еще выказывает свою силу, выпрямляясь за прошедшими колесами и копытами лошадей. Но сейчас, в конце августа, сил уже не осталось, потому и видны множественные следы, в основном от гужевого транспорта и лошадей.

За час они успели углубиться в Заповедник километров на десять. Видели пару семей косуль и даже пытались преследовать. Но не срослось. Слишком уж они были далеко, и успевали уйти в высокую траву или камыши. А там поди их найди. Проще, покататься в поисках другой дичи.

– Стой.

Руль послушно нажал на тормоз, пшикнув пневматикой. Затем быстренько прикрутил вентиль подачи газа на горелки. Незачем зря расходовать газ и воду, а главное попусту насиловать котел. Тут ведь нет большой емкости с кипящей водой. Парообразование происходит в одной медной трубке длинной в несколько десятков метров. На входе вода, на выходе пар, и чем жарче пламя, тем выше производительность.

Стрекот насекомых, пенье птиц, шорох в траве ящериц и грызунов, в полном безветрии. Легкий но выдающий напряжение посвист предохранительного клапана котла. А вот и выстрел. Еще. И еще.

Не многовато ли для охотников? Это насколько нужно быть косоруким, чтобы высадить с десяток пуль. А если не косорукий, так ведь всю набитую гору мяса еще и разделать надо. Бог с ними с хищниками, тут столько работы выходит, что упаришься.

Ага. А вот и гатлинг. Не-эт. Это не охотники. Никакому охотнику этот гражданский пулемет не по карману. А в кредит его не купить. Просто не дадут на его приобретение. Потому как пулемет подразумевает под собой Дикие земли, а с кредитом за границу княжества ходу нет. Получается команчи прижали либо мародеров, либо сталкеров.

– Шаман, вроде из-за того уреза, – послышался из кузова голос Волка.

– Похоже на то. Руль, правь к вершине, взглянем что за тем увалом, – выпрыгивая из кабины, приказал Шаман, и тут же взобрался в кузов.

Переодеваться в кабине неудобно. А там кто его знает, как оно все сложится, маскировка никогда не помешает. Волк все понял правильно и уже достал из чехла своего лешего. Едва Командир оказался в кузове, как «Антилопа» двинулась с места. Пришлось хвататься за спинку сидения пулеметчика и второго номера, чтобы не улететь.

Тряско. Но в целом, вполне терпимо, если не забывать придерживаться. Волку проще. Он успел накинуть поверх своей разгрузки куртку из сетки, увешанную лоскутками, и теперь прилаживал юбку.

Угу. У них теперь были разгрузки. Как оказалось в невьянском ателье их очень даже шили. Причем нескольких видов. Или под индивидуальный заказ. Здесь как-то раньше не комбинировали карманы под магазины АН-ов и берданок, как в случае с Волком. И берданок с трубчатыми магазинами БК, как у Шамана.

Все так. АН теперь был в ведении Волка, который по армии имел богатую практику в обращении с ним. Разве только пристреляли, израсходовав три патрона. И все. Оставшиеся восемьдесят один в магазинах. Оно получалось и носимого заряда побольше, чем с берданкой. И скорострельность. И возможность автоматического огня, если сильно припечет.

Бородин в их паре выступал за снайпера, Волков в качестве поддержки. При выдвижении дозором по лесу они вооружались БК и АН-ом. Имея запасными стволами барданки. Сейчас ситуация несколько иная, а потому за основной пойдут именно берданки. Расстояния слишком большие и от БК толку будет немного. Разве если сойдутся накоротке. Ну и патроны к АН-у нужно поберечь.

У Бородина даже мысли не возникло, чтобы пройти мимо. Нуждаются там в их помощи или могут вполне разобраться и сами, не имеет значения. И разговоры о том, что в Диких землях каждый сам за себя, разговоры и есть. Потому что на деле это совершенно не так и земляне по большому счету всегда приходили друг другу на помощь. Тем более, когда имели для этого весомый аргумент.

Настоящим исключением являлись банды. Вот эти точно были только за самих себя. Ну или случай со смертельными обидами. Но при таких делах какие уж разговоры о помощи. Тут совершенно иное.

Руль, остановил «Антилопу» не доезжая ровно столько, чтобы не выглядывать над урезом. Шаман и Волк тут же спрыгнули в траву, а Ворот повел стволом, примериваясь к сектору обстрела. Руль предпочел не переводить котел на подогрев, но зато приоткрыл предохранительный вентиль так, чтобы стравливался излишек вырабатываемого пара. Оно конечно перерасход, но зато звук куда тише чем с клапаном, и давление в котле поддерживается высокое. Все же, у ДВС-а целая масса преимуществ.

Картина с вершины открывалась что говорится во всей красе. Примерно метрах в четырехстах около полусотни хорошо вооруженных команчей кружили над автопоездом из трактора, тандема и двух вагонов. Игорю даже бинокль не нужен был, чтобы определить, кого именно он сейчас наблюдает.

Похоже на этот раз бригаду Квакина капитально зажали. Труба трактора исправно дымила, но тот отчего-то стоял как вкопанный. Вот из кабины выметнулся дымок винтовочного выстрела. То есть как минимум машинист или его помощник живы а значит может управлять трактором. Значит все же подвела техника. Для паровиков ничего удивительного.

Помнится, именно благодаря одной из множества мелких поломок, Семен пришел на помощь Игорю. Просто решил подняться по балке, чтобы осмотреться. Как результат, вмешался в драку Игоря и далеко не факт, что тот не нуждался в его помощи.

Вообще-то, наличие гатлинга является весомым аргументом в пользу его владельца. Но только не в данном конкретном случае. Если бы автопоезд сохранял движение или хотя бы дул маломальский ветер… Но трактор стоял как вкопанный, и ни дуновения ветерка. А потому гатлинг давал короткую очередь, после чего был вынужден умолкать. Вокруг него тут же образовывалось плотное молочно-белое облако дыма, медленно поднимающегося вверх.

И команчи не могли этим не воспользоваться. Вот двое из ни подскакали к вагонам, и прямо с седел начали взбираться на крышу. Третий, сунул в бойницу револьвер, и несколько раз выстрелил во внутрь. Другой проскакал мимо трактора и в упор выстрелил из винтовки в кабину. Как результат, оттуда выпал карабин. А значит и владельцу досталось.

– Руль бегом выезжай наверх! Ворот, готовься открыть огонь! – Выкрикивая команды, Шаман раскладывал сошки, – Волк бей в тех, что на вагоне! – Выкрикнул он команду парню, уже целившемуся из своего карабина.

Выстрел! Затвор. Выстрел! Затвор.

Шаман наконец изготовился к стрельбе. Команч замер на месте, целясь из берданки в оборачивающегося в его сторону пулеметчика. Вот только поделать он уже ничего не успевает. Шаман выстрелил одновременно с команчем. Сначала опрокидывается на гатлинг пулеметчик, а следом сваливается с крыши и его убийца. Волк третьим выстрелом все же достал второго команча.

А затем над урезом остановилась «Антилопа» и ворот загрохотал из своей шарманки, тут же окутав автомобиль облаком дыма. Но надо сказать, непрозрачной молочной пелены все же не получилось. Хотя и не сказать, что это способствовало хорошему обзору.

– Руль, только не гони. Пошел, – нескольких секунд вполне хватило и чтобы оказаться в кузове, и отдать команду.

Они едва перевалились через борт, как «Антилопа» привычно вздохнув, и выпустив облачко пара, начала движение. Замолчавший было гатлинг, вырвавшись из облака дыма, вновь открыл огонь.

Шаман попытался было воспользоваться открытым прицелом. Но несмотря на то, что тот был кольцевым и в него куда проще поймать цель, толку от этого никакого. Карабин мотает так, что никакой возможности прицелиться и даже толком навести оружие в противника. Да и сами команчи вовсе не стоят на месте. Гатлинг только патроны пережигает, без видимого эффекта.

– Прекратить огонь! Стреляем только с места! Руль, стой!

«Антлопа» привычно вздохнула тормозами и выпустила облачко пара, сбрасывая давление в машине. Шаман и Волк приникли к прицелам. Ворот так же наводит свою артиллерию, но выжидает пока отстреляются снайперы. Во только, как выяснилось ждал зря. Оба промахнулись.

Зато гатлинг прогрохотав десятком выстрелов уронил в траву одного из команчей. Правда, как выяснилось только лошадь. Всадник поднялся практически тут же, а еще парой мгновений спустя ловко вскочил позади товарища. Лошадке под двойным грузом конечно пришлось нелегко, она даже присела на задние ноги, но все же справилась и сорвалась с места.

Гатлинг вновь ожил, поливая команчей горячим свинцом. Но вскоре обзор заволокло дымом. И даже самый что ни наесть Зоркий Сокол ничегошеньки не рассмотрел бы. А значит и стоять нет никакого смысла.

– Руль вперед!

Снова вздох и «Антилопа» вновь покатила в сторону автопоезда, неуклонно сокращая дистанцию. Когда Шаман вновь хотел дать команду на короткую остановку, стало очевидно, что команчи решили ретироваться. Ну, а коли так, то нечего и патроны пережигать. Они денег стоят. Причем немалых. И только что, его группа успела расстрелять рублей на шесть. А сколько того боя-то было?

– Ну что, Семен, привет, что ли. Как видишь на этот раз, мы вытащили твою задницу из неприятностей, – не без удовольствия произнес Игорь, глядя на бригадира.

Пока они подъезжали, тот уже успел обежать поезд и судя по его виду, нашел картина безрадостной. Да оно в общем-то и понятно. Найти желающих присоединиться к команде мародеров не так чтобы и трудно. Хватает среди попаданцев тех, кому капитально сносит крышу и неизменно тянет на приключения. Но иметь рядом с собой проверенных людей, дорогого стоит.

– Да вижу уж, что вытянули. Спасибо, – буркнул он в ответ.

– Ты тут определись, а мы пока займемся трофеями. Потом чем сможем, поможем.

– Давай, – махнув рукой, согласился бригадир.

– Руль, подъезжай к каждой лошади по очереди. И начинай с дальней, – запрыгивая в кузов, приказал Игорь.

Конина, это конечно не говядина и не оленина, но если сдать в мясной, вполне можно будет получать взамен готовой продукцией. Практиковалось здесь подобное. И даже было более предпочтительным, потому как с серебром расставаться все же ой как не хочется.

– Ты чего нос повесил, Ворот? – Поинтересовался Игорь у Григория.

– В пулеметном гнезде, Юрка был. А в кабине трактора, Валерка. Оба готовые. А был бы я на пулемете…

– Ты парень, на себя больше чем нужно не взваливай. Будь на его месте ты, и так же ничего не смог бы поделать. Потому как из-за дыма ни хрена там не было видно. И если есть в этом чья вина, то скорее уж Семена.

– Он-то тут каким боком? – Удивился Ворот.

– А таким. Патроны на гатлинге местной выделки. Верно?

– Ну да. Из трофеев.

– Оно и видно. Мы используем с невьянского завода. Если менять в лавке, то местные пойдут полтора к одному. Потому как княжеские, из-за качественного пороха дымят поменьше. Для берданки разница невелика. А вот для гатлинга, с его скорострельностью, как видишь бывает критично.

В этот момент «Антилопа» остановилась, по обыкновению вздохнув и выпустив облачко пара. Немного качнулась и наконец замерла возле туши убитой лошади.

– Все парни, за дело. Сдергиваем седло, вспарываем брюхо, внутренности наружу. Оставляем только ливер и селезенку для вет-контроля. Грузим и переходим к следующей. Ворот, контроль окружающей обстановки. Вопросы? Вопросов нет.

Пришлось помучиться и изгваздаться в крови, но ничего управились довольно быстро. Четыре лошади, четыре седла. Нашлась винтовка однозарядка. Все. Ни тел, ни другого оружия. Команчи унесли всех своих. Что в общем-то и не удивительно. Они ведь наверняка родня.

Когда вернулись к поезду, трактор уже был готов к движению. Как оказалось, причина поломки была в обрыве цепи рулевого привода. Довольно обычная поломка, легко решаемая с помощью газосварки, без которой уважающие себя мародеры в Дикие земли не суются.

Из потерь. Убиты помощник машиниста, молодой парнишка Валера и сменивший Гришку в пулеметном гнезде Юрий. Виктор схлопотал пулю в плечо. Вон он сверкает промокшей повязкой. Вообще-то, еще легко отделались. Ситуация у них была не позавидуешь.

– Ну что, небось сейчас затребуешь «Атамана»? – С ироничной ухмылкой поинтересовался Семен.

Да, товарищи погибли и их откровенно жаль. Но что уж тут поделаешь. Смерть она вообще ходит рядом с ними. В конце концов начинаешь относиться к ней как неприятному, но вместе с тем, неизбежному. А раз так, то и нечего сердце рвать. Жизнь продолжается.

– А возвращать не хочется, – подначил его Игорь.

– Не хочется, – подтвердил бригадир. – Нам от нее подспорье хорошее. А тебе с твоим брачным агентством, оно и не нужно вовсе. Словом, даже не заикайся. Если так уж хочется, можем подраться.

– Готов биться насмерть за кусок железки? – Удивился Шаман.

– А ты? – парировал Семен.

– Для меня вопрос не в «Атамане».

– Ну так и мне назад сдавать как-то не с руки.

– И что будем делать? – Поведя взором вокруг, с намеком на Дикие земли, поинтересовался Шаман.

– Так я драться не горю. Это у тебя свербит. Но если готов к конструктивному диалогу… – Семен многозначительно посмотрел на Игоря.

– Худой мир, всегда доброй ссоры, – пожал плечами Бородин.

– Погоди. – Квакин скрылся в жилом вагончике, а затем появился с каким-то продолговатым матерчатым свертком который протянул Игорю. – Держи. Ты это оценишь.

По очертаниям Бородин уже догадался, что внутри клинок. Признаться, ему нравились не только стреляющие, но и колюще-режущие образцы. Однако, каким бы он ни был любителем, ему ни разу не доводилось держать в руках ничего подобного. Самые обычные деревянные ножны, в кожаном окладе. Ни чем не выдающаяся, но удобная рукоять, все с той же кожаной тесьмой. Клинок, длиной сантиметров в тридцать.

Вот только не простой. В глаза тут же бросился коленчатый узор кованного булата. Не того новодела, что были в продаже в их магазине и на которые Бородин даже не думал зариться. Этот разительно отличался от них, притягивая восхищенный взор.

