Виктор Николаевич Чирков - Пена колдовских доменов [СИ]

Пена колдовских доменов [СИ] 1428K, 202 с. (Три сферы ада-3)   (скачать) - Виктор Николаевич Чирков

Виктор Чирков
Пена колдовских доменов

© Виктор Чирков. Пена колдовских доменов

© Виктор Чирков. Иллюстрации в тексте http://chirkovvictor.ru

* * *

Говоришь все это уже знакомо? Говоришь, уже видел ИХ, значит, и ТВОЙ кирпич вложен в основание пирамиды ИХ мощи!

Теперь пришло время взглянуть на деяния души и рук своих… Ничто не пропало – мечты, сны, замыслы, гнусные планы, страхи – все пошло в дело и ждет своего часа.

Ты хотя бы САМ понял, что сотворил? Брага живет, пена поднимается. Они подрастут, вырвутся и придут!

Когда? Никто не ответит точнее ТЕБЯ, время для них условность…


До этого дня вереницы веков канули в бездну, были созданы и исчезли горы сокровищ, время стерло империи, народы, тысячи путников ушли на ЗОВ, но, являясь наивысшей квинтэссенцией желаний, сей объект остался недоступен и безучастен где-то там, на самом дне миров, в глубоком омуте мироздания…


Пришел миг, когда взгляд Его достиг и Третьей сферы, омрачилось чело Создателя сущего, поскольку дети Его не только создали кошмар, но и проникли на самое дно, обрекая себя на вечный бег внутри вложенных миров. Но чем больше наблюдал Он, тем сильнее удивлялся – они выжили! Не зря отчаяние Он отнес к великим грехам и вместо кары пришел к неожиданному умозаключению: идея определенно оказалась жизнеспособной, теперь даже если им удастся извести свой род – не грех повторить опыт! Опять же, не все души постигнет коллапс…

Снова Создатель сущего предался размышлениям, и были они не столь печальны…



Летят насекомые на свет, увлекаемые сквозняком, но на форточке расставлена паутина, для каждой твари – своя ячея… А какие сюрпризы ожидают, прежде чем вспыхнут и сгорят крылышки? На запах паленого мяса, свежей крови, трепещущих тел, дрожащих от страха душ, собираются звери…


«Не поминай имен неведомых всуе, а уж тем более не зови… Книга сия не телефонный справочник, хотя весьма похожа!» – начертала незнакомая рука на форзаце огромного тома столетия назад, только, увы, первый лист сильно износился…


Пролог

Он осторожно прикрыл громадную створку рассохшейся парадной двери, стараясь не шуметь, спустился по широкой лестнице, постоял мгновение… Каждая клетка его тела ощутила холодный взгляд пробудившегося зверя. Сердце сжалось от ледяного дыхания близкой смерти. Капли пота выступили на спине, шее, пояснице. Руки стали влажными и липкими, но он нашел в себе силы, преодолевая наваждение, подался всем телом вперед и, не оборачиваясь, зашагал в город. В ночном мраке остался запущенный дом, скорее напоминавший готический собор, чем загородный коттедж, старый чужой дневник… Ночь таяла, давая дорогу предрассветным сумеркам, свежий воздух немного успокоил нервы, эмоции уступили место рассудку.

Он не заметил, как оказался на пустых улицах спящего городка с благозвучным названием Red Lynx. Правда, так значилось только на указателе и картах, а злые языки приклеили ярлык «Рыжий кот», но переименовать домен снова никто не решился. Однажды жители уже пытались это сделать и от мрачного «bloody» оставили только цвет, но ничего не изменилось…

Желтые фонари освещали мощеные серым гранитом улицы, аккуратные двух- и трехэтажные домики и море вьющихся роз на стенах. Запахи цветущих растений смешивались с сухим сумраком уходившей ночи, словно разбавляя его. Розы ждали дождь. Ветер дохнул в спину путнику, и запахи словно расступились, сторонясь прокаженного. Здесь помощи ждать было неоткуда. Он стал изгоем в день, когда сделал свой выбор и поселился в заброшенном доме правителя области. Все двери городка разом закрылись, словно перед ними предстал заразный больной. «Еще сочтемся. Почему я не осмотрел все помещения сразу?! Спал бы сейчас дома», – подумал ночной странник и выругался вслух. Ругательство прозвучало жалко, увязнув в предрассветной тишине, только большой толстый кот, неторопливо переходивший дорогу, повернул голову на звук. Огромные голубые глаза некоторое время изучали возмутителя ночного спокойствия, после животное недовольно зашипело и медленно вернулось в подворотню. «Гад», – констатировал человек, поскольку местная легенда гласила, будто рыжий голубоглазый кот, перебегая дорогу, приносит удачу, но других в Красной Рыси не водилось… Больше ни один вестник успеха не появился на спящих улицах, путешественник миновал запертый трактир с тем же двусмысленным названием и покинул город. В заплечном мешке находилось все необходимое для вызова слуг, включая книгу имен. Его путь лежал к Ртутному озеру. Кроме внешнего сходства ничего общего водоем с ядовитым металлом не имел, но местные жители обходили его за много миль.

Озеро располагалось среди старых гор, окружавших домен. Ластик времени стер острые углы, скалы выветрились, укрылись мхом. Склоны поросли деревьями и возвышенности, скорее, напоминали гигантских плюшевых медведей, впавших в летаргический сон, но не забывавших менять мех согласно временам года. Около пяти часов утра путник прошептал заклинание, открывшее неприметную тропинку.

По мнению дневника, залитого бурыми пятнами, отсчет времени начался в эту полночь, когда издох последний помощник. У «правителя» домена оставалось около девятнадцати часов, и если он не успеет… Он вспомнил комнату, спина снова стала липкой от пота несмотря на раннее утро. Да, об этом было лучше не думать.

________


Сколько дней, месяцев или лет прошло с того памятного дня в библиотеке Замка тысячи миров, когда троица решила отправиться в путь… Обещание, данное хозяином Замка тысячи миров, связало воедино странную команду. Как пыльные дороги мрачных земель ни стремились разделить путешественников, они, словно железные опилки и магнит, соединялись с Яном снова. Более того, компания вошла под покрывало древнего савана в сопровождении почетного караула огненных воинов Сурта. Теперь молчаливые ратники в обличье немощных старых викингов с обнаженными ржавыми клинками кольцом обступили троицу и своего командира.

Невидимая платформа с путешественниками на борту, медленно вращаясь, бесшумно падала в межмирье. Ян подумал: «Будем надеяться, этот переход приближает нас к цели путешествия. Очень хочется поспать и поесть по-человечески». Тут же в недрах его «я» всплыл язвительный вопрос: «А что в нем, собственно, осталось от человека – тело, разум, воспоминания?!» Особенно ничем Ян не выделялся – рост выше среднего, приятные черты лица. Прекрасно сидевший джинсовый костюм дополняли белые кроссовки, правда, с общим видом плохо сочетались перчатки из черной кожи, плотно обтягивающие кисти рук. Они вместе с потертой сумкой присутствовали всегда, вне зависимости от погоды, времени и места. Незнакомые считали это странностью, граничившей с невоспитанностью, но Пуфф и Марк думали иначе, предпочитая видеть хозяина Замка тысячи миров со скрытыми кистями.

Марк – демон по крови, окончательно утратил внешние признаки своей расы, за исключением глаз и зеленоватого «ежика» коротких волос. Джинсовый костюм на нем дополняла рубаха с неизменным пышным жабо. Пуфф, в свою очередь успевший побыть юношей, предпочел прежний облик – крупного, неимоверно толстого черного прямоходящего кота, напоминавшего пуфик с ушками и лапками, почти метр семьдесят ростом. В силу особенностей конституции путешествовать пешком котище не любил. А вот поесть – даже незащищенная мысль шефа о еде вызвала у безобразника нервный зуд, и котище начал чесаться… Его личность только формировалась, но скверный характер и склонность к всевозможным пакостям, видимо, были врожденными, они повергали интеллигентного Марка в уныние, к тому же все попытки воспитания безнадежно провалились, не оставив следа в душе жизнерадостного колобка. Впрочем, внешность обманчива, поэтому проверять реакцию, возможности или преданность Пуффа шефу посторонним не рекомендовалось.

Всполохи и переливы сюрреалистического буйства красок поблекли. Под исполинским сводом дикого неба предстало образование из сфер разного размера. Оно напоминало бесформенный циклопический кусок пены, свободно висящий в пространстве. Одни «пузыри» переливались и сверкали всеми цветами радуги, внутри других непрерывно ударяли молнии, в третьих происходило хаотичное движение неведомой «жидкости», некоторые были прозрачны и пусты, другие, напротив, черны, точно антрацит.

– Старшие товарищи? Вы уверены, что нам туда? – ехидно поинтересовался Пуфф.

– Конечный пункт определен склепом в Некродине, а не мной! К тому же мы, по-видимому, находимся в иной реальности. Стена обычного тоннеля из движущегося поезда выглядит по иному, а здесь… – ответил Марк.

Один из радужных пузырей выбросил нечто среднее между щупальцем и воронкой смерча. Образование раскачивалось, ища что-то.

– А наша благородная цель?

– Как известно, – заметил Ян, – все дороги, вымощенные благими намерениями, у нас ведут в одно место… Точнее, каждая – в свою интерпретацию!

– А это именно та? – не унимался Пуфф.

Смерч «сложился», словно стаканчик из пластмассовых колечек.

– Берегитесь! – крикнул Сурт.

«Интересно, чего?!» – только и успел подумать Ян, прежде чем щупальце с умопомрачительной скоростью достигло их. Невидимая «платформа» попыталась увернуться, но лишилась части пассажиров. Сурт успел заметить в глубине воронки зеркальное озеро, прежде чем троица исчезла. Пена всколыхнулась, поглотив хищный пузырь. От бессилия и злости воин зарычал словно раненый зверь.


Глава 1. Оправа ртутного зеркала

Казалось, ничто не меняется здесь, все те же черные, словно сама ночь плиты бесконечного зала, трон и властелин на нем. Только это странное шахматное поле одного цвета да легкий ветерок, шевеливший пурпурный плащ повелителя, были допущены к ступеням трона. Мелодично прозвучал невидимый колокольчик, и перед господином наметился контурный образ человека в длинном плаще с капюшоном. «Забавно, он сколько раз нахамил? Платит за два… Впрочем, это неважно. Та страница истории утонула в складках времени», – подумал повелитель.

– Слушаю тебя, Дандо.

– Открываются врата во внешний мир, господин…

– Покажи.

На месте контура возникло прямоугольное окно, за ним на стеклянной полированной поверхности слабо флюоресцировала прозрачная пирамида. Кресло на срезанной вершине пустовало. Зловещим багровым огнем светился шар с символом Третьей сферы. Шар выпустил разветвленное корневище, обхватившее пирамиду. Оно постепенно трансформировалось, становилось все более угловатым, наконец окончательно обрело образ пурпурного электрического разряда, а шар принял вид виноградной грозди.

– Чертова икра, чем ближе – тем запутаннее, – проворчал повелитель.

– Стадия ожидания, – тем временем прокомментировал Дандо.

– Кто такой умный или хитрый на этот раз…

Переплетенная структура Третьей сферы была столь переменчива и сложна, что даже пирамида предсказаний часто оказывалась бессильна. Все эти наблюдения напоминали рассматривание прыщика на затылке с помощью множества кривых зеркал, и чем напряженнее всматривался зритель, тем ярче ментальные блики и сильнее путаница. Словом, полный хаос.

– В этом домене мощный артефакт. Попробуем уловить информационные поля будущих событий в его отражении… – продолжил слуга, взлетая и усаживаясь в кресло на вершине.

– Прийти?

– И что мы увидим кроме бури красок вокруг вас, мой господин?

– Да уж…

– Ага. Это очередной недоучившийся колдунчик…

– Хочет покинуть наш гостеприимный дом?

– Нет, пытается спасти свою шкуру прямо на месте.

– Забавно! Поясни!

– Это Ртутное озеро. Домен Кровавая рысь. Он упустил момент и утратил помощников, как следствие – потерял контроль над доменом. Его время пошло. Теперь призывает рабов по книге Имен.

– Успешно?

– Как сказать…

– Что ты все не договариваешь?!

– Там сюрприз! К нам, наконец, пожаловали те двое, их уже захватило, и еще, – слуга остановиться на полуслове, – там этот паразит!

– Он «призывает» или «призовет»?

Но Дандо неожиданно выбило из кресла, и он полетел к окну, словно мяч от удара биты. За пирамидой мелькнуло нечто похожее на окорок с собачьими когтями. Тело просвистело мимо повелителя и покатилось по полу. Окно исчезло. Слуга поднялся, приблизился к своему господину и упал на колени.

– Что случилось?

– Судя по силе удара и объекту – милейший, пушистейший, добрейший близко, – прошептал, заикаясь, Дандо.

– И надо полагать хозяин с ним. Колдун еще не приступил к ритуалу?! Верно?

– Но я все видел, повелитель…

– Выходит, его желание столь сильно, что цепь событий уже выстроилась… Не зря говорится – грешная мысль уже деяние. Теперь даже если он попробует уклониться, они придут! А почему все-таки колдун так забеспокоился?

– Вообще-то исторически домен назывался не Red Lynx, а Bloody Lynx – Кровавая Рысь. Первые поселенцы сумели создать противовесы, и эта напасть стала в один ряд с дождем и прочими явлениями природы, оказалась очень даже, а колдун…

– Да, не буди лихо пока спит тихо. Опять пробудилось зло?

– А дождь – зло или добро? Просто часть природы. А вы… – слуга замолчал, почувствовал, что сказал лишнее.

Но повелитель только покачал головой.

– Не досмотрели продолжение. Все твой длинный язык!

– Повелитель, пощади… Я не могу вернуться! Она снова преследует! Спаси меня!

– Нет уж. Это к «красивому, пушистому».

– Что же делать?

– Ждать. События произойдут и себя проявят. Они же не на прогулку спустились на дно HELL?

– Неужели за НИМ…

– Увидим. Выход можно открыть, насколько известно, только если взять ЕГО.

– Но тогда кто-то из них станет властелином Трех сфер, праматери и!..

– Всех теней, ведь у каждого свой Ад.

– А вы… – начал Дандо и осекся.

– Каждому – свое место! Главное – врата откроются, перестроятся связи, и Три сферы обретут свободу. Мы, наконец, избавимся от «венца творения» и его отбросов. Условия станут равными, как звенья браслета, вот тогда и посмотрим, кто достоин места под солнцем!

________


Часам к одиннадцати местного времени Уар, наконец, вышел к месту. С вершины котловина действительно производила странное впечатление. Правильное миндалевидное зеркало озера где-то километр на два окаймляла широкая песчаная полоса, плавно переходившая в ковер мха. Он, в свою очередь, скрывался под пологом соснового леса. Утреннее небо, горы, деревья отражались в идеальной, будто стеклянной поверхности воды. Колдун уже приходил сюда несколько раз, но никогда на зеркальной глади не видел ряби или волнения, ничего, даже листьев или насекомых. Если долго смотреть, стоя на берегу, начинало казаться, что там, в глубине и есть истинный мир. Уар подошел к кромке зеркала, зачерпнул ладонями серебристой жидкости, и как только тонкая струйка оборвалась, в руках оказалась обычная вода. Колдун попил, не нашел ничего странного и приступил к подготовке ритуала, сценарий которого был мысленно сыгран множество раз, а вода камень точит…

________


В конце тоннеля мелькнуло белесое око без зрачка и радужки, в обрамлении зеленых ресниц. Еще через мгновение оно стало озером, по форме похожим на исполинский глаз, окруженный лесом. Падение длилось доли секунды, спутники успели подумать о купании, но поверхность мягко приняла ценный груз. До берега осталось около сотни метров. На песке горел костер, вокруг кружился некто в замысловатом танце…

Уар сразу заметил три фигуры, материализовавшиеся на зеркале Ртутного озера. Поверхность прогнулась, подобно резиновому листу. Образовалась зеркальная воронка. Сердце колдуна радостно забилось. «В капкане трое, сразу трое! А магический вес! Какая воронка! Теперь посмотрим, кто в доме хозяин!» Он зачерпнул ковшом варево и выплеснул в воду…

– Отраве в сердце вечно быть, своим умом не жить… – начал декламировать колдун.

В воздух поднялся пар, зелье зло зашипело. Его количество быстро увеличилось, затем поток с немыслимой скоростью устремилась в углубление. Перчатки хозяина Замка разорвались, одна лапа схватила Марка за ворот, вторая Пуффа словно маленького котенка за загривок, и Ян приподнял спутников. Колдовская отрава достигла его ног, частично проникла в плохо зашнурованные кроссовки, но через мгновенье жидкость отступила, быстро испаряясь.

Ян почувствовал, как мир начал терять четкие очертания, растворяясь словно в тумане.

– Я отключаюсь, – прошептал хозяин Замка.

Лапы разжались, спутники упали на пружинистое «дно» воронки. В правой лапе появился черный цилиндр. Ян почесал им спину. Колдун зачерпнул второй ковш и уже собирался продолжить.

– Ах ты, поганец! Раз – два… – зашипел Пуфф еще злее колдовского зелья.

– Взяли, – присоединился Марк.

Они схватили своего шефа и одним движением выпрыгнули из воронки на берег в тридцати метрах от костра.

– Мне преданно служить, – по инерции продолжил Уар, стиснув книгу.

Ян обернулся на звук речи и направил стержень в костер. Из торца ударил жгут зеленого пламени. Угли, котелок, зелье, колдовские принадлежности разлетелись в стороны, вспыхнув на лету праздничным фейерверком, сопровождаемым придурковатой музыкой. Впрочем, все быстро догорело, не оставив даже пепла. Вместе с последними искрами утих и мотив. Шеф озадаченно посмотрел на торец стержня и задумался. Марк осторожно протянул руку к голове Яна.

– Он должен справиться, но сейчас…

– Отключился, – продолжил Пуфф.

Ян обернулся, но котище оказался проворнее и успел пригнуть Марка. Никого не обнаружив, шеф снова принялся изучать жезл.

В лапах Пуффа появилось две лопаты. Одну он дал Марку, второй принялся копать за спиной Яна.

– Что встал?! Помогай, – прошептал котище.

Ян не прореагировал.

Совершенно бесшумно, словно в немом кино, пущенном на удвоенной скорости, два землекопа быстро углубились на полный рост, сделав вал за спиной шефа.

– Надо его развернуть… С другой стороны прорыть.

– Но почему окоп кольцевой?!

– Бегать вокруг, быть все время за его спиной, а то, кто его знает – куда бабахнет! Он ведь его только разума лишил…

Ян прислушался, впрочем, продолжая изучать свой жезл. Марк выудил из кучи песка плоский камень, пошептал над ним, бросил вдоль поверхности воды. Камешек шумно шлепнулся в озеро, но не утонул, а весело запрыгал вдоль берега, оставляя концентрические следы, правда, быстро исчезавшие. Шеф мгновенно развернулся, и сгусток зеленой субстанции влетел в воду, где только что находился камень. Взрыв выбросил столб воды почти на десять метров. Следующий заряд лег ближе к цели. Пуфф и Марк бросились к разным концам дуги и к четвертому взрыву уже столкнулись лбами. Кольцевая траншея с заботливо обвалованным шефом в центре была завершена. Ян бросил взгляд на вал…

– Прелестный тир!

– Теперь передохнем, – вздохнул Марк, выбрасывая лопату.

– Ну-ну! – невесело усмехнулся Пуфф, кидая свое орудие труда следом.

Лопаты упали у ног колдуна, причем одна воткнулась, а вторая осыпала его мокрым песком. Ян перестал обстреливать камень.

– Что же мне теперь делать? – прошептал Уар.

Пуфф и Марк одновременно высунулись из укрытия.

– Как говорят в невообразимо далеком месте, – назидательно и желчно начал демон.

Колдун, было, открыл рот, но Марк неожиданно резко рявкнул:

– Пьяный дебош заказывали?

– Нн. еет! – выдавил Уар.

Из жезла Яна вырвался пучок зеленого света, отразился от поверхности озера и поджег сосну на другом берегу. Марк мгновенно оказался в укрытии, увлекая Пуффа.

– Уплачено, – донесся крик котищи уже со дна окопа.

Следующий выстрел шеф произвел точнее, но заряд попал в концентрический след на озерном зеркале и рассыпался на множество «бликов». Смертельная шрапнель разлетелась вокруг, сбивая ветви и шишки, впрочем, не причиняя вреда своему творцу. Горящие обломки сосновых ветвей посыпались вниз на Уара, угли попал за ворот, окончательно приведя в чувство неудачливого колдуна. Он прижал к груди свою книгу и кувырком скатился в окоп, оказавшись между двумя господами, сидевшими прямо на земле.

– Такс. Гости пожаловали. Что, наверху не нравиться? – поинтересовался мужчина, имевший зеленоватую шевелюру.

– Жарко? – участливо спросил огромный черный котище.

Он извлек из-за спины ковш и вылил его содержимое на дымящуюся спину колдуна. Тем временем в утреннем небе образовалась огромная мрачная туча. Громыхнуло, послышался треск ломающегося дерева, ствол рухнул где-то совсем рядом.

– Оно же пропало…

– Спас немного, специально для тебя.

– Помогите… – одними губами произнес Уар.

– Ага. Счас. Все брошу… Ты его разума лишил, а мы помогите! Сам исправляй, – сказал Пуфф и придвинулся ближе к жертве.

Из огромной пасти пахнуло рыбой, кислой капустой и перегаром. Колдун прижался спиной к мокрой стене, шевеля ногами будто жук, упершийся в стекло.

– Хомокритинус-тараканус, сколько оно действует? Отвечай! – котище навис над Уаром.

– Оно вечное…

– Прямо, дай-ка кастрюльку… – проворчал Марк и принялся изучать остатки зелья на стенках ковша.

Колдун забился словно припадочный. Ударила еще одна молния. Снова где-то рядом вспыхнула дерево. Озеро окончательно погрузилось во мрак, только багровые отсветы пылающей сосны да редкие молнии позволяли кое-что разглядеть. Пуфф грудью придавил колдуна.

– Ну, химик? – непонятно к кому обратился котище.

– От получаса до трех. В зависимости от возможностей объекта при однократном применении.

Уар неожиданно затих и пропел чистым высоким голосом: «Гроза и летние дожди, ты к ужину любимого не жди…»

– Если еще шерсть намокнет «точно не жди», я этого гада отправлю в вечность! – проворчал Пуфф, с тоской посматривая на небо.

– Может, укрыться в лесу? – предложил Марк.

– Шутишь? – котище развел лапами, поворачиваясь к демону.

Колдун воспользовался этим, выпрыгнул из окопа и словно заяц по снегу широкими зигзагами бросился прочь, что незамедлительно привлекло внимание Яна… Послышалась серия взрывов, затем треск рухнувшего дерева.

– Все. Ты тоже хочешь навестить предков? – мрачно спросил Пуфф.

________


Только не то колдун родился под счастливой звездой, не то хозяин Замка тысячи миров отсутствовал в буйствующем теле, но жертва сумела увернуться не только от молний, но и от падающего дерева. А поскольку Яна интересовало лишь нечто в поле зрения, Уар без особых приключений достиг Красной Рыси. Он так бежал, что едва не наступил на рыжего кота, пересекшего ему дорогу перед самым трактиром. Животное злобно зашипело, но тем не менее путь колдуна пересекло…

На пороге силы окончательно оставили колдуна, и он смог произнести только одну фразу: «Там пришли демоны…», прежде чем сесть прямо на пол.

– Вот и расхлебывай, – зло проворчал трактирщик, не выходя из-за стойки, и посмотрел в дверной проем.

Далеко в горах, над Ртутным озером рос исполинский холм свинцовых облаков. Масса быстро набухала. Иногда внутри тучи возникали неестественно продолжительные зеленые молнии, придавая ей коричневатый оттенок и сходство с исполинским сморчком. Ожидалась гроза, дождь и как следствие пустой зал. Жители Красной Рыси не любили выходить из домов в дождь… День безнадежно пропадал, трактирщик ощутил как получает вместо утреннего ароматного кофе холодное пойло, текущее прямо за шиворот. Он обожал встречать посетителей, наблюдать за ними, видеть, как зарождаются их планы, мечты… Предвкушение удовольствия витало в эти часы в зале, воздух был пропитан им! «Там не было такого ощущения, я не мог „видеть“ это… Где там? Уже неважно, я здесь», – подумал хозяин заведения, оглядывая незанятые столы «Рыжего кота». От мерзкого ощущения пустого зала, украденного наслаждения атмосферой предвкушения у трактирщика заныли зубы, он перестал тереть полотенцем и без того чистый хрустальный стакан и мрачно посмотрел на причину своих неприятностей. В этом взгляде Уар безошибочно определил не только, кого трактирщик считает виноватым, но и желание бросить тяжелый бокал виновному в лоб, и кто уцелеет при столкновении сомнения не вызывало… Какое-то урчание в стойке показалось ему похоронным маршем. Сэр Кирик (так он представился, когда впервые ступил на землю домена) отличался крепким, пропорциональным телосложением и чудовищной силой. Никогда и никто не решался нарушить порядок в заведении, поскольку при попытке устроить драку сильно выпивший гость покидал зал на скорости, позволявшей не только открыть дверь, но и преодолеть треть площади перед «Рыжим котом». Колдун сжался, но сэр Кирик посмотрел через стакан на грозу. Хрусталь нежно отозвался чистейшим тоном на раскат далекого грома, на миг осветив помещение всеми цветами радуги, словно внутрь угодил солнечный зайчик.

– Ха! Голодные гости… Отлично!

От этой фразы Уар окончательно пришел в себя и совершенно непонимающе посмотрел на трактирщика.

– Они пришли извне!

– А мы?

– Но демоны погубят всех…

– Во-первых, не всех, во-вторых, сначала попьют кофе, попробуют мои пирожные, мясо. Переночуют… – мечтательно произнес сэр Кирик, помолчал и добавил, – поговорим.

– Я, я сейчас спасу всех, – начал вставать колдун.

– Вон отсюда! – рявкнул трактирщик, резко поставив стакан.

Вокруг Уара закружился вихрь, и густой бас спросил: «А куда, собственно?»

– Домой.

– В резиденцию? – уточнил бас.

– Угу.

Голос противно хихикнул, колдун пропал. Трактирщик остался один. Он махнул полотенцем, и мелкий песок на месте Уара исчез, деревянный пол снова блестел зеркалом лака. Откуда было знать колдуну, что многие жители домена не столь просты…

К этому времени гроза стихла. Облачная гора растеклась, превратившись в обычный дождевой фронт, впрочем, быстро надвигавшийся на городок.

– Демоны могут промокнуть, – произнес трактирщик.

Он пошарил под стойкой и извлек за шиворот прямо на нее огромного рыжего кота. Зверюга перевернулся животом вверх и продолжил спать.

– Дело есть!

Один глаз приоткрылся, сверкнула синяя радужка, но веко тут же захлопнулось, и зверь снова заурчал словно компрессор старого холодильника.

– Слушай, киса. От вчерашнего шашлыка кое-что осталось.

Кот открыл оба глаза, поднял голову, оглядел стойку и только затем вопросительно посмотрел на хозяина.

– Покажи гостям дорогу.

– Мурр… – отозвался рыжий мышелов согнул лапку крючком и пододвинул к себе стакан, обнюхал, попытался просунуть внутрь морду, но тут его постигла неудача.

– Жрать меньше надо.

Кот встал, потянулся и прыгнул прямо в открытую дверь, где и растаял, не достигнув ступеней.


Глава 2. Красная рысь

Некоторое время Марк и Пуфф сидели прямо на дне сырого окопа. Попытка создать термос с горячим кофе тут же привлекла внимание шефа, или, точнее, того, что находилось в теле Яна, и экспериментаторы едва успели перебежать на другую сторону кольцевой траншеи, а оплывшая стеклообразная масса еще долго светилась в темноте. Дождавшись, когда дно немного остыло, они вернулись на место испарившегося термоса как более теплое и стали молча ждать, предавшись грустным размышлениям. Снизу медленно проступала вода. Прошло еще полчаса. На землю упали первые дождевые капли. Пуфф сердито засопел и отряхнулся.

– Хам, – меланхолично заметил Марк, не вложив в слово никаких эмоций, продолжая размазывать ногой грязь.

– Вшивый интеллигент, – не остался в долгу котище примерно с той же страстью в голосе.

– Пока не «вшивый», а просто грязный и мокрый, – поправил его демон.

– Не могу больше, уже плесень из ушей лезет, скоро на рокфор стану похож. Этот змей дешево расплатился. Деревом его прихлопнуло! Повезло… Как ему повезло! Марк, а если еще что-нибудь попробовать? Ты же на камешек нашептал? Получилось же…

– Это вначале было. Он тогда боролся с заразой…

Пуфф тяжело и выразительно вздохнул. Дождь усилился, но стало заметно светлее. Угрожающую черноту грозовых туч сменила серая пелена обычных дождевых облаков. Стало невыносимо противно и очень мокро.

– Надо выглянуть, я больше не могу.

– Чего не могу?

– Все. Терпеть не могу, помочь не могу, короче, если что почувствуешь – тяни за хвост.

– А если не успею…

– Сначала испарится вода, потом я, – проворчал котище, помолчал и уже веселее добавил, – зато умру сухим, а у тебя останется хвост, из него шарфик сделаешь.

Пуфф прижал уши и осторожно выглянул из укрытия, затем подтянулся на лапах… Ян стоял неподвижно, совершенно сухой. Дождевые капли огибали его, словно боялись заразиться, жезла видно не было. Вслед за исследователем высунулся Марк. Пуфф тем временем, прижимаясь к земле, уже продвинулся вперед и к ужасу Марка дернул шефа за штанину.

– Ты что, – зашипел демон и одновременно рванул что было сил толстый хвост к себе.

От неожиданности разведчик впился когтями в джинсы Яна, и вся компания оказалась на дне окопа в грязной луже, причем Марк внизу, на нем, прижав к животу Яна, Пуфф.

– Спятил? – спросил Пуфф, осторожно приставляя шефа к стене.

– Нервы не выдержали… Может, слезешь?

– Жалко стало?!

– Шарфик. Я запах паленого мяса не люблю. Может, все-таки слезешь? – повторил демон.

– Размечтался… – фыркнул котище, но встал.

– Все, не хочу больше один оставаться. Хватит. Сначала Ян, теперь вот едва тебя не потерял…

Морда огромного кота приняла неожиданно серьезное выражение, даже торжественное. Огромные зрачки показались Марку двумя колодцами в бездну, другой мир. Неистовое пламя рванулось навстречу и…

– Одиночество… – начал Пуфф, – может, и он там сейчас один!?

– Где? – не понял демон.

– А кто говорил, быстро пройдет? – сменил тему котище.

Марк протянул руку к голове Яна и закрыл глаза…

– Ну и?

– Знаешь, дома никого нет.

– В смысле не все дома?

– Нет. Именно никого. Если точнее выразиться, тело вот есть и функционирует…

– Ну, это мы видели.

– Ты слушать будешь или комментировать?!

– Молчу, молчу. Просто очень есть хочется…

Ян немного повернул голову и опять замер.

– А высшей нервной деятельности нет. Если пользоваться термином «душа», то она отсутствует, – закончил демон.

Дождь усилился.

– Ну, объяснил… И что теперь?

– Наверное, подождать еще, – не очень уверенно произнес Марк, – вдруг вернется.

– Согласен, только ждать лучше где-нибудь в сухом месте. Этот же кретин где-то жил, следовательно, есть крыша…

– А тело куда?

– Понесем, – пожал плечами Пуфф, – не оставлять же шефа под дождем!

– Как? Носилок нет…

– Он словно одеревенел, похож на статую. Вроде иногда шевелится, а коснешься – замирает.

– Может, подождем?

– Вот заладил – давай построим навес, костерок, отдохнем на природе?

– Ну, если крыша будет…

– А если сегодня начало сезона дождей?! Может, он длится несколько лет, за это время крокодильчиков высидим, желаете? Я поделюсь, – противно промурлыкал котище и принялся тереться о стену, при этом извиваясь, насколько это применимо к столь толстому существу. Наконец он резко повернулся и поймал желтую тварь. Животное оказалось немного больше крысы, действительно напоминало маленького крокодила. Охотник открыл пасть и хотел уже бросить туда жертву, но вдруг передумал.

– Марк, будешь?

– Брр… Нет, лучше пойдем.

– Пожалуй, я тоже не буду, пусть живет, – «крокодильчик» описал плавную дугу до ближайших кустов.

Они выбрались из траншеи. Взвалили «статую» шефа, точно бревно, и двинулись прочь, мимо потухшего дерева, сократившего жизнь колдуна.

– Слышь, волшебник, – подал голос котище.

– А?

– Зонтик бы…

– Самому слабо?

– Лапы заняты.

– И чем же?

– Придерживаю кроссовки шефа.

Демон вздохнул, что-то прошептал, и над процессией появился зонт.

– Превосходно. Идем-то куда? Сюжет увял. Главный герой – невменяем. Спутники несут его по сосновому лесу, сами не зная куда, окончательно утратив ориентиры и потеряв путеводную нить…

– Подожди.

Марк так резко остановился, что не будь ценного груза, котище налетел бы ему на спину.

– Нить, тело, след!

– Двух отключившихся я не донесу, – мрачно заметил Пуфф.

– И не надо. Ставим шефа, нужно руки освободить.

Марк направился вокруг обугленного дерева, зонтик последовал за ним. Котище был вынужден присоединиться, а за ним и Ян…

– Ну, что ты ищешь?!

Демон обернулся.

– А зачем ты повел тело?

– Само ходит, – меланхолично ответил Пуфф, наверное, мокнуть не хочет.

– Ладно, пусть. Вот! А трупа нет… Удрал! Смотри!

– Но здесь следы обрываются!

Марк присел, коснулся рукой влажной травы, бисеринки влаги потянулись друг к другу, сначала они укрупнились у ног демона, затем впереди… Словно невидимая кисть прошлась по влажной траве, четко обозначив тропу.

– А если выглянет солнце?

– Скептик. Куда делся твой оптимизм?

– Размок и окоченел.

– Одновременно? Забавно. Но ты же не должен ощущать это?! – удивился Марк.

– Кому «забавно», а у кого шерсть намокла. С кем поведешься, так тебе и надо. Я стал чрезвычайно чувственный или чувствительный, – Пуфф потер мокрой лапой нос, – впрочем, неважно. Напала меланхолия, мне холодно и противно. Это уже мазохизм или маразм? Да… Пошли что ли?

Демон ответить не успел. Что-то упало прямо на зонт. Он накренился, вылив на троицу некоторое количество холодной воды. Сюрприз мячиком скатился под ноги и тут же вскочил на четыре лапы.

– Мурр! – представился большой рыжий кот.

– Это еще кто?!

– Скорее, по твоей части, – ехидно отметил Марк.

Гость обежал троицу и принялся тереться об ноги, переходя от одного к другому, подталкивая, промокших путешественников друг к другу. Животное довольно урчало, стараясь заглянуть в глаза.

– Мы не местные, мы сами голодные, – мрачно изрек Пуфф и сглотнул слюну.

Рыжая бестия заурчала громче.

– Сдается мне, нас приглашают. Куда идти? – спросил Марк рыжего и взял Пуффа за лапу, а Яна за руку.

– Мяу! – завопил гость, словно клаксон тяжелого грузовика.

Лес, озеро, небо – все потускнело, теряя окраску, еще через мгновение черно-белый слайд реальности расплылся, трансформируясь в серое однотонное марево. Затем процесс повторился в обратном порядке, только реальность сложилась другая… Все трое, простите четверо, оказались на аккуратной площади прямо перед двухэтажным домом. Большая тяжелая дверь оказалась открыта. Над ней висел оранжевый щит.

– «Рыжий кот», – прочел Марк.

– Ты местный? – съязвил Пуфф.

Тем временем проводник исчез внутри заведения.

– Нет. Но, задумайся, если такое могут домашние животные, то каковы хозяева?!

– Они радушны и любят гостей. Я хозяин трактира, сэр Кирик.

Марку показалось, что он слышал эту речь на Земле несколько веков назад, но восприятие переключилось на «смысловую» составляющую, и ощущение пропало. На пороге стоял господин в кремовом холщовом костюме и сером фартуке. Но даже такое свободное одеяние не могло скрыть крепкого телосложения, сэр Кирик едва разместился в дверном проеме. Он окинул гостей с ног до головы, троица промокших до нитки господ под огромным, плавающим в воздухе зонтом, ничем не походила на страшных демонов. К тому же один из них был, похоже, болен. «Может, они пару дней погостят», – подумал трактирщик, и его настроение улучшилось. Морщины на немолодом, но красивом лице, сводившем когда-то с ума аристократок, разгладились. В глазах сверкнули веселые искры. Тем временем человек с зеленым ежиком густых волос махнул рукой, и зонт исчез.

– Я – Марк, это чудовище – Пуфф… – произнес демон.

– Пуффдарк, – поправил котище, отряхнулся и добавил, – а тело зовут Яном. Он немного не в себе или вне себя?! Ну, немного взбесился из-за одного кретина…

– Еще раз отряхнешься, взбешусь я!

– Тебе воспитание не позволит.

– А в ухо дать позволит… – начал закипать демон.

– М…мм, простите, та гроза?

– Угу. Только теперь он тише воды ниже травы, словом, социально не опасен, в окна не прыгает, морды не бьет, – скороговоркой выдал Пуфф.

Облака, наконец, достигли городка, упали первые капли дождя.

– Что же мы на пороге разговариваем, – забеспокоился хозяин заведения, – прошу внутрь.

________


Ян очнулся, среди бесконечных перемещающихся облачных перин, заключенный в мутный полупрозрачный кокон, если слово «очнулся» уместно к его состоянию… Состоянию навязчивого блаженства, похожего на шум моря, которое почти размыло и затопило душу, но в глубине наткнулось на скалу и теперь меняло мелодии наслаждения одну за другой, пытаясь проникнуть внутрь. «Скала, черная скала, она там…» – мелькнула отрывочная мысль. Она, как ни странно, позволила остановить распад, но не более того… Ян по-прежнему беспомощный и неосязаемый все дальше удалялся под аккомпанемент невидимого шумового оркестра… «От чего удалялся?» – родилась еще одна мысль, пожиравшая душу музыка стала затихать, невидимое море постепенно успокаивалось. Теперь он мог «лицезреть» все вокруг кроме тела, причем одновременно полную сферу. От невидимого «я» куда-то в облака уходила тонкая золотая нить. В таком состоянии беспомощного осознания-созерцания он провел час, день, год или век?!

Вдруг на «я» налетела удушливая волна, предвестница урагана, но совершенно иная, чем музыка блаженства. Мир закружился вокруг, а нить потянула за собой навстречу настоящей буре…

________


Дождь перешел в ливень. К шуму воды за окнами присоединилось потрескивание дров в камине. Рядом с ним за дубовым столом, отполированным кружками и локтями посетителей, сидели двое. Ян неподвижно смотрел на огонь, а Марк вытянул ноги к теплу и наблюдал за Пуффом. Котище щурился, стоя у каминной решетки. Его шерсть подозрительно быстро высохла и теперь выглядела весьма забавно.

Наконец из погреба вернулся сэр Кирик. Демон снова отметил несоответствие образа и содержания. Нет, роль исполнялась прекрасно, с удовольствием, но только…

– Извините, что заставил ждать, но средство от простуды хранится внизу и хорошо укупорено. Эти луковицы я мариную сам, в сочетании с одним напитком – просто чудо!

Он поставил на стол простую белую тарелку, накрытую стеклянным колпаком, и запотевшую бутылку с прозрачной жидкостью. Пока трактирщик ходил к стойке за стаканами, Пуфф успел открыть бутылку…

– Спиртик, хорошо помогает при промоченных лапках, дезинфицирует пищевод, лечит заложенный носик, – произнес он нежным голосом.

– Не сопьешься? – ухмыльнулся Марк.

– С одной бутылки?

– А здесь сенок, – добавил сэр Кирик, указав на тарелку, расставляя перед гостями хрустальные стаканы, – любую хворь изгонит, если вы, конечно, не принадлежите к определенной породе. Собственно, ничего не имею против них, но тогда лучше не есть эти луковицы.

– А мне-то можно?

Трактирщик долго и пристально смотрел на необычного гостя и развел руками.

– Не знаю.

Котище налил понемногу в три стакана и посмотрел на хозяина кабачка. Но тот отрицательно покачал головой.

– Только утро, да и на работе я…

– А у нас не поймешь что – ни день, ни вечер… Служба застопорилась, – Пуфф некоторое время словно изучал Яна, – а есть как хочется, придется кушать ваш этот корнеплод.

– Ты, дорогой Пуфф, только об этом и думаешь, похоже, можешь сожрать все, даже крысиный яд вместе с упаковкой, – проворчал демон.

– Фи, как не интеллигентно, а еще Страж, – не поддержал котище и, приподняв крышку, вытащил лапой луковицу и бросил в пасть.

По комнате поплыл устойчивый знакомый запах, но столь сильный, что Марк никак не мог его определить. А через мгновение Пуфф широко открыл рот и принялся судорожно хватать воздух лапами.

– Жить будет? – испуганно спросил демон.

– Должен, это нормально, – усмехнулся сэр Кирик и пододвинул гостю стакан…

Проказник тут же преобразился, ловко обхватил лапой предложенное. Затем крикнул: «За здоровье шефа», словно заправский пьяница выдохнул прямо в лицо Яну и вылил содержимое себе в пасть. До Марка докатилась отразившаяся удушливая волна запаха маринованного чеснока! Даже в ослабленном виде ее хватило, чтобы демон закашлялся.

– Ну, ты и инфекция…

– Дезинфекция, а тебе это не повредит, – перебил котище и посмотрел на Яна.

Шеф судорожно хватал воздух ртом, а в глазах появилось некое осмысленное выражение.

– Сестра, зажим! – неизвестно к чему заорал Пуфф и хлопнул толстыми лапами, стакан поднялся в воздух и выплеснул содержимое в рот шефу, «больной» проглотил и часто-часто задышал.

– Сестра, тампон!

Крышка подпрыгнула, котище сцапал самую большую очищенную дольку и с криком: «Лечить так лечить» отправил ее прямо в рот Яну. Секунды три ушло на пережевывание пищи, затем шеф вскочил… Пуфф прижал уши, зажмурил глаза.

– Сестра, окоп? – успел съязвить Марк, параллельно ища глазами путь к бегству.

– Воды! – наконец выдохнул Ян.

Сэр Кирик протянул пол-литровую кружку, затем еще одну… Ее «больной» выпил только на треть, вздохнул…

– А у вас не найдется на завтрак что-нибудь еще? – спросил он, усаживаясь на свое место.

– Вернулся! – обрадовался Пуфф и проглотил слюну, да так шумно, будто ее было целое ведро…

– И еще, если в этом мире есть, конечно, – хозяин Замка тысячи миров мечтательно прикрыл глаза и в воздухе поплыл чудесный аромат.

– Кофе, обижаете… И я думаю не маленькую чашечку, а…

– Тазик, небольшой тазик, а то было так сыро, так грязно, – загнусил Пуфф.

Ян попытался ухватить котищу за ухо, но промахнулся.

– Незя, я это, как его, домашний Хранитель очага! Во! Не, домашнего очага или… Животных бить нельзя! Нужно гладить и чесать за ушком! Хорошо кормить…

– А хранитель руки мыл перед едой?

– Я весь мылся, в окопе, на берегу озера.

Пуфф предъявил свои передние лапы, на них засохли комки белой глины. На Марка было страшно смотреть.

– А, лапы? Счас.

Безобразник высунул язык и по-кошачьи принялся облизывать глину, периодически сплевывая на пол.

– Ну, знаешь… – и интеллигентный демон потерял дар речи.

– Знаю, но так крепко пристала, – нагло ухмыляясь, ответил Пуфф.

– Насчет тазика это он у нас… – начал Ян, но задумался, подбирая определение помягче.

– Хам трамвайный, – закончил Марк, наконец, приходя в себя.

– Сейчас сделаю кофе и разогрею шашлык, вчерашний, но хорош! В дождь я обычно не готовлю, все равно никого нет, – и хозяин удалился.

– Это кондуктор или контролер? – на голове Пуфа появилась фуражка, в одной лапе рулон бумажных полотенец с изображением билетов, в другой – компостер соответствующего размера. Морда приняла озадаченное выражение.

– Пассажир, – хмыкнул Ян, снимая кроссовки и вытягивая ноги к огню. Затем он взял «билетный» рулон, отмотал кусок, с наслаждением скомкал его и засунул в кроссовку.

Марк и Пуфф замерли, с ужасом наблюдая за шефом…

– Вы чего? Ноги у меня мокрые и замерзли. Не до приличий, тело на сухое место ставить надо было, – произнес Ян назидательно, заталкивая большой ком бумаги во вторую кроссовку. Тем временем от красных носков начал подниматься пар.

– С вами все в хорошо? – осторожно осведомился Пуфф, пряча на всякий случай компостер за спину.

– Какое к лешему «хорошо», – передразнил шеф, придвинувшись к камину, – носки сырые, в животе урчит!

Компостер выпал из лапы Пуффа и глухо ударился об пол.

Вернулся трактирщик и поставил на стол большое блюдо подрумяненного дымящегося мяса и тарелку со стопкой черного хлеба. Ян прикрыл глаза и всем своим существом ощутил восхитительный запах сочных, покрытых изумительной корочкой кусочков, запах теплого ржаного хлеба. Ощущение жизни оказалось столь сильным и объемным, что хозяин Замка выпустил когти, проткнул указательным кусок мяса и, жмурясь от удовольствия, съел.

– Потерпите минутку, вилки и кофе принесу, – ничуть не смутился трактирщик.

– Шеф, но…

– Не съехала ли крыша? Но, дорогие мои, вам не угодишь – окаменеешь, плохо. Интерес к жизни прорежется, и это не то… Сэр Кирик, где же вы?

– Иду, иду.

Трактирщик налил кофе. Ян с восхищением втянул этот чудесный запах, положил мясо на тарелочку, взял хлеб.

– Жизнь – это ощущения, и она прекрасна, даже если кофе нелогичен.

– Чего? – не понял Пуфф.

– Несимпатичен? – не понял трактирщик.

– Нелогичен. Напиток из кофейника, а пенка как из машинки высокого давления.

– Пенка не из машинки, а из ваших воспоминаний, – поправил сэр Кирик.

– Надеюсь, оттуда больше ничего не появится, – проворчал Пуфф и насупился.

– Все под контролем!

– Видели мы этот контроль…

– Угу, – подтвердил Марк.

– А я нет, – ехидно заметил Ян, – а ты почему не кушаешь, Пуфф?

– Денег нет.

– Раньше тебя эта проблема не волновала.

– «Раньше» – это когда или до чего? Меня многое не волновало, но чем дальше – тем хуже. Вот, например, ваше странное поведение… В смысле – отсутствие, вызвало не только естественное желание разыскать, но и, можно сказать, нанесло душевную рану!

– Так…

– Вы, рискуя жизнью вытащили нас с Марком в том озере, куда нас эта падаль тянула, а потом… Жаль… – и Пуфф опустил глаза.

– Что?

– Экскрементатор, тьфу, экспериментатор, едва нас не угробивший, пропал.

– Да нет, – вмешался сэр Кирик, – никуда он не пропал, пока не пропал.

– Да?! – оживился Пуфф, – и где они изволят пребывать?

– В резиденции, доме главы домена.

– Мне выйти надо, – сообщил Пуфф, пряча глаза и пробираясь к выходу, – это, живот болит!

Ян и Марк вскочили, одновременно сообразив, к чему идет дело…

– Обкакаюсь, – гадливо произнес Пуфф, раздуваясь как мяч, – и сильно!

– Ты ж не ел ничего? – прищурился Марк.

– Пожалуй, кроме чеснока, – добавил Ян, отрезая путь к окну.

– Может, лучше пусть идет? – напугался трактирщик, которому совершенно не хотелось мыть зал.

– Ага, так у вас есть хотя бы резиденция главы домена, но если наш друг сейчас удерет, да еще в таком состоянии! Кстати, ты адрес не спросил, заблудишься!

Пуфф замер…

Ян воспользовался этим, изловчился и поймал хвост Пуффа: – Пуффдарк, будь любезен, потерпи минуту.

– Домен имя, адрес имеет?

– Да, «Красная рысь», но…

– Что, но?

– Вообще-то «Кровавая рысь».

– Значит, была хозяйка…

– Она и сейчас есть, – кошечка ведьма, ужас. Или ведьма-кошечка.

Пуфф перестал вырываться и прислушался.

– Успокоился? Не время убивать. Да и где будет жить эта особа, если ты там порезвишься?

Пуфф тяжело и очень несчастно вздохнул.

– Пива к мясу хочешь? В компенсацию?

– Шеф, это же даже не обед! – возмутился Марк.

Котище, смекнув, что на данный момент улизнуть не удастся, пустил слезу и кивнул.

– Сер Кирик, взятка для товарища найдется?

– Легко!

К возвращению трактирщика с запотевшей литровой кружкой Пуфф вернул себе прежнюю форму и уселся обратно за стол.

– Прошу, – произнес трактирщик, протягивая кружку.

Котище понюхал, сделал маленький глоток, затем аккуратно поддел вилкой кусок мяса, положил на хлеб, с нескрываемым удовольствием съел и запил пивом.

– Продал святую миссию за понюшку табаку, как низко я пал, – констатировал Пуфф, уплетая второй бутерброд и запивая его пивом.

– Падешь низко, если будешь по утрам хлестать пиво, это приведет к алкоголизму, интоксикации организма, болезни почек, целлюлиту… – выдал Марк.

Шерсть на кошачьей морде побелела, он закатил глаза.

– Ужас, я весь покрываюсь апельсиновой коркой, особенно попа и хвост! Я в шоке…

– Тьфу, оговорился, не целлюлит, а церроз печени!

– А, – сказал Пуфф разочарованно, и седина с шерсти пропала, – ну тогда еще ничего, а то я так переживал за свой хвост… Такой лысый, пупырчатый, весь в целлюлите, а крема антицюлюю… Тьфу, ну против этой напасти здесь нету.

– Я не уверен, что у тебя и печень-то есть, – отметил Ян, которому хотелось посидеть, покушать, после вздремнуть, а не ловить Пуффа или разбираться в последствиях его мести.

– Совести у него нету, – тяжело вздохнул Марк.

– Не факт.

Трактирщик наблюдал за происходящим с видимым облегчением.

– Значит, громить никого не будем и какать тут тоже? – наконец, спросил он.

– Совершенно не будем, чистота – залог здоровья, – котище извлек откуда-то огромную бумажную салфетку, шумно высморкался и бросил бумажный ком в камин.

– А первое? – строго спросил шеф.

– Поклясться, конечно, не могу, видите, аллергия на паразитов, – Пуфф заерзал, почесывая лапы, затем съел еще один бутерброд, отпил пива и успокоился.

– Отлично. Хотя бы отсрочка. Поговорим, наконец, о деле. Марк, прошу…

Демон извлек свой компас. Маленькие золотые листочки на тонкой нити.

– Никогда не видели фрагментов такого ожерелья, сер Кирик?

Трактирщик осторожно взял нить, какое-то время рассматривал на ладони и отрицательно покачал головой. Затем поднял за нить, листики замерли, стали раскачиваться, словно маятник, причем, описывая эллипс. Кирик толкнул нить, изменяя плоскость колебаний, но маятник быстро восстановил направление.

– Уже кое-что! – обрадовался Ян.

– Поясните, – не понял хозяин заведения.

– Понимаете ли, – начал Марк…

– Ты кратко.

– Это часть ожерелья моей пропавшей сестры. Она, как бы помягче…

– Чего мягче-то, – встрял Пуфф, – была принесена в жертву какими-то уродами, но в последний момент выскользнула и ухнула в провал меж мирами. Где мы только ни были, через что только ни пролезали, от кладбищ до канализации… Дворцы, правители, храмы… Собственно, часть листиков и была найдена по дороге, из чего следует – что Марк не псих, и мы тоже вполне в здравом уме. Смотри сюда…

Взгляды Пуффа и Кирика встретились. Кошачьи зрачки расширились, радужка вспыхнула зеленью.

– Приврет? – спросил Марк.

– Не мешай, – зашипел Пуфф, – телевизор расстроишь, тут и без вранья образов выше крыши…

– Про телевизор-то откуда взял? – прошептал в ответ Ян.

– Ну, пожалуйста, товарищи, тише, тише…

Ян успел насладиться парой бутербродов и задремал. Сон… В стеклянной колбе, похожей на восьмерку, рывками падал песок. Кто-то отмерял шаги, но лица не было видно. Только шаги, и песчаный ручеек пульсировал в такт. Внезапно в воздухе появился мясницкий топор, от неожиданности Ян вскинул руки и проснулся.

Пуфф и Марк смотрели в потолок, где в балку врезались осколки чашки, ранее бывшей в руках Яна. Перчатки шефа были на месте.

– Рецидив?! – испугался демон.

– Просто сон, задремал я.

– Точно? А ты говорил ерунда, – прищурившись, надулся котище и повернулся к Марку, – я все-таки прогуляюсь в туалет.

Маятник выпал из руки очнувшегося трактирщика.

– Не одна книга… А ведь лучшая плата мне – истории. А говорили, денег нет… – довольно улыбнулся Кирик, – да ты, милый друг – просто мешок с золотом!

– За милый друг по отношению к проигрывателю – спасибо. Вообще – то это не только моя жизнь, да и золото я не очень люблю, липкое оно, – Пуфф скромно потупил взгляд, вспомнив взорвавшийся баллон с силиконовой смазкой.

– Хорошо, пусть всей компании, неважно! Как все классно.

– Не совсем, я уже разбил кое-что, ведь только задремал и, – Ян показал на осколки в потолочной балке.

– Вам нужно просто отдохнуть и выспаться. А вам, любезный рассказчик, поберечь его сон, а не бегать бить кое-кого в переулке. Никуда он не денется.

– Точно? – строго спросил Пуфф.

– Точно. Мог бы – свалил раньше.

– А что снилось? – подал голос демон.

– Песочные часы и мясницкий топор, я отмахнулся и, видимо, отбросил чашку, – пожал плечами Ян.

Марк закашлялся, прошлое видение часов закончилось рудниками Странвалля.

– Нет у меня никаких предчувствий, успокойся.

– Видел бы ты себя на озере…

– Какая связь?

– Никакой… – вступился Кирик, – часы с топором – ерунда. Это правителю нашему срок подошел, а кошечка уже измучилась и бегает туда-сюда, вот эта муть всем и снится.

Замечание трактирщика немного успокоило демона, и он снова попробовал раскачать маятник из ожерелья.

– И толку, теперь он качается вообще туда-сюда, да еще несимметрично!? – удивился Марк.

– Ха, ну это просто, – произнес трактирщик, – малая фаза указывает на озеро, туда вас притянуло, а вот большая фаза – к выходу на Холодный тракт.

– Куда?

– На тропу, или как там это назвать.

– То есть циклопический кусок пены, связка шаров и есть домены!?

– Можно сказать и так, скорее, виноградная гроздь без начала и конца, дорогой Пуфф.

– Следовательно, Холодный тракт – и есть дорога между доменами, – подытожил Ян, – нужен транспорт или колдовской ритуал для перемещения.

Пуфф потрогал хвост и обреченно вздохнул. Прошлый вариант путешествия колдовскими тропами ему не понравился.

– Далеко не все домены пригодны для жизни, – мрачно заметил Марк, – если, конечно, верить увиденному извне.

– Хуже того, и сама дорога не особенно приветлива. Мы не путешествуем по ней без особой нужды… Вообще стараемся не покидать домен, поскольку он стабилен.

– Отсюда так высока цена рассказов путешественников?! – заметил Ян.

– Да. Остальное успешно транслируется.

– Так, и где нам взять транспорт? Что посоветуете?

– Ну уж не ритуал, это точно. Нужен транспорт без магии, точнее, с иной магией. Ну, если справитесь с этим железом… Можно попробовать взять взаймы у главы домена…

– У хозяйки домена?!

– Нет, пока она его не сожрала, то у главы домена. К тому же, он вам должен немало, – и Кирик многозначительно посмотрел на Пуффа.

– А успеем?

– О, она теперь, думаю, будет ждать вас, часы остановятся, и у нее появится выбор, любознательна очень!

– А что у них за отношения? – заинтересовался Ян.

– Эх, были б отношения – не было б проблем! Он хотя бы спросил. Она только успокоилась, пережив прошлую историю с неудачным романом, и нате, пожалуйста – этот козел. Расспросил бы жителей, справки навел! А когда после вступления его в должность она не пришла в воскресенье попить кофе, а он появился один – мы поняли, опять беда. Как во власть – сразу, а как расплачиваться… Подумаешь – морда рысья, зато фигура какая – закачаешься!.. Снова кризис, опять кровь, истерики, дом заброшен… Топает в межмирье, спать не дает. Извините.

– Она ему не понравилась или он ей?

– Сами спросите, что там кому… Я и так лишнее сболтнул, сплетни не хочу пересказывать…

Ян зевнул.

– Пойду номер приготовлю, там на втором этаже один большой из трех комнат есть, кровать поставим в гостиной – а вы посторожите его. Дождь будет, похоже, весь день.

– Что же мне так спать-то хочется!?

Троица поднялась на второй этаж вслед за хозяином заведения.


Глава 3. Готика. Прелюдия

Примерно часом ранее, когда голубоглазого вестника счастья извлекли из-под стойки, Уар вернулся в резиденцию, точнее, его вернули, втолкнув в широко раскрытую пасть дома главы домена. Створки ворот захлопнулись.

В полной темноте горела толстая красная свеча, не освещавшая ничего вокруг. Колдуну захотелось броситься назад, он медленно повернул голову к закрытой двери – колеблющееся пламя последовало за взглядом.

– Наваждение, – одними губами прошептал Уар.

У свечи появилась талия, тело стало прозрачным, внутри сыпался золотой песок. Верхний резервуар был почти пуст.

– Хозяин вернулся?! – насмешливо произнес бархатный голос, похожий на шелест песков времени.

– Уу…

– Властелин Bloody Lynx, повелитель Кровавой Рыси – повелевай, властелин домена!!! До полночи… А после, разделочную комнату ты видел…

Порыв ветра задул пламя. Свеча пропала, вместе с ней тьма. Лишь обычный рассеянный свет падал сквозь давно немытый купол в громадный овальный зал. Тумба с оскаленной рысьей головой из красного камня по-прежнему стояла в центре зала. Уар машинально расстегнул куртку, взялся за цепь… Зачем он ее тогда надел!? Никакой практической пользы от украшения не было, хуже того, игрушку больше не удалось снять, лишь спрятать под одежду. Очередной пустой символ, золотой треугольник с изображением открытого глаза на одной стороне и закрытого на другой.

Колдун поплелся к лестницам в противоположном конце зала. «Как же я устал, нужно поспать хотя бы час, да, один час. Кабинет, кресло», – пронеслось у него голове.

«Зачем ввязался? Зачем, зачем… Властвовать хотел», – ворчал колдун, разговаривая сам с собой и медленно поднимаясь по лестнице на галерею второго этажа.

________


– Полночь, однако, Уар… – пропел чарующий голос.

Колдун мгновенно очнулся в холодном поту.

В лунном свете на подоконнике вытянутого готического окна, кутая великолепное загорелое тело в шкуру рыси, словно модель сидела она. «Проспал последнее часы жизни», – с ужасом подумал Уар.

– Повелитель Кровавой Рыси! Бывший повелитель! Наконец я здесь.

– Это… ты собираешься меня изнасиловать?!

– Интересное предложение, но запоздалое, – существо спрыгнуло с подоконника, прошлось по кабинету, цокая каблуками и грациозно покачивая бедрами, тряхнуло коротко подстриженными волосами и резко развернулось. Вместо лица юной девы оскал рыси свирепо блеснул клыками…

– !?

– Теперь я собиралась тебя съесть!

– О… – Уар начал терять сознание.

Особа еще раз повернулась на каблуках, лицо сменило морду.

– Какие мы нежные… Когда демонов в слуги хотел, был смелее.

– Я ж не знал, – вяло возразил колдун.

– Теперь узнал? Один тебя хотел после событий на Ртутном озере четвертовать, повесить, продать в ад, убить, весь список привести не берусь, как и препятствовать вынашивающему этот план мести…

– Все одновременно? И ничего этого не произошло, значит, их здесь нет, – набрался смелости колдун.