Вот только в следующий момент вдруг пришло осознание, что оружие находится в слишком хорошем состоянии. А такое ни под открытым небом, ни в земле попросту невозможно. То есть Квакин со своими архаровцами лазил в какое-то закрытое помещение. Игорь даже невольно отшатнулся от Семена.

– Не кипешуй, – ухмыльнулся бригадир, поняв реакцию собеседника. – Все чисто. Мы пару недель назад нарвались на поле боя, а там прикинь дюжина бронзовых орудийных стволов. Ну, один видать взрывом отбросило. Пока откапывали, Витек ушел под землю. Оказалось, что на крыше старинного блиндажа копошимся. Чуть не обделались, ясное дело. Но с другой стороны, пять десятков стомиллиметровых снарядов в исключительном состоянии, два ящика патронов, десяток винтовок, три револьвера и четыре уставных сабельки и вот эта ляля.

– А на кой тащить снаряды? – Удивился Игорь, немного успокоившись, услышав о прошедшем сроке.

– В конце их войны, на вооружение стали поступать снаряды с пироксилином. Вот эти как раз из таких. Редкость, но иногда попадаются. Да ты не делай стойку-то. Не я первый нахожу такие, и не ты первый думаешь об изготовлении пироксилинового пороха или гранат. Такая находка подлежит непременной сдаче в казну. Без вариантов. Если приныкать или сдать на сторону, тем же островитянам, можно и головы лишиться. Причем без разницы, гражданин ты или нет. В таких действиях усматривается умысел против княжества. А с этим тут шутить не принято. Хочешь, дерзай. Но без меня.

– Ясно. Ну хотя бы платят-то за такие находки хорошо?

– За каждый снаряд двадцать рублей. За бронзовый пушечный ствол, по рублю за килограмм.

– Это что за дикий перекос? – Искренне удивился Игорь.

– Тут рулит князь. Не нравится, вали на все четыре стороны. Тем более, что всех головастых, а их сюда попадает не так чтобы и много, Истомин взял под плотный колпак. А значит, с твоим уходом особой беды не приключится.

– Понятно. Повезло вам.

– Это точно. Причем дважды. С нас поляна. Как вернемся, ждем в «Мародере». Проставимся, честь по чести.

– Только патроны ты все же нам возместишь. Сотню невьянскими или полторы местными, – уточнил Игорь.

– Справедливо, – слегка разведя руками, согласился Квакин.

В Невьянск вернулись только с наступлением темноты. Причем пришлось ночевать за городом, на правом берегу Большой и подальше от моста. Так сказать, от греха.

Во-первых, медики должны были проверить на предмет болячек всех прибывших. Ни у кого и мысли не возникло скрывать тот факт, что оказались в группе риска. Если обман или укрывательство всплывет, то путь в княжество будет заказан на вечные времена. И это при условии, что никто по твоей вине не подхватит какую болячку. А там, и на виселицу прогуляться можно.

Во-вторых, никто не собирался вот так запросто пускать в город груз почти в шестьдесят кило пироксилина. Кто знает в каком состоянии эти снаряды. Так что, пока саперы все не обследуют, нечего о том и мечтать.

Вот и ночевали в чистом поле, надеясь, что с кониной ничего не случится. Иначе придется возвращаться в Заповедник. Вот уж чего не хотелось. Через сутки группе Бородина отправляться в очередную командировку, и лучше бы перед ней отдохнуть.

По счастью, на утро все прошло без сучка и задоринки. Медики после опроса и осмотра прибывших, дали зеленый свет. Саперы убедились в том, что снаряды не представляют опасности и так же не стали чинить препятствий.

Игорь поспешил в мясной цех. За ночь они сняли с туш шкуры, и обложили их травой, обильно смочив водой. Но все же чем быстрее сбросят с рук скоропортящийся груз, тем лучше.

В итоге Мясо они сохранили. Приемщик хотя и был дотошен, ничего предосудительного не нашел. Потом оговорили чего и сколько Игорь может получить взамен на сданные четыре туши. Ударили по рукам. Выписали талоны для магазина при цехе. Часть которых Игорь чин, чином передал парням, другую убрал, чтобы вручить Алине Витальевне.

Далее по планам была кожевенная мастерская. Не сказать, что лошадиные шкуры так уж ценились, но двадцать рублей они с этого дела все же поимели. Посещение шорника принесло им еще восемьдесят рублей за седла.

Плюс десятка за берданку. Патроны, что стрясли с Квакина, Игорь предпочел обменять на невьянские. Незачем повторять чужие ошибки. Вот вроде бы мелочь, но в конкретной ситуации оказалась существенной. Так что, лучше не жадничать.

Доходы с трофеев поделили как и было уговорено раньше. Две трети Игорю, треть на бойцам. Нормальный расклад, ни у кого не вызвавший недовольства. Если бы это была просто охота, тогда да, все поровну. А так, вышел бой и тут в дело вступает договор о найме.

Условились о встрече в три часа дня в «Мародере», где должна была проставляться бригада Квакина. После чего разошлись по домам. Оно бы ну его, перед завтрашним-то выездом. Но с другой стороны, не принять приглашение нельзя. Опять же, если без фанатизма, то и ничего страшного. А парни вроде бы подобрались вполне адекватные и с головой дружат.

Н-да. А вот прием Игоря и Антона ждал несколько прохладный. Нет, поначалу-то Игорю показалось, что Алина Витальевна бегло и несколько воровато ощупала его взглядом на предмет лишних дырок и недостачи каких конечностей. Но все оказалось в полном порядке.

– Отправили поводу, а они вернулись с дровами, – покачав головой, недовольно произнесла Михайлова, встречая мужчин.

– Алина Витальевна, да не серчайте вы так, – жизнерадостно улыбнулся Игорь. – Мы там подстрелили четырех лошадей. Чин чином сдали в мясной цех. Вот накладные на мясные и колбасные изделия.

– Никакая колбаса не заменит свежего мяса. И вы обещали доставить именно его.

– Ну так уж вышло. Не отправляться же нам обратно.

– Нет. Это было бы глупо. Но факт, остается фактом. В связи с нашим выездом, нам придется нести дополнительные траты на закупку провизии. Впрочем… Хорошо, все то, что хорошо кончается. С возвращением Игорь Юрьевич. Антон Ильич.

Вот так сказала, и удалилась с демонстративным недовольством. А что такого они сделали-то? Впрочем, долго пребывать в дурном настроении ем не довелось. Стоило только Михайловой перестать их терзать, как к Антону тут же подбежала Хана, ощупывая руками, лично желая убедиться, что с ним все в порядке.

Игоря же тут же обступила ребятня. Слухами Невьянск полнится и им было жутко интересно, как это у их кумира там обстояло дело с команчами. Ясно, что те валились пачками! Это даже не обсуждается! Но хотелось знать детали произошедшего. Чтобы так сказать, блеснуть информацией из первых рук. Н-да. Один черт переврут так, что правду от вымысла не отличишь. Но от осознания искренней радости ребятни, ему стало тепло на сердце.

Хм. Неужели ему показалась та обеспокоенность, мелькнувшая в облике Михайловой? Или это связано только с тем, что он является ее компаньоном? Очень может быть. Без него, ее предприятие имеет все шансы загнуться. А ведь она приняла на свои плечи заботу о двенадцати детях, которых необходимо как-то содержать. Да. Скорее всего, корни ее обеспокоенности именно в этом. А что ту поделаешь. Сам дурак. Надо же отчебучить такое. И ведь без умысла, но ты поди объясни это обиженной девушке.


Глава 11. Настя – сталкер и просто красивая девушка

После обеда, Игорь решил навестить Алину Витальевну в ее кабинете. Она безжалостно реквизировала у молодежи патефон, и умыкнула его на свое рабочее место. В конце-концов, тот и покупался для работы. А ее оказалось на удивление много.

Вот Бородин и решил посмотреть насколько. И обнаружил тут целое паломничество из бывших клиенток Михайловой. Тихонько пристроившись в уголке, он наблюдал за тем, как идет запись. Признаться, уже после приобретения патефона, он сильно усомнился в том, что дело это будет столь уж простым.

Сунь в руки представителю двадцать первого века микрофон и пусть он без подготовки запишет звуковое письмо. Ничего сложного? Вообще-то, подавляющее большинство попросту растеряется. Так чего же говорить о представителях общества, куда более отсталого в техническом плане.

Но Михайлова с легкостью разобралась с этой трудностью. Всего-то пришлось испортить четыре болванки. Она не просто записывала послание а брала интервью. Ну или попросту вела беседу с женщинами, задавая наводящие вопросы и получая на них ответы. Причем вскоре женщины где-то даже забывали о том что идет запись. Правда, сбивались, когда Алина Витальевна вынуждена была переворачивать болванку и их надо было вновь разговорить.

Н-да. Игорь увидел в этом деле только потенциал рекламы. Михайлова же, сразу рассмотрела как можно извлекать двойную выгоду. Она оценила отправку пятиминутного звукового письма в один рубль. Десять минут, то есть две стороны пластинки, в полтора. И насколько понял Игорь, ни одна клиентка не ограничилась половиной болванки.

Вот что значит предпринимательская жилка. Недаром Михайлова и на Земле была при своем деле, причем довольно успешной бизнес-леди. Не то что он. Этот мир конечно открывает новые возможности, но это относится скорее к упрощению или полному упразднению различных барьеров. Ни мозгов, ни предпринимательской жилки новая среда обитания не добавляет.

– Что-то хотели, Игорь Юрьевич?

– Алина Витальевна, я признаться теряюсь в догадках, чем вас обидел и вызвал очередную волну холода. Но чтобы я не учудил, прошу у вас за это прощения.

Вообще-то он прекрасно понимал, что, пусть и невольно, без задней мысли, но выказал пренебрежение по отношении девушки. Весьма серьезная обида для женщин, грозящая серьезные кары провинившемуся.

– И чем же вы меня обидели? – Вздернула брови Михайлова.

– Понятия не имею. Честно. Но чувствую, что что-то не так. А как говорила героиня Натальи Гундаревой – если женщина в чем-то не права, нужно попросить у нее прощения.

– И в чем по вашему не права я? – Брови взлетели еще выше, хотя казалось это и невозможно.

– Я не говорю, что вы не правы, – растерялся Игорь. – Как раз наоборот, подозреваю, что я вас нечаянно обидел или задел. А это, просто цитата… Ну, как бы…

– Не напрягайтесь, Игорь Юрьевич. Я поняла, – мило улыбнувшись, остановила его девушка.

– Мир? – Все же уточнил Игорь.

– Вообще-то, войны и не было, – пожала плечами девушка. – Но, если вам так угодно, мир, – и снова открытая и где-то победная улыбка.

Ага. Как же. Не было войны. Он конечно путается в словах, и начинает нервничать в ее присутствии. Вот как только рассмотрел в ней кроме красивой стервы еще и настоящую женщину, так и началось. Но не идиот же он, в само-то деле, чтобы не понимать происходящее. Впрочем, разрешилось и слава богу.

– Я что спросить-то хотел, Алина Витальевна, вам моя помощь не нужна?

– Если только прокатитесь в музыкальную лавку и прикупите еще иголок и хотя бы десяток болванок. А то боюсь, на всех желающих не хватит.

– Сделаю, – с готовностью ответил он.

– В остальном я и сама управлюсь. Отдыхайте.

– Договорились.

Прокатиться за покупками, оказалось делом недолгим. А там и Антон напомнил, мол не мешало бы навестить трактир «Мародер», где их вроде должна поджидать бригада Семена. Ага. Очень даже не мешало бы. Квакин наверняка уже разобрался с трофеями, получил за них плату и теперь оккупировал трактир, заливаясь по самые брови. И лучше бы, посидеть с ними, пока не дошло до грани – ты меня уважаешь. Команде Бородина завтра предстоит дальний путь и лучше бы при этом иметь ясную голову.

Н-да. Когда Лапин впервые предложил Игорю посидеть в трактире, признаться Бородин ожидал увидеть эдакую прокуренную забегаловку. Но был приятно удивлен, когда под этим названием, обнаружилось весьма привлекательное заведение.

«Мародер» полностью соответствовал изначальным представлениям Бородина. Довольно просторное, прокуренное и пропитанной запахом кислятины и алкоголя помещение. Хотя, откровенной грязи вроде как и нет, общее впечатление отталкивающее.

По центру три деревянных столба, удерживающих перекрытие. Все пространство заставлено дюжиной больших массивных столов, на шестерых человек каждый, с неподъемными лавками. Что не лишено смысла. Как выяснилось, драки тут явление вовсе не редкое.

Сталкеров и мародеров не так чтобы много. И в городе они вместе никогда не собираются, чтобы полностью заполнить это заведение. Поэтому основе своей публика представлена местными. Теми у кого жизнь не особо сложилась, и с монетой в кошельке тяжко. Здесь же, можно было найти недорогую закуску и такое же дешевое пойло.

Признаться, «Мародер» выбивался из образа Невьянска, уже успевшего сложиться в голове Игоря. Натуральная наливайка, находиться в которой не было никакого желания. Оставалось только удивляться, какого ляда Квакин назначил сабантуй именно здесь. Помнится, Бородин сманил у него Григория когда их бригада отдыхала в самом приличном заведении города. А тогда они обмывали успешный выход, принесший куда меньшую выгоду.

Обеденный зал буквально набит народом. И что говорится далеко не чистой публикой. Бомжей ясное дело не было, но присутствующие явно любили хорошенько приложиться к горькой. Табачный дым висит плотной пеленой, слышится непрекращающийся гомон.

Стол в дальнем углу практически свободен. Там сидит только одна девушка. Брюнетка, около тридцати, волосы забраны назад, в конский хвост. Одета в камуфляж, но тот явно местный а не земной, и шит точно по фигуре. Потому как весьма выгодно подчеркивает ее фигуру. Впрочем, ту практически полностью скрывает стол, над ним только высокая аппетитная грудь. Угу. Мимо такой детали Игорь пройти никак не мог.

Перед ней тарелка с закуской, блюдо с мясом, графин с прозрачной жидкостью, ясное дело самогоном, и пять стопок, с краюхами хлеба поверху. В довесок, угрюмое выражение лица. Ясно. Если на противоположной стороне составили два стола ломящиеся от закуски и выпивки, с шумной компанией свидетельствовали о веселье. То тут явно справляли поминки.

– Игорь, Антон, подходите к нам, – поднявшись из-за стола, позвал Семен.

Глаза блестят, краска прилила к щекам. Сразу видно, что уже успел принять на грудь, и кровь быстрее заструилась по жилам. Но далеко не пьян. Но скорее всего напьется. Иначе к чему забираться в этот гадюшник. Хм. Или Игорь чего-то не понимает. Вот та одинокая девушка так же не вяжется с этим заведением.

– Привет честной компании, – подойдя поздоровался Бородин.

Волков синхронно его словам кивнул, явно присматриваясь к компании. Но его сомнения разрешил Гриша, который уже был здесь. Он подозвал парня характерным жестом, явно сознавая, что командир окажется в плену у бригадира.

– А где водила ваш? Артем, – поинтересовался Семен.

– Должен подойти, – пожал плечами Игорь.

– Ладно, семеро одного не ждут, – решительно рубанул Квакин, указывая Бородину на лавку рядом с собой. – Друзья, мы сегодня выпиваем не просто так, а по поводу, – торжественным голосом начал вещать хозяин застолья. – И повод этот для нашей бригады более чем радостный. Потому как не далее как вчера мы разминулись с костлявой. Но прежде… – Он осекся, глянул на девушку в другом конце зала, встретился с ней взглядом. – Настя, прими наши соболезнования. Пусть Смычку и остальным Земля будет пухом. Друзья, предлагаю почтить их память минутой молчания.

Все присутствующие перешептываясь поднялись, и вскоре в зале повисла тишина. Игорь откровенно сомневался в столь серьезном авторитете Семена среди присутствующих. Но если немного изменить исходные данные, то все становилось на свои места. Сегодня здесь угощал Квакин. Просто сомнительно, чтобы местная публика так уж заботилась о закуске, да и блюда вроде бы одинаковые. А как известно, кто платит, тот и заказывает музыку.

Девушка так же поднялась, благодарно кивнув Квакину. Невысокая и да, стройная. Молодец, содержит себя в форме. Или в мародерах особо жировать некогда? Очень может быть. Молча выпили. Сели. Закусили. Хм. Обстановка так себе, но и выпивка, и закуска, качественные.

О. А вот и припозднившийся Артем. Вошел в зал. Осмотрелся. Заметил подзывающих его Антона и Гришу. Кивнул в знак согласия, пошел в обход зала и вскоре присоединился к товарищам. Гриша на правах завсегдатая тут же наполнил вновь прибывшему стопку. Семен наблюдая за этой картиной удовлетворенно кивнул и вновь поднялся.

– Друзья, – заговорил он. – Невьянск небольшой город и история моего знакомства с Игорем ни для кого не секрет. Кто-то скажет, дело житейское, кто-то станет подначивать к кровной вражде и так чтобы юшка пузырями. И каждый будет по своему прав. Но правда заключается в том, что вчера, когда нас прижали, Игорь и его парни не стали раздумывать как им поступить и считать команчей. Они просто полезли в драку и выдернули наши задницы из полного дерьма. Спасибо Игорек, что помог и откликнулся на мое приглашение прийти сюда.

– Пользуйся, чего уж, – с добродушной ухмылкой ответил Бородин.

Хм. Вот странное дело, но злости к Квакину отчего-то не было и в помине. Наоборот, присутствовал какой-то интерес, как все обернет бригадир.

– А я воспользуюсь, – громко продолжил Семен. – Вот, это твой. Возвращаю с искренними извинениями. Был не прав.

С этими словами Квакин выложил на стол «Грозу» в фирменной кобуре и чехлом с запасной обоймой. Игорь сразу же узнал и свой пистолет, и обвес. Обрадовался ли он этому. Конечно обрадовался. Просто не стал этого выказывать. Разве только поблагодарил, слегка разведя руками, словно хотел сказать, что не ожидал. Хм. А он и не ожидал. Странный все же мужик этот Квакин.

– А «Атамана» слабо? – После того как выпили по второй, тихо поинтересовался у Семена Игорь.

– За «Атамана» я клинком отдарился. Или скажешь, не стоит того? – С хитринкой посмотрел на Бородина Квакин.

– Отчего же, очень даже стоит. Он даже дороже стоит, – согласился Игорь. – От того я и тебя понять не могу. Ты этот клинок сдал бы рублей за дести, никак не меньше. А там купил бы у Спицына БК. Он выиграет у «Атамана» по всем статьям.

– Угу. Кроме цены на припас.

– Не вижу проблем. Ты получил бы карабин и сотню патронов. Поверь, оно того стоит.

– Нет уж ты мне поверь, не стоит оно того. Вот скажи, сколько раз ты использовал свой БК. Не на стрельбище, а в деле.

– Признаться, ни разу.

– А я тот «Атаман» пользую каждый раз. Уже сотни три выстрелом сделал.

– Так часто приходится стрелять?

– А ты как думал. Да ту же косулю или кабанчика завалить, чтобы в котел забросить. Чего на всю степь грохотать. А уж когда собачки подваливают, и вовсе весело. Они неподалеку и в самих пустошах большими стаями обитают. Словом, с БК этим разориться можно.

– Разориться говоришь, – произнес Игорь с хитринкой и потянулся к «Грозе»

– Не надо, – так же не удержался от ухмылки Семен. – Там только восемь патронов. После переделки пистолета, мне осталось две полные обоймы, три десятка, остальное ушло в счет оплаты. Ну и после пострелять пришлось. Хорошая машинка. Но с «Грозой» этой, одно разорение.

Угу. В случае с Семеном деньги похоже критический момент. Судя по размаху гулянья, он из той категории которые зарабатывают с риском для жизни, а потом шикуют пока не останутся в одних портках. Но с другой стороны…

– Слушай, ты тогда оставил на мне чуть не на тысячу рублей, а мог передать князю абсолютно голым и никто тебе слова не сказал бы. Да на те деньги ты мог на ухнарь стереть нарезы у «Грозы».

– Это да. Но вот такой я человек, что тут поделать, – неопределенно ответил мужик, в очередной раз понимая стопку.

Н-да. Клиника. Дурдом на колесах. Вот пойди и пойми мотивацию этого человека. Да у него похоже правая рука не ведает, что делает левая. Идиотизм да и только. В конце концов Игорь решил бросить попытки разобраться в хитросплетениях души Квакина.

Лучше уж приглядит за своими парнями. Ага. Ну вроде порядок. Общаются с народом, но на спиртное не налегают. Так в меру, чтобы особо не захмелеть. Так сказать, уважить приглашающую сторону и не более. Семен похоже это прекрасно понимал, но все же вскорости нужно будет свалить и увести с собой парней. Пока народ не набрался окончательно до состояния – ты меня уважаешь. Потому что после этой черты, уже никакие разумные доводы действовать не будут.

Входная дверь в очередной раз открылась впуская в обеденный зал сразу шестерых мужчин. Одеты как и положено сталкерам и мародерам в камуфляж. А нет. Все же вторые. Первые принципиально не носят панамы или шляпы, предпочитая повязывать головы банданами. На этих же, шляпы с широкими загнутыми полями.

Ну и еще одним косвенным подтверждением является то, что среди вошедших Игорь узнал спасенного им Окунева. А тот, насколько ему было известно, примкнул к бригаде мародеров под командой Развалова. И похоже вот этот мужик лет сорока с окладистой бородой, под два метра ростом и есть тот самый бригадир.

– Салют честной компании, – возвестил Развалов. Потом окинул взором столы. – Что празднуем?

– Присоединяйся, Андрюха, – подал голос Семен, с вальяжностью хозяина застолья. – Я проставляюсь, по случаю нашего счастливого расхода с костлявой.

– О как! Знатно. А что это, твой крестничек уже на тебя не дуется? – Выслушав шепот Окунева, поинтересовался бригадир, явно имея ввиду Игоря.

– Так он наши задницы и выдернул из дерьма, – весело хохотнул Квакин.

– Чудны дела твои господи, – делано удивился Развалов.

– Это точно. Присоединяйся.

– Да что мы будем стеснять честную компанию и сидеть друг у друга на головах, когда тут целый стол свободный. Здравствуй Настенька. Как? Пустишь к себе? Я слышал, Смычка не стало. Некому больше согревать твою постель.

– Слышь, Андрюха, – поднимаясь со своего места тут же набычился Семен.

Его бригада Виктор, Николай, Егор тут же последовали примеру своего старшего. Григорий, лучше разбиравшийся в местных раскладах, тоже поднялся. Антон и Артем, поддержали товарища. Игорь не без любопытства посмотрел на забияк, прикидывая, как можно будет половчее уложить этого шкафа. Уж больно вызывающе он себя повел. Опять же, девушка ну или если хотите молодая женщина, вызывала у него куда больше симпатий.

– Что Сема, руки чешутся? – С издевкой поинтересовался бригадир пришлых.

– Попридержал бы ты лошадей, Андрюха. Какая там меж тобой и Скрипкой пробежала кошка, то дело не мое. Но о мертвых либо хорошо, либо никак. А Настену…

– Спасибо Семен, но за себя я и сама могу сказать.

Оп-па. А девочка-то без царя в голове. Уже поднялась на ноги, и держит в руке… Х-ха! Такую же как у Игоря, ноль вторую «Грозу». С ума баба сбрендила, от горя? За убийство на территории княжества виселица. Нет, понятно, что самооборона, она и есть самооборона. Но тут-то выйдет чистое убийство.

– Настена, ты ствол-то убери, – с издевкой произнес Развалов. – Оно ведь как. Достал пистолет, стреляй. Нет жопы, так и не лапай. А вот так бестолково размахивать… – Бригадир сделал неопределенный жест рукой.

– А кто сказал, что у меня нет задницы.

– Боже упаси, она у тебя есть. Причем весьма аппетитная на вид. И я очень надеюсь, что и на ощупь.

– Сам себя обслужишь. Ур-род, – холодно и с явным пренебрежением ответила девушка.

– А вот это перебор, – покачав головой, сокрушенным тоном произнес мужчина.

Ни капли даже намека на испуг или опаску. Он был искренне уверен в том, что ему ничего не угрожает. Хотя по виду девушки Игорь не стал бы этого утверждать наверняка. Для себя Игорь уже решил, что с первым же шагом этого быка или кого-нибудь из этих шестерых по направлению к Насте, начнет действовать. Причем несмотря на то, кто проявит активность, первым под раздачу пойдет бригадир. Этого Бородин определил как самого опасного. Пока же, просто наблюдал за происходящим.

– Серье-о-озно? – Вложив в это слово всю имеющуюся нее в запасе желчь, произнесла девушка. – Сто где стоишь! Один шаг в мою сторону и я стреляю! – А вот это уже угрожающе, потому как Развалов слегка подался вперед явно намереваясь приблизиться к девушке.

– Да стреляй, мать твою.

Предпринять Игорь ничего не смог. Просто не успел. Потому что бригадир пришлых еще не опустил ногу с первым шагом, как раздался выстрел. И сразу же второй. Третий. Игорь предпочел перекатиться через стол. Кто его знает, что там у этой бабы в голове.

С грохотом разбрасывая блюда с закуской, опрокидывая бутылки и стопки, он оказался по другую сторону. Впрочем звуки бьющейся посуды, были полностью поглощены грохотом частых выстрелов. Никогда не думал, что «Гроза» так громко стреляет. Наверное потому что никогда не стрелял из нее в закрытом пространстве.

Тишина. Запах сгоревшего пороха напрочь перекрыл все остальные. Все посетители попрятались там где только возможно. У всех в руках револьверы. Игорь вдруг обнаружил, что так же сжимает бульдога. Но никто не спешит открывать огонь. Все же простота местных законов и неотвратимость наказания сделали свое дело. Оружия на руках хватает, а вот дураки по любому поводу хвататься за него, прореживаются в Невьянске очень быстро.

На полу стонут и матерятся все шестеро из бригады Развалова. Правда, при этом они мало походят на раненых. Скорее уж на тех, кому прилетело весьма знатно, но не смертельно.

– Спокойно! Это был травмат! – Выкрикнула девушка, задирая пистолет с затвором замершем в крайнем заднем положении.

Отщелкнула магазин. Вогнала в рукоять новый. Сбросила затвор с задержки. И со злорадной ухмылкой вновь навела на приходящих в себя мародеров.

– Ну как тебе Андрюшенька двести пятьдесят джоулей? Понравилось.

– Тебе конец, с-сука, – выдавил из себя мужик, поднимаясь на ноги.

– Не так быстро, ур-род. Теперь в стволе боевые, и лучше бы тебе не дергаться. Потому что можешь не сомневаться, я вышибу тебе мозги. И по новым законам, максимум, что мне грозит, это изгнание из княжества. Ведь среди вас нет граждан княжества, – еще и миленько так улыбается.

– Милиция! Всем оставаться на своих местах. Бросить оружие. Руки за голову!

Надо же. Только трое патрульных, а ведут себя так, словно их тут как минимум взвод. И это против почти шести десятков человек, многие из которых вооружены. Это надо быть либо очень смелым, либо четко осознавать, что за твоей спиной сила. Хм. И то и другое в Невьянске имело место быть.

Разбирательство было недолгим. Старший патруля выслушал устные объяснения Семена и Игоря. После чего милиционеры разоружили девушку, бригаду Развалова и увели с собой в отделение. Все. Шоу закончилось. Можно было отдыхать дальше. Ну, после того, как официанты навели маломальский порядок.

Впрочем, долго Игорь засиживаться не стал. Еще полчаса, и пожелав всем приятного отдыха, направился на выход. Не забыв при этом выдернуть из-за стола и свою команду.

Парни может и были уверены в том, что вовремя остановятся и не примут на грудь лишнего. Но водка это дело такое, что грань за которой нет удержу рассмотреть очень трудно. А им с утра в дорогу. Причем, там нужна светлая голова.

Словом, к половине седьмого вечера Игорь и Антон, вернулись домой, будучи всего лишь в легком подпитии. Если больше не усугублять, то к утру будут как стеклышки. Правда Алина Витальевна решила в этом усомниться.

– Игорь Юрьевич, как же так-то? – Встретила она их в гостиной, под пение патефона.

Ага. Похоже, с работой Михайлова управилась и теперь музыка снова в распоряжении детей. Нет. С этим определенно нужно что-то делать. Эдак ведь никаких нервов не хватит.

– Не переживайте, Алина Витальевна. Все будет нормально.

– К утру, возможно и будет. Но вы не забыли, сегодня в клубе танцы?

– Да я-то помню, – вздохнул Игорь.

– Что такое? Это все же может отразиться на завтрашнем выезде?