– Тут – да. Они у Кирика в гостях.

– Я думал, они остались на озере.

– Думал, – зарычала дева, – ты ни разу не думал вообще!!! Причем с момента прибытия!

Дева махнула кистью, с вытянутых кончиков черных ногтей слетели искры, все, что было на столе, рассыпалось золотой пылью и исчезло. Особа уселась на стол.

– Понимаешь ли, мой ужин с чувством юмора, – дева залюбовалась ногтями, – прекраснейшего успели поймать за хвост когти покрепче моих, а это, пожалуй, единственный аргумент, если, конечно, не считать мелкого подкупа, продлившего твои мучения здесь.

– Ты увидела!?

– Почувствовала.

– Что же мне теперь делать?

– Не прошло и года, совета спросил…

– Лучше поздно… – Уар покосился на великолепные ноги своего палача.

Дева спрыгнула со стола, подошла к зеркалу… Голова вновь стала рысьей, существо посмотрелось в зеркало, показало себе зубы, расчесало ногтями шерсть, сморщило нос. Затем повернулось попой к зеркалу, откинуло шкуру…

– А ты прав. Хороша. Но наряд нужен. Причем деловой костюм, подчеркивающий красоту тела.

– Убьешь меня на столе с бумагами?

– Перед ними, измазав бухгалтерскую книгу кровью, – добавила дева, противно хихикнув, – я хочу их видеть!

– И что тебе мешает? – набрался смелости Уар.

– В номере тьма. Словно что-то укрыло собой комнату. Я хочу обед!

– Сейчас ночь… колдун шел по лезвию, но каждая удачная реплика немного отдаляла разделочную. Никогда в его жизни слова не стоили так дорого. Кто же мог подумать, что умение играть словами может быть полезнее боевой магии.

– Думаю, черные, присборенные на бедрах брючки, зауженные внизу…

Великолепные ноги укрыли брюки из черной ткани.

– Плевать. Отнесешь приглашение…

Колдун поперхнулся. Ему вспомнился мохнатый, мокрый и очень злой тип в окопе у озера.

– Белая блуза, глубокий вырез…

Шкура трансформировалась в блузу, заправленную в брюки. Лунный свет окунулся в ткань, и белый стал отливать голубизной.

– Ладно, так отправим. И черный пиджак, вот только укороченный или удлиненный?

– Второй вариант закроет верх этих брюк и будет топорщиться, – неожиданно для себя выдал Уар.

Дева обернулась и долго смотрела на него холодными желтыми глазами, впервые не как на кусок мяса.

– Займемся делом.

– Я слушаю.

– В столе есть бумага с гербом – пиши.

– Любезные господа…

Она молча прошлась по кабинету, Уар продолжал писать. Дева взяла лист быстро прочла.

– Захочешь – слышишь. Может, и думать научишься?

– А как послать, по книге имен?

– Один раз ты уже пробовал.

– Ну не вышло, признаю.

– Там сейчас только тронь, после тебя, гад, один из гостей даже во сне отмахивается от видений. Если твое пойло себя снова проявит, окоп будем рыть все вместе! Обезьяна с гранатой покажется детской шалостью. Озеро помнишь?

– Да, мадам. – вдруг Уар явственно ощутил, что клыки чуть-чуть отдалились от его орла.

– Что да?!

– Вы хотели отправить письмо, но как?

– По факсу.

– Не понял.

– Да. Откуда ты такой… Пожалуй, эконом из тебя не получится.

– Да, мадам. Я научусь, мадам.

Рысь подняла одну бровь. Уар честно смотрел в глаза и был совершенно искренен. «А, может, эконом из него и получится… Вот только снял бы кто цепь. С экономом веселее, чем с фаршем», – подумала дева.

– Смотри, – коготь указал на аппарат с кнопками и трубкой сбоку, – снимаешь, гудит?

– Да.

– Сюда лист, нажимай – один, семь, два, три.

– Трактир слушает, – послышалось вместо гудка.

– Повтори: «примите факс».

– Да, мадам.

– Я тебе счас покажу «мадам», – донеслось из трубки.

– Извините. Примите факс для постояльцев номера, – Уар вопросительно взглянул на рысь, лакированный черный ноготь нарисовал в воздухе цифру одиннадцать, – одиннадцать.

– То-то, стартуем, – и из трубки раздался писк.

– Жми зеленую и клади трубку.

Аппарат втянул лист, подумал секунд тридцать, пискнул и выплюнул лист.

– Он вернулся?!

– Да. Может, проще съесть, – сказала сама себе рысь.

– Но, мадам?! Я же никогда таких штук не видел.

– Блин! А что ты делал в резиденции все это время?

– Ну, это, правил… – развел руками Уар.

– Ладно, звони и спроси – получили?

– Да, мадам. Один, семь, два, три… Здравствуйте еще раз. Лист получен? Вручите? Спасибо.

________


Дождь все продолжался, но это был просто дождь, которого так ждали розы «Красной рыси». Из номера гостей не доносилось ни звука, видимо, Ян спал, а его товарищи все же вняли просьбе и не отправились на разборку. Кнопс давно закрыл дверь. День был явно удачным, даже погода и пустой при таких условиях зал не испортили настроение трактирщику. Увиденное в кошачьем стереовизоре с лихвой компенсировало обычный утренний набор событий маленького городка. Как ни старался Пуфф сократить фильм от ненужных с его точки зрения сцен, не нарушив основную линию, оставшейся части хватило на многосерийный боевик.

Далеко за полночь размышления трактирщика прервал факс.

«Интересно… Ба, резиденция…» – пробормотал Кнопс, узнав номер на дисплее.

«Слышал в трубке второй голос… Значит не сожрала и в реальности. Что же нам они прислали? О, приглашает моих постояльцев на обед! Конечно, вручим. Ситуация стабилизируется», – подумал трактирщик и отправился спать.

________


– Или все же не есть?

– Не есть, мадам. Я не мылся после озера, спина в зелье… Могу, это, накрыть на стол и помыть пол.

– Хорошо. Если соберешь свои мозги в кучу и переживешь их визит, получишь новый шанс. Правитель домена… в качестве эконома. Но если дело примет оборот Ртутного озера, если испортишь встречу… Если они разнесут дом, и ты сдохнешь под его обломками…

Комната осветилась багровым светом. Дева оказалась прямо перед Уаром, блуза приобрела кровавый оттенок, а нос, мокрый рысий нос уперся в щеку, ногти аккуратно сжали горло.

Колдун снова начал терять сознание.

– Слушай, придурок, хорош в обморок падать! Женщина обернется к тебе именно тем ликом, какой ты хочешь видеть! Видишь в ней тварь, так и будет. Сгинешь под руинами – душу твою достану, и каждый день у нее будет новое тело!

– О…о…

– И, наконец, я научусь на тебе разделывать мясо аккуратно! Ты можешь сказать что-то кроме «о»?! Не дано. Лучше приведу себя в порядок. А то предшественник твой все мясника ждал, а если очень ждешь…

Уар отключился.

Когда он пришел в себя, девы уже не было. Если обед удастся – у него появляется шанс. Нужно сделать все красиво. От рыси пока толку мало – она еще не в силе. «Так, правитель из меня не вышел, колдун, да уж – может, эконом? Порядок, красиво и обед. Поспал я в качестве правителя, теперь за работу! Они же меня не убили сразу, почему сейчас не повезет? Кстати, попробуем мои навыки в новом деле…»

________


Если бы кто-то наблюдал за домом на холме этой ночью…

В полночь в башне напротив купола исчезли каменные блоки в оконных проемах, им на смену появились великолепные витражи. Впервые за год ярко светились стрельчатые окна, и странные тени мелькали за занавесями…

Она стояла перед распахнутым окном, вдыхая аромат ночи. Дождь перестал. Дом у ее ног был освещен. Внутри шла работа. Ее несостоявшееся жертва честно и педантично приводила хозяйство в порядок. «Может не успеть все. Неважно, главное вход, зал и столовая. Да, помочь я не могу… мешает цепь с треугольником. А если кто-то из гостей? Как они себя поведут»… – дева подошла к зеркалу. «Эмоции, конечно, иногда выходят из-под контроля», – она потрогала рукой клык. Впрочем, появление троицы немного изменило цикл «попался – съела», да и можно ли их есть?


Глава 4. Готика. Пробуждение

Когда Ян вошел в номер и увидел кровать, заботливо поставленную посредине гостиной, он просто рухнул в ее объятия, даже не снимая обуви.

Первый раз он проснулся от того, что кто-то осторожно трогает руку.

– Шеф, как? – спросили одновременно Пуфф и Марк.

– Нормально, – только и успел прошептать Ян, прежде чем уснуть снова.

Еще через час история повторилась. Потом еще через час, Ян успел разглядеть наклонившегося к нему демона с мечом и Пуффа в позе будды перед дверью, и кроме рапорта о своем состоянии снять одну кроссовку.

Прошел еще час. Демон ходил вокруг кровати, положив меч на плечо, а котище внимательно следил за стрелками огромного механического будильника, который держал перед собой. Сказать, что будильник тикает – значило не сказать ничего…

– Ну, проверка? – спросил Марк шепотом.

– Еще две мурнуты, минуты…

Ян сел на кровати и внимательно посмотрел на своих стражей. Снял вторую кроссовку.

– Докладываю. Пока здесь. Сны не снятся. Пульс нормальный, самочувствие – хреновое.

Охранники насторожились.

– Вы же будите меня каждый час!

– Реже незя. Вдруг самочувствие ухудшится, а мы не в курсе!? – строго произнес Пуфф, ловко увернувшись от кроссовки, продолжая коситься на циферблат.

– Вот и кидаетесь вы… А внешние сновидения мы отключили, а то мало ли что! – согласился с ним Марк.

– Я себя чувствую в изоляторе психбольницы!

– Превосходно, это я и пытался сделать, – Пуфф потер лапы, уронив будильник. Часы из бабушкиной юности перестали тикать.

Тут Ян, наконец, обратил внимание на прозрачный купол, немного искажавший изображение вне себя. В сферическую завесу, похожую на водяную, прямо напротив двери был встроен котище в позе будды.

– У больного две просьбы. Первая – достать где-нибудь электронные часы. Вторая – не будить ночью.

На полу появился фонарный столб около полутора метров ростом и электромеханические часы на нем.

– Ну? – котище вопросительно посмотрел на Яна, приподняв одну бровь.

Минутная стрела с выразительным «клац» перевелась на одно деление.

– Ты, что, издеваешься?

– Нисколько. Я переживаю. У нас, это… комплекс невинности…

– Чего?

– Виновности. Тьфу. Вины, во!

Марк кивнул. «Клац», – добавили часы.

Ян схватил подушку и бросил в часы. Столб изогнулся как резиновый и ловко спрятался за спину Марка, а подушка пролетела сквозь завесу. «Клац», – прокомментировали часы из-за спины демона.

«Что-то минуты коротковаты. Похоже, точность они переняли от автора. Как же мне выспаться, они ведь теперь не успокоятся. О, идея», – подумал Ян.

– Предлагаю сделку. Я попробую приоткрыть свое «Я», или как уж оно там называется, и вам легче будет понять, что все в порядке. Часы меняем на бесшумные и точные, а вы не будите меня каждый час.

– Нельзя, – сухо сказал Пуфф. – Мы не дома.

«Клац», – согласились часы.

– Ну, хорошо. Тогда так.

Над кроватью, примерно в метре возник зеленоватый трехмерный контур тела. Ян ткнул когтем себе в плечо – поверхность плеча индикатора окрасилась желтым. «Клац» – донеслось очередное замечание из-за спины Марка. В такт прозрачный двойник из зеленого стал пурпурным.

– Хорошо, хорошо, зачем же так переживать, – замурлыкал Пуфф, – мы не знали, что это так вас беспокоит. Сейчас все поправим.

Фонарный столб высунулся из-за спины демона, вместо стрелок под стеклом светились зеленые цифры.

– Уф. Могу спать, вредители?

– Не вредители, а хранители, – желчно поправил Пуфф.

– Марк, ну… Ты то…

– Он прав, я его всецело и полностью поддерживаю.

– Какой кошмар!

На этом месте Ян зевнул и снова провалился в сон.

________


Ближе к двенадцати дня Кирик забеспокоился. Из номера гостей никто не выходил, а приглашение, лежавшее на стойке, было на пять пополудни. Трактирщик взял лист и отправился на второй этаж. На стук в дверь номера одиннадцать никто не ответил, створка медленно приоткрылась, дверной проем закрывала плотная занавесь, более всего напоминавшая меховую черную шкуру…

– Ой, это же его, – вырвалось у трактирщика.

– Тсс… Заходите, – произнесла занавесь.

Кирик даже не успел ничего подумать, как толстая, покрытая шерстью анаконда обхватила его и утащила за кулисы странного занавеса. Мгновенье липкой темноты, и гость был аккуратно поставлен внутри купола.

Здесь царила глубокая ночь. Прямо перед ним на кровати кто-то лежал, над ним висело слабо флюоресцирующее тело человека, сквозь которое просвечивал Марк с огромным мечом на плече. Демон бесшумно ходил за изголовьем. Ритмичные зеленые всполохи делали его образ особенно угрожающим. Трактирщик обернулся, пытаясь определить источник света. В позе будды напротив двери, словно запечатав ее, сидел Пуфф и внимательно смотрел на два зеленых табло. На первом светилось двадцать три часа десять минут, на втором десять пятьдесят восемь и еще два разряда числа, убывавшего каждую секунду. Это табло было прикреплено к низкорослому фонарному столбу с витиеватой ковкой.

Трактирщик показал лист. В зеленом полумраке он был совершенно чист… Тогда Кирик подошел к часам и постучал ногтем по крышке, хронометр изогнулся и «уставился» своими табло на нахала. Котище свел брови, и два зеленых ока почтили своим вниманием хозяина гостиницы. Но тот, нисколько не смутившись, указал на хронометр, а затем себе под ноги. Часы изобразили утвердительный кивок. Тогда трактирщик еще раз указал на часы, а затем за спину Пуффа… те снова кивнули, и на табло отобразилось одиннадцать часов с минутами. Котище хлопнул себя по лбу, цифры на таймере резко ускорили обратный отсчет, «мини фонарь» крадущимся шагом спрятался за спину Пуффа, оттуда донеслось душераздирающее «дзз…дзынь, дзз…дзынь, дзз… дзынь», купол начал быстро таять вместе с сумраком. Комната приняла обычный вид. Ян открыл глаза и сел на кровати, отмахнулся от поблекшего «тела». Зевнул. Фантом над кроватью заискрился и растаял.

– Не будили каждый час, так вроде и выспался.

Пуфф встал, виновато опустил глаза.

– Ну, рассказывай.

– Таймер сбился, – котище кокетливо потер пол задней лапой перед собой.

– Ну и хорошо.

– Не очень, вы могли опоздать! – присоединился к беседе трактирщик.

– И интересно, куда мы можем здесь опоздать? – саркастически произнес Марк, убирая, наконец, меч, – если это только не жертвоприношение нас любимых!

– Вполне возможно, – на морде Пуффа появились очки в золотой оправе.

Факс растаял в руках трактирщика и материализовался в лапах толстого безобразника, которому очень хотелось замять промашку с часами.

– Вас, всех вас, – трактирщик торжественно обвел взглядом троицу, – приглашают на обед в резиденцию главы домена.

Котище углубился в чтение факса.

– Ровно в пять и печать.

Что-то человеческое проснулось в Яне. «Последний раз ужин при свечах был… Да, такая толща событий, а просто ужин с друзьями? Что-то происходит между нами, появляется подобие золотых нитей, подобных той», – размышлял он.

– Шеф, шеф! Все в порядке? – прервал ход его мыслей голос Марка.

– Все нормально, просто думаю.

– Много думать вредно, может быть заворот мозгов, – строго произнес Пуфф, между его ушей красовалась медицинская шапка с красным крестом.

– Пожалуй, – усмехнулся Ян, – подумай ты, я бы вряд ли выспался.

– Медаль молодцу, – не удержался демон.

– Медаль за глупость или за тупость? – невесть откуда в каждой лапе Пуффа появилось по золотой медали размером с десертную тарелку. Шалун понюхал одну, потом другую.

– Семьдесят процентов какао, не меньше. А завтрак входит в проживание? Или придется жевать, что найдется. Почти каламбур. Вода из лужи зачерпнется… Стихи голодающего поэта.

– Да вы что, – обиделся трактирщик, – сейчас принесу.

– Подождите. Пуфф, там только печать?

– Ага.

– Пусть подпишут.

– Мудро, – улыбнулся Кнопс.

– Не понял?! – подал голос Марк.

Трактирщик, было, открыл рот, но Пуфф и тут успел встрять.

– Идите, есть хочется, а я ему все объясню.

Как только дверь закрылась, котище приделал медалям зеленые ленты и одну повесил себе на шею, а другую метнул демону. Лента расправилась в воздухе, и приз повис на шее Марка.

– За что? – удивился демон.

– Тупость или глупость? – уточнил хулиган и показал язык.

Демон схватил подушку.

– Слушайте, два молодца, одинаковы с лица…

– Понял, значит, за оба достижения сразу, – тяжело вздохнул демон, опуская подушку.

– Да ладно тебе, за завтраком съедим.

– Теперь серьезно, – Ян встал и прошелся по комнате, – если подпишет рысь, пойдем?

Охранники уставились на красные носки шефа.

– Ну? Дались вам эти носки. Вещих снов у меня не было.

– Просто в тему, красная рысь… Пешком по следам ожерелья идти далеко, а транспорт у нее, по крайней мере, так говорил Кирик, – произнес Марк и зачем-то понюхал медаль, – хорошо пахнет.

– А ты подушкой хотел запустить. Молочной сладкой радости-гадости не держим. Блин, пешком идти неохота, даже если стать юношей. Но если опять вляпаемся, сидеть в сырой траншее как на озере, – Пуффа передернуло.

– Кстати о воде, ополоснусь я, – произнес Ян.

Из ванны донесся шум душа. Охранники принялись нервно ходить по комнате.

– Похоже, справился.

– Будем надеяться…

В номер постучали.

– Входите.

Дверь распахнулась, первой протиснулась спина трактирщика, затем, дребезжа чашками и благоухая плюшками, ветчиной и кофе сервировочный столик. Даже стеклянные крышки не смогли полностью скрыть эти великолепные ароматы.

– Так. Вас мистикой не напугаешь, поэтому не будем заниматься ерундой.

Трактирщик махнул рукой. Постельное белье на кровати пропало, на его месте возникло чистое и ровно застеленное. Затем кровать с сочным звуком «чпок» свернулась в шар, который развернулся в стол со стульями.

– Перестелил и поменял местами.

– А завтрак так?

– Кайф не тот. Да, новое приглашение принес. Ну, тут уж не знаю, секретарь, – Кирик протянул послание коту, – смотрите сами.

Пока трактирщик выгружал содержимое тележки на стол, котище изучал факс.

– Ничего не понимаю…

Из спальни появился Ян. На нем был белый махровый халат, зеленые тапки и неизменные красные носки. Марк поперхнулся.

– Зато чувствую себя прекрасно. Тапки, какие были.

– Можно не спрашивать, в кого наш друг!

– Так, что ты не понимаешь?

Ян взял лист, внизу красовалась залихватская подпись, похожая на отпечаток лапы. Перед подписью стояло две буквы «и.о.».

– Подпись, похоже, рыси, но как понимать «и.о.»? – удивился Ян.

– Исполняет обязанности, – пояснил Кирик, заканчивая сервировку.

– А сожрать гостей входит в эти обязанности или замуж за гостя? – возмутился демон, поворачиваясь к Пуффу.

– Мне жениться еще рано, я маленький. Крови для опытов – пожалуйста, шефа нести через болото – запросто. На вилле «Последний приют» с видом на кладбище одному пожить – без проблем. Жениться – нет. Я с вами поеду.

– Слушайте, ешьте. К пяти за вами машина придет, а уж жениться или нет – решите на месте, – произнес трактирщик и вышел из номера.

– Ну и шуточки.

________


Она снова поднялась в башню, села на подоконник. Вдалеке лежала, утопая в зелени, «Красная рысь». Взгляд девы невольно искал трактир, а мысли выстраивались в замысловатые цепочки. К чему эта просьба Кирика подписать приглашение, он успел подняться в номер, за завесу? Они согласились или думают? Кстати, странное липкое облако в трактире, словно кто-то укрывал одиннадцатый номер, исчезло. Может быть, мы готовимся зря, жаль, Уар неплохо справляется с возложенными на него обязанностями и, похоже, вполне годится на роль управляющего поместьем. Подобрал неплохое меню для полупоходного случая. Оживить заброшенный дом за одну ночь было непросто. А ночь была одна и шанс единственный. Осознание этого угнетало рысь, она никак не могла понять: шанс на что? Новый правитель? Зачем пришла в домен эта троица, хотя она могла попасть и случайно, Уар вряд ли был способен избирательно настроить захват… Просто совпадение? Но они куда-то направлялись и вполне могли покинули домен… Правда, теперь у нее есть вместо котлеты управдом. Но оставалась большая проблема – цепь на его шее, вот если б вернуть знак на место! Пока всевидящий треугольник оставался на провалившем роль главы колдуне, в любой момент она могла сорваться и исполнить долг. Башня примет прежний вид, долгая адаптация к ситуации. Нет, нужно что-то предпринять.

Она отправилась в гараж, где и встретила Уара.

– Я уже хотел вас искать. Тут такой выбор, я в замешательстве, нужен совет.

– По выбору транспорта?

– Да. А также… – управдом замялся.

– Не хочешь ехать за ними? – совершенно без раздражения спросила дева.

В ее словах не было прежней ярости, просто вопрос, что несказанно обрадовало Уара.

– Да. Я надеюсь, меня за обедом бить не будут, а в машине – кто его знает. Да и водить я не умею.

– Пожалуй, ты прав. Шофера мы тут найдем, я покажу, а ты вытащишь. Ну а научиться тебе со временем придется, – ответила рысь, помолчала и добавила, – если это время, конечно, будет.

Ее интонации обрадовали и одновременно насторожили Уара. Получалось, что его жизнь зависела еще от каких-то внешних обстоятельств, причем неподконтрольных рыси.

В обширном подземелье, на зеркальном каменном полу стояли повозки. Когда они проходили мимо, то в полу проявлялся прозрачный прямоугольник, а в нем начинала светиться желтая надпись, характеризовавшая модель. Все описания завершались одинаковой строкой посредине «***». «Похоже на безымянные надгробия», – пронеслось в голове Уара.

– Молодец, все схватываешь на лету, – произнесла дева, останавливаясь у сверкающего хромом кабриолета первой половины двадцатого века человечества.

– Кабриолет «Horch 853», – прочитал управдом, – ну и что?

– Один из лучших тех времен. Изучай историю человечества. Пригодится.

– Мадам, это интересно, но позвольте напомнить о времени обеда.

– Да. Ладно. Короче. Встаешь на звездочки, поднимаешь руку, получишь инструмент, дальше – сообразишь. Мне нужно привести себя в порядок.

– Но, мадам?!

– Или сам поедешь?

Рысь пропала. Управдом с тоской оглядел ряды повозок, но после озера, объятий и угроз котообразного толстяка, разделочной в резиденции – поковыряться в могиле казалось сущей ерундой. Он вздохнул и встал на последнюю строку, протянув руку перед собой. Раздался мелодичный звон, ладонь больно ударило двухметровое янтарное древко с захватом на конце. Колдун машинально схватил черенок. Инструмент больше всего напоминал сказочный держатель горшков для русской печи. Уар машинально отступил на два шага, надгробие растаяло. Внутри вертикальной прямоугольной камеры, равномерно освещенной все тем же желтым светом, висел скелет в истлевших лохмотьях и черной фуражке. Под лохмотьями, в грудной клетке теплилось голубоватое облачко.

– Да, ровесник кабриолета, но сохранился хуже. Как это поведет машину? – невольно произнес управдом.

Череп попытался посмотреть вверх, в глазницах мелькнули красные угольки.

– Что-то теплится. Выбора нет. Делать нечего, попробую.

Как только колдун опустил захват в колодец, инструмент сам изогнулся к шее останков и сжал ее. Уар, недолго думая, потянул добычу вверх и поднял над полом. Останки попытались дернуться, но захват, видимо, держал не только шею, но и душу. Ничего не придумав лучше, колдун направился к автомобилю, благо вес останков не ощущался, и плюхнул ношу на водительское место.

– Половина задачи. Видок, конечно… Интересно, каким он был?

Останки заискрились… На месте разложившегося тела сидел офицер в черной форме с незнакомыми нашивками.

– Ха, если не считать ручки с хомутом. Форма мрачновата. Белое будет лучше. Лицо какое-то не то…

В глазах очнувшегося существа отразился ужас. Одежда стала белоснежной, с черными нашивками.

– Ерунду убрать, – с кителя исчезли знаки различия.

– Хорошо. Еще бы этот ухват покороче, – произнес управдом и машинально повернул конец рукоятки.

Инструмент трансформировался в золотой ошейник, с неизменной ручкой сбоку, длиной около пяти дюймов.

– А и фиг с ним. Задача – съездить в «Красную рысь», привезти гостей из трактира на обед, – обращаясь скорее к ошейнику, чем к шоферу, выдал колдун.

– Отпусти… – простонал водитель.

– Интересно, как и куда? Я и сам в одном шаге от разделочной. Пошел, – скомандовал управдом, отметив про себя: «белое на красной коже лучше смотрится, чем черное или скелет».

– Юмор ценю, – рассмеялся кто-то, глаза шофера и управдома встретились, и Уар понял, что офицер не сразу попал в водители музея.

В глазах ровесника кабриолета отразилась такая гамма чувств, что Уару как никогда захотелось остаться управдомом. Он и ранее не особенно сомневался в возможности многократной смены тела для фарша, а теперь, приоткрыв шкаф индивидуальной преисподней, решил использовать свой шанс на все сто процентов.

– Пора, водила. Машина должна быть около «Рыжего кота» вовремя.

Шофер что-то нажал, пятилитровый мотор монстра ожил. Люк в полу затянулся. Шесть метров хрома и лака плавно тронулись и, описав дугу, неторопливо покатили к выходу. Блестящий шар с крыльями, установленный на радиаторе, плыл между символами разных эпох, отражаясь в зеркале пола. Вечные безымянные узники, потревоженные в своих клетках, с надеждой смотрели вслед, но каждому по его вере… Колдуну показалось, что шар с крыльями из хрусталя, а внутри вложены один в другой еще два, он тряхнул головой и отправился на кухню.


Глава 5. Готика. Апофеоз

О чем беседовала троица после завтрака – неведомо. В семнадцать тридцать в номере одиннадцать зазвонил телефон. Ян снял трубку.

– Машина подана.

Марк и Пуфф снова уставились на красные носки в зеленых тапках.

– Так, носки мои им не нравятся!

Интеллигентный Марк кивнул.

– И тебе тоже? – Ян строго посмотрел на Пуффа.

Котище потерял бдительность и имел неосторожность кивнуть вслед за демоном, о чем тут же пожалел.

– Хорошо.

Ян достал жезл и ткнул им себе в носок, красный цвет сменился белым.

– Марк, темные костюмы, ботинки всем!

– За что, шеф!

– За будильник, милый друг.

Пока Пуфф обдумывал обращение «милый друг», шеф и Марк оказались переодеты в парадные темные костюмы и переобуты в идеально вычищенную обувь.

– Пуфф, твоя очередь, – демон развел руками.

На толстенном, напоминавшем футбольный мяч коте, образовались брюки с дыркой для хвоста, белая рубашка, пиджак и ботинки. Котище подошел к зеркалу, загребая ботинками, словно ластами, и пытаясь их не потерять. Один все же слетел. Затем изогнулся, чтобы оценить себя со спины. Штаны лопнули. Морда приняла страдальческое выражение.

– Специально порвал?

– Не…а.

– Придется тебе подождать нас в номере.

– Ага. В прошлый раз, позапрошлый или позапозапрошлый раз вас что там? Казнили или в жертву принесли, кажется? А я потом один сидел сколько? Здесь мне лететь следом не на чем. Во что вы еще вляпаетесь?

Пуфф прошел к окну, волоча ботинок, откинул штору и привстал на цыпочках.

– Машина внизу. Красивая. А я?

Ян с Марком не знали – плакать или смеяться.

– Только не надо из меня юношу делать или девочку, пожалуйста. Уже времени мало осталось, будет как со штанами. Не оставляйте меня одного!

Я себя хорошо вести буду.

– Покушаем, пообщаемся. Попробуем узнать про транспорт.

Пуфф кивнул.

– Марк, убери все это с него, – Ян взял кожаный портфель, в который обратилась его сумка.

Пуфф принял прежний вид. Подошел к зеркалу.

– По-моему, и без костюма нормально. Пойдемте.

________


– Приятного обеда, – пожелал Кирик, когда они проходили мимо стойки.

– Спасибо, надеюсь и нам, – за всех ответил Пуфф.

«Вот такой поворот – вряд ли. Не ввяжутся», – подумал трактирщик, продолжая тереть очередной бокал.

Троица вышла на улицу. Перед входом стоял антикварный кабриолет. Ян видел такие автомобили только на фотографиях. Horch 853, период расцвета третьего рейха. Машина блестела так, словно лишь вчера покинула завод. Единственное несоответствие эпохе – форма водителя без знаков различия и ошейник.

– За постояльцами одиннадцатого номера? – спросил Марк шофера в белом.

Водитель кивнул. Пуфф распахнул дверь, приглашая Яна и Марка на заднее сиденье. Затем закрыл дверь и мгновенно оказался на переднем кресле рядом с шофером.

– Что с тобой?

– Золото не люблю. Трогай.

– В каком это смысле? – заинтересовался демон.

– Вырывания золотых коронок и прочего.

Водитель вздрогнул. Машина дернулась.

– Веди аккуратно, а то я наймусь в помощники хозяйке, – промурлыкал Пуфф, наклонившись к уху водителя и показав клыки.

– Ты читал историю?

– Ничего я не читал. Сквозь каркас из костей все и так видно. Это не сотрешь! Всегда лучше предвидеть, – проворчал котище.

– Какой ты стал мнительный, – удивился Марк.

– Бдительный, – поправил Пуфф, – я обещал себя вести хорошо, никому не бить морду, значит, придется не только предвидеть неприятности, но и предотвратить.

Котище замолчал, внимательно поглядывая то на дорогу, то на шофера. Ян посмотрел на свои перчатки и подумал, что Пуфф, как лапы, как ни прячь, все равно проявит себя. Остаток пути проехали без приключений.

________


К дому, больше похожему на готический христианский храм, вела широкая лестница, ступени местами обкололись, имели множество мелких трещин и выбоин. Когда компания поднялась почти до верха, широкая двустворчатая дверь распахнулась, и на пороге появился господин, одетый в черный костюм. Пуфф и Марк переглянулись.

– Вы его знаете?

– Ну, вообще и вы тоже, – язвительно ответил Пуфф.

– Не уверен, но…

– Оно, оно, – подтвердил демон.

– Прошу прощения, господа, – прервал их пикировку Уар, – пожалуйста, извините меня за недоразумение…

– Да уж, – Пуфф свел брови.

– Ты обещал мне…

– Помню, шеф.

– А также за некоторые неудобства, здание еще не полностью приведено в порядок, но если вечер пройдет удачно, – продолжил, было, эконом и осекся.

– У тебя появится шанс все доделать, – Ян поймал себя на мысли, что особых эмоций господин у него не вызывает, как, впрочем, и желания оторвать ему голову, да и лапы с синими когтями, скрытые кожаными перчатками, остались совершенно равнодушны.

Уар в свою очередь явно ощутил, что расплаты сейчас не будет, по крайней мере, на ступенях резиденции. Эта мысль его сильно обрадовала.

– Милости просим, – он кивнул, приглашая гостей в полумрак.

Гости прошли в довольно большой овальный зал. Тяжелые двери бесшумно затворились.

– Не ловушка? – строго поинтересовался Пуфф.

– Помилуйте, в прошлый раз вы надолго отбили у меня охоту ловить кого-либо, – выдал эконом, поймав себя на мысли, что идет по краю и сболтнул лишнее.

Но, как ни странно, шутку оценили.

– Если б они отбивали у вас желание, дорогой…

– Уар, – представился эконом.

– Дорогой Уар, – заметил Ян, усмехнувшись, – могло бы быть гораздо хуже.

Пуфф и Марк кивнули, но тут их внимание привлекла скульптурная голова рыси на подставке в виде колонны в стиле греческих бюстов. Голова и постамент были выполнены из материала, напоминавшего красный гранит. Рассеянный голубоватый свет скрывал детали рысьей морды. По периметру зала зажглись светильники, и волшебство полутеней растворилось, открыв клыки и пасть скульптуры. Гости стояли в центре овального помещения под стеклянным куполом с двумя лестницами на второй этаж. За спиной бюста имелась еще одна дверь в следующее помещение.

– И это… – заинтересовался Пуфф.

– Символ домена и моя хозяйка, надеюсь, – произнес Уар, щелкнув каблуками.

– Так, я перестаю все запоминать и вспоминать, мне нужно это…

– Блокнот?

– Да нет.

– Художник Розино? – спросил Ян.

– На Земле популярно…

– Фотоаппарат?

– О! Именно.

На шее кота появилась «лейка», ровесница автомобиля, на котором их привезли в резиденцию.

– Не пойдет.

– Почему?!

– Проявлять стеклянные пластины… Стащи из другой эпохи.

– Фу. Я одалживаю.

«Лейка» трансформировалась в большую полупрофессиональную цифровую камеру.

– К ней книжка по толщине как кулинарная, – фыркнул Ян.

– Фигня, смотришь в окошечко, жмешь пимпочку, глядишь на экранчик, что вышло. Потом это выкладываешь в «Контакт».

– Ты где камеру взял? – строго спросил Ян.

– Там же, где и инструкцию. Девчонки на скамейке в парке забыли.

Уар слушал и ничего не понимал.

– Ну, мой дорогой, если с пимпочкой у тебя и получится, то с «ВКонтакте» вряд ли. Да и батарея у этой штуки сядет, генератор потащишь?

– Я ее в розетку засуну! Или прикуриватель подоткну.

Марк и Ян переглянулись.

– Похоже, нам в истории с библиотекой и кулинарной книгой еще повезло, любознательный ты наш, – произнес Марк.

– Так. Китайско туристо, облико аморале. Фото на память с историческим монументом.

Котище накинул ремень от камеры на шею демона. Отбежал к бюсту, обнял его.

– Что онемели? Смотри в дырдочку, жми пимпочку!

Марк выполнил просьбу – из камеры выдвинулась лампа, сверкнула вспышка.

– Хотел бы я взглянуть на тех девочек… – начал Ян.

– Шеф, пространственно-временные норы носят случайно-хаотический характер, посему технической возможности увидеть учителей нет. Так что извините. Ну, покажи…

Марк протянул камеру.


Фото Пуффа с бюстом рыси


– В жизни я выгляжу по-другому, – разочарованно произнес Пуфф.

– А рысь как живая, совсем не памятник, – присоединился Уар, заглянув через плечо туриста.

– Цифровая интерференция, контурная обработка и наложение на лету позволяют получить полную интернет-фото-жабу под пленочную старину.

Пуфф прижал уши и посмотрел на шефа.

– Я не пленочная старая жаба. У вас опять с рассудком плохо? Или бить будете?

– Не обижайся. Сам-то хорош. Видимо, здесь камера как-то иначе работает, так что избавься от фотоаппарата. Осмотр окончен.

Камера пропала. И если верить пояснениям Пуффа, где она теперь – неизвестно. Впрочем, кому достался снимок – история также умалчивает.

– Господа, прошу вас, зал приемов ждет.

Дверь, богато украшенная деревянной резьбой, распахнулась. Обширный зал скорее подходил для танцев… Что-то среднее между готическим собором и дворцовым залом российских императоров. От второго – великолепный паркет теплого, светло-песочного оттенка. От готики – стрельчатые окна почти десятиметровой высоты с огромными затемненными стеклами. В узких относительно окон проемах – зеркальные вставки, еще больше расширявшие пространство. Эконом щелкнул пальцами, свечи в изысканных настенных канделябрах вспыхнули. Стекла стали еще темнее, пламя свечей, многократно отражаясь в окнах, зеркалах создавало удивительную атмосферу. В противоположном конце стал виден овальный стол с сервировкой, на нем также стояли два подсвечника. Пуфф втянул воздух.

– Свечи не пахнут.

– Имитация горения, – подтвердил эконом, – если зажечь настоящие восковые свечи, от копоти никакая магия не спасет.

Пока гости шли вдоль зеркал, любуясь отражениями, рысь наблюдала за ними сквозь зеркальную дверь напротив стола. Она ничего не чувствовала, троица искренне любовались залом и все. Когда они, наконец, достигли стола, проклятье домена распахнуло дверь…

– Хозяйка домена Линкс, – торжественно произнес Уар, щелкнув каблуками.

Навстречу вышла великолепно сложенная девица. Черный строгий костюм, белая блуза, ничего лишнего. Узкие брюки, высокий каблук только подчеркивали стройность и изысканность.

– Ян, Пуффдарк, меня зовут Марк, – представил всех демон.

С минуту хозяйка и гости смотрели друг на друга. Она пыталась понять, кто пришел и каковы их желания. Гости не особенно таились, и если с тем, кто перед ней, возникла проблема, то настроение пришельцев было как на ладони. Господин в тонких кожаных перчатках, с портфелем, смотрел на изгиб ее тела, а мечтал об обеде. Марк – на нос и видел не лицо, а рысь, при этом его мысли уносились куда-то далеко, а Пуфф вообще глядел сквозь нее – то на пирог на кухне, то на эконома, прикидывая, что подадут первым… Весы, на которые он пристроил пирог и обещание, перевесили эконома. Дева облегченно вздохнула.

– Прошу за стол.

Ян оказался прямо напротив хозяйки, Марк – справа, Пуфф – слева.

– Извините, мы не успели подготовиться должным образом. Некоторые занимались не тем делом…

– Да уж, – согласился Пуфф.

– Уар, аперитив. Налей, пожалуйста, гостям белого вина, так, кажется, любят итальянцы, под это французское баловство.

Французским баловством хозяйка, видимо, называла гигантских вареных креветок, сложенных хвостами навстречу друг другу наподобие восьмерки. Повыше их, на белой тарелке, поближе к краю были размашисто нарисованы зеленым соусом рысьи ушки, а над мордочкой из креветок два кошачьих глаза, один прикрыт, в другом – вытянутая маслина на месте зрачка. Улыбающийся рот был сделан из дольки лимона.

– Приятного аппетита, господа, – произнесла дева.

– Спасибо, – Ян сделал глоток, сухое вино имело едва уловимые горьковатые нотки и приятный вкус.

Тем временем Пуфф съел креветок, лимон и допил вино.

– Действительно баловство.

– В сравнении с тем, что ты готовил в библиотеке? – не удержался Марк, изучая вино на свет, – хорошее вино не пьют как сделал ты, нужно качнуть бокал, вдохнуть аромат, потом немного подержать во рту и только после выпить. Вино – живой продукт.

– Как мыши?

Дева поперхнулась и сменила облик. Теперь во главе стола сидело женское тело с головой, в точности повторявшей голову с неудачной фотографии бюста.

– Так, дорогой мой, мы в гостях, – начал Марк, продолжая изучать вино.

– Можно подумать, дома мне рот не затыкают, – надулся Пуфф.

– Исправляйся!

До Линкс стало доходить, что ее гости не только не испугались, но и не особенно удивились. Уар мгновенно оказался рядом с Пуффом и наполнил бокал. Котище встал, держа бокал в лапе.

– Милая леди, простите меня за бестактность. Я даже не мог предположить, что столь сильное существо имеет столь тонкую душевную организацию и, несмотря на роль, прежде всего остается утонченной и прекрасной женщиной. Чтобы немного сгладить мою бестактность, позвольте мне от нас всех преподнести вам…

Пуфф вытащил из-за спины большой букет роз. Чудесный аромат разлился по залу. Дева приняла букет.

– Благодарю, любезнейший. Уар, вазу.

– Одну минуту, мадам, – и эконом удалился.

– Простите, он у нас немного невоспитан.

– Точнее, совсем, – резюмировал Марк.

– За вашу красоту, – произнес Пуфф, повращал вино в бокале, вдохнул, затем набрал немого в рот и после недолгой паузы проглотил, – вкус раскрылся, замечание принимается.

– Кстати, о красоте. Это понятие относительно. Ему вы больше нравитесь, как сейчас мне, наверное, с лицом девы, а Марк видит вас без вариантов как рысь.

Пуфф и Марк кивнули.

– Только мне кажется, что наслаждаться земной кухней удобнее с головой человека, как никак блюда заточены под рецепторы этого вида. Так что, если можете – возвращайте себе девичью голову.

Рысь как-то странно себя чувствовала, прижимая охапку роз. До этого никто из гостей домена, и уж тем более из претендентов так себя не вел. Компашке было совершенно все равно, кто она и что тут творится. Создавалось впечатление, что гости просто наслаждаются вечером. К ней вернулся девичий лик. Дверь за ее спиной открылась, оттуда появился Уар, перед собой он катил укрытую полотенцем тележку для еды, за собой столик, под мышкой была зажата большая хрустальная ваза.

– Простите, найти вазу оказалось не так просто. Видимо, она давно не требовалась, – пояснил он, поставив хрустальное сокровище на круглую прозрачную столешницу кованого столика с вьющимися вокруг основания медными розами.

– А почему не крибле крабле бумс? – поинтересовался Пуфф.

– Хорошие розы требуют воды и настоящей вазы, – пояснил Уар и добавил, косясь на Пуффа, – ни к чему мне тут упражняться.

– Думаю, пора подавать легкий рыбный финский суп.

– Он уже здесь, мадам, – эконом ловко открыл тележку, повесив белую салфетку себе на руку и вопросительно посмотрел на деву.

– По кругу, без церемоний.

Когда Ян зачерпнул ложкой легкий суп, то охнул от неожиданности. Дно тарелки было аккуратно выложено кусками филе лосося и залито белым раствором, подозрительно напоминавшим сливки со сливочным маслом. Впрочем, вкус у блюда был отменный.

– Мне четверть тарелки, – произнесла дева, одновременно показав взглядом на пустой бокал Яна.

– Конечно, мадам, виноват.

Он убрал пустой бокал, поставил чистый. Ловко наполнил его тем же белым вином. И тут то ли так решила судьба, то ли рука Яна просто оказалась слишком близко к груди Уара… Но перчатки хозяина Замка тысячи миров исчезли, обнажив кисти, покрытые сверкающей чешуей. Страшные когти переливались всеми оттенками голубого цвета, медальон с изображением ока выскользнул и, натянув цепь, притянулся к когтю. Между когтем и глазом возник голубоватый разряд. Котище и Марк замерли, причем Пуфф только поднес ложку с куском рыбы ко рту.

– Началось, – прошептал демон.

Но Ян не чувствовал опасности. Он просто ощутил, что цепь не на месте и хочет вернуться. «А если это она?» – подумал он, аккуратно взял ложку в левую лапу и положил на стол, впрочем, это его не спасло…

– Это не она, не Изиды? – спросил Ян у демона.

Марк отрицательно затряс головой. Ян начал ощущать, что артефакт начинает прицеливаться к его шее! В лапе появился жезл. Стало легче, но голубоватое свечение, все больше походившее на дугу электросварки, разгоралось. Капля молочного супчика упала с ложки с рыбой.

– Линкс, стол крепкий? – спросил Пуфф.

– За… Зачем? – не поняла дева.

Еще одна капля упала в тарелку.

– Пропал ремонт, – согласился Марк.

– И мы, – добавил пушистый оптимист, однако, не выпуская ложку.

– Откуда это у него?

– Бюст в холле!

– Пригнитесь!

Никого уговаривать не пришлось, а Уар не мог пошевелиться, даже если б захотел. Как в замедленном кино Ян увидел только ложку Пуффа над столом и, схватившись второй лапой за жезл, сдернул цепь с шеи эконома и метнул посягнувшее на ужин ожерелье в сторону холла. Освободившись, Уар отлетел вслед за цепью. Перед распахнувшимися дверями артефакт несколько замедлил скорость, явно намереваясь вернуться на шею жертвы. Ян приготовился ко второй попытке, но каменная голова в полумраке холла засветилась, словно красная лампочка, цепь умчалась в холл и шлепнулась на шею изваяния. С удержанием нескольких предметов у метателя цепей было не очень: ложка с рыбой шлепнулась в тарелку, выбросив сочный шлепок супа прямо на лацкан костюма Яна. Дверь в холл закрылась.

– Ах ты!

Три головы одновременно появились над краем стола. На черном костюме Яна красовался жирный шлепок из сливочного масла и сливок, белая масса с желтыми вкраплениями медленно сползала вниз. Перчатки скрывали лапы. Уар поднимался с пола почти в середине зала.

– Ну? – хором спросили зрители.

– Что «ну», пиджак испорчен, вылезайте, похоже – все, – проворчал Ян.

– Заменим? – предложил Пуфф.

– Плохая идея. Линкс, как себя чувствуешь?

– На свободе! Но слишком близко от грани…

– Пока цепь не присохнет, лучше не упражняться здесь в магии!

Уар, наконец, доковылял до стола.

– Совершенно согласен, бюст все еще светится, что ее привлечет – неизвестно. Пусть уж лучше остынет совсем. Он оперся о край стола, и из его руки выпала копия цепи с треугольником. Ян поднял.

– Похоже на серебро, только глаз светится.

– Она осталась на шее, просто болит очень, пришлось снять, – Уар показал на обгорелые лохмотья одежды вокруг шеи.

– Так, – произнесла Линкс, – здесь два санузла. Уар – в левый, там аптечка, найдешь мазь от ожогов, а вас прошу со мной в правый, попробую оттереть без магии.

Пуфф свел брови и надулся.

– Да не съем я его! – и она задорно рассмеялась, почувствовав двусмысленность сказанного, – суп кушай, пока теплый.

Двери обоих санузлов для гостей закрылись. Пуфф мрачно посмотрел вслед шефу, потом на Марка.

– Кто-то что-то там про «жениться» говорил, – грустно произнес Пуфф, уминая супчик, – действительно еще не остыл, а вкусный какой.

– Это я пошутил.

– Неудачно. Теперь пойдешь по следу один, а тут сердечки, цветочки, – Пуфф потрогал розу.


Глава 6. Готика. Камень преткновения

Санузел напоминал скорее будуар… Обширная комната с зеркалами, раковинами в мраморной плите, диваном красного бархата, золоченой резьбой как ни странно выполняла и прямое назначение, на что указывала стрелка с табличкой в глубине.

Линкс сбросила пиджак, положила его на диван, засучила рукава белой блузы.

– Давай попробую.

Ян снял пострадавшую одежду. Прошелся по комнате, не переставая любоваться великолепным телом хозяйки домена.

Дева поймала его взгляд в зеркале, вздохнула. Еще немного потерла, выдавив остатки мыла из дозатора.

– Мой суп не по зубам моему же мылу, хозяйка из меня неважная, – констатировала она, вытирая пальчики с черными ногтями бумажным полотенцем.

– Да ладно, Пуфф еще не ел второе.

– Я должница. Может…

Она немного повернулась, чуть прогнула спину и стала еще сексуальнее. Откинула короткую челку, лучезарно улыбнулась. В глазах девы блеснули веселые искры. Ян почувствовал, что Линкс совершенно искренна и считает предложение вполне приличным. Он прикрыл веки, в другой плоскости домена бюст в холле сиял подобно дуговой лампе. Ян открыл глаза, почувствовав близость женского тела. Каблуки позволили ей смотреть глаза в глаза.

– Тебя смущает то мое лицо?

– Меня смущает твой каменный двойник в холле, – произнес Ян, положив лапу в перчатке на талию деве, – сейчас вариантов два. Первый – без страсти, и ты останешься в прежней роли на пепелище, где доешь эконома. Второй – искра удовольствия все же проскочит, тогда цепь найдет тебя и убьет.

– Я не могу оставаться в долгу.

– А ты и не останешься, но это позже.

Ян притянул деву к себе.

– Мне не хочется превращать обед с красивой женщиной в очередное побоище. Мы слишком долго так не отдыхали, хотя и здесь не без проблем… Цепь постепенно врастет в гранит, когда последнее звено станет из металлического каменным, она потеряет силу, ты почувствуешь относительную безопасность.

– Ты великий маг!?

– Я неизвестно что, оно. Когда оно просыпается, собираясь с чудовищной скоростью словно пазл, предвидеть последствия невозможно. Волшебная лампа, которая исполняет лишь свои желания. Причем джинн не знает, что он хочет. Можно разбудить, но дальше – как повезет. С цепью повезло. Просто дождись.

Дева отступила на шаг.

– И еще я обременен некоторыми моральными принципами.

– В сочетании с ранее сказанным, о, да, мораль… Из-за нее меня два раза жгли на костре, – рысь надула губы.

– Ладно, ради тебя я расстанусь с принципами. Но с цепью ничего не поделаешь. Она все испортит. Мы уже и так задержались. Пуфф, наверное, доел суп и теперь ринется меня спасать от тебя. Пойдем.

Она вздохнула, надела пиджак, поправила челку.

– Пойдем, мой герой.

________

Две малозаметные двери одновременно открылись, из левой вышел Уар, из правой Линкс, а за ней следом Ян с пиджаком в руках.

– Вот, а ты говорил… Теперь один пойдешь, шеф даже одеться не успел.

– А ты?! – не выдержал Марк, забывший лишь на миг, с кем имеет дело.

– С ним останусь. Как подлизаться – я уже понял, – саркастически произнес Пуфф, облизывая ложку, – с тобой только холод, сырость и проблемы, а тут розы цветут, супчик финский.

На Марка было жалко смотреть… Даже то, что шеф повесил пиджак на спинку стула мокрым лацканом назад и сел, опершись на сухую ткань, не вернуло демона к реальности.

– Как все прошло, королева? Вы довольны шефом?

– О, да, я должница. Да еще костюм испорчен…

Марк, видимо, понял это по-своему и стал еще мрачнее.

– Ты женишься на ней?

Тут Ян и Линкс поняли, откуда дует ветер, а его источник уставился в потолок.

– Второе будет? – непринужденно спросил Пуфф.

Так весело и от души давно не смеялись ни рысь, ни хозяин замка тысячи миров.

– Ах ты паразит, – Марк стал искать, чем бы запустить в обидчика.

– Животных бить нельзя и колдовать тоже незяяя, – парировал котище противным голосом и показал белый от супа язык.

Рысь перестала смеяться и добавила:

– Цепь не спит, и колдуну тогда придется на мне жениться.

– Прошу прощения, второе потеряет вкус, – начал Уар.

– Неси. Стой, как шея?

– Значительно лучше, а с этим? – эконом извлек из кармана треугольник с глазом, похожим на живой, и цепью.

– Шея заживет, тогда носи, тебе он поможет управлять хозяйством.

– Что же вас занесло сюда, мои милые джентльмены? – дева откинулась на спинку, подняла бокал.

– Именно сюда – скорее всего случай в виде вашего эконома, хорошо еще у захвата не хватило энергии, и воины Сурта отправились куда-то в иное место. Мне трудно прогнозировать их поведение в сложившейся ситуации, – произнес демон, косясь на шефа.

– Тогда за вас и этот случай, – она допила вино, – о, ко мне возвращается вкус!

– И очень хорошо, вовремя, – согласился эконом, снимая крышку с противня.

Запах запеченной в духовке нежнейшей куриной вырезки сводил с ума. На втором лотке оказались золотистые половинки картофеля. Эконом двинулся вокруг стола, заменял тарелки, раскладывая мясо и картофель. Затем извлек заранее открытую запотевшую бутылку.

– Из-за побоища и ликвидации последствий подышало немного дольше, но это вину только на пользу. Aromas Das Castas, вкус груши, нотки персика и апельсина. Очень подходит к блюду, – комментировал Уар, быстро меняя бокалы и разливая напиток.

Ян качнул бокал, понюхал, сделал глоток. Затем отрезал кусочек, не торопясь разжевал. Сделал еще один глоток вина. Все, включая Уара, внимательно наблюдали за процессом.

– Почему такой интерес? – не удержался Ян, отрезая картофель.

– Ну? – спросил эконом.

– Блестяще. Шикарно. А вы говорили «жениться».

– Ну, не знаю, – Линкс кокетливо дернула плечом, – да, действительно очень вкусно.

– А, может, если он женится, такое будет каждый день, – Пуфф прикрыл один глаз и посмотрел сквозь вино на демона.

Марк закашлялся.

– Увы, милый котик. Не хочет ничего, совсем ничего, – промурлыкала рысь.

– Хороша, конечно, дева, но, Пуфф – перспектива носить ту цепь, и это в лучшем случае, а в худшем – сразу стать вдовцом, лишает тебя рыбного супа на все сто процентов. Так что обед приятный, но разовый. Проси добавки.

Котище скорчил обиженную рожу.

– Легко, надеюсь, не откажетесь? – Уар подкатил тележку.

– Не смогу, – констатировал Пуфф, провожая взглядом каждое движение эконома.

– Как это приготовлено? – заинтересовался Марк, – может, наш шалун запишет?

Ян предостерегающе поднял руку, но котище взял салфетку, нашел в портфеле ручку и приготовился слушать.

– Просто. Времени на фантазии не было. Куриное филе глубоко надрезать поперек волокон, резы на расстоянии пять-семь миллиметров. Приготовить маринад из сушеной молотой красной паприки, винного красного уксуса, красного острого перца, соли и прочих специй. Замочить мясо на несколько часов. Затем смазать противень оливковым маслом, выложить куски. В разрезы вложить тоненькие кусочки чернослива. Смазать оливковым майонезом. Подсохшие на воздухе половинки некрупного очищенного картофеля выложить на другой противень, смазать майонезом. Поставить в разогретую до двухсот градусов духовку. Блюдо будет готово примерно через тридцать минут. Зависит от температуры и толщины кусков. Убедившись, что картофель готов, снизить температуру до ста двадцати градусов, и через десять минут можно кушать.

Пуфф убрал салфетку и ручку в портфель шефа.

– Больше всего меня пугают слова «несколько часов» и «прочие специи», – отметил он.

– А меня другое, – усмехнулась Линкс, – поскольку от недвусмысленного предложения он отказался, – она посмотрела на Яна, – я беспокоюсь – что кроме пирога вы от меня потребуете?

– Нам нужен транспорт.

– Отправитесь через ворота на тракт… – скорее утвердительно, чем вопросительно молвила рысь, – как далеко?

– Не знаем, – развел руками Марк.

– Плохо. Ну да ладно, все равно ж пойдете. У любого авто, попавшего в мой гараж, полный бак топлива, но долить его или взять канистру невозможно. Когда бак опустеет – автомобиль, словно попрыгунчик на резиновой нити, вернется в гараж. Если транспорт станет не нужен – нажмете красную кнопку на панели приборов, и случиться то же самое. Что же вам предложить… Я подумаю в течение десерта. Уар, пирог.

Пуфф потер лапами одна об другую.

– Ты обещал, – непонятно к чему произнес Ян.

– Да, он долго взвешивал эконома, обещание и пирог… – улыбнулась хозяйка.

– Пуфф! Не пугай эконома зря.

– Я, это, пирог перевесил.

– Откуда вы все знаете…

– Я ж ведьма, была ведьмой… Два костра… Долго жила на Земле и после второго раза жила. Потом провалилась сюда, причем с обязательствами… Колдовство всегда с обязательствами.

– В двадцатом веке тебя никто не заметил? – удивился Марк.

– Вы думаете, что те, кто владеет иными возможностями, стремится к популярности?! Или для них людская шкала ценностей имеет значение!?

– А все эти гадалки, шоу магов, – начал Ян.

Лицо девы стало жестоким. Еще мгновение, и вернулась бы рысья голова. Но проклятье домена в очередной раз почувствовало, что гости просто размышляют, и чья у нее голова им безразлично. А пирог удобнее есть… Послышался звук открываемой двери.

– Вот живой пример катит тележку, – перебила она, – типичный случай опытов с колдовством. Это еще хорошо закончилось, милый Пуфф, да?

– Не факт.

– А поскольку корни пены проросли сквозь пространство, последствия всех этих опытов непредсказуемы. Пожалуй, жулики даже безопасней.

– Пену мы видели…

– На тракте увидите устройство.

– Чай, яблочный пирог.

– Вкус у чая необычный, – удивился Марк.

– Сушеный гранат, отсюда красноватый оттенок. Ладно, господа, всему приятному приходит конец. Я, кажется, знаю, что вам нужно. Сейчас спустимся вниз. Уар вас отвезет к отелю. Лучше выспаться. Может так сдаться, что такой возможности больше не будет.

– Но, мадам…

– Ты же не будешь после супчика, куры и пирога есть моего эконома, к тому же приготовившего этот обед?

– У, угу, – ответил Пуфф, засовывая в рот очередной кусок пирога.

– Но я… – попытался возразить эконом.

– Hummer h1, переделанный для тракта. На нем сможешь ехать даже ты. Котик, возьми пирог с собой. Идемте. Уже вечер.

За дверьми внутрь дома оказался лифт, на нем компания опустилась в гараж. Они прошли вдоль рядов хрома и лака, почти напротив ворот стояло широкое чудовище, покрашенное в белый цвет.

– Помните, как только загорится лампа резерва топлива, у вас будет мало времени, и чтобы не начинать все сначала, выйдите из машины.

Линкс ловко забралась на водительское место.

– Дизель. Кнопка пуска. Не глушите двигатель на тракте! В моторе нет электроники. Коробка автомат без электроники, только гидравлика. Рычаг на руле – вперед, стоп, назад. Давите педаль – едет, давите вторую – тормозит. Печка, очень пригодится, пускаете и не выключаете. Даже вентилятор отопления и охлаждения механические. Вся эта байда, – рысь показала на кнопочки и экранчики, – работать не будет. Мне лучше не покидать дом, а вам не управлять ничем в резиденции, поэтому, Уар отвезет вас в гостиницу. Канав, кстати, здесь тоже нет, заодно и потренируется.

Она спрыгнула на зеркальный пол. «Хороша, даже этот крокодил рядом с ней…» – подумал Ян.

– И что толку, – она грустно улыбнулась, подошла и поцеловала Яна, – желаю всем вам выжить!

Дева удалилась, грациозно покачивая бедрами. Уар открыл ворота, гости расселись.

– Не судите строго… – произнес эконом, запустил двигатель и медленно выехал из гаража.

________

Минут через двадцать очень неторопливого движения Hummer h1 остановился у трактира. За время движения ни одни ворота, ни одно дерево, ни один фонарь или угол дома не пострадали.

Уар заглушил двигатель. Вышел на улицу и впервые ощутил, что устал. Но это не было усталостью отчаяния, вокруг разливался вечер в свете желтых фонарей, запах роз. «Доведу их до Кирика», – подумал он.

– Запирать не нужно? – вернул эконома к реальности строгий голос Пуффа.

– На дверях ее эмблема, здесь это надежнее всех замков. Авто – это ее хобби в периоды спокойствия. Все знают. Теперь и я. Пойдемте внутрь.

Справа от них появился толстенный рыжий котище, распушил хвост трубой, легкой рысью пересек дорогу, остановился. Блеснули в свете фонаря голубые глаза.

– А ты изменился, – промурлыкал красавец, – и вам удача.

Кот выгнул спину и зашипел, все обернулись, перед трактиром стоял белый Hummer и все. Кот пропал так же неожиданно, как и возник.

– Пойдемте, надеюсь, в трактире вы меня не казните…

– Сейчас я ел, и пирожок еще есть, – Пуфф ухмыльнулся, продемонстрировав кусок, аккуратно завернутый в бумажные салфетки, – утром завтрак входит, потом ехать нужно. Похоже, придется отложить.

Гости проследовали в номер, а Уар немного побеседовал с трактирщиком, выпил бокал вина, съел предложенный бутерброд и пешком, не спеша, отправился в резиденцию. Он с наслаждением вдыхал запахи ночи и впервые думал не об ужасах дома, а о том, что нужно проконсультироваться у хозяйки, как загружать и включать посудомоечную машину. Урок пошел впрок.

________

Ночь и завтрак прошли без эксцессов. Троица спустилась в холл. Сэр Кирик тер очередной бокал полотенцем.

– Все-таки уезжаете…

– У нас дела. Спасибо за гостеприимство. Может быть, еще вернемся погостить. Это первое место, где нас пригласили на обед, после того как пытались убить, – ответил за всех Марк.