– Тут никаких проблем. Времени для сна будет более чем достаточно. Танцы закончатся в одиннадцать. Подъем в шесть тридцать, выезд в семь. Ничего особенного. Я о другом. Вам не кажется, что два человека на десяток подопечных, это все же перебор. А ведь уже через несколько дней их будет пятнадцать. И если следовать вашим замыслам, то в результате в доме постоянно будет проживать не меньше двух десятков женщин.

– Все правильно. Но по моему вы слишком уж буквально относитесь к вашим обязанностям. Игорь Юрьевич, это не дети, – пожимая плечами, начала пояснять Михайлова. – Не надо хватать и не пущать. Они взрослые женщины и нужно просто присматривать, чтобы их никто не обидел. Присматривать, а не следить. К тому же, пятерых из них будут сопровождать мужчины, а значит и ответственность на себя примут они.

– Н-да. Насчет буквальности, наверное вы все же правы. Признаться, с детьми куда проще.

– Подавляющее большинство взрослых не согласится с вашим утверждением.

– Думаете?

– Уверена. С детьми-то как раз все куда сложнее, потому что они живут в своем собственном мире, о котором взрослые попросту успели позабыть.

– Ой ли?

– А разве нет? Ну вот судите сами. Сколько раз вам доводилось слышать от ваших сверстников или людей чуть постарше, о том, что сегодняшние дети это просто какое-то стихийное бедствие.

– Ну, насчет стихийного бедствия… Но-о в це-элом, да. Так оно и есть.

– То есть, когда они были детьми, то непременно слушались старших, не шалили, не били стекол, не курили по подворотням, не доставали скандальных теток, только потому, что это весело. И еще много всевозможных «не». Вот прямо такие мягкие и пушистые.

– Кхм. Ну, про себя я такого точно сказать не могу.

– А я не про вас. Вы-то как раз понимаете детей, и легко находите с ними общий язык, потому что помните о мире детей. Но подавляющее большинство попросту позабыли, что в свое время взрослые для них были людьми с другой планеты. Так что, не говорите, будто с детьми проще, чем со взрослыми.

– Я понял, Алина Витальевна, присматривать со стороны в полглаза и лишь на предмет опасности.

– Но только не забывайте простые истины. Женщина любит ушами. А еще, нет женщин не дающих слабины, есть мужчины которые плохо просят. А нам дурная слава для наших девушек ой как нежелательна. Моя фамилия Михайлова, а не Болотина, – закончила она буквально выплюнув фамилию владельца борделя.

Впрочем, Игорь на это уже не обратил внимания. Признаться у него в груди екнуло, и по всему телу пробежал озноб. Ну вот как понимать ее слова, если ни в качестве намека. Мол, чего ушами хлопаешь, когда надо штурмовать. Ну что же, пожалуй таких остолопов как он, и нужно подталкивать, подобными толстыми намеками.

Он подался было к ней. Но она как-то уж резво и в то же время, вроде как естественно, скользнула мимо него, направившись в сторону кухни, бросив через плечо.

– Переоденьтесь и примите душ. Ужин через полчаса. Без четверти восемь выдвигаемся в клуб.

Н-да. Ну и что это было? Играет с ним. Или она имела ввиду только то, что сказала, то есть, адресовала свои слова именно подопечным. Ну вот что ты будешь делать. А ведь он вроде и не новичок в обращении с женщинами.

Несколько секунд смотрел вслед девушке, потом все же решил воспользоваться ее советом. Оно и изгваздался, пока по столам скакал, и успел пропитаться запахами забегаловки. Надо сказать, весьма неприятными. Даром что ли, Михайлова все время морщила носик, пока разговаривала с ним. Хм. Но ведь разговаривала.

Собираясь на выход после ужина, решил было нацепить кобуру с «Грозой». Оно и привычно, и нравился ему этот пистолет. А уж изменивший свой статус с травматического на боевой, так и тем более. Но по здравому размышлению, все же решил отказаться от этой затеи. Мао ли как оно там обернется, а у него всего восемь патронов. Уж лучше пока походит с бульдогом. А по возвращении обязательно навестит Спицына, и решит вопрос с боеприпасами.

Тем более, что Благодарность семена не ограничилась одним только столом. Помимо этого, он передал Игорю чек на четыре сотни рублей. Не ему лично, ясное дело, а на всю команду. И отказываться Игорь не стал. Тратиться ему особо некуда. Преимущество же этого пистолета, при умелом обращении наглядно продемонстрировала девушка Настя. А он им пользоваться умеет…

Н-да. И снова клуб. Признаться, он и не помнил, когда в последний раз был на танцах. В смысле, на Земле конечно же. Здесь-то он ходит на них как на работу. Так сказать, выгуливает невест. И смех и грех. Ну да ладно, дело-то нужное. Он ведь не сутенер какой. Пусть есть те, кто и не видит разницы.

Все как всегда. Стоило только девчатам появиться в клубе, как холостяки тут же активировались, зашевелились, и начали хорохориться. Что вполне объяснимо. Михайлова вовсе не была против того, чтобы девушки составили себе партию сами. Разве только произойти это должно было не в обход кассы агентства.

Опять же, стоило только клиентам Алины Витальевны осознать, что невесты стали появляться с завидной регулярностью, как они тут же начали перебирать. Ну к чему спешить и хватать первую попавшуюся, когда можно обождать и взять в жены бабу поригожей. Другие, старались подобрать себе пару в процессе общения.

Так что, вопреки ожиданиям Бородина, клиенты агентства вовсе не спешили обхаживать девиц. Чего не скажешь об остальных. Бог весть. Может они решили проскочить на халяву. За счет большой и светлой любви. Ну может быть и так. Но только в планы Игоря и Алины, благотворительность не входила.

Кстати, директор клуба натуральная сволочь. Ему в пору не брать плату с брачного агентства. Едва девушки начали регулярно посещать это заведение, как количество посетителей мужчин резко увеличилось, а за одно увеличилась и выручка клуба. По прикидкам Бородина, раза эдак в полтора. Входные билеты, пиво, прохладительные напитки, мороженное, все это не бесплатно.

– Алина Витальевна, разрешите вас пригласить?

Н-да. Казалось бы, что тут такого сложного. Подошел и пригласил на танец. Ну не школьник же он в самом-то деле. Ан, нет. Пришлось делать над собой усилие и набираться смелости. Хм. А может у него получается находить общий язык с детьми, потому что он так и не вырос?

– Игорь Юрьевич, смею вам напомнить, что мы здесь не на отдыхе.

– Ну, одно другого не исключает, – пожав плечами, возразил Бородин.

– Алиночка, привет. Как жизнь молодая, – вдруг послышался жизнерадостный голос.

Знакомый голос, между прочим. Оно может Игорь и не запомнил бы его. Да только тот был связан с таким ярким воспоминанием, как перестрелка в трактире. Кстати, у него до сих пор наблюдается эдакий легкий звон в ушах. Все же полтора десятка выстрелов в закрытом помещении, чего-то да стоят.

– Здравствуй Настя. Я слышала о твоем горе. Прими мои соболезнования.

– Спасибо, Алина.

– Ты как?

– Жива, как видишь. А ты, я слышала, процветаешь.

– Пока с уверенностью утверждать сложно. Скорее перебиваемся с хлеба на воду. Но с мертвой точки сдвинулась и все говорит о том, что все же раскрутится.

– Рада за тебя. А ведь никто не верил. Молодец, ты Алина. Упертая. И вон какого кавалера себе отхватила, – девушка мило улыбнулась Игорю, а тот в ответ хитро подмигнул.

– Игорь Юрьевич не кавалер, а мой компаньон, – тут же поправила Михайлова.

– Даже так. Настя, – изобразив книксен, представилась девушка.

– Игорь, – в тон ей и с легким кивком, ответил Бородин.

– Позвольте вас пригласить на танец? – Услышав, что заиграла новая композиция, предложила девушка.

– Кхм. Мне казалось, что это не белый танец, – с нескрываемой иронией одернула знакомую Алина.

– Ну и что. Игорь Юрьевич, неужели вы способны обидеть даму?

– Обижать девушек чревато, – в свою очередь протягивая ей руку в приглашающем жесте, ответил он.

Настя с наигранной чопорностью положила свою ручку поверх его, и они ступили на танцплощадку. Секунда, и руки девушки оказались на его плечах, а ее высокая грудь уперлась ему чуть ниже солнышка. А что тут поделаешь, если она была почти на голову ниже него.

Настя обладала стройной и крепко сбитой спортивной фигурой. Причем успела сменить камуфляж на легкое платье чуть выше колен, что делало ее образ по настоящему притягательным. Густые черные волосы, овальное лицо с заостренным подбородком, тонкие губы, подведенные в меру яркой помадой.

– Признаться, я думал, что вы в каталажке, – произнес Игорь.

Ему срочно нужно было отвлечься от дум о прелестях девушки. Ну и приглушить ощущения, вызванные ее упругим горячим телом, ощущающимся ладонями через тонкую ткань платья. Дело вовсе ни в том, что он намеревался сохранять верность Алине. В конце концов, у них нет никаких обязательств друг пред другом, кроме сугубо деловых. Но не начинать же проявлять знаки внимания вот так, посреди танцплощадки.

– Ты, – поправила Настя. – Это Алина у нас сторонница официоза, я предпочитаю куда более простое общение.

– Ты, значит ты. Так объяснишь?

– А что тут объяснять, – пожала плечами девушка. – Вразумление дебилов посредством травматического оружия не запрещено. Дорого. Но оно того стоит. Я хорошо владею оружием, занималась практической стрельбой. Мои действия расценили как самооборону. Так что, просто штраф за стрельбу в неположенном месте. Ну и бригаде выписали, за то что спровоцировали конфликт.

– Так «Гроза» у тебя с боевым стволом?

– Разумеется. Оно даже и лучше, хотя бы на расстоянии десять метров резинка летит точно туда, куда целишься. У меня всегда есть одна обойма с травматическими патронами, а двести пятьдесят джоулей вразумят кого угодно.

– А что ты там вещала насчет изгнания?

– Мужчины, – фыркнула Настя. – Ты хотя бы изредка интересуйся судебными разбирательствами и изменениями в местном законодательстве. Если в результате перестрелки и убийства не пострадали граждане княжества, а убийство не было преднамеренным и спланированным, убийцу просто вышвыривают за границу, вручив в руки однозарядную берданку, десяток патронов, и самый минимум для выживания. Все. Свободен как ветер. Застанут на территории княжества, грохнут без суда и следствия. Еще один лишний стимул для того, чтобы народ принимал гражданство.

– Ясно.

Вроде бы разговор ничуть не интимный. Но Настя вела себя довольно вызывающе и агрессивно. Не двусмысленно прижималась к нему и даже терлась. Он уже подумывал о том, чтобы по быстренькому соскочить вместе с ней из клуба, и заняться куда более приятным занятием, чем банальные танцы. А вот ей это ничуть не мешало вести вполне себе делово разговор.

– Я тут о тебе поспрашивала. По всему выходит, что ты мне подходишь.

– Подхожу для чего?

– Когда нас прижали в пустоши, я провалилась в один подвал, где обнаружилась целая библиотека. Вот только я осталась одна, все наше снаряжение и транспорт остались в руках команчей, денег практически нет. Соваться же туда в одиночку, проще застрелиться. У тебя есть грузовик и команда. Предлагаю прокатиться. Все что возьмем пополам.

– То есть, нам достанется только половина, – ухмыльнувшись произнес Бородин.

– Игорек, не борзей, – откинувшись чуть назад, и устремив на него игривый взгляд своих карих глаз, возразила она. – Наемники вообще получают только треть от добычи.

– Это внутри отряда. Ты же выступаешь в роли нанимателя. А тут уж разговор о цене вопроса.

– Ладно. В этом не права, – вновь пожав плечами, легко согласилась девушка. – Но как наниматель даю только половину. Хочешь, вперед, ищи эту библиотеку. Можешь выпытать у меня в постели, – она вновь прижалась к нему, опустив голову на плечо и обдав шею горячим дыханием. – Правда толку от этой информации никакого. Я могу указать пальцем и никак иначе.

– Что это сразу в постели? – Ухмыльнулся Игорь.

– Ты не хочешь?

– Я? – Искренне удивился Игорь, – Просто… Ну, я так понял, что тот покойный Смычок…

– Я любила его, – грустно улыбнулась девушка. – Но ты разве не слышал такую поговорку – вдов утешают в постели? Да не заморачивайся ты.

– Не буду. А ты уверена, что нам нужна такая банальщина, как койка?

– Ч-черт. Игорек, мне это уже нравится. К тебе не спрашиваю, Алинка выцарапает мне глаза. Так что, давай ко мне.

– Принимается. Я только поставлю в известность свою компаньонку.

– Не задерживайся, – Напутствовала его Настя, отправляя в сторону Михайловой легким шлепком пониже спины.

Хм. Получилось как-то… Но с другой стороны, пошло оно все к бениной маме. Он не монах. А столь фривольное поведение… Пускай Настя заботится о своей репутации. С него же не убудет. Н-да. Или все же убудет.

– Я гляжу вы хорошо проводите время, – не без ехидства встретила его Алина Витальевна. – Смотрите, не успеете оглянуться, как Попова уже взгромоздится вам на шею и будет понукать.

– Ну, на мне не больно-то и поездишь, – возразил Игорь.

– Охотно верю. Если речь о голове. Но все меняется когда дело касается младшего брата.

– Я вполне способен себя контролировать.

– Это радует. Значит и работу не забросите.

– Вы это к чему, Алина Витальевна?

– А вы присмотритесь к Миране, – и снова ирония в кажой букве.

– А что с ней не так?

– Для начала то, что я ее не вижу.

– И в чем трагедия? Мы в Невьянске, не на дикой территории и даже не за пределами города. Здесь хулиганы и насильники вымирают очень быстро. Издержки простого как лом законодательства.

– Я переживаю не за ее жизнь, а за ее репутацию. Повторяю, моя фамилия не Болотина.

– Хорошо, хорошо. Я поищу ее, – выставив перед собой руки в примирительном жесте, заверил ее Игорь.

Отвернувшись, нашел взглядом Настю, дал понять, что у него небольшой форс-мажор. Та понимающе кивнула головой, и задвигалась в ритмичном танце, явно с головой уйдя в свои мысли. Хм, и похоже они у нее были безрадостными. Ну никак выражение ее лица не тянуло на сладостное ожидание волнительного свидания, обещающего бурю эмоций.