Ян и Пуфф кивнули.

– Нет, – покачал головой трактирщик, – там вы это поймете. Удачи.

Троица вышла из трактира. Автомобиль стоял недалеко от входа. Рядом был припаркован тот самый Horch 853.

– Кто за руль? – спросил Ян, уже понимая, что вести это чудо придется ему.

– Когти мешают, навыка нет, – донеслось с заднего сидения.

– Марк, может, ты?

– Шеф, ну, я лучше дорогу буду показывать.

– Понятно, сговорились, – вздохнул Ян, забираясь на водительское место.

Ян опустил стекло. Посмотрел на трактир. На крыльце стояла Линкс. Великолепный белый брючный костюм, белая шляпа с изогнутыми полями так шли ей.

– Теплая одежда внутри. Не глуши дизель никогда!

Ян запустил двигатель. Включил, как учили, обогреватель. Стало шумно и жарко. На кожухе между сидениями нашелся рычаг со знаками «плюс» и «минус». С температурой удалось справиться, а вот звук трактора никуда не делся.

– Hummer h1, переоборудованный для чего-то, полный спартанский армейский кошмар. После обеда и на пассажирском сиденье он показался более комфортным, – Марк достал цепочку.

– Не ворчи. Туда.

Ян передвинул селектор коробки передач вперед и отпустил тормоз. Трактор двинулся вперед.


Глава 7. Дикий зимник

Городок закончился. Ян остановился на перекрестке у указателя Red Lynx. Других табличек не было.

– Надо было спросить. Ну, проводник? Куда?

Демон извлек цепь. Маятник качался равномерно.

– Попробуй пересеки перекресток и остановись.

Hummer неторопливо переполз на дорогу напротив, камни на ней имели едва заметные белесые подтеки, словно от соли.

– А что это у нас молчат товарищи… – начал Ян и обернулся. На заднем сиденье за спиной Марка дремал котище в меховой куртке, в лапах он держал кусок пирога.

– Умаялся, бедняга.

Демон так же развернулся, и маятник оказался точно между пассажирами, над печкой. Цепь сместилась, начала раскачиваться, колебания приняли устойчивый ассиметричный характер, указывая на дорогу с солевыми подтеками. Ян поднес палец к губам. Затем осторожно поймал маятник и раскачал его в другом направлении… Через несколько секунд цепь застыла вертикально. Экспериментаторы разочарованно посмотрели друг на друга, но низ маятника мелко задрожал и уже сам раскачался, указывая вперед. Демон кивнул. Автомобиль плавно тронулся. Ширины проезжей части из брусчатки вполне хватало для такого монстра, как Hummer. Двигатель равномерно тарахтел, мимо плыли холмы, поросшие невысокими соснами. Яну стало казаться, что на камнях все больше белого налета. Он остановился перед воткнутым у края дороги гнилым колом. Демон снова достал цепь. Цепочка даже не стала колебаться, а просто натянулась горизонтально вперед. За импровизированным столбом камни были совершенно белые. Хозяин замка тысячи миров нажал на газ…

Как только автомобиль пересек невидимую черту, его окутало облако снега, настоящий буран. Стрелка термометра, вмонтированного почему-то над зеркалом, быстро поползла в синюю зону. Ян добавил мощность обогрева, взглянул в зеркало. Пуфф продолжал спать, сжимая пирог. «Интересно, где он его взял», – только и успел подумать Ян, прежде чем тяжеленный автомобиль рухнул куда-то вниз. «Отъездились», – была следующая мысль водителя. При приземлении машину сильно тряхнуло. Но, видимо, Линкс хорошо знала особенности дороги, и предложенный транспорт выдержал. Ян нажал на тормоз. Термометр показывал минус тридцать градусов.

– Приехали? – раздалось с заднего места.

Марк и Ян обернулись. Пуфф доедал пирог.

– Не выпустил, даже ухнув в сугроб, – не удержался демон.

– Где взял-то? – присоединился Ян.

– Это что, самое важное сейчас? – поинтересовался котище, проглотив остаток и отряхивая лапы, – нам вместе с куртками и сапогами зимними дали.

– Похоже, остались только сапоги, – резюмировал Марк.

– Неправда, я один кусочек взял, – обиделся Пуфф.

– Ладно, не убились – уже хорошо. Шеф, какие идеи?

Ян попробовал включить дворники. Механизм жалобно скрипнул, но повернулся, и за несколько взмахов щетки справились с сугробом на стекле. Далеко впереди, в полной темноте переливалось нечто, больше всего похожее на новогоднюю елку.

– Поехали на елочку.

– На ощупь?

– Умные могут пойти впереди, – огрызнулся Ян и попытался включить фары.

Наконец два луча выхватили из темноты белые сугробы и снежный хоровод. Переливы впереди никуда не пропали, а лишь отдалились и стали менее яркими на фоне снежного танца метели. Ян попробовал двинуться вперед, автомобиль стронулся и начал увязать. Водитель отпустил газ и прикрыл глаза. Тонкий мир напоминал пиротехническое шоу, но впереди, среди буйства красок он успел заметить относительно спокойную зону, через нее проходила, изгибаясь словно змея, лента с размытыми краями, ближе всего она была, как показалось, за спиной. В следующее мгновение феерия красок просто ослепила. Ян открыл глаза. Индикаторы приборной панели хаотично вспыхивали, подсветка кнопок мигала, на экранах пикселы переливались случайным образом. Лишь дизель и печка как ни в чем не бывало продолжали урчать.

– С тобой все в порядке? – спросил Марк.

– Я попробовал осмотреться в тонком мире, ну, и как видите. Спасибо Линкс за трактор. Не зря она так долго сомневалась в выборе.

– Температура падает! – заметил Пуфф, указывая на термометр.

– Славно. Мне показалось, будто дорога сзади. Пробуем.

Ян перевел селектор вниз и добавил немного газу. Снег скрипнул, и трактор тронулся. Очень неторопливо Hummer поплыл по сугробам. Навстречу свету заднего прожектора несся рой снега, впрочем, через некоторое время он начал редеть.

– Температура повышается, – обрадовался Пуфф.

– Уже минус пятнадцать.

Цветомузыка на органах управления стала затихать. Машина медленно, но ровно ползла по глубокому снегу. Ян старался как-то придерживаться направления на «дорогу», мелькнувшую в другой плоскости мира, и даже не заметил, как метель стихла.

– Шеф, снег почти перестал и ноль градусов.

– О, опять минус…

– Остановимся. Смотрите, а елка впереди осталась. Мне кажется, – Ян убавил печку, – температура неплохой критерий дороги. По оси ее, по крайней мере, не увязнешь.

– Попробуем добраться до огней? – спросил Марк.

– Только не спеша, а то я чуть пирогом не подавился.

– Хорошо.

Ян посмотрел в зеркало и заметил там что-то светящееся, похожее на автомобиль. Обмерзшие стекла сильно искажали картинку. Он открыл дверь… Пассажиры повторили за шефом. Над дорогой висел слабо флюоресцирующий контур хаммера, который медленно опускался на землю.

– Остаточное свечение от перехода, – констатировал шофер, захлопывая дверь, – и тьма жуткая. Поехали.

– Теперь я понимаю, что за белый налет был на дороге, это иней. Да, жутковатое место и холодное.

Ориентируясь на термометр как на компас, а на свечение как на маяк, они довольно быстро достигли цели. Вышли из автомобиля. В зоне без снега было явно теплее. Над круглой черной и из-за этого едва различимой тумбой висело нечто.

Образование из огромного количества светящихся прозрачных сферических пузырей или шаров было пронизано множеством каналов, более всего походивших на корни и электрические разряды одновременно. Весь этот сгусток непрерывно перестраивался, нити отпускали одни шары, цеплялись за другие. Корни – молнии из главных магистралей становились мелкими и второстепенными тропинками. Цвет шаров менялся, они то надувались, то уменьшались. В гуще этого безобразия, на одном из корней пульсировала красная точка.

– Эта новогодняя елка шизофреника, видимо, трехмерная карта ближайших окрестностей. Осталась ерунда – найти в пене твою сестру и дорогу к выходу.

Марк опустил голову.

– Да не грусти, – произнес Пуфф, направляясь к тумбе, – это он так шутит.

Котище в дубленке смотрелся весьма колоритно. Переваливаясь, он подошел к основанию и потрогал пену.

– Иллюзия, – констатировал исследователь и постучал по черной тумбе когтем, – огонек замигал чаще, и на тумбе появилась панель.

Ян и Марк подошли ближе.

– Торговый автомат, отменить буран, убрать нечисть, лето – не работает, – прочитал демон, – бред какой-то.

– После всего, что мы видели, понятие «бред» потеряло смысл, материалист ты наш, – съязвил Ян.

Демон достал цепь, звенья безжизненно висели.

– Все пропало. Мне нужно выйти. Я должен подчиниться ему.

– Вообще, слушай, брат богини! Даже песни демонов не было. Очнись, клейстер ты наш, заканчивай свою рецессию, не, это… коллизию, транзакцию, тьфу – депрессию! Растечешься по всей дороге, на таких и зверь бежит.

Словно вторя Пуффу, во тьме, далеко прозвучал вой, очень похожий на волчий. Шерсть между ушей котищи поднялась, он попытался ее пригладить, но ничего не получилось. Метель вокруг темного круга усилилась. Перчатки Яна пропали, в лапе появился жезл.

– Лучше б босс женился на рыси, даже если брак гражданский. Он, ради тебя, можно сказать, счастье свою упустил. А я – кухню. Послали б тебя…

– Ага. Она в белом особенно хороша, а я тут, студень, на морозе с тобой на тракторе. А мог быть кабриолет, леди в белом, кофе у Кнопса, розы.

– Чистота, тепло, красота, – Пуфф заерзал, стараясь почесать спину, – здесь холод, блохи.

– Бедный мой, – Ян попытался обнять рыдающего Пуффа, засунул коту под дубленку жезл и принялся им чесать кошачью спину, – все зря.

– Может, керосином, – заныл котище.

– Погоди, счас мы их.

Марк замер. Сцена с шефом, обнимающим толстенного кота в дубленке, этот вой, вместо кота он вдруг увидел Линкс в объятьях Яна, демон чувствовал, что замерзает внутри. Рысь снова стала Пуффом в белом костюме. По нему ползали шоколадные конфеты, превращавшиеся в блох такого же размера… Запахло керосином, они мгновенно переключили свое внимание на демона.

– А… а… – завопил Марк, стряхивая насекомое с носа, ловко увернувшись от следующего паразита, сбросив очередного и давя еще одного.

– Помогает, – неизвестно кого имея в виду, произнес Пуфф и… отряхнулся.

По непонятным обстоятельствам паразиты оказались на демоне. Крик несчастного, разорвавший ночь, заставил замолчать даже снежную тьму. Ян и Пуфф уставились на Марка.

– Шеф, бей их!

Ян ухмыльнулся и направил жезл на демона. Кольцо забвенья лопнуло, прежде чем прозвучал первый выстрел… Марк все вспомнил, включая историю жезла, и распластался на земле, подавив часть блох. Зеленая вспышка унеслась во тьму.

– Босс, бери ниже, демоны не горят! – крикнул Пуфф, немного опуская руку Яна с жезлом.

Марк едва успел откатиться в сторону, подавленная пакость вспыхнула, остатки энергии прожгли огненную дорогу и, теряя мощность, прочертили дальше светящийся пунктир по сугробам. Чей-то вой резко оборвался.

– Целься лучше.

– Видимо, на озере навык растерял, может, очередью долбанем? – подмигнул Ян Пуффу, – тогда, да, точно попаду.

От слова «долбанем» Марка передернуло, а от слова «очередь» остатки оцепенения разлетелись как стеклянный бокал о камень. За доли секунды демон осознал, что значит «жизнь прошла перед глазами». Вот только Пуфф уже подправил прицельную линию и все, что оставалось жертве, это откатиться в сторону. Когда догорела последняя блоха, а Марк изрядно вывалялся в снегу, наступила пауза.

– Полная дезинфекция от инфекции!

Пуфф и Ян повернулись спинами вполоборота друг к другу. Шеф картинно вскинул жезл, от которого поднимался дымок. Словом, афиша ковбойского фильма, если с кота убрать дубленку, а кроссовки Яна заменить на сапоги.

– Люди в черном три! – хихикнула парочка.

– Может, еще разок, долбанем для профилактики инфекционных заболеваний мозгов? – поинтересовался Пуфф.

– Я тебе «долбану», – демон вскочил и бросился вперед, – ах ты…

Что произнес интеллигентный демон, и где он это почерпнул, привести не берусь. Для особо любознательных отсылаю к водопроводчику, уронившему на ногу батарею парового отопления.

Пуфф ловко спрятался за спину шефа, а жезл уперся в живот Марка.

– Ожил. Эмоции прорезались, – донеслось из укрытия.

Демон попытался обогнуть шефа, но жезл почему-то все время упирался в живот. Потанцевав так некоторое время, пациент поостыл и, наконец, понял, что пушистого безобразника в обиду не дадут.

– Успокоился? Как себя чувствуешь?

– Отлично!

– А если серьезно?

– Будто что-то разбилось. Стало легче дышать.

– А с чего началось?

– Там камень с текстом был, где иней начинался.

– Какой еще камень? – Пуфф высунулся из-за укрытия.

– Да ты спал с пирогом в лапах, а Ян на дорогу смотрел. Не помню, все стерлось. Словно плесень расползлась по сознанию.

Ян разжал лапу и жезл пропал. Жуткий вой возобновился.

– Получается, все гораздо хуже, чем мы думали. Утопить какой-нибудь символ ушедшего народа в сравнении со всем этим ерунда. Эта красота настолько «другая», ей глубоко плевать на то, куда мы идем и развиваемся или нет, и насколько сюжет нашего путешествия соответствует курсу литературного института. Эта махина, словно чудовищные жернова, забытые богом, проворачивается, перемалывая все, что попадется. Как неустойчивая динамика, даже структуру предугадывать бесполезно, как, впрочем, и молиться. И самая опасная иллюзия – иллюзия, что мир существует для нас и что-то должен. Похоже, мы как те насекомые, что сгорели мгновение назад…

– Теперь вы меня бросите здесь?

– Ты что?! – Пуфф подошел и начал отряхивать снег с демона, – кто воспитывать будет, вдруг вилку не той лапой возьму? Катастрофа!

– Вернемся к началу, логический пенный фокус с ходу решить не удастся. Цепочка замерла…

– Я думал, вдруг она покажет место на карте.

– Все, отряхнул. А может, она не на этом фрагменте, – пожал плечами котище, – куда прицепится попаданец в перестраивающееся и растущее варево, даже если он прицелился – большой вопрос.

– Цепь работала на дороге, может, отъехать немного от этого автомата по продаже газированной воды? – предложил Марк.

– Кстати, – оживился Пуфф, пошарив в кармане, достал сначала еще один кусок пирога, потом салфетку и, наконец, монету, – проверим?

Он вернулся к тумбе, постучал когтем, табло появилось вновь. Котище сморщил нос, потер его монетой.

– Да, выбор невелик. Отменим буран. Уберем нечисть, эх, лето, лето знойное, пой со мной, – промурлыкал Пуфф и опустил монету в появившуюся щель.

Внутри тумбы послышался звук музейного агрегата для размена денег. Из щели вылетели две монеты. Пуфф ловко поймал обе одной лапой и озадаченно посмотрел на товарищей по приключениям. Приемник для монет растворился, табло пропало.

– Ерунда какая-то.

– Не скажи, – начал демон и прислушался, поднеся палец к губам.

Вой, уже превратившийся в неотъемлемую часть ночи, стал отдаляться и стих. Снег поредел, метель расступилась, небо очистилось. В мире осталось три черноты, иссиня темная дорога, широкой лентой уходила к горизонту, разрезая белесую черноту метели и небо, в котором полыхало северное сияние, впрочем, нисколько не освещавшее землю. Ян обернулся, свет фар упирался в стеклянную стену дороги, за которой бушевала метель.

– Смотрите! – позвал Пуфф.

В пене часть молнии от зеленого индикатора окрасилась в изумрудный цвет и пульсировала вместе с точкой.

– Не рвануть ли нам по дороге, – подал голос демон, – сдается мне…

– Время ограничено, – закончил за него Ян, – в машину!

Hummer тронулся. Ян старался держаться середины извилистого коридора, руководствуясь термометром и время от времени выхватываемыми светом фар стеклянными стенами метели. Странная это была езда. Давно растаял в зеркале автомат по продаже приключений, а впереди ничего не менялось. Машина по-прежнему находилась на холме, под колеса летели снежные пятна на черном покрытии, дорога едва угадывалась, извиваясь в темноте. Словно древний игровой автомат, в котором дорога нарисована на ленте, а автомобильчик закреплен намертво. Стрелка указателя топлива немного сдвинулась. Марк достал маятник, в отличие от прошлого раза колебания указывали вперед.

– Интересно, что кончиться раньше – оплата или топливо, кстати, откуда деньги?

– Как и пироги, – пожал плечами Пуфф, – ваша кошечка позаботилась.

– Надо было взять ее с собой, – мечтательно произнес Ян.

Марк закашлялся.

– Не переживай, ей от камня не уйти. Это, кстати, всем нам намек.

– Не понял?

– Иллюзия, или мечта легко реализуется, вот только всего не учтешь.

Ян нажал на тормоз.

– Смотрите.

В месте, где дорога плавно поворачивала, на прозрачной границе метели стоял, провалившись капотом в невидимую канаву, большой заиндевелый пикап. Задние колеса оказались на весу. Двери были распахнуты. За рулем сидел скелет с раздробленными костями рук. Череп отсутствовал.

– А мы там, в сугробе рассуждали, – вздохнул Пуфф, – и еще раз деве спасибо.

– Как же оно устроено, – начал Марк, но не успел закончить, как пикап пропал.

Что-то стало меняться в пространстве. Приборная панель продемонстрировала волны переливающихся огней, термометр вдруг показал минус двадцать градусов Цельсия. Почудилось, что впереди стекло. Яну вдруг привиделось, что сумасшедший кубик Рубика из немыслимого количества шаров повернулся именно здесь. Мир впереди вдруг начал смещаться, полярное сияние ушло куда-то вправо, а на смену дороге с холма пришла метель. Машину стало тянуть вперед. Ян нажал тормоз…

– Держитесь! – только и успел крикнуть водитель, прежде чем клубящийся белый вихрь поглотил автомобиль.


Глава 8. Пикник на пляже

Метель была столь плотной, что не удавалось разглядеть даже капот. Ян чувствовал, что тяжелая машина продолжает двигаться и ее разворачивает. Все происходящее напоминало замедленную съемку про жевательную резинку. Он отпустил тормоз, перевел селектор вперед, осторожно добавил обороты, затем попытался выправить рулем направление. Ощущение разворота пропало. Он снова немного притормозил, Hummer продолжал медленно ползти навстречу судьбе в неизвестность.

– Ты крутил руль, значит, что-то видел? – донеслось с заднего сиденья.

– Нет, просто машину стало разворачивать.

– Всеобъемлющее разъяснение, – прокомментировали сзади.

– Теперь мы все же остановились? – спросил Марк.

– Спидометр работает. Скорость как у пешехода.

– Тот пикап, похоже, занесло сильнее…

После этих слов Hummer передом рухнул вниз, но полет завершился столь быстро, что пассажиры даже не успели сориентироваться. Высота ступени оказалась сантиметров десять, сущая ерунда для вездехода. Следом с уступа съехал задний мост. Метель расступилась. Ян успел заметить в зеркало, как снежный клубящийся выброс втягивается в контур автомобиля. Контур быстро поблек на свету.

– Печку убавь, – хором потребовали пассажиры.

Термометр показывал плюс двадцать три.

– Тулупы снимите и нормально будет! Кстати, надо доесть завтрак, а то испортится!

– И тебя не интересует устройство пены? Не беспокоят судьбы мира?! – высокопарно начал Марк.

– Я есть хочу. Вообще меня очень беспокоит сумка Линкс, причем причин две – жара и более опасная напасть!

– Я что, я ничего. Я только спас часть пирога, немного уменьшил потери.

– В кого уродилась напасть, даже спрашивать не стоит.

– Девушка старалась, нужно уважить, – тоном, не терпящим возражения, произнес Ян, переводя селектор в нейтральное положение и для верности, вытянув ручной тормоз.

– Ага, – поддакнули сзади, шурша пакетом и напевая, – тебя мы снова узнаем, наставник юности беспечной и ненавистник женской красоты, учитель мой заречный.

Еда была выложена на салфетку, расстеленную прямо на кожухе чудо печки посредине автомобиля. Троица перестала выяснять отношения и, наконец, осмотрелась. Hummer стоял на бесконечном песчаном пляже. Слева, метрах в пятидесяти лениво плескалось море, справа дюны перемежались низкорослыми соснами, и если б не рассеянный свет без теней, место могло сойти за Землю. Береговая линия простиралась до горизонта в обе стороны.

Ян открыл дверь. Чистый, чудесный морской воздух заполнил салон.

– Кура с черносливом, конечно, холодная, но мне кажется греть если только на двигателе, – доложил Пуфф.

Ян на мгновение прикрыл глаза.

– Согласен. Здесь просто перегретое марево, и если лишь поместить затравку, то как в концентрированном растворе начнет что-нибудь расти. Потому перекусим и в путь.

– Спасибо хозяйке и эконому. Хотя, ваш брак в сложившейся ситуации не лучший для меня вариант, кстати, почему «учитель мой заречный»?

– Да, случай тяжелый, дало осложнение на чувство юмора, – отметил Пуфф, смахивая крошки салфеткой прямо в дверь, – птичкам.

– Может, повторить курс? – Ян зевнул, любуясь морем, – для закрепления?

– В песке вывалять хотите, за что? – обиделся Марк.

– Было б за что, а заречный – для рифмы, вот. После еды валять нельзя, она обратно может попроситься…

– Двери, быстро! – неожиданно рявкнул Ян, почувствовав как приподнимается корма автомобиля, и осторожно дал передний ход. За время совместного странствия путешественники научились мгновенно реагировать на предостережение любого из них, а уж потом разбирались, что, собственно, произошло.

На месте, где стоял автомобиль, в песке образовался круглый прогиб, словно это был резиновый лист. В этом углублении лежали несколько странных камней, напоминавших чудовищно увеличенные…

– Крошки, – охнул Марк.

– Я только смёл.

– Там блошки, тут крошки – поехали быстрее.

– Но почему оно среагировало на крошки?! – продолжил удивляться демон.

– А я откуда знаю, – ответил Ян, добавляя газу, благо песок оказался плотным и легко держал автомобиль.

– На крошки чайки, на чаек кошки, на кошек, – начал котище.

– Пуфф, молчи!

Над морем появились чайки, они кружились, иногда опускаясь к воде. Несколько расхаживало вдоль линии прибоя. Затем их заинтересовал джип, наиболее наглая птица спикировала на капот и умудрилась удержаться на металле. Птичка была с хорошую курицу. Она прошлась вперед-назад и внимательно посмотрела на пассажиров.

– Не нравится мне она, – поежился Марк.

– Птичка как птичка, – пожал плечами Ян.

Чайка приоткрыла глаз шире, он стал похож на совиное око, и прицелилась клювом в стекло.

– Счас долбанет… – не выдержал Марк.

– Не «долбанет», а применит клюв для раскалывания стекла, – донеслось с заднего сиденья. – «Счас» – не литературное слово, употребление которого воспитанными, интеллигентными товарищами неприемлемо. А прочие нецензурные выражения, которые последуют при постукивании клювом по голове учителя словесности в обществе с юными и ранимыми воспитанниками, недопустимы в принципе.

Чайка подобралась поближе к стеклу, размахнулась, но Ян, заслушавшись, умудрился наехать на редкую на пляже кочку. Джип тряхнуло, клюв лишь скользнул по стеклу. «Омыватель», – подумал водитель и сочно полил стекло. Спиртом и отдушкой запахло даже в салоне. Жидкость потекла по капоту. Чайка, отчаянно перебирая лапами, попыталась удержаться, клюнула несколько раз металл, оставляя существенные вмятины на поверхности. Далее птица исполнила замысловатый танец пьяного грузчика.

– Надышалась, – констатировал Пуфф, – в подпитии она еще опаснее!

– Значит, наелся и расшалился…

Неожиданно в воздухе поднялся шум, перекрывший даже звук дизеля. Птица развернулась вперед, расправила крылья и умчалась к своим. Стая взяла курс на крошки.

– Я только разговариваю. Остального – ни-ни. Босс сказал: «Нельзя», значит, нельзя.

Ян повернулся к Пуффу, понадеявшись на пустоту дороги.

– Шеф, там, это…

– Что?

– Скорее!

Собственно, когда водитель снова взглянул на дорогу, то увидел, как навстречу что-то мчится, причем точно в лоб. Ян нажал тормоз, но на песке машина практически не среагировала, а объект оказался вблизи очень крупной пятнистой кошкой. Не снижая скорости, она оттолкнулась от капота, отчего машина просела, причем на одну сторону, потом джип развернуло. Пассажиры успели увидеть пятнистый удаляющийся хвост.

– Курятнику не повезло, – констатировал Пуфф.

– Да, если на капоте станцует он, предварительно нанюхавшись жидкости из омывателя, – Ян развернул машину и поехал, набирая скорость.

– Направление правильное? – поинтересовались сзади.

– Ну…

– Босс, только не отвлекайтесь от дороги, мало ли кто тут еще бегает.

– Марк, достал бы цепочку, а?

– Ну да, что-то я торможу, – демон извлек импровизированный компас.

– Остановиться?

– Подожди, попробую на ходу.

Маятник сам установился в режим ассиметричных колебаний, указывая вперед.

– Это, конечно, хорошо, вот только топливо медленно убывает, когда переход и где – ведомо только создателю, а уж где твоя сестра…

– Шеф, ворчать, ныть, проводить нравоучения, стоп. Наводить, или презентовать? Тьфу, вообще запутался. Короче, если заставляют руки мыть и не пакостить – это роль Марка. Не примазывайтесь.

– Примазывайся-не примазывайся – а где переход, и как он возникает, я не понимаю.

________

Черные плиты, словно окаменевшее время, будто сама ночь вымостила пол бесконечного зала. Странное шахматное поле одного цвета, пурпурный плащ повелителя на ступенях трона. Он умел ждать и играть партии на однотонной доске.

«Они пришли, и что же дальше? У нас есть надежда? Нужно вызвать Дандо», – подумал он.

Невидимый колокольчик мелодично оповестил о появлении человека в длинном плаще с капюшоном.

– Приветствую тебя, мой повелитель.

– Расскажи, сбылось ли предсказание? Только, – властелин поднял указательный палец, – удержись от провокаций и эмоций.

– Да, господин.

– Ты же наблюдал?

– Да. Они пришли.

– Уже хорошо.

– Не уверен. Их логика поведения не ложится в принятую сынами этих рас. А про пушистейшего – вообще нет никакой логики.

«Поскольку, милейшего не обозвал – у меня есть шанс узнать подробности истории», – усмехнулся про себя он.

– Я что-то не то сказал?

– Продолжай.

– Они разрядили узел напряженности в «Кровавой рыси». Теперь точка медленно затухает.

– А хозяйка? Колдун?

– Оба живы-здоровы. Она приходит в себя, он приводит в порядок дом.

– Никого не съели?

– Нет, даже колдуна не убили – не она, не они. Ребус.

– А сейчас?

– Поели и катаются по пляжу.

– Не понял.

– Рысь дала повозку, они катаются по песку у моря.

– Я знаю, что такое пляж. Куда они едут?

– Не знаю. Пока неясно. Два перехода – это ни о чем.

– Следи и рисуй. Дьявольская икра переменчива.

– Слушаюсь, повелитель.

________

– Температура понижается.

– Действительно, – Пуфф придвинулся ближе.

– Так, как помнится, на черной дороге, – согласился Ян.

– Очень медленно.

– Да уже десять градусов, а перемен никаких. Нет, подождите, песок белеет!

– Смотрите! – котище указал лапой, – там опять пикап!

Ян сбавил скорость. Впереди по курсу, между морем и направлением движения из песка торчал пикап в той же позе, что и на черной дороге. Вот только скелет не был поврежден, а машина сильно поржавела, словно остов старого корабля, выброшенный морем и увязший в песке.

– Где-то мы уже это видели, – констатировал Марк, – температура близка к нулю. Печку добавь.

– То убавь, то добавь.

Ян послушно потянул рычаг отопителя и одновременно сбавил скорость до минимума. Примерно на линии скелета пейзаж впереди стал таять. Ставший совершенно белесым пляж заканчивался размытой границей, словно песок был нарисован на стекле. За растворившимся краем внизу, в метрах десяти лежали гигантские хлебные крошки, кружились чайки, и охотилась пятнистая кошка. Уступ пространства простирался в обе стороны, насколько хватало глаз.

– Рухнем им на головы? – осведомились с заднего места.

– Сомневаюсь я, – возразил Ян, увидев переливы на панели приборов.

Hummer потащило вперед. Уже привычно повалил снег, подправляя рулем и придерживая тормозом, Ян довольно легко сохранил направление, и через короткое время автомобиль плавно выкатился на заснеженную дорогу под полярное сияние. Слева от дороги, немного позади, из канавы, скрытой снежной стеной, торчал пикап, освещенный угасающим остаточным явлением после перехода.

– Вот это мы точно видели.

– Скорее, вероятно, – поправил Ян, – топливо, однако, убывает быстро.

– Точно он, там кости ломаные, я чувствую, – подтвердил Пуфф.

– Получается, косвенно определить, что горло домена близко – мы можем, услуга автомата – пока действует, двигаться к цели можем.

– Только с направлениями здесь трудно, да и определить главный коридор – проблема. Ведь нам нужен главный коридор?

– Ой, Пуфф, какой коридор нам нужен – фиг его знает. Ладно, поехали вперед, поскольку больше некуда, – Ян нажал на газ.

Снова началась странная езда, когда автомобиль словно замер на вершине холма, а дорога летит навстречу.

– Какие у нас есть варианты? – подал голос Марк.

– Это мы у тебя должны спрашивать, штурман ты наш.

– Один. Ехать, пока есть солярка.

– Заправок разве нет? Пешком не хочу, – заныл с заднего сидения котище.

– Смотрите, еще кузов! – произнес Ян, – может, посмотрим топливо?

– Плохая идея, даже две плохих идеи, – остудил демон.

– Это, почему это? Пешком, что – лучше?

Ян убрал ногу с газа.

– Вторая – это если остов обозначает переход.

– Температура пока стабильная, и цветомузыки нет…

Машина, снизив скорость, поравнялась с заиндевелым кузовом микроавтобуса. Шины были разорваны, в поросшем кристаллами льда металле зияли рваные отверстия как от авиационной пушки. Площадка вокруг была усыпана белыми обломками.

– Первая, приглядитесь. Если тот ориентир лишился головы, то здесь – разодрано и раздроблено все. Бак, кстати – тоже.

– Однако это снова кости, – отметил Пуфф.

– Вот уж точно – дикий зимник, – согласился Ян, добавляя газ.

Hummer никуда не провалился, а место сражения осталось позади. На очередном повороте дороги впереди мелькнули огоньки. Затем черная трасса, наконец, выправилась, открыв вдали нечто похожее на новогоднюю иллюминацию.

– Неужели снова автомат! – обрадовался демон.

– Главное, чтобы не тот же, – прокомментировали сзади.

– И кто из вас пессимист, – отметил Ян, все с большей тревогой следя за указателем топлива.

Но в этот раз капризная госпожа удача была вместе с героями. Несмотря на стрелку на нулевой отметке указателя топлива, на мигающую лампочку резерва – джип дополз до автомата по продаже услуг дикого зимника.

– Интересно, это тот же или следующий.

– Пуфф, подойдем и узнаем, – сказал Ян, машинально прихватив сумку с собой.

Перед ними снова была трехмерная динамическая модель окрестностей. Теперь огонек мигал у другого конца «оплаченного» коридора. Пена несколько трансформировалась. Пуфф постучал когтем по тумбе. «Услуг нет» – высветилось у основания пузырчатой схемы местности.

– Да. Глобус дна пруда закис, – констатировал котище.

– Скорее всего, мы не использовали до конца предыдущий пакет услуг, – возразил Марк, разглядывая переливающуюся и искрящуюся пену-гроздь.

В это мгновение Ян боковым зрением заметил, как внутри джипа с периодичностью раз в две секунды начал вспыхивать красный фонарь.

– Может, вернемся к Линкс?

– Зачем?!

– Солярка кончилась, скорее, ближе друг к другу, Пуфф, обхвати нас! Сдается мне, так просто он не исчезнет!

Лампа замигала чаще.

– Прямо фотосессия какая-то, – успел съязвить котище, прежде чем Hummer исчез, оставив после себя красноватый, словно выложенный из тлеющих углей контур.

– Держи крепче, резинка длиной несколько доменов даст отдачу!

Буквально через две секунды из контура выбросило снежный упругий мешок, наполненный бураном. Он обхватил холодными объятиями троицу и мягко бросил прямо в карту. «Знал бы, встали бы в другое место», – успел подумать Ян. Троице показалось, будто модель окрестностей растет, они несутся сквозь нее. Было что-то от падения с камнем Корн на дно миров.

– Запоминаем дорогу! – успел прокричать Марк.


Глава 9. Блистер

Пуфф открыл глаза. Вся шерсть до кончика хвоста была белой и искрилась.

– Путь записал? – спросил Марк.

– Какой путь? Я зажмурился! Вообще все пропало, я седой!

– Ну тебя, это просто иней, он быстро тает.

– О, теперь я мокрый!

– Да уймись ты. Нам кажется повезло… или не повезло, – произнес Ян, удивляясь все больше.

Они стояли на пешеходной улице старой части города где-то в Европе. Брусчатка, витрины магазинов уже зажигали огни, вдоль стен домов располагались бесчисленные столики кафе и ресторанов, вышедших на мостовую из недр домов. Людской поток обтекал троицу, не обращая на них никакого внимания. Часть мест в уличных заведениях уже была занята.

– Только этого еще не хватало, – почти хором произнесли Марк и Ян.

– А что такого? Вы здесь были? – поинтересовался оттаявший Пуфф.

– Это Земля. Старушка Европа.

– Ну и что?

– Мы вернулись куда-то туда, где я начал свой путь в Замок тысячи миров.

– Туда, где все начиналось, где замок был, когда я застрял в нем, туда, где мы начали искать Изиду, круг замкнулся.

– Что-то я сомневаюсь, – проворчал Пуфф и отряхнулся.

Никто из окружающих этого не заметил. Люди продолжали обходить троицу. Вечерний город жил своей обычной жизнью.

– Присядем за свободный столик, – предложил Ян.

За соседним столом расположилась молодая пара, тут же подошел официант, выдал меню. Они начали что-то оживленно обсуждать. Через пару минут заказ был сделан, официант удалился. Ян внимательно присматривался и не мог понять, что не так. Их стол игнорировали не только посетители, но и служащие ресторана.

– Но, с другой стороны, если все так просто и это Земля, – начал Марк, и зародившееся обобщение Яна растворилось, – посетить, например, Прагу было бы очень легко.

– Ну да, – согласился Пуфф, – натянул рогатку, уселся поудобнее и на месте.

– Зачем тогда все шоу и пути, которыми мы прошли? Чего же не хватает здесь?

– Что-то нас не хотят обслужить, – начал Пуфф, – а еда столь соблазнительна!

– Стоп. Понял: нет запахов еды из ресторанов, они буквально обволакивают город, не дают пройти по вечерним улицам, маня к ужину!

– Проверим, – предложил Пуфф и попытался взять горчицу со стола, но ничего не получилось.

Тогда котище нагнулся и втянул воздух.

– Ничего. И звуков тоже нет.

Он попытался придвинуть стул, и лапы после превышения некоторого порога словно проскочили сквозь сиденье.

– Может, особенности твоего строения виноваты? – заинтересовался Ян.

Его попытка взять горчицу со стола привела к точно такому же результату. Сначала он почувствовал сопротивление, затем лапа оказалась по другую сторону предмета.

– Марк, твоя очередь.

– Занятно, предмет есть и нет его, – произнес демон, осматривая ладонь.

– Может, осмотреть другую плоскость бытия? Там, в живом мире, запахи должны быть!

– Погоди, сейчас нас будто нет. Не будем нарушать тишину. Кстати, перелет мог отбить обоняние.

– Меня по носу никто не бил. Замерз, конечно, – котище потрогал лапой нос.

– Не придирайся к словам. Еще идеи?

– Ладно. Кстати, меня посетила мысль: у меня есть мысль! – радостно сообщил Пуфф.

– Одна? – осведомился Марк.

– Не перебивай. А если нам не хватило энергии? А? Мы просто не долетели и зависли на грани этого мира? Уже сколько рассуждаем, а время стоит, солнце дальше не садится, вон, в конце улицы заря как была, так и есть.

– Предложения?

– Попробовать изменить точку наблюдения.

– Ну, пойдем на зарю, – предложил Пуфф.

Они шли по улице города. Вечер становился все более ранним, народ по-прежнему расступался, обтекая невидимую троицу. Город немного изменился, стало меньше уличных кафе и больше стеклянных офисов, разбавлявших средневековую архитектуру. Вдоль стены здания снова сидели люди. Странные средневековые украшения или полупрозрачные светильники прилепились к стене над головой каждого посетителя. Ян протер глаза и машинально сделал еще шаг…

От представшего зрелища в первый момент его едва не вырвало. Над головой каждого человека, словно медуза, висело бледно-синее образование. Тонкие нитевидные щупальца, словно прозрачные провода, уходили прямо в голову жертвы. По ним внутрь монстра время от времени пробегали сиреневые искры. Паразит жил на жертве, питаясь ее эмоциями, переживаниями, стрессами и просто размышлениями.

– Тошнит и видения только у меня? – Ян остановился.

– Да нет, но очень интересная интерпретация!

– То есть видите это подводное царство паразитов и вы?

– Ну да. Только не пытайся освободить кого-нибудь, – заметил Марк, – куда уйдет энергия жезла неизвестно.

Троица присмотрелась внимательнее к окружающей среде, благо ни медузы, ни их носители гостей в упор не видели. Обнаружилось, что есть субъекты, не носившие паразитов. Причем, от чего это зависело – неизвестно. За столиком сидел пожилой мужчина с бокалом вина и читал газету. Проплывавшие время от времени в воздухе медузы игнорировали его. А вот за соседним столом сидели двое худых молодых людей. По прозрачным нитям их прилипал бежали целые ручейки искр. Причем поток все нарастал. Одна из шапок засветилась, будто фонарь, и парень откинулся на спинку стула и обмяк. Тварь поднялась вверх и закружилась, ища новую жертву.

– Руки в язвах, передозировка, остановка сердца, – констатировал демон.

Ян дернулся.

– Ты даже на земле, живя рядом, не спасешь. Смотрите, захват объекта!

Медуза увидела цель. По другой стороне улицы в коляске мама везла маленького мальчика. Его голова была свободна. Тварь молнией метнулась к жертве и присосалась. Но, к удивлению зрителей, течение искр было обратным, существо сбрасывало избыток этого нечто, высосанного из других людей.

– Похоже, так рождаются гении!

– Ага, они получают полный пакет и становятся шизофрениками или рано гибнут!

– Да, это как получится. У кого реинкарнация, а у кого паразит присосался. Попробуй, разберись.

– С чем рефракция? – не удержался любознательный Пуфф.

– У тебя в ушах что?

– Причем тут мои уши?

– Ты же не отстанешь? – в свою очередь спросил демон.

– Не…а.

– Сошлюсь на Википедию. Реинкарнация – переселение душ. На латыни reincarnatio – «повторное воплощение», это группа религиозно-философских доктрин, согласно которым бессмертная сущность живого существа (в некоторых вариациях – только людей) перевоплощается снова и снова из одного тела в другое. Эту бессмертную сущность в различных традициях называют духом или душой, «божественной искрой», «высшим» или «истинным Я». В каждой жизни развивается новая личность индивидуума в физическом мире, но одновременно определённая часть «Я» индивидуума остаётся неизменной, переходя из тела в тело в череде перевоплощений. В ряде традиций существуют представления о том, что цепь перевоплощений имеет некоторую цель, и душа в ней претерпевает эволюцию. Представление о переселении душ присуще не только ряду религиозных систем, но встречается также в отрыве от какой-то религиозной системы, в личном мировоззрении.

– Ну, ты даешь! – не удержался Ян.

– Долго сидел в холле Замка тысячи миров, было время почитать.

– Кстати, оговорочка про рефракцию по отношению к «я» человека и «сущности» паразита, да…

– А что такое «Википедия»?

– Свободная энциклопедия, – тяжело вздохнул Марк.

– Извини, я сидел в другом месте. Там книжек не было. Причем никаких.

– Уверен?

– Конкретно в моем ящике – никаких.

– Смотрите, пока мы рассуждали, второй парень уснул!

Медуза на голове молодого человека время от времени вздрагивала, словно икая. В эти моменты ток искр сменялся на обратный.

– Странные он видит сны…

– Доза меньше. Умрет в следующий раз.

– Смотрите!

На площадь выплывала колышущаяся студенистая масса, более всего напоминавшая полупрозрачное плоское облако или пену. Над поверхностью возвышалось несколько плакатов с транспарантами. Под пеной шли участники шествия, немного – человек пятьдесят. Из-за близкой дистанции медузы контактировали тонкими отростками и все больше походили на нейронную сеть. От массы отделился индивидуум, видимо, лидер. Процессы передачи в щупальцах его паразита были значительно интенсивнее. Человек забрался на небольшое возвышение и начал что-то говорить, жестикулируя руками. В толпе закивали. Лидер спустился с импровизированной трибуны и влился в аналог нейронной сети. Масса поплыла через площадь и пропала в складках пространства.

– А если они соберутся на стадионе?

– Пиршество, море эмоций. А если паразиту удастся разжечь адреналиновый голод…

– Что же, эмоции – это зло? – возразил Ян, снимая перчатку и направляясь к мужчине, который читал газету, – а активная умственная деятельность также просто корм?

– Не знаю. Такое вижу в первый раз, – ответил Марк.

Хозяин Замка постучал когтем по голове читателя, потом наркомана и, наконец, по медузе. Здесь звук был и сильно напоминал…

– Блистер! Вот на что похоже.

– Кто? – снова не понял Пуфф.

– Так товар упаковывают, все видно, а добраться – не получится. Можно только когтями поцарапать.

– А если… Начал котище.

– Дадут по лапам и заставят заплатить!

– Тогда пойдемте дальше, – Пуфф зачем-то спрятал лапы за спину.

– Это какая-то неестественная прослойка между плоскостями, типа, миры разные, переход квантовый, в смысле неделимый, а мы в нем бродим, твари без проблем присасываются – чушь какая-то.

– Марк, эта чушь прямо перед нами. Хорошо, что мы не на месте сражения или еще чего-нибудь похуже, например, в тюрьме. Похоже, эта часть вполне естественна. Почему могут быть компьютерные вирусы, в смысле – самоорганизовывающиеся программы, и не может быть структур-паразитов в среде высшей нервной деятельности? Информационная среда, носители и потоки данных значительно примитивнее, чем даже у животных и тем более чем у высокоорганизованных существ.

– Ага, а организовали их эти насекомые, – не удержался Пуфф.

– Да уж, весело.

– Достань лучше цепь, хотя я сомневаюсь, что здесь компас работает.

Маятник начал раскачиваться и описал конус. Все попытки сбить колебательный процесс неизменно возвращали цепочку к круговому вращению.

– Куда теперь?

– Пошли на свет, – снова предложил котище.

– Аналогия для нашего положения, один из вариантов, частично поясняющий одну грань бриллианта, похожа на отвесный обрыв. Наверху живут, внизу живут… Если падают – то все. Мы как тараканы ползаем по стене и не в курсе про остальное.

– Не согласен, Ян, какой же это бриллиант?!

– На бриллиант непохоже, – согласился Пуфф, – одна радость, как выразился шеф – «другая плоскость мира».

Людские образы становились все бледнее, а медузы плавно превратились в серых овальных мокриц разного размера, от двадцати сантиметров до семидесяти. Впереди простиралась равнина, по которой до самого горизонта копошились эти сухопутные равноногие ракообразные. Одно попыталось забраться по лапе Пуффа.

– Теперь ни одной радости, лишь гадости, – мрачно произнес котище, пнув насекомое, – ну, штурман? Куда нам по этой плоскости бытия плыть?

– Что же они едят?

– А разве неясно? – Ян показал рукой назад.

– Какая разница, ученый ты наш? Все демоны такие зануды?

– А ты чего разворчался? – удивился Марк, доставая цепь.

Маятник указывал вперед, в светлое марево.

– Какая гадость, – опять проворчал Пуфф, отпихивая очередное насекомое, – Шеф, придумайте что-нибудь!

Ян прикрыл глаза и попытался сосредоточиться. Ничего необычного в тонком мире домена не обнаружилось. Сомнений, что это домен, больше не оставалось. Здесь не было никаких бурлящих потоков энергии, ни медуз. Пустая равнина с сужающимся в небе и снова расширяющимся образованием, похожим на песочные часы. Угадать, во что переходит эта конструкция, не получилось, единственное, под ногами присутствовала система, очень похожая на корневую.

– А там пусто. Этих нет вообще…

– Зато здесь полно, ну, босс…

– В сетку собери.

– Издеваетесь, да? Мне после прогулки по квантовому переходу не хочется ни во что здесь вляпываться.

– А я почему?

– Вы руководитель, вот!

– Чего руководитель?

– Всего. Меня, в частности.

Ян тяжело вздохнул и снова углубился в изучение пространства, теперь уже под ногами. Нечто типа громадных корней тянулось в почве, переплеталось и опутывало все. Точнее, «опутывало» – не совсем правильно, эти структуры имели направление, словно расходящиеся корни дерева. Они объединялись, становились толще и имели единый центр, эти огромнейшие песочные часы.

– Так, а твой маятник указал туда? – Ян показал рукой в марево.

Демон кивнул.

– Там что-то есть. Типа песочных часов… Но ни сколько до них, ни какого размера – не определить. Под ногами есть какая-то структура, типа корневой системы, она тянется к основному дереву. Получается – нам туда.

– А таракашки? Пожжешь?

В лапе Яна появился жезл.

– Идея плохая, – возразил Марк, – представляете, что будет с инфицированными объектами при обратном выбросе. Столько лечебниц для душевнобольных просто нет. Даже если это не Земля – не наше дело решать за бога, кто кого ест.

– А заповеди? Не убий и так далее?

– Не передергивай. Я лишь о том, что три нахала ввалились куда-то, в чем они весьма смутно понимают, правильнее, не понимают вообще. Их сюда никто не звал, помощи не просил, клетки открывать не требовал, а уж революцию делать не просил точно!

– Хорошо, хорошо. Сговорились.

Пуфф отбросил очередное ракообразное существо и строго посмотрел на Яна.

– Шеф, займитесь, наконец, делом!

– Вырастил.

– Позволю себе сказать банальность, но что выросло, то выросло, из маленькой хорошенького… Ну и не доросло еще.

– Все, молчим. Следите, чтоб по мне эти не ползали.

Ян снова, уже в третий раз попробовал сосредоточиться. Было две проблемы: как-то избежать ракообразных и добраться до перехода между доменами. Он снова «всматривался» в слои зазеркалья, но ни насекомых, ни порталов здесь не было. Нужно подойти поближе к горе.


Глава 10. Parasitus sugentem tegmine (латынь)

Темное кольцо – не простое украшенье,
Двух миров одно решенье, подтвердило сватовство.
Не на пальчик село в то мгновенье –
Шею сжало, перекошено лицо.
В страшный час тот мастер выковал кольцо.

Мало что менялось в черном зеркале пола. Холод камня, бесконечность черных плит. Шахматное поле одного цвета.

«Сказка продолжается, что теперь? Самому нельзя, все смешается. Где же Дандо» – подумал он.

Обязательный ритуал. Невидимый колокольчик мелодично оповестил о появлении человека в длинном плаще с капюшоном.

– Я здесь, мой повелитель.

– Докладывай.

– Я их упустил, – слуга склонил голову, готовясь к каре.

Но гнев, как чувство, так давно растворился в далеком прошлом повелителя, а ставка в игре была столь велика, что владыка остался холоден, как пол тронного зала.

– Пройдем их путь. Ты, надеюсь, научился сдерживать чувства? И не садись в кресло!

– Да, повелитель, – ответил Дандо, потрогав затылок.

Стеклянная пирамида за прямоугольным окном… Слуга прошел к основанию.

– Показывай.

Границы окна раздвинулись, пирамида выросла. На поверхности появились сферические вздутия. Грани будто вспенились, ожили, фигура все больше теряла форму, наконец окончательно трансформировалась в подобие трехмерной «карты» из автомата на черной дороге, только чудовищных размеров. Вся эта масса непрерывно пузырилась, перестраивалась, шары меняли положение, цвет. Ветви перекручивались, по ним проскакивали похожие на молнии вспышки.

– Теперь расслабься и назад, на точку исчезновения, отследим прошлое, просто раскручивай! Ничего не делай, я со стороны посмотрю.

Дандо протянул руку к пене. Чудовищный ком замер. Слуга сосредоточился, попробовал вернуть запись назад. Стоп кадр трехмерного кино повисел еще несколько секунд, и пена снова начала меняться, но существенно медленнее.

Перед зрителем прошел весь период пребывания троицы на дне миров до точки исчезновения.

– На моменте обрыва медленно…

– Я понял! Следите!

Искра, изображавшая путешественников, вытянулась, разделилась на две, произошла короткая вспышка, словно патрон выстрелил в невидимом стволе! Одна часть вернулась в «Кровавую рысь», вторая унеслась вперед, минуя множество доменов, и прилипла к приплюснутому темному образованию.

– Это конец истории… – начал Дандо.

Но точка медленно двинулась сквозь боковую поверхность, внутрь темного бублика и пропала. Попытки рассмотреть объект, больше всего походивший на тор с нулевым отверстием, ни к чему не привели.

– Не старайся. Это parasitus sugentem tegmine!

– Не понял…

– А должен был бы, в твоем прошлом это был живой язык…

– А, латынь, тогда это кокон сосущих паразитов. Значит, все. Съедят.

Стеклянная лягушачья икра, словно резина, снова вернула себе форму пирамиды и пропала.

– Не торопись. Конечно, направление их движения, скорее всего, не зависит от их желаний. Может быть, они уже пошли на еду и обустройство, а может, и нет… Наблюдай за гнездом! Мы знаем, какой конкретно кокон, но наши планы могут не совпадать с планами колонии…

________

Ян пытался понять хоть что-то в «этом другом». Лапа машинально опустилась вниз. Возникло тепло от корней к лапе через жезл, слабое течение, словно от выпитого спиртного согревало тело. Закружилась голова. На него летела медуза, причем щупальцами вперед… Крик вернул в реальность.

– Шеф, все нормально? – Пуфф и Марк настойчиво трясли его за лацканы куртки с двух сторон, крупная мокрица лежала брюшком вверх, перебирая лапками.

– Это прыгнуло на тебя!

– Да, то, что в других плоскостях никого нет – ошибка. Они как – то чуют жертву.

– И что теперь?

– Есть мысль: нужно обойтись механикой… Попробовать приподнять корень и соскользнуть с него. Здесь почва песчаник, может, плиту найдем.

– Шутишь?

– Нет. Пуфф, пощекочи мне нос.

– Шеф, вы это, не того?

– Пробуй!

Ян взялся за жезл двумя лапами, направил в низ, котище поднес кончик хвоста и провел им по носу шефа. К удивлению троицы почва стала приподниматься, песок потек в стороны. Воздух вокруг начал двигаться вверх, как над раскаленным шоссе. Мокрицы, хаотично ползавшие вокруг, бросились прочь, лежавшая на спине скатилась с края плиты и последовала за сородичами. Пуфф сунул хвост в нос шефу еще раз, и Яну тут же захотелось чихнуть. Он начал ритмично вдыхать воздух, в такт ему стал расширяться и сужаться цилиндр раскаленного воздуха.

– Пуфф, ты перестарался, – лишь успел сказать Марк, прежде чем Ян чихнул.

По земле прошла судорога, корень поднял плиту еще выше, почти на гребень, волна понесла троицу, взламывая песчаник как лед. Ян ощутил, что опьянение прошло. Теперь он мог частично контролировать процесс. Но вливавшиеся в поток боковые корни постепенно «разбавляли» возникший импульс.

– Пуфф, хвост!

– Есть, капитан! – отозвался котище.

– А если у него аллергия? – ужаснулся Марк.

– Ааа… пчхи!

– Аллергия лучше, чем медузная лоботомия!

Ян кивнул, волна снова набрала высоту.

– Тогда куда мы едем? – осведомился демон.

– Все при деле, даже я, – съехидничал Пуфф, – только штурман непричем.

– Ах, да!

Компас продолжал указывать вперед, причем сильнее вверх. Немного приспособившись, путешественники обратили внимание, что на большой скорости над пустыней проступали полупрозрачные медузы, а мокрицы словно таяли. Бесконечное колышущееся поле серых цветов, как море после шторма усеянное медузами, услужливо раздвигалось перед кораблем. Плита снова начала терять скорость.

– Пуфф, хвост!

– Есть, капитан!

– Ааа… пчхи! Ааа… пчхи!

– В таком я еще не ездил, – озадаченно произнес демон, – оно от двойной мощности не развалиться?

– Не знаю, – пожал плечами Ян.

Теперь ползающие насекомые исчезли совсем. Рассосалось марево. Впереди, в медузовом море возвышалась гора. Чудовищный конус с параболической огибающей исчезал в небе. Скорость платформы стабилизировалась. Путешественникам начало казаться, что холм с плитой на вершине замер в студенистой массе, но гора стала расти быстрее, и через некоторое время море осталось позади. Плоская глыба песчаника, понемногу истончаясь встречным ветром, не снижая скорости, неслась в гору. Пуфф обернулся.

– Ничего себе!

Земля под платформой осталась горизонтальной, или так, по крайней мере, виделось наблюдателям, а вот студенистое море постепенно поднималось, становясь обоями на стене. Ян тоже посмотрел через плечо. Картинка получалась сюрреалистическая.

– Сдается мне, полетим мы вдоль горы, пока она не перейдет в другую гору, а затем в море медуз, потом снова в гору… Стабильная орбита.

– Вечных двигателей не бывает, – строго произнес Марк.

– Ага. Совершенно. Скорость будет затухать… Лет пятьсот! Что я есть буду?

– Почему пятьсот? – почему-то вместе спросили демон и шеф.

– Во даете. Медузные сморчки их не удивили, а пятьсот лет удивило!

– Нужно найти горло домена.

– Я, конечно, академиев не кончал, но, все же, где у круга горло?!

Яну неожиданно показалось, что пахнуло холодом. Он поднял взгляд… Навстречу, вдоль горы, по которой поднимались путешественники, двигались три вложенных друг в друга светящихся радуги. Ближе стало заметно, что на поверхности есть подобие рисунка, а кольца вращаются вокруг горы.

– Лифт.

– Сам ты лифт. У Сатурна такие кольца. Я читал.

– Мне показалось, оттуда дует…

– Шеф, точно лифт!

Но кольца, не достигнув платформы, на мгновение замерли и стали удаляться.

– Спугнул, – разочарованно произнес Пуфф.

– Не думаю.

– Шеф, только ничего не смотрим, не проверяем в других слоях.

– Согласен абсолютно, – подтвердил Марк, – изложите гипотезу словами!

– И кто шизофреник. Стоят трое на куске песчаника, который летит вверх вдоль горы, и обсуждают научные теории.

– Мы слушаем.

– Я думаю, эта штука вернется, мне показалось, холод уменьшался при удалении. Если мы правы, то кольца достигнут второй горы и откатятся назад, на нас. А вон, кстати, и они.

________

– Рассказывай.

– Я помогу им выбраться.

– !?

– Просто подправил в рупор тора гранитную глыбу, тон триста. Возникло колеблющееся на оси гнезда окно. Правда, часть камня пропала, но им это не должно помешать. Глыба влетело в око, а переход охватил ствол улья изнутри.

– Часть, двести тонн. Очередной «Апофис», который никто не видел раньше. Хорошо, что пролететит мимо.

– Отсюда не попасть по Земле, да и улей не даст! – отмахнулся Дандо.

– Теперь только ждать, если выживут внутри.

– Да.

– Куда их выбросит?

– А Апофис его знает, как повезет, это вне моего понимания и полномочий, – развел руками слуга.

________

Мелкие камни пропали, теперь поверхность горы, над которой летел кусок известняка, выглядела будто после уборки пылесосом. Правильнее, гора возвышалась за спиной, а впереди над равниной со странной дугообразной линией горизонта поднималась радуга.

– А лифт работает, – произнес Ян, поглядывая вниз.

– Весь мусор собрал? – догадался Пуфф.

– Похоже.

– Ян, а ты помнишь, как грохнулся автомобиль, когда ты нажал на газ – затормозить можешь? – спросил Марк.

– Издеваешься?

– И так страшно, а ты еще нагнетаешь обстановку! Эта плита песчаника рассыплется при приземлении!

– Идеи?

– Ободочек нужно, такой, стальной, – котище изобразил нечто лапами.

Край плиты покрылся искрами, преобразовавшись в блестящую окантовку. Каменное плато внизу стало приближаться. Вращающаяся радуга нависла над путешественниками, три кольца слились в одно. Впереди, под аркой зияла чернота, словно вход в бездонный тоннель.

– Пуфф, молчи!

– И дно, – все же успел закончить котище и зажмурился.

Почти десятиметровый стальной поддон, наполненный слежавшимся песком, замер на доли секунды, перед тем как уйти в крутое пике. Однако ледяное дыхание Дикого зимника спутать было невозможно ни с чем, а он руководствовался своими законами. Стальная платформа, попав в холодные объятия, потеряла вертикальную составляющую скорости и вместо падения устремилась навстречу темноте.

– Теперь держитесь!

________

Метель, холод и никакого тракта и доменов.

– Пуфф, перестань жмуриться!

– Где это мы?

– Так я тебе и рассказал! – хмыкнул Ян.

– Это почему?

– Изощренность ума граничит с… – начал Марк.

– Ничего у меня не ограничено, вот обод какой сделал.

– Так, хватит пререкаться, мы вообще стоим, летим?

– Темноватенько… – начал Пуфф.

Гигантский электрический разряд синего оттенка или что-то подобное осветило огромный тоннель, пробив его впереди сверху вниз изломанной линией, похожей на корень. За короткое время существования явления платформа преодолела расстояние до светящегося канала и пронеслась мимо. Прозрачная граница отделяла серую мглу. Впереди ударил еще один разряд, теперь под углом.

– Летим, однако, и быстро. Молнии твоих лап дело? – строго спросил Марк.

– Не – а. И обод не мой.

– А только что кто хвастал?

– Я молчать не могу.

При очередном разряде стало видно, что граница между тоннелем и внешней средой белеет, затем засветилась, и снова мимо понеслась мгла. Вновь зигзагообразная вспышка осветила тоннель и платформу. Стоило угаснуть одному светильнику, впереди возникал другой.

– Стальной тазик с песочком что-то мне напоминает, – начал Ян.

– А так бы песочек высыпался…

– А говорил не ты? – съязвил Марк.

– Оно само.

– И все же вернемся к воспоминаниям, шеф, надеюсь, напоминает не какую-нибудь мерзость?

Мимо пронеслась светящаяся зона.

– Причем тут «мерзость», похоже на тоннель метро и станции.

Пуфф уже открыл пасть, но Ян опередил вопрос.

– Поезд такой подземный, освещены остановки. Осталось догадаться – если не кто и как соорудил, то хотя бы как выйти!

– Что-то мне не нравится эта трактовка. Ян, ты ничего не чувствуешь? Вспоминай.

– Да нет. Пожалуй, только колец на горе при первом осмотре не было. Они позже появились.

– Лифт заработал к нашему прибытию, – встрял котище.

– Ага. Ждал.

– Не ключик ли мы к чему-то? – предположил Марк.

– Пока мы больше похожи на теннисный мячик, который налетает на препятствия, случайным образом меняя направление.

– Только сейчас мы движемся во вполне определенном направлении, по трубе. Причем если она начиналась в такой штуке, то и закончиться должна в такой же, а это мне не нравится, – высказался Пуфф.

– Смотрите, тоннель поворачивает!

– В другую сторону, теперь вверх, – согласился Пуфф.

– Он сужается! Молнии стали бить чаще, – произнес Марк.

– Я догадался! – охнул Ян, – энергия выброса заканчивается, коридор не поворачивает… Он извивается и сужается, словно корень. Отсюда частые пробои. Теперь он втянется обратно вместе с нами!

– На что, ты говорил, похоже?

– Метро…

– А наш умненький ободок и прочие безобразия…

– Нужно выйти из поезда, притормозив его. Желательно где нужно, цепь!

– Так, взялись за цепь и сосредоточились, думаем о цели нашего путешествия! – скомандовал демон.

– То думай, то не думай. Прямо не угодишь.

– Пуфф, если эта штука сложится с нами вместе, вбив нас обратно к таракашкам, пирогов тебе не видать никогда.

– Против такого довода…

– Помолчи!

– Но я ее никогда не видел!

– И я, – присоединился Ян.

– Ну цепь-то вы видели.

– А какая связь? – удивился Пуфф.

Разряды стали короче и еще чаще.

– Яблочко от яблони, – взмолился Марк, – ну, сосредоточьтесь!

Видимо, Яну и Пуффу это удалось. Платформа зависла в очередной белой светящейся зоне, время для окружающего пространства замедлилось. Теперь разряд развивался десятки секунд, а оболочка тоннеля стала полосатой, словно чей-то хвост изнутри.

– Ну, что дальше? – спросил Ян.

– Помолчи, пожалуйста!

Впереди возникла светящаяся желтая полоса… Она поменялась местами с белой, и кольцо стало ближе! Потом еще раз. Пробои и стенки тоннеля жили по разным временным шкалам.

– Прямо хвост Рубика…

– Это ты где почерпнул? – удивился Ян.

Объяснить как он познакомился с Рубиком, Пуфф не успел. Желтая зона оказалась вокруг троицы, и набор номера завершился. Все явственно услышали звук закрываемого затвора, и желтый сегмент «хвоста» выпал вниз. На мгновение троица увидела извивающийся в стороне полосатый шланг, затем темнота и звон лопнувшего металла.


Глава 11. Станция Сириус

Великий классик придумал Морию и наполнил ее легендами и теми, кто уничтожил славное прошлое, там была жизнь – черная и порочная. Здесь же…

Подземелье казалось бесконечным. Ровный пол из трехметровых плит, бесконечные ряды гладких колонн без украшений во всех направлениях. Тридцатиметровые столбы, около трех метров в диаметре, имели чуть утолщенную базу и пышные капители, украшенные листьями, на которых лежали крест накрест квадратные балки, подпиравшие свод. Получалась трехмерная сетка с ячеей тридцать на тридцать метров. Больше ничего, даже пыли.

Воздух засветился, и на полу появилась большая шайба на ребре. Желтый флуоресцентный прозрачный материал позволил увидеть висевшую стальную емкость с песком внутри. На нем стояли трое. В торце цилиндра ярко светилась надпись в кавычках.

– «Sirius B» – прочел Пуфф, – а почему «B»?

– Sirius тебя не смущает? – удивился Ян.

Флуоресцентный кокон заискрился.

– Держись, – успел крикнуть демон.

Чехол и надпись стали таять, платформа опустилась на пол. Через мгновение металл пожелтел и обратился в песок. От приключений в «Блистере» осталась лишь куча песка под ногами путешественников. Глаза быстро привыкли к слабому освещению, исходившему от колонн и балок под потолком.

– Ну? – хором спросили Ян и Пуфф.

– Что, «ну»?

– Куда мы прибыли, штурман? – котище съехал с песчаной кучи и направился к колонне.

– Что-то на жилище прекрасной девы не похоже, – согласился Ян.

Пуфф поскреб когтем колонну.

– Шеф, идите-ка сюда. А ты рассказывай, рассказывай. Кто говорил «держитесь за цепь, она выведет», а? Заодно и про станцию.

– Хорошо еще не звезда по имени Сириус.

– Древние египтяне считали, что созвездие Орион и звезда Сириус – это небесная обитель Изиды.

– Исчерпывающе. Шеф, ты где?

– Здесь я. Да уж, эта цитата особенно нам поможет… – Ян потрогал колонну.

Он попробовал просканировать внутренним взором камень и едва не оказался втянут внутрь, быстро отдернул лапу в перчатке.

– Это пористый накопитель. То, что похоже на балки, проводники. Внизу разветвленная сеть корней. Вся эта чудовищная конструкция собирает энергию из пространства, любую. Далее могу предположить, что по системе транспортных каналов эти потоки куда-то поступают. Я думаю, здесь нет никого – ни магов, ни людей, иных существ, даже животных. Все поглощается губками и хранится внутри, пока не поступит команда.

– Они злые? – спросил Пуфф.

– Они батарея, «электростанция», они – устройство.

– Понятно. Сириус В питает А, логично?

– Пуфф, мне кажется, ты сказал глупость.

– Я действительно не понимаю, почему мы здесь, – вздохнул Марк, – вообще, какая связь между всем этим. Магическая батарея и Изида, Сириус?

– Ну, название «остановки» могло быть просто отголоском наших внутренних представлений и услышанного где-то, – прокомментировал Ян.

– Даже если мое логическое предположение недостоверно, эти штуки куда-то разряжаются? Я прав?

– В этом, надеюсь да.

– Значит, надо поискать Сириус А.

– Да дался тебе этот Сириус, – начал Ян.

– А ведь он прав. Да и куча рассасывается. Нужно выход поискать, пока не отправились внутрь накопителя. Я в прострации.

– Поискать – хорошая мысль, пока ты в этом самом месте, – Пуфф подошел к куче и принялся разгребать песок.

– У тебя все дома? – не остался в долгу демон.

– Не-а, у меня и дома-то нет. Впрочем, это я уже однажды говорил или не говорил, – ворчал котище, не переставая копать, – во, уцелело!

В лапах у археолога оказался изъеденный коррозией кусок металла, больше всего напоминавший косу. Пуфф постучал им об соседнюю плиту, чтобы стряхнуть остатки песка.

Плита три на три метра бесшумно просела, следующая за ней сдвинулась вперед, а «пропавшая» заняла освободившееся место вместе с частью песчаной кучи. Если б не поделенный таким образом песок, заметить следы обмена было невозможно.

– Обалдеть, рокировочка. Старшие товарищи – прошу в карету.

Пуфф обхватил лапами не успевших ничего сказать компаньонов, перебежал на чистое поле, установил их как шахматные фигуры, затем вернулся за косой и постучал по соседней плите. Эффект повторился. Экспериментатор так увлекся, что куча песка теперь едва виднелась позади. К шахматным фигурам, наконец, вернулся дар речи.

– Как догадался?

– Конвергенция, тьфу, интуиция! Ваще опыты люблю.

– Молодец, – согласился Марк, но словечко не применять. Пока прощаем. Куда только ехать? Компас что-то подвел.

– Очевидно – куда ведут трубы.

– Я попробую понять, – предложил Ян.

– Нам эта идея не нравится, – произнес Пуфф, Марк кивнул.

– По оси симметрии, между накопителей, силы должны уравновешиваться. Попробую. Метаться на ощупь здесь можно века.

Ян закрыл глаза, пытаясь собрать информацию из других плоскостей мира. Вопреки ожиданиям, ничего страшного не произошло. На осевой линии был штиль. Всасывающая система, похожая на тонкие нити, уходила вниз от каждого дерева. Вверху, по малоактивным и поэтому плохо различимым каналам куда-то текла энергия. Течение было слабым и, видимо, служило лишь для контроля состояния системы. Большинство емкостей интерпретировалось как заполненные. Это «куда-то» находилось впереди и справа за регулярным лесом батарей. Ян открыл глаза.

– Как ходит королева?

– Как хочет.

– Не шали.

– Ладно, прямо и далеко.

– Туда нам и нужно.

– Тогда – поехали, – и Пуфф с размаху приложился к плите импровизированной косой.

Напольная плита понеслась вперед. Смена происходила плавно и быстро, колонны почти слились, боковые галереи мелькали одна за другой, встречный поток воздуха развивал волосы. Как только транспорт остановился, Пуфф снова ударил по плите.

– Создатели так же делали? – спросил котяра, осматривая инструмент.

– Мне кажется, у них был посох, – ответил Марк, помолчал и добавил, – я думал, что полет на чихолете – вершина местных фантазий, оказалось – недооценил.

Ян прикрыл глаза. Центр был справа.

– Остановится, поворачивай.

– Это как? – удивился Пуфф.

– Треснешь в правую плиту.

– Логично!

После нескольких итераций Ян, наконец, почувствовал финишную прямую.

– Туда!

Колонны неожиданно закончились, открыв зал немыслимого размера. Посредине, с потолка свисала перевернутая флюоресцирующая пирамида Хеопса в натуральную величину! Вершина упиралась в пол. Поверхность монумента выстилали панели того же тона, что и распавшаяся транспортная шайба. По своду, от колонн к основанию пирамиды тянулись квадратные трубопроводы. Путешественники некоторое время завороженно смотрели на сооружение. Всё это сооружение отражалось в полу.

– А ты, «чихолет», – передразнил Пуфф.

– Мне кажется, венец творения себя переоценивает. То блистер, то вот эта штука, – вздохнул Ян.

– Ты о ком? – живо заинтересовался Пуфф.

– Да так, потом. Какие идеи?

– Подойти и нажать пимпочку. Все штуки управляются пимпочками.

– Пуфф, ты серьезно?

– Вполне. После знакомства с фотокамерой и методом, коим она управлялась… У хозяек, кстати, проблем не было.

– Может, поискать инструкцию? – попытался возразить Марк.

– Размер ее представляешь? У фотоаппарата книга немаленькая…

– Но это не камера! Сложнее будет.

– Больше – да. Вообще, что оно делает – неизвестно. Может, зимой улицы освещает или подметает. Что вы, в самом деле, посмотрим, – и Пуфф стукнул своим инструментом, словно посохом.

– Вооружен и очень опасен, – резюмировал Марк, наблюдая, как быстро меняются плиты, и растет нависающая над головой пирамида.

– Ну не очень я вооружен, – котище покрутил в лапах импровизированный посох.

– Покажи, – заинтересовался Ян, – инструмент убывает, поездка не бесплатная, однако!

– Действительно, была коса, теперь посох…

– А если там ничего нет? – спросил Марк.

– А где тут еще приделать выключатель?! – возразил в свою очередь Ян.

– Блин, на пирамиде Хеопса, на вершине. Причем вверх тормашками.

– Уважаемый преподаватель, вы употребили сразу два непонятных термина – «блин» и «вверх тормашками», недопустимых в речи столь интеллигентного существа как хранитель прихожей Замка тысячи миров, – котище обернулся, его морда просто светилась ехидством.

– Какой ты вредный и злопамятный.

– Ага. Эмоциональный ты наш. Я по технике – спец.

После еще пары ударов посохом троица оказалась в центре зала. К удивлению Марка и Яна вершина заканчивалась чуть выше головы плоским квадратным выступом метр на метр, более всего походившим на кнопку.

– Ну, что я говорил, – Пуфф уперся посохом в прямоугольник и попытался нажать.

Вершина немного поддалась.

– Помочь слабо? Ведь договорились, без магических фокусов, вот теперь и толкайте. Чихать это было нормально, а нажать выключатель – это видите ли шизофрения!

Марк и Ян посмотрели друг на друга и, чувствуя себя полными идиотами, уперлись руками в «кнопку» над головой. Несмотря на весь комизм ситуации, квадратный выступ медленно пошел вверх, затем засветился немного ярче основного монолита. Яну показалось, что что-то потекло, заполняя внутренние каналы пирамиды. Размышление прервал Пуфф.

– А вот и лифт!

От края грани, откуда-то сверху, на тонких, едва видимых нитях быстро опускалась лимонная светящаяся платформа. Как только она коснулась поверхности пола, плиты через одну засветились, образовав пунктир от центра к лифту, затем начали меняться местами как в галерее, и путешественников аккуратно доставили к подъемнику.


Глава 12. Первый пеленг

Солнечный диск. Пустынна земля.
Белый песок. Круг из огня.
Ставка на риск. Заря последнего дня.
Жизни виток. Она забирает тебя.
Каменный лифт. Застыла плита.
Кони черны. В небе луна.

Квадрат подъемника, равный напольной плите толщиной около четверти метра из прозрачного желтого материала, висел на тонких переливающихся тросах, уходивших к основанию пирамиды на потолке. Внутри стекла, по центру, был виден странный, почти метровый символ. Изображение казалось залитым в массе материала.

– Загружаемся? – спросил Пуфф.

– Можно погулять по батарее, – ехидно заметил Ян.

– Да, вариантов нет, и это меня беспокоит, – согласился Марк, машинально достав из кармана путеводную цепь, маятник висел совершенно безжизненно.

– Тебя смущает однозначность перемещения нас в этом Хаосе?

– Ну, не совсем.

– Но мы же всегда двигались по компасу, по маршруту на место, где твоя сестра?! – удивился Пуфф.

– Что-то не так.

– Потом разберемся, поехали.

Троица поднялась на платформу, изображение в полу вспыхнуло.

Символ ворот


– На что-то похоже…

_____________


На этот раз слуга появился даже быстрее, чем зазвонил колокольчик… Он так спешил, что пренебрег этикетом. Появились все сразу: окно к пирамиде предсказаний, Дандо и звон колокольчика. Причем пирамида уже практически перестроилась в модель части дна миров. Тень удивления возникла на лице властелина.

– Простите, повелитель, но они выбрались.

– Где?

Часть пены увеличилась, словно попав под 3D лупу.

– Замрите господин… – тут. Один из накопителей. Активизировался подъемник. У нас мало времени, пошел взвод системы. Черные всадники в пути. Но есть хорошая идея… Узел.

– Ты умен. Проверь, набор есть?

– Да, и исправен.

– Отлично. Перед бурей есть только миг, мне его хватит, если хорошо подготовишь! Действуй!

Внутрь пены потянулась синяя тонкая молния…

________


Лифт замер. Изображение в полу потускнело. Помещение освещалось лишь слабой флюоресценцией пола. Через пару секунд пол начал плавно набирать яркость, стали различимы гладкие каменные стены.

– Ну и где мы? – поинтересовался Пуфф.

– В карцере, – мрачно пошутил Ян.

Но он ошибался. Одна из стен плавно ушла вниз и открыла каменную лестницу, в конце которой сиял яркий прямоугольник голубого неба. Между зоной лифта и внешним миром явственно ощущалось стекло, перед которым намело небольшой вал песка. Котище потрогал его лапой, при небольшом усилии лапа прошла сквозь витрину.

– Грамотно. Освещение выравнивается, завеса от песка… Пойдем?

Марк и Ян кивнули. За завесой оказалось очень жарко. Как только последний из пассажиров покинул лифт, каменная плита встала на место.

– Выставили. Обратно не попадешь, – отметил демон.

– Ну, это как сказать… – начал Ян.

– Спокойно. Вперед.

В конце лестницы путешественники замерли. Они стояли на плоской вершине квадратной пирамиды из белого камня. Вниз уходили ступени почти в человеческий рост. Лестница имела длину метров сто пятьдесят. Далее после белого песка еще через сто метров лежала черная дуга и за ней снова белый песок и барханы под палящим солнцем до самого горизонта. Созерцание Яна прервало осторожное касание мягкой лапы…

– Шеф, обернитесь, плавненько…

В центре срезанной квадратной вершины пирамиды находилась циклопическая конструкция – два квадратных столба с перекладиной наверху почти с тридцатиэтажный дом. Столбы из гладкого белого камня были сложены из кубиков примерно пять на пять метров, исписанных какими-то знаками. На перекладине стояла изогнутая конструкция, похожая на рога антилопы, между которыми висел зеркальный шар. Внутри проема стояло огромное изваяние девы из сиявшего на солнце белого металла. Надо сказать, очень красивой девы… Короткая стрижка в стиле египетских изображений, правильные черты лица, стройное тело. Похожая на короткую футболку, расшитую пластинами с иероглифами, часть одежды прикрывала грудь, с талии до самого пола спадали складки ткани, впрочем, открывавшие ноги от лодыжек до бедер. Великолепные руки особа держала, опершись ладонями о столбы на уровне головы. Монумент занимал все пространство громадного дверного проема. Поверхность статуи была так отполирована, что словно идеальное зеркало отражала все вокруг.

– Штурман, она? – ехидно осведомился Пуфф, поворачиваясь к Марку.

– Да уж, – согласился Ян.

– Похожа хотя бы? – не отставал котище.

– Пуфф, уймись.

– Похожа в смысле египетских мотивов… Лицо – не знаю. Сестра ростом пониже…

– Но скульпторов вдохновила она. На полу знак Сириуса. Это даже я знаю, – подлил масла в огонь Ян.


Знак Сириуса


– Хорошо. Но что это дает? Пусть даже лицо похоже. Что она летела через домены, прикованная к камню, а тут задержалась, картинно выставила бедро, постояла в такой позе лет триста, пока ее ваяли. Вообще, это домен? Или перекрытие с другим миром? Мне кажется, цепочка дала сбой.

– Это он нас спрашивает, или еще кто-то есть, – съязвил Пуфф.

– У меня тоже вопрос: почему канавка в камне на знаке Сириуса подверглась эрозии, но не вся?

– Потому что крыша, а она вечна.

– Пуфф, какая крыша, что ты несешь, – обиделся Марк.

Яну показалось, что в зеркале кто-то есть, он обернулся. В пустыне, за выжженной границей стоял черный всадник. Насколько можно было определить – конь в холке был не меньше десяти метров. Матовые доспехи не давали бликов. Меч подобающих размеров сжимала рука в перчатке. Белое лезвие в черных рунах плашмя покоилось на правом плече, забрало поднято. Вместо лица – черная мгла. Ян почувствовал взгляд мглы. Существо просто чего-то ждало.

– Вот вам и «кто-то» и крыша в одном лице.

– Шеф, зря вы про одно лицо…

Ян боковым зрением увидел, что теперь близнецы с мечами окружали монумент.

– Наверху! – указал Марк.

Зеркальный шар начал вращаться, поднимаясь внутри символа трона, одновременно в воздухе зазвучало что-то похожее на скрежет резца по стеклу. Наконец шар выдвинулся выше арфы и засветился, все ускоряя вращение и сжимаясь в подобие двух сложенных тарелок. От края отделился белый светящийся обруч, на доли секунды превратившийся в конус, укрывший сооружение, песок перед всадниками обуглился. Все трое поежились, ощутив холод как в морозилке. Глаза статуи из металлических вдруг стали живыми! Она медленно наклонила голову, посмотрев на троицу. Стало еще холоднее.

– Мерзну даже в шубе, – проворчал Пуфф.

– Марк – это что?

– Не знаю. Главное, не знаю, что делать!

Кубы, из которых состояли белые колонны, начали медленно вращаться, причем рисунки на каждом не повторялись.

– А ведь похоже на набор чего-то, – догадался Ян.

– И крутите их вы, шеф? – с надеждой спросил Пуфф.

Ян отрицательно покачал головой. Столбы, наконец, сформировали только им ведомую комбинацию и замерли. За спиной статуи на мгновение появился коридор, затем повалил снег. На лице богини мелькнула улыбка, и дева пропала.

– За руки! – успел скомандовать Ян, прежде чем что-то огромное и мягкое подхватило путешественников.

Зеркальная статуя возвратилась на место, всадники развернулись и поскакали прочь, постепенно тая в воздухе. Больше ничто не напоминало о произошедших событиях, кроме кода на столбах, кода одного из перекрестков, узла centum itineribus 1342…


Глава 13. Сто дорог (centum itineribus…)

– Сириус А, это уже был или еще будет, – поинтересовался Пуфф, отряхиваясь от снега.

– Был, – мрачно констатировал Марк, – не нравится мне это!

– Что?

– Все.

Компания стояла на вершине пологого холма в середине долины. По склонам сбегали тропинки, теряющиеся в сумраке. Далеко вокруг лежали горные хребты, укрытые снегом и освещенные низким солнцем. Непроизвольно троица обернулась…

– Однозначность направления тебе не нравилась, – протянул Пуфф.

– Да уж, теперь можно выбирать, – согласился Ян.

Вершину холма украшал рассохшийся телеграфный столб, весь буквально утыканный деревянными табличками разной длины и цвета. Стрелки указывали во все стороны, отчего столб больше походил на ежа. Нашлось даже несколько, заостренные концы которых смотрели в землю или небо. На некоторых дощечках были вырезаны символы, на других нет.

– Выбирай! – хихикнул Пуфф и отряхнулся еще раз, уже от капель воды.

– А вот за это кто-то сейчас…

Котище спрятался за Яна.

– Не мокрым же мне ходить!

– Остановимся и задумаемся. Отшлепать еще успеешь.

– Да, потом, – донеслось из-за спины.

– Не перебивай. У меня тоже есть подозрения. Пока мне их не сформулировать. Так или иначе мы преодолели часть этого странного объекта пузырь на пузыре и остались живы.

– Возразить нечего, – согласился Марк.

– Тем или иным образом, хорошо или плохо, но маятник указывает направление на место нахождения Изиды или ее останков.

Демон вздрогнул.

– Кстати, проверить компас по-настоящему пока не удалось, если выход из домена один, куда ему еще указывать? Историю с батареей пока оставим, – встрял котище.

– Сбиваете с мысли. Ах, да. Вообще пусть, как и зачем мы тут – останется за кадром, спишем на случайность. Если принимать правила и механизмы этой пенной субстанции, это перекресток. В таких местах мы еще не оказывались. Мыслей две: я попробую понять, как он устроен, а потом поиграем с компасом?

Пуфф тут же вышел из-за спины шефа и посмотрел на Марка.

– Я думаю, выражу наше совместное мнение, – начал Пуфф.

Демон кивнул.

– И я даже знаю это ваше мнение, после истории с озером оно у вас обоих в данном вопросе одинаковое!

– Какое же, – прищурился котище.

– Уложить меня в кровать и сторожить. Просто повторяющаяся патология!

– Не только, – откликнулся Марк.

– Что вы говорите!

– Еще кормить нужно.

Теперь кивнул Пуфф.

– Не получится. Нет кровати и еды. Если я буду лежать, а вы сторожить, – Ян начинал закипать, – до цели мы не доберемся точно.

– Логично, – хором согласились оппоненты.

– Двое из ларца одинаковы с лица, ужас какой-то летящий на крыльях ночи…

– Не понял, – откликнулся Пуфф.

– Ладно, это присказки из прошлой земной жизни. Кстати, о ночи. По-моему, солнце не движется.

– Возможно, или медленнее. Хорошо. Мы попробуем страховать. Если что-то произойдет… Анализатор ты наш.

Пуфф снова кивнул.

– Ну, наконец, уговорил.

Ян оперся спиной на столб, благо на такой высоте было свободное место между стрелок, и сосредоточился. Он стоял, прикрыв глаза, и просто смотрел и слушал «внутренним зрением». Здесь не было буйства красок и энергетической бури, но пустоты тоже не было. Он никак не мог ухватить суть места… Опять эта лапа!

– Шеф, все хорошо?

– Да. Ты мешаешь, – произнес Ян, не открывая глаз.

«Лапа. Шерсть. Снег. Зима. Праздник. Мандарины…» Он явственно ощутил этот запах и сильнее оперся на столб. «Ось». Мысли стали сами формироваться в образы, тонкий оранжевый жгут, с которым словно слился Ян, распался в небе на множество отдельных нитей. Этот зонтик соединился с таким же снизу, сформировав на некотором отдалении между нитями множество секций. Стало похоже на набросок мандарина без мякоти, причем вид изнутри. Ян потряс головой, пытаясь отогнать странную картину. Изображение распалось. Но стоило настроиться на волну домена, как картинка опять сложилась в подобие тропического фрукта.

– Чушь какая-то… – произнес лаборант.

– Знаем мы вашу «чушь», у тебя самый тонкий из нас инструмент! – котище постучал лапой себе по лбу, – голова, рассказывай.

– А что рассказывать. Апельсин или мандарин изнутри видели? Ну, примерно так. Столб по центру. Все.

– Может, здесь что-нибудь написано, – Пуфф подошел ближе и стер пыль со стрелки с пиктограммами.

Линии откликнулись темно-красным свечением, словно внутри были угли, и плавно затухли.

– Шеф, ну-ка прикройте глаза…

Ян внутренним взором увидел, как нити стали ярче, вслед за ними одна долька апельсина немного расширилась.

– Сектор отозвался, однако.

– Забавно, похоже, дольки это двери, – произнес Марк, – осталось определить нужный сектор!

– Вот и действуй, штурман. Надеюсь, маятник не потребует тереть все стрелки, – Ян строго взглянул на котищу, потом на указатели.

Пуфф с ужасом посмотрел вверх. Шеф потер ту же доску – ничего не произошло.

– Только ты наш ключ к успеху.

Марк достал цепь и пошел вокруг телеграфного столба. Никакой реакции не последовало. Маятник безжизненно висел. Тогда демон замедлил шаг, и в одном месте цепочка немного дернулась. В этой части столба, примерно на закат, смотрел целый лес табличек разного размера. Котище обреченно взглянул на шефа.

– Могу, конечно, попробовать жезлом, но это если один раз…

– Я должен маятник держать!

– А если они не выдержат меня?!

– Пуфф, во первых – ты умеешь летать…

– Что вы говорите… То ничего не делай, то летай!

– Я, конечно, попробую разрядить жезл, только куда?! В столб?

Пуфф вздохнул так, будто его сейчас казнят.

– Здесь тихая область, в фокусе штиль. Попробуй плавно, как воздушный шарик. Я тебя за хвост подержу.

– О мама мия, какой кошмар!

– Пробуем!

Пуфф раздулся и начал медленно подниматься вверх.

– Ты лапами держись, – посоветовал Марк.

– Сам ты. Шеф, держите крепче хвост!

Котище честно активировал указатели по мере подъема, не переставая ворчать. Один раз цепь вроде качнулась, но сразу замерла.

– Не то, – объявил меховой воздушный шар, посмотрев вниз, – Марк, попробуй отойти немного, следя за цепью.

Демон выполнил пожелание, цепочка теперь чуть-чуть колебалась. Пуфф, прищуривая то один глаз, то другой, перемещался вдоль столба.

– Где-то здесь! Так, не то… А вот эта?

– Не знаю, – донеслось снизу.

– Сместись правее.

– Она! Пуфф, пометь доску!

– Это интересно как, учитель? Вися тут, это будет трудно и неприлично сделать…

– Тьфу на тебя. Привяжи что-нибудь!

– Интересно, что?

Марк вытащил куст какой-то травы и бросил вверх.

– Все, тяните меня вниз.

– Подожди… А что дальше?

– Ну, он трет, мы идем по азимуту.

– Счас, – донеслось сверху, – опускай быстро! Куда это мы идем?! А я?!

– Повисишь пока, – произнес Марк.

– Кто-то что-то про «пометить» говорил?

Марк и Ян переглянулись, такая перспектива не прельщала никого, и Пуфф был быстро возвращен на землю.

– То-то, – резюмировал пушистый нахал, принимая свой обычный вид.

– Какие тогда идеи?

– Не люблю я его. Но, шеф, мне кажется, если указатель реагирует на меня, то уж на жезл…

Черный цилиндр появился в правой руке Яна. Он повертел жезлом, посмотрел вверх, потом на столб.

– И что?

– Вы меня спрашиваете или Марка? На озере никого не спрашивали, разнесли все вокруг…

– Пуфф, далось тебе это озеро. Я и правда не представляю, как здесь это работает. Дно миров как никак. Третья сфера… Неизвестно, что на самом деле скрывается за личиной указателя… – шеф многозначительно поднял жезл.

Тут не выдержал демон.

– Что-то раньше босс не страдал такими пороками, как осмотрительность и рассудительность!

Ян развел руками, жезл слишком близко оказался от наклоненной заостренной доски, между острием и цилиндром проскочил зеленый жирный разряд. В ответ доска трансформировалась в неоновую стрелу, воздух в направлении острия задрожал, как над раскаленным асфальтом…

– Выключай быстрее… Нам не туда, – охнул Марк.

– Блин, интересно как?! – возмутился Ян и попытался втянуть жезлом энергию обратно.

Уже синий разряд вернулся в цилиндр, шеф вздрогнул от неожиданности. Все эффекты пропали.

– А говорил: не могу, не знаю.

– Да я и сейчас не особенно понимаю, попасть разрядом в нужную доску наверное смогу, только как оно работает!? Пусть даже дверь откроется.

– А какая разница? Стоим уже столько времени, солнышко-то движется. Босс, вам не все равно?! Здесь да ни кафе, ни отеля! В темноте целиться будет труднее, палите!

– Марк?

– Поехали. Там было хуже!

Ян пожал плечами и вскинул руку вверх. Зеленый светящийся цилиндрический сгусток умчался к указателю. Пучок травы вспыхнул, доска повторила трансформацию первого указателя, яркая неоновая стрела указывала на горный пик. Метрах в тридцати прямо в воздухе возникла тонкая как линия черная нить. Концы нити устремились вверх и вниз, холм под ногами, столб со стрелками стали прозрачным, нить замкнулась внутри столба, образовав кольцо. Линия кольца с глухим щелчком превратилась в двойную. Затем кольца повернулись навстречу друг другу вокруг горизонтальной оси, примерно совпадающей с направлением неонового указателя. Пейзаж потерял прежнюю четкость.

– Как хлебница закрылась, – озадаченно произнес Марк, – прямо сферическая коробочка для жучков.

– Сплюнь, – фыркнул Пуфф.

– Похоже на мини домен, – отметил Ян.

Тем временем щель между кольцами начала медленно расширяться, но только в части напротив путешественников, кольца поворачивались относительно столба. Долька – дверь увеличивалась, закрывая своей чернотой горный пейзаж. Потянуло холодом. Еще через мгновение стала видна…

– Так это же пена, вид с тракта! – воскликнул Пуфф.

– Только очень странный вид, узлы какие-то вокруг, – подтвердил Марк.

– Объясняет, кстати, особенности места. Здесь связи между доменами так запутались, что получилось более менее стабильное образование.

Сверху на шар упала заостренная доска и соскользнула, не проникнув внутрь. Пуфф проводил ее взглядом и укоризненно посмотрел на шефа.

– Я сказал: более менее стабильное. Следовательно, рассчитывать увидеть нужный объект можно с некой вероятностью.

– Типа поезд прибудет в Париж или Лондон с вероятностью пятьдесят процентов, – мрачно подытожил Марк.

– Не понял…

– Ну, мы садимся в поезд, а какой город увидим на конечной станции – неизвестно. Да таких Лондонов и Парижей даже не сто, – пояснил Ян.

– Шеф, вы, что, издеваетесь за «пометить»? – котище прижал уши.

– Ой, Пуфф, боюсь, что нет. Ну, хорошо, даже если дверь откроется, даже если мы сможем зафиксировать направление, как определить дистанцию?

Тем временем сегмент невидимой сферы замедлил и без того неспешное движение и замер, даже не достигнув размера в половину прозрачной хлебницы, затем началось обратное движение.

– Босс, позволю заметить, она не откроется…

– Достало: «откроется, закроется», – Ян вскинул жезл, и короткая зеленая очередь унеслась в указатель.

– А рассердился ты зря, – отметил демон.

Неоновая стрела вспыхнула как фотовспышка, сегмент резко раздвинулся, словно затвор фотокамеры, хлебница покинула перекресток ста дорог 1342. Затвор закрылся.

________

«Казалось бы, уже все в прошлом, то тело, этот окорок – подарок за хамство, привычки ненужные здесь, а, нет, то одно, то другое напоминает о себе», – размышлял слуга, сидя в кресле перед громадной моделью пены третьего мира. От неподвижного сидения Дандо задремал. Но новые привычки брали верх, и сторож проснулся в нужный миг. Один из шарообразных «ежей» с длинными зигзагообразными иглами, отчасти спутанными, отчасти завязанными в узлы, по крайней мере, так его изображала трехмерная модель, ожил. Дандо увеличил фрагмент. Ломаная линия засветилась пунктиром, который уходил куда-то в недра пены, яркая точка помчалась внутри, повторяя причудливые изгибы линии. На одном из прямых участков ломаной пунктирной траектории огонек замер и пропал. Слуга приблизил фрагмент.

– Яма великий, чтоб пусто было! – выругался Дандо.


Глава 14. След

Может быть, модель пены в теории и отражала состояние оригинала… Но у путешественников, летевших по корневой системе, сложилось иное мнение. Во-первых, прямыми линиями тут и не пахло, во-вторых, причудливость переплетений, которые не удосужилась отобразить модель, увеличивала фактическую длину пути и отбирала энергию. Прозрачная сфера мчалась внутри извивающихся каналов в только ей ведомом направлении. Калейдоскоп картин, как и верх с низом, сменяли друг друга. Несмотря на стабильное положение путешественников, полет переносился тяжело.

– Уже голова кружится, тошнит, – наконец нарушил тишину Пуфф.

– А вот это лишнее, – отозвался Марк.

– Знаю, укачивает, – меланхолично ответил котище и зевнул.

– Не спать! Может, это из-за очереди?

– Сомневаюсь я, хотя, кто его знает. Очередь назад не вернешь, – произнес Марк и тут же об этом пожалел.

Ян направил жезл в кварц под ногами. Видимо, такое на дне произошло впервые. По сплетениям трасс, соединявших домены и без внешних раздражителей пребывавших в вечном перестроении, прошла судорога, сферу тряхнуло и выбросило прямо на тракт…

На черной ленте дороги, под тьмой звездной ночи застрял сувенир в виде тридцатиметрового прозрачного шара, на треть погрузившегося в дорогу. Внутри, на хрустальном холмике стояли трое путешественников. Неизвестные звезды безучастно взирали на прибывших ниоткуда гостей.

________

Словно невидимая рука резко отбросила штору реальности перед повелителем нижнего мира. Дандо бросился к ступеням трона. За его спиной высилась циклопическая трехмерная модель фрагмента пены в обычном состоянии.

– Что произошло?

– Пассажиры остановили поезд метро на перегоне и вышли из него вместе с вагоном…

– Что?

– Сферообразного сегмента в транспортном канале нет. Он куда-то выпал.

– Каким образом?!

– Не знаю. Но совершенно точно, только по им ведомым соображениям они выбрали направление и трансформировали пространство, благо это на перекрестке относительно легко. «Вагон» двигался по выбранному маршруту, пока не произошло что-то, выбросившее шар в другую реальность, скорее всего, прямо на тракт.

– Что произошло?

– Не знаю. Не успел разобраться. Может, кончилась энергия?

– Здесь?! Ладно, посмотрим!

Картина выросла, на линии, обозначавшей дорогу, светился яркий огонек.

– Энергия нашлась и ее немало…

– И это надгробный памятник.

– Нет, Дандо, – покачал головой повелитель, – в этом я разбираюсь хорошо. Живее всех живых. Куда они идут?

– Можно посмотреть узлы, но по одной линии их слишком много…

– И тем не менее самое привлекательное здесь…

Слуга кивнул и развел руками.

– Нужно уточниться, итак… – повелитель встал.

– Вы хотите переставить фигуры?!

– Нет.

– ?!

– Подвину клетки на поле для игры, – и владыка засмеялся.

– Но тогда же?!

– Связи вернут все на место, и будет легкий шторм. Игра началась, Дандо, первый мяч бросил, кстати, ты! Астероид помнишь?

У слуги потемнело в глазах, он начал кое-что понимать, и окорок из собачьей ноги, бивший по затылку, показался такой мелочью…

________

В бархате ночи, под звездами неведомого мира над хрустальным, едва светящимся холмиком, замерли три силуэта. В полной тишине у одного открылись большие желтые глаза, кошачьи зрачки раздвинулись. В пригорке отчетливо щелкнуло, по вершине пробежало несколько трещин. Обладатель желтых глаз нагнулся, взял отколовшийся кусок и бросил вперед. Прозрачный камень описал дугу, но налетел на что-то, по звуку похожее на твердую резину, отскочил обратно, затем скатился по склону вниз.

– Все целы? – наконец нарушил тишину Марк.

– Угу, – отозвался Ян.

Обладатель желтых глаз кивнул.

– Уже хорошо.

– Шеф, вы как? – спросил Пуфф.

– Обдумываю.

– Да. Озерная болезнь отступила. Сначала сделал, потом подумал, что, – констатировал Марк.

– А может, это и хорошо, – согласился, Пуфф, – и веселее.

– В закрытой стеклянной хлебнице, неизвестно где – весело.

– Ну, стекло можно…

– Кокнуть! – воскликнул Пуфф, и желтые блюдца просто засветились от предвкушения предстоящего безобразия.

Собственно, это остановило Яна от дальнейших необдуманных действий по высвобождению путешественников.

– Это еще что?!

– Где? – удивился котище, и желтые глаза сузились.

– Не притворяйся, тебя глаза выдают. Где набрался этих слов паразитов?

– Нет на мне никаких паразитов, подождите, а, вот, это что?

– Не переводи разговор…

– Да ну вас, в самом деле. Не время для урока словесности!

Черная лента, в которой застрял стеклянный шар, окрасилась багровыми тонами, как и туман, в котором она плыла. Марк и Ян обернулись. Гладкий шар, светящийся как остывающий темно-красный уголь, занимал полнеба. Кокон с путешественниками качнулся и начал медленно всплывать из дороги. Ян непроизвольно зажмурился, открыл глаза, еще раз зажмурился и машинально погрузился в иную плоскость мира. Знакомый объект, похожий на апельсин на черенке, напомнившем растянутую резину, приближался к троице. Одна долька выступала. Ян открыл глаза.

– Это кажется…

– Захват из озера, – перебил котище.

Над поверхностью шара росла лиана, похожая на инверсионный след сильно петляющей ракеты.

– Нет. Это опять перекресток ста дорог.

– Отлично, мы знаем, как им пользоваться, потер лапой и все, – обрадовался Марк.

– Не разделяю ваш оптимизм, – котище уставился на свою лапу.

– Ну, я не настаиваю, дорог, может, и меньше или больше. Дольки не посчитать.

Сферическая прозрачная «хлебница» уже едва касалась дороги, когда лиана нависла над путешественниками.

– А это что или кто? – проворчал Пуфф.

– Пылесос, – фыркнул Ян, – ну откуда я знаю. Может, канал между доменами в прослойке так выглядит.

– А не знаешь, не тыкай во что попало жезлом, – строго сказал Марк и осекся.

– Типа субординацию нарушил? – Ян усмехнулся, – постараюсь. Мои действия более-менее мог прогнозировать и предвидеть только один субъект.

– Я, – выпятил грудь Пуфф.

– Ты и сейчас здесь и в основном провоцируешь, а Локи мог и предвидеть. Да ладно, может, еще когда-нибудь встретим. Смотрите, она раскрывается!

Конец лианы поделился на сектора и развернулся словно цветок, капсула с путешественниками отделилась от дороги и поплыла навстречу.

– А как оно там? – поинтересовался Марк.

– Где?

– В иной плоскости… Где «апельсин».

Ян прикрыл глаза и попытался сосредоточиться.

– Так же. Чищеный апельсин с выдвинутой долькой. Сегмент активен. Все. Постойте, а что вы видите?

– Я кишку от пылесоса, лиану или что-то такое…

– Согласен, – подтвердил Пуфф, – правда, не думал, что кишки у пылесоса так выглядят…

– Хобот, – поправился демон.

– Объяснил. Мне казалось, что кишки внутри, а хобот снаружи?! Но у пылесоса, – Пуфф задумался.

Тем временем расстояние между прозрачным шаром и лианой сократилось достаточно, объект попал в зону захвата, и обсуждение, на что это похоже, пришлось отложить. Все, что успел инстинктивно сделать демон, создать поручень, вмонтированный в остаток холма.

– Вцепились, живо!

Из покачивающегося исполинского цветка в сторону шара вытянулся лес длинных и тонких нитевидных отростков разной длины. Вдоль извивавшихся нитей пробегали желтые огоньки. Рост щетины сопроводился выбросом искрящейся пыли. Несмотря на сохранившийся в шаре микроклимат перекрестка ста дорог, фиксацию положение хрустального холма, мягкий наконечник приемного рукава, оболочку сильно тряхнуло.

– Прямо оплодотворение подсолнуха, – мрачно изрек Пуфф.

– Лучше помолчи, – Ян прикрыл глаза.

Он успел заметить, как выдвинутая «долька» встала на место. Затем из-за объекта раздвинулись и пропали опоры, чем-то похожие на крылья стартового комплекса.

– А вот теперь уж точно старт.

Сфера погрузилась в желтый «мех», бутон закрылся. Рукав начал складываться. Изнутри он оказалась практически прозрачным, и теперь троица могла наблюдать за окрестностями. Красноватый объект занял почти все небо, на его поверхности, у основания лианы стала различима неоднородность, подобная застывшим кругам на воде пепельного цвета.

– Какого же размера эти кольца… – начал Марк.

– Неизвестно, можно ли здесь вообще говорить о размерах, – возразил Ян.

Словно услышав их, шар начал быстро удаляться, уменьшаясь. Рукав с шаром и пассажирами вытянулся, словно не успевая за породившим лиану миром. Затем немного догнал. Рукав, в котором оказались пассажиры, болтало как последний вагон поезда.

– Как ты догадался, что будет так мотать?

– Не знаю. Ян, судя по твоим описаниям, вся эта система возвращается в изначальное стабильное состояние. Причем хорошо еще эта интерпретация перекрестка, с которой состыковали нас, движется к месту покоя головой вперед. Хотя понятие «покой» здесь весьма условно… Да, отклонился от темы. Мы похожи на репейник на хвосте бегущего домой кота.

– Ничего не понял, кроме кот, хвост и репейник, – встрял Пуфф и осмотрел хвост.

– Пуфф, не придуривайся. И так слишком много «почему». Ну выбрали мы дорогу, затем Ян фактически дернул стоп кран поезда… Кстати, как эта идея пришла тебе в голову?

– Спонтанно. Ты сказал, я среагировал.

– Ну, допустим… Точно сам? – не унимался Марк.

– Кажется, да.

– Хорошо.

– А потом вся эта штука решила вернуться в изначальное устойчивое состояние, вот! – подключился котище.

– Сам веришь?

– Ты хочешь сказать, кто-то послал кота, тот повертел хвостом и теперь бежит на зов домой, неся колючку на хвосте, – подвел итог Ян.

Демон кивнул.

– Только «кот» – целый узловой домен!

– Мне кажется, это уж слишком… Мы, зачем?! Инородное включение в пене. Может, Пуфф и прав. Не ищем ли мы сложности в простом?

Неожиданно колебания хвостового вагона стихли. Шар с путешественниками оказался в ярчайшем тоннеле света, через еще мгновение свечение угасло. Глаза быстро привыкли к новому освещению.


Глава 15. Сорок пятый сектор

Под синим небом раскинулась ровная бескрайняя пустыня, усыпанная мелкими камнями. Прозрачный купол растворился в воздухе. Сильно уменьшившаяся вершина хрустального холма оказалась ледяной, на глазах растаяла, вода ушла в песок, даже не замочив ног.

– Теперь то, во что вцепились, отпускайте, приехали, – произнес Марк.

Поручень со звоном упал на камни.

– Странное место, горячий песок, прохладный воздух, синее небо как высоко над уровнем моря, горная цепь у самого горизонта, солнце, похожее на земное светило. Да, если это и перекресток, то какой-то другой. Тереть тут нечего, стрелок нет.

– И хорошо. Шерсть не сваляется. А солнце… – на морде Пуффа появились темные очки.

– Так, – начал демон.

– А поручень? – парировал нахал и показал язык, посмотрев поверх очков.

Ян прикрыл глаза и сосредоточился. Точка наблюдения иной плоскости мира теперь лежала точно в центре «мандариновой» конструкции. Все сегменты были вдвинуты и неактивны. Лишь черенок, ставший коротким, пульсировал и сокращался, затем исчез совсем.

– Ну и? – хором спросили Пуфф и Марк.

– Перекресток. Мне кажется, процесс стабилизации его положения еще не завершился…

Словно вторя Яну, высоко в синем небе возникли светящиеся шторы, очень похожие на полярное сияние. Они начали перемещаться, будто на занавесь подул ветер…

– Смотрите! – демон указал на пустыню.

Камни зашевелились, стали перекатываться по всей равнине, оставаясь неподвижными только в круге метров тридцать, где стояла троица.

– Пешочком к горам не пойдешь, – мрачно отметил Пуфф.

Иногда в случайном месте из почвы на мгновение выбрасывался сноп света, камни исчезали, оставался только песок.

– Ну, специалист по доменным узлам и переходам? – без тени иронии поинтересовался Марк.

Ян вздохнул и сосредоточился на своей интерпретации узла. Хвост у «мандарина» полностью рассосался, а вот дольки активизировались случайным образом, то одна, то другая немного выдвигались, опять вставали на место. Показалось, что ритм колебаний медленно затухает.

– Структура та же. Но она активна, причем случайным образом, видимо, из-за этого камни и пропадают. Есть надежда на затухание процесса, но прямой связи между моделью и реальностью нет. По крайней мере, как перевести особенности системы и уж тем более как интерпретировать скорость происходящего, я не знаю.

– Мрачно. Что мусор куда-то исчезает – однозначно, вот только пустыня, скорее, минное поле, чем перекресток…

– Ой, не скажите, дорогой процессор, тьфу, профессор, – Пуфф сдвинул очки и посмотрел поверх них на демона.

В черных стеклах отражались то там, то здесь вспыхивающие зоны.

– Ну?

– Пункт первый, как говорил многоуважаемый босс, объект, он же домен, он же отражение этого мира, перекресток, если хотите, в данном случае это неважно.

– А что важно?

– Так, профессор! Помнится, вы учили не перебивать, – котище сдвинул брови, шерсть на загривке поднялась, а очки съехали на самый кончик носа, но почему-то не падали, – я потеряю мысль!

– Молчу.

– Итак, ассоциация босса – мандарин на резинке – достаточно точно характеризует произошедшие события. Его метафоры иной раз как предсказания Мойр, сразу и не догадаешься, но всегда сбываются. Сейчас система совершает многомерные колебания, следствием которых и является столь яркое полярное сияние средь бела дня. Вторым аспектом этих событий стал энергетический сквозняк на перекрестке ста дорог, вызвавший «хлопанье дверьми», то есть случайное открытие переходов. Теперь уже не имеет значения, почему и как мы здесь, но по минному полю с маятником не погуляешь. Хорошо еще, если этот механизм переправит объект полностью, – Пуфф поежился.

– И?

– Колебания должны затухать. Оно же не болталось до нашего появления!? Даже доставка груза, то есть нас, не вызвала никаких возмущений, а вот способ… Следовательно, все это должно либо идти вразнос, либо плавно затухнуть. Вариант стабильного многомерного генератора в узле не рассматриваем.

– Ну, заумничал!

Пуфф проигнорировал комментарий, подпер бок лапой и продолжил:

– Третье, затухание. Не ускорить ли процесс жезлом? Неплохой повод зарядить инструмент.

– Не очень хорошая идея…

Ян с нескрываемым интересом изучал своего толстого мохнатого друга. Эта речь и логика заинтриговали настолько, что оттеснили желание тут же использовать жезл на задний план.

– И, четвертое, самое главное, – котище подпер второй бок, – есть хочется. Мне кажется, хороший повод, пока вся эта ерунда рассосется, перекусить!

– И все эти теории, чтобы пожрать!? А конспирация?

– Ну, с конспирацией тут теперь неважно. Камешки разлетаются куда попало, – поддержал Пуффа Ян.

– Мне кажется, на фоне произошедшего, дорогой Марк, пара бутербродов никак не повлияет на баланс.

Ян кивнул.

– Тогда, шеф, попробуйте сделать стол, а я постараюсь достать еду.

Ян извлек жезл, сосредоточился, пытаясь внутренним взором как-то связать зарядку жезла, стол… Из задумчивости его вывели крики откуда то сверху.

– Снимите меня, что я такого вам сделал!

Ян посмотрел на Пуффа.

– А где Марк?

Котище прищурил левый глаз и пожал плечами.

– Сговорились, специально! – донеслось сверху.

Ян наконец обернулся и увидел перед собой шестигранную колонну. На высоте метров пятнадцати она заканчивалась плоской шляпкой, на которой и лежал демон.

– Да, колдун я не очень, – констатировал Ян.

– Будем тренироваться. А тебе предлагаем сделку! Три стула – и шеф тебя опустит.

– Ах ты…

– Придется нам есть не за столом, а под грибом. Да еще тяпнуть вдвоем без третьего…

– Соглашайся!

– И ты туда же!

– Ну, извини.

– Ладно. Будут вам стулья, – донеслось сверху.

– Шеф, а опустить-то вы сможете?! Надо не побить!

– Попытаюсь, – Ян тихонько постучал жезлом по колонне. Она плавно ушла на несколько метров вниз.

– Во, если тихонечко, то и без разрушений. Просто не торопитесь.

Через минуту диск диаметром чуть больше двух метров и груз опустились до уровня стола. На нем лежал, распластавшись, Марк.

– Чего разлегся, – ехидно заметил Пуфф, – расплачивайся!

Марк слез. Отряхнулся.

– Ты уверен, что это стол?

– Слушай, мне тоже есть хочется. Нервы успокоить и, по возможности, сидя.

– Да сделаю я вам стулья. Смотрите на плиту, полированный камень, рисунок, похожий на концентрические круги на древесном спиле, только крупнее, радиальные штрихи. Между прочим, камни выложились в похожую картину! И когда ты подложил под меня эту свинью…

Рисунок на столешнице


– В смысле, стол? – уточнил Пуфф.

– В смысле – стол. Я даже не смог среагировать, как прочно она меня захватила. Я не знаю, что там творится в твоей голове, как ты это делаешь, но то, на чем вы есть собрались, является ключом к этому перекрестку!

– И, что, нам теперь голодными быть? Или стоя есть?

– Философ, ты неисправим.

Марк принялся что-то шептать, и вокруг стола материализовались три удобных стула с мягкими вставками.

– Кто еду обещал? Стащишь где-нибудь?

– Попрошу, присаживайтесь, – Пуфф показал Марку язык.

__________


После всех событий Уар сильно полюбил жизнь и очень изменился. Хотя роль эконома полностью устраивала не только его, но и Линкс, остановиться в оттачивании кулинарного искусства он уже не мог. Теперь для него нарисовалась новая проблема, что делать с приготовленным? Когда получалось хорошо, повар не умел останавливаться. Хозяйка ела мало, отдать в трактир удавалась не всегда и не все, Кнопс сам неплохо готовил. Эконом съел еще один кусочек жареной рыбы, нашел его великолепным и с тоской уставился на прозрачную горячую емкость. Из задумчивости его вывело потрескивание разрядов и небольшое черное облако над столом, которое больше всего походило на голову Пуффа с фотографии.

– Глюк, от обжорства, – сказал сам себе эконом.

Голова отрицательно покачала головой.

– Хозяйка, они вернулись, скорее, – закричал Уар что было сил.

Зов был столь мощным и искренним, что Линкс не заставила себя ждать.

– Что так орешь-то?

– Смотрите!

– Значит, живы, – дева протянула руку к кошачьей голове, – у тебя поесть что-нибудь найдется?

– Ха, мадам, у меня для них!

– Только быстро, канал мал и закроется, как нашел-то…

В следующее мгновение Уар буквально размазался по кухне, с такой скоростью он перемещался. Перед головой Пуффа стоял поднос, на нем стеклянная кастрюля, теплый хлеб, тарелки, столовые приборы, белое вино, три бокала. Дева поднесла сложенные руки к груди и словно послала что-то от сердца, поднос въехал в облако, все меньше походившее на Пуффа. Через секунду все пропало.

– Успели!

– А кот кудесник, а вы…

– К нам хорошо и мы чем смогли.

– Может, повториться? – с надеждой произнес Уар.

– Не будем себя обманывать, как он этот-то след распутал, непонятно.

________


– Уф, поймал. Помогите.

Марк и Ян с двух сторон подхватили поднос и поставили на стол. Описанную композицию дополняла узкая хрустальная ваза, в которой стояла великолепная красная роза в каплях воды. Ян взял вазу, понюхал цветок.

– Прелесть.

– И я говорил, надо было жениться, – произнес котище, косясь на Марка.

Демон мрачно молчал. Тем временем Пуфф продемонстрировал спиральный коготь, вкрутил его в пробку и ловко ее вытащил. Понюхал.

– Ему цветок она прислала, а мне бокал вина, она скучала и страдала, а он не помнил ничего, – мурлыкал Пуфф, сервируя стол.

Нарезал хлеб, после подбросил поднос и тот исчез.

– А? – выдавил Марк.

– Мельница, мельница, все перемелется, даже любовь и вода. Я не смогу его вернуть. Шеф, поставьте вазу. Один типа влюблен, второму типа не нравится. Сели, кушаем и балдеем. При таких катаклизмах нужно наслаждаться мигом! Вину, конечно, лучше подышать… Но для белого это не так критично, – Пуфф налил бокалы и открыл стеклянную кастрюлю.

Запах жареной рыбы в яйце и золотистых сухарях поплыл над столом. Котище положил себе кусок, сглотнул слюну. Взял бокал в лапу, посмотрел сквозь вино на солнце…

– С прибытием, нет, с возвращением, убытием… Что затихли? Ну, шеф понятно, лямур. А ты чего? Через такую связь не то что рысь, даже рыбу не протащишь, получилось только потому, что на той стороне помогали и делали все очень быстро.

– Да Пуфф, какой «лямур», так, приятные воспоминания, – Ян посмотрел сквозь бокал на демона, – расслабься, такой завтрак на перекрестке ста дорог, в узле пены… Приятного аппетита!

– Спасибо, – демон сделал глоток и положил себе рыбу.

– Красота, даже сухарики в цвет пустыни, да и зоны переноса вспыхивают реже. А филе какое… Хорошо, что я Уара не того…

– За еду продашь все, – произнес немного оттаявший Марк.

– Не, не все, – отозвался Пуфф, справившись с еще одним куском рыбы, – например, тебя и шефа вряд ли…

– Успокоил.

Когда все было съедено, Пуфф хлопнул лапами, тарелки и сервировка, заискрившись, как будто поверхность покрылась блестками, исчезли, осталась только ваза с розой.

Котище пропел гнусавым голосом, постукивая лапами в такт по столешнице:


Роза осталась на желтом песке,


Мистер в зеленой тоске,


Тает в тумане корвет,


И исчезает с причала ее силуэт…


Пуфф отвалился на спинку стула.

– Всего роза, а как страдает!

Ян кивнул и икнул.

– Как я вас обоих временами ненавижу…

– Ну, извини, тут макдональдсов наставлено пруд пруди, а мы тебе рыбу от девицы красавицы. Пришлось искать что знакомо. Кстати, сияние пропало, ловушки угомонились. Шеф, проконтролируйте?

Ян прикрыл глаза. Энергетическая рама перекрестка была спокойна и стабильна.

– Нормально все.

– Тогда мозговой сон, тьфу, мозговой штурм!

– Судя по тому, что я видел, лежа на столе над пустыней, рисунок камней после бури совпадает с активными зонами. Теперь осталось найти нужную область и активизировать. Допустим, маятник нам поможет найти место, а вот второе… Даже если принять стол за снимок среза центрального столба энергосистемы перекрестка, то как его заставить работать? – произнес Марк.

– Вообще, шеф обычно как-то включает такие штуки.

– Да у меня все время из всего выходит или клавиатура, или…

– Сильно выгоревшее место, вот последнее – не надо, ты же меня опустил плавно?

– Только что от этого? Стол поднимется или опустится, – Ян вертел в лапе без перчатки жезл.

– Почему нет перчатки? – насторожился демон.

– Держать удобнее, расслабься, никаких предчувствий нет.

Синяя кисть в чешуе с переливающимися когтями вертела цилиндр. Ян прикрыл глаза. Совместить две реальности не получалось, центральный ствол, похожий на плотно уложенный пучок проводов, не имел никаких срезов или выключателей. Пытаться разрушить или иным грубым способом повлиять на это образование не имело смысла. Пришла мысль раздвинуть энергетические каналы, но для чего? Нужно было активизировать хотя бы крайний, но как? На предыдущем перекрестке хотя бы таблички были. В процессе размышлений жезл непроизвольно уперся в край столешницы. Яну захотелось дотянуться до провода.

По лапе, обхватив запястье, на жезл соскользнуло кольцевое зеленое облачко, стало ярче в месте контакта со столом. Неровный фрагмент небольшого сектора в рисунке столешницы подсветился, затем еще один, еще, выстраиваясь в изображение ломаной линии из четырехугольников к центру стола. Наблюдателям показалось, что находится рисунок в полированной поверхности столешницы.


Столешница в активном состоянии


Шеф увидел вторым зрением, что «дольки» энергетического каркаса выдвигаются, причем несколько и в произвольных местах. В реальность его вернул болезненный укол пониже спины. Ян открыл глаза и вскочил, отдернув жезл.

– Шеф, обернитесь!

В пустыне образовалась вереница светящихся четырехугольных столбов света, тянущаяся от круга со столом к горизонту. Свечение быстро угасло. На месте активных зон остался только чистый песок.

– Рисуночек-то похож на тот, что был на столе! – обрадовался Пуфф.

– Мы можем управлять им, это прекрасно! – согласился Марк.

– Не уверен, – вздохнул Ян, потирая ягодицу.

– В чем?! – не понял котище.

– И в том, что управлять, и в том, что это прекрасно.

– Но указатель же отозвался и работает!

– Целая вереница. Куда вставать, как включить один сектор?!

– Ну, куда вставать, поищем. Потом придем на эту точку, и, хорошо прицелившись, ты активируешь стол. Даже если один раз, хотя, судя по предварительной информации, разнести в щепки этот механизм тебе не удастся.

– Согласен, – присоединился Пуфф, – хватит думать, трясти надо!

– Сейчас инициатива исходит от нас, пользуемся! – Марк встал и достал маятник.

– Как пойдешь?

– По расширяющейся спирали, стараясь охватить все сектора, благо кромки обозначены камнями. Как почувствую что-то, позову. Сразу ко мне, вдруг еще какой-нибудь катаклизм.

– Пошли все сразу, – насторожился Пуфф.

– Мне кажется, если я один – чувствительность выше.

– Не уверен, – возразил Ян, – ладно, пробуй.

Демон занялся странным действом. Он обошел по периметру спокойную зону вокруг, держа перед собой фрагмент ожерелья и что-то считая. Следующий круг был уже шире, потом еще шире…

– А, может, отсюда тоннеля туда нет, а?! Шеф? Тогда что?

– Пешком пойдем, – усмехнулся Ян, раздумывая над тем, как попасть с такого расстояния в край столешницы.

– Пуфф, иди сюда, будешь маяком, – крикнул Марк, махнув рукой.

– Да, этим я еще не был, – вздохнул котище и поплелся к указанному месту.

– Постой здесь, цепь качнулась, но я не понял куда. Обойду еще круг.

– Уже пятый, – ворчал Пуфф.

Демон обошел в очередной раз центральную зону.

– Вот лучше. Ян!

– Шахматы какие-то…

– Не ворчите. Каменные клетки очень похожи, а вас ни с чем не спутаешь.

– Можно я стул с собой возьму? – заныл Пуфф.

– Нет. Мне кажется, здесь. Ян, стой здесь. Еще бы как-то приоткрыть дверь…

– Шеф, сделайте зануде сквозняк!

Ян пожал плечами, прикрыл глаза, настроился на цитрусовую модель, небольшой разряд из жезла ударил под ноги. «Долька» на модели завибрировала.

– Ой, – вскрикнул Марк, едва удержав цепь, – здесь!

– Не факт, Пуфф постой на моем месте. Давай отойдем.

Эксперимент повторили еще два раза, отойдя в сторону, но маятник из ожерелья Изиды остался безучастен.

– Однозначно нашли.

– Только что?

– Сорок пятый сектор.

– Считал что ли?

– Обязательно. Правда, непонятно, как определить расстояние перемещения. Или оно переносит в конечную точку, а, Пуфф?

– Мое мнение кого-то интересует, надо же!

– Не ворчи. Ты же только что ел.

– Да?! Нет у меня мнения. Дело в том, что переход, кротовая нора или склейка зон обычно бывает вида – точка-точка. Но случается, когда тип «болтающийся рукав», извивается и куда причалит – неизвестно. Здесь связи и многозвенные, и динамические, а наложенные на непрерывно изменяющуюся среду… – котище развел лапами.