Мирана вдова двадцати семи лет из Уланы. Так уж вышло, что сначала она схоронила мужа, погибшего от рук горцев. А потом в одну зиму, от эпидемии умерли два сына и дочь. Вдова доживала свой век в семье свекра, потому как в отчем доме ее никто не ждал. Лишний рот кормить родители не желали. Вот отдали за муж, а там пускай дорогие сваты сами разбираются, коли взяли девку к себе.

Пять лет жила приживалкой, пока на ее пути не повстречалась Михайлова. В смысле, сваха уланенская, конечно. Алина Витальевна уж после поговорила и с потенциальной невестой и с родственниками и у соседей поспрашивала, как это могла делать только она. Игорь даже предполагал, что она имеет образование психолога. Если же нет, то несомненно обладает в этой области талантом.

Словом, Мирана была самой обыкновенной аборигенкой мечтавшей только о большой, крепкой семье и достатке в доме. Будь у нее какие поползновения в сторону блуда, вылезло бы однозначно. Но ничего подобного.

Обошел зал. Поспрашивал девушек, их кавалеров и Волкова. Никто пропавшую не видел. Разве только пояснили, что она вроде как общалась с одним мужичком, невысокого росточка и крепкого сложения. Кто такой, не знают. Попенял Антону, на невнимательность. Заглянул в бар. Пусто. В смысле, там конечно же хватает народу. Но искомой особы нет. И что бы это значило?

В свете открытий сегодняшнего дня, относительно одной из изнанок Невьянска, начал волноваться. Оказывается город не так уж и радужен, как могло показаться на первый взгляд. Просто чтобы иметь полную картину иногда нужно сворачивать с главных улиц и пройтись по подворотням.

Тут и свои далеко не ходят строем и новички продолжают вливаться тонкой струйкой. А народ среди попаданцев настолько же разный, как и на Земле. Так что, мало ли. Кто-то не проникся местными реалиями или кому из старичков крышу сорвет. Бывало уж. И между прочим не обходилось без крови. Словом, оно вроде и живут невьянцы в городе без страха, но отметать дурное как невозможное, все же не следует.

Выйдя на улицу обошел прилегающий сквер, освещенный газовыми фонарями. Никого. Причем, от слова совсем. На высоком и широком парадном крыльце стоят несколько человек смолят папироски, но это и все. Вообще-то не типичная. На лавочках всегда тусовалась молодежь. А тут никого.

Постояв с минуту в задумчивости, решил обойти клуб по кругу, начиная с дальнего угла. Здание по периметру так же освещается газовыми фонарями. А то как же, полная иллюминация. Так что споткнуться Игорь не боялся. Правда, это не значит, что он вообще ничего не опасался. Потому прежде чем завернуть за угол, обошел его по довольно широкой дуге, и как бы невзначай провел рукой по бульдогу, пристроившемуся на боку в оперативной кобуре.

С тыльной стороны клуба сквера не имелось. Дорожка отсыпанная все тем же крупнозернистым красным песком, проходящая по периметру здания. Декоративные кусты, за которыми имеется полоска деревьев, шириной метров шесть. Дальше тротуар, с газовыми фонарями. Есть они и на тыльной стене клуба, в количестве трех штук. Освещение так себе, но и не полный мрак.

Оп-па. Поправочка. Не три фонаря. Два. Только те что по углам. По центру не горит. Экономят газ? Да на фига директору это надо? Древесный уголь с удовольствием принимают и на пороховой фабрике и на металлургическом заводе. Деготь так же сдается. Копейки конечно. При постоянном-то поступлении. Но и экономить газ попросту нет смысла.

Почувствовав неладное, рванул из кобуры револьвер. Звуки музыки сюда практически не доносятся. Зато он явственно расслышал возню, приглушенную брань, и слово «нет» на талосском. Картина насилия тут же предстала во всей красе. Жаль фонарь не взял. Ну да, он и так управится.

Вообще-то, если бы они вели себя тихо, то возможно Игорь и не заметил бы их. Одежда на обоих темная, освещение скудное, зато тени отбрасываемые деревьями и кустами очень даже темные. Но заметил. Схватил мужика за загривок и одним резким движением сдернул с подмятой невысокой аборигенки.

Удачно так вышло. Ничего не ожидающий мужик влетел затылком в ствол дерева и стек на траву. На этот раз, на дурно освещенном участке, а потому оставался в поле зрения.

– Ты как, Мирана? С тобой все в порядке?

– Да, со мной все хорошо, – растерянно и как-то подавленно ответила женщина.

– Вот и ладушки.

Игорь тут же подошел к поверженному насильнику, чтобы избавить его от колющего и стреляющего. Здешний народ любит всякое смертоубийственное железо.

– Не убивай его! – Едва Игорь склонился над бессознательным телом, тут же выкрикнула женщина.

– И не подумаю, – успокоил ее он. – Сейчас вызову милицию, а там пускай его судят за насилие.

– За что?

– Ну он же тебя… – Начал было и осекся Игорь. – Он тебя не насиловал.

Наконец догадался Бородин. И девушка энергично замотала головой, словно говоря, что нет, не насиловал. Н-да. Вот ведь. Вроде нормальная баба. Ничего такого ранее замечено не было. И тут в первый же вечер, через каких-то два часа после начала танцев… Ведь раньше этого мужика рядом с ней он не замечал. А это он сегодня расслабился, и дал взрослым женщинам полную волю. Крутись этот ухарь рядом в прошлый раз, Игорь его непременно срисовал бы.

Получается, он стал свидетелем, и даже участником классической сцены – если женщина говорит нет, то это еще ничего не значит. Ну и другая истина, сработала. Та самая, о которой напомнила сегодня Алина Витальевна. Ну и что теперь делать?

Для начала, проверил у мужика пульс. Вроде порядок. Потом все же обезоружил, так сказать, на всякий пожарный. То мало ли чего он учудит. Не-эт, такой радости и даром не надо. Попутно отметил для себя, что портки мужика в полном порядке, то есть, до дела у них се же не дошло. Вернее, они не успели.

Когда закончил привязывать его к дереву, его же ремнем, мужичок пришел в себя. Вначале никак не мог сообразить что вообще тут происходит, а потом начал дергаться. Да так энергично, что аж дерево затряслось. Не тонкое, между прочим, а в половину охвата.

– Слышь, не дергайся, – посоветовал Игорь.

– Ты кто такой? А ну развяжи. Да я тебя…

– Не грозись. Ничего ты не сделаешь. Пустое это все, – покачав головой, ответил Игорь. – Я отвечаю за безопасность этой барышни. А вот ты откуда нарисовался и кто вообще такой, это вопрос.

– Я гражданин Невьянска…

– Это не дает тебе права насиловать женщин.

– Чего делать!? Да ты что с ума сошел!? Кто ее насиловал!? Сама пошла, целовалась тут, глазки закатывала, заигрывала, прижималась всеми выпуклостями.

Угу. Прижаться Миране было чем. Невысокая, в теле, но в то же время и не толстая, с весьма аппетитной грудью и широкими бедрами. Вот так просто мимо не пройдешь. Впрочем, как по Игорю, так все же на любителя.

– Я слышал другое. Иначе трогать не стал бы.

– Да какая баба говорит «да»? Да они же все до последнего талдычат «нет», а сами вцепятся мертвой хваткой и не вырвешься.

– Вот и не вырывайся. Посиди тут, пока я свою начальницу позову. Мирана, стой тут. Попробуешь его развязать, с позором домой отправлю. Все. Я скоро.

Оно конечно, какая Михайлова ему начальница. Но она лучше ориентируется в местных реалиях. Опять же, его дело охрана и оборона, все остальное ее епархия. Вот пускай и разруливает. Не то, он тут такое устроит, что глядишь еще и непоправимый вред авторитету агентства нанесет. А оно ему надо?

– И кто у нас тут? – Полюбопытствовала Михайлова, подходя к дереву.

Мужчина невысокого роста и крепкого сложения уже стоял на ногах, с заведенными за ствол руками. При этом бросал на подошедшую хмурый взгляд, словно партизан на допросе. Хотя-а, принято считать, что по большей части молчали. Этот же распылялся и грозился всеми карами.

Игорь слушал этот спич, находясь в стороне. Нужно же было восстановить освещение. Неизвестный поступил просто. Встал на цоколь, ухватившись за отлив окна, и перекрыл вентиль горелки. Бородин проделал все с точностью до наоборот. Благо спички у него всегда были с собой. Оно вроде и не курит, но с другой стороны. С местным повсеместным газовым освещением, с огнем не расстается. Зажигалку бы, да они тут не водятся, ка класс.

– Я надеюсь вы закончили? – Когда мужчина наконец выговорился. – Тогда, если позволите, я попрошу вас вести себя потише. Не хотелось бы поднимать скандал.

– Скандал, – нарочито громко произнес мужчина, – Я вам устрою скандал, – а вот это едва не крича.

Игорю отчего-то шума не хотелось. Ну не любил он все эти взаимные обвинения и разборки. Поэтому без затей, но и не очень сильно ткнул пленника в солнышко. Так чтобы прикрутить малость громкость.

– Благодарю, вас Игорь Юрьевич. Уважаемый, я вижу вас отличает как невероятное красноречие, способное вскружить голову первой попавшейся девушке, так и беспросветная тупость. Итак, объясню, что тут происходит. Игорь Юрьевич, справедливо полагая, что на нашу подопечную напали, заступился за нее. И вы должны быть благодарны за то, что он не стал вызывать милицию, что в тупости своей сейчас пытаетесь сделать вы сами.

– Ваш наемник без причины оглушил меня, разоружил, связал и еще только что ударил, – все же не поднимая голос, произнес мужчина. – Может объясните, за что я должен быть ему благодарен?

– Не наемник, а компаньон. Согласитесь, большая разница. Это во-первых. Во-вторых, появись здесь милиция и Игорь Юрьевич озвучил бы им именно эту версию. Он ведь и впрямь подумал, что вы ее насилуете.

– А вот она сказала бы совершенно другое, – с издевкой кивнув в сторону Мираны, ответил мужчина и потребовал, вновь повысив голос, – Развяжите меня.

– Мирана полностью подтвердила бы версию Игоря Юрьевича. Не надо на меня так смотреть. Она сделала бы это из страха, но не перед нами, а за свою репутацию. Вы конечно сумели вскружить ей голову и увлечь в темный уголок. Но посмотрите на нее, вы видите там хоть каплю сочувствия вам? Не-эт. Она вообще о вас не думает. Ее волнует только ее собственная репутация. Вас она уже забыла. Так что, попытка изнасилования со всеми вытекающими.

– Ты сдурела? – Вновь дернулся мужчина. – Да за это и вздернуть могут.

– Могут, – совершенно спокойно согласилась девушка. – Но у нас-то такой цели нет. Я просто объясняю вам, что не в ваших интересах поднимать шум. Теперь я надеюсь вы все поняли? Итак, кто вы, где проживаете, чем занимаетесь? Кто может подтвердить вашу личность?

– Вершинин Василий Григорьевич, попал сюда в прошлом году, два месяца как дембельнулся, работаю слесарем в механических мастерских.

Н-да. Слышать от мужика хорошо за тридцать о том, что он только два месяца как дембельнулся, было мягко говоря странно. Но таковы реалии этого мира и невьянского княжества в частности. Каждый мужчина принимающий гражданство, невзирая на возраст, должен был отслужить в армии ровно год. Кстати, женщины проходили двухмесячные курсы по обращению с оружием и медицинских сестер.

– Игорь Юрьевич, развяжите его пожалуйста и верните все его имущество, – наконец попросила Михайлова.

Игорь только восхищенно ухмыльнулся. Вот что за девушка. Только что она была в роли расчетливой стервы, и вот уже мягкая и покладистая. И Бородина она именно попросила, а не приказала. Причем так, что никакого желания противиться ее просьбе.

– Итак, Василий Григорьевич, если вы не хотите, чтобы у данного происшествия, были какие-либо негативные последствия. Советую вам помалкивать об этом, – наблюдая за тем, как мужчина рассовывает по своим местам револьвер и пару ножей, ровным тоном произнесла Михайлова.

– А если у нас с Мираной любовь с первого взгляда?

– Никаких проблем. Завтра мы уезжаем в командировку и вернемся через несколько дней. Вы можете встречаться с Мираной, на территории пансиона, общаться, узнавать друг друга получше. Если посчитаете, что вы пара, то мы с вами отправимся в банк, где вы оформите брачный кредит. После того как деньги окажутся на моем счету, вы сможете официально оформить отношения.

– То есть, это не бред? За ваших баб действительно нужно платить? Вы что, сутенеры?

– Со словесами поаккуратнее. Не то можно и пары тройки зубов недосчитаться. А со стоматологами тут полная беда, – покачав головой, предложил Игорь.

– Не надо путать мое брачное агентство и пансион, с борделем Болотина. Между нами нет ничего общего. Он связан с бандитами и выкупает у них похищенных женщин. Я привожу девушек в Невьянск на сугубо добровольной основе.

– Но все одно берете за них бабки. Причем немалые. Сколько там? Мне пели что-то про две сотни, – язвительно произнес мужик.

Ну надо же, сколько в нем наглости и желчи. Никак не унимается. Бородину даже пришлось перебороть желание разок приложиться к этому индивиду. Два раза. Лучше три. Жаль. Пока нельзя.

– Правильно напели. Брачный кредит составляет две сотни рублей.

– А если у нас все по любви. Тогда как быть. Вот воспылал я к ней любовью и она не устояла. Сами все видели. Давайте сейчас без версии для ментов. А так. По чесноку.

– Да не вопрос, – пожав плечами легко согласилась Михайлова. – Любовь вообще святое чувство, и прийти может тогда, когда ее совсем не ждешь. Но тут ведь какое обстоятельство, меня зовут Алина Витальевна, а не мать Тереза. Я конечно занимаюсь благотворительностью, в частности воспитываю двенадцать сирот. Но создание новых семей, это моя работа. Я сваха, а не сводня и не мамка.

– И что, вот так встанешь на пути счастья своей подопечной?

– А вы уверены, что являетесь ее счастьем? – Не без иронии поинтересовалась девушка.

– А вдруг.

– Так не вопрос. Завтра мы отбываем на ее родину. Отвезем ее обратно в отчий дом. А вы собирайтесь следом, за своей большой и чистой любовью.