– Подведем итог. Имеем точку входа и направление. Как определить расстояние, пока не знаем, впрочем, и что это понятие обозначает. Все проверить можно только опытом.

– Кстати, реакция маятника активнее, кажется мне, что, в конце концов, методом последовательного приближения мы попадем в нужный пункт.

– А вы уверены, что это лифт? – неожиданно засомневался Пуфф.

– Сейчас и проверим, конструкция как у предыдущего. Марк, иди ближе. В конце концов, в этот раз по ягодицам получил я. Как говорили в начальной школе: понимание хорошо доходит через совсем другую часть тела методом вбивания.

Ян направил жезл в сторону стола, прикрыл глаза, мысленно потянулся к центру конструкции, зеленый светящийся объект в форме бублика сорвался с черного цилиндра. Справа от путешественников выстроилась ломаная линия из световых четырехугольных объектов, похожих на душевые кабины.

– Работает, но мимо! – вздохнул Пуфф.

– Целься левее.

– Я не знаю, как соотнести…

– Идея, под ноги, а после в сектор, а не стол!

– Пуфф, ты уверен?

– Да откуда ж…

– Ну, знаешь…

Ян отправил нечто похожее на зеленую шаровую молнию в песок. Объект бесследно исчез, но в другом измерении четко завибрировала одна долька в интерпретации перекрестка ста дорог. Одновременно проступил тонкий контур, соединявший дверь с центром конструкции. В мгновение ока синяя лапа с черным вытянутым цилиндром оказалась над головой. Очередной заряд немного больше теннисного мяча, описав замысловатую дугу, уже в полете сжался до шарика для настольного тенниса и ушел в столешницу. Путешественники успели заметить, что световые стены охватили только сорок пятый сектор. Марк почувствовал тепло в листиках украшения.


Глава 16. Третий узел

Сильно иссохший, практически мумифицированный временем, но даже в таком состоянии не утративший изначальной красоты женский кулачок что-то сжимал. Из вековой пыли поднялся короткий обрывок скрепленных золотистых листочков, потянулся вверх, но не смог вырваться, даже приподнять высохшую руку, закованную в тяжелый железный браслет, когда-то плотно облегавший запястье. Время источило цепи кандалов, серебряные вставки выпали, но теперь, здесь, это уже не имело значения. Листики, связанные маленькими кольцами, упали в пыль, и снова воцарилась тишина.

________

Котище потянулся к световой стене.

– Убери лапу.

Пуфф спрятал лапу за спину.

Яркость стен стала меньше. Сквозь световую завесу просматривался удивительный кратер, в центр которого плавно опускался, поворачиваясь вокруг оси, доменный лифт. Всю поверхность занимали кубики разного размера. Как только лифт коснулся плоской поверхности одного из каменных блоков, световая кабина пропала.

– Это не я.

Марк посмотрел на Яна.

– И не я, – подтвердил тот.

– Смотрите! – Марк указал рукой.

Пуфф попятился, поворачиваясь. Вверх вылетел какой-то предмет. Ян поймал квадратный темный брусок и укоризненно посмотрел на котищу.

– Опять ты на что-то наступил!

– Я не специально, – развел лапами Пуфф.

На камне угадывался рисунок открытого висячего замка с ключом. Пуфф тут же наступил еще раз – ничего не произошло.

Рисунок выдачи активатора


– Как говорят критики, герой должен развиваться, приобретать навыки, а ты ведешь себя как последний… – начал Ян.

– Идиот. Мы академиев не кончали. Вам не угодишь. То слишком умный, то этот, дездемон.

– Кто?! – оторопел Марк.

– Де… Децибел, не дебил, вот. Вы уж определитесь, а?

– Характер у тебя, конечно, не сахар.

– Яблочко от яблони…

– Ладно, «яблочко», – Ян осмотрел брусок, так ловко извлеченный Пуффом, прикрыл глаза, – механизм узла похож, это, скорее всего, активатор. Видимо, мы достигли цивилизованной области.

– Для будки? – поинтересовался котище.

– Скорее, пагоды…

Примерно на половине пути к краю кратера, среди кубиков разных размеров стояла беседка в китайском стиле. Четыре витых столбика, крыша с загнутыми углами. Квадратное сооружение где-то пять на пять метров покоилось на полированном камне. Блестящие кубы вокруг, где-то от метра до пяти, выступали из земли где на треть, где на половину, причем верхняя грань у всех была расположена горизонтально.

– Там что-то висит, тонкое.

– Сейчас уточним, шеф, позволите сей предмет?

– Ну, уточни…

Котище взял брусок и метнул его в сторону беседки. Удивительно, но Пуфф не только не промахнулся по беседке, но и попал точно в объект на подвесе под крышей. Издав мелодичный звук, напомнивший удар в колокол, предмет повернулся. Им оказался плоский полуметровый медальон. Два кольца, одно в другом и диск в центре малого.

– Что-то мне это напоминает, – заметил Ян.

– Символ третьего мира.

Брусок, прилипший на несколько секунд к ребру символа, соскользнул вниз. Через мгновение между столбов беседки возникли световые стены, как у «душевых» кабин на предыдущем перекрестке. Еще через минуту свечение угасло.

– Так, экспериментатор, – нарушил тишину Марк, его голос не сулил ничего хорошего.

Пуфф с надеждой посмотрел на шефа и понял – видимо будут бить, причем оба. Котище отступил на шаг и немного присел, покорно прижав уши, что, собственно, и избавило его от шишки. Точно такой же брусок упал бедному котику прямо на голову.

– Ты цел? – спросил Ян.

– Вроде шишки нет, – констатировал котище, потрогав голову.

– Просто кошмар, точно все нормально? – демон явно перестал сердиться.

Рядом с Пуффом материализовалась фигура в сером монашеском плаще до пола. Капюшон скрывал голову, длинные рукава полностью прикрывали кисти рук. Полы одеяния волочились по земле. Под капюшоном было совершенно темно. Все трое явственно услышали сухой голос из темноты…

– Извините. Я думал свободно. Вы не едете?

Все трое отрицательно покачали головами, брусок соскользнул с головы Пуффа. «Монах» ловко подхватил ключ.

– Спасибо. Тогда следующий ход ваш.

Фигура поплыла над кубами в сторону пагоды, смахивая пыль полами плаща и оставляя след, пахнущий болотом. Ближе к сооружению немного задержалась, повернула влево. Наконец, найдя нужное место, гость замер. Световые стены лифта переноса вспыхнули, затем плавно угасли, оставив пустой куб.

– Что это было?! – нарушил тишину Марк.

– Кажется мне, издержка цивилизованной области, – мрачно констатировал Ян, – скоро доберемся до очереди за жетонами.

– Зачем? – не понял Пуфф, приподняв ушки.

– Так, по табличкам не ходим, камни в окна не кидаем. Слушаем и размышляем. Все встречи с монахами или кем бы то ни было, представляющимся таковыми, закончились плохо. Даже началось все с того, что некто в плаще толкнул меня во все это.

– Да. А уж орден… – согласился демон.

– Помню, помню. Долго один сидел, – поддакнул Пуфф.

– Итак. Имеем очередной узел, оборудованный механизм транспортировки, кнопку запуска. Осталось найти тот куб, который приблизит нас к области, где находится ожерелье.

Марк поперхнулся.

– Слушай, оставь ты эти вздохи. Мы идем с тобой до намеченной цели. Пока эта цель – остальная часть украшения. Ваша порода, конечно, привычная к передрягам, и не будем терять надежду, но…

– Обольщаться после всего тоже не стоит. Сам видел, – согласился Пуфф, удостоверившись в отсутствии табличек на полу и аккуратно отступая в сторону.

Демон вздохнул.

– Доставай инструмент, работа отвлекает. А твои переживания, глядишь, обострят чувствительность, – произнес Пуфф.

Марк извлек маятник. На удивление украшение сразу отклонилось.

– Чтобы случайно не разделиться, пойдем вместе. Ключ возьмем сразу, – предложил Ян, наступив на изображение открытого замка.

Брусок вылетел вверх и приземлился точно в лапу шефа. Пуфф втянул носом воздух.

– Первый болотом не пах.

– Выбора особо нет, – отметил Марк, встряхивая золотистые листочки.

Они снова указали лишь немного правее от следа существа в монашеском одеянии.

– Ступени невысокие, пойдем, как шел он, а там сверим азимут еще раз.

Без приключений троица достигла куба, на котором гость повернул. Марк извлек маятник. Ассиметричные колебания фазой с большей амплитудой указывали на большой, метра два на два куб справа. Забравшись на него, путешественники обнаружили, что в центре площадки маятник колеблется симметрично и устойчиво, а плоскость можно выбрать любую, предварительно остановив украшение рукой.

– Рискнем? – спросил Ян, рассматривая брусок.

– Варианты?! – удивился Пуфф.

– Никаких.

Ян поставил ключ в центр квадратной площадки. Брусок быстро ушел в невидимый до этого паз. Грани площадки засветились, и полупрозрачные световые шторы взметнулись к небу.

– Поехали, – обрадовался Пуфф.

Но что то пошло иначе. От стены к следу темного гостя возник устойчивый разряд, похожий на грозовой, с диаметром канала около пяти сантиметров. Поверхность куба, на котором путешественники повернули, покрылась сеткой извивающихся мелких молний. Такая же область возникла на световой стене. Словно удивительная кисть с сотней змеящихся щупалец вцепилась в стену и куб. Целый ручей из разрядов устремился к центру кратера и образовал такой же захват.

– Мы не доедем, – охнул Марк.

– Или приедем не туда, – брякнул Ян.

Пагода заполнилась светящимся неоновым дымом как стеклянный аквариум. Ручей выбросил рукав из молний, потекший в сторону беседки, и, достигнув невидимой границы, нырнул внутрь. Болотная жидкость на кубиках испарилась, но возникшее из молний образование исчезать никуда не собиралось, вцепившись своими щупальцами.

– Вытирайте инструменты перед работой и держите сухими. Не тыкайте чем попало в розетку. Это конец, – изрек демон.

Периметр засветился еще ярче, перед одной из стен образовался прозрачный прямоугольный экран с ободом из толстой, около двух дюймов нержавеющей трубы. На мгновение в прозрачном теле мелькнул фрагмент модели доменной пены, который сменило изображение шума с экрана черно-белого телевизора конца двадцатого века. Казалось, внутрь насыпали черно-белый крупный песок.

– Шеф, кажется, это был пульт, – подал голос Пуфф.

________


В громадной чаше кратера возник межканальный пробой. Будь здесь зритель, он увидел бы удивительное существо. Оно вцепилось в световую стену лифта одной лапой, второй держалось за центральный куб. Все тело этого «монстра» состояло из множества змеящихся молний. Яркость стен лифта увеличивалась, но в этот момент в пагоде появился неоновый туман. Холостой старт системы без нагрузки вызвал обратный выброс энергии. У монстра вытянулся третий отросток, нырнувший в неон. В этот момент лифт отработал свою программу, хотя и с искажениями, затем угас. На месте световой кабинки никого не было. Потеряв одну точку фиксации, канал выбросил в небо целую крону молний. Разряды – корни искали точку подключения. Красно-оранжевое наполнение пагоды, воспользовавшись нарушением баланса в канале, окрасило пробой. Это окончательно нарушило равновесие в системе. Дискообразный неоновый выброс из пагоды заполнил весь кратер. Через пару секунд все угасло. Перекресток стал совершенно пуст и чист, только пагода как и прежде стояла на своем месте.

________


Дандо дремал, пережидая бурю. После вмешательства повелителя часть пены пришла в движение, и отследить или понять что-либо стало невозможно. Из сна его вывел голос.

– Ну, показывай!

Слуга вздрогнул. Протер глаза и начал медленно прокручивать события на модели. Запись продемонстрировала едва заметный выброс в сторону «Красной рыси». Повелитель отрицательно покачал головой. Узел выбросил еще один канал, устремившийся в недра Третьей сферы. Достигнув очередного узла, канал пристыковался, не добавив новой информации о намерениях путешественников.

– Переход гладкий, информации ноль.

– Да, повелитель.

Через мгновение узел активизировался. Мощный трек ушел к очередной точке. Этот трек вел к главному. Дальнейшее прокручивание записи не дало никаких результатов.

– Может, все погибли? Проверь!

Слуга пропал. Прошло несколько минут, прежде чем Дандо вернулся к трону.

– Их нигде нет. Конечная точка, точка старта не имеют следов троицы. Мы их потеряли, или они сгорели.

– Почему?

– Кратер с кубами теплый.

– Так, провели! Ну-ка, включай с момента переноса, и медленно!

Дандо вернул модель на точку на момент переноса.

– Смотри, междоменный тоннель сложился в обратную сторону! Возникает новый.

– Вот это да!

– Смотри дальше. Отследи, конечно, и этого ходока, но потом.

Тем временем стал выстраиваться еще один переход, но тут узел опутал клубок молний, осветивших нагромождение перепутанных веревок, гораздо большее, чем было видно в штатном режиме. Энергия отдачи холостого хода внесла свою долю в систему, и хвост перехода потерял связь с узлом и умчался в недра колдовских доменов. Неоновая вспышка жирной точкой довершила цепь событий.

– Тоннельный пробой!

– Это после. Они же куда-то отправились?

– Даже если и отправились, то не в то место, куда хотели, и уж не за браслетом точно, – слуга осекся.

Повелитель остался спокоен.

– Просчитай все. Извернись, но отследи, куда ушел лифт. Это веселее, чем спать. Если они живы до сих пор, могут справляться с пеной колдовских доменов, то идут туда. Что еще можно искать здесь?

– Слушаюсь.


Глава 17. Отражение

Ян прикрыл глаза, в иной плоскости лифт мчался в извивающейся трубе, лишь немного опережая оборванный конец междоменного перехода. Внутри кабины была полная тишина, стены ровно светились. На экране по-прежнему светилось изображение черно-белого хаотичного мусора.

– А мы ведь куда-то летим, причем переход поврежден и вслед за лифтом рассасывается, – тяжело вздохнул Ян.

– Не нравится мне все это, – свел брови Марк.

– Да уж, чему тут нравиться, – согласился Пуфф, поглаживая лапой обод экрана, – но в утешение могу сказать, что за последнее время естественным путем, без разгрома и приключений или чьего-то…

– Смотрите! – перебил Ян, указав на экран, и, было сформировавшаяся, очень важная мысль покинула кошачью голову.

На экране сформировался рой, который двигался внутри прозрачного пульта вслед за лапой Пуффа.

– Ну и что?

– Есть идея, на земле все так чинят.

– Валяй, – согласился Марк, догадавшись, к чему идет дело.

– Так, убери лапу, дорогой товарищ…

Ян размахнулся и стукнул кулаком по трубе, окантовывающей экран. Нормальный человек, наверное, разбил бы руку, но хозяин Замка тысячи миров, видимо, давно стал другим… Экран отлетел вниз, ударился о пол, затем вверх, отскочил от невидимой преграды на потолке. Проделав перелет три раза, пульт замер на прежнем месте. Из шума сложилась четкая картинка.

Пиктограмма «Храм лотосов»


– Угадайте с трех раз…

– Что это значит? – спросил Марк.

– Что значит – понятно. Сейчас это пульт прокомментировал в своем живом журнале, что происходит, когда стукнут по голове… Если вся техника на Земле такая, что-то мне туда уже не хочется, – вздохнул Пуфф.

– Ответ неверный, куда мы прибудем. Хотя при таком ремонте мозги иногда немного туманятся…

– Теперь я догадался, зачем нужен ободок, – вздохнул котище, снова поглаживая край панели.

Пиктограмма засветилась зеленым. У путешественников в лифте возникло ощущение, что он замедляется. Ян машинально закрыл глаза. В другой плоскости мироздания какого-то домена объект, похожий на цилиндрическую клетку, плавно вворачивался в сложную конструкцию непонятного назначения. Последовал легкий толчок, и стены погасли. Троица оказалась на гранитной красноватой плите, оплетенной лианами, исключая квадратное место стыковки лифта. Вперед, к озеру вела широкая лестница, также вся оплетенная тропической растительностью. Водную поверхность покрывала зеленая тина и ряска. На другом берегу высился белый храм в индуистском стиле. Причудливых куполов было три. Создатели, скорее всего, предполагали, что сооружение должно отражаться в воде… Но случилось иначе, и отражение утонуло в затхлом запахе болота.

– Не курорт. Прибыли по следу типчика в плаще, шеф, я восхищаюсь вашей прозорливостью!

– Ну, кроме запаха – ничего общего.

– Я думаю, скоро сравним, там лодка, – Марк показал рукой в сторону другого берега…

– Что-то я не понимаю, где здесь указатель направлений? Шеф?

– Его нет. Пуфф, это не перекресток, это домен.

– Значит придется кандыбать до границы пешком?!

– Это еще что? – тут же возмутился Марк.

– Да. Послал бог учителя… Расслабься и получи удовольствие. Даже если в тину мордой упадешь, скажет, что надо было интеллигентней разбрызгать грязь.

– Пуфф, не ворчи. Дай сосредоточиться!

– Шеф, лезть через лианы с моей комплекцией…

– Жрать меньше надо было!

– Марк, а кода это было?! И вообще, как ты себе позволяешь говорить такое?

– Слушайте. Оба. Заткнитесь на минуту!

Ян закрыл глаза и сосредоточился. К сожалению, ничего похожего на «мандариновую модель» найти не удалось. Правда, накопитель, родственник тех, в подземельях Изиды, в скале, скрытой лианами, имелся. Другие, совершенно разряженные, под храмом. Наборные механизмы выбора направлений не просматривались. Имелись какие-то приводы в озере, конструкции на сливе воды, бездействующие насосы. Видимо из-за отсутствия обслуживания возникла утечка, система окончательно разрядилась. Лианы и тина не могли разрушить сооружение, но оплели все вокруг, накопители перестали функционировать окончательно.

– Полный конец, – произнес Ян, не открывая глаз.

– Как?

– Тут останемся насовсем! Тихо!

Шефа привлекло изменение в плите под ногами. Из-за очистки небольшой области в месте стыковки лифта и остаточного выброса накопитель ожил! Ян открыл глаза.

– Ну? – в один голос спросили котище и демон, молчавшие из последних сил.

– Есть накопители как под статуей, один здесь, еще на том берегу. Судя по зеркальной богине – это очень мало. Хуже того, растительность полностью парализовала процессы в системе. Все так заросло, что ничего не работает. Придется чистить.

Пуфф с нескрываемой тоской окинул взглядом лианы, полностью поглотившие скалу за спиной, болото на месте озера.

– Положительный момент, наше прибытие оживило фрагмент схемы. Если удастся раскачать механизм и зарядить полностью, возможно в нем окажется пульт или наборное поле для активации лифта. Да, часть системы на том берегу.

– Блин, влипли. Тут даже не триста дней… Такой гадюшник расчистить. Шеф, а нельзя как-нибудь по чему-нибудь долбануть жезлом или кулаком?

– Тебе по голове, – подключился Марк, – что за слова такие?!

– Знаешь, мне, конечно в библиотеке в тесте тяжело было, в деревне «Вечный покой» – тоскливо, но чистить это дурно пахнущее болото. Как мы так вляпались? Уж не помог ли кто?!

– Вот в этом я точно сомневаюсь. Кажется мне, что нас вели или пытались направить, но не в этом случае, – возразил демон.

– Подправить куда надо, это – вполне, а отправить куда попало, – согласился Ян, – кто же знал, что след из тины приведет к такому результату! Может, там, откуда этот господин накопитель подтекает…

– И что?

– Жижа становится чудодейственной, в смысле, хорошо проводящей, если пользоваться термином из электротехники. Кстати, накопитель-то под нами заполняется. Медленно, конечно.

– Шеф, я вас, конечно, безмерно люблю, но «жижа чудодейственная» – это слишком, – надулся Пуфф.

– Варианты?

– Ну, если только поговорить с существом в лодке…

Большая, похожая на венецианскую гондола плавно скользила по тине. Высокий нос скрывал того, кто уверенно отталкивался от заросшей поверхности воды узким длинным веслом.

– А получится? – усомнимся Марк.

– По обстоятельствам. Подыграем, он или они кому-то же поклоняются, – предложил Пуфф.

Лодка причалила к лестнице, развернувшись боком. На ступени спрыгнул молодой индус в белом одеянии. Вид полностью соответствовал гравюрам захвата англичанами Индии.

– Откуда он здесь? – удивился начитанный Марк.



Ils sont tout à fait autres! – произнес гость.

– Что-то я не понимаю… – начал Пуфф, прищурив один глаз.

– Вы не похожи на посланцев бога. Они совершенно другие! Примерно так это звучит, – перевел демон.

– Не понял, не это, – шерсть на загривке у котищи приподнялась, он прищурил глаз сильнее, – чем мы это ему не нравимся!

– Я такого не говорил, – осекся гость.

– Тихо! – рявкнул Ян, и с его рук исчезли перчатки.

Синие когти сверкнули на черной чешуе, коготь указывал на Пуффа. Шкура на шее котищи вытянулась, он повис в воздухе, примерно в полуметре над полом.

– Встали ближе! Оба, быстро!

Котище зажмурил оба глаза и замер.

– Ааа, рассердили, сейчас всех выпорет, – запричитал демон.

– Так. Заткнулись! Все!

На морде Пуффа откуда-то появилась ватно-марлевая повязка.

– Слушаюсь и повинуюсь, – донеслось сквозь вату.

Индус отчетливо ощутил холодный чешуйчатый захват на горле, хотя странный человек даже не прикоснулся к нему.

Ян запел, направив руки на скалу. Он вспомнил «песню льда» из своего многостраничного путешествия. Эта заунывная мелодия, похожая на песни северных народов, позволила плавно высвободить ту небольшую долю накопленной энергии, пока она не ушла в болото. Лианы, конечно, не могли трескаться как ледяной водопад, но эффект получился потрясающий. С лап посыпалось нечто напоминающее невесомую искрящуюся пыль, она облаком расползлась вокруг, лианы стали складываться как в фильме о росте корней, пущенном наоборот. Очистились площадка, лестница, скала. Прикрыв глаза, Ян представил себе, как открываются створки, ведущие к лифту. Инстинктивно жезл оказался в лапе, скала покрылась трещинами, затем со страшным треском разлетелась в две стороны.

________


В нем шевельнулось давно забытое сладостное чувство. Вера, идолы и почитание. Эта мощная паутина с системой противовесов давала возможность появляться там без угрозы разрушить порядок вещей. Потом связь распалась.

________


– Все. Пусто, – разочарованно произнес Ян.

– Шеф, теперь можно меня поставить?

– Угу.

Автор мрачно изучал свое произведение. Перед зрителями стоял, опершись на скалу, истукан синего цвета, почти в четыре человеческих роста, он имел рогатую бычью голову с тремя глазами. На шее – ожерелье из черепов, в руках жезл, увенчанный черепом, аркан, меч. Да, рук было четыре.

– Он видит одним глазом прошлое, другим – настоящее, а третий смотрит в будущее, – благоговейно произнес индус.

– Это кажется из буддизма, – изрек начитанный демон.

– Молились плохо, – строго произнес Пуфф, – пруд зарос, бог окаменел и посинел.

Идол поднял руку и указал на храм. Индус попятился.

– Теперь точно все. Впрочем, если немного подождать…

– Вы не похожи на его слуг…

– Так, я сейчас тебя, – котище широко открыл пасть, повязка оказалась внутри, между клыков, завязки лопнули.

Зверюга захлопнул пасть, пожевал немного и выплюнул в индуса. Комок, не долетев до жертвы, вспыхнул и исчез.

Настоятель почувствовал на себе три взгляда, не обещавших ничего хорошего. Хотя статуи свиты в храме внешне не имели ничего общего с прибывшими существами, события последних минут говорили об обратном. Что он делал не так? Может быть, монахи действительно плохо молились? Или не те монахи? Но призыв же сработал!

– У тебя небольшой выбор, вариант первый – ты помогаешь нам, мы тебе, вне зависимости от религиозных убеждений и представлений. Когда все восстановиться, мы уйдем так же, как и пришли, – пояснил Ян.

– Статуи в канонический ряд ставить не нужно, – подтвердил Пуфф.

– Или? – все же спросил настоятель, уже понимая, что представление о слугах Ямы придется скорректировать.

– Мы сделаем все, что нам нужно, предварительно разрушив все вокруг, чтобы добраться до сердец демонов и вдохнуть в них жизнь, – произнес Марк, поймал взгляд Яна, с трудом сдерживающего смех.

Индус посмотрел на храм.

– Его тоже. Искомое в недрах сооружения! – закончил демон.

– Босс, пора.

Ян вскинул когтистую руку в сторону храма, в кисти возник темный цилиндрический предмет. Статуя опустила руку и подняла другую, с жезлом. Череп указывал через озеро. Вода закипела сначала у берега, потом дорожка потянулась в сторону белых куполов. Зеленый бульон клокотал, постепенно чернел, растения, ряска, водоросли превращались в мелкую крошку, похожую на болотную жижу. Над поверхностью поднимался пар. Очистив две трети пути до храма, идол опустил жезл, медленно повернул голову и посмотрел на настоятеля. Взгляд и этих трех, вполне живых глаз, так же обещал отнюдь не радость и процветание. Пена быстро улеглась, оставив после себя иссиня черную, гладкую как стекло водную тропу к храму.

– Я буду помогать вам, – индус сложил ладони одна к другой и склонил голову, – мне трудно возразить против таких аргументов.

Лодка двигалась по чистой протоке, прорезанной в заросшем озере.

– Красота-то была какая, – вздохнул демон.

– Это осталось на родине.

– А здесь?

– Они не смогли приспособиться, хотя и спаслись. Впрочем, и я тоже.

– Начал, теперь рассказывай, – произнес Марк.

– Ну да. Мог бы уж привыкнуть. Все просто. Период, когда британская корона исследует, постепенно захватывая Индию. Колонизаторы далеко не всегда с уважением относятся к местным верованиям и нравам. Не будем о грустном. О сути событий. Я увлекся этой великой культурой. Даже неплохо освоил язык. Мне было позволено посещать некоторые тайные места поклонения, вот, например, этот храмовый комплекс бога Ямы. Точнее его прообраз, что ли… Я понятно говорю?

– Да, – кивнул за всех Марк, – у нас было время по разным причинам кое-что прочесть.

– Не у всех, – надулся Пуфф.

– Спросишь после, – поднял палец и погрозил им Ян.

Рука была в тонкой кожаной перчатке. Настоятель увидел, как закипела вода дальше по курсу, освобождая поверхность от зелени.

– Продолжай. Так легче грести, – закончил мысль Ян.

– Колониальные разборки, подкуп и уничтожение местных князей пришельцами, поиск золота и так далее и тому подобное в лучших традициях европейского гуманизма опустим. Однажды я узнал о готовящемся рейде в этот самый храм, а поживиться там есть чем. Золото, камни, украшения…

Настоятель незаметно бросил взгляд на слушателей. Никакой реакции не последовало, гости смотрели на темную воду, приближающуюся громаду здания. Лишь котообразный господин осмотрел свои лапы и брезгливо вытер их о живот.

– И что? – спросил Марк.

– Я отправился в джунгли, предупредить служителей. Это было на праздник Тихар. В храме собралось много народу…

– Но, позвольте, любезный, – встрял Марк, – Тихар – Непальский праздник! На него все должны быть дома, зажигать фонарики…

– Вы так уверенно говорите о традициях, – грустно продолжил настоятель, продолжая плавно работать веслом, – огонь и меч перемешивают обряды, традиции народы. Да. А вот желание верующих собраться вместе в свой дом, да еще зажечь море огней очень даже укладывается в ваше определение, но не совсем подходит для тайного святилища. Я успел почти за час до отряда, но убедить людей убежать не удалось. Солдаты ворвались, началась стрельба. Я машинально бросился в ноги статуи, верующие пали ниц. Не знаю, что там произошло, но наступила тишина. Кто внял и чему я не понимаю до сих пор. Храм перенесся в эти джунгли.

– Другое место? – уточнил Марк.

– Не знаю. После вашего появления начинаю верить во все легенды.

– А насвинячили везде так зачем? – поинтересовался Пуфф.

– Мы пытались, но растительность заплела все вокруг, игнорируя и молитвы, и мачете.

– Ну, тесаком это не одолеешь… Ладно. Сговоримся – научу правильно поклоняться Яме.

– Демон… Ты…

– Не, демон только он, – нашелся Пуфф, указав на Марка, – руки видел, то-то, поверь, он страшнее в гневе, чем…

– Пуфф, прекрати. Резать никого на алтаре не нужно, а вот правильно обращаться к вашему богу с ВАШЕЙ формой молитвы просто необходимо! Но это после.

Лодка причалила к ступеням. За исключением небольшого полукруга, свободного от растительности и обозначенного обуглившейся каймой, всю площадь покрывали лианы, какие-то цветы и прочая тропическая растительность. Слой этого зеленого царства составлял больше десяти дюймов. Побеги растительности оплели статуи между колонн, свисали со стен здания.

Ян прикрыл глаза. Силовое соединение, над которым они плыли, уходило внутрь храма и терялось там. Местные растения настолько рассеивали и размывали обездвиженный и разряженный комплекс, что понять что-либо было невозможно. С точки стыковки картинка была значительно четче.

– Ничего и никого не видно.

– Они все в жилом крыле здания… эта часть еще не заросла. Когда полыхнуло на том берегу, я велел им не выходить.

Все обернулись. Теперь от храмовых ступеней к другому берегу озера вела черная широкая водная тропа, в конце которой возвышался синий идол. Ян снова углубился в изучение устройства системы. «Раскачать… Как заржавленный механизм, смазывать и двигать…» – сама пришла мысль. Не открывая глаз, он опустил руку с жезлом, статуя повторила этот жест. Вода стала быстро светлеть, черная плотная взвесь распадалась, поглощаясь магистралью и заряжая накопитель. Процесс шел быстро и устойчиво. Вода постепенно светлела, становясь все более прозрачной.

– Синий слуга Ямы у скалы приходит в себя, – торжественно произнес Ян.

– Так, может, он нас и отправит обратно? – обрадовался Пуфф, – вон, уже дно видно.

– Нет. Нужно найти остальных.

– Вы имеете в виду статуи в храме? – спросил настоятель.

– Скорее всего. Но сказать с полной уверенностью, кто или что есть слуга бога – невозможно.

Звенящую тишину нарушило заунывное пение. Громкость плавно увеличивалась, словно хор приближался.

Харе Кришна харе Кришна
Кришна Кришна харе харе
Харе рама харе рама
Рама рама харе харе

– Это еще что? – насторожился Пуфф.

– Паства, – развел руками индус.

– Перевод примерно таков: «О, Всевышний Господь Кришна, О, Всерадующий Господь Рама, наконец, я (душа) проснулась и хочу служить Тебе», – пояснил Марк.

– Причем тут Кришна? Только что упоминался Яма. Истукан с его символикой на том берегу? – заинтересовался Котище.

– Нужно углубиться в историю данного ответвления… – начал настоятель.

– Так, – Ян поднял руку, – ваше ответвление уже углубилось на самое дно, дальше некуда. Историю пока оставим. Прикажи пастве не выходить. Он уже набрал достаточно сил и поможет нам прорубить дорогу в главный зал. Все, кто окажется на пути – погибнут. Оплетенный корнями лиан храм бесполезен.

Вокруг вскинутой чешуйчатой руки со страшными когтями засветилось зеленое полуметровое кольцо.

 – крикнул настоятель.

– Им назад, а нам?!

– Пуфф, молчи!

Котище надул щеки, пение стихло, словно Ян скомандовал и им… Повисшая тишина длилась целую вечность. Идол, вода, воздух были совершенно неподвижны. Наконец в пространстве возник звук, пела единственная струна, колеблющийся звук заполнил собой площадь. Высота тона постепенно росла, и, наконец, прямо перед лодкой раздался треск рвущихся корней, они разошлись, концы почернели, осыпаясь пеплом на белые плиты. Не было ни запаха, ни тепла. Пение стало еще выше, и сплетение лиан стало раздвигаться, освобождая почти трехметровый проход. Невидимый замок чудовищной молнии двинулся к главному входу, набирая скорость. Зеленая ткань рвалась как гнилая надрезанная тряпка. Почерневший край еще больше усиливал сходство с застежкой. У ворот ковер отбросило, забавно отогнув лоскутки как воротничок, створки распахнулись.

– Что встали, вперед! – скомандовал Ян, – у нас время до захода солнца.

– Это почему? Нечистая сила придет? – оживился котище.

– Прекрати.

«Гости из ниоткуда во главе с местным индусом», – подумал Марк и тут же поймал себя на мысли, что все слова в фразе имеют двойной смысл, точнее, не несут его вообще, хотя описывают увиденное точно.

Прямую как стрела белую просеку, глубиной почти полметра, вымощенную каменными плитами, окаймляла черная обугленная бахрома, дальше зеленый ковер не пострадал. Вблизи храм оказался еще больше, чем выглядел от озера. Колонны, стены, входные ворота – все было украшено великолепной резьбой, изображавшей сцены из какого-то эпоса.

– Ух ты, кто эта белая братия?

– В давние времена, когда на земле жили боги… – начал настоятель.

Из левого крыла донеслось:

Харе Кришна харе Кришна
Кришна Кришна харе харе
Харе рама харе рама
Рама рама харе харе

– Тебе придется пойти и попросить паству помолчать и не выходить в храм, пока не попросят!

Индус ловко забрался на зеленый ковер и направился в левое крыло.

– И догоняй нас! – добавил Марк.

Троица вошла в распахнутые ворота под своды храма. Внутри царил полумрак. Вытянутый обширный зал с колоннами, богато украшенными резьбой, освещал только свет через распахнутые ворота. Другой конец вообще тонул во мраке, как и скульптуры между колоннами. В поперечнике зал составлял не менее десяти метров, в длину около тридцати. Никакой местной растительности внутри не было.

– Слушай, Пуфф, а как тебе удалось так ловко повиснуть? – тихо спросил Ян.

– Шеф, фигня вопрос! Вот вытянуть самому себе шкуру на загривке, при этом причитая и вися в воздухе! Это уже мастерство!

– Да, иллюзионист высшей пробы! – похвалил Марк, даже не обратив внимание на не совсем литературное выражение юного друга.

– Никаких иллюзий, все по-честному, – возразил котище, – кстати, об иллюзиях, босс, и где тут эти ваши накопители?

Ян прикрыл глаза. Полумрак с идолами напомнил колоннаду Замка тысячи миров, он вздрогнул, перчатки пропали. Когти и чешуя сверкнули в полумраке.

– Все в порядке? – насторожились компаньоны.

– Воспоминания… – не открывая глаз, ответил Ян, – накопитель у скалы более менее работает, не на полную мощность, конечно. Но выше точки саморазряда. Вся эта местная растительность, видимо, способна отбирать энергию из системы. Не зря арка Изиды была построена в пустыне. Канал к главному корпусу мы оживили, искомое внутри. Кажется мне, здесь все проще…

– Что?

– Камень с резьбой! Пошли. Потом.

Глаза постепенно привыкали к темноте. Зал вывел в следующее помещение. Сюда проникало еще меньше света, он падал прямо на сидящую статую.

– А ведь близнец того, с озера, – отметил Марк.

Пуфф прислушался, повернув одно ухо почти назад.

– Они идут сюда… Шеф, полетами тут не отделаешься.

– Нам нужно вниз. И бойня ни к чему…

________


Они встретились в боковой галерее, на полпути к центральному входу. Настоятель остановился. Люди в оранжевых одеяниях, чем-то напоминавших римские тоги, немного замедлили шаг, продолжая петь все то же посвящение Кришне. Среди них были мужчины и женщины, дети, старики – почти как тогда, давно, когда он пришел их предупредить и не смог предотвратить нападение карателей или хотя бы организовать бегство прихожан. Напавшие англичане просто пропали. Теперь история повторялась. Произошедшее не укладывалось в голове, какие слуги Ямы, это же просто сказки… А вот угроза перебить всех уже не казалась сказкой. Кем он стал?! Британец, индус, служитель несуществующего Ямы? Он опустил голову.

– Стойте, не ходите туда, там смерть…

– Мы видели, Яма вышел из скалы. Веди нас, мы помним, как ты спас нас!

Толпа запела мантру с новой силой, подхватила вяло упиравшееся тело и понесла к центральному святилищу.

Квадратный зал, примерно тридцать на тридцать метров, такой же высоты, накрывал купол. Синий свет как от рекламных вывесок освещал помещение. Вот только источником неонового свечения служила статуя синего цвета, полная копия своего брата с берега озера. Истукан сидел на кубе, рогатая бычья голова с тремя глазами смотрела в сторону озера. На шее висело ожерелье из черепов, в одной руке жезл, увенчанный черепом, во второй – аркан, в третьей – меч, всего рук было четыре. На фоне этого стояли три черных силуэта, по крайней мере таковыми они казались против света. Человеческий силуэт поднял руку, длинные синие когти, чешуя казались особенно страшными. Толпа замедлила шаг. В глазах бога смерти вспыхнули красные угли, и идол встал! Он вскинул руку с жезлом, украшенным черепом, издалека, с другого конца озера к черепу протянулся светящийся тоннель, около десяти сантиметров диаметром. Обмен длился не более пяти секунд. Затем истукан встал.

– Вы плохо молились! Я спас вас, а вы загадили все! – прозвучало в голове каждого в храме.

– Это точно, – фыркнул котообразный силуэт.

– Пасть ниц и ждать! – идол прочертил жезлом перед первым рядом невидимую линию.

Едва заметная стена синего пламени взвилась от пола, человек оторвал себе кисть и бросил в стену, блеснула вспышка, запахло горелой кожей.

Настоятель, успевший, было, прийти в себя, увидел, что кисть снова на месте! Синий коготь указал на одного из своих присных и на толпу. В это мгновение что-то изменилось в святилище. Зал стал еще больше. Между толпой и идолом о землю ударился клубок искр, очень похожий на шаровую молнию. За секунду он превратился в стража. Огромные, острейшие шипы торчали по телу, переливались и сверкали полированными гранями. Походившая на тигриную морда оканчивалась рогом. Тело покрывали пластины сине-зеленого цвета Оно стояло на громадных, крепких, похожих на тигриные лапах и било по полу хвостом, на конце которого имелось колючее утолщение размером с небольшой грузовик. Все это переливалось, искрилось и было чуть меньше статуи Ямы. Монстр сделал шаг вперед. Толпа пала ниц и заголосила свою главную мантру. «Уж лучше б как у скалы», – успел подумать настоятель, прижимая лоб к плитам пола.


Глава 18. За гранью синего неона

– Блин, а ты тоже мастер.

Монстр повернул голову и кивнул.

– Пуфф, это он еще мелковат, пойдем, надо быстро найти и понять, в чем причина. У Ямы мало энергии… От их неистовой веры система пойдет вразнос! – произнес Ян, синий истукан прикрыл все три красных глаза и отодвинул куб ногой.

Под кубом оказалась довольно широкая спиральная лестница, ведущая в темноту. В лапе Пуффа появился фонарик.

– Никакой магии, просто стащил, если пользоваться терминологией учителя, – хихикнул котище, – ну, а поскольку он занят…

– Можно безобразить, – закончил фразу Ян.

– Зато без магии. Только ловкость лап.

Они продолжали спускаться по удобным ступеням все ниже и ниже.

– Что ловкость твоих лап не знает границ, я предполагал, но электрический фонарь на дне миров! Что с тобой только делать…

– Ничего не надо делать. Кормить, поить, любить, – Пуфф принялся загибать растопыренные когти, фонарь пришлось перехватить, и спелеологи увидели, что стен у лестницы нет.

Спираль лестницы заканчивалась на ровном гладком полу. Пуфф попытался поводить лучом фонаря. Это было такое же квадратное помещение, как и святилище. Ян прикрыл глаза, части системы практически не просматривались, она не работала.

– Все мертво. Куб просто камень.

Они подошли к стене ближе.

– Похоже на осьминога без головы, и там, – Пуфф скользнул лучом фонаря.

Каждую стену украшал барельеф осьминога с десятками щупалец, в центре вместо головы был диск и круглое отверстие в центре.

– Такое ощущение, что чего-то не хватает, – заметил котище, направляя фонарь то в одно место пола, то в другое, – шеф, там четыре кружочка!

– Осталось их выковорять и вставить в осьминогов.

– А вокруг рамочка…

– И что?

– Подойдем и потыкайте жезлом, у вас это хорошо получается!

– Ну, – Ян направил жезл в рамку и представил себе, как та поднимается вверх. Что-то словно сопротивлялось, потом словно прошло точку максимума, и голос Пуффа вернул к реальности.

– Вот, – одобрил котище, – а еще упирались.

Помещение слабо осветилось. Причем синее свечение шло от всего, щупалец, пола, лестницы. В осьминогах что-то вяло циркулировало, из-за этого казалось, что отростки перемещаются. Прямо перед экспериментатором висел в воздухе плоский прозрачный кусок стекла около трех сантиметров толщиной. Ян поднес коготь к панели, внутри высветилась надпись из цепочек незнакомых символов. На носу Пуффа появились очки, а шеф осторожно почесал когтем голову.

– Не надо пыжиться, как и колотить, – высветилось на английском, – тут было написано «транспортное положение, по прибытии вернуть на место!»

– Она издевается?!

– Нет, шеф, они просто «друзья» с лифтом в ихнем фэйсбуке, – совершенно серьезно произнес котище.

На месте надписи тускло светились четыре синих круга. Ян приложил ладонь к левому верхнему. Из пола выдвинулся блестящий цилиндр, всплыл как воздушный шар, достигнув высоты осьминожьих голов, занял горизонтальное положение и стал плавно поворачиваться, выбирая направление, наконец замер. Ян нажал круг еще раз. Хромированная заглушка отправилась к центру помещения, повернула и наконец достигла одного из отверстий.

– Шеф, а туда?

– Она сама выбирает, – пожал плечами Ян.

Через пару секунд щупальца пришли в движение, течение голубых искр усилилось.

Ян повторил действо еще три раза. Пульт сам вернулся в пол, как и прежде обрамляя четыре круга, похожих на конфорки электрической плиты. Теперь поток искр в оживших отростках так усилился, что в в помещении стало совершенно светло.

– Шеф, пойдемте. Здесь делать больше нечего.

Ян на мгновение прикрыл глаза, теперь в иной плоскости четко просматривалось четыре накопителя, канал к одиночной емкости на берегу озера и еще множество сложных переплетений. Заряд шел очень вяло.

– Шеф, поджаримся!

________

Вокруг Ямы, напротив каждой стены, прямо на черном зеркальном каменном полу раскрылись четыре огромных хрустальных лотоса. Каждый цветок около полутора метров в диаметре. Они были изнутри подсвечены синим, над лепестками воздух искрился, словно серебряная пыльца поднималась теплым воздухом. Такой же свет шел из подземелья. Марк начал волноваться. Но напрасно, две фигуры выбрались в зал. Синий бог тут же вернул куб на место и сел на него. Демон сбросил боевую личину.

– С возвращением. Красота-то какая!

– Утечка большая, – мрачно произнес Ян, – растительность тянет.

– А мантра на что?! Сейчас подключим паству…

– Пуфф, ты что задумал?!

Паства стояла на коленях, благоговейно взирая на лотосы. Пуфф танцующей походкой подошел к настоятелю, взял за руку и повел к лотосу, зачерпнул серебряную пыль, бросил на индуса. Искрящееся облако окутало человека, окончательно потерявшего связь с реальностью. Котище подозвал Марка, затем они тем же замысловатым танцем пригласили людей следовать за ними. Толпа стала перестраиваться в два ручейка, один потек к правому лотосу, второй вслед за Марком к левому. Каждый черпал рукой искрящееся серебро, подбрасывал над собой и следовал за поводырем.

– Веди нас к озеру, – промурлыкал котище, легонько толкнув настоятеля.

Народ расступился в святилище и зале за ним. Две искрящиеся очереди, в плане похожие на символ сердца, слились и направились к озеру. Их пополняли новые и новые оранжевые бусины в искрящемся ожерелье Ямы. Люди продолжали петь ту же мантру. Ян, стоя у ног идола, наблюдал удивительную процессию, вытянувшуюся от лотосов до озера.


Траектория хоровода адептов Ямы в зале лотосов


Искрящаяся пыльца колебалась в такт пению и, казалось, текла от лотосов к берегу озера.

– И последние стали первыми, да, – произнес Ян.

Пуфф помахал рукой. Прихожане развернулись лицом к зеленому ковру, по команде подняли руки перед собой, ладонями вверх. Затем дружно подули. Ян прикрыл глаза и поразился совершенству идеи. В отличие от его грубо прорубленного коридора, серебряная пыль разрушала структуру внутренних связей энергетических паразитов, причем очень экономно расходуя свой потенциал. Распавшиеся растения тут же поглощались сборной паутиной накопителей. Заряд пошел быстрее. Еще немного, и точка невозврата будет пройдена. Ян открыл глаза. Кивнул идолу. В ответ бычья голова немного наклонилась вперед, прикрыв глаза.

Больше всего его поразило, что прихожане воспринимали все это шоу как совершенно естественное событие, мелькнула мысль: «Значит – выживут». Синий идол кивнул еще раз. Ян направился к выходу, две цепочки в оранжевых плащах словно веревочки потянулись за ним, продолжая петь.

Выйдя из ворот, Ян увидел, что серебряная пыль висела почти над всей площадью. Чистое поле белых плит, над которым переливались блестки, поглощало сорняки все быстрее, словно тлела папиросная бумага. У леса эффект затух сам по себе. Правда, еще оставалось озеро…

Тем временем люди словно ниточки бусин полностью вытянулись из храма, образовав замысловатый зигзаг. Сама пришла здравая мысль направить их вдоль площади. Стоявшие первыми тут же выполнили команду, и одна вереница направилась влево, другая вправо, охватывая пространство перед храмом и заросшим водоемом. Как только «очередь» полностью расправила свои складки, Ян показал руками от себя к озеру. Люди опять подчинились. «Мы становимся частью экосистемы», – мрачно подумал Ян. Меж тем волшебное облако звездной пыли, направляемое верующими, потекло в озеро, преобразовывая болотные заросли. Серебряный туман расстилался, сползая от ступеней в воду. Быстрее всего клубящееся облако звездной пыли перемещалось по чистой протоке, не прошло и десяти минут, как пыль достигла другого берега. Еще через пару минут Ян почувствовал, как где-то в иной плоскости этого многомерного мира переключился механизм в новое, устойчивое состояние. Глаза машинально зажмурились. Освобожденное от паразитов приемное поле проводников эффективно работало. Баланс «заряд-разряд» был положительным и устойчивым. В некоторых местах зарядной сети набухли синие бутоны.

– Шеф, вы гений, вы повелитель лотосов! – услышал Ян крик Пуффа и открыл глаза.

Из-за оранжевой шеренги перед водой ничего не было видно. Но когда новоявленный «повелитель» подошел к своим спутникам, понял, куда прикованы все взгляды. В нескольких местах на поверхности воды покачивались прозрачные цветы, полная копия тех, из святилища, но всего около тридцати сантиметров в диаметре. Цветки были прозрачные и так же наполненные синим светом, особенно интенсивным на гранях и изломах лепестков. Над сердцевиной каждого переливалось и искрилось облачко серебристой пыльцы.

– Ночью будет красиво, – скромно произнес Ян.

Рядом стоявшие люди в оранжевых плащах, включая настоятеля, опустились на одно колено, вслед за ними остальные, словно волна прокатилась вдоль берега.

– Это вот лишнее, – начал Марк.

– Поздно. Я думаю, композиция из трех статуй очень украсит площадь, – ехидно отметил Пуфф.

– В кого ты только уродился, великий пакостник?

– Ты это периодически спрашиваешь, не померить ли тебе температур…

– Стоп. По-моему, вы уже приходили к логическому выводу – в кого он, – Ян внимательно посмотрел на котищу.

– А я что, ничего. Но, шеф, согласитесь, идея – классная, а? Им, конечно, придется много работать и молиться.

– Ну да. Что, настоятель, теперь думаешь? Паству отпусти.

Англичанин-индус поднялся. Произнес на хинди небольшую речь, после которой люди в приподнятом настроении отправились в храм.

– Мы не в Индии.

– Более того, даже не на Земле. Так далеко и глубоко, что даже теоретического способа вернуть вас на прежнее место не существует.

– Мне еще показалось, что произошли изменения в нас…

– Видимо, то, что сделал ваш покровитель, имело далеко идущие последствия. Насколько вы теперь люди – известно лишь ему.

– Мы вступили в следующий круг перерождений?!

– Как ваша религия и мифология соотносится с этим миром – не нам судить, – ответил Марк.

– Все эти цветы, статуи бога…

– Так же реальны, как барельефы на стенах и вы сами. Вам придеться ухаживать за всем этим хозяйством. По каким-то причинам после переноса вашего храма и вас не заработала подземная часть. Она просто была выключена. Вероятно, вы должны были запустить систему.

– Нам снились странные сны… Про многоногих безголовых осьминогов в подземелье…

– Вот и ответ. Теперь это уже не имеет значения, – Ян прикрыл глаза, – в озере и на границе леса образуются продукты переработки, аналог торфа. На краю озера фильтрационные плотины, время от времени этот черный осадок без запаха следует переносить к корням лотосов в озере и по краю площади.

– Но там пока ничего нет…

– Будет. В храм, конечно, перегной носить не нужно, у тех цветов достаточно питания. Вообще все как на Земле.

– Ой, – Пуфф отпрыгнул в сторону, – шеф, вечно вы что-то подстроите.

Ян открыл глаза. На площади, около точки, где причалила лодка, у места, где энергетический канал от накопителя за озером к тайному подземелью попадал под площадь, на ровных плитах возникли четыре симметричных круглых провала почти метрового диаметра. По кромке появился выступающий бордюр, как на фонтанах. Ямы быстро заполнились водой, уровень в колодцах оказался выше, чем в озере. Из глубины один за другим всплыли бутоны, раскрывшиеся прозрачными лотосами, подсвеченными синим неоном. Четыре полуметровых хрустальных чуда выбросили серебристую пыльцу.

– И за всем этим придется присматривать. Оно поможет выжить вам, вы ему.

Приближался вечер. В приглушенном свете подсвеченные изнутри цветы стали еще красивее. На небе высыпали первые звезды, отразившиеся в совершенно неподвижной глади озера. Направление к другому берегу, где в сумраке высился синий бог, указывали два ряда лотосов. Серебристая пыльца стала казаться еще ярче. Ян поднял руку, к чему-то прислушался. Окружающим показалось, что вокруг синих когтей кружится звездная пыль.

– Пора, перевозчик. Дорога лотосов готова. Мы уходим. Доставь нас на тот берег. Да, позови своих. Теперь они могут все видеть.

Настоятель что-то прокричал. На площади стали появляться люди.

Ян махнул рукой, лодку окутала такая же искрящаяся звездная пыль. Она достаточно хорошо освещала пассажиров, но не мешала любоваться вечером. Транспорт отчалил. Он медленно и бесшумно плыл между лотосов. С середины пути храм, ставший розовым от закатного солнца, полностью отразился в зеркале озера.

__________


У ног бога светился неоновый квадрат, в глазах красные угли. Статуя наклонилась, протянула кулак. Затем разжала его, с ладони соскользнул и повис внутри светящегося контура уже знакомый пульт с толстой блестящей трубой по периметру.

– Возвращайся. Если что-то пойдет не так – останешься жить. Далеко не всегда отбываем без катаклизмов. Мы подождем, пока ты достигнешь берега.

Лодка отчалила и направилась дорогой лотосов в обратный путь.

– Без клизмов почти никогда… – протянул Пуфф.

– Фу. Посмотри лучше на озеро, так, видимо, должен выглядеть храм. Красота, – вздохнул Марк.

– Надеюсь, мы не переиграли? – продолжил котище, не отрывая взгляда от другого берега.

– Это можно будет узнать по размерам идолов, – мрачно констатировал Ян, – я начинаю уставать от участия в функционировании системы накопителей.

– А заряд?

– Закончился. Лифт в принципе исправен и готов. Мне кажется можно активировать.

– «Кажется» по прошлому опыту очень плохое слово, – глаза Пуффа засветились как два фонаря, – шеф, что вам еще померещилось?!

С другого берега в вечерней прохладе донеслось пение.

– Похоже, они прямо сейчас приступят к сотворению памятника. Быстро в контур! Ян, запускай!

– Что мы так торопимся?!

– А если на монумент уйдет весь запас накопителей?

– Сомневаюсь я, – Ян провел ладонью по пульту.


Пиктограмма «Перекресток пагоды»


– Ну, и что это?

– На пагоду похоже… Кстати, – Ян провел еще раз – появился символ «отражение», потом опять «пагода», – собственно, все.

Пение на том берегу стало громче.

– А, жми. Выбора никакого, – произнес Пуфф.

Контур стал ярче, и световая кабина отделила путешественников от внешнего мира.

________


Немного раньше. Лодка причалила к ступеням, поднимавшимся из воды к площади, украшенной четырьмя лотосами. Все люди, находившиеся в храме и пережившие ту ночь и теперь еще раз убедившиеся в реальности покровительства Ямы, в преданности их вере англичанина стояли полукругом, в несколько рядов вокруг хрустальных лотосов. Как только настоятель ступил на плиты.

– Я хочу, пока мы не забыли…

– Знаем, – хором произнесли прихожане и запели.

Ближайшие потянулись за серебряной пылью, передавая ее друг другу. Теперь они не просто верили, это была их реальность, и неважно, что посланцы оказались немного другими, это же легко поправить!

Глаза каменного идола в храме ожили. Багровый огонь наполнил каменные очи, словно стеклянные.

Серебряные искорки окутали лотосы, народ. На том берегу, в конце дороги лотосов проявился синий идол и фигуры перед ним. Квадратный неоновый столб синего света ударил в небо. Прихожане дружно запели. Прямо из плит, между лотосов выросли три фигуры из синего камня. Почти трехметровые истуканы символизировали убывших слуг Ямы. Посредине, на линии близнецов идолов стоял, видимо, главный, он делал шаг от храма, но имел два лика и четыре руки с огромными когтями, словно были соединены две передних части прообраза. Справа стоял толстоватый мохнатый лев в марлевой повязке на морде. Ну а в качестве последнего гостя – точнейшая уменьшенная копия стража на задних лапах! Прихожане попытались петь громче.

Харе Кришна харе Кришна
Кришна Кришна харе харе
Харе рама харе рама
Рама рама харе харе

Только больше ничего не произошло. Пыль опустилась и исчезла. Глаза синих братьев погасли вместе с коротким синхронным смешком.


Глава 19. Дежавю или дубль два

Ян стоял с закрытыми глазами, пытаясь в который раз понять, что происходит, и как это работает. Лифт «двигался» по замысловатым петлям, похожим на перепутанный моток шерсти. Вот только моток не имел ни начала, ни конца. Правда, в отличие от пути «туда», обратно они перемещались плавно и устойчиво. Он открыл глаза, почувствовав прикосновение мохнатой лапы. Кабина никак не менялась, световые стены и, собственно, все.

– Ну, шеф? Как будем тормозить?

– Натормозились уже… – начал Марк.

– В иной плоскости мы куда-то летим, и если довериться транспорту остановимся сами.

Пуфф подошел к пульту. Остановился около и нежно погладил пушистой лапой блестящую рамку.

– Видишь, он хороший. Просто тогда все немного поломалось. Он по-другому чинить ничего не умеет, – мурлыкал котище под озадаченными взглядами, – уж доставь нас, пожалуйста, аккуратно.

– С тобой все в порядке? – наконец спросил Марк.

– Зато теперь в своем твиттере он напишет что-нибудь хорошее. Шеф, вы ведь не будете больше лупить его по голове?

Не ожидавший такого поворота разговора, Ян отрицательно покачал головой.

– Вот, Ян хороший. Иногда, правда, нервный немного… Колотит по всему, но мы уже все нервные немного, – левый глаз Пуффа задергался, – едем в одно место, попадаем в другое.

К удивлению демона и Яна пульт мигнул зеленым. Возникло ощущение, будто лифт замедляется. Последовал легкий толчок. Световые стены плавно погасли. Пульт пропал. Глаз Пуффа тут же перестал дергаться.

– Пошел писать в свой твиттер.

– Пуфф, ты все это серьезно?! – охнул Марк.

– Серьезно – не серьезно, а высадил он нас, насколько я помню эти кубы и пагоду, прямо около нужной нам точки.

Марк извлек маятник, тот четко вытянулся к центру соседней площадки, которая располагалась чуть выше по склону.

– Да уж. И прибрано тут. Практически стерильно.

– Выжгло все. Дежавю какое-то. И похоже, и нет. То или не то.

– Уходить надо. Вот только кто пойдет за стартовым ключом?

– Фигня вопрос, – отозвался котище.

В лапах хулигана появилась теннисная ракетка.

– Посторонись, зашибу!

Марк и Ян непроизвольно отпрыгнули на соседний куб. В воздухе возник ядовито зеленый теннисный мяч, Пуфф закрутился как волчок и нанес удар по мячу, ловко срезав снаряд в изображение замка на центральной площадке. В ответ система выдала «ключ». Пуфф бросил ракетку и оказался рядом с товарищами. И то ли котище был так ловок, то ли параллелепипед умел выбирать направление, но брусок описал широкую дугу и вошел в центр площадки, как и в предыдущий раз.

– Во. А вы рассуждаете все… Немного давим на жалость, взаимное уважение, немного спортивной формы и, заметьте, ни колдовства, ни занудной чистки болота, ни изучения устройства.

– И сработает?!

– А то.

Видимо скорость запуска соответствовала скорости ключа. После последних слов Пуффа световые стены вспыхнули на доли секунды, и путешественники пропали. Остался только теплый соседний куб с ракеткой для большего тенниса.

________

Дандо в который раз вглядывался в модель пены. Он постепенно расширял сферу поисков от перекрестка, где случился межтоннельный пробой. Работа была кропотливая и нудная, каждый раз приходилось откручивать назад временную шкалу, снова и снова вглядываясь в структуру связей и отслеживая активность пены. Ничего. Дандо поежился, кутаясь в монашеское одеяние. Оно не особенно изменилось с того рокового дня. Да сколько времени прошло. Слуга ослабил контроль, иллюстратор вернулся в текущее состояние, укрупненно показывая связи пассивного перекрестка. Ничего кроме естественных перестроений не происходило. Мысли наблюдателя окончательно перестроились в русло размышлений о своей судьбе.

Из состояния глубокой жалости к себе Дандо вернула четкая и жирная структура, похожая на молнию, возникшая внутри пены. Она отразилась в черных плитах пола на несколько секунд, слуге показалось, что по месту стыковки соединение исходящее. Остаточный трек уходил в такие дебри, что было проще отправиться на место, чем распутывать мотки перепутанных путей когда-либо выстроенных Третьей сферой. Наблюдатель встал с любимого стула и пропал.

________

Будь у перекрестка душа Пуффа, он бы сморщил нос, а если б он умел вести дневник, то написал что-нибудь колкое про очередного гостя. Только узел множества дорог видимо не имел души, а также вряд ли переписывался с другими узлами… Хотя – кто его знает или поймет?!

Очередной гость проявился на центральной плите. Капюшон, плащ до пола. Только запах болота отсутствовал. Гость осмотрелся.

– Никого.

Он ловко нажал изображение замка, поймал активатор. Затем прикрыл глаза, выставил руку вперед, растопырив пальцы.

– Посмотрим, куда они пошли.

Недавно активный куб просто светился. Дандо открыл глаза и быстро направился в сторону еще теплой зоны.

– Отлично. Точку нашел. О, а это что? – Дандо поднял ракетку.

Такой жизненный опыт, как у бывшего служителя культа, заставит вести себя разумнее кого угодно. Хотя выражение «горбатого могила исправит» сработало в столь неожиданном контексте, монах сильно изменился. Повертев в руке ракетку, он каким-то новым чувством понял, кому принадлежит инвентарь. Кошачий подарок хорошо закреплял уроки вежливости.

– Вот уж не думал, что милейший увлекается игрой в мяч… Ладно, Яма даст – найдем куда движутся наши гости.

Слуга зачем-то взял ракетку под мышку и поставил активатор лифта в центр еще теплого куба, затем подумал: «Будем надеяться, что количество узлов на траектории окажется не слишком большим, и мне наконец удастся свести таблицы переходов».

________

Когда стены лифта угасли, глаза привыкли к полумраку, Дандо потерял дар речи и выронил ракетку.