– Алина Витальевна, вы уж простите, но я правда не понимаю, чего вы с ним рассусоливаете, – начал терять терпение Игорь. – Мужик, тебе налево, нам направо. Откроешь рот о случившемся, получишь море неприятностей. Причем заметь, по закону. И насколько я помню, у этого преступления срока давности не существует. Ты потом уточни, не поленись. Все. Пошел.

Вершинин окинул Бородина и Михайлову злым взглядом, сплюнул и развернувшись зашагал в сторону тротуара. Дошел до фонаря, оглянулся, что-то громко, но неразборчиво пробурчал, чертыхнулся и сунув руки в карманы, решительно зашагал прочь от клуба.

– Игорь Юрьевич, напрасно вы так. А вдруг меж ними и впрямь пробежала искра. Просто, далеко не все мужчины готовы по факту покупать себе жен. Как впрочем и далеко не все женщины готовы выйти замуж за толстосума.

– Ну, местные-то подобных предрассудков лишены, – с уверенностью возразил Игорь.

– А я вот не была бы столь категорична. Тут порой такие страсти полыхают, что Шекспир нервно курит в сторонке.

– Даже так?

– Уж поверьте.

– Верю, Алина Витальевна. Ладно, пойдемте что ли. Дискотека скоро закончится. Да и Мирана стоит ничегошеньки не понимает.

– Вы идите, Игорь Юрьевич. А мы с ней погуляем по скверу, поговорим. Я объясню ей суть дела. Тем более, вас вроде бы ждут.

Сказала вроде бы и ровным, ничего не выражающим тоном. Но… Вот провалиться ему на этом самом месте, если она не испытывает к нему симпатии. Да только и он не мальчик, играть в какие-то там игры. Разберется сама? Вот и прекрасно. А его Ждет Настя.

– Ты куда запропастился? – Встретила его девушка, попыхивая тонкой папироской с ароматным табаком.

– Да так. Форс-мажор. Но теперь полностью свободен. Пошли?

– Ты подумай над моим предложением. Там реально поднять несколько тысяч. До места километров четыреста. Маршрут я помню. Дня за три добежим. Так что, как раз успеем вернуться к следующему вашему рейсу за невестами.

– Я подумаю, – внимательно глядя в глаза девушке заверил Игорь.

– Вот и подумай. А что до… Знаешь, Алинка она со странностями, но я ей дорогу перебегать не стану. Да не злись ты. У самой облом. Знаешь как говорят – уж лучше уж никак, чем вместе с кем попало.

– Надеюсь, я ни кто попало? – С угрюмой ухмылкой, не удержался от вопроса Бородин.

– По всему выходит Игорек, ты то, что надо. Н-но-о… Н-не судь-ба, – с явным разочарованием, раздельно произнесла она.


Глава 12. Вопросы, вопросы, вопросы

Пограничная застава у Лесного. Последний оплот княжества перед Дикими землями. Здесь они всегда делали остановку перед броском в неизвестность. Все именно так и стоит. Каждый раз, они покидали невьянскую территорию, понятия не имея, что их ждет уе через пару километров. Потому что именно через столько, пыльная полевая дорога терялась в складках местности а до того, контролировалась пограничниками.

Для этой цели на заставе имелась пушка. А еще, вон в капонире у ворот, стоит БТР. Местной конструкции ясное дело. Паровым двигателем. И в башне торчит ствол дегтяря. Правда необычного такого, с кожухом водяного охлаждения. На вид, полный сюрреализм, но работает хорошо. Подобная система позволяет вести интенсивный огонь, засыпая противника пулями.

Руль, привычно сковырнул крышку с газогенератора, выгрузил из него уголек. На этом отрезке он всегда загружал топлива только на треть. Так, с небольшим запасом, лишь бы хватило до заставы. Где в любом случае предстояла полная загрузка. До промежуточной стоянки на хуторе Николаевском конечно не хватит. Но зато место остановки для дозаправки можно будет подбирать самостоятельно, а не останавливаться по необходимости, где придется.

– Руль, а ты не говорил с Тульским насчет увеличения объема генератора? – Поинтересовался Игорь.

Алина направилась в типовой дощатый объект для оправки. Ворот с Волком, перешучиваясь, черпают из колодца воду. Они собственно специально здесь и остановились. Шаману же заняться нечем, вот и пристает с вопросами к Рулю.

– А чего говорить, командир? – Пожал тот плечами. – денег-то все одно нет.

– Ну а в принципе? Возможно оно или конструкция не позволит.

– Я и так скажу, что возможно. Но это ведь дополнительные траты. Ты можешь себе это позволить?

Угу. Автомобиль собственность Игоря и никто в него вкладываться не будет. Разве только Руль обслуживает не за страх, а за совесть. Так что, все траты на обслуживание и амортизацию за счет Шамана. Он даже Алину Витальевну к этому не привлекает. Лишнее это. Она и без того взвалила на себя заботу о двенадцати детях. Не хухры-мухры.

– Вопрос не в том могу или нет. А в том, чтобы знать, что делать, когда деньги появятся. А до этого не так чтобы и далеко. Предприятие уже начинает приносить прибыль.

– Ну за это не переживай. Идеи кое-какие есть, – заверил Руль. – Объем газогенератора возможно увеличить в полтора раза, чтобы не носить уродскую морду. При этом запас газа увеличится чуть не вдвое. А еще устроить ключ зажигания, чтобы не бегать каждый раз вокруг «Антилопы» со спичками.

– Шутишь?

– Нет.

Вновь пожал плечами парень, заканчивая выгребать уголек, в деревянную бадейку. Его потом солдатик снесет на местную кузню. Тут без нее никуда. И лошадей подковать и какую железку починить. На заставе только слесарные работы, а вот в поселках, так еще и токарные станки имеются.

– Все просто, – пояснил водитель, – Ставишь магнето, несколько оборотов за ручку, и нажимаешь на кнопку. Искра, и газ загорается.

– Типа подрывной машинки, – понял Игорь.

– Именно, – подтвердил Руль.

– Привет, мужики.

Игорь резко обернулся на голос за спиной, непроизвольно накладывая руку на револьвер. Дело не в том, что он расслабился на заставе. Вот уж чего не собирался делать, так это подпускать кого бы то ни было со спины даже в Невьянске. Просто мужик как-то уж совсем тихо подошел.

Бородин окинул подошедшего внимательным взглядом. Камуфлированная панама распрямленными полями бросает тень на изборожденное морщинами лицо. Мужику лет пятьдесят, ростом не выше метра шестидесяти пяти, широкие плечи, короткая шея, кривые ноги. Эдакий гном, ну или пень. Дубовый. Который корчевать устанешь.

– Спокойно, парень. Не надо нервничать, – выставил перед собой руки в примирительном жесте подошедший.

При этом демонстративно не тянулся ни к капсюльному револьверу, расположившемуся на животе, ни к берданке, висящей на плече, ну и нож не лапал. Хм. А вот сам Игорь.

– Извините. Нервы, знаете ли.

– Нормально. Сам виноват. Ничего с собой поделать не могу. Кульков, я, Сергей. Живу в Лесном, но пробавляюсь только охотой. За шесть лет эта бесшумная походка в меня буквально въелась. Само так получается.

– Бородин Игорь. Превосходный навык, – представившись похвалил Игорь.

– Ага. По жизни помогает хорошо. Вот и заставу постоянно мясом снабжаю. Им-то за службой охотиться некогда. И в лавку мясную поставляю. Наши поселковые все больше по деревьям, лесопилкам, да мебельным мастерским. Ну да я не о том хотел. Это вы что ли за невестами к аборигенам катаетесь?

– Мы. Но только брачное агентство в Невьянске, и вам лучше бы обращаться туда. Эдак, где-то через недельку, когда вернемся.

– Мне в этом нужды нет. Давно уж женат на местной. А вот тебе хотел сказать, что сегодня утром в Тещином языке, я видел сутенера невьянского, Веню.

Тещиным языком называли ту полосу леса, где Игорь раньше прятал свой АН. Ну и поручкался с ягуаром. К слову, недалеко от заставы. Всего-то километра три. Хотя с другой стороны, и целых. Не трусливого десятка Болотин, если катается в такие места.

– Не одного видел, а с подручным и какими-то двумя мужиками, – продолжал пояснять охотник. – Морды их я не рассмотрел. Платки по самые глаза напялили. Ковбойцы мать их. Шляпы с полями и длинные парусиновые плащи аборигенские. Но думаю, что они из землян. Правда, если плащи скинут, опознать не смогу. Думаю из-за этого так и обрядились.

– И зачем ты мне это рассказываешь?

– А затем. По всему выходит, что это бандиты, – со значением произнес охотник. – Веня наш единственный официальный работорговец. Он у этих братков выкупает баб, а потом либо в бордель, долг отрабатывать, либо мужик какой выкупит себе в жены. Вот только женщин при бандитах не было. Значит, не на обмен он туда заявился, а за другой надобностью. Не смекаешь?

– Думаешь, Болотин решил конкурентов убрать и об этом сговорился с бандитами? А смысл? Тут такой перекос в сторону мужиков, что и ему, и нам работы на несколько лет хватит.

– Тут дело не в конкуренции, а в том, что Болотин это гнойник. Но его предпочитают пока не трогать, потому как пользы от него больше, чем вреда, – вмешалась в разговор подошедшая Михайлова. – Но как только наше агентство заработает в полную силу, народ не станет мириться с таким дерьмом как Вениамин. В лучшем случае, он останется с борделем. Здравствуйте. Меня зовут Алина Витальевна, я так сказать местная сваха, – наконец обратилась она к охотнику.

– Кхм. Сергей Федорович, – представился Кульков, явно не привыкший при общении использовать имя отчество. – Охотник я.

– То есть, Алина Витальевна, вы полагаете, что Болотин мог нас заказать? – Уточнил Игорь.

– Скорее всего, именно так и поступил. Вот только доказательств у нас никаких. Так что, в милицию идти не с чем.

– Признаться, я и не собирался. Сергей, а чего это ты вдруг решил нас предупредить? – Вновь переключился на охотника Игорь.

– Тут километрах в десяти, был небольшой хутор. Жена моя оттуда. Я ее чин по чину обхаживал, и засватал. Так вот, пожгли его. Всю родню перебили. Двух сестер и невестку запродали Болотину. Благо я вовремя узнал, и знакомцев моих подтянул. Обошлось без позора, и все сегодня чин чином замужем, да с семьями. Но хутора и родни нет. Эти бандиты или другие, не суть важно. Жаль только до Вени, без криминала не добраться.

– Так, а что же ты тогда на Диких землях?.. – многозначительно осекся Игорь.

– А я не Рэмбо, Игорек, чтобы против четверых. Да и против двоих. Болотин с Кирей, конечно те еще суки, но с оружием обращаться умеют. Да и бандиты, сомнительно чтобы не имели практики. Вот обговорил с начальником заставы. Тот связался с Невьянском. Вскоре подкатят егеря, и мы прогуляемся по следам. Тебе же говорю, чтобы знал и был повнимательнее.

– Спасибо. Учтем.

– Шаман, «Антилопа» готова, – доложил Руль.

– Ладно, Бывай Сергей. Спасибо за предупреждение. Ну что, дамы и господа, по коням.

– С вашего позволения, мадмуазель, – погрозив Игорю пальцем, уточнила Алина.

– Вот как скажете, – легко согласился Бородин, почувствовав облегчение.

С вечера и перед выездом, девушка не больно-то жаловала своего компаньона, будучи холодна и подчеркнуто официальна. Не иначе как причина крылась в поведении новой знакомой Насти. Но похоже ледок подтаял и Бородин вновь вернул себе ее расположение. Хотя даже не представлял, чем это могло быть вызвано.

Покинув заставу, прямо на ходу стали держать совет, стоит ли обождать пока Егеря не отработают информацию или все же продолжить движение. Решили, что шарахаться от каждого куста, не очень хорошая идея. Тем более, что до Николаевского дорога идет по открытой степи, огибая встречающиеся лесные массивы, по широкой дуге. Разве только нужно быть повнимательнее.

Н-да. Насчет повнимательнее, это они круто так решили. Ну сколько человек может находиться в напряжении? Уж не полтора часа, это точно. А именно столько им пришлось добираться да промежуточной остановки. Но зато дальше этих бандитов можно было не опасаться. Сомнительно, чтобы у них имелся паромобиль. Для лошади же это нормальный дневной переход. Так что, они в любом случае остались далеко позади.

Правда, радоваться этому особо не приходилось. Если раньше хотя бы треть пути проходила в относительной расслабленности, то теперь предстояло преодолеть несколько лесных массивов. И первый из них начинается километрах в семнадцати от Николаевского. А потом еще три, считай подряд. Словом, поднапрячься им сегодня придется от души.

Пока Руль привычно обслуживал «Антилопу», а Ворот ему в этом помогал, Шаман с Волком, оправились и облачились в лохматки. После чего нанесли на лицо краску. Раньше одевать маскировку не было смысла. И уж тем более, размалевываться, словно индейцы. Местный аналог краски дарил несколько неприятные ощущения. А потому, чем позже раскрасишься, тем комфортней будешь себя чувствовать…

«Антилопа» начала быстро терять скорость, тут же окутавшись клубами пыли. Та сейчас лежала на дороге толстым, мягким ковром, а потому накрыла автомобиль и его пассажиров с головой. Не помогли даже повязанные на лица платки. Игорь не удержался и чихнул. Вторя ему, пискнула сидевшая сзади Михайлова. Из кузова послышался недовольный бубнеж Ворота.

– Что Ворот, пыльно? – Жизнерадостно поинтересовался Игорь.

При этом он уже спрыгнул в траву, и опустился на колено. Вскинул к глазам архаичный аборигенский бинокль и всмотрелся в зеленую стену леса, примерно в сотне метров от них. Буром лезть в неизвестность, идея не из лучших. Осмотр с помощью оптики так же не дает гарантий. Но хоть что-то.

Вслушиваться бесполезно. Звуков вокруг более чем достаточно, тут и птички и насекомые. Но главное, это котел, с заунывным свистом стравливающий избыточное давление в трубах. Едва остановились, как Руль тут же прикрутил подачу газа на горелки до минимума, фактически переводя котел на подогрев. Но там ведь медная труба, а не емкость с водой, как у аборигенов, а потому выработка пара все одно не прекращается. Пусть и в куда меньшем объеме.

– А у Ворота аллергия, – не менее задорно выдал Волк, занявший позицию с другой стороны автомобиля.