Короткая, широкая лестница спускалась к воде… А далее по глади, словно обозначая лунную дорожку, светились два ряда волшебных лотосов. Огромные прозрачные цветы, наполненные синим светом, лежали на зеркале воды. Облачко серебряной звездной пыли переливалось над каждым растением. Волшебная тропа вела к белому храму на другом берегу, над зданием висел огромный диск местной луны. Дандо извлек из складок плаща подзорную трубу. У воды, в окружении все тех же лотосов стояла странная скульптурная композиция. Двуликий человек, толстый лев с повязкой на морде и какой-то монстр. Редкие лотосы, словно звезды, плавали по всей поверхности озера. Гость опустил подзорную трубу.

– Ну? Зачем пришел? – послышался голос.

Дандо обернулся, от неожиданности, едва не упав. Перед ним стоял, опершись на скалу, гигант синего цвета, в четыре раза выше ростом. Рогатая бычья голова с тремя глазами была немного наклонена вперед. В глазах тлели красные угли. Шею украшало ожерелье из черепов, в руке жезл, увенчанный черепом, в другой аркан. Меч подобающего размера стоял прислоненным к скале. Рук у существа было четыре.

– Дар речи потерял?

– Доброй ночи, – наконец произнес Дандо, общение с котообразным типом явно пошло на пользу.

– Ну, здравствуй, слуга его, зачем пожаловал?

– А… – почти уже собрался нахамить гость, но образ обглоданной собачьей ноги незримо висел за спиной, – разыскиваю гостей Третьей сферы, три необычных существа.

– Были тут трое. Предмет его. Они, собственно, и навели порядок в болоте.

– Не понял.

– Место здесь непростое. Растительность буйная, особенная, все поглотит. Был гибнущий храм, лианы оплели площадь, фасад. Прихожане уже отчаялись. Они там, в другой жизни, в ином мире верили так искренне, что в трудную минуту Яма помог им спасти свои жизни. Вот только он по мелочам не беспокоится, перенес в подобное место и все. Попав в иную среду, люди не смогли или не сумели запустить систему. Все быстро заросло и превратилось в болото.

– А ты?

– Мы. Мы с братом – лишь дальние отражения хозяина. К тому же статуи, даже почитаемые и с искрой его, лишь камень.

– Но камень разговаривает, сказки рассказывает! – начал закипать Дандо.

– Тебе придется дослушать, поскольку, – гигант усмехнулся, – воспитатель вернулся.

Слуга обернулся, над головой, в лунном свете медленно проступала его кара, подарок от Пуффа. Ярость сразу угасла, слишком четкая и мрачная вырисовывалась перспектива. Дандо тяжело вздохнул и кивнул. Собачья нога растаяла как дым.

– Вот видишь. Где это ты так неучтиво с помощником поговорил?

Гость только вздохнул еще раз.

– Твое дело. Короче, им нужно было как-то восстановить систему, чтобы отправиться дальше. Как, что они тут настраивали, куда переключали и как колдовали – не знаю. Наши «я» пробуждались медленно, тело и мысли были как затекшие. Это теперь я видом наслаждаюсь. Братец в здравии, паства поняла, что делать, а тогда мы едва двигались, они не понимали… Мы все осознали, только когда гости отправились дальше, даже толком не поблагодарили.

– А куда отбыли?

– Извини, не доложили, в планы не посвятили, – ехидно ответил монстр.

Дандо снова достал трубу и повторно осмотрел скульптуры.

– Не они. Да и не чистят они болот. Не похожи.

– На кого?

– На троих существ, кого ищу.

– Статуи – брось. Не знаю, кого ты тут ищешь, но эти и на оригиналы не похожи. Это быстрый слепок образов через призму внутреннего восприятия всех монахов. Проще говоря, кто что увидел, тот то и спел. Потом пытались подправить – но не получилось. Лифт ушел, канал закрылся, отток энергии на «художественные фантазии» перекрылся. Это он мог и меня, и брата близнеца подключить, накопители реанимировать. Вот лотосы придумал, и система стала сбалансированной. Так что скульптуры – они лишь миг между прошлым и будущем, причем искаженный восприятием и отодвинутый в прошлое.

– Объяснил… – начал Дандо и почувствовал зов.

– Он ждет тебя, – глаза синего идола вспыхнули.

– Да слышу. Спасибо. Прощай.

Дандо ступил на место лифта и пропал.

– Забавно. Хватит сидеть. Иди сюда, – произнес сам себе идол.

В окружении статуй, в волшебном свете луны возникло темное облако, сформировавшееся в фигуру из храма. Существо бросило в воду похожий на доску для серфинга предмет, ловко вскочило на него и понеслось по лунной дороге к противоположному берегу, иногда выписывая дуги вокруг лотосов. На поворотах вместо водяных брызг выбрасывая серебряную пыль. Синий атлет причалил и ловко спрыгнул на ступени. Подошел к брату близнецу.

– А ты эстет, – отметил стоявший у скалы гигант.

– Не мог удержаться, такой волшебный спуск.

– Видел, кто приходил?

– А то. Хозяин не слышит?

– Мне кажется, он сильно занят.

– Думаешь, снова будет битва за господство?!

– Зреет нечто другое. Плод созрел. Пришельцы были иные. Понимаешь, я даже сквозь сон ощутил, что гости подивились нашей красоте, но не более. Понятное дело, поговорить с мамонтом, лежавшем в вечной мерзлоте, да еще в образе из мифа… Это в голову гостям не пришло, как, впрочем, пасть ниц перед богами.

– Хочешь сказать, что они зашли на дно миров прогуляться?

– Просто лифт у них сломался, – сказал кто-то третий.

– И они все это оживили, починили и запустили по дороге?

– Ну, как видите, я же работаю, – ответили из темноты.

– Знаете, чем это пахнет?

– Легендой о сердце трех миров и свободой.

________

Дандо стоял у визуализатора и размышлял. Получался какой-то ребус, он даже не был уверен, что нашел троицу, хотя косвенные признаки говорили об обратном. Впрочем, даже если нашел – где она сейчас? Связи перекрестка медленно шевелились, все больше походя на клубок угловатых змей, отражая не структуру пены, а течение мыслей оператора.

– Даже не знаю, как доложить…

– Никак, я видел основное.

Дандо обернулся, перед ним простирался необъятный тронный зал из черных плит с хозяином на троне. «Дело принимает серьезный оборот, если сам пришел», – подумал слуга.

– Более чем серьезный.

– Вы слышите мысли?!

– Пора бы привыкнуть. Итак, наши гости были в этом моем милом воспоминании. Когда-то призыв верящих оказался столь силен, что они поменяли смерть от рук англичан на иной мир дна миров. Впрочем, это лишь отсрочило их гибель… Шоры разума остались плотно надвинуты.

– Не понял…

– Они не видели ничего, кроме круга света под ногами, словно мира вокруг нет. За пределами пятна света простирается мир, в котором их представления даже не искра, не песчинка, а нечто ничтожно малое и плоское. И если в оазисе по имени Земля такое еще может сойти с рук в течение короткого штиля, длиной в несколько столетий, то сферы мигом перетрут мирок в пыль.

– А…а.

– Наши же, опять пропавшие гости. Что это именно они, сомнений нет, судя по окороку.

Дандо потрогал затылок.

– Они не только не погибли в межтоннельном пробое, но и удачно причалили к храму. Разобрались во взаимосвязях, очистили систему и запустить весь комплекс! Более того, вдохнули жизнь в мои давние отражения. Теперь братцы вполне соответствуют среде. Ну, и самое интересное, помнишь лотосы?

– Да, обалдеть, – брякнул и тут же осекся Дандо.

– Можно и так сказать, – усмехнулся повелитель и продолжил, – это не мое произведение. В отличие от идолов, лотосы – их рук дело. Блестящая идея, великолепно реализованная.

– Но механизм-то домена…

– На.

Перед Дандо появилась глыба мрамора и перфоратор.

– Это что?

– Инструмент скульптора. Слабо отбить лишнее как Michelangelo di Lodovico di Leonardo di Buonarroti Simoni?

– Можно два вопроса? Кто это и что это?

– Ладно, перфораторов в его эпоху не было.

Отбойный молоток трансформировался в долото и кувалду.

– Ну, сможешь?

Дандо развел руками.

– То-то. А возможности только усугубляют неспособности. Кстати, скульптуры странные между четырех лотосов помнишь?

– Не они!

– Ну-ну, просто иллюстрация вышесказанного. Двуликий и есть главный. Черепашка может справиться, впрочем, хорош и твой друг…

Слуга испуганно обернулся.

– Веди себя прилично. Нужно понять, где они и как быстро его найдут.

– Просмотр и анализ со столь малым шагом такого объема займет много времени…

– Кто тебе сказал, что оно есть в Аду?


Глава 20. Троецарствие. Терминал

– Будем надеяться, скорость убытия не влияет на точность попадания, – наконец нарушил тишину Марк.

– Руководствуясь трансплантацией квадратного синуса, – начал Пуфф, приподняв одну бровь.

– Чего трансплантацией?

– Не, этой трансфиренцией второго порядка от индульгенции.

– Так, интерфиренция, помолчи минуту или будешь покупать индульгенцию, – Ян попытался сосредоточиться.

Ничего подобного до этого он не видел. Впрочем, насколько такое определение вообще подходило к внутреннему зрению и третьей сфере… Даже термины «далеко», «огромное», «мощное», «зеркальное» для сути вещей что обозначают? Лифт двигался по устойчивому каналу к свободному от непрерывно копошащихся хитросплетений пены доменов пространству, в центре которого висело нечто, похожее на три зеркальных шара, нанизанных на вязальную спицу. К ближнему шару приросла воронка от валторны, что придавало объекту сходство с диковинным музыкальным инструментом. Причем раструб истончался к краю, и Яну показалось, что он выворачивается и охватывает всю конструкцию. Множество нитей, подобных той, в которой мчался лифт, одним концом уходило в окружающую пену, другим внутрь раструба. Причем трек, подходивший со стороны «последнего» шара, огибал конструкцию, словно стелясь по внешней сфере, и попадал в раструб валторны. Некоторые трассы выглядели активными, другие уже истончались и были едва различимы. Ян затряс головой и открыл глаза.

– Шеф, вы как? – насторожился Пуфф.

– Все нормально? – присоединился Марк.

– Вы похожи на санитаров в доме скорби, которые присматривают за буйным пациентом, – усмехнулся Ян.

– Здесь окоп не выроешь, – мрачно произнес Пуфф.

– Ладно вам напоминать. Мы четко движемся к структуре, похожей на раструб от валторны, где вместо инструмента три шара.

– Три домена – мира, при чем причал в первом? – спросил демон.

– Скорее всего. Все треки к этой штуке ведут в него. Мне кажется, что оно так устроено, что попасть туда можно лишь через первый мир. Причем раструб точно здесь, а вот где остальное… Может, и вообще вне сфер. Он похож на модификацию яблока Мебиуса, причем откуда ни заходи, всегда попадешь в черенок.

– На что? – глаза Пуффа округлились.

– Наружная поверхность этого многомерного объекта объединена так, что ты, перемещаясь по ней, всегда придешь в точку входа.

– Получается, камень Корн с Изидой мог вполне попасть туда?

– Без вариантов, – согласился Пуфф, – полная конгломерация.

– Ты понимаешь, что сказал? Я куплю тебе толковый словарь!

– Ага, там про дно миров – полтома, – не удержался и съязвил Ян. А ведь в этом что-то есть… Полное поглощение.

– В каком смысле это? – насторожился Марк.

Ян не успел ответить, световые стены изменились, окрасились зеленым. Мягкий женский голос произнес: «Приготовьтесь, причаливаем».

– Цивилизация, – прокомментировал Ян.

– Даже боюсь представить ее вид…

________

Они стояли в центре равномерно освещенного круглого зала из матового стекла. На полированном полу – из серого камня черный квадрат по размерам лифта.

– Тупичок, – резюмировал Пуфф.

– Не хами, мне кажется, нас рассматривают, – тихо произнес Марк.

– Согласен, – подтвердил Ян.

Тот же женский голос информатора произнес: «Настройка завершена, прошу вас следовать вперед».

Через пару секунд прямо в полу высветилась зеленая стрелка. Стекло в указанном направлении растаяло, открыв коридор. Указатель поплыл вперед и исчез за поворотом. Тут же возник следующий и повторил путь.

– Тех, кто не умеет читать, приглашают!

– Я умею, – обиделся котище.

– Пойдем. Все очень похоже, с поправкой на вид транспорта.

Как только троица проследовала из зала в коридор, проем закрылся. За поворотом в стене оказалось стеклянное окно, один в один похожее на окно паспортного контроля в земных терминалах. За окном сидела блондинка с длинными ресницами. Розовый китель ей очень шел. Марк и Пуфф с удивлением посмотрели на Яна.

– Я что, я ничего. Добрый день. Вы восхитительны…

– Да уж, – резюмировали оба попутчика.

Девушка кивнула.

– Несколько вопросов, господа. Итак, босс, страж, помощник – путешествуем вместе?

Трое кивнули.

– Первый раз у нас?

– Да.

– Цель визита?

– Туризм. Поиск исторических раритетов, частей этого, – Марк достал свое украшение.

– И осмотр следов хозяйки, если таковые имеются, – продолжил Пуфф.

– Деньги в количестве… – начала дева.

Ян задумался, перебирая в памяти, где и как они расплачивались, сколько осталось, о вилле «Последний приют» со всем барахлом, потом вспомнил о монетах из Странвалля…

– Достаточно, достаточно, – вывела его из размышлений особа.

– Но я же…

– Я все поняла. Обменные автоматы в зале, но безопаснее посетить банк.

Прелестная ручка с великолепными ногтями провела по поверхности стола. Из-под ладони выскользнули три пластиковых карточки, немного больше кредитной, с изображениями путешественников.

– Багаж?

– Все при нас.

– Алкоголь, наркотики?

– Лекарство… – начал Ян, вспомнив про водичку из источника троллей.

– Это к делу не относится.

– Оружие?

– При нас.

– Так, отлично. Не размахивать им, где попало! Воровать, убивать, выступать против правителя… нельзя. Провозить зеленых человечков – нельзя, – она выдвинула пластик за стекло через ящик как в обменном пункте.

– А…

– Палить во что попало, размахивать мечем и прочим запрещено. Бегать в виде дракона на территории города – запрещено.

– О…

– Ставить сеть в городе и хулиганить – запрещено нашей конституцией.

– Окно…

– Окно информации в зале. Если после поиска раритетов останетесь живы, сдадите карточки при убытии. Удачи.

В тупике коридора открылась дверь, и на полу замигала зеленая стрелка.

________

– Ну и констатация, в смысле конституция у них. Это что, парник?

– Нет, Пуфф, это терминал.

– Не понял…

– На Земле так называют транспортный узел, обычно в аэропорту. Хотя и не обязательно. Автобусный вокзал – то же…

– Это Земля?

– Какое там… Присмотрись к редким пассажирам, соблюдая приличия, конечно.

– Значит, скачем по доменам… И что же это здесь?

– Да то же самое, – присоединился Марк, – только вот транспорт соответствующий, как на дне миров.

– Точно не Земля? – котище задрал голову.

Сквозь прозрачный купол был виден исполинский зеркальный небоскреб, увенчанный какой-то конструкцией. Все здание, видимо, уходило вниз и служило основанием для башни.

– Фантазии земных архитекторов также не знают границ, но зал прилетов, зал отлетов, местные линии – эти функции похожи. Кстати, и проблемы что-нибудь найти, несмотря на любезные стрелки и указатели, везде одинаковы, где выход – тоже не очевидно.

Словно подтверждая слова Яна, на табло, висящих в зале, бежали какие-то знаки. Ничего знакомого. Троица подошла к стене. Они находились на верхнем этаже высокого здания, весь комплекс стоял на одинокой горе. Вокруг простиралась каменистая коричневая пустыня. Далеко впереди, в лучах восходящего двойного светила был виден силуэт города. Стрельчатые острые здания образовывали компактную группу. Казалось, что город укрыт тонким куполом. От основания горы к нему тянулась прямая, как натянутая нить, золотистая труба, превращавшаяся в линию, растворявшуюся в пустыне на пути к городу. Вокруг башен поблескивали пространства, похожие на разливы воды или что-то еще.

– Воздух-то тут есть? – спросил Пуфф.

– А тебе не все равно? – в свою очередь удивился Марк.

– Вон, доказательство крыльями машет, – усмехнулся Ян.

На фоне утреннего неба приближалась черная галочка. Объект ровно взмахивал крыльями, перемещаясь непропорционально быстро. Путешественники как завороженные смотрели на растущий объект. Нечто среднее между сказочным драконом и птеродактилем открыло пасть и припечаталось к куполу. Троица непроизвольно отступила на шаг. Тварь заработала лапами, пытаясь удержаться на стене, но сползла вниз.

– А он ударился не об стекло…

– Здесь, кстати, линия желтая вдоль стены на полу, – в свою очередь отметил Пуфф.

Объект всплыл в воздухе и завис, работая крыльями, напротив купола. Существо всматривалось в купол, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. Затем сплюнуло, развернулось и улетело прочь.

– Что ты ее раньше не заметил, – вздохнул Марк, – ладно, пошли искать информацию, как советовала таможня, кстати, а чьих это мозгов дело?

– Ну, уж не моих, точно, – развел лапами Пуфф.

– Уж и помечтать нельзя, – вздохнул Ян.

– Вот, а тебе рысь не нравилась, понял, как может обернуться?

– Между прочим, крылья здесь еще ничего не доказывают, – Марк попытался сменить тему.

– И они нам не помогут, нужен лифт, – кошачья морда приняла хитрое выражение, – а вот женись шеф на ней, не было бы розовых блондинок. Сейчас бы кушали пирожки… Был бы не прямолинейный qwest, а совсем иная история, шикарная мелодрама. Дамы такое любят. В животе урчит уже!

– Где ты слов таких понабрался, – начал закипать Марк.

– У хозяек фотоаппарата, – котище показал язык.

– Так. Ну, насчет прямых линий я бы так не горячился, – улыбнулся Ян, – кроме как если та до города, перекусим лучше там. В терминалах обычно продают всякую гадость и очень дорого!

– Я не хочу есть «гадость», – перспектива обеда переключила внимание Пуффа, и Марк облегченно вздохнул.

– Пойдемте, нам нужны стойка информации и обменный автомат или что-то подобное.

– А вон, кстати.

Немного в стороне от путешественников стояло четыре устройства разного цвета, напомнившие Яну земные банкоматы. На крайнем красовался приклеенный скотчем к дисплею лист бумаги с изображением запертого замка. Три других были с виду исправны.

– Везде одинаково. Попробуем? – предложил Ян.

– Что пробовать? Он же железяка… – озадаченно произнес Пуфф.

– Деньги обменять.

– И какие же? – удивился Марк.

– Например, эту монету, – на ладони Яна лежал синий диск из Странвалля.

– Эта магическая ерунда здесь ничего не стоит! – фыркнул Пуфф.

– А не скажите.

Ян прошелся перед устройствами… Дисплеи трех осветились, а на четвертом откуда-то подул воздух, пытаясь сдуть лист бумаги с изображением замка, словно тот мешал смотреть.

– Ну, у кого лучшие условия?

По дисплеям побежали незнакомые символы.

– Все понятно… Крякозябры, – проворчал Пуфф.

Один дисплей сменил символы на трехмерную схему терминала. Пунктирная линия вела от банкоматов к лифту, затем к стойке информации на нулевом этаже.

– Наш представитель ждет вас у стойки информации, все только для вас, – произнес мягкий женский голос из недр железного киоска.

– Оно еще и разговаривает, – отметил Пуфф.

– Посмотрим, что предложат?

– Ну, посмотрим, деньги все равно поменять нужно, да и справочное пригодится, – произнес Марк.

– Что тебя беспокоит?

– На таможне или как там их – изучали, тут – уже ждут.

– Не преувеличивай. Птичку видел?

Марк кивнул.

– То-то. Пошли к лифту.

На матовой колонне, диаметром около пяти метров, имелась дверь. Ян коснулся перчаткой треугольного символа, направленного вершиной вниз. Символ осветился зеленым. Двери открылись. Спутники вошли внутрь.

– Лифт как лифт, матовая нержавейка. Наборное поле с арабскими цифрами, – и Ян коснулся символа с нулем.

Двери бесшумно закрылись. «Специально для вас не только нержавейка, кожа», – произнес обиженный голос.

Путешественники плюхнулись в кресла, стукнувшие под колени. В дополнение к ним появился торшер. Белый свет сменился приглушенным домашним освещением. Лифт буквально упал вниз так быстро, что кресла зависли над полом. Ян уже открыл рот…

– Молчи. Ради всех земных святых, молчи! – прошептал Марк, посмотрел на Пуффа и строго добавил, – оба.

Котище зажал себе пасть лапами. Через несколько минут лифт снизил скорость, кресла плавно опустились на пол, и как только путешественники поднялись, интерьер бесследно растаял. Двери в другой мир плавно открылись.

Зал не особенно отличался от предыдущего, если не считать эскалаторов, вывесок и прочего антуража любого перевалочного пункта. Здесь количество путешественников было большее, чем наверху. Посредине имелась большая круглая стойка, над которой парил шар около метра в диаметре. Внутри него периодически сменялись разные знаки, в том числе и «!», «i».

– Нам туда, – произнес Ян.

– Кресла в лифте, это зачем? – спросил Пуфф, наконец, убрав лапы с морды.

– Типа «ViP» лифт, – пояснил Марк, мрачно посмотрев на Яна, – я даже предположить такое не мог!

У стойки информации стояла блондинка. Униформа впечатляла – короткая розовая юбка, белая блузка, брошь с эмблемой перехватывала красный шарф.

– Мне кажется, это ждут нас, – ехидно отметил Пуфф.

– Здравствуйте, – произнесла особа, – мы ждем вас и хотим сделать предложение, от которого невозможно отказаться.

– Но нам деньги обменять надо, как добраться узнать, – вяло возразил Марк.

– Все успеете. Прошу в наш офис, – девушка указала на красно-белую вывеску.

Путешественники переглянулись и дружно кивнули, проследовав в помещение. Стеклянные двери плавно закрылись и затуманились, скрыв зал. Марк пристально всматривался в особу.

– Вас что-то смущает? Униформа – по желанию клиента. Раса и внешность способствуют более активному продвижению продаж. Если я буду, например, жабой, вы можете отправиться к конкурентам.

– Я же тебе говорил – лучше рысь.

– Пуфф…

– Итак, вы хотели обменять вашу ценность?

– Ну, на расходы же надо…

– Предлагаю пакет «Платиновый Vip».

На столе появился толстенный каталог.

– Размещение в специальном зале, скидки в отелях, ресторанах…

– Короче, это все на монету?

– Да. Она подобна бриллианту… Наш банк готов ее купить на выгодных условиях.

– Поесть-то хватит? – поинтересовался котище.

– И музей…

– Ну, купить музей – не знаю, а ресторан – можно. Только лучше не тратить все деньги, а разместить их у нас, тогда, если вы не опуститесь ниже критической суммы за период, вам начислят подарочные баллы, которые вы сможете потратить на билет и прочие вознаграждения. Проценты по вкладу позволят увеличить накопления…

– Вообще, купите что-нибудь ненужное, и мы предоставим вам скидку на покупку второго ненужного, – подвел итог Ян.

Он достал монету, повертел в руках. Перчатки растаяли, девица заворожено следила за диском. Ян положил легенду Странвалля на ладонь, постучал когтем.

– Курс хороший?

– Как можно, – произнесла девица голосом старого ростовщика.

На столе появилась стопка банкнот, с десяток монет и прямоугольник немного крупнее банковской карты, похожий на кусок платины, весь покрытый замысловатыми рисунками.

– Могу взглянуть?

– Конечно.

В когтях Яна карта стала прозрачной, внутри засветились голографические радужные образы. Через мгновение они сложились в арабское число, похожее на какой-то очень длинный номер.

– Так много? Хотя, много ли… Почему такой интерес к предмету обмена?!

– Дно миров, господа. Да и эти голубые раритеты уже не чеканят. Впрочем, когда добывали – их было очень мало. Сюда довозили только слухи. Редко кто расстанется с дверью домой.

– Ладно. Мы согласны, – Ян положил монету рядом с местными деньгами.

– Так, – девица стала серьезной, – это наличные, купюры и немного монет. Остальная сумма на счете. Карта – ключ от него. Она запомнила вас. Активируйте ее в любом платежном устройстве. Карта включает пакет «Платиновый Vip»…

– Типа кресло в лифте и торшер? – съехидничал Пуфф.

– Не только. Пакет на босса и двух спутников. Три кресла и если нужно три торшера или больше! Карта открывает новые возможности… – девица даже не улыбнулась.

– Да ладно, Марк, тебе наличность, у тебя, Пуфф, карманов нет, значит, мне, – махнул рукой Ян, убирая карту в карман, а деньги в сумку.

– Да, прошлая попытка надеть на меня брюки не удалась…

– Магазины эксклюзивной одежды, как и магазины больших размеров, также ждут вас.

– Мы уж как-нибудь так. Можно мы пойдем? – неожиданно заныл Пуфф, видимо, перспектива примерки эксклюзива его не порадовала…

– Еще есть костюмы для представителей разных рас…

– А доспехи? Кольчуга… Мы должны тебя беречь. Видел, какие птички летают? Штаны железные купим, – даже не улыбнувшись, произнес Марк.

– Да. Скидка распространяется на кованые штаны повышенной прочности.

Пуфф перевел взгляд с Марка на Яна, потом снова на менеджера. Ни тени улыбки на лицах не было. Перспектива оказаться в примерочной сильно расстроила котищу, усы обвисли, из глаз выкатились две слезы.

– Можно без магазина…

– Как угодно. Мы всегда к вашим услугам. Индивидуальный менеджер в розовой униформе обслужит вас без очереди.

– Прощайте. Нам пора в музей! – строго произнес Марк.

– Да, да, изучать достопримечательности и путешествовать по развалинам! – поддакнул Пуфф.

– В пакет входит страховка от несчастных случаев, если кто-нибудь съест застрахованное лицо, скала раздавит клиента и так далее, он может получить компенсацию.

– Нафига ему компенсация, если его съели?! – Пуфф задумался.

– Пожалуй, мы пойдем, – вздохнул Ян.

– До новых встреч.

Наконец расставшись с менеджером, троица направилась к стойки информации.

– Я зануда, но она… – наконец произнес Пуфф, – надеюсь, меня покормят за хорошее поведение?

– Бесспорно, – хором произнесли Марк и Ян и улыбнулись.

Выбрав за стойкой существо более всего походившее на человека, Ян задумался, как к нему обращаться. Атмосфера стеклянного аквариума терминала настолько походила на все земное, что способности по восприятию информационных потоков дали сбой.

– Блин, вашу… – произнес Ян, неожиданно для себя.

– Я прекрасно говорю и ругаюсь на русском языке, а также еще на множестве других языков и наречий, – улыбнулся мужчина за стойкой.

– Извините, вырвалось. Корни сказываются.

«А, собственно, какие это корни?» – пронеслось в мозгу Яна и угасло, не оставив следа.

– Что вас интересует? Покупки, развлечения, работа, учеба?

– История. Мы путешествуем по следам одного существа. Нам интересно все, что с ним связано, – Марк достал обрывок украшения.

Ниточка вытянулась куда-то в направлении вниз, за спину информатора.

– Туристо, изучаем роритето! – поддакнул Пуфф.

– О, легенда… Впрочем, это лучше увидеть в музее. У нас превосходный музей истории.

– А дальше что посмотреть? – заинтересовался Ян.

– Пересадочный узел – минус пятый этаж. Мы сейчас на нулевом. Поезд в город – минус второй. Осмотрите и решите, – в голосе информатора звучала нескрываемая жалость.

– А поесть где? – встрял Пуфф.

– Вот схема, – служащий протянул брошюру, – достопримечательности, еда, транспорт.

Ян открыл схему.

– А, вот и музей.

– Да, на ней обозначены места питания и достопримечательности, относительно безопасные для человекообразных. Хотя назвать вас таковыми… – служащий внимательно посмотрел на всех по очереди.

– Не будем уточнять, – бархатным голосом произнес Пуфф, – человекообразное определение вполне подойдет, пошли уже.

– На карте указаны некоторые цены, средний чек в ресторане без алкоголя и его заменителей, – клерк посмотрел на Пуффа.

– Я что, я ничего…

– А также стоимость проезда. Эскалаторы справа от банковских офисов. Терминалы оплаты прямо у перрона. Поезд прямой. Удачи.

Стоя на длинной движущейся лестнице из нержавеющей стали, Ян задумался. Все было так похоже на Землю, если не считать способа перемещения, если не обращать внимания на лица аборигенов, если… Длинный список «если» свел на нет внешние сходства, а внутреннее содержание этих миров в случае объединения с Землей не оставляло старому свету шансов. Весь произведенный «творцами» хаос оказался не только жизнеспособным, но и гораздо умнее своих родителей. Они вполне находили общий язык, выстроили общую распределенную среду, умели быстро организоваться в… Мысль как всегда спугнул голос Пуффа.

– Шеф, зачем здесь зеркало?

Котище нагнулся и показал язык боковой неподвижной стенке эскалатора.

– Чтобы грязь меньше липла, наверное…

– А…а, – разочарованно протянул Пуфф, – я думал для любования своими боками.

Из зала, налево имелся широкий проход на перрон к желтому гладкому поезду, похожему на земной скоростной состав. Дорогу преграждали стеклянные створки, справа и слева стояли киоски по продаже билетов. Над створками медленно убывала зеленая полоса.

– Сдается мне, это время до отправления, надо поторопиться, неизвестно, как часто они ходят, – отметил Марк.

– Я могу вас и так пронести, – выпятил грудь котище.

– Ты что обещал? – поинтересовался Ян, направляясь к ближайшему автомату.

– Теперь придется сначала в музей, – присоединился Марк.

– Сговорились, – мрачно констатировал Пуфф, всматриваясь в темный экран, – котик, миленький, продай билетик. Они же правильные такие, что тошно.

Котище, мурлыкая, погладил лапой экран. Точпад осветился, появилось изображение символа, похожего на человечка, и две стрелки рядом – тусклая вниз, яркая вверх. Пуфф приложил лапу, человечков стало два, потом три. Над головой человечков появилось блеклое изображение горизонтальных стрелок влево и вправо.

– И обратно, вдруг там касса не работает, – снова промурлыкал Пуфф, приложив лапу.

Изображение стало ярче.

– А говорил: ничего не понимаю, – съехидничал Марк.

– У меня денег нету, – сухо ответил Пуфф.

– Для денег нужны карманы, а карманы в…

Котище прижал уши.

– Да перестань ты дуться.

Ян вставил карту в приемник. Пластина наполовину вошла и уперлась. По экрану побежала зеленая полоса, возник символ ладони.

– Босс, моя лапа точно не подойдет…

Ян снял перчатку и приложил панель к экрану. Автомат удовлетворенно хрюкнул и выдал в лоток три картонки с «китайскими» символами. Карта выдвинулась.

«Благодарим за покупку», – донеслось из недр аппарата.

– Так, чего уставились, поезд уедет, – фыркнул Пуфф, беря инициативу в свои лапы, – карту не забудь.

Котище быстро сгреб билеты, выдал товарищам и поволок их к прозрачным турникетам. Через мгновение троица уже сидела в вагоне. Через минуту экспресс плавно тронулся.

– Уфф. Успели.

– Организатор, однако, – похвалил Марк.

– Вас не организуешь – опоздаешь везде, даже в музей надгробий, а уж про обед вообще молчу! С голоду умрете. Раз уж предстоит осмотр костей и камней, беру инициативу в свои руки… Пардон в – лапы.

Котище продемонстрировал сначала пушистые лапы, потом когти.

– Все по четкому плану. Нечего рассусоливаться. Зайцем нельзя, хорошо, я согласен. Тогда быстро купили билет, причем туда и обратно, время сэкономите. Быстро сели в поезд. Он тут один ходит, чего выбирать-то и рассматривать? Туда идет или не туда, а еще куда?

Марк и Ян удивленно взирали на Пуффа, вальяжно развалившегося на двух креслах напротив. Средний подлокотник бесследно исчез.

– На меня чего смотреть, карту изучаем, пока едем, потом быстро вышли, построились, строевым шагом в музей, будь он неладен. Билет, схема, книга… Пробежали по залам. Там стрелочки осмотра есть, как в Замке тысячи миров, помните? Стоять долго нечего. Кости зеленого мастадонта, умершего пять тысяч лет до нашей эры… Это, что, серьезно может вас двоих интересовать? Ну, бегали такие тут, сейчас уже летают, и что? Ресторан выбрали сейчас, а не потом по улицам метаться. Здесь интерьер не подойдет, тут рыбы нет, а там только рыба, а вино я люблю не это! Идем строго в намеченный общепит. Руки помыли, меню посмотрели, заказали. Пока несут – обсудили музей и дальнейший план. Я что-то неясно изложил?

Пуфф подпер лапами бока. Поезд вылетел на равнину. Линия к городу оказалась прозрачной монолитной цилиндрической конструкцией с двумя пустотелыми каналами для поездов. Качество и чистота сооружения была на высшем уровне, благодаря этому стекло нисколько не мешала наблюдать за желтой равниной.

– Ты не заболел? – наконец произнес Ян.

Котище сморщил нос. Прищурил правый глаз.

– Шеф, простите, не переводите стрелки. Вы как палить во все – это быстро, увернуться не успеешь. Типа лапы когти все сами, – Пуфф выпустил огромные когти, изучал их пару секунд, затем продолжил, – а как до города доехать – мы тут обдумываем, терзания у нас, ехать нам этим поездом или другим!? Тут поезд ходит один! Даже мне понятно! Может, сейчас межсезонье и пять утра? Или каникулы, или праздник какой? Может, поезд только утром, раз в сутки? Думать-то о чем и зачем?

Котище постучал себе по лбу лапой. Звук получился как по диванной подушке. Пуфф озадаченно посмотрел на лапу, постучал еще раз, вышло словно по пустому ведру.

– Раз в сутки – вряд ли, а думать все же надо, – имел неосторожность подать голос демон.

– А вы, дорогой спаситель родственников, доберетесь до нее, когда уже нечего будет спасать. Остатки соскребешь в баночку с биркой «Дорогая сестра». «Туда ли мы едем», а куда еще? Есть варианты? Цепь куда тянет? Надо делать все быстро и по плану. Деньги три часа меняли, лифт с торшером им подавай! Девицу в розовом пиджаке. Вагон премиум класса для Vip за тройную цену с бирочкой сделал. Марчепуче не надо?

– Девицу не мне, – вяло возразил Марк.

– А торшер в лифте значит тебе? – Пуфф строго посмотрел на демона.

– Похоже, кормить нужно чаще.

– И вовремя! – строго изрек развалившийся на креслах Пуфф.

Ян с Марком посмотрели друг на друга и отлично все поняли. Первое, самое лучшее, это будет молчать, второе, что дальше они пойдут в музей, причем именно так, как сказал их пушистый спутник.

– Что молчим? Карту изучаем! – скомандовал пушистый нахал.


Глава 21. Исторический ракурс

«Пришел разрушить город, хочешь овладеть этим миром? Потренируйся за кругом, создай свой город или хотя бы дом и справься с ним. Нетронутая земля созрела и ждет тебя, только не забывай о ее снах, снах Сальвадора, у них нет дна».

Надпись над аркой в конце платформы

Экспресс плавно сбавил ход и через несколько минут остановился. Пассажиров было немного, все они шли мимо окон по направлению движения.

– Что сидим? – поинтересовался Пуфф, – кости и камни заждались!

Марк с Яном молча посмотрели друг на друга, пушистая напасть наметила цель, и никакой возможности избежать ее плана просто не существовало. Они тяжело вздохнули и поднялись.

– Весело, с улыбочкой, с хорошим настроением!

В этом вагоне троица была единственными пассажирами и, выйдя в тамбур, оказалась перед закрытой дверью. Пуфф озадаченно посмотрел на шефа.

– Жми пимпочку, командир, – вздохнул Ян, – показав на зеленое светящееся кольцо, вокруг символа справа от двери.

Котище нажал, дверь отъехала.

– Магия!

– Механика.

Они оказались в начале перрона под сине-зеленым сводом. Перрон накрывал громадный аквариум… В торце, за головой поезда имелась хрустальная скала, центральная область которой была идеально отполирована и обозначена светящейся аркой. Внутри, над сводом легко читалась надпись.

– Предложение попробовать силы на стороне… – прокомментировал Марк.

– Нечего пробовать на стороне, нам в город!

– Там стекло.

– А все пассажиры размазались как мухи по нему и исчезли, – съязвил котище.

В подтверждение его слов, две лысых личности в монашенских одеяниях, катившие совершенно не сочетавшиеся с ними пластиковые красные чемоданы на колесиках, не сбавляя шага, прошли под арку и исчезли.

– Так. Мы, что, последними будем?! Быстро. У нас даже чемоданов нет! Вы еще надпись на скале обсудите!

Пуфф подхватил путешественников под руки и буквально поволок вперед. Под аркой возникло легкое сопротивление, и через мгновение они оказались в большом зале.

– Да, сонные мои, – Пуфф кивнул назад, – отправление отсюда, запомнили!

– Корми лихо, и оно после спит тихо, – проворчал Марк.

– Это ты про что?

– Да так…

Вдоль стен зала располагались панели на тонких столбиках. Вокруг каждого на полу светилась зеленая вытянутая буква «О». Размеров рисунка было два – один-два на два метра, второй – с небольшой автобус. Пассажиры подходили к стойкам, рисунок становился красным, затем в воздухе возникала завеса, похожая на туман за стеклом. Через несколько секунд туман пропадал, контур на полу из красного превращался в зеленый. Причем послесвечение во всех случаях было различной длительности.

– Удивительно. Что это? – вырвалось у демона.

– Просто городской транспорт, – Ян заглянул в путеводитель, – типа такси и автобус, аналогия полная…

– Не надо нам такси. Нам через площадь и направо, пешком. Будем деньги экономить! Пошли же уже!

Через обычные двери, правда, автоматически распахнувшиеся перед троицей, гости покинули вокзальный комплекс. Довольно большую площадь, вымощенную плитами из серого и черного гранита, обрамляли высокие здания в готическом стиле, но из стекла и стали. Квадратные зоны серых плит перемежались полосами черного гранита, что придавало сходство с решеткой. По периметру площади, перед зданиями стояли кованые из белого металла фонари, украшенные литыми фигурами монстров, похожих на покусавшего купол терминала. Сверившись с картой, троица пересекла площадь, прошла по улице и оказалась перед обширным садом, огороженным решеткой из зеркального квадратного полированного профиля с пиками на концах. В глубине размещался большой желтый прямоугольный дом с колоннадой по периметру. Здание походило на древнегреческий храм. Ворота в сад были закрыты. Табличка в зеркальной рамке серая.

– Ну? – одновременно произнесли Ян и Марк, заглянув в карту.

– Ха, тут просто пыль! – фыркнул Пуфф.

Затем, к ужасу интеллигентного демона, котище пополоскал что-то в пасти и смачно плюнул в табличку. Затем размазал все это и вытер тыльной стороной лапы.

– Блеск!

Табличка осветилась и изобразило «close».

– Это мы и так видим.

Высветилось «open from… to…», затем крупно:

Суббота


– Пояснили… – не удержался Марк.

Табло не осталось в долгу, и изобразило:


Суббота, пояснение


– А точнее? – съехидничал Ян, державший все это время руки в карманах джинсов.

Система тут же отреагировала:


Суббота, уточнение


– Ах ты гадина, – Ян вынул руки из карманов, перчаток на них уже не было, но к правой чешуйчатой ладони почему-то прилипла карта, выданная местным кредитным учреждением.

Пуфф мигом сообразил, к чему идет дело, но поскольку Vip карта прочно прилипла к ладони, и как ее ни пытался стряхнуть шеф, у него ничего не получалось, у котищи появилось дополнительное время. Пока Марк уже представлял себе, как их выдворяют из страны за антиобщественное поведение, хитрец нашел решение.

– Как мадам в розовом или кресло в лифте – мы мигом, а как в музей – так ломиться? – ехидно поинтересовался Пуфф, прищурив один глаз.

– Простите, – вздохнул Ян, опуская руки, – крепко прилипла.

– Навсегда.

Лицо шефа вытянулось.

– Так. Пришел в себя. Да пошутил я! Дайте-ка мне штучку.

Как ни странно, ключ к счету легко перекочевал в пушистые лапы. Пуфф показал карту табло.

– Извините, шабат, просто полный шабат.

– Тут соблюдают законы и этой веры? – оживился демон.

– Нет. Тут любят праздники разных религий, рас, миров, – поэтому музей бесплатно работает в среду с семи до пяти в третий месяц, а во вторник с десяти до двух в восьмой, а еще…

– А платно индивидуально для участников программы платиновый Vip? – строго спросил котище.

– Лапа к программе не подходит, – сухо съехидничал голос.

– Я тебе счас приставлю такую лапу… Ну-ка, босс, предъявите!

Синие когти потянулись к экрану.

– Все нормально, все нормально… Цена вопроса для вас с учетом скидки, – высветилось число.

– Оплатить, – буквально зарычал Ян.

– Вот только гид для Vip…

– Работает только во вторник, синей ночью с пол второго на среду до пяти утра, – проворчал Марк.

– А откуда вы знаете? – поинтересовался голос.

Ян и Пуфф не без интереса уставились на Марка.

– Да я думал, пошутил… Короче, нас пустят?

– Да. Все откроют. Аудиогид на стойке охраны.

Замок в калитке щелкнул, и она распахнулась. Как только троица оказалась в саду, вход тут же закрылся. Кругом висел нежный запах незнакомых цветов, чем-то напоминавший розы и сирень одновременно. На кустах блестели капли росы. Широкая дорожка, мощеная шестигранными плитами, вела к ступеням храма истории.

– Есть польза и от нашего платинового…

– А ты говорил «зря деньги меняли».

– Я не это говорил, – прищурился котище, – «три часа меняли», – строго посмотрел на Марка и добавил, – цветы не изучать, у фонтанов не фотографироваться, быстро в музей.

– Все, все… Уже идем.

– Пуфф, и кто из нас зануда? – спросил Марк уже на ступенях музея.

– Я строгий и аккуратный. Все по плану, иначе…

– Обед не наступит никогда, – закончил за него Ян, и троица оказалась под сводами храма истории.

Ничего необычного внутри не было. Холл, широкая лестница с красной ленточкой поперек и аркой, похожей на рамку металлоискателя в аэропорту. Темный стеклянный ларек слева и прилавок справа, за которым восседал ротвейлер в фуражке и форме. Рост охранника скорее всего был выше среднего. Пуфф закашлялся. Пасть охранника раскрылась и произнесла вполне человеческую речь…

– Милости просим. Извините за неполный сервис, сегодня праздник. Мы подобрали для вас необходимую информацию на вашем языке, так комфортнее.

– Да, нас интересуют исторические моменты… – Марк достал фрагмент ожерелья Изиды.

– Конечно, конечно, и эту легенду также. Информацию, как устроен наш мир, без нее трудно понять, где находятся исторические места.

Охранник извлек на стойку приборчик с кнопками. Руки у ротвейлера оказались вполне человеческие, только очень волосатые.

– Набираете номер стенда и «enter», например, ноль, ноль, один.

На коробке высветилось два нуля, один. Ящичек произнес: «Холл, начало осмотра».

– Можете просто поднести к табличке стенда, как удобнее, аудио гид сам найдет в памяти описание. Свет в залах и экспозиции включаются автоматически. Наушники не предлагаю, – охранник посмотрел на Пуффа и Марка, потрогал свое ухо, – неудобно, если только вам?

– Ничего, я послушаю с ними по громкой связи. У нас немного времени. Где находится интересующая нас часть?

– Прямо по лестнице, четвертый зал.

Ян попытался повесить гид на шею Пуффа, но ремешок оказался маловат. Вздохнул и одел себе. Путешественники один за другим проследовали под рамкой, огонек наверху остался зеленым.

– Наконец о времени заговорили, – ворчал Пуфф, поднимаясь по лестнице, – кстати, лифт с диваном не помешал бы…

– Простите, но эта часть услуг не может быть запущена, полный… – донеслось из охраны.

– Полный пи-пи, – выдохнул Марк.

– «Пи-пи», это что? – оживился Пуфф.

Ян, было, открыл рот, но демон успел его остановить.

– Неприличное выражение, затертое другим звуком в телепередаче.

– А какое?

– Пуфф, уж без этого как-нибудь обойдемся, а? Ты же приличное, интеллигентное, воспитанное создание…

Котище замер на верхней ступени так резко, что Ян от неожиданности уткнулся в мягкий мех.

– Такого мне еще не говорили… Я в замешательстве, – кошачий хвост принял форму вопросительного знака.

– Обед пропустим, – съехидничал Ян, аккуратно подтолкнув Пуффа вперед.

– А, ну да…

Первый зал был посвящен пейзажам, скорее всего это был район терминала и окрестностей города в различные исторические периоды и времена года. Фантазия художников окрасила огромные изображения в фантастические цвета. Ян подошел ближе, возникло ощущение, что зал пропал, осталась только равнина с городом, который они видели из терминала. Если не считать белесо-синего света, город казался совершенно реальным, будто зритель висит в пустоте и рассматривает настоящий объект. Видимо, гид оказался близко от таблички, и путешественники услышали: «Экспонат два нуля семнадцать сорок два, картина великого (невоспроизводимые звуки), синяя ночь с пол второго на среду».

– А ты говорил – «пошутил», – передразнил Ян.

– Да, шутка неудачная, – согласился Пуфф, – а техника письма интересная.

– Да правда пошутил я.

Котище обернулся.

– О, смотрите! Аэропорт.

Напротив, на стене висело полотно с изображением, видимо, терминала. Здание на одинокой горе венчала башня, украшенная с-образным полумесяцем, лежащим на спине, между острых концов висела сфера. Освещение было обычным, таким, как его увидели путешественники.

– Где-то мы это уже видели…

– Станция Сириус, статуя Изиды.

– Было божественное волшебство, легенда – стало пограничный и таможенный контроль, жидкость в ручной клади, лифт с торшером, платиновый Vip. Пихаешь карту, тебе чудо, нет карты – нет чудес. Цивилизация. Пошли дальше, – подвел итог Пуфф.

– А тут еще… – начал Марк.

– Что тут еще?! А там, в боковых залах полно всего: камни, кости, артефакты! Марк, мы на операции по спасению или по изучению? Если все это рассматривать внимательно, мы навсегда сгинем в первом же музее! Ваше внимание, господа, все время куда-то переключается. Вперед.

Котище подхватил демона и Яна под руки и буквально поволок мимо пейзажей в следующий зал. Двери на пути распахнулись.


Музей. Дверные ручки


– Странные у них ручки, словно символ перехода между мирами, – успел произнести Ян, прежде чем Пуфф втащил их в следующий зал, и тут же замер.

На стенах, на темном фоне висели полотна, напоминавшие картины одного испанского гения первой половины двадцатого века. Некоторые, казалось, полностью повторяли произведения мастера, например, та, перед которой замер Пуфф.

– Видел я это. Очень похоже на «Постоянство памяти, memory». Или близко как-то называлось. Даже здесь наследил этот гений… – вздохнул Ян.

– Да, она или нет, не определишь. Та все-таки на холсте была написана. Здесь техника иная, а часы стекают как на оригинале. Вообще, может, он вдохновил местного художника или это… Пуфф, стой! Не трогай картину!

– Да вообще то и не трогаю, но в объеме эти часики весьма занятны. Стекают на пол как время… А оно есть?

Пуфф пытался захватить что-то в воздухе.

– Не хотите приобщиться?

– Приобщиться, видимо, можно через это, – Марк указал на закрывшиеся створки.


Музей. Двери «Ключи от грез»


На темном, почти черном фоне светились сине-фиолетовые изображения грибов… По одному на каждой. Ножка гриба переходила в бородку ключа. Потолок пронизывали тонкие светящиеся нити, подозрительно походившие на грибницу. Конструкция давала ровное, без бликов освещение, что позволяло хорошо разглядеть изображения.

– В кулинарной книге такого не было, там про ключи вообще ничего не написано! – озадаченно произнес Пуфф.

– При всем уважении к твоей библии, это из другой книги жизни. «Ключи от грез», очень символично. Psilocybe semilanceata, псилоцибе сосочковидная – один из самых сильных галлюциногенных грибов, ядовитый гриб.

– Значит, все фантазии этих художников…

– Не будем утверждать, но все эти бегающие на тонких ножках звери, тела, камни, тени, – Ян обвел рукой зал, – скорее всего продукт поврежденного воображения.

– Или с помощью грибочков гении подключаются к каналу и… – начал Марк.

– Ага, черпают вдохновение из параллельных миров. Если канал есть, то грибов уже не нужно. А вот помутиться мозги от увиденного могут, а если еще под галлюциногеном, то такого натворят, и куда пойдет поток еще большой вопрос.

– Ничего не понял, – Пуфф озадаченно потер ухо лапой, – поток чего, грибов? Контрабанда что ли?

– Впрочем, удержать стабильную связь, а она, если уж прицепилась…

– Согласен. Психушка, что с грибами, что без грибов.

– Так. Требую разъяснений!

– Пуфф, это все теории. Известно, что psilocybe semilanceata содержит псилоцибин и псилоцин, обладающие психоактивными свойствами, поэтому относится к несъедобным галлюциногенным грибам. Так она влияет на людей. Куда их заводит эта активность, ты видишь. Каков механизм обмена информацией, мы можем только предполагать, впрочем, как и искажаются эти данные.

– То есть если я поем, не факт, что такое нарисую?

– Не факт, а вот живот заболит точно.

– Ну ладно, не буду есть это… Картинки тут что надо, «Game», а отсюда – «Игра в темную», «Ленин на рояле»…

Пуфф шествовал вдоль картин, прижав на всякий случай уши, и разговаривал сам с собой.

– А кто такой Ленин? «Station», с этой точки «Преждевременное окостенение станции», бред какой-то.

– Это… Пуфф, дальше.

– «Surrealistic», присмотришься, написано: «Сюрреалистическая композиция». Ну, кошмар какой-то. Эти бобы куда идут? А те летят. Скелет с корнями внутри. Главное, близко не подходить. И за эту жуть в нем признали гения? Похоже, употребление грибочков носило массовый характер.

Марк и Ян пожали плечами.

– Вообще, мне кажется, – заметил Ян, – эти картины чем-то отличаются от оригинала. Я видел подлинники в музее.

– И запомнили?! Сколько бобов и часов?! Извините, босс.

– Нет, Пуфф. Они какие-то другие. Даже если оставить в стороне местные технологии… Понимаешь, они как бы предварительная стадия тех.

– Или земные – этап развития, а эти продолжение.

– Да, Марк. Все это какой-то многослойный динамический пирог событий, снов, галлюцинаций, и что первично в нем, большой вопрос. Как и проблема – где реальность!

«Вот на месте и определитесь», – произнес охранник, наблюдавший за гостями по системе контроля, но, увы, гости этого не слышали, да и выбора не имели.

– Объяснили. Остался еще один зал, и мы у цели. Я надеюсь, мы ограничимся главным залом?

Двустворчатая дверь, копия первой, только оформленная в обратной тональности – черные грибы на фиолетово синем фоне, распахнулась. В зале царил полумрак, лишь слабо светилась дорожка посредине, огороженная стойками с бархатным канатом. Стены были совершенно пустые. Двери за спиной закрылись. «Шесть де композиция, паутина последнего пристанища. Первая сцена легенда. Вторая сцена реконструкция прибытия. Просьба за ограждение не заходить, возврата нет. Не кричать. Фото и видеосъемка запрещены. Продолжительность шоу три минуты», – произнес голос.

– Финиш. В музее в аду понедельник тоже выходной? А фотосъемка запрещена? Кошмар, – не выдержал Марк.

– Для платинного vip, особые условия. Можно приобрести билет на видеосъемку. Уточнить цену? – поинтересовался информатор.

– Спасибо. Пока не надо, – ответил Ян, строго посмотрел на спутников, – плачу я, попутчиков не слушаем, начинайте.

Свет окончательно померк, комната погрузилась в липкий мрак, который не смогли сожрать лишь два еле заметных пунктира из звезд, обозначивших дорожку.

Тьма изменилась, и со всех сторон высыпали звезды. Зрители оказались над бездной, заполненной светилами, туманностями, галактиками… Картина была реальной и четкой, словно воздух отсутствовал. Пространство буквально надвинулось на троицу, и на фоне светящейся области возникло темное пятно. Черный сферический объект приблизился и замер, словно прислушиваясь, и вдруг стал трансформироваться в тор, по кругу вспыхнуло золотое пламя, удивительно похожее на гребень, и тор развернулся в громадного дракона в китайском стиле. Черный, с золотой отделкой чудовищный зверь замер, готовясь к прыжку. Сцена рассыпалась в лучших традициях анимации. Из темноты проявился совсем другой рисунок звездной бездны, и все повторилось. Родился еще один дракон, но уже золотой с черной отделкой. Зрители услышали зов. Точка наблюдения переместилась на голову змея. Существо бросилось вперед. Пространство неслось навстречу с чудовищной скоростью. Иногда звезды или планеты проносились очень близко. Пуфф, было, протянул лапу, запахло паленой шерстью. Картина сменилась, другое небо, другой дракон. Зверь снова свернулся в кольцо, не снижая скорость. Сцена опять изменилась. Тонкие линии на бесконечном листе, словно сетка, по ней движутся два шара, лист как резина прогибается и вытягивается под ними. Точка наблюдения перемещается под лист. Два висящих мешка тянутся друг к другу. Внутри каждого находится по бублику, но скорость взаимного перемещения слишком велика, и объекты расходятся. Один удаляется, второй отрывается, тор и мешок трансформируются в подобие кувшина без ручки, все проваливается в бездну, заполненную пеной. На пути новообразования встречается нечто похожее на гантель, и кувшин раструбом прикрепляется к ней.

– Попытка объяснить многомерные трансформации на примере плоскости, – прошептал демон.

Новая сцена. Какой-то храм. Множество существ, похожих на людей. Наблюдатели находятся будто за головой того, кто сидит на троне. Они видят, как в толпе, словно ручейки, протекают одинаковые плащи, но никто их не видит. Картинка мутнеет, и теперь вокруг арена, к плите приковано тело.

– Она? – тихо спросил Пуфф.

– Не, мужик. А камень знаком. Но арена – другая.

Вокруг вспыхивает кольцо, камень падает вниз. Картины вокруг меняются одна за другой. Тело быстро стареет и высыхает. Каменный желоб, по которому скользит плита, уходит в бесконечность. Один перрон, затем из пустоты еще один, с часами в стиле Дали. Пустыня, развалины, камни. Желоб упирается в каменный ящик, крышка которого стоит вертикально. Следует удар, и прах стряхивается с плиты. Крышка падает. Наблюдатели медленно поднимаются над долиной. На плите угасают руны, похожие на замки. Все поглощает тьма. Зажигается свет.

Гости оказались в конце зала.

– Кино про то, как создавался склеп, – резюмировал Ян.

– И еще, инструкция по эксплуатации, – хихикнул Пуфф, – интересно, платиновый «vip» там работает? Страховка очень актуальна, когда тебя ссыпают в коробочку.

Котище ловко увернулся от затрещины шефа.

– Пуфф, не хами. Все таки, мне кажется, мы на верном пути, – произнес Марк.

– Однако ловок, – улыбнулся Ян, – здесь лишь музей, просто реконструкция.

– Ой, не просто. И эта ваша «конструкция» очень точная. Полное шесть де, – Пуфф понюхал шерсть на лапе, – не вышло б с боку.

– Надо говорить не «с боку», а «боком», – не удержался демон.

– Что хотел, то и сказал. Гадость вылезет не чем, а откуда, – Пуфф показал язык.


Глава 22. План «Транзит»

Двери четвертого зала открылись. Никаких мистических картин в помещении не было, только стенды с печатными материалами. В центре, в стеклянном цилиндре, расположенном вдоль зала, висел какой-то макет, похожий на подводный аппарат. Три шара один за другим. На противоположной от входа стене имелась большая схема.


Музей. Схема троецарствия


Помещение осветилось. Гости разошлись по залу, молча рассматривая экспонаты. Газетные пожелтевшие вырезки, какие-то книги, рукописи – все было на незнакомых языках. Пуфф тяжело вздохнул, прищурил один глаз и посмотрел вдоль макета, помахивая хвостом. На движения хвоста изображение на стене ожило. По мнемосхеме побежали огоньки вдоль пунктирных линий.

– Ну и нафига нам эта бронзовая штука? Огоньки на елке? Зачем мы сюда притащились?

– Что за выражения? – возмутился Марк, не оставивший надежду воспитывать Пуффа.

– Да. И не бронзовая, а латунная! – подтвердил информатор на шее Яна.

Шеф пожал плечами, поднес прибор к табличке.

– Макет «Троецарствия», периода «непроизносимое бульканье», выполненный мастерами «опять невоспроизводимая фраза», – выдал автоматический гид.

– Объяснил… – фыркнул котище.

– Редкое образование «тройная гантель» очень устойчива и стабильна. Среда обитания, приспособленная первыми поселенцами, позволила им создать стабильное государство. Оборудование системы главным терминалом, узлом типа «краб» и опорной ямой «паутина» полностью стабилизировало среду, избавив от незваных гостей. В начальный период отцы основатели не умели создавать динамические, долго живущие многомерные изображения, например, как в предыдущем зале, поэтому был изготовлен латунный макет мира и схема взаимодействия пересадочных областей. Понятно?

– Люблю историков… – вздохнул Марк.

– Подожди, – Ян на мгновение задумался, – если мы принимаем правила и законы взаимодействия данной модели данного мира…

– А хоть бы и не принимали, ей фиолетово, – проворчал Пуфф.

– Помолчи. Здесь все взаимодействия отражаются на взаимосвязанных объектах. Нас же сюда привел маятник… Конечно, прошло много времени…

– Считаешь, здесь, в каком-то зале есть фрагмент ожерелья?

– Ну и бог с ним. Нет. Доставай!

Марк пожал плечами и извлек украшение.

– Поднеси к схеме!

Маятник начал колебаться, причем только вдоль пунктирной линии, и немного сильнее и ассиметрично в нижней части схемы.

________


Снова была потревожена пыль, властительница времен. Змейка из маленьких золотых листиков, словно настоящее пресмыкающееся высунулась из пыли, повернула последний лепесток, будто ища что-то, и ловко намоталось на иссохшее запястье между кистью и ржавым тяжелым браслетом. Получилась импровизированная антенна. Через несколько секунд по останкам руки прошла судорога, и все стихло.

________


Маятник неожиданно остановился, указывая концом в левую нижнюю четверть круга с паутиной, затем цепь безжизненно обвисла.

– Не понял, – начал Марк.

– Мы нашли ее! По крайней мере, нужный сегмент пены, – перебил его Ян.

– Но больше не реагирует…

– Индикатор высосал все, что было в остаточных следах событий… Ты что, всерьез считаешь, что она сидит у зеркала, красит ресницы и ждет нас?

– Да, реконструкция не радует, придется аккуратно сметать находку на совок…

– Пуфф, – возмутился демон, – я и так переживаю.

– Брось, осталась ерунда, – экспресс, перелет, пересадка – транзит, последний перелет и такси. Так, пока мы не отстаем от графика, следующий пункт – ресторан, надеюсь, вы его выбрали? Ну что вы на меня так смотрите, что еще мы тут узнаем? Где конкретно нужный склеп? А может, там сложная геологическая обстановка, и склеп куда-то уполз с исторического места?

Марк выглядел очень расстроенным.

– Пуфф, прекрати. А ты что ожидаешь-то? Хорошо сохранились только статуи из нержавейки.

– Я переживаю… Семейные ценности…

– Проснулись исторические корни, спали три тысячи лет и проснулись и именно в музее перед обедом!

– Не три…

– Какая разница. Идемте уже! Поплачешь в ресторане над тарелкой и кружкой пива. Надеюсь, вы выбрали ресторан, где едят вилками, и он рядом?

– Ну да, через два дома.

– Правильно, там дешевле, чем на площади. Все уже. Поговорим за едой, надо еще на поезд успеть!

Марк и Ян наконец поняли, что если они еще раз откроют рты здесь, то котище просто вытащит их из музея как багажные сумки, и троица покинула храм истории.