– Вроде чисто. Руль, как обычно, держишься в полусотне метров позади нас. Ворот, повнимательнее там. Рысь, ты карабин-то в руки возьми, не на прогулке, – начал раздавать приказы Игорь. – Все. Пошли.

Сам же выполняя свою команду, Игорь поднялся и легко побежал вперед, все время держа БК наготове. Берданка осталась в кабине, в зажимах. Точно так же как и карабин Волка. Незачем таскать на себе лишнюю тяжесть. Тем более, что «Антилопа», с арсеналом и поддержкой в виде гатлинга, будет держаться неподалеку.

В подлесок они скользнули друг за другом, слегка сместившись по фронту, чтобы не перекрывать сектор обстрела. Едва оказались в тени, как тут же остановились. Сзади послышался вздох пневматики тормозов автомобиля и шипение стравливаемого пара. Все давно отработано. Как только передовой дозор скрывается за листвой, Руль останавливается и ждет сигнала. Мало ли какая напасть за деревьями.

Шмель с Волком замерли, вслушиваясь в лес и привыкая к его сумраку. Если пасмурная погода, то все в порядке. Но бывает и как сейчас, вовсю светит солнце и перепад для глаз получается даже болезненным.

– Ты как Волк? – Скорее выдохнул, чем спросил Игорь, когда глаза полностью адаптировались.

– Порядок, – столь же тихо ответил парень.

– Сигнал Рулю.

– Понял.

Парень скользнул к выходу, и не выходя на открытое место полностью, подал сигнал к началу движения. Буквально через несколько секунд, послышались мерное и неторопливое чух-чух-чух и грохот подвески. Угу. Паромобиль штука такая, скорость реакции у него куда медленнее, чем у ДВС-а[6].

Кстати, Игорь интересовался, отчего не наладить их производство. Ведь они могут работать на том же газе или спирте. Ну ладно, последнее производить в промышленных объемах все же проблематично. Но отчего не использовать газ? Как оказалось, при всей кажущейся простоте, ДВС был куда сложнее в изготовлении чем паровик. Так что, пустая затея. Лишнее это, и весь сказ.

Н-да. И не сказать, что Игорь стал бы с этим спорить. Взять их «Антилопу». Тарантайка какая-то, бричка с моторчиком, но никак не автомобиль. Однако, их вот-вот начнут производить серийно. Причем в мастерской уже есть предварительные заказы. Вот и выходит, то что на Земле может вызвать только хохот или интерес в качестве какой диковинки, здесь считается вполне эффективным и пользуется спросом.

Шли уже привычным уступом. Шаман впереди, Волк сзади и чуть дальше от дороги. В идеале не помешало бы двигаться по обеим сторонам, но распылять силы в их ситуации, идея не из лучших. Опять же, подлесок изрядно прорежен, а потому и видимость достаточно хорошая.

Конечно маскировка бывает разной и потенциальный противник вполне способен преподнести сюрпризы. Но справедливости ради нужно заметить, что подстраховаться на все случаи жизни не получится, хоть на пупе извернись. И что теперь, сидеть на попе ровно? Вот и выходит, что риск это неотъемлемая часть их работы.

До моста через речку бегущую по дну большого оврага добежали как-то уж совсем быстро. Не иначе как успели попривыкнуть. Н-да. Как бы это не сыграло в итоге с ними злую шутку. Хуже нет, когда вот такие выходы, превращаются в привычную и скучную рутину. Потому как беда, зачастую приходит тогда, когда ее совсем не ждешь.

Гулкий выстрел из берданки прозвучал как раз когда Шаман и Волк уже перебрались на противоположную сторону моста. Оба тут же подались в стороны, и поспешили занять позиции за деревьями, наведя оружие вправо от себя. Ворот так же поспешил развернуть гатлинг. Руль ударил по тормозам, и дал задний ход уходя с открытого пространства за деревья противоположного берега.

Прошло несколько секунд, но сколько Шаман не всматривался в окружающий его лес никак не мог определить откуда именно был произведен выстрел. Хотя никаких сомнений относительно того, что стреляли именно с той стороны. Правда, горы, пусть и самое подножие, но звук здесь разносится по своим законам. Так что, до стрелка может быть и сто, и триста метров.

Вновь раздался одиночный выстрел берданки. И тут же овраг наполнился звуками плотной и какой-то суматошной перестрелки. Ну да, хотя бы в стороне и то радует. А вот стволы вплетающие свои голоса в общую какофонию, несколько настораживали.

Здесь явственно различались короткие очереди АН-ов, постепенно перешедшие в частые одиночные выстрелы. А вот и басовитый рокот Дегтярева, огрызающегося короткими и злыми очередями. Хлесткий выстрел трехлинейки. И все это под непрекращающийся хор берданок.

Никаких сомнений по поводу того, что кто-то зажал невьянских егерей. Иначе просто быть не могло. Патрулю тут взяться попросту неоткуда. У горцев конечно могли оказаться автоматы, вот только за все время безвозвратно потеряно не больше полутора десятков стволов. И ни одного пулемета. Сейчас же работало около шести стволов. Для аборигенов слишком много. Разведгруппа же как раз и состояла из шести человек.

– Что думаешь, Волк? – Поинтересовался Игорь у Антона.

– По мне, так вон за тем поворотом, горцы зажали наших егерей. Должно быть те им изрядно насолили. Иначе с чего бы аборигенам так наседать, – выдал свою версию парень.

– Вот и я так думаю. Жди здесь.

Шаман быстро перебежал открытое пространство по мосту, и вскоре оказался рядом с «Антилопой». Однако надежды на то, что отсюда можно рассмотреть место схватки не оправдались. Река делает слишком крутой поворот. А по всему видать, перестрелка завязана именно на нем. Если бы было открытое место, то еще возможно, что-то и можно было бы рассмотреть. Но деревья с начинающимся чуть поодаль подлеском, напрочь перекрывали обзор.

Шаман, всмотрелся в отвесные берега речки. Не так чтобы и высоко, всего-то метра четыре. Но эти метры нужно еще преодолеть. То есть, по факту, реальная переправа только по мосту. А раз так…

– Руль, котел на подогрев и вместе с Рысью занимаете оборону у машины. Ты справа, Рысь слева. Ворот, держи мост и тот берег, сколько сможешь, – наконец встретившись взглядом с Волком, и подзывая его к себе, раздавал приказы Шаман.

– Игорь Юрьевич, мы не обязаны вмешиваться, – нервно сглотнув, дрожащим голосом произнесла девушка.

При этом она вцепилась в свой карабин так, что побелели костяшки. Вид хотя и испуганный, но решительный. Впрочем, он ничуть в ней не сомневался. Была возможность убедиться в том, что медвежьей болезнью она не страдает.

– Во-первых, Шаман. Во-вторых, да, не обязаны. Но должны. Там наверняка зажали наших егерей и пройти мимо, в то время, как есть возможность им помочь, мы не можем. Волк, я первый, ты за мной. Дополнительные стволы с собой, – забрасывая свой карабин за спину, начал отдавать команды Шаман. – Огонь открываешь только в самом крайнем случае и никак иначе. Первую скрипку играет БК. Чем позже нас обнаружат, тем больше возможность уровнять шансы. Горцев наверняка много, если они сумели зажать егерей.

– Если это егеря, – вновь подала голос Михайлова.

– Они. Больше некому, – уверенно заявил Шаман. – Все работаем.

Глупость? Возможно. Он не имеет права рисковать жизнью Михайловой? Очень может быть. Но и пройти мимо он так же не мог. Вот не представлял себе как он это сделает и все тут. Хотя, очень может быть, что в нем сейчас говорил бурлящий в крови адреналин и жажда действия. Столько лет готовиться и когда вот сейчас понадобились эти самые оттачиваемые навыки, он вдруг пройдет мимо?

Ну и наконец, горцев наверняка немного. Как и хуторяне, они жили родами. В самом большом роде не больше трех десятков воинов. В поход же могло отправиться не больше половины. Ведь им нужно еще и защищать дом. Иное дело когда речь шла о больших набегах, в которые объединялись несколько родов. Но это не мог быть большой набег.

Звуки перестрелки все ближе. Интенсивность упала до минимума. АН-ы огрызаются одиночными, хорошо как одним выстрелом на два. Дегтярь время от времени посылает двойки, но не более. Похоже имей пулеметчик возможность бить одиночными, то так и стрелял бы. Но пойди постреляй одиночными из этой дуры. Шаман как-то пытался на срочке из ПКМ-а. Бесполезно.

Мосинка бьет совсем уж редко. Интересно, насколько хорош у них снайпер? При нормальном стрелке, группе достаточно только обеспечить ему огневую поддержку. А уж с остальным он и сам управится.

А это что? Дело дошло до револьверов? Он явственно расслышал два выстрела. Разве только в отличии от обычных, более резкие. Наверняка бездымный порох, и уж такое оружие точно может быть только у егерей. У кого-то вышли патроны? В принципе, все возможно. Даром что ли АН-ы бьют одиночными.

Ага. Вот и первые клиенты. Сквозь листву, метрах в пятидесяти, видны двое, ведущие огонь куда-то вниз и вправо. На противоположной стороне, потока, еще трое. Дальше по обеим сторонам реки, слышатся еще выстрелы и по узкому пространству русла лишенному деревьев несет слабую поволоку порохового дыма. А значит нападающих куда больше. По прикидкам Шамана, никак не меньше дюжины, а скорее даже больше.

Никаких сомнений горцы. Их длиннополые кафтаны и мохнатые шапки легко различимы. Полуается, зажали невьянцев в русле реки и сейчас методично их уничтожают. Более совершенное оружие землян в этой ситуации не играет ровным счетом никакой роли. Теперь все решает точность стрельбы, выдержка и выгодность позиции. Все это у аборигенов имеется с избытком.

Шаман глянул на Волка и дал понять, что работает сам. Напарник вступает в дело в самом крайнем случае. Тот быстро кивнул. Слишком быстро. Нервничает. Ничего. Нервы, это не страх. Он и сам сейчас напряжен как струна. Вот только о том, чтобы отвернуть, не может быть и речи.

Шаман мысленно помолился, хотя никогда не был особенно верующим. Отчего-то вспомнил, что так ни разу и не сподобился сходить в Невьянский храм. А церкви, кстати, есть в каждом поселке. Засланцы вообще только из православных. Даже священники встречаются. Интересно, это для того, чтобы между ними не возникло разногласий на религиозной основе? Угу. Вовремя. Подумать же больше не о чем.

Вскинул к плечу приклад БК, поймал взглядом маленькое отверстие диоптрики и прицелился в первого горца. В качестве цели он выбрал не ближнего, а самого дальнего противника, на противоположном берегу реки. Им нужно выбить как можно большее число противников, а потому начинать следует именно дальних.

Совместил два кружочка на папахе горца. Выбрал слабину спускового крючка и плавно нажал на спуск. БК привычно толкнул в плечо, а вот выстрела Шаман и сам не услышал. Возможно из-за пульсирующей в висках крови или из-за звуков непрекращающейся перестрелки. Но зато он был абсолютно уверен в том, что попал в цель.

Шапка улетела за спину горца сам же он уронил голову на камень за которым залег и остался недвижим. Минус один. Без вариантов. Даже если ранен, то однозначно не боец. Прилетело там знатно. Шаман передернул рычаг. Затвор сыто и едва различимо клацнул.

Ага. Ближний горец что-то заподозрил и обернулся в сторону Шамана и Волка, нервно шаря берданокой по кустам. Сомнительно чтобы он мог что-то услышать. Так не бывает. Игорь сам едва различал как хлопок выстрела, так и работу затвора. Получается заметил гибель товарища, а скорее все же родственника и сделал правильный вывод. Вот только рассмотреть ничего не может.

Шаман перевел прицел на него. Хлоп-п! Парень, а горцу было едва за двадцать, изогнулся дугой, засучил ногами и завыл на одной протяжной ноте. И столько в этом было боли и тоски, что Бородин не выдержал и пошел на поводу у чувств. Вместо того, чтобы подстрелить соседа мальчишки, он резко передернув затвор вогнал в раненого еще одну пулю окончательно его упокоив.

Напарник убитого все же засек стрелка, и откатившись от края обрыва, наскоро прицелился и выстрелил в Шамана из винчестера. Игорь все еще надеялся решить вопрос по тихому, а потому успел бросить Волку короткое «нет». Одновременно с этим он послал пулю в горца.

Однако тот вовсе не собирался изображать из себя мишень и перекатом ушел в сторону. Пуля громко щелкнула о камень, взбив облачко каменной крошки и пыли. Уходя за укрытие горец выкрикнул предупреждение о противнике сзади. Передернул рычаг своего винчестера и вновь выстрелил в Игоря. Пуля с тупым стуком ударила в ствол дерева, чуть выше головы.

Следующая пуля Шамана так же ушла в белый свет как в копейку. Зато прилетел привет с той стороны. Двое горцев находившихся на противоположном берегу, несмотря на лохматку, все же засекли стрелка.

Скорее всего, при быстрой стрельбе, Бородин выдал себя излишне резким движением. Есть у рычажного карабина существенный недостаток. Он совершенно не годится для перезарядки в положении лежа. И требует слишком уж большой амплитуды движения.

Одиночный выстрел АН-а, находящегося не за каменным срезом, а рядом, прозвучал настолько неожиданно и резко, что Игорь даже вздрогнул. Волк вогнал пулю точно в тело верткого горца. Тот коротко вскрикнул, и выронил винчестер, который с дробным стуком упал вниз.

Игорь взял на прицел горца на противоположном берегу и вновь выстрелил. Получилось слишком поспешно. Можно сказать навскидку. Но весьма удачно. Противник не успел укрыться за камнем, схватился за плечо и оглашая окрестности болезненным воем, скрылся из виду.

И тут же послышались поспешные шаги справа. Вот когда Игорь пожалел о том, что отказался от идеи обзавестись гранатами с дымным порохом. Да, слабые, да от них больше дыма, чем осколков, а о фугасности и говорить нечего. Но вот сейчас, для встречи пока еще невидимого противника, им не помешали бы даже такие эрзац гранаты. Единственное, что им оставалось, это замереть.

Первый горец появился буквально в полутора десятках шагах, одновременно с выстрелом слева и тупо ударившей в ствол дерева пулей. Противник, оставшийся на том берегу, не собирался отсиживаться. Крупная пуля выбила из коры труху, сыпанувшую в глаза Игорю. Ну и напугала, чего уж там. Поэтому его выстрел ушел в белый свет как в копеечку.