Совсем рядом действительно оказалось заведение, обозначенное на карте как ресторан «Две клешни». Вывеску украшал омар, державший по кружке пенного напитка. Надпись под ракообразным состояла из незнакомых рун. Ян попытался сосредоточиться, но не тут-то было.

– Мы что, хотим изучить всю историю вывески от Адама? – мрачно осведомился Пуфф и потянул ручку двери.

Внутри оказался полутемный пустой зал, отделанный деревом, похожим на дуб.

– Никого. Оно работает? – произнес Марк.

– На схеме обозначено, что работает.

– Конечно. Выбирайте стол и располагайтесь, – произнес возникший из темноты господин невысокого роста.

Он был одет в белую рубашку и темные брюки. Черная бабочка с искорками довершала костюм.

– Вон там, в углу. Нам поговорить нужно. Правда, все равно никого нет.

– Это просто полный шабат, двойная суббота, и когда третья луна зайдет за седьмую… – начал официант, раскладывая салфетки и приборы.

– У вас такие строгие обычаи?

– Нет, мы просто любим ничего не делать и перенимать традиции, а в эти дни совсем ничего. Если еще межсезонье…

– Меню принесите пожалуйста.

– Один момент, – официант исчез.

– А вы говорили поезда часто ходят, – мрачно произнес Пуфф, осматриваясь по сторонам, – а как же они готовят?

– Пожалуйста, меню.

Ян раскрыл папку и увидел на развороте красные шевелящиеся знаки, подобные китайским, которые к тому же все время перебегали с места на место.

– Похоже, мы останемся голодными…

– О, извините, – официант провел рукой вдоль страницы, символы перестали гоняться друг за другом и трансформировались в русский текст с картинками.

– Мы почитаем и пригласим вас.

Гарсон исчез. Гости углубились в изучение. Наконец кошачьи уши перестали двигаться за меню.

– Попробуем местное пиво? – донеслось из-за разворота.

– Согласны. Креветки в сухарях и жареный хлеб с чесноком.

– Потолстею. Ладно, фиг с ним. Что на горячее?

– Суп пюре из грибов, Треска на гриле с шампиньонами и пюре.

– Записываю, – произнес материализовавшийся официант.

– Мне клешни омара с овощами и тот же суп.

Уши снова задвигались, затем Пуфф опустил меню.

– Не люблю я этих ракообразных… Супчик из грибов, филе судака в тесте с овощами на гриле.

– Да, треска филе и креветок две порции.

– Какое есть пиво? – спросил Марк.

– Темное и светлое.

– Какой сорт?

– Светлое и темное.

– Сорт какой?

– Темное и светлое… Кружки по пол литра.

– Ладно, неси светлое. Каждому.

– А позвольте узнать, любезный, – котище прищурил один глаз, как же и кто готовит, если сегодня выходной?

– Без проблем, креветки, понятно, мороженые, как и везде, рыба охлажденная, иначе не успеть. Готовят на озере, там седьмая луна сейчас с другой стороны от третьей и потом лифт и блюдо здесь. Никаких проблем.

– А с расчетами? – Ян достал карту.

– О, для вас особый статус… Но терминал не работает.

– У него выходной?

– Да, – без тени иронии ответил официант.

Пуфф за спиной гарсона скорчил страшную рожу и показал язык.

– Хорошо, мы расплатимся наличными.

– Десерт?

– После посмотрим.

Официант пропал вместе с меню.

– Платиновый «vip», розовый торшер с кружавчиками, особый статус, вас соскребут с совочка прямо на страховой полис, вы можете оплачивать покупки и получать баллы, но терминал не работает. А торшер не горит, выходной, и менеджера нету, тоже выходной.

– Не ворчи. Сейчас еду принесут, – не поддался на провокацию Ян.

– Вон, пиво уже несут.

Официант поставил на стол высокие бокалы, извлек из кармана приборчик, в котором Ян узнал пульт от телевизора… По команде с пульта бра на стене засветились, затем включился двухметровый телевизор над барной стойкой в глубине зала, напротив столика. По каналу шел фильм, где на фоне прозрачной стеклянной стены, отделявшей помещение от закатного пейзажа с двумя огромными лунами, на фоне озера и гор существо в кристально белом одеянии жарило что-то. Процесс сопровождался романтической музыкой. План камеры сменился, экран занял ряд зеркальных поверхностей, вероятно, стекло керамических плит. Затем очень крупно появились креветки на большой сковороде…

– Фильм релакс, – вздохнул Марк.

Камера сместилась на пейзаж.

– Трансляция, только для «vip». Это скрасит процесс ожидания. Как будет готово, сразу подам.

– Пиво вкусное, хотя сорт пиво светлое… – отметил Марк.

– Итак, сухой остаток, мы нашли место, где, скорее всего, находится Изида… – начал Ян.

– Или то, что от нее осталось, – перебил Пуфф, – вытирая пену на морде тыльной стороной лапы.

– Прекрати.

– А что? Между прочим, как мне кажется, цепь не будет реагировать на вековой прах, значит, шансы еще есть. Чую я уже камень Корн, – и котище понюхал свое пиво.

На стойке бара раздался мелодичный звонок. Возник светящийся цилиндр, похожий на коробку для торта из оргстекла. Через пару секунд объект растаял, оставив после себя два блюда. Тут же появился официант, который подал закуски на стол. Великолепные королевские креветки в крошке из золотистых сухариков радовали глаз. Запах чуть подрумяненных кусочков хлеба ласкал обоняние. Котище шумно проглотил слюну.

– Похоже, одной порцией пива мы не отделаемся… – произнес он.

– Без проблем. Горячее подавать сразу?

– Да.

– Ну вот, теперь и дебатируйте, куда ушли бобы на картине, каким поездом ехать, и хорошо ли сохранился склеп, – отметил Пуфф, ловко поддев креветку вилкой.

– Только, пожалуйста, не выплевывай хвосты.

– А что мне их глотать что ли?!

– На салфеточку сложи.

– А… – разочарованно протянул котище.

– Итак господа путешественники, – Ян откинулся на спинку стула, – твой план, Пуфф, мы выполнили.

– Не совсем, еще горячее и десерт, – котище кивнул в сторону экрана, где демонстрировали гриль.

– А вот твой, Марк, пока нет. Правда, теперь у нас появились конкретные координаты цели и маршрут, так четко описанный нашим другом.

– Экспресс, перелет, пересадка – транзит, последний перелет и такси, – процитировал Марк.

– Ну, насчет такси на последнем этапе я сомневаюсь, а вот судя по устройству главного терминала и музейной экспозиции проблем быть не должно. Все так понятно устроено.

– А вот в этом лично я сильно сомневаюсь, – котище посмотрел через полупустой стакан на шефа.

Правый глаз Пуффа сквозь стекло принял весьма причудливую форму. Когда он моргнул, Яну показалось, что глаз трансформировался в бабочку, взмахнул крыльями и… Пуфф поставил кружку. Марк и Ян посмотрели друг на друга.

– Ты не шалил?

– Вы о чем? – не понял Котище.

– Будем считать – привиделось.

Далее креветки с пивом и хлебом исчезали в молчании. Как только блюдо освободилось, на барной стойке прозвучал сигнал. Еще через мгновение официант уже поставил суп на стол. Гости так же молча принялись за еду. Первым с супом справился Пуфф, поднял лапу, видимо, собираясь вытереть морду, но встретился взглядом с Марком, затем с Яном. При всей гнусности характера чутьем котище обладал отменным, лапа изменила направление, коготь ловко зацепил салфетку. Пуфф грациозно промокнул морду, вытер усы.

– А я что… Ничего. Мне кажется, нужно еще пиво и второе блюдо.

Марк и Ян опять молча кивнули.

– Официант, пожалуйста, повторите пиво и можно подавать основное блюдо, – произнес котище в воздух.

На экране телевизора гости увидели, как на стеклянную тумбу на фоне озера ставят большие тарелки. Затем повар в белом отошел в сторону.

Мелодичный звонок известил о прибытии горячего и официанта, вынырнувшего из темноты за барной стойкой. В руках у него был поднос с тремя бокалами пива. Защитный колпак вокруг тарелок растаял в воздухе, и по помещению растекся аромат гриля. Пуфф шумно проглотил слюну. Кулинарные изыски за пару минут с помощью гарсона переехали на стол. Порции оказались огромные.

– Готовить десерт? – осведомился официант.

– Бесспорно, – за всех ответил Пуфф.

– Ты все это съешь? – не выдержал Марк.

Котище проигнорировал замечание.

– Так. Две порции мороженого… Какое у вас есть?

– Любое.

– Тогда две маленьких порции по три шарика – пломбир, шоколадное, сливочное. Одну порцию – шесть шариков. Двойную. Все полить малиновым сиропом и посыпать шоколадной крошкой.

– Двенадцать?

– Пока шесть.

Гарсон кивнул и удалился.

– Не поплохеет?

– Десерт – святое. Тут туалет есть, вон там. Кушайте, пока есть где, пожалуйста. Или еще что-нибудь заказать? Например, кофе… Да, капучино три. Может, пирог?

Ян и Марк замотали головами.

– Ну и хорошо. Когда еще покушаем, – печальным голосом прогнусил котище, – завтрак от рыси там в пакетик не положат.

Марк проигнорировал намек. Горячее было поглощено. Принесли мороженое. Некоторое время гости смотрели на десерт, переводя взгляд с шариков на официанта.

– Вазочки и шарики рассчитаны на бегемота, – мрачно констатировал Ян.

– А вы не из «непроизносимое слово»? Тогда не ешьте все. Сейчас кофе принесу.

– Надо было брать три шарика, – вздохнул Пуфф, когда гости остались одни.

– А ты в туалет прогуляйся.

– Ну и прогуляюсь!

– Что думаешь, Марк?

– Воспитывать надо…

– Да не про Пуффа, он сейчас этот таз с мороженым умнет и будет готов к новым приключениям. Еще как решился нас тут оставить… Я про его глаз.

– Да, я видел. Согласен, нехорошее предчувствие.

– Может, выспросим?

– Не наврет?

– Я честный, – услышали они знакомый голос.

– Понимаешь ли, когда ты посмотрел на нас через бокал, твой глаз плавно трансформировался в бабочку…

– Это нас очень беспокоит, – Марк кивнул.

Пуфф потрогал лапой глаз.

– Вообще-то это должно беспокоить меня, – морда Пуффа приняла серьезное выражение. – Но я ничего не делал, а такое развитие событий пугает. Нужно заесть стресс сладким!

– Ты можешь быть серьезным?

– Ну… Ложка маловата. Счет вместе с кофе, пожалуйста, – произнес котище в воздух.

– Лопнем. Еще и кофе… – произнес Ян, изучая счет.

Лист бумаги формата А4 содержал не только текст на английском, но и картинки съеденного. Ян достал купюры, сличил знаки с символом в итоге, тяжело вздохнул, положил две по сто.

– Тяжело с незнакомой валютой…

– Прогуляйтесь, будет легче, – съехидничал Пуфф и показал язык, вымазанный мороженым разных цветов, – я послежу за сдачей.

Когда Марк и Ян вернулись, на счете уже лежала сдача, а миска с мороженым их пушистого друга была пуста. Котище допил кофе, вытер усы салфеткой.

– Все умял?!

Пуфф пожал плечами.

– Не много и было. Допивайте, поезд в терминал скоро. Опоздаем – до завтра ждать придется. Я у гарсона выспросил. Поворчите на меня уже в экспрессе. Чек фискальный, чаевые не приняты. В туалете были. Ну? – котище подпер толстые бока лапами, всем видом показывая, что не собирается ночевать в городе…

– Поел, а не подобрел, – усмехнулся Ян.


Глава 23. Субботний экспресс

Путешественники заняли места за столиком. Перрон за окном медленно поплыл назад. На наглой черной морде, венчавшей меховой пуф, занимавший почти два кресла напротив Яна и Марка, наконец образовалось довольное выражение.

– Уфф, успели. Теперь ворчите. Когда закончите, я расскажу вам, что и как мы будем делать, – морда Пуффа приняла хитрое выражение.

Марк посмотрел на нахала, потом на Яна…

– Таз с мороженым не помог, – констатировал тот.

– Да. Сколько волка ни корми… – согласился демон.

На морде отобразилась обида.

– Волк, это такое дикое животное… А я не животное и не дикое.

– Ну насчет последнего можно поспорить…

– Согласен, бывает, бывает, – миролюбиво констатировал Пуфф, сморщив нос.

Поезд выехал на равнину и набрал ход. Ян снял перчатки, размял кисти. Пуфф и Марк напряглись.

– Не, все нормально. Так, захотелось. От вас-то что скрывать. Выкладывай, ты же молчать не можешь.

Котище некоторое время внимательно смотрел на когти шефа, затем потер ухо, зачем-то потрогал свой хвост.

– Ничего с вами «так просто» не бывает. Ладно, оставим пока это, молчать правда не могу, язык чешется. Пока вы рассиживались в туалете, гарсон рассказал не только про расписание до терминала, хотя какое там расписание в субботу… Два поезда. Правда, как он выразился, нам повезло с транспортом далее, – котище извлек схему, похожую на музейную.

– Опять стащил?! – не выдержал Марк.

– Не перебивай. Расслабься, это бесплатно, – Пуфф перевернул листок, там действительно стоял чернильный штамп «безвозмездно», – в низкий сезон, когда psilocybe semilanceata спит, шатл «Чешуя» ходит только по субботам, один раз. Возить некого, а тихих глюкнувшихся без спецсредств, как и груз двести два, лучше отправлять без свидетелей.

– Бесплатно расслабиться или схема?

– Марк, а ты зануда. Схема.

– Хватит вам. Ну, первое, допустим, понятно, хотя если не сезон… Сходят с ума в любое время года. Груз «двести» – тела погибших в боевых действиях, а вот «двести два»?

– Он не пояснил. Может, ящики другие? Или тут своя терминология… Дайте договорить. Повезло с расписанием, и, как он выразился: сильно не повезло с пунктом назначения.

– Можно подумать, до этого был отель all inclusive на Багамах, – фыркнул Ян.

– Какой еще клюзив в панаме? – насторожился Пуфф.

– Все включено, а Багамы – место такое.

– И пиво?

– И пиво.

– Да… У нас было почти все… Кроме панамы, – философски протянул котище.

Поезд снизил скорость и въехал в здание терминала.

________

На минус пятом этаже среди полированной нержавейки царила пустота, если не считать автоматов по продаже билетов и десятка турникетов, за которыми царила темнота. Над турникетами медленно убывала зеленая линия.

– Опять уставились… Кошмар какой-то. Я, что, неясно сказал? Ходит только по субботам!

– Пуфф, мы еще даже не осмотрелись…

– Во что всматриваться? В отражения? – ворчал Пуфф, энергично подталкивая Марка и Яна к билетным автоматам.

– Там даже поезда нету!

– Света там нет, а не поезда. Так, аппаратик, ну?

Экран осветился и изобразил прямоугольник, похожий на игральную карту, стрелки справа, цифры внизу. Пуфф приложил лапу, прямоугольников стало три. Цифра утроилась.

– А прямой до кладбища?

– Пуфф! – Марк сердито посмотрел на оператора кассового аппарата.

– Будешь комментировать, поедешь через неделю и билет будешь сам выбирать!

В аппарате что-то одобрительно хрюкнуло, пониже билета появилась ярко-зеленая линия с кружками на конце и такая же серая следом. Пунктирный овал соединял концы линий.

– Прямого нет… Жаль, – котище погладил серую линию, она стала зеленой. Цифра увеличилась в два раза. Точпуд, супер.

– Наверное, точпад… – попытался поправить демон.

– Так, умный очень? А, кстати! Бизнес-класс тут есть? Ну, пожалуйста… Торшер там, кресла, чай, они даже в лифте с торшером ехали! Капризные… Vip…

Из аппарата выдвинулась камера и направила свое око на Яна.

– Действительно… Эксклюзив. Торшеров и чая нету, – сухо произнес билетный аппарат, и цифра на экране удвоилась.

У Яна сложилось впечатление, что толковый словарь необходим не только Пуффу. Тем временем котище почесал затылок, посмотрел на убывающую зеленую линию над турникетами.

– О. Вспомнил и обратно.

– С кладбища?! Зачем. Вывозить чужие останки запрещено, – произнес аппарат.

– А у нас страховка. Если его съедят, то как он получит? – прищурил один глаз Пуфф.

– Ага, причем с дополнительной услугой, – ехидно поддакнул Ян, – за спутников босса, закопанных в склепе, бонус. У нас расширенный пакет.

Марк поперхнулся.

– Но это дорога в один конец…

– Харон так же думал. И вообще, чужие нельзя, а свои? – Ян и Пуфф переглянулись.

– Никто не возвращался, поскольку кассы там нет, правда, Марк?

– Бесспорно. В поезд не сесть. Да и как покупать, если уже истлел?

Автомат натуженно заурчал, сумма опять удвоилась. На линиях появились стрелки в обе стороны.

– Вот и хорошо, – отметил Ян, помахивая картой перед экраном, – а скидка за туда-обратно?

Цифра уменьшилась на десять процентов.

– Но мы же не вернемся?! – фыркнул Пуфф.

Цена стала меньше еще процентов на двадцать.

– Базар какой-то, – проворчал демон.

Автомат ничего не ответил, поскольку Ян уже успел вставить платежный ключ и приложить лапу к экрану. Три пластиковых прямоугольника упали в лоток, а ключ на ладонь.

– Живо в поезд. Должны успеть, – скомандовал котище.

Как только билеты были активированы, темнота впереди рассеялась плавно включенным освещением. У обычного перрона стоял странный поезд, похожий на змею. Толстые, более десяти сантиметров пластины покрывали весь состав. Причем эти листы, где-то три метра на полтора, лежали, перекрывая друг друга, словно чешуйки, и крепились заклепками соответствующего размера. Круглая приплюснутая шляпка почти полметра в диаметре прижимала каждый лист. Часть перрона справа была отгорожена решеткой. Там, под приподнятой пластиной, в проеме двери поезда стоял субъект, похожий на Сильвестра Сталлоне, одетого в полицейские доспехи и буквально обвешанного оружием. Он курил.

– Ну и как нам? – обратился Пуфф в воздух.

– Vip, налево, – произнес приятный женский голос.

Чешуя раздвинулась, открыв широкую дверь из зеркального металла с гравированным кругом посредине. От прикосновения дверь зашипела и отъехала под броню.

Внутри оказался просторный салон, естественно, без окон. Над входной аркой светилась зеленая полоса.

– Присаживайтесь.

– Не нравится мне это, – произнес Марк.

– Ну, извини, торшеров тут нету, – парировал Пуфф, разваливаясь на диване, помолчал и добавил, – и блондинок в розовой униформе.

– А я ничего. Дорого только.

– Шеф, а скидка?! А бонусы?! Вы сядете, наконец?

Зеленая полоса замигала. Дверь закрылась. На табло полосу сменили желтые арабские цифры. Пошел обратный отсчет. Поезд плавно тронулся. Когда счетчик обнулился, поезд сильно тряхнуло, счетчик сменил цифры на красные и начал медленно считать в плюс. Освещение и, казалось, сам воздух в вагоне приобрели багровый оттенок.

– Мрачноватенько. Не романтичненько, – констатировал Пуфф.

– Да уж, какая тут романтика, – согласился Ян, – осмотр склепов вообще на любителя.

Марк помрачнел.

– Так, завязываем с хандрой… Объединяем мозговые усилия, – котище постучал себе по лбу, раздался звук пустого алюминиевого бидона, – я один не справлюсь. Что тебя беспокоит?

– Ну, уж не отсутствие торшера точно. Понимаете, пусть не сезон, но решетки, наемник… Билет этот в одну сторону…

– Почему наемник? У него нашивки были, – возразил Ян.

– И что?

– Мне кажется, это представитель власти… Может, пошарить в иных слоях реальности?

– А вот этого делать не стоит, – неожиданно строго произнес Пуфф, – соглашусь с мнительным Марком, но прощупывать представителя власти плохая идея, лучше просто спросить, если потребуется. Кстати, шеф, судя по виду поезда, нам лучше просто доехать. Я понимаю, что разгромить вы можете все что угодно, но здесь это плохая идея. Пока мы культурные туристы, полный воспитанный VIP!

– И от кого мы это слышим!? – хором выдали Ян и Марк.

– Ожили. Блин, – котище сморщил нос, – но бдительность и еще раз бдительность. Храним инкогнито!

– Что за выражения?!

– Вкусное выпечное изделие, а не выражение!

– Пуфф, ты наша…

– Любимая гадость, тьфу, радость! – нисколько не смущаясь, ответил котище Марку.

– Ладно тебе, любимая «гадость», – усмехнулся Ян, – к делу, великий стратег. Вариантов у нас немного, и давайте попробуем разобраться, что нас всех беспокоит.

– Любимая… – протянул Пуфф, – это, пожалуй, к розовым блондинкам ближе будет или рысь там…

– А ты язва.

– Что есть, то есть, – котище пожал плечами, осматриваясь, – вариант, собственно, один: пересесть в другой экспресс. Марк…

– Именно это, а вы? Босс?

– Согласен. Надо будет в незнакомом терминале отыскать пункт отправления, – Ян кивнул и заглянул под кресло.

– Мы же там никогда не были, – демон тоже заглянул под кресло, – а спросить не у кого… Как и подправить направление…

Котище приложил вытянутый коготь к носу.

– Интересно, кто же ведет поезд, выбирая направление? – нашелся Марк.

– Может, тот военный?

– Не, это, скорее, охрана для нас, для VIP пассажиров.

________

Бдительность хорошая вещь, но вовремя… В данной ситуации это не имело никакого значения по двум обстоятельствам. Первое, даже сам Яма не смог бы подслушать слова, произнесенные в чешуйчатом экспрессе в момент провала в мир грез, а второе – след троицы был потерян, и Дандо все еще вычислял, куда делись путешественники, совмещая опознанные вектора движения и строя многомерную модель среды с главной целью в центре. Ошибались каждый в своем. Заблуждения одних лишь смешили пирамиду предсказаний, ошибки других меняли мир.

________

Поезд сильно тряхнуло, потом еще раз, еще, словно грузовик, въехавший в яму на дороге. Багровое освещение сменилось нормальным, на табло пошел желтый отсчет.

– Причаливаем, если это выражение уместно по отношению к поезду, – констатировал Марк.

Меньше чем через минуту желтые цифры обнулились и погасли, сменившись зеленой полосой.

– Прибыли.

Послышалось шипение, и дверь открылась.

– Идемте, мы сделали свой выбор, – мрачно и торжественно произнес Пуфф.

Поезд стоял, висел или скорее располагался вдоль перрона из красных гранитных плит под кирпичным сводом. Броня приподнялась только в двух местах: там, где вышли путешественники, и там, где на посадке стоял охранник. Все остальные чешуйки защиты были плотно прижаты. Яну показалось, что на панцире поезда добавилось свежих царапин и выколотых кусков.

Из проема появился мужчина, куривший на перроне при отправлении поезда. Оружие, похожее на автомат Калашникова, было в руках. Он осмотрелся и коснулся шлема рукой. Выдвинулись толстые зеркальные пластины и закрыли лицо, словно забрало средневекового рыцаря.

– Не подскажет ли любезный, пока вы здесь, как нам пересесть на следующий поезд, – произнес котище, переместившись к охраннику в своей манере перетекать и протягивая билет.

От неожиданности мужчина сделал шаг назад, затем мельком глянул на билет, покачал головой.

– Во… билет через психушку на кладбище в склеп и еще и обратно!?

– Слово после «во», еще одна пересадка? – Пуфф без тени иронии в голосе смотрел на мужчину.

– Пуфф, прекрати, – крикнул Ян.

– Скорее, конечная станция. Все нормально. Редкий случай. Ждите нас, груз небольшой, это недолго. Никуда не уходите. Извините – сначала служба.

– Но тогда она должна быть в конце маршрута… – Пуфф задумался, кивнул и вразвалочку потопал к спутникам.

– Выводи! Все нормально, это туристы! – прокричал охранник внутрь вагона.

– Пуфф, это не станция, а русское ругательство, речь же на диалекте долины, где я жил последний год на Земле, – пояснил Ян, – это совсем другой язык, обычная земная речь, интересно…

Из проема появилась странная цепь из пяти личностей гуманоидного типа с мешками на головах, похожими на бумажные пакеты из супермаркета. По поверхности этих чехлов ползали огненные светящиеся символы, походившее на руны. Все пленники были в наручниках, кисти скрыты чехлами поменьше из того же материала, что и мешки на головах. Наручники пристегивались к плетеному тросу короткой цепью, раскаленной до алого цвета. Узников сопровождали еще два охранника. Процессия направилась в проход, перпендикулярный платформе. Весь тоннель был облицован красным кирпичом. На гладком сером полу нанесена белая разметка, как на автотрассе. Линии обрывались у первой конструкции, перегораживающей тоннель, а светильники в полу продолжались далеко вглубь.


Переход в зону «202»


– Ну? – нарушил молчание Марк.

– Подождем, может, подскажут, как пройти.

– А там что?

Конвоиры подошли к конструкции в глубине коридора. Один пристегнулся к тросу с узниками и пролез в центральный овал.

– Zero. Полный ноль два раза… а вот оно – «двести два»!.. – произнес Ян.

– Понятненько, обнуляют, – отозвался Пуфф.

– Мне ничего не понятно… – начал Марк.

Но тут конвоиры втащили за овал первого пленника и перекусили огромными щипцами светящуюся цепь. Между конструкциями возник белый туман, внутри блеснула фотовспышка, высветив ближнюю раму, похожую на число «202», туман исчез, оставив после себя только охранника. Действо повторилось еще четыре раза. Когда последняя вспышка угасла, двое конвоиров перетянули за трос третьего обратно в тоннель, отстегнули и аккуратно смотали трос. Потом встали треугольником, друг напротив друга и ударили ладонями, подняв руки вверх, видимо, в знак успешного завершения операции. Еще через минуту охранники стояли около троицы, открыв лица.

– Можно говорить как вам удобно, мы поймем, – произнес Ян.

– Да уж догадались, не те вы, – усмехнулся тот, к которому подошел Пуфф.

– Мы просто путешествуем по следам Изиды, хотим спросить, где тут переход на другой перрон, этот коридор туда… – попытался выяснить Марк.

– Покажем, но сначала вопрос: откуда моя родная речь вам знакома?!

– У меня в той долине был дом. Наверное, есть и сейчас… Впрочем, и ругательства хорошо знакомы, – усмехнулся Ян, разводя руками.

Перчатки снова исчезли. Пуфф насторожился, следя за синими когтями.

– Это все предки, они оттуда… А детство и юность прошли в этот городке, соответственно и особенный диалект. Дом на склоне… Развалины святилища в горах. Легенды, но никто не видел, – охранник смотрел в глаза Яна.

– Я жил в нем, но в какое время… – Ян щелкнул пальцами, – Пуфф, все нормально.

– Вернуться не пробовал? – спросил Марк.

– Я наемник. Здесь платят лучше, хотя и работа, мягко говоря, непростая…

– Но как на службу сюда?! Мы продирались по следам сестры столько времени, – не выдержал Марк.

– Вернуться в смерть… Вербовщики на поле боя… не отказаться. Вытаскивают перед концом. Когда время становится липким и тянется как резина, события растягиваются, видишь, как медленно приближается мина и понимаешь, что конец… Становишься более сговорчивым.

Охранники кивнули.

– Тут служишь местной власти… Платят нормально. Экипировка хорошая. А вы в кроссовках и рубашках туда? Хотя разубеждать вас бестолку, эх, туристы… Ладно б обкурились, а в здравом уме? Билет обратный я вообще первый раз вижу. Ладно, если есть билет, значит, должен быть и поезд.

– Нам очень нужно посмотреть, – надул щеки котище.

– Парни, чем-то помочь можем?

Один из наемников протянул трос.

– Точно, держите парни веревку… может поможет до платформы добраться и не растерять друг друга. Обернете вокруг талии и карабин.

Пуфф тут же примерил. Трос на месте талии превратился в ремень и аккуратным мотком повис на боку.

– Вот и ладненько. Пошли. Рассказывать бесполезно. В музее были?

– Да, – кивнул Марк.

– Все гораздо хуже.

От перрона отходили одинаковые тоннели, повторявшие первый, но без конструкции двести два.

– Вот и переход. Метров тридцать и потом начнется… Пристегнитесь и удачи.


Глава 24. Троецарствие. Сюрреализм

Идея пристегнуться друг к другу этим удивительным мягким тросом, похожим на нержавеющий, только из очень тонких нитей, которые могли удержать грузовик, для прохода по переходу между станциями показалась Яну ненормальной. Шеф вопросительно посмотрел на Пуффа. Котище, подпоясанный страховочным поясом электрика и с тросом на боку, стоял, уперев лапы в бока, перекрывая проход. Выглядел он весьма комично. Но как только Ян взглянул в глаза своего любимца, у него похолодела спина.

– Босс и страж, мы дойдем все вместе, как бы ни развивался ландшафт, я чувствую, так что быстро подошли и подчинились.

Наемники на платформе одобрительно закивали. Дело начинало напоминать историю с музеем. Ян и Марк переглянулись и приподняли руки, давая котищу возможность закрепить трос.

– Вперед, – произнес Пуфф.

– Good luck! – донеслось с платформы.

Троица двинулись по тоннелю. Ян тут же ощутил, что они перемещаются непропорционально шага и обернулся, охранники уже были едва видны.

– Хорошо еще связались.

– Ну, а бухтели еще… – довольным голосом проворчал Пуфф.

Тем временем, буквально за несколько шагов входная арка тоннеля превратилась в точку у горизонта. Переход буквально выплюнул путешественников, сжался в мышиную нору, которую затянуло песком. Темно-коричневым песком.

Вокруг лежала песчаная выветренная равнина темно-коричневого цвета с желтыми проплешинами, слева пейзаж разнообразило низкое прямоугольное гладкое плато с тремя деревьями, похожими на оливы, но без листьев. Далеко впереди блестела водная гладь, в ней отражался желтоватый мыс, в форме которого было что-то от олив. Вершины холмов, как и линию горизонта, укрывала дымка. За плато, у воды лежало еще одно прямоугольное образование с голубой поверхностью, дальний край которого растворялся в дымке, сливаясь с водной гладью. Небо было сочного сине-фиолетового цвета, плавно перетекающего в дымку у горизонта. Ян обернулся, за спиной лежала такая же пустыня без архитектурных излишеств. Шелестел песок. Какое-то неестественное солнце черного цвета с белой короной, как в момент затмения, освещало театр абсурда, не давая теней.

– Ну и где тут перрон? – озадаченно спросил Марк.

Ветер зашевелил песок впереди, из него не то возникло, не то открылось нечто более всего похожее на большую, метров пять на три льняную белоснежную скатерть, наброшенную на округлые песчаные кочки.

– А над перроном должны быть часы, – согласился Пуфф.

В ответ над вытянутой веткой сухой оливы появилось круглое образование, сильно похожее на толстый серый блин. Оно плавно опустилось, перевесившись через сук, словно эластичный резиновый коврик. У коврика появился хромированный кант, прозрачное стекло, под ним циферблат и стрелки. К шуму ветра добавился звук тикающих часов. Секундная стрелка этого гибкого ужаса двигалась в четком ритме. Ян строго посмотрел на Пуффа. Котище отрицательно замотал головой.

Видимо, из-за секундной стрелки один край часов перевесил, и они стекли с ветки, громко шлепнувшись на ровную поверхность под деревом. Далее словно плато было сильно наклонено, это жидкое чудо потекло к краю, согнулось на углу и оказалось на песке. Часы замерли.

– Принюхивается, – констатировал демон.

Рука Яна в перчатке инстинктивно сжалась, попутчики, заметив это, замотали головами. Тем временем часы определились с направлением и потекли, повторяя рельеф, в сторону белой скатерти. Теперь казалось, что это тонкое белое покрывало наброшено на нечто напоминающее симметричную лошадь без головы, глубоко увязшую в песке. Два крупа под тонкой попоной, спадавшей длинными фалдами на коричневый песок. Часы добрались до покрывала и заползли на середину, там, где, вероятно, должно быть седло. Стрелки продолжали идти.

– Какие пластичные, – восхитился Пуфф.

– А спросить не у кого, – вздохнул Ян.

Тут же на левом крупе нарисовалось веко. Оно выпустило ресницы и заморгало. Глаз был без зрачка и черный. Неожиданно зазвонил будильник на месте седла. Белое чудо с одним глазом взмахнуло покрывалом, поднялось в воздух и взяло курс к морю, быстро растаяв в небе.

– Заметьте, мы еще шагу не успели ступить, – мрачно резюмировал Марк.

– Интересная лошадь, однако. Летает. В музее картина отличалась, – согласился Ян.

– Хорошо еще я за вами бдю, блюдю или следю. Нет, последнее это вроде как шпионю, а я если и шпионю, то в вашу пользу. Запутался, – морда Пуффа приняла озадаченное выражение.

– Ян, может, это…

– Только не надо ни во что палить! – попросил Пуфф.

– Нет, я имел ввиду тонкий мир…

Ян попробовал прикрыть глаза и настроиться, но тут же бросил эту затею.

– Похоже на фейерверк внутри железной бочки. Полный кавардак.

– Такие бочки бывают?

– Пуфф, двойная попа коня с глазом и текущие куда-то часы тебя не смущают?

– Не – а… Меня смущает отсутствие платформы. Идеи есть?!

– Может, это плато с оливами и зреющими часами?

– Нет, Ян. Слишком просто. Тогда поезд – попа коня? Психушка какая-то, – возразил Марк, наблюдая, как из песка рождается новая скатерть.

– Почему, часы же ходят нормально?! – не согласился котище.

Словно иллюстрируя сказанное, у часов, созревших на соседнем дереве, набухла почка, быстро выросла в огромную куриную ногу без кожи белесого цвета, как в супе. Мышцы начали сокращаться, демонстрируя свою полную функциональность, объект соскользнул с ветки, весело попрыгал вслед за улетевшими крупами лошади, при этом часы волнообразно колебались при толчках.

– Тогда и нам к морю. Куда еще-то? – предложил Пуфф.

Он едва не наступил на белый край молодой скатерти и пропал. Трос натянулся и сильно дернул Яна, а тот, в свою очередь, Марка. «Эффект тоннеля», – успел подумать Ян, прежде чем троица оказалась на новом месте, на берегу бухты из прошлого кадра, прямо перед странным домом, точнее, фасадной стеной, сделанной из материала более всего похожего на дырчатый сыр. Эти большие полости делали стену какой-то нереальной. Прибывший следом Марк не дал задуматься, налетев на шефа, а тот на Пуффа. Вся компания, словно шары для бильярда, ввалилась в дверной проем. Задев рукой стену, Ян ощутил сходство с мягкой резиной.

В огромной, тонувшей во мраке комнате стоял открытый рояль. Свет давали шесть небольших трехмерных фантомов голов вождя мирового пролетариата, висевших в ряд над клавиатурой, каждая в облаке сияния, словно лампа в густом тумане.

Троица наконец замерла, погасив кинетический импульс.

Перед роялем, на черном кубе сидел человек в одеянии католического священника. Правая рука опиралась на спинку стула. На сиденье лежали яблоки, одно надкушено. Лицо было какое-то гладкое, безликое и без индивидуальности. Глаза закрыты.

– Вождь грибами кажется не баловался, – озадаченно произнес Марк.

– А яблочками молодильными? – уточнил Пуфф, – попробую?

– Лучше не надо.

Человек взмахнул рукой, фантомы задвигались, клавиши ожили в такт, и зазвучала мелодия, в которой явственно угадывались слова: «Весь мир насилья мы разрушим до основания, а затем, мы наш, мы новый мир построим, кто был ничем, тот станет всем».

– Звучит весьма двусмысленно, частичное помрачнение, – резюмировал Ян.

– Какое «частичное», – возмутился Марк, – полное.

Музыка зазвучала громче, рояль начал расти, надвигаясь на гостей.

– А между прочим, игра вслепую, он глаз так и не открыл! – отметил Пуфф.

– А круп открыл и улетел, и что? – возразил демон.

– Валить надо, а то рояль нас сожрет, или мне придется…

– Ага, уже чувствую, отдача будет такая, что летать нам по этим весям до скончания века… начал Пуфф.

– Береги хвост! – успел крикнуть Ян, хватая Пуффа, прежде чем маленький рояль, подкравшийся из темноты, прихватил крышкой хвост.

– Ах, так, играть вздумали, сейчас я вас настрою, – зашипел котище, прыгая в большой рояль.

К сожалению, он забыл про подарок солдат удачи, да и инструмент оказался проворнее и захлопнул крышку. Трос, идущий от Яна в недра инструмента, натянулся, и босс отправился вслед за Пуффом, лишь успев скинуть перчатки и открыть крышку по дороге, воткнув когти в тело рояля. Раздался жуткий вопль, и пасть инструмента осталась открытой.

– А вы как думали, – ехидно проворчал демон, отправляясь на тросе в музыкальную шкатулку вслед за боссом.

________

– Мягко. Пушисто.

– Кому как. Ну, расселись!

– Если выберемся – трос с подарком вернем, сможешь? – спросил Ян.

– Если не раздавите и выберемся, смогу, – без тени иронии отозвался котище, – повадились приземляться сверху! За тросом такой след, что смогу по треку один раз отправить.

– Конечно, след. А кто первый рванул?

– Ну, забыл про трос, бывает, нахамили же? – уже миролюбиво отозвался Пуфф, – ну слезайте же!

Котище встал и отряхнулся.

– Ну и же… или жо?

– Жесть, – согласился демон, поправляя одежду.

– А что вы на меня-то, оба смотрите? – парировал Ян.

Троица оказалась на полукруглом возвышении, лицом в сторону декораций. За спиной поднимались зрительские ряды из серо-голубого камня в стиле древнегреческого амфитеатра, впереди сцена. Вперед уходили два ряда женских статуй в длинных спадающих плащах, и хотя позы немного отличались, каждая одной рукой прикрывала лицо, а вторая рука, непропорционально искаженная, тянулась к зрителю ладонью вверх. Статуи размещались на прямоугольных постаментах. На некоторых основаниях сидели изваяния голых мужских тел. Тела, послужившие моделями, видимо хорошо тренировались, но развитие мышц произошло не пропорционально, что придавало объектам комичный и ужасный вид одновременно. Каменные львы, скорее, походившие на пуделей, опирались на свои шары, сторожа покой статуй. А в центре сцены, прямо перед путешественниками спиной стояло тугое обнаженное женское тело, но без головы. Продолжением шеи являлось кучевое, вытянутое вверх облако, почти с тело. Внутри воздушного образования то и дело возникали и рассыпались разные образы, вспыхивал свет.

– Ну да, – наконец нарушил молчание Марк, – тебе больше другие нравятся…

– А будешь злорадствовать, поедешь в простом вагоне без торшера! – огрызнулся Ян.

– Ага, – Пуфф незамедлительно продемонстрировал демону язык.

Тело повернулось к зрителям. Спереди его прикрывала длинная шелковая тога до пола. В процессе поворота облачный клуб мыслей и эмоций этого странного существа преобразовался в непропорционально большую женскую голову, впрочем, «облако мыслей» никуда не делось. Оно стало меньше и теперь венчало голову как подобие вспучившегося воздушного шара. Особа подняла ресницы.

– Гала что ли… – произнес образованный демон.

– «В игре в темную» выглядит примерно так, – согласился Ян.

– Ну, мальчики… Сыграем?

От фигуры в сторону статуй проявилась странная тень, больше напоминавшая битумную кляксу.

– Мы не актеры. Нам нужно на поезд, – произнес Пуфф.

– Здесь нет поездов. Только игра, игра самого высшего уровня. Игра, где ставка жизнь, игра в темную.

На ладонях всех статуй появились игральные кости.

– А может, вы предпочитаете карты?

– Мы не играем в азартные игры. Нам нужен поезд на кладбище.

– Зачем поезд?! Ставка, и вы там. В смысле здесь, – и Гала указала на ряды статуй.

Марк и Пуфф посмотрели на шефа, вопреки их ожиданиям Ян оставался совершенно спокоен. В его голове уже пронеслись все варианты развития событий. Но ни один не вел к пересадочному узлу.

– Я думаю, битье статуй вряд ли откроет переход, как и отрывание головы хозяйки, – вздохнул Ян.

– Да и психушку могут посетить санитары, – согласился Марк, – они не покажут дороги к пересадке, даже если мы с ними справимся.

Тем временем сцена сменила цветовое оформление на серое осеннее. Только в облаке мыслей хозяйки остались цветные картины. Камень статуй стал больше напоминать ракушечник, изъеденный временем. Старый парк дома скорби, откуда нет выхода.

– Вы, верно, догадались. Так скрасим время игрой?

– И каковы ставки?

– Проиграете – украсите парк. Угадаете половину…

– Покажешь, где станция, – перебил Пуфф, демонстрируя билет.

– Всего-то, хорошо.

– Проба? – поинтересовался Ян.

– Хорошо. Закрой глаза и прикрой рукой. Я брошу кости для тренировки три раза.

Перед «Галой» появилась парящая прозрачная столешница. Перчатка с лапы Яна пропала. Переливающаяся чешуйчатая лапа с синими когтями прикрыла опущенные веки. Пуфф едва заметно ухмыльнулся, а Марк изобразил крайнее волнение. Ян сосредоточился. Как ни странно, в таком положении обстановка в иной плоскости этого сумасшедшего места была несколько легче. Он увидел среди буйства красок образование, похожее на одуванчик, со множеством листьев, прямо перед «растением» лежала плоская квадратная доска. На одном из листьев возникли кости. В ином мире они выглядели как прозрачные каркасы со светящимися точками очков.

Хозяйка сада грусти бросила кости на стол. Ян увидел как падают, поворачиваясь, каркасы и наконец останавливаются. Ярко высветились «два» и «три».

– Ну, угадывай.

– Два, три, – Ян убрал лапу, картина иной плоскости мира соответствовала видимой реальности.

– Молодец. Еще два пробных и игра!

Теперь кости легли в комбинацию «один», «четыре». Яну показалось, что в недрах его сознания шевельнулся старый знакомый из черного камня в перстне, что по-прежнему был на пальце. Словно из темного омута камня, из глубины сознания прозвучал голос Локи: «Наври, притупи ее бдительность, не пожалеешь». Голос растаял, а мысль осталась.

– Четыре, шесть.

– Почти, почти угадал, – оживилось отражение Галы, – еще разок и начнем.

Ян «видел», как катятся по столу кости, меняя верхнюю грань, а за одним кубиком тянется тонкая нить словно из бусинок к одному из листов конструкции в виде одуванчика в иной плоскости мира…

Выпало «шесть» и «один».

– Шесть, один.

Нить натянулась, повернув кубик на «два». «Ах ты, дрянь!» – подумал Ян и открыл глаза. Кости лежали в положении «шесть» и «два».

– Босс, мы так станем скульптурами в парке…

– Не станем, – жестко произнес Ян и добавил, – да, бог огня, тебя нам не хватает. Погуляли б, позабавились. Любил ты когда я вне себя…

– А мы не очень. Он, наверное, просто не рыл окопов.

– Перстень не мог этого делать, хотя и ему доставалось…

– Ну, играем? – прервала диалог хозяйка парка.

– Три броска?

– Да. Угадай два из трех.

Сцена окончательно превратилась в осенний парк у полузаброшенного дома скорби, под низким темным небом. От центральной площади в разные стороны расходились аллеи, обозначенные скульптурами в одном стиле, хотя и отличающимися друг от друга – квадратное основание, женская статуя с протянутой рукой, сидящий мужчина у ног и сторож… Ракушечник уже обветшал. Деревья разной высоты тянули голые ветви к небу. Не было только воды, мертво и сухо. Черные тени, напоминавшие плоские щупальца, тянулись вглубь парка от хозяйки казино.

Первый бросок Ян угадал, на втором Гала все же успела перевернуть кубик. На третьей попытке выпало «шесть», «шесть». Нить управления натянулась, и Ян, недолго думая, прижал ладонью кубики к столешнице и тут же почувствовал, как завертелся один, не в силах перевернуться. Тогда Ян воткнул когти второй лапы в стол, пригвоздив связь и одновременно вдавив кости в стекло.

Марк и Пуфф увидели, как лицо хозяйки театра посинело, и его исказила жуткая гримаса.

– Шесть и шесть, произнес Ян, открывая глаза.

На растрескавшемся стекле лежали кости с названной комбинацией, синие когти глубоко вошли в поверхность стола. Тело Галы извивалось, словно по нему пропустили электрический ток.

– Закрепили результат!

Марк выхватил меч и нанес удар между столом и Галой, а Пуфф молниеносно подпоясал ее тросом и защелкнул карабин.

– Угадал?

– Ты выиграл, – прошипела хозяйка сада, – отпусти…

Ян оттолкнул стол. Гала завертелась на месте, демонстрируя то голую спину, то едва прикрытую половиной тоги переднюю часть, но трос был для того и создан…

– Стоять, пока не поздно! – рявкнул Пуфф.

Только жезл уже уютно лег в лапу, и голова ближайшего пуделе-льва разлетелась мелкой шрапнелью, ранив крошкой другие статуи. Гала замерла спиной к троице.

– Он любит другой стиль, если ты не выполнишь условия игры, мы порезвимся в казино, – вежливо пояснил Пуфф.

– Давно я тебя, Ян, не катал, – вздохнул Марк, – а поскольку не бегать за монстром я обещал той красотке из пограничного контроля в городе, следовательно…

– Здесь ты можешь оттянуться, – улыбнулся Пуфф улыбкой чеширского кота, – другой административный округ, вот только…

– Что тебя смущает? – изобразил удивление Ян.

– Ну ладно я, на этом тросе, – котище дернул страховочный фал так, что Гала чуть не упала, – буду болтаться как воздушный шарик на шнурке за бегемотом, весело прыгающим по огороду, а вот она будет волочиться и побьет всю садовую пластику…

– Я так не смогу, – развел руками Марк, – бегемот очень маленький, а я и в амфитеатр не влезу…

Хозяйка, наконец, осознала, что шутка тут только про то, что бегемот маленький, а вот остальное – суровая правда игры не по ее правилам.

– Что вы хотите!?

– У вас здесь все такие: отличаются умом и сообразительностью?! – возмутился Ян, – ну да, забыл…

– Совершенно верно, шеф, в психушке нужно все уточнять, – продолжил Пуфф.

– Короче, – демон потянул из неведомо откуда возникших ножен меч, – или у тебя восстанавливается острота ума, или твоя голова и тело поедут в разные палаты. Я ясно изложил?

– Откуда отходит поезд, – котище снова показал билет, – проводи нас на станцию!

– Ах, у вас билет…

– Так, даже не знаю, что хуже – играть с ней в кости или разговаривать!

– А, вам нужна станция, но она преждевременно окостенела!

– Придется ее убить, – подытожил обычно миролюбивый Марк.

– Хотя, если билет продали… Значит, работает, – произнесла Гала и подпрыгнула вверх.

________

Низкое небо рухнуло вниз, путешественники всплыли в новой декорации. Гала стала другой, хорошо сложенная женщина чертами лица походила на особу из сада скорби, но никаких витающих мыслей…

– Другая палата, другие пациенты, – вырвалось у Марка.

– Больше по теме «станция» я не знаю, – развела руками проводница.

Ян почувствовал, что это правда.

– Пуфф, отпусти ее.

Котище отстегнул карабин. Ничего не изменилось.

– Вы так вот куда хотите?!

– Ну не «так вот», а по билетам, – строго поправил Пуфф, – путешествуем, здесь транзитом.

– И вы купили билет через все это? – последнее почему-то удивило Галу больше всего.

– Ну да, в автомате.

– Ничего не понимаю, – произнесла проводница и нарисовала рукой, как указкой, прямоугольник.

Прямоугольник открылся, словно дверь в стене. За ней просматривалась сцена и разбитый пуделе-лев. Гала шагнула в свой мир, и дверь закрылась.

– Будем надеяться, что картинная галерея завершится здесь, – подытожил Ян, осматриваясь.

– Да уж, сколько тут таких «Гал» ходит, одна лучше другой, – согласился Марк.

– Я бы сказал – Галл, от галлюциногенных грибов. Причем все это растет, где придется, как в головах, так и в мирах. Во как, философ, – похвалил себя Пуфф.

Троица стояла у желто-белого куба, под вокзальными часами. Часы немного промялись, в стиле ползающих циферблатов. На боку висел шнурок как на торшере. Вокруг простиралась гладкая равнина, горный массив фиолетового цвета справа, очень далеко. Вперед, теряясь в легкой дымке, уходила прямоугольная траншея с рельсами без шпал. Слева, в стороне массив зданий в стиле станционного куба без окон. Низкое солнце за зданиями отбрасывало ломаные тени. Яну показалось, что на станции еще кто-то есть, он протер глаза тыльной стороной лапы. Под часами стоял босой стройный мужчина в короткой тунике. Рельефная мускулатура в стиле комиксов роднила субъекта с изображениями древних греков на вазах. Лица у него не было, слегка вьющиеся волосы росли по всей голове, спадали на плечо, далее до самого колена.

– И не спросишь, – констатировал Пуфф, снова извлекая билет и разглядывая, – может, мы зря переплатили?

– А если позвонить? – предложил Ян.

В лапах у котищи появился телефонный аппарат в стиле середины двадцатого века. Из корпуса аппарата свисал обрывок провода. Пуфф снял трубку.

– Алле, барышня? Не алле.

– Да нет, в часы, – Ян дернул шнурок.

Циферблат вокзальных часов заколебался, словно желатиновое желе на тарелке. Мужчина прислушался, попытался откинуть волосы назад.

– И с какой стороны ему билет демонстрировать, – озадаченно спросил котище, – ведьма хоть лицо имела.

Словно в ответ, переставшие трястись часы повернулись циферблатом к путешественникам. Секундная стрелка на них продолжала двигаться, исправно повторяя причуды формы. Пуфф показал билет часам.

– Когда будет поезд?

Безликий кивнул. Часы также изогнулись пополам, изобразив кивок. Раздался звук автомобильного клаксона, и по рельсам подкатил кадиллак образца первой половины двадцатого века на спущенных колесах. На заднем сиденье разместился скелет в шляпе, внутри салона шел дождь.

– Дождливое такси, будь оно неладно, – возмутился Марк.

– Так, срюалист, – Пуфф свел брови, – я брал билет по высшему классу! У нас полный вип! А ты мне, срюмалист, что рисуешь?

Часы и господин без лица повернулись к кадиллаку, из дверей которого уже сочилась вода. Котище подошел ближе к машине, распахнул заднюю дверь и ловко отпрыгнул от вылившейся воды.

– Сыро, у туалета, в общем вагоне?! Да еще этого подсадили, – Пуфф захлопнул дверь и решительно направился к часам, – сейчас я тебе патлы повыдеру, и ты все увидишь сам!

Часы и безликий снова кивнули. Дождливое такси задним ходом отбыло, на его место подкатил зеленый кадиллак 1928 года выпуска.

– Уже лучше, – констатировал Пуфф, скривился, – старье, конечно.

– Это такой же как у гангстера Аль Капоне, раритет, – вступился Марк.

– Хорошо колеса не спущены, – фыркнул котище, – а как она по рельсам поедет?

– Ты не прав. Эта машина с историей… На ней даже Рузвельта одно время возили, другой бронированной не было. Очень хорошая машина своего времени.

– В истории мы и без нее попадаем… Впрочем, другого эксклюзива кроме как транспорта этого жулика все равно нет?

Что конкретно имела в виду эта темная пушистая личность, осталось тайной, но часы и безликий изобразили отрицание.

– Ну, хорошо, а как насчет рельс? – смирился котище.

Рельсы приняли форму желобов, в которых умещались колеса кадиллака.

– Уже лучше. Рулить не надо. А то нам всем на переднем сиденье не поместиться, – и Пуфф потрогал трос, – надеюсь, желающих отстегнуться нет?

Ян и Марк изобразили последний жест часов и безликого.

– А то там вон ходят, – котище указал лапой в сторону гор.

По пустыне действительно бродили человеческие силуэты, но далеко.

– Безбилетники. А нам всем придется ехать на заднем сиденье и без торшера, – произнес Марк.

Пуфф распахнул дверь автомобиля. На этот раз в салоне было сухо и уютно. Троица забралась внутрь. Кадиллак издал тепловозный гудок. Рычаги управления задвигались. Ручной тормоз, сцепление, первая передача, вторая, третья, – часы и безликий растаяли в зеркале заднего вида. Картина приобрела статичность. Ощущение, что автомобиль движется, осталось, а пейзаж больше не менялся.

– Мы вообще едем? – поинтересовался Ян.

– Наверное, ждем контролера, – предположил Марк.

После этого замечания на переднем сиденье материализовался толстоватый тип итальянской внешности с очаровательной улыбкой.

– Ну, – произнес он, вытягивая «у» в протяжное «ю».

– Колеса гню, – огрызнулся пушистый толстяк, – и продемонстрировал свою улыбку.

– Контроль билетов… Для дальнейшего движения в сторону кладбища необходимо предъявить проездные документы, – сухо произнес итальянец.

– Пожалуйста, – Пуфф веером, как карты, протянул три билета.

Ян и Марк переглянулись и потрогали карманы.

– О, блин. Такого не видел еще. Станцию нашли, проезд оплатили, причем «транзитом на кладбище». Да, вам не в психушку… вам в морг, не в склеп! Нет, в хранилище… Хм… Еще и обратно, из склепа?! После вскрытия и кремации еще банкет. Люкс, вип, это как? Резьбы на саркофаге больше что ли? Да.

– Пуфф, ты что-нибудь понимаешь? – спросил Ян.

– Кроме того, что контролер не может определиться – ничего.

– Да, парни, – поднял глаза от билетов итальянец, – едете вы…

– Осматривать достопримечательности, – перебил котище.

– Ну, вам видней, – произнес итальянец, стукнул кулаком по приборной панели.

Из нее выдвинулось устройство, похожее на тостер, только тоньше. Контролер вставил туда билеты и пропал.

– Что теперь? – подал голос демон.

Двигатель кадиллака начал набирать обороты.

– На взлет пошли, – съязвил Ян.

Мотор истошно взвыл. Пуфф проверил карабины на талиях путешественников.

– А что вы хотели? Грибной сюрреализм, а может, сюрреалистическая психорезервация или профанация, просто психушка?

Вопрос Пуффа остался без ответа. Неподвижный до этого пейзаж надвинулся на путешественников, горизонт буквально упал на кадиллак, и легендарный автомобиль растаял в воздухе.


Глава 25. Троецарствие. Паутина

Ян инстинктивно зажмурил глаза. Сферический кокон с путешественниками падал навстречу бесконечной концентрической сети. Скорость сближения уменьшалась и, наконец, паутина приняла груз.

– С тобой все в порядке?

– Да, – Ян открыл глаза.

Они сидели в каменном ящике. Впереди зиял черный зев пещеры, по размерам немного меньше ящика, если его поставить вертикально.

– Тогда быстро вылезли! – скомандовал Пуфф, отстегивая карабины.

Путешественники выбрались на площадку.

– А билеты? – поинтересовался котище, сматывая веревку.

Ян взял карточки, лежавшие у передней стенки. Как только он отошел от каменной тыквы, в которую превратилась карета, ящик встал вертикально. Снаружи он оказался крышкой саркофага, богато украшенной резьбой.

– По спецзаказу, – съязвил Пуфф.

Тем временем, не меняя положения, крышка зависла в воздухе, на пару метров отлетела назад и с силой стукнулся о края пещеры. Послышался звук падающего куда-то мусора. Каменное надгробие развернулось горизонтально и влетело внутрь, раздался скрежет закрываемого каменного ящика. Потом будто громадный бегемот втянул воду, и все стихло.

– А могла и не затормозить, – констатировал Марк.

– Это из-за билетов.

– Уже неважно, с прибытием, – усмехнулся Пуфф.

– Трос вернем? – спросил Ян.

– А обратно как поедем?

– Резонно, правда, саркофаг куда-то хлюпнул…

Они стояли на укрытой туманом или облачностью широкой дороге, правая сторона которой упиралась в скалу с отверстиями, за левым чудился склон холма. Дорога имела едва заметный уклон.

– Видно плохо, давай, Марк, доставай компас. Чувствую – недалеко осталось, – произнес Ян.

– И я чувствую, – согласился Пуфф, – подвох какой-то чувствую.

На кошачьей морде отразилось очень серьезное выражение. Брови сдвинулись.

– Уточни, – попросил демон, разворачивая цепочку.

– Понимаете, я ощущаю, что случится что-то, чего еще нет. Словно нет еще такого места, где все произойдет, не на чем сосредоточиться! Будто мы там, где нужно, и в то же время все завершится не здесь!

– Пуфф, я не знаю, – Марк отпустил цепь.

Маятник не стал колебаться, а просто отклонился. Направление указывало между дорогой, в сторону подъема и за гротом.

– Значит, туда? – Ян указал когтем в сторону предполагаемого местонахождения цели.

Дальше произошло странное. Он почувствовал слабый стон. Жезл скользнул в ладонь, с него слетела длинная зеленая искра. Она двигалась как в замедленном фильме, и когда достигла цепи, Ян прикрыл глаза и увидел другой конец украшения. Произошел толчок, демон вскрикнул, и контакт прервался.

– Она здесь, – хором вскрикнули участники опыта по «электротехнике».

________

Тем временем на другом конце провода зашевелилась пыль. Цепь маленьких золотых листиков, словно живое существо, поднялось над пылью властительницей времен, потянув за собой, обмотанное в прошлый раз иссохшее запястье. Кисть с ржавым тяжелым браслетом оказалась над пылью. Импровизированная антенна замерла, отдавая все, что удалось скопить скованному телу, в зов. Через несколько секунд пришел ответ, совсем немного энергии, но от кого-то совершенно чужого, незнакомая сила, сплетенная с родным, давно пропавшим ощущением близкого существа. По всем останкам, от руки до ступней пробежали слабые искры, стряхивая пыль. «Близко», – беззвучно прошептали иссохшие губы, забрав последние капли собранной энергии, но зеленые огни сделали главное, сместили точку состояния существа из критической зоны на грани распада.

________

– Мне показалось, я видел другой конец. Повторим?

– Плохая идея, – предостерег Пуфф, – если она даже способна на ответ, это не значит, что вы не разнесете останки. А вот немного уже отправленного стимулятора очень даже хорошо.

Ян все же поднес коготь к маятнику. Ничего не произошло. Прикрыл глаза, энергетическая структура вокруг была очень бедной, только поле углей, иногда слабо тлеющих, чаще потухших. Ничего похожего на первую реакцию. Здесь все угасало.

– Как в склепе. Ничего не вижу.

– А компас кажет? – спросил Пуфф.

– Туда же, куда и до искры.

– В путь, в гору, а там посмотрим.

Троица отправилась по направлению, почти совпадающему с указанием компаса. Двигаться точно по азимуту мешала скала.

– Главное, мы успели на поезд и благополучно пересели на этот катафалк, тьфу – кадиллак. Еще бы такси, – вздохнул котище.

– Теперь важнее другое, кроме, конечно, конечной цели, – возразил Ян, пытаясь что-нибудь разглядеть в тумане, – увернуться, если еще что-нибудь прилетит.

– Не грибной сезон, хотя и влажно, дышится легко, – возразил Марк, – покой.

– Да уж, судя по другим плоскостям этого мира, покой полный. Только сеть и догорающие останки. Нужные нам, допустим, найдем, а вот как выбираться? Вокзал где? Билет здорово выручил, а вот куда его предъявлять? Вообще, обратный выезд предусмотрен, или мы первые?

– Что-то мне все больше кажется, – произнес Пуфф, поглаживая трос, висящий на боку, – все это нам может и не потребоваться… Хотя после ваших гениев прюлализма, срю… сюрреализма вот. Не запомнить никак, а вспомнишь – не выговоришь сразу. Можно ожидать любого разворота событий. Эта дорога, скорее, причальная плоскость, поднимается и немного поворачивает, будто холм огибает.

– Приемный лоток автоматического грузового терминала.

– Ну да, тот пассажирский – этот уже грузовой, – грустно улыбнулся демон.

– Долой пессимизм, становится светлее!

Через пару минут туман закончился. Открылась удивительная картина, напоминавшая высокогорье в облаках. Под странным двойным светилом, похожим на гантель, лежало облачное море, среди которого, насколько хватало глаз, возвышались редкие островки. На один из них путешественников и вывела причальная полоса. Причудливый неяркий свет тандема из желтого и красного карликов, опоясанных лентой перетекающей плазмы, освещал это царство покоя. Почти каждую вершину украшали развалины, трудно идентифицируемые при таком освещении. Когда зрение привыкло к пейзажу, стало заметно, что облачное море имеет четкую структуру концентрических колец.