И тут же часто простучал АН Волка. Болезненный вскрик и горец пропал. Из-за кустов донеслись яростные крики еще нескольких человек. В ответ Волк вслепую отстучал чуть не весь магазин, посылая пули веером. Ни о каком прицеле не могло быть и речи. Он просто поливал пулями пространство перед собой. А и то, видимость не дальше своего носа. Вот так выскочат, и ничего не успеешь предпринять.

Воспользовавшись паузой, Игорь попытался достать горца на той стороне. Укрывается грамотно. Но недостаточно. Вон она шапка. Поймал в совмещенные колечки. Потянул спуск. Мохнатый головной убор улетел назад, а в том месте тут же, словно поплавок появилась бритая голова горца. Не иначе как сорвало шапку и он испугался.

Пока Шаман передергивал скобу, Волк успел выстрелить трижды. У камня появились два фонтанчика земли. Последняя пуля ударила в камень, выбив облачко каменной крошки. А ничего так стреляет напарник. Очень даже метко. Плевать, что не попал. Будь перед ним грудная мишень, поразил бы однозначно. И это считай на вскидку.

И снова треск подлеска справа. Волк достучал в ту сторону остатки магазина. Пока он перезаряжался Игорь вогнал в появившегося горца одну за другой, две пули. Тот переломился, схватившись за живот, немного повернулся и сунулся головой в куст, справа от себя.

Шаман рванул из кобуры револьвер и поспешно разрядил его по направлению противника. Все же, в открытом бою у шумного оружия есть свои преимущества. Вновь встревоженные голоса. И тут снова затакал АН Волка.

И снова выстрел с той стороны. Пуля вжикнула совсем близко от Бородина. Вот же паразит. Они в леших, к тому же горячка боя, а этот бьет настолько же точно, насколько и хладнокровно. Пусть и испугался когда пуля сорвала с головы шапку.

Шаман переломил револьвер, сыпанув вправо от себя стреляные гильзы. Подхватил скорозарядник и вогнал в барабан очередные шесть патронов. Потом, быстро перезарядил БК. Дернул скобу. Готов. Волк похоже высадил половину второго магазина. Расточитель! Но с другой стороны в такой переделке…

И тут загрохотал гатлинг. У Игоря от этого звука тоскливо сжалось сердце. Пока он тут вошкается, на оставшихся у «Антилопы» напали горцы. Но когда он уже был готов рвануть к товарищам, ему пришлось срочно падать на землю, костеря Ворота с его инициативой.

Над головой Бородина и неподалеку от него с жутким «вжью-у», пролетело несколько пуль. Свинец частью сбивал ветки, частью только царапал деревья, сыпля трухой коры, частью с тупым стуком входил в древесину. И даже при том, что «Антилопа» была достаточно далеко, и между ними хватало деревьев, долетавших до них гостинцев было предостаточно.

Лента на две сотни патронов израсходовалась секунд за сорок, не больше. Но этой беспрерывной очереди, выпущенной вслепую, оказалось более чем остаточно, чтобы подвигнуть горцев к правильному решению. Игорь отчетливо уловил встревоженные крики, в которых не осталось ничего от воинственности. А вскоре и вовсе наступила тишина.

Вооружившись биноклем, Игорь проверил как обстоят дела на противоположном берегу. Один лежит недвижимый. То ли убит. То ли контужен. Не понять. Раненого как и того везунчика со сбитой шапкой не видно. Вообще никакого движения. На этой стороне трое убиты. Вон они лежат. Один скорее всего ранен и ушел. Или унесли. В любом случае, нужно разбираться.

– Волк, снаряди магазин до полного.

– Понял.

Парень ловко отщелкал из магазина десяток патронов и вогнал их в последний магазин. Да так сноровисто. И ведь парень на поприще боевой подготовки ни разу не блистал. Сразу видно, в княжеской армии гоняют качественно.

– Готов, – пристегнув магазин, выдал парень.

– Пристегни приклад к револьверу.

Угу. Переделывая револьверы под самовзвод, Бородин и Спицын, подумали над прикладом к револьверу. Ну коль скоро Смит-Вессон вполне сопоставим с мини-карабином, так от чего бы не улучшить показатели стрельбы. Тем более, что там того приклада, гнутая проволока из хорошей стали, закрепляющаяся на кобуре. И веса нет, и не мешает, и удобство.

Пошли как всегда уступом. Шаман с БК впереди, Волк в качестве прикрытия и поддержки. Шагов через пятьдесят на стволе дерева обнаружили след крови. Потом капли на листве подлеска. Он тут густой до безобразия, так что приходится красться с максимальной осторожностью. Впрочем, осторожность оказалась излишней. Как видно горцы решили, что прибыла кавалерия, и предпочли ретироваться. Ну а что, как вариант, вполне возможно.

Двинулись к месту на котором было сосредоточено внимание оппонентов. Двигались куда как более осторожно. Кто знает, вдруг разнервничаются и откроют огонь. Опять же, Игоря только сейчас посетила мысль относительно того, что это могли быть те самые загадочные подручные кукловодов. Поэтому ни заговаривать, ни окликать их он не собирался.

Медленно, с максимальной осторожностью и прикрываясь корнями дерева, Бородин приблизился к краю обрывистого берега. Вряд ли он обнаружил бы неизвестных быстро, если бы не двое гражданских в земной одежде, лежавших совершенно открыто, в мелком потоке речушки. Неизвестные так же использовали маскировочные костюмы. Причем далеко не те самоделки, которые были у них с Волком.

И чтобы это значило? Неужели они нарвались на группу подручных кукловодов? Весело. И что теперь делать? Валить? Как вариант, Шаман в этом не видел ничего невозможного. Его БК, плюс косорукость их снайпера. А иначе, чего это горцы так веселились и куражились. Так что шансы очень даже есть.

Хм. А ведь это могут быть и свои. Ведь говорил же капитан Котов, что им удалось накрыть две группы, которые были экипированы по самое не балуй. Могут быть егеря в трофейной снаряге? Да легко.

– Эй! Кто там записался к нам в помощники!? Отзовись! – Вдруг послышалось от реки.

– А вы кто такие? – Выкрикнул в ответ Игорь, предварительно убравшись с возможной линии огня.

– Мы егеря из Невьянска.

– Кто старший?

– Не борзей. Просто появись и объявись. Не то будем действовать как при столкновении с противником.

– Егерь… Если ты егерь, конечно, ты не в том положении, чтобы ставить условия.

– Нормальное положение. Может быть даже получше чем было до этого. А мы и тогда не ссались.

– Шаман, ты?

Вдруг раздался другой голос Хм. Знакомый голос. Ну очень знакомый.

– Змей?

– Я, – бодро ответил молодой голос, – Не пальни с дуру. Я встаю.

Игорь вновь медленно приблизился к своему наблюдательному пункту. Вооружился биноклем и сквозь свисающие корни посмотрел на поднявшегося парня. Тот не просто выпрямился, но еще и сбросил с головы лохматый капюшон. Лицо в камуфляжной краске. Но точно, был этот парень в его группе по рукопашке.

– Ну что, признал? – Опять выкрикнул Змей.

– Признал, – поднимаясь и направляясь в их сторону ответил Игорь. – Веревки есть?

– Конечно есть, – ответил первый голос, как видно командир группы.

– Давайте конец. Будем вас вынимать, пока горцы не вернулись. Кстати, я гляжу на том склоне вроде как можно подняться наверх.

– Ну? – Не понял намека старший.

– Да просто мы там одного горца подстрелили, от вас, метрах в ста. Трофеи бы с него снять. И еще, примерно там же в речке должен валяться винчестер. Это другой наш крестник выронил.

– А самим? – Недовольно бросил старший.

– Можем и сами, – принимая брошенный конец веревки, ответил Игорь. Только время потеряем. А тут лучше бы не задерживаться.

– Справедливо. Змей.

– Сделаю.

– Да сюда не спускайся. Двигай уже к мосту, – уточнил задачу старший, и опять к Игорю. – Шаман, ты я так понимаю на машине.

– Правильно понимаешь.

– Ну значит нам тебя боженька послал. У нас двое раненых. Так что, тяни поаккуратнее.

– Понял.

Не смотри что невысоко. С ранеными пришлось повозиться. Оно ведь, мало того, что желательно делать все аккуратно, так еще и поднимать безвольное тело та еще морока. Но управились. А куда деваться? Пока Егеря поднимались, Волк успел срубить четыре лесины. Мужикам прилетело знатно. Одному в бедро. Причем серьезно так. Скорее всего свинец угодил в кость. Второму попали в грудь. Оба без сознания.

Когда остальные егеря выбрались наверх, доделали носилки, с помощью их плащ-палаток, и двинулись к «Антилопе». Н-да. А ребятки-то прикинуты на зависть. Даже по земным меркам экипировка выше всяческих похвал. У каждого персональная коротковолновая радиостанция с гарнитурой. Есть и мощная, явно армейская радиостанция. Правда, Игорю с такой сталкиваться не доводилось. Признаться, при виде всего этого богатства, у него даже зубы заболели, так захотелось заполучить что-то подобное.

– А что с теми гражданскими? – Поинтересовался Игорь, отвлекаясь от смакования представшей перед ним картины.

– Гражданские они и есть гражданские. Прибились к нам, два батана. Хотели их довести до Невьянска, да нарвались на прилипчивых горцев. Поначалу-то ничего, держались мужики. Но когда тут зажали, запаниковали и подставились под выстрелы, – махнул рукой старший.

Мужик лет сорока, но крепок, причем, форы даст молодым. Но как ни странно, оказался сержантом. Оказывается, в СБ не очень любят раздавать звания. Но зато оклады и льготы такие, что армейцы нервно курят в сторонке. Правда и работенка. Никогда не знаешь, когда вернешься.

Кстати, Змей в их группе новичок. Занял место погибшего товарища. Потому-то он один и успел побывать на занятиях у Игоря. С остальными разминулись по времени. Когда же Бородин вернулся, группа уже ушла на задание. Ну и новичка с собой прихватили.

– Ворот, это что такое было? – когда они приблизились к машине, потребовал объяснения Игорь.

– Когда Волк начал шмалять не жалея патронов, я понял, что там горячо. Вот и решил долбануть из погремушки, чтобы напугать, – помогая разместить раненых, начал пояснять пулеметчик.

– А если бы там рельеф повышался, тогда как? – И не думал успокаиваться Игорь.

– Да какая разница. Ни одна пуля не должна была до туда долететь. Тут же лес. А грохот, очень даже будет слышен, если уж мы слышим, – принимая носилки уже со вторым раненым, удивился парень.

– Вот не поверишь. За половину не скажу, но треть пуль точно долетела. Деревья тут растут пореже, чем тебе показалось. Просто подлесок густой.

– Да? – Искренне озадачился тот. – Ну, извини командир.

– На будущее учти, если думаешь попугать, так ствол повыше задирай. Если в том же направлении, то эффект будет тот же.

– Ага. Учту.

– Учтет он. Руль, разворачиваемся. И идем в Невьянск.

– Понял.

Но до княжества они не дошли. По пути, когда вышли на равнину, Бурый наконец сумел связаться с СБ и сообщил о случившемся. Быстрая консультация с госпиталем показала, что с транспортировкой раненого в ногу, никаких особых проблем нет. А вот с ранение в грудь, все куда как сложнее. Шаману предписывалось доставить группу на хутор Николаевский. Куда уже в самое ближайшее время выдвинется команда эвакуации с бригадой врачей. Контора заботится о своих людях и не имеет дурной привычки разбрасываться своими кадрами, что откровенно говоря радовало.

В принципе, оставаться в Николаевском никакой необходимости не было. Но Игорь предпочел все же переночевать здесь. Или если хотите переждать. Он был просто уверен в том, что горцы вернутся обратно за телами родственников. Убившим их нужны только трофеи, тела же без надобности. Так что, вероятность того, что вернутся, весьма велика. Как и того, что их накроют на том мосту. Так что, лучше потерять день, чем потом пускать кровавые пузыри.

– Знаешь, я так испугалась. Признаться даже не знаю, как не грохнулась в обморок.

– Это нормально, Алина. Все нормальные люди боятся. Я так и вовсе чуть не обделался.

– То есть ты самый нормальный? – Иронично и в тоже время с неким задором, поинтересовалась она.

– Хочешь сказать, что никто настолько не испугался?

– Я это и говорю.

– Н-да. Похоже, у меня с самомнением все же некий перебор, – с открытой улыбкой, ответил он.

Все случилось как-то неожиданно. Когда они загрузили егерей, то Алина как-то сама собой, переместилась на водительский диван, пристроившись рядом с Игорем. Да еще и ухватилась за его руку, как утопающий за соломинку. А потом, как то естественно и просто сама перешла с ним на ты. В дороге они о чем-то там говорили. По сути, обычная светская беседа, ни о чем, когда уже через час не помнишь о чем вообще шла речь. Просто ей нужно было выговориться. Вот она и говорила.

Теперь вот сидят в кафе на хуторе. Кстати, за тем самым столом, где она предложила ему организовать совместное предприятие. Вот и теперь пожалуй, открылась новая веха в их взаимоотношениях. Во всяком случае, Игорь на это надеялся и боялся спугнуть удачу.

– А что, ты наконец пригласишь меня на танец? Или опять найдется какая-нибудь причина? – Когда граммофон выдал очередную медленную композицию, поинтересовалась девушка.

– Конечно приглашу, – совершенно спокойно ответил он.

Поднялся и протянул ей руку с самым чопорным видом на какой только был способен. Она жеманно ответила ему со всем жеманством. А потом они разом рассмеялись и вышли на средину танцплощадки. Волк, Руль и Ворот, устроившиеся за соседним столом, усилено делали вид, что ничего не происходит и вообще они слепоглухонемые.

Когда пара вернулась за стол, их там уже ждал Бурый. Вот уж кто не собирался проявлять тактичность. А может все от того, что не любил оставаться в должниках. Во всяком случае, на эту мысль наталкивал лежащая перед ним торбочка.

– Как операция? – Присаживаясь за стол, поинтересовался Игорь.

Бригада врачей прибыла довольно споро. К этому моменту хуторяне едва успели обеспечить стерильное помещение и операционный стол. Оно конечно и то и другое были весьма относительными. Но как говорится, все что смогли. Первым на стол потащили раненого в грудь, и операция длилась несколько часов. Насколько знал Игорь, имело место даже прям