– На циклон похоже, – отметил Марк.

– А что за сооружения? – заинтересовался Пуфф.

– Может, просто скалы так освещены, что похожи на замки.

– Как мне замка не хватает, а особенно дивана в кабинете, – котище издал жалобный вздох, – бегать надоело, есть хочу.

Уши и плечи Пуффа поникли, хвост безжизненно замер.

– Но мы же не можем все бросить?!

– Босс, а можно подумать, вы знаете, как нас вернуть в Замок на стыке миров?

– Не знаю.

– Вот, и я о том же. Теперь вот любуемся этой фигней, фактически склеп, только большой и светильник от Марчепучи.

Котище пустил слезу с хорошую сливу.

– Ты не будешь больше помогать в поисках?! – напрягся Марк.

– Да буду, буду. Меланхолия у меня. Весь этот рюализм нагнал на меня тоску и грусть. Еще пешком идти. Меряй уже азимут.

– Чей светильник? – заинтересовался Ян.

– Марлучени? Нет. Ну, вообще, итальяно. Как азимут?

– Туда, правее центра циклона, на обширные развалины.

– Там, где круглое облако, типа тарелки, воткнутой в торт? – уточнил Пуфф.

– Скалы на плато правее облака. Ян, дорогу искать – это тебе. Понятно, что тут не особенно комфортно, но попробуй. Может, эта посадочная тропа выведет?

– Хорошо.

После некоторых мучений и размышлений Ян присел на корточки, снял перчатки и приложил ладони к камню.

– Шеф, там еще облако…

– Не мешай.

Ассоциация с потухшими углями очень мешала Яну. Он никак не мог сосредоточиться. Наконец, он абстрагировался от конкретики и подумал: «Приемные полосы как-то же делали, груз прибывал, стукался, кантовался и вытряхивался… должны быть следы». Тут же возникло изображение множества тусклых лент в паутине. В ней же местами застряли какие-то образования, похожие на обмотанных мух. Одна лента начиналась от ладоней, уходила вперед, обегала дискообразный черный объект, терялась в ворохе таких же. Ян открыл глаза.

– Связать азимут и эти ленточные плато я не могу, но их множество, и есть путь к какой-то темной штуке, сходной по форме с облаком. Скорее всего это так отражается это место. Впрочем, другие слои реальности могут трансформироваться произвольным образом.

– Не густо.

– Стрельнуть?

– И что? Поглотит оно все.

– Подсветка…

– Ладно, пошли. – произнес Марк, – будем проверять направление.

– Шеф, а нельзя ли такси… – ныл котище по мере погружения в туман.

Через несколько минут слева послышался свист. Ян инстинктивно выхватил жезл и попытался создать щит. Поток зеленого огня выстрелил из черного цилиндра и раскрылся зонтиком. Уже знакомая крышка саркофага типового образца выскользнула из тумана и уперлась в зонт. Полупрозрачная преграда прогнулась, но выдержала. Транспорт повернулся вертикально, вытряхнул чьи-то останки на головы путешественников. Затем каменный короб, исполнив миссию, замер перед «зонтом».

– Какая гадость, – фыркнул Пуфф, отряхиваясь.

– Вся маскировка – к черту, – согласился Марк, сбрасывая с плеча истлевшую кисть.

– Ах вы… Получить, по-вашему, этой крышкой по голове лучше?

– Да не лучше, но…

– Мне кажется, уже можно отпустить, – миролюбиво предложил Пуфф, – на вас как и тогда ничего не попало. Так что – наезд. Кстати, если… Шеф, да уберите вы свою штуку!

– Хорошо, – вздохнул Ян, разжав руку.

Зеленый зонт пропал вместе с жезлом, а каменный ящик остался висеть в полуметре над землей.

– Вы как-то уже ездили в подобной штуке…

– А ты откуда знаешь?!

– Ну… Слухами Замок полниться, легендами, полотнами на их основе, – котище зажал себе пасть лапами.

– Да уж, великий «QWERTY» читает проповедь троллям с летающего плато… – и Ян так тяжело и грустно вздохнул, что даже Пуфф не решился более развивать эту тему.

– Босс, а, может, попробуем использовать эту штуку, а? Далеко до развалин идти, – присоединился Марк.

– Ага. Великий покоритель надгробий летит в саркофаге над погостом, – голос Яна источал такое отчаяние.

– Никто не узнает, – произнес Пуфф, оглядываясь по сторонам.

– Ты же Розино не сболтнешь?

– Как можно, могила! Да и до Замка далеко, – котище выпятил грудь, – так идти неохота, да и маскировка давно уже пошла к черту.

Ян снова вздохнул и принялся ходить вдоль стены, а каменный ящик стал поворачиваться за ним, Словно наблюдая.

– О, уже слушается.

– Лучше б это была блондинка с таможни. Моя репутация… – Ян замер.

– А вам не фиолетово?

– Ладно, но не болтать!

– Могила! – хором ответили Пуфф и Марк и хихикнули, выпрямившись по стойке «смирно».

– Очень смешно, – произнес Ян, сосредотачиваясь на устройстве необычного транспорта.

Он прикрыл глаза и попытался погрузиться в изучение транспорта, отбросив внешнюю шелуху. Если интерпретировать понятными терминами, то внутри оказался контур, видимо, удерживающий каменный ящик в воздухе, нечто похожее на аккумулятор, и, конечно, простейший контроллер. Ян попробовал вытянуть пульт от него наружу в приемлемом для себя виде.

– Песня! – прокомментировал демон появившийся в крышке рычаг и двадцатидюймовый дисплей.

– Караоке? – осведомился Пуфф.

– Без музыки поедете!

– Ну и ладненько, можно и без музыки, – вздохнул котище, пытаясь перевалиться через семидесятисантиметровый борт накренившейся крышки, демонстрируя свою немаленькую заднюю часть, размахивая хвостом.

Каменный ящик – четыре на два метра – наклонился так, что уперся в грунт. Котище отчаянно задергал задними лапами в воздухе, изобразил плавательные движения передними и, наконец, преодолел борт и кувырнулся внутрь. Через несколько секунд над бортом появилась наглая морда в облаке пыли, изобразившая кислую мину.

– Не кадиллак, даже не тарабант. Что уставились? Нарушение маскировки можно компенсировать скоростью нарушений.

– Чего? – не понял Марк, перемахивая внутрь.

– Это если гадить очень быстро и много, то не успеют догнать, поскольку будут убирать? – уточнил Ян, запрыгивая в ящик и подходя к экрану.

– Можно и так, – миролюбиво согласился рассевшийся в задней части транспорта котище, отчего возник заметный наклон.

– Ну ты и ешь…

– Дифферент на корму позволит легче выйти на глиссирование и повысить скорость, – парировал нахал, – штурман должен следить за курсом, а не за пассажирами.

– Так, пассажир. Сейчас по корме стукну, – вздохнул Ян, вглядываясь в экран, – смотрите, оно изобразило картинки последних действий, долетело, высыпало, перевернуло и закрыло крышкой. Никаких обратных связей, уперлось в стенку – высыпало прямо у стенки…

– Шеф, ну трогай уже, какая нафиг разница, куда оно высыпало?

– Ладно, – Ян отклонил рычаг от себя и влево, ящик послушно описал дугу, затем заскользил вперед.

– Штурман, следи за курсом, – прокомментировал развалившийся Пуфф.

– Не жестко?

– А я кушаю хорошо, попа мягкая и шерсть опять же густая, потому – нормально. Не отвлекайся.

Умеренная плотность тумана позволяла, если сильно не разгоняться, относительно безопасно двигаться вдоль скалы. Ян быстро понял, задев большой камень, что «переделанный» из крышки аппарат не имеет никаких датчиков, систем безопасности и прочих глупостей и напоминает обычные сани для катания с гор, только с двигателем, тормозом и рулем. Разговоры пришлось прекратить и сосредоточиться на управлении.

________

Дандо вбежал даже быстрее, чем материализовалась за его спиной вся конструкция, и распластался на полу.

– Говори, – разрешил повелитель, осторожно рассматривая громадную схему с цветными линиями.

– Новостей две, даже, может, три…

– Начни с хорошего, с начала.

– Я отследил все треки и построил пространственно-временную многомерную модель. Затем продолжил вероятные пути этих трасс с учетом динамики пены!

– Визуализатор не выжил?

– Без проблем. Я рассчитал все совпадения и отличия на вероятностных маршрутах их продвижения, абстрагировавшись от нашего главного предположения, и нашел место, где они должны быть! Не только место, но и их. Все трое целы и невредимы.

– И что же плохого в этих вестях?

Дандо замялся.

– Говори.

– Они пришли не за браслетом!!! Не знаю, что ищут, но они всегда шли к этим руинам в троецарствии!

– Ты не ошибся? – Яма встал.

– Вы все разрушите…

– Да… Показывай, – и властитель снова сел на трон.

Модель пены начала двигаться и меняться, в ней появлялись и распадались линии, на пунктирных продолжениях которых всегда оказывалась тройная модель троецарствия. Наконец сплошная светящаяся трасса прошла сквозь все три шара и уперлась в паутину в последнем.

– Увеличь, посмотри, что они делают сейчас.

– Успешно прибыли пассажирским транспортом в грузовой терминал…

– Почему в грузовой?!

– Там другого нет, это кладбище троецарствия. Туда сваливается все, что попадает в этот пылесос. Поселенцы научились переправлять всякую всячину прямо в склеп, включая завоевателей и предметы, угрожающие спокойствию первого, жилого мира. Да, часть застревает по дороге, ну это отдельная история.

– А наши, значит, поездом?!

– Типа. Купили билеты и все.

– А сейчас?

Дандо замялся.

– Говори. Уже не до эмоций.

– Катаются в крышке от саркофага с горы.

– Затейники, – рассмеялся повелитель.

– Да, но судя по прошлым событиям, они что-то ищут в ближайших развалинах. Точнее сказать не могу. Все имеет предел, заставить модель показать Троецарствие и так было очень трудно. Дальше вы уже знаете. Способности наших гостей, – Дандо потрогал затылок, – по перемещениям покрыты тайной. Вполне вероятно, что как только их странный интерес будет удовлетворен, они покинут пену.

– Невозможно без него…

– Как-то у окорока из моей собаки проблем не возникло, – Дандо осекся, затем снова потрогал затылок.

Яма молчал. Наконец посмотрел на слугу.

– Как говорили там, далеко… Конечно, не точно так… Но если Магомед идет не к той горе, поменяем горы, а если идет медленно, подвинем его вместе с дорогой.

– Повелитель, но тогда…

– Поздно. Я решил так! – Яма встал.


Глава 26. Оптический обман

По дороге к развалинам каменный ящик вынырнул из облаков.

– Ян, останови, – неожиданно попросил Пуфф.

– Тошнит?

– Прислушайтесь к внутренним ощущениям, вас ничего не беспокоит?

Ян прикрыл глаза. Далеко от них зарождалась какая-то кольцевая структура. Она охватывала место развалин и обширное пространство за спиной. К темному объекту потянулись энергетические каналы.

– Ориентир ожил.

– И облака вокруг, – мрачно констатировал Марк.

Почти у горизонта возник кольцевой вал из серой облачности, он темнел на глазах. Внутри проскакивали молнии.

– Смотрите, наш ориентир не облако. Помните кладбище кораблей? Где я еще немного управлял, это родственник того аппарата. Только модель покруче, но совсем разряжен. Лапы так чешутся…

– Ночь в склепе становиться томной, Марк, как наша цель?

– Никуда не делась, но и активности не проявляет.

– Прыгнуть бы туда… Но эта платформа даже не тарабант, а лишь специализированный погрузчик, попробовать быстрее, конечно, можно, хорошо. У корабля посмотрим, успеем, начнем Изиду искать в развалинах, а не успеем… Дождь вы все не любите, поэтому Пуфф попробует открыть корабль.

– Он нас не перебьет? – спросил демон.

– Не знаю. Пуфф, как думаешь?

– Я же сказал – разряжен. Значит, сейчас – нет.

– Успокоил, – фыркнул Ян, зажмурился и с силой нажал на рычаг вперед.

От неожиданности Марк упал на Пуффа.

– Что разлегся, еще выпадешь, за курсом следи!

– За хвост уцеплюсь.

Ян увидел как изменилась картина других плоскостей реальности в предчувствии бури. В круг бури начала поступать энергия, даже контуры причальных плоскостей, служивших разгрузочными трапами, стали четче, словно кто-то накачивал все слои мира. Канал между диском и наружным кольцом стал устойчивым.

– Держитесь крепче. Мне кажется…

Закончить Ян не успел, чудовищная молния осветила окрестности так, что только облака, выступив фильтром, спасли от ослепления, но зато исчезли вокруг развалин. Путешественники как раз в этот момент выехали в чистую зону, где молния еще сохранилась, но ее яркость стала значительно меньше. Исполинский голубой дракон простерся от зоны облачного кольца к кораблю и опутал его щупальцами мелких молний, которые словно в губку всасывались в диск. К другому концу канала, по кольцу темных облаков тянулись жгуты разрядов.

– Это под ним ты собирался дождь пережидать!? – охнул Марк.

– Проголодался, бедненький, – прошептал Пуфф, выглядывая из-за спины демона, не то все это. Так, баловство. Нужно в звездную плазму окунуться, а негде. Может, если катаклизм какой?

– А ты откуда знаешь?

– Оттуда, – котище показал вверх, – или оттуда… Ну вас, с того разрушенного корабля знаю. Он не всеяден. Наши эти фокусы-покусы для него не годятся.

Молния становилась все тоньше и наконец оборвалась. Правда, неожиданный пробой замедлил развитие бури, нет, не остановил, а лишь немного отсрочил. Ян очень четко ощутил, как кольцо накапливает энергию снова, но медленнее и учитывая ошибки.

– Не зарядился. Маловато будет, – вздохнул Пуфф.

– Второго пробоя не будет, – прокомментировал Ян.

– Жаль. Там такие штуки, эти… Наверное, пушки! Можно так поразвлечься…

– Пуфф! – строго произнес демон.

– Не умеешь летать, дай другим потренироваться.

– Ну, летать-то и ты… Больше палить, как помнится? – ехидно заметил Ян, ловко управляя транспортом, вписываясь в изгибы каменной ленты.

Теперь было видно, что дорога четко выводит к диску, похожему на линзу, а за ним начинались искомые развалины. Они располагались перед возвышенностью, которую венчала арка с перекрестием. По мере приближения стало понятно, что диск огромен. Диаметр составлял более трехсот метров, и хотя кораблю удалось спланировать, он вошел в скалу почти на треть под углом сорок пять градусов. Результат, для всех попавших в Троецарствие и нарушивших какие-то местные правила, были одинаков, транзитом на вечное хранение. Пылесос, модель которого стояла в историческом музее, работал безукоризненно. Исключение, видимо, составляли только туристы, но на осмотр сюрреализма в реальности, как и действующего склепа, решались немногие. Дорога закончилась перед черным гладким исполином. Ян остановил ящик.

– Марк, мы хотя бы туда двигаемся?

– Ну да, – цепочка почти горизонтально показывала вдоль диска, куда-то в недра каменных обломков, – шеф, поищем?

Ян прикрыл глаза, энергия, накопленная вокруг, в зоне кольца продолжала расти. В отличие от облаков, диск выглядел как губка, теперь лишь немного изменившая цвет.

Пейзаж отсюда, от развалин, после пробоя выглядел весьма причудливо и мрачно. В небе висел тандем желтого и красного карликов в ожерелье ленты перетекающей плазмы. Под его неярким светом лежало плоское пространство, развалины у подножия холма и черный диск, воткнутый в грунт. На расстоянии нескольких километров начинались облака, они были словно обрезаны невидимым ножом, и зрителям казалось, что плато на дне тонкого стеклянного стакана, а молоко снаружи. Еще выше замер второй облачный вал почти черного цвета.

– Под пристальным взглядом, в центре внимания, – поежился Пуфф.

Ян вздрогнул и сжал кулаки.

– Кольцо бури сжимается. Пуфф, вспоминай, как открыл аппарат. Если он пережил такую посадку без заряда, то должен выдержать бурю.

– Он не совсем аппарат, – котище почесал лапой за ухом, – он…

– Пуфф, тогда уговори. Времени мало. У меня нехорошее предчувствие.

– А как же… – Марк выглядел очень несчастным.

– Если не переживем этот катаклизм, искать будет некому! Ну, что, расселись, размажет сейчас нас по этой черной сковороде…

Пуфф выпрыгнул из каменного ящика, подошел к диску. Погладил корабль лапой.

– Миленький, как же ты сюда угодил. Плохо тебе? А мы поможем. Пусти переждать, пожалуйста, – мурлыкал котище, продолжая поглаживать исполина.

Затем превратился в черный дым и втянулся прямо в обшивку.

– Мне кажется это самовнушение… Автомат по продаже билетов – не повод посылать его на такое, – забеспокоился Марк.

Через минуту на черной гладкой поверхности проступило кольцо, словно от обруча, выдавленного из недр аппарата.

– Он нас не съест? – осведомился Марк.

– Не знаю, а буря может. Фронт грозы все выше…

Плоскость внутри трехметрового кольца неожиданно втянулась внутрь, образовав тоннель.

– Темновато будет, кто летал на нем… – начал демон.

– Блин, и тут ему торшер подавай! – донесся из темной глубины знакомый голос, – и это кто мне еще про зануду рассказывал!

Но, тем не менее, тоннель в оболочке осветился синим тусклым светом.

– Живее, не нравится – мокни, а про то, кто летал, точнее, собирался на конкретном экземпляре, и особенно, что ел, вам лучше не знать, крепче спать будете!

Ян и Марк отправились по наклонному ходу навстречу Пуффу. Перед выходом из тоннеля висела в полой темноте круглая платформа из прозрачного флюоресцирующего материала, и как только гости ступили на него, коридор затянулся.

– Сейчас мы переместимся к центральному посту управления, если пользоваться аналогиями с нашими представлениями о кораблях. Он попытался как-то обустроить это место для нас.

Темнота вокруг заискрилась, словно в воздухе рассыпались блестки миниатюрного салюта. Затем последовал легкий толчок, и платформа зафиксировалась. Плавно включилось неяркое освещение. Гости находились внутри большой прозрачной сферы с плоским полом, делившим помещение в соотношении примерно две трети к одной. Вокруг сферы переплетались какие-то образования, похожие на корни, грибницу под микроскопом и морских гадов одновременно. Все это хозяйство медленно шевелилось и перемещалось.

– А как мы узнаем, что снаружи?!

Котище потер нос, задумался на мгновение.

– О!

Наполнение вокруг стало терять окраску, становясь все более прозрачным, будто исчезая. Волна изменения приняла лавинообразный характер, и гости оказались висящими в шаре над развалинами внутри обозначенного тонкими линиями контура диска. Картина окрестностей вокруг мало изменилась, если не считать увеличения высоты темной грозовой стены, изредка освещаемой молниями. Видимо, прошлые ошибки в подготовке были учтены, теперь накопление шло без утечек энергии. Марк достал цепочку, она указывала на прежнее место где-то в середине развалин.

– Ну и что теперь? – спросил Марк.

Ян снова закрыл глаза и сосредоточился на грозовом фронте и тут же открыл их, нервно дернувшись.

– Это не гроза, точнее, фронт и прочие театральные эффекты лишь побочное явление.

Котище и демон насторожились.

– Я буду делиться с ним? – Пуфф обвел лапами вокруг себя.

– Если он сам не видит, валяй.

– Да он, объясню позже. Рассказывай же… Не помню такой реакции, давно, босс, вы так не реагировали.

– Если просто, то по сравнению с реальностью – был сумрак, теперь горит сварочная дуга. Точнее, можно представить кольцевую ленточную фрезу, которая режет пространство, раскручиваясь все быстрее и периодически меняя плоскость вращения, образуя сферу. На каждом зубе горит дуга. Я не могу не только сосредоточиться, но и даже просто осмотреться в других плоскостях пространства. Мне кажется, этот кусок Троецарствия куда-то переезжает.

– Сестра…

– Переезжает вместе с холмом, диском и склепами.

– Ему очень трудно сосредоточиться, но он говорит, что оболочка такое выдержит, если, конечно, не попадет прямо в разрез под инструмент. Примерно так его и засосало сюда.

– Уже хорошо, – обрадовался Ян.

– Чего хорошего? Ну, мы и попали… – выдохнул демон.

– Не нравится мне это попадание, в смысле совпадение…

– Пуфф, а есть выбор? – заинтересовался Ян.

– Да уж, какой выбор. Но мнение-то высказать могу?

– Можно подумать, ты будешь молчать, если запретить.

– У меня речевое недержание. Конца света ждать долго?

– А я откуда знаю. Кстати, похожее с храмом на болоте было, но их уже не спросишь, далеко.

– Пуфф, ты друга спроси. Может, он помнит что-нибудь? Вообще он тут давно? – предложил демон.

– Ну, про храм он не помнит точно.

– А про Изиду? – присоединился Марк.

– Такое нет, а если… Замедленно, пожалуйста.

Часть сферы, обращенная в сторону развалин, потемнела, и гости увидели камень Корн с прикованным женским телом, замедленно прочертивший трассу и ушедший в камни, в месте, куда указывала цепочка.

– Совпадений быть не может, о, это она! О, горе, а мы здесь… – отчаяние демона было столь велико, что даже толстокожий Пуфф ощутил весь взрыв эмоций, обрушившийся на окружающих.

Видимо, это пробудило что-то в недрах диска. Картинка пропала.

– Он сожалеет, это было очень давно. Он не может помочь. Он застрял и поврежден. Он уже тогда не был способен двигаться. Среда сильно высасывает из него силы.

– Но внешне все цело, – удивился Ян.

Котище хитро прищурился и заглянул Яну в глаза.

– Шеф…

– Пуфф, мы не можем взять его с собой.

– Шеф, но вы же так ловко умеете восстанавливать системы! Вы просто гений чуждых технологий, факир систем управления, волшебник программирования. Сделайте за крышу над головой во время дождя? Вы же добрый кудесник оборванных проводов…

– Подхалим… Я даже не представляю, что произошло! Какие повреждения и как исправить!?

– Заинтересовался! – котище потер лапы одна об другую, – ну, пожалуйста, попробуйте понять. Он медленно думает, а с вашей помощью удастся вытащить его из скалы и покормить!

Из пола выдвинулись два столбика с шляпками как у грибов из того же прозрачного флюоресцирующего материала. Ян покачал головой.

– Ну?

Ян еще раз вздохнул и просто снял перчатки, засунул в задний карман джинсов. Затем подошел к устройствам и положил на них кисти.

Он с осторожностью прикрыл глаза и не увидел «сварку», пришло ощущение ледяного холода межмирья, словно сквозняк из щели коснулся души. Кусок плато был вырезан и чего-то ждал. Тогда Ян попытался вернуться к диску, но никак не мог отделаться от ощущения холода, и незаметно для него это чувство попало в резонанс с чьим-то еще. Продолжения «я» растеклись по информационным каналам диска, соединяясь с его ощущениями. Еще через мгновение Ян начал немного понимать партнера. Энергии не было совсем, как говорил котище, короткий разряд из кольца бури хотя и поглотился оболочкой, не особенно пополнил запас. Удивительная наружная губка раковины нуждалась в звездной плазме. Она могла поглощать и накапливать энергию в колоссальных количествах, но, увы, не ту, которая бурлила на дне миров. Соответственно, первое: после грозы зажечь свет или принять гостей диск еще мог, а вот взлететь… Его «мышцы и тело» едва шевелилось внутри раковины. Оставалось второе – мысли и эмоции… Они рождались явно не этими органами или механизмами. У этого были большие проблемы, а как его искать? «Корабль прошел сквозь… Конечно, сюрреализм, чтобы выжить, он заблокировался!» – пришла правильная мысль. Пол начал слабо вибрировать, и вторая правильная мысль была – аппарат тут не причем. Ян снова пытался в хитросплетениях едва шевелящихся потоков отыскать разум. В конце концов, котище с кем-то же разговаривал…

– Пуфф, поговори с хозяином, я не понимаю…

– Без проблем.

И тут Ян ощутил слабый отклик. Голубоватый туман, растекшийся по всему кораблю… Тот разум, душа, если угодно, видимо, проходя сквозь сумасшедшее пространство, рассредоточилась по кораблю, пытаясь защитится, и уже не смогла собраться обратно. Интересная вырисовывалась проблема, в правой лапе оказался жезл, и Ян почесал им затылок.

– Может, так сразу не стоит? – насторожился Пуфф.

– Стоит.

Жезл удлинился и завис между столбов управления. Ян положил на них лапы. Прямо перед жезлом возникло странное образование, похожее на голубое облачко. К объекту откуда-то потянулись шлейфы синего редкого тумана. Плотность облака росла, внутри засветился огонек синего цвета.

– Иди на свет, иди сюда, мой хороший, – прошептал Ян.

– Что ты делаешь?!

– Пытаюсь собрать душу корабля. Помоги, объясни ему, что нужно идти к свету.

– Он все понял и почувствовал! – обрадовался Пуфф.

– Это займет время, – шеф закрыл глаза и увидел в иной плоскости мира кроме процессов оживления внутри корабля установившийся тоннель, похожий на транспортные из прошлых перемещений, – а я чувствую, как открывается дыра, куда мы сейчас рухнем. Приемная зона готова. Не факт, что нас хотят доставить живыми или учитывают это вообще.

Из пола выдвинулись еще две пары столбов управления.

– Он говорит, что все очень «затекло» от неподвижности, и хотя и соображает, не сможет защититься и управлять полностью, поможете?

– Типа, выбор есть, – хмыкнул Марк, вставая к паре цилиндров.

Как только Пуфф положил лапы на свой пульт, картинка вокруг сменилась, словно опустили защитный фильтр. Теперь «кротовья нора» стала видна обычным взглядом, она тянулась к двойному солнцу!

– А он и это может, – выдохнул Марк.

– Сейчас, нет, – услышали все голос, – бак пуст, мозги в тумане.

– Ход далеко? Оценить можешь?

– Нет. Очень далеко. Но у звезды развилка.

– Что?!

– По аналогии с трубой раздваивается, потом объединяется.

– Такое чувство, что будет встречный поезд, – выдохнул Марк.

– Так, неприятности нужно переживать по мере их поступления, – произнес Ян, – первая – наш друг постепенно оживает, по крайней мере «душа» собирается в прежнее состояние и полный комплект – вопрос времени.

Синий светящийся шар с тянущимися к нему волнами взвеси, похожей на аэрозоль, изобразил кивок.

– Вопрос, у нас его сколько? – съехидничал Пуфф.

– Так, вредина, вспоминай, те пушки, из которых ты тогда палил, здесь есть?

– Условно, типа плазменные?

– Они устарели, – прозвучало в воздухе.

– Я не спрашивал, насколько та модель свежая и годиться для боя, есть такие? Пуфф?

– Так, уже злится… Лучше не спорить, себе дороже!

Синий сгусток думал некоторое время.

– Если Пуфф поможет вспомнить, но энергии хватит только если активировать, стрелять нечем.

– И не надо. Есть идея. Вспоминайте быстро и активируем, – скомандовал Ян, – время уходит, поймете по ходу! Когда начнется перенос, мы уже не сможем ничего сделать.

Он почувствовал себя в единой команде. Коллективный разум объединился, и аналог нервной системы диска начал пробуждать древнее оружие. Удалось выстроить систему только для двух орудий со стороны, откуда приехала троица. Оставалось немного, Ян отчетливо видел, как от наружной поверхности выстроились цилиндрические, опутанные корнями стволы.

– А теперь общими усилиями меняем направление с накачки камеры на ее дренаж! Сильнее!!! Сколько можно!

По паутине побежали искры, таявшие в оболочке.

– Пуфф, теперь открой затвор! Как тогда!

В первое мгновение показалось, что ничего не произошло… Но в пространстве возникли искажения, будто свет преломлялся через горячий воздух.

– Целимся лучше. Цель – стенка кротовой норы. Держим фокус!

Ток искр по корням орудий резко усилился. Команда ощутила как будто усиление кровотока. Тело диска после сна начало медленно оживать. И одновременно с этим земля и корпус корабля вздрогнули и немного приподнялись над общей поверхностью.

– Отлично. Еще можем активировать?

На стороне одна за другой проявился длинный ряд орудий. Они возникали в теле корабля уже настроенными на поглощение энергии, сразу включались на откачку, Пуфф быстро целился, и за несколько секунд от ребра диска вытянулся целый ряд труб.

– А как оно в процессе переноса?

– А фиг его знает, – пожал плечами Ян, – будем надеяться, что про нас помнят и не собираются передавить как цыплят. Храм-то переехал с одного болота в другое без проблем.

– Босс, а я думал, вы все рассчитали? – охнул демон.

– Не отвлекаемся, «мышцы» и «мозги» нашего домика сильно затекли, им трудно. Старт!

Тем не менее система ориентации диска наглядно прорисовывала для гостей происходящее.

Огромный круглый фрагмент долины плавно взмыл в небо. Возникло ощущение почти как в мире Дали… Развалины вместе с кораблем и изрядным куском плато поднялись над облаками. За секунды преодолели расстояние до двойной звезды и зависли в развилке. Интенсивность закачки через перестроенные орудия существенно возросла. Навстречу, по параллельной ветви что-то пронеслось, и вырванный фрагмент мира бросило вперед. Выход из Троецарствия сопровождался такими пируэтами, что у Яна закружилась голова.

– Хорошо еще успели добежать, – проворчал Пуфф.

– Да и хозяин диска не уснул совсем, – согласился Марк.

– Я еще очень медленно думаю.

– Ничего. Главное, цел. Нырнешь в звезду, отогреешься. Следим за прицелом! При переходе все кажущееся, включая время!


Глава 27. Память тела

Стыковка плато с новым местом размещения прошла жестко и при полной потере видимости, но диск, видимо привыкший и не к таким посадкам, все выдержал, лишь на время потеряв ориентацию. Картинка вокруг кокона пропала, остались видны только внутренности. Троица и «душа» хозяина также не пострадали. Нервная система аппарата не реагировала. Ян первым почуствовал движение, затем скрежет.

– Собрались, старт двигателей или что там у тебя там… Все остальное потом. Направляй!

С второй попытки внутри корпуса что-то произошло, кокон качнулся.

– Быстро, вверх на триста метров, не меняя положения!

Раздался скрежет. Пуфф и Марк сели на пол, Ян удержался лишь потому, что был готов к результату.

– Горизонт. Завис. Теперь спокойно приходим в себя, – произнес Ян, убирая сложившийся жезл.

Внутренности раковины, нежно державшие жемчужину кокона, пришли в движение. Светящийся синий «мозг» или «душа» диска добавила яркость.

Органы-механизмы стали прозрачными, и путешественники наконец увидели пункт прибытия. Аппарат быстро приходил в себя, картинка разительно отличалась от предыдущего случая в лучшую сторону. Диск висел над пустыней, окруженной горной цепью, на заданной высоте, над разломом, из которого вырвался. Прямо впереди лежали знакомые развалины, а за ними, на месте холма – огромная, соизмеримая с диском пирамида в стиле инков. Четыре лестницы венчали кубическое строение с символом третьего мира на стене, обращенной к диску. Самое удивительное – это была грань дня и ночи, на которой оказался аппарат. Слева была лунная ночь в пустыне, справа солнце почти касалось гор на горизонте.

– Держу пари, – произнес Пуфф, – остальные символы на вершине мы уже видели.

В пространстве появился прямоугольник и в нем изображения символов трех миров и пустой диск.


Барельеф на вершине пирамиды


Марк быстро достал маятник, цепь указывала на развалины, но немного в другое место.

– Возможно смещение картинки, – предупредил голос корабля, – или что-то обрушилось.

– Кажется, все переехало, – обрадовался демон.

Ян прикрыл глаза, пытаясь оценить внутренним взглядом последствия перелета, и увидел, как затягивается разрыв. Открытый проход оставался как раз за пирамидой. Для корабля это был шанс.

– Как самочувствие, хозяин?

– Гаденько, но все системы живы. На два броска или больше есть запас энергии.

– Тогда, слушай. У тебя есть шанс. Уходи на стык дня и ночи, тебя должно выбросить за пределы трех сфер, в привычную вселенную. Там найдешь подходящую звезду и отлежишься… Да что я, все сам знаешь.

– А вы? Я должник!

Марк опустил голову.

– Мы должны довершить дело.

Пуфф кивнул.

– Торопись, целься, куда я сказал. Быстрота реакции восстановится потом. Системы помнят, как ты падал сюда, теперь из-за катаклизма по переносу огромного фрагмента и еще замедленно появился провал. Трек приведет в твой мир через него. Выгрузи нас, сосредоточься и уходи.

________


Храбрая четверка, конечно, старалась удержать прицел орудий, аккуратно (в их понимании) перенаправить энергию, но тело громадного моллюска настолько затекло и ослабло, а Пуфф так старался, что некоторая часть заряда была сброшена куда попало. Кто мог, тот использовал.

Она очнулась от резкого толчка и открыла глаза. Склеп был тот же. Тело лежало, прикованное к камню. Железные браслеты сильно поржавели, местами оголив серебряные заговоренные вставки. Кусок стены впереди отсутствовал. Там был виден странный мир, где одновременно царствовали день и ночь. Справа от резкой границы царила лунная ночь, слева за развалинами – солнечная пустыня и горы на горизонте. Мир был другим. Она успела кое-что заметить, падая с жертвенным столом, несмотря на чарующую и парализующую музыку. Теперь черный мертвый диск, что вошел в плато, словно боевой топор, висел над землей, медленно поворачиваясь в воздухе. «Наверное, какие-то изменения пробудили и его тело», – мелькнула мысль. И она попробовала поднять голову, железный ошейник, инкрустированный серебром, не дал этого сделать. Она чуть не потеряла сознание. Но ужас тут же сменился радостью, она очнулась, и это было реально! Может быть, экипаж поможет ей? Веру в светлое и хорошее из ее прекрасной когда-то головки не смог выбить даже жертвенный камень, на котором сейчас находилось тело. Диск начал опускаться и пропал из виду в силу ограниченности обзора. Затем резко взмыл вверх, закрыл собой все небо и пропал. Камень качнулся, что-то упало на пол и покатилось. Полилась музыка. Хозяйка тела начала терять сознание, но поскольку тело не особенно слушалось, эффект завораживающего гимна оказался слаб. Она с грустью подумала, что выиграет тот, кому удалось скопить больше сил.

________


– Ну, вот мы и на месте, а могли с ним уйти, – произнес Пуфф, с грустью провожая взглядом сжавшийся в точку на стыке дня и ночи диск.

– Ты же сам говорил, что на нем летает кто-то, кто ест что-то… Вообще довольно странный агрегат.

– Типа. Крейсер. А мир сюрреализма странным не показался?

– У него память восстановится и…

– Да, душа есть, кстати, без золотой нити. Значит, тело не его… Или я не понимаю?! А как ее отделили?! – начал Марк, – ну-ка договаривай?

– Не, – котище поджал губы.

Но ничего рассказывать Пуффу не пришлось, демон схватился за голову, и ему стало не до души диска.

– Что с тобой?

– Прибор ордена… – выдавил демон, – еще один блокиратор.

– Здесь?! Ах, вашу… Где?

В голове Яна пронеслось все, что произошло на вилле «Последний приют». Лапа сжимала жезл.

– Босс, тогда ее можно будет не выкапывать. Прибор рядом с ней, – ехидно прокомментировал котище.

– А Марка закапывать?

– Ну… – котище покосился на демона.

– Тогда, Пуфф, придется тебе… Теннисным мячом слетать. Время!

– Не буду… Шеф…

– Надо. За обед, если выберемся, конечно.

В таких случаях котище понимал с полуслова. Тем не менее, все, что успел сделать Пуфф, это раздуться от обиды и пристегнуться подарком конвойного из мира Дали к Яну.

________


Она подумала, что сходит с ума от мелодии, усмиряющей демонов, и боли, увидев это. Конечно, кошка ее животное, но это черное шерстяное существо влетело с криком: «Нафига так сильно пониже спины». Затем оно зависло на несколько секунду в склепе, успело поправить страховочный пояс, промурлыкало: «Привет, пардон, мадам», осветило все зелеными глазами и схватило золотой цилиндр. Трос дернул за пояс, огромная киса хвостом вперед, с криком «убивают» полетела обратно, но застряла в проломе, произнесла: «Все, Марк, ради тебя», затем грязно выругалась, развернулась в проеме и, наконец, покинула склеп, улетев вместе с кусками кладки. «На диске отбыли не все», – только и смогла подумать пленница. Через короткое время музыка пропала.

________


Увидев возвращающегося Пуффа, Ян осознал, что самое быстрое решение не всегда самое оптимальное. Прямо на него с криком «убивают» летел, зажмурив глаза и растопырив лапы, черный котище. Трос попытался вернуть отправленного за усмирителем демонов Пуффа. Да, приборчик он все же прихватил, золотистый цилиндр торчал за поясом. Ян инстинктивно присел, тем самым избежав участи амортизатора, но все же получив хвостом по голове. Следом раздался глухой удар. Марк тут же пришел в себя.

В воздухе, вокруг камня, с которым встретился котище, кружился пух и летали перья. Пуфф сидел, обхватив лапами огромную подушку.

– Убили, меня убили, – констатировал безобразник.

– Ты спас меня! – воскликнул Марк.

Пуфф вытащил из-под себя немного мятый плоский золотой предмет.

– Почти ценой жизни. Мне кажется, плеер сломался, – грустно произнес котище, повертев мятый металл, – совсем.

– Кристалл разрушен, – согласился Ян, силясь сдержать улыбку, – не думал, что прибор не один.

– Будем надеяться, этот последний, – произнес демон, потирая голову.

– Вставай, наш герой. Обед здесь устроить не получится. Да и рассиживаться не стоит. Смотрите на пирамиду, знак третьего мира начал металлом отливать, а когда мы крейсер отпустили – был каменный барельеф. Дорогу ты проложил, теперь и цепочка не нужна.

Котище поднялся, потрогал бок, отряхнулся от перьев.

– Ладно, хоть не пометил, – мрачно произнес Пуфф, сматывая страховочный фал, – каким тяжелым трудом приходится зарабатывать на хлеб насущный. Пошли. После пике с наслаждением пройдусь пешком. Я думал, трос стальной, а он резиновый.

– Скажи честно хотя бы раз? – спросил Марк.

– Что? – Пуфф насторожился, но, видимо, зря, желание демона прояснить особенности душевной организации крейсера улетучилось с головной болью.

– Ты вообще думал сейчас, перед, можно сказать, подвигом?

– С ним разве успеешь, – ответил котище, косясь на Яна и потирая место пониже спины, – пошлет на подвиг, так пошлет.

– Извини, в прошлый случай с этим усмирителем дорого обошелся. Я сильно нервничал и торопился.

– И нашел неожиданное никем решение, даже мной, – хмыкнул котище.

– Ну, если честно, и мной, – начал Ян, поднимая коготь вверх.

– Только не надо доставать жезл и ничего им чесать, особенно голову, – произнес Марк, и троица рассмеялась.

________


Следующие полчаса, после столетий тишины и последовавшим за ней фейерверком событий, Изида провела в состоянии ужаса, что на этом все закончится, и опять наступят века забвения. Волновалась она напрасно, снаружи послышались шаги. Мучительно захотелось позвать на помощь, но мастера оков хорошо знали свое дело, и даже сносно регенерировавшее тело не смогло выдать ни звука.

В проеме, на фоне вечернего неба, полностью поглотившего ночную половину, появилась сначала морда с зелеными глазами, а потом и остальная часть. С некоторыми трудностями котище протиснулся в проем.

– А здесь никого нет…

– Как?! Ты же говорил… – почти закричал кто-то из-за меховой спины.

– Шучу. Кроме мумии – никого. С ней я уже здоровался, – ответил зеленоглазый и, наконец, спустился в склеп.

Следом за ним вошли еще два существа, одно, мучительно знакомое, и второе, очень похожее на человека.

– Так, освободите проем, темно, – произнес котище.

– Да… – протянул человек, – неважнецки.

– Она вообще жива?

Вошедший вторым, достал ее украшение! Ту самую цепь, что Изида носила с юности и которая оказалась лишь красивым сувениром, когда сомкнулись кандалы. Он приложил связку листиков к шее. «Марк», – успела подумать она.

– Нет, Марк, – произнес человек, – она их разбрасывала, пока оставались силы.

Изида заметила перед лицом чудовищную чешуйчатую кисть с переливающимися синими когтями. «Не человек», – пронеслось в голове.

– Ян, либо у кисти, либо не она, – обратился к когтистому котище.

Синий коготь порылся в пыли и приподнял зажатый в кулачок талисман.

– Приложи!

Она почувствовала родное прикосновение, и цепь соединилась.

– Марк… – смогли выдавить губы.

– Босс, вот, а я что говорил? Не мой бы темперамент и энтузиазм, – произнес зеленоглазый, подперев толстые бока, – фиг бы вы добрались, поезд ждали бы еще и изучали, туда ли идет экспресс, который один и рельс одна.

– Пуфф, что за лексикон? Рельс один, – не удержался демон.

– Ты неисправим, – прошептали губы.

– И я про то же. Что это она – определились, о чем рассуждать?! Давайте совещание проведем, план составим, в Замок за инструментом съездим? Мадам в кандалах! Тут что-нибудь к тому времени опять обвалится или в другой мир переедет! Что думать, трясти надо!

– Эти оковы так не открыть, – вздохнул Марк.

Она понимала, что тут, к сожалению, ее брат прав. Вот только Изида недооценила изобретательности Яна и Пуффа.

– Блин, – фыркнул котище, – босс, долбанем и все.

– Пуфф, тогда точно все. А погоди-ка… Мне ваши эти сказки про серебро…

В лапах Яна блеснул меч. Метровое лезвие все в зеленых рунах, которые шевелились и текли по поверхности клинка.

– Ян, ты его когда последний раз доставал? – скептически поинтересовался Марк.

– Да… Босс, мне тоже кажется, что по ее шее вы попадете, конечно, легко, а по заклепкам, – сморщил нос Пуфф, – это вряд ли. Вы же у нас специалист снести что-нибудь крупное, а тут?!

Внутри девы все похолодело. Орудие, которым собирались ее вызволять, вызывало если не ужас, то уважение точно.

– Идеи, шерстяной гений?

– Обед?

– Лопнешь…

– О! – воскликнул котище, и в его лапах появились огромные плоскогубцы с красными изолированными ручками.

– Ну и что?

– Я подержу конец меча на заклепке, а вы тихонько стукнете по торцу.

– Попробую…

– Тихонько!

Ян запрыгнул на камень Корн, направил меч на ближайшую заклепку. Попасть таким длинным орудием точно в цель оказалось непросто, но Пуфф ловко зажал лезвие плоскогубцами. Губки инструмента раскалились до вишневого цвета.

– Шефф!

– А, конечно.

Плоскогубцы остыли. Котище ловко приставил острие к центру ближайшей заклепки. Ян стукнул кулаком по торцу рукоятки. Лезвие вошло в шляпку, затем в основной штырь, послышался звон лопнувшего металла. Куски шляпки отлетели в стороны. Изида почувствовала – распалось заклятье, и как только меч был поднят, крышка наручника, вмурованного в камень, откинулась, левая рука стала свободна. Начинающие кузнецы довольно ловко расклепали все браслеты. Меч и инвентарь тут же пропали. Изида села на край камня. Лохмотья свисали с очень худого тела, больше похожего на скелет.

– Свободна… – прошептала дева, – можно зеркальце?

– Мадам, для вас… – котище шаркнул лапой, потом ударил в ладоши.

Перед Изидой материализовалось трюмо середины двадцатого века с приклеенными фотографиями Джулии Робертс в фильме «Красотка».

– Отвернитесь… Я так плохо выгляжу, не то, что эта…

– Значит, ее «я» уцелело, – усмехнулся Ян.

– А тело восстановится. Пока хватает сил только на это безобразие…

Изида едва открыла рот, чтобы что-то ответить, как тут же бесследно пропала. Пуфф подошел к камню и потрогал место, где только что сидела спасенная богиня.

– Никого нет, – констатировал он.

– Что ты говоришь?! Зеркало с красоткой кто подсунул и все испортил, статуи помнишь? Весь финал с цветами и благодарностями, а также банкетом? – возмутился Ян.

– Но она же просила зеркало быстро, я и стащил, что смог, – начал оправдываться котище, хвост и уши как-то сразу обвисли, изобразив крайнее расстройство.

– Минус три обеда.

– А… Ууу, – заныл виновник, – моя жизнь кончена, я столько не протяну.

– Пуфф, не переживай, – вступился Марк, – мне кажется, дело в другом. Я только слышал об этом. У демонов тоже есть золотая нить, как у людей. Только у человека ею скреплена душа с телом, если есть душа, а у демона это устроено по-другому. После всего, что произошло с ней, скорее всего нить зацепилась и сложилась обратно.

– Типа как мой трос? – спросил Пуфф, указав на моток, – и куда же?!

– Типа. Скорее всего, на место жертвоприношения.

– Но как?! – удивился котище.

– Я думаю, даже если канал закрывался быстро, тонкий след затягивается значительно дольше, и хотя твой знакомый в него уже не пролезет, для нее сечение оказалось достаточным, нить вернула Изиду на то место.

– А нас нельзя?

– Пошли наружу. Там обсудим. Для того, чтобы тебя переместить так же, тебя сначала нужно было принести в жертву, – пояснил за демона Ян.

– Да и терминология души, как нити и прочего, к тебе неприменима, – попытался уточнить Марк, выбираясь вслед за Яном и Пуффом из склепа.

– Был я как-то жертвой, кровь давал. Не комильфо, хвост порезали… Какой-то странный и неудачный конец, – вздохнул Пуфф, – ни поцелуев, ни призов, ни салюта, ни такси. Богиня оказалась… Ну несколько…

– Неважно сохранилась, – согласился Ян, осматриваясь.

– Интересно посмотреть, что она будет делать на месте возвращения, – задумчиво произнес Пуфф, и голос его прозвучал как-то предостерегающе гадко.

Ночная часть мира окончательно пропала, в пустыне воцарился вечер. Символы миров на вершине пирамиды стали густого красного цвета и светились.

– Сдается мне, – начал Ян, послышался скрежет, – наше путешествие за Изидой побочный эффект другой шахматной партии…


Глава 28. Ловушка третьего уровня

– Даже пристегнуться не успели, – мрачно резюмировал Пуфф.

Квадратный зал пятьдесят на пятьдесят метров окружала колоннада. Резные, двадцатиметровые опоры держали каменное перекрытие. Никаких следов люка или подобных механизмов заметно не было. На потолке висели образования более пяти метров в диаметре, они походили на виноградную гроздь и лягушачью икру одновременно. Шарики в ней все время перемещались. Помещение оказалось достаточно хорошо освещено, создавалось впечатление, что утреннее солнце встает из-за хребта, а зал лишь храм на вершине горы. Эффект довершала медленно оседавшая в лучах света пыль, сопроводившая прибытие гостей.

– А…пчхи, – нарушил молчание Пуфф, – проморгали, однако, все.

– Будь здоров, – хором произнесли Марк и Ян.

Ян прикрыл глаза. Пирамида и пустыня были на месте. Путешественники находились значительно ниже уровня земли, прямо напротив одной из граней. Во всей картине энергетического и информационного каркаса ощущалась какая-то заторможенность. Только пена на потолке продолжала жить своей жизнью, оставаясь пеной во всех плоскостях реальности. Над головой, в недрах грунта примерно на краях зоны обменявшейся кусками скалы был заметен разрушенный энергопровод. На его концах уже вилась бахрома, выбрасывающая тонкие нити и ища свое продолжение.

– Такое ощущение, что отключали свет, и произошел сбой в системе. Она, как говорят на Земле, зависла. Что-то работает, но на команды не реагирует…

– Ага, – фыркнул Пуфф, – капкан прекрасно реагирует.

– Это автономное устройство.

– Будем надеяться, все остальное – управлялось централизовано, – мрачно произнес Марк.

– Этого я сказать сходу не могу, но обмен фрагмента из отстойника Троецарствия на кусок пустыни у подножия пирамиды привел ее системы в неработоспособное состояние. Вообще этот процесс вызвал настоящую бурю в пене колдовских доменов, судя по индикатору на потолке.

– А как звучит – пена колдовских доменов, – нараспев произнес Марк.

– Как ни звучит, надо хотя бы наверх выбраться, – фыркнул Пуфф, продолжая отряхиваться, – не верю я, что эта штука не сможет восстановиться и перезапуститься.

– Бесспорно, вопрос, сколько у нас времени и куда идти…

– Босс, нашли, кого и что спрашивать, лучше б вы нам дали команду, что ломать и куда валить.

– Пуфф, опять ты… – начал Марк.

– А чего я, у меня стресс. А в состоянии психоза я невменяем, говорю, что думаю.

– Ты когда говоришь, вообще редко думаешь…

– Ага, – котище растопырил когти и принялся загибать по одному, – минус три обеда, минус банкет с богиней, минус такси, минус на крейсере домой, минус в Замок…

Ян слушал болтовню Пуффа и пытался найти выход из сложившейся ситуации. Под пирамидой имелось обширное озеро с неидентифицируемым объектом на острове у берега. На всей этой мнемосхеме, рожденной слоями реальности и мозгом или тем, чем теперь думал хозяин Замка, прослеживалась связь с вершиной пирамиды.

– Банкет с богиней это минус два обеда, – вздохнул Ян, вернувшись в реальность, – Марк, она, вообще, что умела, кроме красивых поз – еду готовить, например, могла?

– Нашли время выяснять… Не помню, мне никого не готовила.

– Тогда, может, Пуфф зря переживает об утраченном. Свалила и хорошо.

– Один лучше другого, – вздохнул демон, – я чувствую, ты определился с направлением?

– Попробуем добраться до озера, там холм, и вроде есть вход из катакомб в пирамиду.

– Слово «вроде» мне нравится еще меньше, чем реплика «минус два обеда». Ладно, пойдемте.

– А на вершине что?

– Кажется, камера переноса…

– Еще одна обнадеживающая реплика шефа, – ворчал Пуфф, волоча хвост по пыли и направляясь вперед.

– Ты куда пошел?!

– Туда, там вон дверной проем виден. Никакой магии и мистики.

– А если…

– Слушайте, господа, давайте подождем, когда все оживет, и эта фигня осмотрит, наконец, садок и решит, что бы ей такого с рыбкой сделать?!

За колоннадой действительно оказалась дверь. Створки высотой под три метра были закрыты неплотно. Котище засунул в щель передние лапы и без особых усилий раздвинул створки на пол метра, обернулся.

– Ну, вы после меня пролезете точно.

Ворча и возмущаясь, меховой пуф затолкал себя в щель.

– Почему он иногда просачивается куда угодно, а иногда застревает, – прошептал Марк.

– По кочану. Что встали? Полезли следом, только аккуратненько.

За дверью оказался длинный зал, наполненный статуями, механизмами и украшенный овальными рисунками на полу. Освещение напоминало аварийное в лифте.

– Музейная экспозиция… – начал Марк.

– Ага, это пока тока нету, как правильно отметил босс, – произнес котище и вернулся к двери, – смотри.

Пуфф потянул что-то, и в проеме промелькнул огромный нож, в форме луча мальтийского креста. Демон охнул.

– Правильно понял, их четыре и крутятся быстро – жуть, а счас тока нет. Все остальное – та же икебана, пошли.

– Смахивает на галерею в Замке тысячи миров, когда я туда ступил впервые… – начал Ян мечтательно.

– Шеф, не место для воспоминаний и ностальгии, а уж тем более для проживания. Лучше посмотрите, в смысле не смотрите, разберите, тьфу ты, ну, вообще, мы туда идем? Тут ведь боковых ответвлений полно, да это еще, – котище отпихнул с дороги чей-то шлем. Железо звякнуло и откатилось в зеленый контур. Шлем исчез. Где-то в боковом коридоре раздался грохот, затем дальше, потом справа… Наконец шлем упал почти на прежнее место, котище успел увернуться. Занес заднюю лапу для нового пенальти, подумал и не стал этого делать.

– Вот, частично работает. Позвали б, что мечтать-то, здесь хорошо слышно, канал и все отключено! Если эти самые «остаточные явления» сожрали крейсер, утащили богиню и вырубили свет во всем аквапарке? Может, он только и ждет! Ну, воля ваша, туда идем?

Ян кивнул. Ему стало действительно грустно. Прямой путь по «музейному» залу вел в нужном направлении.

– Почему аквапарк, Пуфф?! – удивился Марк, огибая очередной овал на полу.

– А что еще? Экспонаты, ножички, лужа эта в конце с горкой и ни одной столовой по пути! Воды не попить, ужас.

– Это потому, что света нет, интересно, что думает тот, кто все это устроил, – улыбнулся Ян.

________

Тот, кто это устроил, в данный момент не думал ни о чем. Он неподвижно замер на троне, отражаясь в черных зеркальных плитах под небом из темного бездонного омута, ставшим похожим на звездное августовское, где искры светил хаотично мечутся по небу. Не лучше была картина и на модели пены, словно кипящий котел с мыльной водой структуры доменов перемещались и светились, менялись местами, исчезали. Нет, не катастрофа или гибель мира, просто полный хаос, почти идеальный беспорядок системы, и ранее не отличавшейся постоянством. Чертова икра возбудилась и теперь медленно приходила в естественное состояние.

________

Аккуратно обходя рисунки на полу, мусор и экспонаты, троица достигла конца длинного зала. С выходом из него оказалось немного хуже. Но, разумно решив не использовать ничего, что может активизировать устройства, путешественники нашли среди мусора чье-то копье и, используя его как рычаг, совместными усилиями раздвинули створки двери.

Большое белое озеро, освещенное странным рассеянным светом, терялось в дымке. Клочья тумана висели над водой. От дверей к берегу вела мощеная дорога. Крупные плиты, под стать воде, имели белый цвет и зеркальную поверхность. Дорога заканчивалась мостом к острову. Хрустальную скалу опоясывала спиральная лестница. От плоской вершины вверх поднимался столб искрящихся блесток, исчезавший в огромном стеклянном квадрате, видимо, основания пирамиды. Закатный свет проникал через это «окно» и причудливо преломлялся в гранях острова, создавая на белой воде волшебную по красоте картину.

– Красиво, – отметил Пуфф.

– Даже в аварийном режиме, – согласился Марк.

– Ну, может, так и лучше. Лифт, похоже, жив. Нам к нему, – произнес Ян.

– Уверен?

– Наверное, кажется так.

– Босс, не пришлось бы бить хрусталь в буфете…

– Это как повезет.

Мост никаких сюрпризов не преподнес, а вот лестница…

Метровые бруски кварца, поскрипывая и вздрагивая, поползли вверх. Стеклянная спиральная лестница вокруг холма сначала очень медленно, потом немного быстрее пешехода пришла в движение.

– Ого, ступени двинулись! Почти экскаватор.

– Пуфф, это эскалатор.

– И что?

– Один копает, другой поднимает граждан.

– А, может, этот копает снизу? – котище продемонстрировал язык.

– Оно системы тестирует. Добралось уже до острова, – выдохнул Ян.

– Поехали, если для граждан!

– А скинет?!

– Пока полный круг не пройдет, не скинет. Мы ее сейчас не интересуем. Нужно все проверить, оживить по частям, а уж после восстановления всего питания запускать и осмотреться.

На плоской вершине оказался только стеклянный круглый постамент с сферическим колпаком, как в музее, и искрящийся столб звездной пыли диаметром метра три, уходящий вверх. Пуфф незамедлительно сунул лапу внутрь столба, к шерсти прилипли блестки. Котище стряхнул искры на пол.

– Звездная мишура, ерунда. Босс, это вы назвали лифтом? А здесь, что, кнопка? – и он направился к колпаку.

– Не трогай!

– Понял. Ювелирка, тревога, охрана, драка… Ерунда, опять одень, правь миром – чушь. Куда ни вломишься – одно и то же. А пейзажик ничего. Босс, не хватает здесь только одного…

– А ты нахал, – не удержался Марк.

Туман раздвинулся, у другого берега озера, на поверхности воды завис призрак Замка тысячи миров, он – единственное, что отражалось в молочной глади озера. От Замка к вершине острова потянулся радужный мост.

– Оптический обман. Галлюцинация от хронического недоедания, – констатировал Пуфф, подумал мгновение и добавил, – или ловушка… Или, шеф, я вас совершенно не знаю?!

– Так не может быть! – воскликнул страж, – он же там!

Словно в ответ над озером раздался короткий смешок, и нечто вылетело из недр призрака и аккуратно заткнуло пасть котища. В холодном воздухе запахло сырым тестом. Пуфф вынул предмет, оказавшийся круглым румяным пирогом, по периметру которого высовывались крабовые клешни… Котище откусил треть, прожевал… Выплюнул скорлупу от клешней прямо в музейный экспонат.

– Бесспорно, – он. Этот вкус я запомнил на всю оставшуюся жизнь… Теплый еще и пропекся, спасибо дому, поправил. Босс, видимо, третье, я вас совсем не знаю.

– И я снова не знаю, – согласился демон.

Перед путешественниками медленно материализовались три мрачных фигуры стражей, но это уже никого не интересовало! Котище мгновенно подпоясал себя, Марка и Яна, щелкая карабинами так резво, будто тренировался всю жизнь в службе МЧС. Затем Пуфф издал радостный вопль, похожий на вой пожарной машины, и, прижав к животу недоеденный пирог, ринулся к мосту. За ним побежали остальные, понимая, что если не угонятся, то придется лететь вслед за пирогом. «Похоже, и я себя знаю плохо», – успел подумать Ян, прежде чем троица сбила задержавшихся хранителей. От такой наглости и пренебрежения стража на миг опешила, этого вполне хватило для встречи замкового моста и странной компании. Пришельцев подняло в воздух, и они исчезли в недрах призрака Замка, сопроводив это бесшумным салютом. Здание пропало. Браслет из широких золотистых пластин, с искусно вырезанной на них картой и тремя рубиновыми камнями необычной огранки, остался невостребованным…

__________

Любые импульсные возмущения, так или иначе, успокаиваются, энергия рассеивается и поглощается. Небо над черными плитами стало прежним. Иллюстратор пены колдовских доменов успокоился. Яма открыл глаза.

– Они дошли?

– Да, мой повелитель. Без проблем.

– Мы, наконец, получили желаемое – властелина, объединившего все четыре сферы или браслет, что, впрочем, одно и то же…

– Нет.

– Он не смог взять браслет и разочаровал нас?

– Нет.

– Его убила охрана?

– Нет, нет и нет. Все пошло совсем не так. Осмотрев тот склеп, троица прошла к лифту, затем неожиданно бросилась на стражей.

– Напала?

– Втоптала, – усмехнулся Дандо, – просто сбили с ног и исчезли, даже не воспользовавшись ни дверью, ни браслетом…

– Следы?

– Если не считать пожеванных крабовых клешней, то никаких.

– Что ж, подождем, придет же кто-нибудь еще…



Оглавление

  • Пролог
  • Глава 1. Оправа ртутного зеркала
  • Глава 2. Красная рысь
  • Глава 3. Готика. Прелюдия
  • Глава 4. Готика. Пробуждение
  • Глава 5. Готика. Апофеоз
  • Глава 6. Готика. Камень преткновения
  • Глава 7. Дикий зимник
  • Глава 8. Пикник на пляже
  • Глава 9. Блистер
  • Глава 10. Parasitus sugentem tegmine (латынь)
  • Глава 11. Станция Сириус
  • Глава 12. Первый пеленг
  • Глава 13. Сто дорог (centum itineribus…)
  • Глава 14. След
  • Глава 15. Сорок пятый сектор
  • Глава 16. Третий узел
  • Глава 17. Отражение
  • Глава 18. За гранью синего неона
  • Глава 19. Дежавю или дубль два
  • Глава 20. Троецарствие. Терминал
  • Глава 21. Исторический ракурс
  • Глава 22. План «Транзит»
  • Глава 23. Субботний экспресс
  • Глава 24. Троецарствие. Сюрреализм
  • Глава 25. Троецарствие. Паутина
  • Глава 26. Оптический обман
  • Глава 27. Память тела
  • Глава 28. Ловушка третьего уровня
  • X